Жанр: Любовные романы
Секс и одинокий вампир
...аз сделали мне внушение и проводили наверх.
Я решила, что либо стала свидетелем некого паранормального явления, либо
пала жертвой розыгрыша населяющих постоялый двор призраков, либо встреча с
сумасшедшим красавцем мне просто пригрезилась.
Так я думала, пока не стала доставать из сумки ключи, чтобы закрыть за собой
дверь, и не увидела блокнот.
Он был покрыт кровавыми отпечатками пальцев.
Остаток ночи я провела, записывая полученные впечатления, в то время как кот-
призрак попеременно дремал, вылизывался и ковылял по номеру, обнюхивая вещи.
Похоже, он не слишком обрадовалась моему возвращению. Сперва я пыталась
уговорить его прилечь рядом на кровать, чтобы сняться с ним вместе, но
тщетно. Под конец я махнула на него рукой. Он тоже не обращал на меня
особого внимания.
Наконец серые тучи на горизонте посветлели — наступило утро. Я чувствовала
себя совершенно измотанной и по-прежнему не могла понять, то ли я стала
свидетельницей необычайного феномена и столкнулась с привидением, обладающим
способностью симулировать наличие физического тела, то ли это была
обыкновенная галлюцинация.
Уж лучше бы верным оказался первый вариант. Тогда этого парня хоть потрогать
можно... С этой мыслью я и заснула.
— Вам нет сообщений, мисс Телфорд, — сказала Тина, протягивая мне
ключ от номера. Я подождала: не прибавит ли она что-то еще? Не пожалуется ли
на трехногое прозрачное существо семейства кошачьих, которое поселилось у
меня в номере? Но она просто улыбнулась и, отвернувшись, стала заниматься
другим клиентом.
— Странно, — проворчала я и заковыляла к лифту.
В сумке моей, как всегда, что-то громыхало и бряцало. Я перекинула ее на
другое плечо и вздохнула: вот бы мне такую работу, где не нужно таскать с
собой столько приборов
на всякий случай
! Я только что вернулась из
экскурсии по аббатству с привидениями, и сумка мне совсем не пригодилась —
просто болталась на моем плече, как тяжеленный альбатрос.
Я нажала кнопку лифта. Интересно, ослабело ли уже заклятие вызова настолько,
что кот снова исчез? Может, горничная потому и не заметила кота, что тот
испарился?
— Здравствуй, котофей, — сказала я, отперев дверь. Кот сидела на
подоконнике и смотрела в окно. — А я-то думала, ты ушел... Конечно, я
рада тебя видеть... — Я закусила губу. Прошлой ночью я произвела кучу
замеров, собирая все возможные доказательства. Фотографии, видео,
инфракрасные снимки, записи ультразвуков, анализ ионов — все, что нужно для
галочки. Аналитики из моего родного офиса, когда это увидят, придут в
экстаз. Пожалуй, пора вернуть коту свободу. — Хочешь домой, котик? По-
моему, пора. Не хочется мне посвящать гостиничный персонал в род своих
занятий. Ты, конечно, идеальный домашний питомец — ни шерсти от тебя, ни
запаха, кормить не надо, но вот только мне кажется, что тебе здесь уже
порядком надоело.
Я разложила перед собой все необходимое и, посыпав кота женьшенем, начала
читать заклинание.
Но на середине я прервалась: от порошка женьшеня у меня сильно защекотало в
носу, аж слезы на глаза навернулись, вот-вот чихну. Подождав, пока это
желание не прошло, я закончила читать заклинание, начертала защитные
символы, освободила подсознание и представила, как призрак возвращается в
другое измерение.
Кот задергал ушами и принялся вылизывать переднюю лапу.
— М-да... — Я закусила губу и уставилась на кота. Может, женьшеня
пожалела? А может, заклятие не сработало потому, что я остановилась? Нужно
еще раз попробовать, только в этот раз надо быть осторожнее и не вдыхать
порошок женьшеня!
Я снова прочитала заклинание. Когда я закончила, кот уже вылизывал свою
единственную заднюю лапу.
— Вот блин! Не срабатывает. Может, женьшень попался несвежий?
Следующие полтора часа я так и эдак читала заклинание, то добавляла, то
убавляла женьшеня и даже примешала к нему щепотку
праха мертвеца
— вдруг
именно этого ингредиента не хватает, чтобы ритуал освобождения завершился
успехом?
