Жанр: Любовные романы
Вкус невинности
...акой-то подлец испортил воду в колодце приюта большим количеством
соли. Теперь она непригодна к употреблению.
Ей хотелось использовать словцо более крепкое, чем
подлец
, но она
сдержалась.
Крисп озабоченно нахмурился:
— Но зачем он это сделал?
— Действительно, — задумчиво промолвила Сара и, сложив записку,
положила ее в карман. — Похоже, наш приют кому-то как кость в горле, и
этот кто-то решил чинить нам всякие неприятности. Мне нужно съездить туда и
узнать, как обстоят дела у воспитанников и персонала. Передайте, пожалуйста,
Джиму, чтобы он подождал, пока я переоденусь.
Крисп поклонился, и Сара поспешно вышла из комнаты. Через десять минут она
уже скакала в сопровождении Джима по дороге, ведущей к приюту. Добравшись до
Квилли-Фарма, Сара отдала необходимые распоряжения.
— Уилсон, извозчик из Кроукома, будет доставлять в приют питьевую воду
в бочках, — сказала она Кейти. — На обратном пути я заеду к нему и
обо всем договорюсь. Он сможет брать воду из колодцев в имении моих
родителей. Я уверена, что они не будут возражать.
Кейти кивнула:
— Да, конечно. Но мне кажется, вам прежде всего необходимо своими
глазами посмотреть на то, что случилось. Кеннет уверяет, что все не так уж и
плохо.
Сара вместе с Кейти отправилась к каменному колодцу, который находился на
заднем дворе. У шахты, стоял Кеннет Увидев Сару, он поздоровался с ней.
— Этот мерзавец высыпал в воду десять фунтов соли, — доложил он и
показал рукой на пустой джутовый мешок, валявшийся рядом с колодцем. —
Слава Богу, что из-за холодной погоды в горах еще много снега. Горизонт
грунтовых вод становится все выше, а когда начнется пора таяния, вода в
колодце обновится. Уже сейчас она начинает понемногу просачиваться из
колодца в почву.
И Кеннет показал рукой на внутреннюю стенку колодца. Она была влажной.
— Значит, соленая вода постепенно уйдет?
— Да. Примерно через месяц мы снова сможем пользоваться колодцем.
У Сары отлегло от сердца.
— Думаю, что мы выстоим, — сказала она и поделилась своими планами
с Кеннетом, рассказав ему, что питьевую воду в приют будут теперь доставлять
из поместья ее родителей.
Кеннет одобрил эту идею. Он знал, что им не придется платить за воду.
— Не понимаю, кто и зачем нам вредит? — пробормотала Сара.
— Это наверняка был тот же идиот, который пугал детей, нарядившись
призраком, — сказал Кеннет.
Кейти кивнула, соглашаясь с его мнением:
— Я тоже так думаю. Мне кажется, что он решил отомстить нам за
устроенную ему ловушку. Но я уверена, что теперь он успокоится. Вряд ли этот
человек снова сунется сюда.
Сара озабоченно нахмурилась. Она не разделяла оптимизма Кейти. Неизвестный
злоумышленник испортил воду в колодце, это была уже не шалость, а
преступление. На что еще был способен этот человек?
Впрочем, у Сары не было времени предаваться сомнениям. Ей надо было
действовать, организовывать доставку питьевой воды в приют, договариваться с
Уилсоном и родителями.
Она вернулась домой только к обеду.
Приехав в понедельник утром в приют, Сара увидела стоявшую во дворе коляску
доктора Калибурна. Она не на шутку встревожилась. Привязывая, как обычно, к
дереву Мулатку, Сара убеждала себя в том, что ничего страшного не случилось.
Скорее всего просто кто-то из детей сильно простудился. Поспешно взбежав на
крыльцо, Сара столкнулась с Джинни.
— Что случилось? — спросила она.
— С Куинс произошла беда. Пойдемте, вы сами все увидите.
Сара последовала за Джинни. На душе у нее было неспокойно.
Войдя в одну из комнат, расположенных в мансарде, Сара увидела доктора
Калибурна, который собирал свой чемоданчик, готовясь уходить, и сидевшую в
кресле Куинс. Ее рука была на перевязи.
Вокруг Куинс хлопотала Кейти. Увидев Сару, она с расстроенным видом покачала
головой.
