Жанр: Любовные романы
Предлагаю руку и сердце
...них жизнь была бы слишком тоскливой.
Кейт ничего не сказала в ответ, хотя была полностью с ним согласна.
- Я так благодарен вам обоим за то, что вы заставили меня кое-что
понять, — сказал Стефанос. — Тебе и Деймону.
Она посмотрела на него с удивлением:
- Что?
Стефанос смущенно пояснил:
- Глядя на вас двоих, влюбленных друг в друга без памяти, я другими
глазами посмотрел на Софию и на нашу любовь, которую чуть не потерял.
Кейт ощутила, как щеки заливает краска, и отвела глаза, не желая, чтобы
Стефанос заметил ее виноватое лицо.
- Я говорю это не для того, чтобы смутить тебя, — заверил он.
— Я просто пытаюсь поблагодарить.
- Не за что, — пробормотала она.
- Когда я женился на Софии, я был в нее влюблен. Отчаянно, безнадежно.
Готов был сделать для нее что угодно, потому и работал в семейной компании,
раз она так хотела. И все время был на вторых ролях. После Деймона.
Следившая за девочками Кейт искоса глянула на него, пытаясь понять, куда он
клонит.
- Все, что я делал или пытался сделать, по мнению семьи, лучше
удавалось Деймону. Я сходил с ума и начал постепенно отстраняться, уходить в
сторону. — Он провел рукой по волосам. — Стал жить по-своему,
заводить собственных друзей. Какого черта, думал я. Какая разница? Понятно,
что София во мне разочаровалась.
- Она никогда мне об этом не говорила, — возразила Кейт. —
Думаю, она тебя очень любит.
- Я ее тоже, — признался Стефанос. — Но ты помогла мне это
осознать. — Он ковырялся носком ботинка в свежем сугробе. — Я
сперва думал, что Деймон женился на тебе только для того, чтобы поставить
меня на место. И решил: хорошо, так ему и надо, посмотрим, как у него
получится. А потом я понял, что он действительно тебя любит.
Кейт моргнула.
- Правда? И когда же?
- Да сразу же, там, на острове. Он так на тебя смотрел, был таким
заботливым и нежным.
Секс, подумала Кейт. Все это потому, что он ценит ее физическую
привлекательность. Однако в глубине души у нее затеплилась надежда.
- Ты бы видела его вчера вечером, когда тебя не было.
- А что случилось?
- Он ворвался на прием прямо с самолета, даже не переодевшись, и первым
делом спросил о тебе.
- А при чем тут любовь? — Кейт понимала, что может выдать свои
сомнения Стефаносу, но не могла удержаться: ей необходимо было узнать, что
ему известно.
- Если бы он тебя не любил, его легко подцепила бы Элени.
- Кто такая Элени?
- Подруга Пэн. Роскошная женщина. Ее отец работал с мистером
Алексакисом. Сейчас у Элени своя фирма — что-то связанное с тканями,
— но Пэн говорит, что она немедленно бросит все, если встретит
подходящего мужчину.
- Деймона?
Стефанос ошарашенно посмотрел на нее.
- Нет, конечно. Он ведь женат на тебе. Ой, Леда упала и расшибла себе
носик! — И Стефанос заторопился к дочери, скользя по льду.
ДЕЙМОН ЛЮБИТ ЕЕ.
Хотелось бы Кейт в это верить. Всем сердцем и всей душой.
Иногда по ночам, когда Деймон страстно сжимал ее в объятиях, она готова была
поверить в его любовь. Или на Рождество, когда она сидела в кресле и он
подошел и взъерошил ей волосы, Кейт почудилась в этом жесте нежность.
А может, она просто себя обманывает? Ведь все остальное время он был
поглощен другими делами и совершенно не обращал на нее внимания, словно они
были чужими людьми.
И все- таки Кейт, несмотря на свои сомнения, не теряла надежды до того
самого дня, когда Нестор Стефанос Андрополис появился на свет.
