Жанр: Любовные романы
Красавец и ученая дама
...и упала на кровать.
ГЛАВА ДЕВЯТАЯ
Малькольм, такой вальяжный в шелковой пижаме и домашнем халате, вздрогнул от
неожиданности, но увидел Меган и облегченно вздохнул.
— На мгновение я подумал, что это не ты, а твоя мать. Я тут вышел, чтобы
выкурить сигару. А тебе тоже не спится? — Он с сочувствием посмотрел на
Меган, сидевшую в кухонной нише за длинным, чисто выскобленным деревянным
столом.
Держа в руках чашку с остывшим чаем, девушка кивнула. Она выдавила слабую
улыбку, надеясь, что ее лицо не очень сильно распухло от слез.
— Беспокойная ночь, дядя Мэл?
— Никогда не мог спать в деревне. Откровенно говоря, не понимаю, как здесь
вообще можно спать. Кругом такой шум! — пожаловался он, тяжело устраиваясь
на стуле.
Несмотря на расстроенные чувства, Меган позабавило его замечание.
— А как же лондонское уличное движение? — спросила она.
— К городскому шуму можно привыкнуть, а вот как быть с немыслимыми криками
обитателей дикой природы? Если честно, у меня бегут мурашки по спине от этих
воплей. Но имей в виду, здесь еще не так страшно, как в том месте, где живет
Люк. — Он передернул плечами. — Там ко всему прочему еще и морской прибой.
Шум моря, по-моему, более всего сравним с тоской одинокого человека.
— Но это же так поэтично, дядя Мэл!
— Да, раньше я тоже так думал, — с усмешкой согласился Малькольм.
— Я считала, что Люк живет в городе.
— Он тебе это рассказывал? Не похоже на обычно скрытного Люка. Должно быть,
ты ему очень понравилась.
Меган принужденно рассмеялась и сказала словно между прочим:
— Я в этом сомневаюсь.
— Он много путешествует... похож на цыгана, этот наш Люк. Никогда не знаешь,
куда его понесет в очередной раз. Это у него в крови.
Меган, слышавшая в три утра звук заводимого мотора
лендровера
, опустила
глаза и уставилась невидящим взглядом в свою чашку. Она заметила в холле
записку, адресованную ее матери и написанную решительным четким почерком.
Скоро и Малькольм узнает, что Люк снова отправился неизвестно куда.
— Он часто ездит куда-то в глубинку, в местечко, название которого мне не
выговорить. Это где-то в Уэльсе. Странный парень этот Люк, но при его
обстоятельствах это легко объяснить, — задумчиво продолжал дядя.
— Что за обстоятельства? — насторожилась Меган.
— Я и так уже слишком много сказал, — испугался Малькольм.
— Ты вообще ничего не говорил, — настаивала Меган. Ей уже до чертиков
надоела его таинственность.
Малькольм тяжело вздохнул.
— Иногда ты очень похожа на свою мать. Ну ладно, только пообещай, что все
останется между нами.
Меган торжественно кивнула.
— У Люка было свое довольно успешное дело, что-то связанное с
машиностроением. И партнер. Короче говоря, этот партнер несколько лет
приворовывал на фирме. В конце концов наглец сбежал, а Люку пришлось
разгребать мусор. Началось расследование, и Люка полностью оправдали. Все
было бы хорошо, но, к несчастью, один из инвесторов покончил жизнь
самоубийством, когда узнал, что все его сбережения пропали. Похоже, парень
слегка тронулся умом. Он оставил двоих детей и красивую молодую вдову.
Пресса набросилась на Люка.
Информация потрясла Меган, она надолго замолчала, обдумывая услышанное.
— А почему я об этом ничего не знала? — наконец проговорила она.
— Это случилось во время последнего приступа болезни твоего отца. С тех пор
Люк сильно изменился. Он не похож на себя прежнего... короткая стрижка,
строгие костюмы... Об этой истории уже все забыли.
— Но Люк помнит, — тихонько добавила она.
— Еще бы! — воскликнул Малькольм. — Он не тот человек, чтобы забыть и
простить такое.
— Я тоже такая, — сквозь зубы процедила Меган. Каким бы тяжелым ни было
прошлое Люка, ничто не в состоянии искупить его непростительное отношение к
ней.
— У нас намечается переезд?