— Куинс упала, поскользнувшись на крыльце, и повредила руку. Этот
негодяй ночью полил ступени водой, и на них образовался лед.
— Ранним утром я, как всегда, первой вышла из здания приюта, поскольку
должна была принести молоко для малышей, — рассказала Куинс. — На
ступеньках я поскользнулась, рухнула на крыльцо и сломала руку.
Доктор Калибурн закрыл свой чемоданчик.
— Да, это перелом руки, и пострадавшей придется долго лечиться. Пока
кость не срастется, ей нельзя будет поднимать тяжести этой рукой и напрягать
ее.
— Вы должны проявлять осторожность и беречь себя, Куинс, — сказала
Сара. — Вы прекрасно ухаживаете за малышами, но вы нужны им здоровой.
Лили будет помогать вам до тех пор, пока ваша рука не заживет.
— Да, конечно, — согласилась Куинс. — Лили уже покормила их
сегодня утром, и они заснули. Но боюсь, что с уборкой, сменой пеленок и
переодеванием бедная девушка не справится одна.
— Я найду ей помощницу в деревне, — пообещала Сара. — Мы
справимся со всеми трудностями, не беспокойтесь. — Она взглянула на
доктора, который уже собрался уходить: — Подождите меня на крыльце, мистер
Калибурн, — попросила Сара.
Доктор выполнил ее просьбу, и когда они остались одни, с озабоченным видом
сказал:
— Куинс уже не молода, а старые кости срастаются медленно. Отнеситесь
серьезно к этому перелому.
В пятницу утром Сара, не могла уже найти себе места от беспокойства. Она с
ужасом ждала очередных известий из приюта. В среду ночью кто-то сломал
загоны для скота, и небольшое стадо, которое принадлежало приюту, вытоптало
посевы на поле и в огороде.
К счастью, в огороде было еще мало засеянных грядок, и поэтому нанесенный
ущерб был незначительным и легко восстановимым. Вот если бы подобное
случилось поздней весной или летом, то дети могли бы остаться без овощей и
зелени.
Тем не менее Сара снова поспешила в приют. Весь день она утешала и
успокаивала детей и персонал. Под ее руководством Кеннет и Джим
отремонтировали ограждения в загонах для скота, а воспитанники старшего
возраста вскопали грядки и снова засеяли их ранними сортами овощей.
Материальный ущерб, понесенный приютом, не слишком волновал Сару. Ее пугало
то, что злоумышленник начал покушаться на жизнь и здоровье обитателей Квилли-
Фарма. Сломанная рука Куинс была только началом. Что еще замышлял
неизвестный преступник?
Что теперь делать? Над этим вопросом Сара долго ломала голову. Она
советовалась со Скеггзоми миссис Данюшоф, но, как и сама Сара, они считали,
что бесполезно обращаться за помощью к констеблю в Уотчете. Вряд ли он
всерьез отнесется к мелкому хулиганству и примет какие-нибудь меры.
Вернувшись домой, Сара села за секретер и глубоко задумалась, постукивая
карандашом по стопке бумаги. Какой еще удар нанесет ей неведомый противник?
Звук размеренных шагов дворецкого вывел Сару из задумчивости. Когда Крисп
появился в дверном проеме, Сара бросила тревожный взгляд на его серебряный
поднос. Но на этот раз на нем лежала не записка, а визитная карточка, и у
нее отлегло от сердца.
Поклонившись, Крисп протянул ей поднос с визиткой.
— Вас хочет видеть, поверенный из Тонтона, мэм, — доложил он.
Взяв карточку, Сара прочитала:
Мистер Арнольд Суидертон, адвокатская
контора Суидертон и Бэбкок
, Ист-стрит, Тонтон
.
Ока нахмурилась. Чарли, конечно же, заметил, что она чем-то встревожена и
слишком часто наведывается в приют. В последнее время он стал сообщать ей о
том, куда едет. Сегодня Чарли отправился с визитом к Синклеру. Сара понятия
не имела, зачем мистер Суидертон явился к ней.
— Вы ничего не перепутали? — спросила она дворецкого. —
Поверенный хочет видеть именно меня, а не графа?
— Да, мэм, он выразил желание встретиться именно с вами.
На лице Сары отразилось удивление.
— Ну хорошо, проведите его сюда.
Крисп, поклонившись, удалился.