Без толку.
Я начала нервничать: ведь если не освободить призрак, он будет следовать за
вызвавшим его магом до конца жизни. Сегодня коту каким-то образом удалось
спрятаться от горничной, но нельзя каждый день ожидать от него подобного
подвига.
А как я с ним полечу домой, в Северную Калифорнию? Придется указать в
таможенной анкете:
При себе имеется прозрачный кот, сдохший примерно
пятьдесят лет назад. Прививки в норме
. Жуть какая!
Запищал будильник. Зачем же я его завела?
— О нет! Дурацкая книжная презентация. Вот черт! И именно тогда, когда
я занимаюсь важным делом.
Я раздумывала: а может, ну ее на фиг, эту презентацию? Но Коррин перед
отъездом слезно умоляла меня ее посетить.
— Господи, ох уж мне эта Кори и ее любимые романы про
вампирчиков! — фыркнула я и принялась распаковывать сумку. —
Подумаешь, какой-то модный писатель раздает автографы! У меня работа! А тут
бросай все, вставай в очередь и жди, когда этот сноб распишется на книге.
Могла бы и дома купить точно такую же! А тут еще подлизывайся к нему, чтобы
он написал какой-нибудь комплимент позаковыристей, который Кори забудет
сразу же, как прочтет. Мне с моей больной ногой придется весь вечер
толкаться в очереди, все из-за того, что эта важная шишка, мистер Данте,
проводит не более одной презентации в год. Превосходно! Просто бесподобно!
Из-за причуд подруги я не успею освободить кота-привидение. Ну, Кори, погоди
у меня!
Я закончила разбираться в сумке, нацепила вечерние очки от солнца, наказала
коту не безобразничать и отправилась разыскивать такси до Ковент-Гарден. По
дороге в магазин я составляла в уме список тех, кто мог бы
проконсультировать меня и объяснить, почему провалился ритуал освобождения.
— Дайте подумать... Карлос из АСИФ... но он не умеет вызывать духов.
Еще ведьма, про которую рассказывал Рэс: та якобы вызвала Карла Маркса. Но у
меня нет ее адреса. К тому же не очень-то тянет общаться с поклонницей
Маркса. Вот если бы это был Граучо Маркс, тогда другое дело... Гм... —
Я постучала пальцем по губе, любуясь сквозь залитые дождем окна на мокрые
лондонские улицы. — Да, чуть не забыла! Еще есть отшельник, которого
как-то упомянула сотрудница из АСИФ. Можно с ним посоветоваться.
— АСИФ — это Ассоциация спиритистов и исследователей
феноменального? — поинтересовался таксист.
Черт! Опять говорю вслух. Никак не могу избавиться от этой привычки.
Я улыбнулась и кивнула водителю. Только бы он не оказался религиозным
фанатиком. Им доставляет огромное удовольствие читать лекции на предмет
того, каким грешным делом я занимаюсь, и наставлять меня на путь истинный.
— Вы... м-м-м... слышали про эту организацию?
— Мы с женой дважды в год выезжаем с ними охотиться за призраками. В
августе вот провели ночь в Тауэре. Поговаривают, что в Тауэре полным-полно
привидений. Настоящий Диснейленд для медиумов.
— Правда? И что — видели что-нибудь интересное?
Таксист пожал плечами.
— Да так... Пару светящихся шаров, руку, высунувшуюся из стены, да еще
несколько раз пробрал ледяной холод. Но на пленку ничего заснять не удалось.
А вы контактер?
Обычно я скрываю свою профессию от простых смертных, но шофер, похоже, был
всерьез увлечен привидениями, поэтому я кивнула.
— Я так и думал. А почему на вас темные очки?
Дождавшись, когда он остановится перед светофором, я на секунду сдвинула
очки на лоб. Он вылупил глаза и присвистнул.
— Это что — от природы так?
Я горько усмехнулась:
— Радости в этом мало, уж поверьте.
Он на минуту задумался.
— Да уж... Чудно, ничего не скажешь.
М-да... Люди реагируют еще чуднее: визжат как резаные, роняют сумки,
обвиняют в том, что я этим якобы хочу привлечь внимание, и, что хуже всего,
обзывают чокнутой.