Весь день Меган не могла сосредоточиться. Пока у нее не было твердой
уверенности, хотя она уже дважды провела тест на беременность. Не так уж
необходим был этот второй тест, ведь в глубине души она уже знала ответ.
Конечно, такое случается с другими, но не с ней же! Ситуация осложнялась
тем, что в это время к Меган на неделю приехала школьная подруга София.
Меган обожала ее, но по поводу этого деликатного вопроса не могла делиться
даже с ней. София была замужем уже пять лет и проходила второй курс лечения
по сохранению беременности. Как можно объяснить женщине, отчаянно пытавшейся
родить ребенка, что ты случайно забеременела от практически незнакомого
человека?
Меган изо всех сил пыталась сосредоточиться на том, что говорил ей босс.
— Сейчас самое подходящее время для дальнейшего развития фирмы, и
экономически намного выгоднее продать здание и переехать куда-нибудь за
город. — Он вздохнул. — Прекрасное место, неподалеку от городка Андервуд.
Думаю, это название ни о чем вам не говорит...
— Напротив, я выросла неподалеку от этих мест, — возразила Меган.
— Вот и прекрасно. Я не тороплю вас с решением, вы подумайте. Но нам не
хотелось бы терять такого ценного сотрудника. Думаю, что, изучив все детали,
вы поймете, каким выгодным для всех нас станет это перемещение.
Два последующих дня Меган вела себя так, словно ничего не случилось. На
третий день она взяла один из накопившихся у нее отгулов и поехала домой,
решив, что в данный момент это — самое разумное решение.
Матери не было дома. Экономка Элспет объяснила, что Лора улетела на выходные
в Париж.
— Ты не знаешь, когда она вернется? — спросила Меган.
— Этого я не могу сказать, — последовал неторопливый ответ.
В другое время Меган расспросила бы о поездке подробнее, но на этот раз у
нее голова шла кругом, слишком много возникло нерешенных проблем. Элспет все
время хлопотала и суетилась вокруг нее, стараясь побаловать
свою девочку
.
Возможно, она интуитивно, с проницательностью, унаследованной от кельтских
предков, чувствовала, что у ее любимицы не все ладно.
Старые стены родового гнезда приятно умиротворяли. Уже войдя в дверь, Меган
почувствовала, что успокаивается. Следующим утром, бродя по лесу, она
приняла окончательное решение: ее ребенок должен родиться и воспитываться
здесь, в ее родных местах.
Лора вернулась в воскресенье.
— Ты выглядишь сногсшибательно, — восхитилась Меган, когда они вместе пили
чай в гостиной. Такая прическа тебе очень к лицу.
— А тебе не кажется, что она слишком... молодежная?
— Ты еще молода, мама, — заверила ее Меган. В другое время она, возможно,
отпустила бы на этот счет какую-нибудь шутку, но сейчас ее занимало другое.
Когда ей выложить правду?
Она набрала полную грудь воздуха, решив, что ждать не стоит.
— Мам?
— Меган, я должна тебе кое-что рассказать...
— А я — тебе, — откликнулась Меган, принужденно улыбаясь. — Но только после
тебя.
Лора встала и прошла к окну. Меган впервые заметила, что родительницу что-то
гнетет.
— Ты уже знаешь, что я была в Париже?
Меган кивнула.
— Да, знаю.
— Я останавливалась у друга.
Мать явно чувствовала себя неловко, она постоянно отводила в сторону взгляд.
Меган похолодела от страха.
— Это прекрасно, — сказала она, сжимая и разжимая пальцы, словно хотела
набраться сил, чтобы выслушать до конца. — Мама, ты... не заболела?
Лора повернулась и, увидев испуганное выражение лица дочери, смутилась.
— Нет, нет! Со мной все в полном порядке.
Меган облегченно вздохнула. Любую другую новость она переживет с легкостью.
— Ну, тогда все хорошо. У кого ты была? Я их знаю?
Лора подошла и присела на диван рядом с дочерью.
— Я была у Жан-Поля Леграна.
— И как он поживает? — спросила Меган, стараясь припомнить их встречу
несколько недель назад. Кажется, что с тех пор прошла целая вечность...
— У него все хорошо. Вообще-то... — Лора вздохнула и взяла Меган за руки. —
Дело в том, дорогая, что я уже несколько раз ездила к Жан-Полю и должна
сказать тебе, что... Боже, как это трудно выговорить!..