Может быть, ей снова хотят сделать предложение продать Квидли-Фарм? Но
явившийся к ней поверенный представлял совсем другую контору.
Мистер Арнольд Суидертон оказался высоким худым человеком с неприятной
внешностью. На его лице как будто застыло выражение отвращения и
брезгливости. Поверенный с первого взгляда не понравился Саре.
— Графиня, — поклонившись, промолвил поверенный, — я
уполномочен сделать вам предложение от имени моего клиента. Мой клиент
желает приобрести собственность, права на которую все еще принадлежат вам.
Должен заметить, это довольно необычно, если учесть, что вы замужем. Честно
говоря, я предпочел бы вести деловые переговоры с вашим мужем, но мне даны
четкие инструкции обратиться предложением именно к вам.
Сара не пригласила поверенного сесть. Прижав кожаный портфель к груди, он
достал из него документы и протянул ей.
— Взгляните, пожалуйста, на эти бумаги. Здесь все изложено. Речь идет о
продаже Квилли-Фарма — построек и земельного участка. В документах указана
цена, которую мой клиент готов заплатить за них.
Сара взглянула на сумму, проставленную в конце документа. Она значительно
превосходила ту, которую предлагал ей Хейнз.
— Как зовут вашего клиента? — спросила она.
— О, моя дорогая графиня это должно остаться тайной для вас.
— В самом деле? — ледяным надменным тоном, в котором чувствовалась
еле сдерживаемая ярость, промолвила Сара, и Суидертон растерянно
заморгал. — Я не
ваша дорогая
, мистер Суидертон, зарубите себе это на
носу!
Поверенный нервно сглотнул и хотел извиниться, но передумал, вспомнив,
должно быть, наставления своего клиента.
— Мой клиент настаивает на полной анонимности. Я понимаю, что у вас нет
опыта в такого рода сделках. Но поверьте мне на слово, при покупке земли
анонимность обычное дело.
— Пусть так, но дело в том, что я не собираюсь продавать Квилли-Фарм.
Передайте это своему анонимному клиенту.
Сара протянула ему бумаги, но Суидертон отступил назад, отказываясь их
брать.
— Это очень выгодное предложение, леди Мередит. Я настоятельно
рекомендую вам не отклонять его сразу. Посоветуйтесь прежде со своим мужем,
чтобы не жалеть потом об упущенной возможности. Я уверен, что граф сумеет
разумно распорядиться той огромной суммой, которую мой клиент по своей
прихоти предлагает за ничтожный участок земли. Дамы плохо разбираются в
финансовых вопросах. Убедительно прошу вас сообщить о полученном вами
предложении вашему мужу. Думаю, он примет правильное решение.
Сара сделала паузу, прежде чем ответить наглому поверенному, который уже
изрядно надоел ей.
— Меня удивляет, мистер Суидертон, что вы никак не можете вникнуть в
суть деда, — спокойным тоном промолвила она. — Я сохранила права
на Квилли-Фарм по веской причине. И эта причина, в частности, заставляет
меня отклонять любые предложения продать эту собственность. — И она
швырнула документы в лицо поверенному. Ахнув, он поймал их и прижал к
груди. — Моему мужу незачем знать о подобных предложениях, потому что
от него в этом вопросе ничего не зависит. Мое решение не спонтанное, а
глубоко продуманное. Я остаюсь владелицей Квилли-Фарма по причинам, которые
вас не касаются. И никто не сможет убедить меня расстаться с этой землей. Я
жалею только о том, что моего мужа нет сейчас дома и он не может обойтись с
вами так, как вы этого заслуживаете. К сожалению, правила приличий
ограничивают дам в проявлении отрицательных эмоций. — Глядя в глаза
поверенного, Сара ледяным тоном обратилась к застывшему у двери дворецкому:
— Крисп, выпроводите отсюда мистера Суидертона.
— Слушаюсь, мэм. Проку вас, сэр, следуйте за мной.
Когда дворецкий и поверенный удалились, Сара подошла к окну.
Может быть,
пойти прогуляться по саду?
— подумала она. Однако вскоре Крисп снова явился
в гостиную и предложил принести ей обед на подносе.