Это случилось второго января. София проснулась на рассвете от легкой боли в
спине. Как она потом рассказывала, ей не хотелось никого беспокоить, и,
только когда боль стала невыносимой, она разбудила мужа.
- Вы должны приехать! Немедленно! — кричал обезумевший Стефанос,
когда Кейт сняла трубку телефона, стоявшего у изголовья кровати.
- Я сейчас приеду.
- Скажи ему, чтобы он успокоился, — сказал Деймон достаточно
громко, чтобы зять его услышал.
- Я посоветую ему то же самое, когда ты будешь рожать, —
огрызнулся Стефанос. — Приезжайте быстрее!
- Уже едем, — пообещала Кейт мягко и повесила трубку. —
Собирайся. Началось.
Роды у Софии затянулись, хотя первые схватки были сильными. Кейт осталась
дома с девочками и ждала у телефона, пока, наконец, в пять вечера не
позвонил Стефанос.
- Мальчик, — сообщил он Кейт таким усталым голосом, будто рожал
сам.
- Поздравляю! — радостно воскликнула Кейт. — Как София?
- Измучена. С ней все в порядке, но она измучена. Мы оба без сил.
Сперва мы хотели пригласить тебя вместе с девочками сегодня, но решили, что
будет лучше, если вы приедете завтра.
- Ну конечно, — согласилась Кейт, хотя ей очень хотелось
взглянуть на ребенка.
- Деймон привезет тебе фотографии.
- Он был с тобой?
- Прождал в холле весь день. Неужели ты думаешь, что он позволит
следующему поколению появиться на свет без его помощи?
- Нет, — ответила Кейт. — Конечно, не позволит.
Стефанос, безусловно, был прав. Семья и дети много значили для Деймона. Как
бы он ни ворчал на мать и сестер, он всегда готов был помочь им или по
крайней мере оказать моральную поддержку. Кейт часто думала о том, какой
прекрасный из него выйдет отец, пыталась представить себе ребенка, который
мог бы у них появиться, но останавливала себя. Слишком велико было
искушение.
Деймон привез фотографии новорожденного.
Девочки были настолько ими увлечены, что за ужином съели только немного
тушеной свинины и сладкое. Потребовался самый строгий взгляд Деймона, чтобы
заставить их сесть на место и нормально поесть.
- У вас не хватит сил завтра поехать посмотреть на братика, если
сегодня вы как следует не поужинаете и не выспитесь, — сказал он
племянницам.
Дети успокоились, поели, часок посмотрели телевизор, выслушали три сказки на
ночь и заснули. Деймон и Кейт остались наедине.
Все эти дни они разговаривали мало, главным образом в прихожей и за столом.
Они, конечно, занимались любовью, но прежней близости между ними не было.
Кейт уговаривала себя, что это пройдет. Она знала, что у Деймона слишком
много работы, с тех пор как он вернулся из Монреаля, тем более что Стефанос
полностью посвятил себя заботам о жене и сыне.
Но, помня свой разговор с его зятем на катке, Кейт постоянно напоминала
себе, что надежда у нее есть.
Она вошла в гостиную, Деймон сидел, углубившись в чтение журнала.
- Он такой милый, правда? — спросила она, показывая фотографии.
Деймон оторвался от журнала.
- Милый? Сморщенный и красный. — Его безразличный тон удивил ее.
Кейт засмеялась.
- Все младенцы такие. Но он быстро похорошеет.
Деймон пожал плечами:
- Тебе виднее, — и снова уткнулся в журнал, как будто он
интересовал его больше всего.
Кейт присела рядом с ним на диван, придвинулась поближе, ожидая, что он
обнимет ее. Она надеялась, что рождение Нестора пробудит в нем отцовский
инстинкт и он захочет иметь собственного сына — от нее.
