Жанр: Любовные романы
Ставка на любовь
...роисходит. За годы дружбы они с ней выработали занятный
язык жестов и понимали друг друга без слов. Говард быстро кивнул ей, давая
понять, что держит ситуацию под контролем.
— Да, я о нем знаю, — произнес он спокойным тоном.
— Тогда ты в курсе, что я хочу ее вернуть.
Говард не сводил зачарованного взгляда с Флоренс. Какая красивая! Сейчас она
была еще более прекрасна, чем когда-либо. Ему еще никогда не встречался кто-
либо, кто бы мог сравниться с Флоренс Коверндейл, и он не собирался отдавать
ее без борьбы. Только теперь до него дошло, что он любил ее большую часть
своей жизни.
Странно, что они трое: Флоренс, Говард и Алан были когда-то настоящими
друзьями.
Но у Флоренс, похоже, не все закончилось с Аланом. Последняя страница в их
отношениях оставалась непрочитанной. И до финальной точки, по сути, было
далеко. Все трое знали это.
Выпив еще немного пива, он подошел к Алану вплотную и шепотом произнес:
— Запомни, на этот раз я так просто не уйду. И даже если вы достигните
взаимопонимания, я буду за нее бороться и не отпущу Флоренс.
— Я уже понял это.
Улыбка Говарда была ледяной.
Алан выпрямился во весь рост, но Говард все равно был выше, и
психологического давления тому не удалось избежать.
— Я только пытаюсь прояснить факты. Пойми, мне необходимо узнать, есть
ли шанс. Я должен быть уверен, что не совершил самую большую ошибку в жизни,
отпустив ее три года назад.
Говард снова перевел взгляд на сцену. И, хотя едва сдерживал сильнейшее
желание удавить Алана на месте, он признался себе, что тот прав. Но осознать
правоту Алана и позволить уйти Флоренс — не одно и то же. Подсознательно
Говард знал, что любит эту женщину всем сердцем. И чувствовал, что они могут
создать семью. Но только если назойливые призраки прошлого не будут стоять
между ними.
Страшная мысль закралась в сознание Говарда Севиджа. А что, если Флоренс все
еще влюблена в Алана? Тогда он будет вынужден ее отпустить. Но он надеялся,
что бывший возлюбленный — не более чем ошибка в ее жизни. А вот он, Говард,
ее судьба.
Помолчав немного, Алан сказал:
— Ты сам не будешь счастлив с ней до конца, пока она не выяснит
отношения со мной. А вдруг Флоренс все еще что-то испытывает ко мне?
Согласен? К тому же... Хорошо, я выдам тебе ее тайну. У нее был выкидыш, и
она никогда не сможет иметь детей. Она бесплодна, Севидж! Тебе нужна такая
жена?
Алан остановил Флоренс, тронув за плечо.
— Я не изменил решения, и по-прежнему считаю, что нам нужно разобраться
в наших отношениях. Выяснить, осталось ли между нами хоть что-то. Ты должна
знать, что я никогда не переставал любить тебя. Просто научился как-то жить.
Флоренс посмотрела на него огромными от изумления глазами.
— Но ведь ты сам сказал, что мы должны расстаться.
Алан кивнул, вздыхая.
— Мы все время от времени совершаем глупости. Я ведь уже извинился и
теперь уверен, что могли бы сделать еще одну попытку. Наверняка у нас есть
шанс.
— Алан!
— Я знаю о тебе и о Говарде, — признался он искренне.
От этих слов она застыла. Но откуда?
— Говард сам сказал тебе? — спросила Флоренс резко, и ее глаза
сверкнули от гнева.
Почему он выложил все Алану без ее ведома? Они могли бы сделать это вместе и
в другой обстановке. Собирался ли Алан использовать теперь эти факты против
нее? Или же против Говарда? Почему Говард не подождал?
— Он не встанет на нашем пути, Флоренс. Так что, давай оставим все, что
было, в прошлом и начнем новую жизнь. — Он с силой сжал ее руку. —
Я могу простить тебя за то, что ты увлеклась им. Так же как ты простила меня
за то, что я был когда-то таким идиотом. Ты осталась в одиночестве, Флоренс.
А увлечение Говардом просто воскресило в тебе память о старых добрых
временах. Наша общая встреча тоже напомнила мне о нашей бесшабашной юности.
Флоренс, пожалуйста, поговори со мной. Я хочу рассказать обо всем Лив
сегодня же вечером. По отношению к ней было бы нечестно делать вид, что все
идет, как раньше.