Остаток пути прошел в молчании. Я любовалась ночным Лондоном и думала: а
может, глазной врач все-таки ошибается? В прошлый раз я целую неделю носила
контактные линзы, пока у меня не начали воспаляться глаза. С того времени
прошел год. Может, еще раз попробовать?
Когда я вышла из такси, водитель вложил мне в руку визитку:
— Если вам когда-нибудь понадобится выехать за пределы Лондона,
свяжитесь со мной. Я с радостью вас доставлю куда угодно.
Я поблагодарила его и, влившись в толпу, устремилась в новый книжный.
— Вам сколько экземпляров? — спросила изможденного вида
продавщица. Я стояла в очереди уже несколько минут. Хвост был длиннющий —
теперь у меня точно разболится нога.
— По одному экземпляру его новейших произведений.
— По одному экземпляру? — Она окинула меня таким взглядом, словно
перед ней стояло презренное насекомое, напялившее человеческую
личину. — Только по одному?
— Милая, берите сразу несколько, — потянула меня за руку женщина,
стоявшая сзади. — Эти книжки — просто прелесть.
— Не знаю, не читала. Я покупаю их для подруги.
— Не читали! — изумилась женщина. Сотрудница магазина протянула
мне томик в твердой обложке. — Не читали! Вы просто обязаны их
прочитать. Послушайте, дайте этой даме еще один экземпляр. Вам обязательно
понравится!
— Нет, спасибо, — ответила я, возвращая вторую книгу
продавщице. — Мне и одной хватит. Не сомневаюсь, что книжки очень
интересные, просто я не увлекаюсь подобной литературой.
Женщина прищурилась.
— Подобной литературой? Что вы хотите этим сказать? — спросила
она, потрясая своими тремя томами. — Это прекрасные книги! И написаны
чудесным языком! О мужчинах, ставших жертвами тяжкого рока, и о женщинах,
которые их спасают!
— И сцены секса тоже хороши, — добавила еще одна дамочка из
очереди.
Женщина, стоявшая за мною, кивнула:
— Чудесные любовные сцены, очень талантливо описаны и такие жаркие, что
вы растаете. Возьмите. — Она сунула мне книгу. — Непременно
прочитайте! Вы сразу же станете поклонницей Данте. Боже, как он пишет... Это
просто что-то неземное!
Я приподняла очки и посмотрела ей в глаза.
— Уж поверьте, для того чтобы испытать неземные ощущения, мне вовсе не
обязательно читать книжки.
Женщина чуть не задохнулась и поспешно отвела взгляд. Я снова надела очки,
возвратила навязанную мне книгу и, отвернувшись, продолжила свое стояние в
очереди. Ненавижу привлекать к себе внимание подобным образом — на меня и
без того все пялятся из-за хромоты, — но ничто меня так не бесит, как
оголтелые фанатики.
Очередь медленно продвигалась вперед, петляя между книжных полок, — я
уже могла различить людей, столпившихся у столика посреди магазина.
Покупатели в самых разных одеждах двигались не спеша, будто в каком-то
пестром зачарованном танце. От скуки я принялась сочинять заклятие-оберег от
офанатевших читателей. Вдруг волоски у меня на руках поднялись дыбом:
очередной покупатель отошел от столика, и я разглядела мужчину, который
сидел, склонившись над стопкой книг, и раздавал автографы.
Черные волосы до плеч собраны в хвост; из него выбилась прядка и обрамляет
такую знакомую челюсть с квадратным подбородком... Мужчина вскинул глаза на
покупательницу, чью книгу он подписывал, и улыбнулся. Я пошатнулась, словно
бы получила удар в солнечное сплетение: мне показалось, будто из комнаты
выкачали весь воздух.
Это его я видела во сне, это с ним встретилась на бывшем постоялом дворе!
Это тот самый безумец, что изрезал бритвой свое роскошное тело, а потом куда-
то сбежал! А может, все это мне просто пригрезилось от переутомления?
Я потерла лоб: непонятно, то ли мне все это померещилось, то ли... А если он
действительно был в подвале, то как все это объяснить? Никто не способен за
десять минут подтереть кровь и утащить куда-то тяжеленный стол. По крайней
мере, обычному человеку такое точно не под силу.
Стало быть, это К. Дж. Данте, знаменитый писатель, сочинитель историй о
вампирах, являлся мне во сне и умолял о помощи. Это он испытывал страшные
мучения, это его страдания я чувствовала, как свои собственные. Это он
исполосовал себя вдоль и поперек, а когда я хотела ему помочь, рассердился.