Деймон напрягся, потом встал, потирая шею, оставив Кейт сидеть на диване.
- Мне надо поработать, — пробормотал он. — Столько времени
потерял в больнице...
Не взглянув на нее, он пересек комнату и взял кейс, стоявший около входной
двери.
- Я устроюсь у Стефаноса в кабинете.
В десять часов, когда Стефанос вернулся, Деймон все еще сидел там.
Расспросив о ребенке, Кейт прошла в спальню для гостей, где они с Деймоном
согласились переночевать.
Деймон все еще работал.
Было уже за полночь, но ей не спалось. От тревожных дум. Наконец она
услышала, как он раздевается в темноте и ложится рядом с ней в постель.
- Деймон? — Она коснулась его плеча.
На мгновение он застыл, потом повернулся к ней, привлек к себе и поцеловал.
Поцелуй был жадным и каким-то отчаянным, подумалось Кейт.
Потом они занимались любовью, а потом... он заснул.
На следующий день Кейт познакомилась с Нестором Стефаносом. Он был
сморщенный, красный, но очень-очень красивый. Один взгляд на него пробудил в
ее душе тоску по материнству. Она сидела рядом с кроватью Софии, очарованная
младенцем — он смотрел на нее темными глазами, пытаясь уцепиться за ее
палец. Она взглянула на Софию и улыбнулась.
- Да он просто прелесть! — раздался от дверей женский голос.
Кейт подняла голову и увидела темноволосую незнакомку в обществе Елены и
Пандоры. Позади них стоял Деймон. Он провел их внутрь, а Елена с легким
раздражением ответила незнакомке:
- Естественно, он прелесть, Элени. Разве могло быть иначе?
Темноволосая женщина — конечно же, Элени, которую упоминал Стефанос,
— пересекла комнату и улыбнулась Кейт и малышу.
- Можно мне?
Кейт неохотно передала ей ребенка, наблюдая, как она бережно прижимает его к
груди.
- Какой же он милый, правда? — спросила Элени. — А ты не
хочешь ребенка, Деймон? — Элени бросила взгляд на брата своей подруги.
И Кейт, следившая глазами за Деймоном, увидела на его лице необычное, но
столь понятное ей выражение: тоску, смешанную с желанием. А потом он
посмотрел на нее, и все изменилось: тоска исчезла, желание умерло. Он
небрежно пожал плечами.
Дольше лгать себе самой Кейт не могла. Не стоит притворяться, что из их
брака что-то получится, подделка она и есть подделка. Их брак оставался
деловым соглашением, и ничем больше.
Страсть, секс, наслаждение, которыми они делились, не имели под собой
никаких чувств, кроме физического удовлетворения. Он занимался с ней
любовью, но не любил. Мужчины в сексе могут обойтись без любви.
Поэтому, несмотря на все заверения Стефаноса, он ее не любит. Если бы любил,
не вел бы себя таким чужаком. Разговаривал бы с ней, делился бы своими
переживаниями и чувствами. И не притворялся бы, что дети его не интересуют,
когда ясно, что он хочет иметь ребенка. Значит, он хочет ребенка не от нее.
Может, от Элени?
Кейт не знала. Может, да, а может, и нет. Определенно он очарован видом
Элени с ребенком на руках.
Впрочем, абсолютно неважно, от Элени или от кого другого. Важно то, что он
не любит ее, Кейт.
У Кейт не осталось сил терпеть ложь, в которой ей приходилось участвовать.
Она выждала три дня, пока няня семьи Барлоу, Шарлотта, не выздоровела и не
вернулась к работе, и тут же вызвала миссис Партридж из Ист-Хэмптонa, чтобы
определить ее к Софии, присматривать за близнецами и за Нестором, уже
избавившимся от красноты и морщин. Давно надо было на это решиться, подумала
Кейт.
Она расцеловала детишек и с улыбкой помахала рукой на прощание.