— Гораздо легче, чем то, что я должна рассказать тебе, — заверила ее Меган,
сжимая пальцы матери, чтобы придать ей храбрости.
— Жан-Поль сделал мне предложение, и я ответила согласием.
Меган приоткрыла рот от удивления. Ее мать снова выходит замуж! Этого она
никак не ожидала. Впервые за последние недели она забыла о своих собственных
проблемах.
— Ты выходишь замуж... А я даже не знала, что вы встречаетесь! Но это же
прекрасно! — воскликнула она, обнимая мать и горячо целуя ее в щеку.
Лора расплакалась, а Меган растерялась.
— Ты в самом деле так считаешь? — спросила Лора.
Меган энергично кивнула.
— Конечно. Не сомневайся.
Лора облегченно вздохнула.
— А я так боялась! Думала, ты сочтешь мое решение предательством по
отношению к памяти папы. Ведь я постоянно заявляла, что никогда больше не
выйду замуж. — Она вытерла глаза платком, который подала ей дочь.
— Папа никогда не стал бы требовать, чтобы ты жила одна, мама, — тихо
сказала Меган.
Лора пошмыгала носом, потом вгляделась в лицо дочери.
— Ты и в самом деле не возражаешь?
Меган отрицательно покачала головой.
— Конечно, я не возражаю. Я очень хочу, чтобы ты была счастлива. Ты любишь
Жан-Поля?..
Странно, что ей приходится обсуждать личную жизнь матери. Та, почувствовав
это, снова смутилась.
— Он очень приятный мужчина, — с улыбкой начала Лора, но тут же посерьезнела
и торжественно продолжила: — Я прямо объяснила ему, что должна сначала
получить твое согласие.
— Так ты ждешь моего благословения?.. Необычная роль для меня, — поддразнила
Меган, но мать даже не улыбнулась.
— Да, жду.
— Я благословляю тебя.
— Спасибо, дорогая. Конечно, теперь все не так, как было с твоим отцом, но
должна признаться, что он мне нравится. С ним я чувствую себя помолодевшей.
— Тогда и я буду любить его, — заверила Меган. — Вы уже назначили дату?
— Через месяц.
Меган бесшумно свистнула.
— Вы, похоже, не теряете времени даром.
Ей почему-то все-таки казалось, что мать слишком торопит события.
— Дело в том, Меган, что у Жан-Поля имеется адвокатская контора в Париже. Я
перееду туда. А это место... такой большой дом, тебе некогда будет смотреть
за ним при твоей-то работе...
— Париж не так далеко, мама. И не беспокойся ты об этом доме! Возможно,
теперь я часто буду бывать здесь. Ты только представь, наша компания
переезжает в местечко за девять миль отсюда. Вот и выходит, что я буду
рядом. — Склонив голову набок, Меган изучающее смотрела в лицо матери. — Ты
хочешь сказать что-то еще, верно, мама?
Лора кивнула:
— Да, верно.
— Тогда выкладывай. — Меган скинула туфли, с ногами забралась на диван и
свернулась калачиком. — Новость наверняка не столь важная, как то, что у
меня вскоре появится отчим.
Лора тяжело вздохнула и положила руки на колени.
— Мне тяжело об этом говорить, но я должна сказать все до конца. Дело в том, Меган, что я беременна.
Меган утратила дар речи. Такого она никак не могла себе вообразить.
— И... что говорит Жан-Поль? Он-то знает об этом?
— Конечно, знает! Разве я могла не сказать ему? — сокрушенно ответила мать,
поворачиваясь к дочери и с удивлением замечая виноватое выражение на ее
лице. — Жан-Поль прекрасно отнесся к этому. Он только забеспокоился о моем
здоровье. Но все в порядке, я здорова. Понимаешь, Мэрилин, его умершая жена,
не могла иметь детей, получается, что это будет его первый ребенок. Он
просто счастлив!..
Дрожащим голосом Меган прервала поток радостных слов. Она все еще никак не
могла поверить.
— Так ты действительно беременна?
— Да, у меня будет ребенок.
— И у меня тоже, — заявила Меган с нервным смехом, граничащим с истерикой.
— Боже мой!
Порывистым движением мать и дочь бросились в объятия друг к другу и
разрыдались.
Когда они немного успокоились, Лора обратилась к дочери:
— Теперь давай поговорим спокойно. Я полагаю, что отцом ребенка является
Люк.
— Почему ты так решила?