Мысли с бешеной скоростью вращались в голове Флоренс. И ей было трудно
сосредоточиться. В итоге она совсем растерялась, не зная, что сказать.
Слишком много эпизодов из прошлого промелькнуло в ее сознании.
Она внимательно посмотрела на Алана. Его слова подействовали на нее словно
сильнейший стимулятор. Почему она сейчас с Говардом Севиджем? Что ее с ним
связывает? Неужели это лишь ностальгия по старым временам? И она пытается,
подобно Алану, воскресить прошлое? Или ей хотелось узнать другую сторону
личности Говарда? Ей мало было только дружбы, она мечтала о большем. А
может, все произошло действительно от одиночества?
Нет! И еще раз нет... Флоренс впервые набралась мужества и призналась себе в
причинах этого союза. Она любила Говарда. Любила его всегда. И не было
смысла скрывать это от Алана.
— Я люблю его.
Алан недоуменно посмотрел на нее. Но Флоренс храбро взглянула в его глаза и
четко повторила:
— Я люблю Говарда.
Он лихорадочно потянулся к ее руке.
— Что ты, Флоренс! Это полный бред! Я знаю, что он всегда был тебе
только другом.
— Все, что я сказала тебе о нем, — правда. Я правда люблю его. Он
мой защитник, мой лучший друг и мой любовник. — Флоренс улыбнулась и
продолжила: — И если уж быть до конца честной с тобой и с собой, то следует
добавить, что, возможно, я была влюблена в него еще до того, как уехала, но
просто не сумела тогда понять этого.
Алан не верил своим ушам.
— Не может быть, Флоренс! Я не думаю, что все это серьезно.
Она заметила, как он побледнел.
— Я сама никогда и представить себе не могла, что все так обернется. Но
хочу, чтобы ты мне поверил. Чем больше времени мне доводилось проводить с
ним, тем яснее становилось, что меня тянет к Говарду. Я стала задумываться
над тем, что жизнь проходит, а ни один из нас все еще не связал ни с кем
другим свою судьбу... И потом, когда я уезжала из Англии, точнее от Говарда,
мне казалось, что я убегаю от себя самой. И для того чтобы обрести свою
вторую половинку, я вернулась сюда. К нему.
— Ты тогда уже спала с ним? — спросил Алан резким голосом.
Флоренс оскорбилась.
— Нет. Ничего подобного! Я ведь даже не знала, что чувствую. Поэтому я
поступила так, как считала нужным. Уехала в Канаду и стала жить собственной
жизнью. Я совсем не мечтала о нем все эти годы, словно какая-то влюбленная
идиотка. Говард завладел моим сердцем, когда я даже не помышляла об этом. Он
выбрал подходящий момент. Но я действительно люблю его, Алан. И, в отличие
от тебя, не собираюсь ничем рисковать, потому что не хочу потерять
единственного душевно близкого мне человека.
Алан саркастически улыбнулся.
— Так ты просто выждала, а затем вернулась, чтобы соблазнить его!
Флоренс хотелось рассмеяться на весь зал в ответ на его глупое подозрение.
Но она сдержалась, потому что понимала, как Алану больно в этот момент.
— Сначала мне казалось, что во всем виновата ностальгия. И лишь она
причина моего возвращения. Но теперь я точно знаю, что вернулась именно к
нему.
— Ты лгала мне.
— Нет, Алан. Я лгала только себе.
— И мне, когда не призналась, что спишь с ним. — Он покачал
головой. — Почему ты не сказала мне сразу, что вы любовники. Потому что
я тебе не безразличен?
— Не скрою. Алан, это так. Мне есть до тебя дело. Я не могу просто так
вычеркнуть из памяти все, что между нами было. Мне жаль, что ты несчастлив в
жизни. — Она едва прикоснулась к его руке. — Мы оба до сих пор не
безразличны друг другу. И этим можно только гордиться. Но если сейчас от
моих признаний тебе больно, то представь, что испытывал Говард, когда ты
увел меня у него из-под носа.
Лицо Алана покраснело от гнева.
— Какая разница, ведь мы с тобой не остались вместе. Разве не
понимаешь? Радость только в том, что ты и Говард тоже будете врозь.
— Не думаю, Алан. Мы больше не расстанемся.