- Ты же не навсегда уезжаешь, — пошутила София, — а всего
лишь едешь домой к Деймону.
Кейт снова улыбнулась, закрыла за собой дверь и вытерла набежавшие слезы.
Она едет домой к Деймону только для того, чтобы написать записку.
Потом она соберет свои вещи и уедет.
Кейт ушла.
Он не мог в это поверить. Нет, просто не хотел в это верить.
Ощущение боли и пустоты казалось невыносимым. Он напомнил самому себе, что
ожидал этого, но боль не проходила.
С тех пор как она вернулась из Ист-Хэмптонa, Деймона не покидало чувство,
что он теряет Кейт, тем не менее он продолжал твердить себе, что уйти она не
решится.
Но, войдя в больничную палату и увидев Кейт с младенцем на руках, он решил,
что еще не все потеряно. Она была такой красивой, такой довольной. А когда
Элени забрала у нее ребенка, казалось, у нее отняли ее собственное дитя.
Ребенок! Вот где выход из тупиковой ситуации. Он, Деймон, должен стать отцом
ее ребенка, который даст повод продлить брак на некоторое время, а может
быть, свяжет их навсегда.
Глядя на Элени, ласкавшую его племянника, мысленным взором Деймон продолжал
видеть Кейт — она смотрела на малыша так, словно наконец-то ее
существование обрело смысл.
А теперь она ушла.
Не предупредив. Не выяснив отношений. Не оставив ничего, кроме маленькой
записки:
Думаю, с нас обоих довольно. Я не могу больше лгать. Пока. Кейт
.
Пока
! Как будто они были случайными знакомыми!
Может, и случайными, устало подумал Деймон. После ее ухода прошла неделя, а
от нее никаких известий. Кейт его не любит, это очевидно. В постели, без
света, он заменял ей ее дорогого покойного Брайса. На остальное нечего и
рассчитывать. Увидев ребенка, она затосковала по настоящей семейной жизни.
Но эту жизнь Кейт собирается устраивать не с ним.
Деймон налил себе еще одну рюмку (он выпил их слишком много с тех пор, как
она ушла), растянулся на диване и уставился воспаленными глазами в потолок.
В руке он держал календарик, который нашел в тумбочке около кровати.
Календарик, принадлежавший Кейт, где она вычеркивала день за днем с того
самого момента, как вышла за него замуж.
До каких пор она продолжала их вычеркивать? Риторический вопрос. Ответ
известен: до тех пор, пока наконец не освободилась от него.
Он с трудом сглотнул; в висках пульсировала кровь.
В три он должен присутствовать на встрече с Бельярдом. Старик прилетал из
Монреаля завершить сделку. Давно пора быть в офисе, но Деймону стало все
равно, хотя за шестнадцать лет он не пропустил ни одного рабочего дня. До
этого момента.
Теперь он не появлялся на службе неделю — нет, четыре дня, но, даже
когда он приходил, мыслями он был не в офисе.
Что с тобой происходит? — частенько спрашивала его Арета. — Ты
меня совсем не слушаешь
.
Что значит: ты не в курсе, где дело Бельярда
? — это Стефанос.
— Ты единственный, кто его брал
.
Деймон, ты заболел?
Деймон, что-то случилось с Кейт?
Деймон, нельзя дальше так себя вести
.
Потребовалось четыре дня постоянных расспросов Софии и Стефаноса, чтобы он
признался в том, что случилось.
- Что ты имеешь в виду: она тебя бросила? — ужаснулась София.
— Ты чем-то ее обидел, Деймон?
Деймон ничего не смог ответить. Он просто сидел у нее в гостиной,
уставившись на свой бокал с виски, и отрицательно качал головой.
София тут же сменила тактику.
- Кейт вернется, — пророческим тоном изрекла она. — У нее,
наверное, расстройство нервов после медового месяца.
- Расстройство нервов после медового месяца? Впервые слышу о таком
недуге, — изумился Стефанос.