— Благодарю, Крисп, это было бы здорово, — сказала Сара. Пообедав,
Сара пошла в розарий, чтобы прогуляться по его дорожкам. Прохаживаясь мимо
голых кустов роз, на которых уже набухли почки, Сара полной грудью вдыхала
свежий, бодрящий воздух. Ей сейчас не хотелось думать ни о странных
происшествиях в приюте, ни о неприятном визите Суидертона. Но тут внезапно
ей в голову пришла сумасшедшая мысль. А что, если эти события связаны между
собой?
— О Боже... — прошептала она побелевшими губами. Неприятности в
приюте начались после того, как сначала она, а потом Чарли отклонили
предложение продать Квилли-Фарм. А что, если анонимный покупатель решил
выжить Сару из приюта? Создать такую невыносимую обстановку, чтобы она сама
захотела избавиться от Квилли-Фарма?
Сара тряхнула головой, отгоняя подобные мысли.
Нет, этого не может
быть, — убеждала она себя. — Беды, свалившиеся на головы персонала
и воспитанников приюта, и предложения продать Квилли-Фарм по выгодной цене
просто случайно совпали по времени
. Но подозрения уже закрались в ее душу.
Кто-то, плохо знакомый с ее настойчивым, упрямым характером, наверное,
решил, что она, выйдя замуж, утратит интерес к своему
хобби
и легко
расстанется с приютом. Но этот человек просчитался.
Глава 16
В субботу во второй половине дня Сара снова вышла прогуляться в розарий,
тихое уединенное место. Здесь никто не видел, как она нервно расхаживает по
дорожкам, бормоча себе что-то под нос. В гостиную же каждую минуту мог кто-
нибудь войти — лакей, горничная, Крисп или Чарли. Ее настроение в последние
дни вызывало озабоченность у обитателей усадьбы, и они исподволь следили за
Сарой.
Сара в конце концов отмела мысли о связи между событиями, происходящими в
приюте, и настойчивыми предложениями продать Квилли-Фарм и теперь
сосредоточилась на вопросе: что делать? Она напряженно искала выход из
создавшегося положения. С кем она могла посоветоваться? С отцом? Но он
скорее всего решит, что его дочь беспокоится по сущим пустякам, и не придаст
значения ее тревогам.
Может быть, Саре следовало поговорить с Габриэлем Кинстером? Но он плохо
знал ее и мог посчитать истеричкой. Кроме того, Габриэля неприятно удивил бы
тот факт, что Сара обратилась за советом к нему, а не к своему мужу.
Но Чарли дал ей ясно понять, что его не интересуют дела приюта. Гордость не
позволяла Саре снова заговорить с ним на эту тему.
Сара нахмурилась. Но что, если из-за ее бездействия случится новая беда, еще
более ужасная, чем те, которые уже произошли в приюте? Остановившись, она
обхватила, себя руками за плечи. И что, если несчастные случаи и предложения
продать Квилли-Фарм все же связаны между собой?
— Проклятие! — воскликнула Сара.
Она понимала, что ради блага сирот ей нужно подавить самолюбие, проглотить
свою обиду и попросить помощи у мужа. Причем сделать это надо было
немедленно, иначе могло случиться еще какое-нибудь несчастье.
Стиснув зубы, Сара повернулась лицом к дому и взглянула на окна библиотеки,
в которой сейчас находился Чарли. Внезапно ее внимание привлекло какое-то
движение на террасе.
Приглядевшись, она заметила, что по ней со стороны конюшен идет Барнаби
Адэр.
Сара тут же припомнила все, что она когда-либо слышала о Барнаби от мужа и
подруг, и неожиданно для самой себя помахала гостю рукой.
Увидев хозяйку дома, Барнаби остановился и подождал, пока ока подойдет к
нему. Сара поспешно пересекла лужайку и взбежала по ступеням террасы.
— Добрый день, Сара, рад видеть вас, — промолвил Барнаби и,
поклонившись, галантно поцеловал ей руку.
— Мне нужен ваш совет... срочно, — отбросив в сторону, все
формальности, торопливо сказала Сара. — Вы можете уделить мне несколько
минут?
Светящиеся умом глаза Барнаби испытующе смотрели на нее.
— Я к вашим услугам.
Сара показала на двустворчатые застекленные двери своей гостиной:
— В. таком случае давайте пройдем ко мне.
Они вошли в гостиную, и Сара, усадив гостя в кресло, направилась к камину.