— Кто же он?.. Что он такое?.. — пробормотала я себе под нос.
Ответа на этот вопрос, к сожалению, не было.
Глава 3
У меня было два варианта: либо считать, что вчерашний умалишенный тип,
изрезавший себя, — плод моей расстроенной фантазии, либо сорвать с
Данте черный свитер и, если его мужественная грудь окажется покрыта ранами,
громко звать полицию и добрых людей в белых халатах.
В конце концов я решила выждать: если он меня узнает, значит, все было на
самом деле. А если нет — что ж, значит, этот случай мне просто пригрезился.
На удивление яркое и правдоподобное видение — мой блокнот до сих пор в
кровавых отпечатках пальцев.
Очередь медленно продвигалась вперед. Я пряталась за широкой спиной стоявшей
впереди толстухи: как бы Данте не заметил меня прежде времени и не устроил
бы сцену! Продавщица препровождала к нему людей по одному, подавала ему
книги для автографов, а после быстренько спроваживала поклонницу, освобождая
место для следующей. Я бросила взгляд вперед, затем обернулась: ну и очередь
— одни бабы! Хм-м. Я выгнула шею и принялась разглядывать Данте через плечо
стоявшей впереди женщины. Да, мне он запомнился таким же красавцем, только
сегодня он был еще лучше, так как не истекал кровью.
— Как же некоторым мужчинам идет черный цвет! — ляпнула я, не
подумавши. Женщина, стоявшая спереди, обернулась и радостно кивнула. Я
растянула рот в дежурной улыбке и почувствовала спиной какое-то движение. Я
обернулась: мимо очереди пробиралась высокая дама на последнем месяце
беременности. За ней по пятам следовала низенькая женщина с очаровательным
лицом в форме сердечка — вот бы мне такое! Обе, широко улыбаясь, подошли к
столу поздороваться с Данте. Тот перестал раздавать автографы, поцеловал
каждой ручку, немного поболтал с ними, после чего извинился перед
покупательницей, чью книгу подписывал.
А у него, оказывается, есть любимые поклонницы, — подумала я. —
Впрочем, что еще следовало ожидать? В том, что женщины не дают прохода
такому красавчику, нет ничего удивительного. Мне-то что! Но вот если
окажется, что вчерашняя кровавая сцена тебе не привиделась, нужно что-то
делать, причем немедленно, а то он чего доброго и за другие людей примется
.
Я прикусила губу и стала соображать, что делать. Хвост медленно, но верно
продвигалась вперед. Я пряталась за толстухой, покуда не подошла моя
очередь. Продавщица выхватила у меня книги.
— Вам просто автограф или с посвящением?
— М-м-м... с посвящением, пожалуйста. Для Коррин. Пишется с двумя
р
и
с одним
н
.
Продавщица кивнула и снова повернулась к Данте, которого хихикающая
толстушка уверяла, что сегодня он выглядит просто великолепно. Он улыбался.
Продавщица протянула ему книгу, предназначавшуюся Коррин, и что-то
прошептала: очевидно, насчет автографа. Данте склонился над книгой и что-то
написал своим каллиграфическим почерком. Мне сразу вспомнились оттиски
времен королевы Виктории.
— Надеюсь, вам понравится книга. — С этими словами он поставил
заковыристую подпись.
Я сразу узнала этот чарующий голос: его шелковистый тембр защекотал мне кожу
и заставил волоски на руках встать дыбом.
Он поднял глаза, протянул мне книгу — и замер, словно пойнтер, учуявший
фазана.
— Кристиан? — Беременная женщина переводила взгляд с него на меня.
Мы застыли словно изваяния.
Я задержала дыхание. Его гипнотический взгляд проникал даже сквозь темные
очки. Мне казалось, будто эти глаза затягивают меня вглубь, а я с трудом
сохраняю равновесие на краю бездны.
— Кристиан? — Женщина притронулась к его руке.
Сама не заметив как, я перестала сопротивляться и нырнула в глубину его
глаз. Меня тут же охватила темнота, полная горя, бесконечных страданий и
безнадежности. Я почувствовала боль, которую он испытывал, эта боль душила
меня, я не могла ни вдохнуть, ни выдохнуть.
— Кристиан, с тобой все в порядке?