София смерила его уничтожающим взглядом:
- Неудивительно.
- Нет, — глухо промолвил Деймон, осушив бокал и тяжело поднимаясь
на ноги, — это не нервы.
Он направился к двери.
- Деймон, — остановил его голос Софии, — мы можем чем-
нибудь помочь?
Он покачал головой:
- Сам справлюсь.
Кейт знала, что ей будет трудно, хотя и не намеревалась прерывать отношения
так резко. Что ж, женились они не по любви, а со сделками бывает всякое.
Забрав вещи и оставив записку, Кейт в тот же день уехала из города. Не то
чтобы она ожидала преследований со стороны Деймона, нет, скорее она
опасалась собственной слабости. Поэтому она уехала в Новую Англию. Ей
показалось, что Кейп-Код — наиболее подходящее место для уединения.
Такое же холодное и заброшенное, как ее сердце. Пустынные, открытые всем
ветрам песчаные пляжи и ледяной атлантический прибой должны были помочь ей
забыться.
Вместо этого они напомнили ей о Багамах.
Они напомнили ей о солнечных, теплых днях и об объятиях Деймона.
Она выдержала только неделю и вернулась домой.
Однако и это не помогло, потому что ее квартира уже не казалась ей домом.
Дом остался там, где находился Деймон. Распаковав сумки, сходив в магазин и
проведя бессонную ночь, Кейт на следующий же день с головой окунулась в
работу.
Работа помогла ей пережить предательство и смерть Брайса, но не спасла ее от
любви к Деймону.
Три дня она провела в бесконечных телефонных собеседованиях с семьями,
нуждающимися в будущих нянях. Ничто не помогало, даже усталость.
- Тебе надо хорошенько отдохнуть, — сказала ей вечером в четверг
Грета, ее помощница. — Ты вроде только что из отпуска, но выглядишь
даже хуже, чем когда уезжала.
- Я простудилась, — солгала Кейт.
- Тогда иди домой, выпей апельсинового сока и ложись в постель.
Кейт покачала головой:
- У меня много работы.
Грета решительно отняла у нее папку:
- С работой я тебе помогу. Ты записала мистера Барлоу как миссис.
Кейт сдерживалась, пока Грета не села на пятичасовой автобус. Теперь можно
было не притворяться, и вскоре ее всхлипывания превратились в откровенные
рыдания. Ей казалось, что сердце у нее разрывается.
Кто- то постучал в дверь.
Кейт вытерла глаза, высморкалась, откашлялась и только потом ответила
предательски дрожавшим голосом:
- Закрыто. Приходите завтра.
- Кейт? Это ты? Открой!
Она вскочила, еще раз вытерла глаза, сомневаясь, удастся ли ей скрыть следы слез, и подошла к двери.
- Стефанос?
Все еще не веря своим ушам, она открыла. И правда, это был он, на вид
— совершенно обезумевший.
- Слава Богу! — Он влетел внутрь и схватил ее за руку.
- Что случилось? Что-то с Софией? С ребенком? Разве миссис Партридж...
- С Софией все в порядке. С ребенком все в порядке. С миссис Партридж,
благослови ее Господь, тоже.
- Тогда в чем дело?
Он сердито посмотрел на нее.
- В Деймоне.
Сердце Кейт екнуло.
- Деймон? А что с ним?
- Это ты мне объясни. — Стефанос отпустил ее руку, но не сводил с
нее взгляда.
Кейт с недоумением затрясла головой.
- Он не ест, не спит, не бреется и даже на работу перестал ходить. Ты
можешь себе представить — Деймон не ходит на работу! Вместо этого он
пьет, чертовски много пьет! И выглядит как черт знает кто. А все почему?
Потому что ты его бросила, вот почему!
- Я... — запинаясь, начала Кейт и замолчала.
- Почему, Кейт? Почему ты от него ушла?