Протянув озябшие руки к огню, она собралась с духом и начала:
— У меня есть ферма... бывшая ферма. Это место называется Квилли-Фарм,
оно находится к северу от Кроукома. На этом участке земли, включающем
усадьбу и несколько сельскохозяйственных полей, расположен сиротский
приют. — Сара рассказала о том, что все это перешло к ней по наследству
от тетушки, а затем перешла к главному: — В начале прошлого месяца ко мне в
сиротский приют явился поверенный и сделал предложение от имени пожелавшего
остаться неизвестным клиента продать этот участок земли. Я отклонила его.
Казалось бы, в этой истории нет ничего странного, но после того, как я вышла
замуж, такое же предложение было сделано Чарли. Люди, которым нужна моя
земля, решили, что права на нее перешли к моему мужу. Однако по условиям
брачного договора он оставил эту собственность в моем владении.
В синих глазах Барнаби вспыхнул огонек живого интереса. Судя по всему, он
внимательно слушал Сару.
— И что же было дальше? — спросил Барнаби, когда Сара замолчала.
— А дальше, — Сара судорожно вздохнула. — Дальше начались
неприятности.
И она коротко рассказала обо всем, что произошло в приюте за последние дни.
— Вы понимаете, нас как будто кто-то пытается выжить с этой земли. Я,
как и весь персонал приюта, не верю, что все это дело рук психически
нездорового человека. А вчера утром ко мне явился еще один поверенный. Чарли
находился в отъезде. Впрочем, поверенный намеревался встретиться именно со
мной. Он сделал мне очень выгодное предложение. Его клиент готов был
выложить за Квилли-Фарм кругленькую сумму. Поверенный вел себя высокомерно и
отказался назвать мне имя своего клиента.
Сара замолчала, и в комнате установилась тишина. Барнаби застыл в кресле, и
Саре показалось, что он о чем-то напряженно размышляет. Наконец он поднял на
нее глаза.
— Простите, я задумался... Вы сказали, что приют находится к северу
отсюда. Значит ли это, что он расположен в долине между Уотчетом и Тонтоном?
— Да.
Сара не понимала, куда клонит Барнаби. Но он не стал ничего объяснять ей.
Барнаби так резко поднялся на ноги, что Сара невольно отпрянула от него.
Только теперь она заметила, что ее гость чрезвычайно взволнован.
— Подождите меня здесь, — попросил он. — Я должен срочно
переговорить с Чарли, а потом мы решим, что делать.
Барнаби стремительно вышел из комнаты. Сара проводила ею изумленным
взглядом.
— Ну и ну, — пробормотала она, опускаясь в кресло, в кот ором
только что сидел Барнаби.
Сидя за письменным столом в библиотеке, Чарли поигрывал зажатым между
пальцами пером. Чернила на его кончике же высохли. Перед Чарли лежал лист
бумаги с краткой записью полученной от Малькольма Синклера информации. Она
касалась вопросов финансирования строительства железных дорог. Чарли сделал
ее, чтобы отвлечься от тягостных мыслей о Саре.
В глубине души он чувствовал, что поступает неправильно, отгородившись от
нее в повседневной жизни. Возможно, Саре действительно нужна была его
помощь, его поддержка. Но что теперь делать? Этого Чарли не знал.
В коридоре за дверью послышались торопливые шаги, и через несколько
мгновений в библиотеку ворвался Барнаби. Чарли сразу же заметил, что его
друг сильно возбужден.
— Я только что говорил с Сарой, — выпалил он и, подбежав к
письменному столу, оперся на него ладонями. — Неужели все это
правда? — Наклонившись, Барнаби в упор посмотрел на Чарли. —
Значит, преступник все это время действовал у нас подносом?
Холодок пробежал по спине Чарли. Он с недоумением смотрел на Барнаби. Однако
постепенно Чарли начал догадываться, о чем идет речь, и почувствовал, что в
его жилах стынет кровь.
Видя, что хозяин дома ошарашен его словами, Барнаби замолчал.
— Может быть, я поспешил с выводами? — после небольшой паузы снова
заговорил он. — Надо выяснить, действительно ли эта ферма стоит там,
где должна пройти железная дорога.
Чарли уже понял, о какой ферме идет речь.
— Квилли-Фарм... — сквозь зубы процедил он. Барнаби бросил на
Чарли удивленный взгляд. Он не понимал, почему в голосе его друга звучит
ярость.