— Ну, как же, Меган! Он с тебя глаз не спускал! Вот я и предположила...
Меган утвердительно кивнула.
— Ты расскажешь ему? — спросила Лора.
— Я не знаю, где он... Его нет в Лондоне.
— Уверена, что Малькольм знает это. Я выясню у него.
— Нет, — быстро вмешалась Меган. — Я сама его спрошу.
Дядя Малькольм никак не хотел говорить, куда поехал Люк, поэтому Меган
пришлось изложить ему причину своей настойчивости.
— Теперь ты понимаешь, что я должна сказать ему об этом, — продолжала она и
тут же поспешно добавила: — Мне от него ничего не нужно. Я решила сохранить
ребенка...
— Предполагаю, что Люк захочет провести церемонию тихо, без ненужного
шума...
Почувствовав, как кровь приливает к щекам, Меган с отчаянием смотрела на дядю. Она будет жить одна.
— Ты слышал, что я сказала? Мне от него ничего не надо!
— Да слышал, слышал! Только это полная глупость! У ребенка должны быть два
родителя!
— Очень многие женщины одни воспитывают своих детей, — возразила Меган. —
Кстати, то, что Люк непременно сделает мне предложение, маловероятно, ведь
мы практически чужие, — сказала она, подумав с ужасом, что это не помешало
ей влюбиться в совершенно чужого человека.
— Вот поженитесь, и у вас будет полно времени для более близкого знакомства.
— Я не хочу выходить замуж.
— Ты передумаешь, — уверенным тоном заявил Малькольм, потом начал
рассуждать: — Конечно, я не был уверен в этом тогда, учитывая, что он
пережил шестимесячный творческий кризис. Но в конце концов все обернулось
даже к лучшему, когда Грейс потребовала развода в прошлом году.
Мальком, казалось, не заметил, как от ужаса исказилось лицо племянницы.
— Люк... он что, женат? — воскликнула Меган, но вовремя прикусила язычок. И
что в этом странного? — думала она. Большинство мужчин в таком возрасте уже
давно женаты или разведены.
— Он был женат, — Малькольм встревоженно уставился в ее бледное как бумага
лицо. — Они поженились, когда он был еще очень молод, но уже много лет живут
отдельно.
У Меган на языке вертелось множество вопросов, ей хотелось знать все
подробности, но Малькольм наотрез отказался говорить, посоветовав ей
обратиться за ответами к самому Люку. С мазохистской радостью Меган на
протяжении всего пути в Уэльс терзала себя образами прекрасной женщины — его
жены.
Поездка оказалась неожиданно долгой. Девушка не могла позвонить Люку и
предупредить о своем приезде, так как Малькольм сказал, что у него там нет
телефонной связи.
Коттедж оказался не таким уж и уединенным, как расписывал дядя. Просто его
было трудно отыскать, и последние две мили она достаточно долго блуждала по
окрестностям.
Меган проехала по односторонней узкой дороге, обсаженной с двух сторон
кустарником, и неожиданно оказалась на берегу моря, которое слегка штормило.
У нее захватило дух. Чтобы получше все разглядеть, она опустила стекло
автомобиля. Вдыхая соленый морской воздух, она с наслаждением любовалась
открывшимся видом. Волны с белыми гребнями с шумом набегали на прибрежную
гальку.
Не стоит откладывать неизбежное объяснение, сказала она себе и решительно
включила зажигание...
Осторожно, чтобы не оступиться, Меган шагала к одинокой обители. Коттедж был
построен на каменистом возвышении холма и, казалось, нависал над скалистым
берегом моря. Волны бились о невысокую стену каменного ограждения. Низкое
белокаменное здание казалось небольшим, но стены выглядели внушительно-
надежными, способными защитить от многих неприятностей. Дом был явно
старинным — судя по архитектуре, ему было не меньше двухсот лет.
Четырехколесное забрызганное грязью средство передвижения Меган узнала
сразу. Машина Люка стояла на небольшой площадке перед дверью, выкрашенной в
веселый красный цвет.
Может быть, стоило бы еще немного поразмыслить? Или вообще отказаться от
этого плана?
Успокойся, Меган, уговаривала она себя. Ты прекрасно знаешь, что нужно
сказать:
Я пришла отдать долг вежливости и сообщить, что у меня будет
ребенок от тебя
.