Алан замолчал на мгновение, а глаза его пытались разглядеть что-то во
взгляде Флоренс. Он принял внезапное решение. Не предупреждая, подошел к ней
и подтолкнул к стенке. В ответ на протестующий крик он прижался губами к ее
испуганному рту. Она попыталась оттолкнуть наглеца.
Расширенные от ужаса глаза Говарда внимательно смотрели за тем, как Алан
целовал Флоренс. Боже! Он опять упустил свой шанс, не признался ей в своих
чувствах. Теперь было слишком поздно. Неужели он так никогда не поумнеет?
И неужели после всего того, что было между ними, Фло может спокойно
целоваться с Аланом? Неужели ей все равно? И сейчас она возьмет его под
ручку, развернется и исчезнет для него навсегда...
Все. Конец истории!
Говард посмотрел невидящими глазами и вышел.
— Ты что, взбесился? — крикнула Флоренс Алану, когда тот отпустил
ее. — Совсем спятил?
Флоренс знала, что Алан хотел причинить ей боль, потому что страдал сам. Но
ее всегда удивляла способность некоторых людей наносить молниеносные удары в
спину.
— Думаешь, Говард отпустил бы тебя, если б любил?
Флоренс брезгливо обтерла рукой губы после его насильственного поцелуя.
— Я бы никогда так не поступил, — продолжал Алан.
Не глядя на него, Флоренс отошла в сторону. Она уже достаточно наслушалась.
Алан последовал за ней, продолжая свою мысль:
— Если бы ты уехала сейчас, он бы никогда не последовал за тобой. И ты
знаешь это лучше меня. Если его чувства были такими же глубокими, как твои,
почему он не признался в них до сих пор? Безусловно, если бы Говард любил
тебя, то он бы вел себя несколько иначе.
Флоренс подумала о том, что Говард Севидж всегда боролся за то, что дорого
его сердцу. Неужели он бы позволил ей спокойно уйти? Она любила его всю
жизнь. Но не было никаких гарантий, что Говард отвечает ей взаимностью. Не
любить Говарда означало для нее не дышать.
— Как ты думаешь. Флоренс, сколько еще продержится ваш роман? Мы оба
отлично знаем, что этот красавец не продолжает своих отношений дольше пяти
минут. Он просто не знает, как это делается.
Флоренс объял ужас. А что если Алан прав, и Говард просто не способен на
серьезные чувства? Как она будет склеивать осколки своего разбитого сердца?
Как станет жить дальше?
— Все закончится только твоим одиночеством и новой болью, —
продолжал Алан. — А ты ведь этого не хочешь?
Флоренс развернулась и посмотрела ему прямо в глаза. Ее собственный взгляд
был таким холодным, что Алану стало не по себе.
— Заткнись. Алан! Все, что происходит в моей жизни, тебя больше не
касается. Оно перестало тебя касаться еще в тот день, когда ты впервые
решил, что ничего страшного не произойдет, если ты меня обманешь. И когда ты
отказался от меня из-за того, что у меня не будет ребенка. Я уже пережила
все это. А теперь — твоя очередь. И я помолюсь о том, чтобы Лив поняла, кто
ты есть на самом деле.
Флоренс судорожно вздохнула и еще раз взглянула на Алана. Как она могла когда-
то влюбиться в подобного типа? Предчувствие, которое никогда ее не
обманывало, подсказало, что это их последняя встреча.
Пришло время закрыть эту страницу под именем Алан. И открыть новую.
— Если бы я была на твоем месте, то побежала бы оказывать Лив столько
внимания, любви и заботы, сколько ты вообще способен дать. Она — прекрасная
женщина. И если честно, ты ее не заслуживаешь.
— Флоренс, ты...
— Нет, Алан. Не затыкай мне рот. И послушай меня напоследок. Сейчас моя
очередь высказываться. Я ведь молчала все три года. — В ее взгляде
читалась неприкрытая ярость. — Ты провел слишком много лет, жалея себя.
Тебе так не кажется? Большинство людей отдали бы все на свете, для того
чтобы получить такой старт в жизни, какой выпал тебе. Но ты не оценил
подарков судьбы. Тебе этого было недостаточно. Так что просто уйди из моей
жизни. Уйди навсегда. Больше не хочу тебя видеть. Я достаточно ясно
выражаюсь? Никакого воссоединения и никакой совместной жизни не будет. По
крайней мере, со мной. Разбирайся со своими делами сам.