— Сара только что рассказала мне о неприятных происшествиях в приюте.
Похоже, все это дело рук злоумышленника. А если учесть, что вам одновременно
с этим поступали предложения продать ферму...
— Предложения? Их было много?
Барнаби кивнул.
— Но главным все-таки является вопрос о том, насколько необходим этот
участок для строительства железной дороги.
Подавив усилием воли захлестнувшую его волну эмоций, Чарли попытался
проанализировать все, что услышал. Он хорошо знал местность, и ему не
составило большого труда сделать определенные выводы.
— Да, — твердо сказал он, — после ввода в строй дороги
Бристоль — Тонтон долина между Тонтоном и Уотчетом превратится в настоящее
золотое дно, приносящее большой доход. Со временем непременно встанет вопрос
о строительстве в долине железнодорожной ветки, которая должна будет пройти
по участку земли, принадлежащему Саре.
Чарли встал и, подойдя к шкафу, достал с полки небольшой рулон плотной
бумаги.
— Взгляните на карту местности, и вы все сами поймете.
Барнаби склонился над картой, которую Чарли расстелил на столе.
— Да, вы правы, у злоумышленника нет другого выхода, он во что бы то ни
стало должен купить Квилли-Фарм.
— Простите, — пробормотал Чарли, голова которого, по-видимому,
была занята совсем другими мыслями, — я должен на минуту вас
покинуть...
И. не дожидаясь, что скажет Барнаби, Чарли стремительно вышел из комнаты.
Сара услышала, как хлопнула дверь библиотеки и в коридоре раздались
торопливые шаги. Они приближались. Через несколько мгновений на пороге
гостиной появился Чарли. Он задыхался от гнева.
Чарли колючим взглядом буравил Сару. Он остановился слишком далеко от нее, и
она не могла разобрать выражение его лица. Закрыв за собой дверь, Чарли
упругой походкой хищника направился к жене. Его молчание казалось Саре
зловещим. Мурашки забегали у нее по спине.
Стараясь скрыть свой испуг, она небрежно откинулась на спинку кресла, не
сводя глаз с медленно приближавшегося Чарли. Он пересек комнату и
остановился у камина напротив Сары.
Чарли был бледен, на его скулах ходили желваки.
— Я только что узнал от Барнаби, — промолвил он, — что в
приюте произошло несколько несчастных случаев и что вам уже сделали два
предложения продать Квилли-Фарм. По его словам, вы считаете, что эти события
связаны между собой. Короче говоря, вы подозреваете, что какой-то мерзавец
принуждает вас продать принадлежащий вам участок земли.
Сара молчала, и глаза Чарли вспыхнули от ярости.
— Почему вы ничего не сказали мне? — В его голосе слышалось
неподдельное страдание. — Вы моя жена! — Чарли начал расхаживать
по комнате. — Защищать вас — моя обязанность. Я поклялся у алтаря
беречь и лелеять вас! Но как я могу выполнить свое обещание, если вы
скрываете от меня, что вас преследует какой-то негодяй?!
Он бросил на жену гневный взгляд, но Сара выдержала его с ледяным
спокойствием. Удивительно, что ее всегда сдержанный муж вдруг вышел из себя!
— Вы прекрасно знали о бедах, произошедших в приюте, но упорно молчали
об этом! — продолжал Чарли. — Однако как только Барнаби появился в
нашей усадьбе, вы сразу же излили ему душу!
Чарли нервным жестом провел рукой по волосам, взъерошив их. Сара видела, как
сжались его кулаки. Чарли снова прошелся по комнате и остановился напротив
жены. Его глаза метали молнии.
— Вы намеренно скрыли от меня все эти происшествия, хотя ваша жизнь
была под угрозой! Вы не желаете говорить мне о том, о чем мне необходимо
знать! — Чарли задыхался от бешенства. — Но почему?! —
взревел он.
В его голосе слышалось недоумение и мука. Сара видела, что ее муж глубоко
уязвлен. В его глазах застыло выражение душевной боли.
Но Сара не собиралась брать всю вину на себя.
— Почему? — переспросила она, стараясь сохранять
спокойствие. — Да потому, что вы заявили мне, что дела приюта — не ваша
забота. По вашим словам, я одна несу ответственность за то, что там
происходит. Вас это не интересует!
...Закладка в соц.сетях