Она облизнула внезапно пересохшие губы.
- Деймону лучше знать, — тихо ответила она, отвернувшись к
темному окну, не в силах встретиться со Стефаносом глазами.
- Вот и он так же говорит, — признался Стефанос. — Но все
это сплошная ерунда. Вы же любите друг друга!
Кейт ничего не ответила. Она не могла этого отрицать, потому что
действительно любила Деймона.
А Деймон? Мечтать не вредно, сказала она самой себе.
- Послушай, Кейт, — мягко заговорил Стефанос, — брак
— мудреная штука. К счастью ведет неровный путь, иногда и споткнешься.
Мне ли не знать, как легко развалить семью! Но если супруги любят друг друга
по-настоящему, как вы...
- Вовсе нет! — возразила Кейт. Стефанос скептически поглядел на
нее.
- Тогда почему ты плакала? — Он кивнул на платок, который она все
еще комкала в руке. — Почему Деймон напивается до бесчувствия? —
Стефанос нежно улыбнулся Кейт. — Сделай еще одну попытку, Кейт.
Рискни. Возвращайся домой, мы все от этого выиграем.
Стефанос не знал всего.
Кейт, в отличие от него, не флиртовала ни с кем. Впрочем, Деймону, хоть он и
считал верность одним из условий их недолгого брака, навряд ли было до этого
дело.
По крайней мере она пыталась внушить это самой себе, после того как Стефанос
оставил ее одну в тишине кабинета.
Не сработало.
Деймон предлагал ей свою верность. Он заботился о ней и честно выполнял свои
обязательства.
Но он никогда не говорил ей, что любит ее. А она никогда не говорила ему,
что любит его.
Она снова и снова обдумывала их отношения, приводила все
за
и
против
, но
в результате пришла к тому же выводу, что и в начале своих раздумий: ей
необходимо поговорить с Деймоном.
Сможет ли она?
Осмелится ли?
Не грозит ли ей опасность оказаться в еще более глупом положении, чем в
ситуации с Брайсом?
Она заперла кабинет и вышла на улицу. Резкий зимний ветер пронизывал ее до
костей, и она быстро поймала такси, торопясь попасть в домашнее тепло.
Но даже в своей квартире Кейт никак не могла согреться. Она поставила на
плиту суп, но от горячей пищи внутри у нее не потеплело.
Деймон не ходит на работу. Деймон не ест. Деймон не спит.
Интересно, подумала она, ему сейчас тоже холодно?
Кейт не знала, есть ли у нее надежда, и боялась еще больше усложнить свою
жизнь. Но одно качество, без сомнения, Кейт унаследовала от своего отца: она
не избегала риска.
Она снова надела пальто, замоталась шарфом и вышла навстречу уличному
холоду...
В квартире Деймона было темно. Возможно, он уехал. Возможно, Стефанос
преувеличил его горе и она пришла зря.
Но она все-таки поднялась на лифте, прошагала по ковру холла и вошла.
Квартира была темной и молчаливой. Деймон, должно быть, дал миссис Винсент
выходной. Кейт стояла в прихожей и раздумывала, что же теперь делать.
На самом деле она знала, что ей надо сделать: уйти. Деймона дома нет.
Стефанос ошибся.
Кейт повернулась и начала открывать дверь, чтобы уйти, но застыла на пороге,
внезапно почувствовав непреодолимое желание еще один, последний раз
вернуться туда, где почти сбылась ее заветная мечта.
В прошлый раз она слишком торопилась поскорее уйти отсюда. Но теперь...
теперь, когда тихая квартира опустела, ей необходимо было попрощаться со
всем тем, что ее окружало.
Кейт распустила шарф, расстегнула пальто, сняла туфли, оставив их возле
двери. Не зажигая света, довольствуясь лишь огнями соседних зданий,
проникающими в окна и указывающими ей путь, она направилась в гостиную. Она
медленно провела ладонью по спинке дивана, вспоминая, как они вместе с
Деймоном сидели здесь. Дотронулась до книжных шкафов, вспоминая названия
книг, которые хотела прочесть.