Говарду было больно. Так больно, что он подумал, будто его душа разорвалась
на части. Алан снова победил. Флоренс с необычайной легкостью забыла ту ночь
любви, которая, казалось, накрепко связала их. Стоило Алану появиться на
горизонте, и трофей тут же лег к его ногам.
Флоренс пробралась к сцене, хотя это было не просто. Говард продолжал стоять
там и отвечать на вопросы. Она одобрительно посмотрела на него и улыбнулась.
Но его лицо осталось непроницаемым. Впервые оно было таким закрытым. Похоже,
он больше не впускал Флоренс в свой мир.
Устроители шоу потребовали тишины в зале, собираясь объявить имя
победительницы конкурса красоты.
У Флоренс подкашивались ноги. Больше невозможно было выносить этот
неуместный спектакль. Говард подчеркнуто игнорировал ее присутствие. И она
устремилась прочь. Да, возможно он видел, как целовал ее Алан. Но как мог
подумать, что это происходило с ее согласия? Говард даже не подошел к ним и
не попытался ничего выяснить... Опять судьба зло подшутила над ней. Хватит
экспериментов!
Флоренс ощутила, как нарастает в груди боль. Ей было так больно, как
никогда. И с этой минуты, даже если останется одна на всю оставшуюся жизнь,
она больше не свяжется ни с одним мужчиной. Выскочив на улицу, она с трудом
добралась до дома Говарда и в считанные минуты собрала чемодан.
Флоренс ушла. И дом Говарда опустел. Он просидел в ее комнате два часа,
разглядывая стены, а потом лег на кровать и тупо уставился в потолок.
Почему он не удержал ее? Почему не стал бороться за нее в этот раз?
Наверное, потому что хотел, чтобы она сама пришла к нему, по собственной
воле. Хотя не представлял свою жизнь без Флоренс. Он каждый день хотел ее до
сумасшествия.
На следующее утро он попытался что-либо разузнать о Флоренс у Аманды. Но та
лишь скривила губы в усмешке.
— Ха! Если бы ты спросил моего мнения, я бы смело ответила, что
страдания идут тебе на пользу, несмотря на скорбное выражение твоего лица.
Только не говори мне, что ты этого не заслужил.
— Конечно, Аманда, я не спорю. Но я не знаю, что буду делать без нее.
На мгновение ей стало его жаль.
— Флоренс любит тебя.
— Ага, — откликнулся Говард. — И поэтому она целовалась с
Аланом, а потом сбежала.
Аманда сердито посмотрела на него.
— Как будто ты оставил ей выбор. Ты идиот, Говард. Если бы я знала об
этом раньше, когда мне было шестнадцать лет, то не вздыхала бы по тебе.
Говард удивленно посмотрел на нее.
— Ты не могла вздыхать по мне, Аманда.
— Подумай сам, какую оценку за наблюдательность ты можешь получить?
Юноша был слишком занят тем, что увивался за рыжеволосым созданием, которое
мы оба знаем до сих пор.
— Извини, — казалось Говард не смог поверить ее словам.
Аманда немного смягчилась.
— Ладно. Все уже в прошлом. Я в порядке. Жаль, что не могу сказать того
же самого насчет Флоренс.
Говард тяжело вздохнул.
— С ней тоже все будет нормально. Я бы сказал, что у нее сейчас
появился реальный шанс забыть обо мне.
Аманда потянулась к нему настолько, насколько позволял ее большой живот, и
погрозила пальцем.
— Не смей обвинять Флоренс в своих проблемах. Ты сам во всем виноват,
Говард. Ты же мужчина.
Он поднялся со стула и принялся ходить по комнате.
— Ничего уже не вернуть и не исправить. Мне жаль.
— Я хочу знать, что ты собираешься делать дальше.
Говард подошел к столу и сорвался на крик:
— А что ты предлагаешь? Хочешь, чтобы я страдал еще больше? Но, думаю,
дальше уже некуда.
— Ты мог бы вернуть ее.
— Ах, да. Какой же я глупый! Конечно, я мог бы это сделать. — Он
беспомощно развел руками. — Я просто должен поехать в Лондон, избить
Алана, затем взвалить ее на свое плечо и привезти сюда. Где мои ключи от
машины?
Он начал оглядывать комнату. Аманда игнорировала его, до тех пор пока он снова не посмотрел на нее.
— Ты закончил жалеть себя?
На лице Говарда появилась измученная улыбка. Он опять сел на стул.
— Послушай, Аманда. Если тебе станет от этого легче, я скажу, что не
могу жить без нее. Я понимаю, как много потерял. И боль от этого нестерпима.