Я отчаянно пыталась защититься, выстраивала хрупкие барьеры. Я должна была
во что бы то ни стало остановить его, не дать ему наполнить меня своим
мучением.
— Кто ты? — шепотом спросила я. После того как мне приоткрылся его
внутренний мир, у меня пропал голос.
Его глаза стали еще темнее.
— А вы кто такая? — спросила невысокая женщина с симпатичным
личиком. Она окинула меня внимательным взглядом, затем обернулась к Данте и
хлопнула его по плечу. — Я же говорила, что сработает! Убедился?
Получаса не прошло, как мы ее нашли! Замечательно. Теперь я могу спокойно
идти домой.
Продавщица легонько подтолкнула меня локтем, но я не сдвинулась с места, не
в силах отвести взгляд от писателя. Тот, в свою очередь, смотрел на меня. В
его темных глазах отражались удивление, боль и раздумье. Продавщица взяла у
него книгу, вручила ее мне и легонько подтолкнула: пора, мол, и честь знать.
Я заковыляла прочь, по-прежнему пялясь на Данте. Тут меня тронула за плечо
беременная дамочка.
— Простите, если вам покажется странной моя просьба... Можно с вами
перемолвиться словом?
Я моргнула, оторвалась от глаз Данте, полных муки, и взглянула на женщину.
Она была на несколько дюймов повыше меня. У нее были красивые глаза и
дружелюбная аура: это сразу чувствовалось, даже освобождать сознание от
блоков не надо.
В ответ я что-то промычала. Скоро у меня совсем крыша съедет! Я с трудом
собралась с мыслями: медиумы постоянно должны держать себя под контролем.
Крайне опасно терять самообладание — в этом случае контактер становится
легкой добычей для потусторонних сил. А уж чтобы из-за какой-то ничего не
значащей встречи... Я опять стрельнула глазами в сторону Данте. Он следил за
мной, невзирая на то, что очередная поклонница признавалась в безумной любви
к его романам. Набрав в грудь побольше воздуха, я обернулась к женщине. Она
тоже не сводила с меня глаз. У меня накопилась тысяча вопросов. Что ж, лучше
всего будет задать их его фанатке.
— Разумеется. Я не очень спешу.
Женщина одарила меня теплой улыбкой.
— Замечательно! Рокс.
— Я здесь! — Низенькая женщина подхватила меня под руку. —
Пошли в кафе. Не знаю, как вы, а я не откажусь от горячего кофе с молоком.
Тяжело все-таки охотиться за возлюбленными.
Я взглянула на нее краем глаза. Она, наверно, это заметила: рассмеялась и
потащила меня за собой. Я шла между этих теток, как узник под конвоем.
Длинная, пройдя несколько шагов, остановилась и посмотрела на мою ногу.
— Простите. Давайте пойдем помедленнее.
Я передернула плечами — не люблю, когда меня жалеют — и заковыляла дальше.
— Да все в порядке. Наоборот, мне сложнее стоять подолгу на одном
месте.
— А почему на вас темные очки? — спросила шагавшая рядом
коротышка. — Проблемы с глазами или просто потому, что круто?
— Рокси! Какая ты невоспитанная! Простите ее, пожалуйста, —
воскликнула беременная дама. Мы остановились перед стойкой кафе. — В
детстве ее уронили, и она сильно ударилась головой. Причем роняли ее не
единожды. Два двойных кофе с молоком, пожалуйста... А вы что будете?
— Кофе американо, — ответила я. Ну и странные у него поклонницы!
Впрочем, сам он тоже не от мира сего. Интересно, от кого у этой высокой
ребеночек? Только бы не от него! Хотя почему это должно меня волновать?
Беременная дама сделала заказ:
— Мне, пожалуйста, булочку с лимоном, вон тот пирожок с вишнями и...
м-м-м... шоколадное пирожное с орехами. — Она обернулась к нам. —
А вы что-нибудь закажете к кофе?
— Ты лопнешь, если все это уплетешь, — нахмурилась коротышка,
покосившись на кругленький живот подруги.
Я покачала головой — нет, ничего мне не нужно — и покорно последовала за
ними к столику.
— Вам, наверно, не терпится узнать, кто мы такие? — ласково
улыбнулась высокая. — Меня зовут Джой, это — моя подруга Рокси. А как
ваше имя?