Она прошла на кухню. В раковине громоздилась гора грязной посуды. Ни следа
присутствия здесь миссис Винсент. Неужели Деймон уволил ее? На него не
похоже. Хотя заметно, что какое-то время он управлялся сам.
Кейт взяла со стола кофейную чашку и, коснувшись губами ободка, которого
недавно касались губы Деймона, поспешно поставила чашку обратно.
Перед дверью главной спальни Кейт немного помедлила. В темноте она
разглядела, что покрывало на постели немного сбилось. Во всем остальном
комната осталась прежней.
Кейт медленно перешагнула порог и обошла вокруг кровати, где они когда-то с
Деймоном спали вдвоем. В горле стоял комок, в глазах щипало. Не думая, что
делает, она наклонилась и взяла в руки подушку, подушку Деймона, и прижалась
лицом к прохладному материалу, вдыхая запах его волос.
Господи, как больно!
Она повела головой, вытирая о наволочку выступившие слезы и направилась
обратно в прихожую.
- Кто здесь?
Голос был хриплым и недовольным. Деймон! Кейт приросла к полу.
Теперь она услышала шум, доносившийся из второй спальни, а потом в темном
дверном проеме появился силуэт. Его рука нащупала выключатель и щелкнула им.
- Черт возьми, Стефанос! Оставь меня в покое. Я... Ты!
Изумление Кейт было не меньшим. Стефанос оказался прав во всем. Деймон не
брился, и не ел, что доказывала его исхудавшая фигура, и не спал,
свидетельством чему служили темные круги под глазами.
- Деймон, — тихо промолвила она.
- Что, черт побери, тебе надо? — Он уставился на нее воспаленными
глазами. На нем были только брюки; он прислонился к косяку с таким видом,
будто вот-вот упадет.
- Я... Ты болен?
- Со мной все в порядке. Я задал тебе вопрос. Что ты здесь делаешь?
- Стефанос говорил...
Деймон что-то высказал по-гречески в адрес Стефаноса. И без переводчика было
понятно, что это не комплимент. Внезапно Деймон побледнел и бросился в
ванную. Кейт слышала, как его тошнило.
Ей хотелось пойти за ним, но она не осмелилась. Деймон был явно разозлен ее
приходом. Здравый смысл призывал Кейт уйти немедленно, но она осталась
стоять на месте, слушая, как открывается и закрывается кран, как шумит вода.
Когда дверь снова отворилась, она отступила на шаг.
Деймон, все еще бледный, с влажными растрепанными волосами, пристально
посмотрел на нее.
- Ты еще здесь?
- Ты болен, — ответила Кейт. — Тебе нужно лечь.
- Я лягу, а ты убирайся отсюда. — В голосе Деймона слышались
усталость и раздражение. Он развернулся и побрел в маленькую спальню.
Кейт последовала за ним.
- Почему ты не спишь в нашей?... — Она осеклась.
В нашей
комнате
, — хотела она сказать, но не смогла.
Деймон бросил на нее злобный взгляд.
- Потому что не хочу, ясно? — Он плюхнулся на смятую постель и
застыл, глядя в одну точку. Кейт никогда "не видела, чтобы он так скверно
выглядел — совсем раздавленным.
Она на мгновение задержалась в дверях, затем прошла в комнату,
остановившись, когда Деймон поднял на нее глаза и нахмурился.
- Почему же ты не хочешь, Деймон?
Его темные глаза заблестели.
- Ты специально пришла надо мной издеваться? Господи, что я тебе
сделал? — Он кивнул в сторону двери. — Уходи, Кейт. Оставь меня
в покое.
- Тебе нельзя оставаться одному. Ты болен. Кто-то долж
Закладка в соц.сетях