Ты довольна?
— Дорогой Говард! Я буду довольна только тогда, когда ты и Флоренс
помиритесь. Вы ведь созданы друг для друга.
Она продолжала изучать его лицо. Говард взорвался:
— Так чего же ты от меня хочешь? Я потерял свой шанс, когда она
встретилась с ним. Ты знаешь, где она сейчас?
— Нет, но она обещала сообщить мне.
— Вот то-то же...
Флоренс никогда не чувствовала себя столь опустошенной. Раньше, когда она
была одинока, с ней всегда был Говард. Когда она находилась в потерянном
состоянии, рядом снова был Говард. Когда она чего-то опасалась, снова
появлялся он, чтобы ее поддержать. Ее смущала какая-то ситуация, и он спешил
на выручку. А теперь наступил самый худший кошмар в ее жизни, потому что
Говарда больше не могло быть рядом с ней.
Это казалось невыносимым.
Флоренс очень быстро собрала вещи, поскольку их оказалось мало, и уехала в
один из глухих уголков графства, где сняла номер в крошечной гостинице на
три постояльца. Через неделю она чувствовала себя еще ужаснее, боялась
смотреть на себя в зеркало, и у нее уже не было слез. Может, ей следовало
улететь обратно в Канаду? И она стала серьезно подумывать об этом, но тут
одна из ее соседок по крошечному отелю, увидев, что Флоренс делает
карандашные наброски, сидя на скамейке у входа, разговорилась с ней и дала
адрес своей давней знакомой. Эта женщина как раз сдавала очень хорошее
помещение под мастерскую — светлое и просторное.
И Флоренс незамедлительно перебралась в Лондон, сообщив при этом под большим
секретом телефон лишь своим родственникам. Правда, как выяснилось вскоре, ее
родители секретов хранить не умели.
11
Покинув Ки-Уэст,
Премиум
вот уже сутки утюжил теплые воды, направляясь к
Багамам. Пока что ближайшей точкой остановки, которую вахтенный штурман
отметил на карте, был порт Нассау. Там капитан Панайтиди собирался пополнить
запас продовольствия и питьевой воды, чтобы следовать дальше в Кингстон, на
Ямайку.
Компания, пустившаяся в круиз, освоилась на борту быстро. К ее услугам на
пароходе с утра до позднего вечера были открыты бар, ресторан и небольшой
кинозал. А на верхней палубе имелся достаточно вместительный бассейн под
полосатым тентом и ряды шезлонгов...
Флоренс страшно обрадовалась встрече со своей университетской подругой
Марджери. Живя в Лондоне, они почти не виделись. Статус жены атташе по
культуре при посольстве Ливана не препятствовал ее прогулкам по Лондону и
его окрестностям. Однако с некоторых пор у Марджери образовался свой круг
общения, да и маленькие дети отнимали много времени. Заботливая мать, она
предпочитала заниматься ими сама, хотя в ее распоряжении находился целый
штат нянек и гувернанток.
И вот теперь подруги с удовольствием обсуждали новости и делились друг с
другом событиями личной жизни. Флоренс стоило больших трудов сдержаться и не
рассказать этой милой умной женщине обо всем, что с ней стряслось за
последнее время. Правда, в их беседе как-то случайно проскочило упоминание о
том, что разлад Флоренс с Аланом не остался для общих знакомых тайной за
семью печатями. И тогда ей пришлось сказать, что доктора признали ее
бесплодной.
Марджери стала ее успокаивать, говорить какие-то удивительные вещи насчет
ежедневных медитаций и приводить примеры, когда печальные медицинские
прогнозы не сбывались.
Это надо же, думала Флоренс, сидя рядом с Марджери на верхней палубе в
шезлонге, меня в последнее время окружают одни беременные подруги! Знали бы,
какая мука видеть их располневшие талии и то особое выражение глаз, какое
возникает только у женщин на сносях.
Она время от времени общалась еще с несколькими давними знакомыми, которых
пригласила в круиз Марджери. Они вместе плавали в бассейне, загорали, ходили
в ресторан.
Что же касается Говарда Севиджа, то первые два дня он почти не выходил из
каюты из-за сильного насморка, который одолел его в самое неподходящее
время. Однако Флоренс казалось, что дело тут не только в простуде.