Меган столько всего передумала, пока ехала сюда, что на большее у нее уже не
хватало фантазии. Она схватила дверной молоток и вдруг почувствовала, что ее
тошнит. На стук никто не ответил, и она обошла здание, заглядывая в окна.
Нигде не чувствовалось даже признаков жизни. Может быть, это знак свыше?
Надо ехать домой.
Поколебавшись некоторое время, Меган решила подождать еще полчаса, а потом
вернуться в деревню, которую она проезжала на своем пути, чтобы там
устроиться на ночлег. Даже если она не увидится с Люком, ехать в такую даль
обратно ей было уже невмоготу.
Сидеть в машине было холодно и неудобно. Казалось, даже чувства Меган впали
в какой-то анабиоз. Потерев рукой об руку, она включила мотор. Хлынувшее из
обогревателя тепло и тихая музыка, льющаяся из радио, быстро произвели свой
эффект.
Внезапно дверца распахнулась без всякого предупреждения. Положив руки на
крышу машины, Люк наклонился вровень с лицом девушки. Раньше ей казалось,
что она знает каждую черточку его смуглого лица. Но теперь, когда Люк
оказался так близко, она подумала, что во плоти он еще красивее, чем
рисовало ей воображение.
— У тебя здесь очень живописно, — проговорила Меган, с удивлением
прислушиваясь к тону своего голоса. Неужели это ее слова? Совсем не так она
планировала начать разговор с ним.
— А ты как раз проезжала мимо?
От его холодной иронии кровь бросилась в голову Меган.
— Мне следовало позвонить.
— Я не пользуюсь телефоном по той причине, что... не люблю, когда незваные
гости мешают мне работать.
Меган окинула взглядом его зеленую куртку из плащевой ткани, расстегнутую у
ворота. Под ней виднелся черный свитер. Меган посмотрела ниже, на его
длинные ноги в молескиновых брюках и башмаках на толстой подошве, и решила,
что он выглядит превосходно, только, может быть, слегка похудел.
— Ты работаешь?
— Я писатель, а писатели всегда работают, — спокойно лгал Люк. Он не написал
ни слова с тех пор, как приехал сюда. — Прогулки помогают мне привести мысли
в порядок. — Честно говоря, в этот момент его мысли были заняты глазами
Меган, ее запахом, ее нежным обликом... Он не сомневался, что рано или
поздно это наваждение пройдет. Однако рассуждать таким образом было легко,
когда она была от него за триста миль. — Вдохновение приходит в самый
неожиданный момент.
Как и любовь, подумала Меган.
Ей в голову пришла ужасная мысль: а что, если она стала объектом его
изучения для создания очередного поучительного литературного образа? От
этого ей стало совсем плохо.
— Если я обнаружу, что один из персонажей твоих книг похож на меня, я подам
на тебя в суд, — прошипела она.
— Я думал, что ты не читаешь мои книги.
— Читаю, но только для того, чтобы убить время при ожидании поезда, —
ответила она и взяла сумочку, намереваясь выбраться из машины.
— Даже и не пытайся выйти, — проворчал он.
Меган так и замерла на месте, недоумевающе уставившись на него. Выражение
его лица было злым и неприязненным.
Он ненавидит меня... Проглотив комок обиды, Меган вздернула подбородок. Она,
конечно, не думала, что он встретит ее шампанским, но и подобной
враждебности тоже не ожидала.
— Ты груб.
Люк стойко выдержал взгляд ее голубых глаз, светившихся презрением.
— Ты называешь грубым меня? — удивился он. — Ведь это ты непрошено явилась ко мне. Но могу уйти и я.
Люк уже хотел повернуться, но Меган была слишком близко от него. Выдержка,
которой он так гордился, подвела его из-за присутствия этой женщины. Он
смотрел на нее, сомкнув черные брови.
— Послушай, зачем мы кричим друг на друга? — устало проговорила Меган.
— Это ты кричишь, а не я.
— Для этого у меня есть причина. Ты обманом прокрался в мою жизнь. Ты
высокомерно говорил о моей семье и обвинил меня в том, что я влюбилась в
тебя. — От гнева у нее раскраснелись щеки. Она простила бы его, если бы он
открыто не уличил ее в том, что она влюблена в него. — Короче, ты много чего
наговорил мне тогда, — напомнила она ему. — А теперь настала моя очередь. Я
совершила такой длинный путь для того, чтобы высказать тебе все, что
накопилось.