— Элли. Эллегра Телфорд.
— Вы американка?
— Да. — Я неловко заерзала на стуле. Эх, найти бы предлог, чтобы
снова вернуться к Данте! Я даже не успела его толком рассмотреть.
— Здорово, — сказала Рокси. — У меня к вам такой вопрос:
верите ли вы в вампиров?
— Рокси!
Рокси обернулась к разгневанной подруге.
— А что я такого сказала? Это действительно важно!
— Да, но нельзя же так сразу в лоб спрашивать! Сперва нужно подготовить
человека. Часто людям становится не по себе, когда заводишь с ними разговор
о вампирах и о Темных. К этой теме нужно подводить деликатно. Простите,
Элли: она никогда не отличалась чувством такта.
Тактично подводить? Меня? К разговору о паранормальных явлениях? В горле у
меня забурлил смех. Я не сдержалась и расхохоталась — даже слеза прошибла.
Слезы я промокнула салфеткой, не снимая очков. Обе женщины вытаращили на
меня глаза, словно перед ними предстал призрак трехногого кота.
— Простите, не удержалась. Ну вы сказанули! Да, Рокси, у меня
действительно проблемы с глазами. Только повышенная чувствительность к свету
здесь ни при чем. Если хотите, я вам потом покажу, в чем дело, но должна
предупредить, что многих людей мой взгляд... пугает. А вот вампирами меня не
удивишь, Джой. Хотя, если честно, до сих пор я не сталкивалась с прямыми
доказательствами их существования. Кстати, известно ли вам, кто такие
медиумы?
Обе женщины покачали головами. Затем Рокси, сидевшая слева, наклонилась и
попыталась заглянуть под мои очки. Я покосилась в ее сторону.
— О, у вас очень светлые глаза. Класс! Какого они цвета: серого? Или
серебристого? Да, немного странно иметь радужку цвета полной луны,
окаймленную темным кругом, но ей-богу не понимаю, почему это должно пугать.
Джой тоже нагнулась, заглянула мне под очки справа и нахмурилась:
— Да разве у нее светлые глаза, дурочка? Они золотисто-карие, с темными
крапинками. Какой у вас интересный узор на радужке! Но в остальном я
полностью согласна с Рокс — несколько необычно, но совсем не страшно.
Я вздохнула и, убедившись, что за нами никто не подглядывает, сняла очки. Женщины пораженно охнули.
— Ой как круто! У вас разноцветные глаза! Это контактные линзы? —
спросила Рокси и наклонилась поближе, чтобы разглядеть мои глаза получше.
— Нет.
— Так и родились? Класс!
Я не сдержала улыбки. Впервые встречаю человека, у которого при виде моих
глаз не ползут мурашки.
— Это называется гетерохрония радужной оболочки. Очень редко
встречается, а такие разные глаза как у меня, — вообще уникум. Но это
вовсе не знак одержимости дьяволом, как считают некоторые.
— Нет, конечно, — согласилась Джой. — Лично мне даже
нравится. Это придает вам неповторимую индивидуальность.
Я фыркнула:
—
Неповторимую индивидуальность
... Ну вы скажете! Серебристый глаз и
без того странно смотрится, а уж в сочетании с темным... — Я пожала
плечами и снова надвинула очки. — Обычно люди начинают нервничать,
когда видят мои глаза. Потому я и ношу очки с тонированными стеклами.
Рокси снова попыталась заглянуть мне под очки. Джой шлепнула ее по руке и
велела вести себя прилично.
— Да, необычно, Элли, но ничего страшного в этом нет. Можете не прятать
от нас свои глаза.
— Так кто такие медиумы? — сменила тему Рокси. Официантка принесла
нам напитки, а Джой — заказанные пирожные.
Я прикусила губу. Меня что-то тревожило, не давало покоя смутное
предчувствие беды. Я долго разглядывала сидевших передо мною женщин: нет,
причина этого ощущения кроется не в них.
— Медиум обладает способностью общаться с духами. — Я обернулась.
Взгляд мой упал на очередь поклонниц, ожидавших, когда Данте подпишет им
книги. От длинного хвоста осталось всего ничего — каких-то двадцать человек.
Я чувствовала, что меня что-то гнетет, словно я упустила что-то важное.
— Круто! — выдохнула Рокси. — Стало быть, вы &mda
...Закладка в соц.сетях