После ее бегства они не виделись вот уже три месяца, и хотя пару раз как ни
в чем не бывало беседовали по телефону, говорить с глазу на глаз им было до
сих пор нелегко. Но если Севидж так уж избегает дальнейших встреч, он мог
просто отказаться от круиза. Однако он здесь и, видимо, на что-то
рассчитывает.
Утром третьего дня он вошел в уютный зал ресторана и направился прямо к
столику, за которым сидели они с Марджери и долговязый мистер Глостер, с
упоением повествующий о каких-то там коралловых рифах.
Взяв за спинку стул, Говард отодвинул его и с изяществом пьяного бегемота
буквально плюхнулся рядом с Флоренс.
И в тот самый момент, когда драматизм рассказа мистера Глостера достиг
наивысшего пика — он как раз описывал момент появления акулы, — Говард
наклонился и поцеловал свою соседку в щеку, попутно признаваясь, что насморк
у него уже прошел. Затем уронил нож и поправил пятерней растрепанные
волосы...
— Никогда не думала, что отсутствие хороших манер может стать
следствием перенесенной простуды, — съязвила Флоренс, когда после ланча
он пошел проводить ее до дверей каюты.
— А невнимание к страждущим друзьям к каким, интересно, относится
манерам? — вернул он ей ее же упрек.
— Извини, но я не хотела тебя беспокоить.
— А если б я умер?
— Да кто бы тебе позволил портить своими глупостями отдых нормальным
людям?
— Похоже, я действительно только и делаю, что всем все порчу. Вот и
тебе тогда...
— Говард, не начинай, а? Все уже давно проехали, мы с тобой вернулись к
исходной точке. А то, что между нами произошло, было дурным сном.
— Вот оно что! — вспылил он. — Я знал, что ты наплюешь на все
и вернешься к своему Алану. Этот идиот не заслужил и поворота твоей головы в
его сторону, а ты кидаешься к нему в объятия...
— Да. Вскоре после того, как я поняла, что Алан не для меня, он доказал
мне, что я не ошибаюсь, — неожиданно мягко согласилась с ним
Флоренс. — Причем несколько раз доказал это. Поэтому не думаю, что я бы
захотела повторения того же самого.
На его лице отразилось множество эмоций. Затем Говард покачал головой, и глаза его стали грустными.
— Я понятия не имел. Извини. Мне жаль. Если бы я только знал, Фло, я бы
отвинтил ему голову!
— Да. Вот поэтому я тебе и не говорила. Поскольку совершенно точно
знала, что бы ты сделал. Но что поделать, Севидж, не везет мне в личной
жизни! Даже ты доказал это. Не так ли?
— Флоренс!
При звуке его голоса, который так нежно произнес ее имя, она замерла. Но все
еще не могла долго смотреть ему в глаза. Если бы она сделала это, то не
смогла бы уйти. Флоренс прекрасно знала это.
— Что?
— Почему тогда ты поцеловала его?
— Я его не целовала. — Она тяжело вздохнула. — Это сделал он
сам, притом насильно. И если бы ты подождал десять секунд, то увидел бы мою
реакцию на это хамство.
От испытанного эмоционального напряжения Флоренс вдруг ощутила страшную
слабость. Она открыла дверь своей каюты и, попрощавшись с Говардом,
бессильно опустилась в кресло. Он хотел последовать за ней, но ей пришлось
отказать ему, сославшись на головокружение.
Ей казалось, что она проспала целую вечность. Переодевшись, Флоренс
поднялась на верхнюю палубу.
Зазвучала знакомая мелодия, и у нее заныло сердце.
— Значит, это я сам все испортил? — Говард оказался рядом с ней
раньше, чем она успела его заметить. Он без предисловий решил продолжить
прерванный разговор, причем говорил громко, не обращая внимания на тех, кто
находился поблизости.
— Это все получилось из-за глупого спора, Говард. От него пошли все
наши беды. Может, было бы лучше, если б все оставалось по-прежнему.
Говард несколько мгновений смотрел на ее опущенные плечи.
— Что мне сделать, чтобы у нас все снова наладилось?
— Если ты не понял этого до настоящего момента, то я ничем не могу тебе
помочь.
Заморгав, она перевела взгляд на плывущие над головой легкие облака. Флоренс
выждала несколько мгновений, но Говард так ничего и не сказал. Она была в
растерянности и уже хотела было отправиться к Марджери, благо рядом с ней
был свободный шезлонг.
Но тут Говард схватил ее за руку и как полоумный заорал:
—
Закладка в соц.сетях