Потеряв равновесие, Меган едва не выпала из машины. Не желая воспользоваться
его протянутой рукой, она вздернула голову и зло посмотрела на него.
Опустив руку, Люк насмешливо улыбнулся, не двигаясь с места. Его загадочный
взгляд был способен свести ее с ума.
Меган глубоко и решительно вздохнула.
— Я ехала несколько часов, у меня болит спина. — Положив руку на поясницу,
она поморщилась. — Я хочу чаю, и мне срочно нужно в туалет.
— Ну, тогда тебе лучше войти в дом.
В ответ на ворчливое приглашение Меган сухо улыбнулась бледными губами.
— Когда ты так любезно просишь, я не могу отказать тебе.
Ведь это он довел ее до такого состояния — этот несносный Люк.
Вслед за Люком Меган вошла в дом, и ее туфли на низких каблуках звонко
застучали по полу, вымощенному каменной плиткой. Ее удивил вид внутреннего
помещения. Перегородок не было. Перед ней открылось одно огромное
пространство, охватывавшее весь первый этаж. Сохранилась старинная ниша для
очага, где, однако, было размещено современное кухонное оборудование и
шведский дровяной камин — настоящее произведение искусства.
Приятное тепло от камина уютно согревало помещение, и Меган ослабила шарф,
закрывавший горло.
— Где ванная?
— Наверху, — ответил Люк.
Следуя в направлении его кивка, Меган пошла к кованой винтовой лестнице.
Только оказавшись наверху, она поняла, что лестница ведет прямо в комнату. В
воздухе витал слабый запах мужского одеколона. От этого аромата у нее
затрепетали ноздри и сжались мускулы бедер и живота.
Так вот, значит, какая у Люка спальня, подумала Меган. Она почувствовала,
как от волнения у нее часто забилось сердце. Здесь тоже было огромное
помещение, залитое светом из окна, без перегородок, почти такое же, как и
зал внизу.
На блестящем дубовом полу лежали два ярких ковра, в углу стоял стул, у стены
— небольшой книжный шкаф и... огромная кровать.
Меган тяжело сглотнула. Очень большая кровать, подумала она, разглядывая
аккуратно заправленные белоснежные простыни и простое покрывало сверху.
Поискав взглядом ванную, Меган удивленно уставилась на одну из стен.
— О боже! — непроизвольно воскликнула она.
Вся стена от пола до полтолка была сплошь увешана фотографиями. Черно-белые
снимки, расположенные внахлест, составляли гигантский и удивительный коллаж.
Даже ей, неспециалисту, было понятно, что это — не моментальные любительские
снимки. Сюжеты были разные: шторм на море, горные уступы, портреты стариков
за шахматными досками с дымящимися трубками в руках, женщин с привязанными
на спине младенцами и кувшинами на голове; детей со старческими лицами,
роющихся в мусорных баках в поисках пропитания. Меган невольно остановилась
перед стеной. Забыв на время о том, куда так торопилась, она стала
рассматривать фотографии. Если Люк делал их сам, то он не только страстный
путешественник, но и невероятно талантливый фотограф.
Наконец она оторвалась от созерцания фотографий и, открыв по порядку
несколько дверей, нашла то, что искала. Интересно, так же ли упорядочена
душа Люка, как место его обитания? В отличие от спальни, ванная не была ни
спартанской, ни деревенской.
Меган с любопытством огляделась. Ей понравилось то, что она увидела. Стены
покрыты кремовой плиткой, в которой отражаются блики света, проникающего из
окна в покатой крыше. Огромная ванна во французском стиле с широкими
ступенями, где при надобности могла бы уместиться половина футбольной
команды.
— Начало было не совсем удачным, — кивнула она своему отражению в зеркале. —
Значит, надо постараться и исправить положение.
Спустившись вниз, она нашла Люка в кухонной нише на другом конце помещения.
Он уже снял уличную одежду и толстый шерстяной свитер. На нем были узкие
джинсы, туго обтянувшие длинные ноги, и бледно-голубая рубашка с закатанными
рукавами, открывавшими крепкие загорелые руки.
Неужели когда-нибудь настанет день и она сможет смотреть на него, не
испытывая внутреннего волнения и не изнемогая от страсти? Меган с усилием
выдохнула стеснявший грудь воздух. Люк не поднял глаз, хотя наверняка слышал
ее шаги.
Переступив с ноги на ногу, она случайно ударилась ло
...Закладка в соц.сетях
