Жанр: Любовные романы
Гостья из прошлого
...ему
его воображение. Вивьен с другими мужчинами. Не в этом ли состоит тайна ее
прошлой жизни, которую она так тщательно хранит? Скольких мужчин она любила
до него? И, быть может, все еще любит кого-то? А что, если кто-то из них
приезжал к ней в Бостон? Есть ли среди ее прежних знакомых тот, кто занимает
в ее жизни особое место?
Ревность разъедала его внутренности как кислота, заставляя страдать и
мучиться.
Но разве это имеет значение? — спрашивал один внутренний голос. Если
любишь, то забудь.
Но как я могу забыть? — отвечал другой. Я хотел быть единственным,
самым важным мужчиной в ее жизни. Я даже хотел просить ее остаться со мной
навсегда. Чтобы мы всегда были вместе. А оказалось, что я далеко не
единственный и, возможно даже, не самый важный.
Но у каждого человека есть свое прошлое, разве нет? — возражал первый
голос. Мы не можем изменить прошлое, зато в наших силах строить настоящее и
будущее. Если ты любишь ее, то забудь о прошлом.
Его блуждающий взгляд снова устремился к танцевальной площадке и сразу же
отыскал Вивьен. Она танцевала уже не с Тобиасом. Ее партнером был теперь
мужчина, который первым узнал ее. Он что-то говорил, склонившись над ней, а
она смеялась. Кристиан скрипнул зубами и в бессильной ярости стиснул кулаки.
Потом к ним подошел еще один хлыщ, как про себя назвал его Кристиан, и повел
в танце Вивьен. А она улыбалась, черт ее побери!
— Могу я предложить вам что-нибудь выпить, сэр?
Кристиан вздрогнул и тупо уставился на официанта. Он и не заметил, как тот
подошел. Да, выпить ему явно не помешает.
— Да. Двойной виски, если можно.
Официант кивнул и исчез так же незаметно, как и появился.
Дебора, в это время разговаривавшая неподалеку с другими гостями, услышала,
что он заказал, и подошла к нему.
— Я не позволю Вивьен лететь с тобой, если ты будешь так много пить, —
сказала она. — Я только-только вновь обрела ее и не собираюсь снова
потерять из-за твоего упрямого нежелания видеть дальше своего носа.
Кристиан криво усмехнулся. Он с трудом оторвал взгляд от танцплощадки и
взглянул на женщину, которую всегда уважал.
— Не волнуйся, Дебби. Ко времени нашего ухода я снова буду трезв как
стеклышко. Сегодня для меня вообще отрезвляющий вечерок.
— Не воображай, что для нее все это легко.
Он насмешливо вскинул бровь, наблюдая за улыбавшейся Вивьен, скользившей в
объятиях очередного кавалера.
— Да ну? А по виду не скажешь. Она выглядит вполне довольной. — Он взял
у подошедшего официанта свой стакан.
— Могу себе представить, чего ей это стоит, — парировала Дебора. —
И учти, что люди часто ошибаются в своих суждениях о поступках
других. — Она с облегчением улыбнулась, заметив приближавшегося к ним
Тобиаса.
— Как ты тут, дорогая? Все хорошо? — Он обнял ее за талию и
вопросительно посмотрел на Кристиана.
— Я бы на твоем месте за нее не волновался. Язычок у нее острый как бритва,
и я уже имел несчастье испытать это на себе.
Тобиас посмотрел на стакан в руке Кристиана и неодобрительно нахмурился,
когда тот, запрокинув голову, выпил сразу половину его содержимого.
— Разве ты не летишь сегодня обратно?
— Лечу. — Он со стуком поставил стакан на ближайший столик. —
Полагаю, мне лучше заняться чем-нибудь другим. Едва ли мне удастся спокойно
выпить, когда вы оба будете стоять у меня над душой, — бросил он и,
больше ничего не сказав, отошел от них и направился к танцевальной площадке.
— Ну, что ты обо всем этом думаешь? — спросил Тобиас у Деборы.
— Думаю, что они оба перенесли сегодня сильнейшее потрясение. Я, разумеется,
всецело на стороне Вивьен, но не могу не признать, что и Крису очень и очень
нелегко. Надеюсь, они смогут пережить этот кризис с как можно меньшими
потерями.
Тобиас кивнул.
— Да, я тоже. Жаль только, что это случилось на глазах у десятков чужих
людей.
— Да, конечно, — согласилась Дебора. — Хотя, с другой стороны,
может, это и к лучшему. Это поможет им прояснить отношения раз и
навсегда. — Она улыбнулась. — Уверена, моя девочка справится.
Ангелы, которые всегда охраняли ее, позаботятся о ней и на этот раз.
Тобиас усмехнулся.
— Если сегодняшние события дело рук ангелов, то должен сказать, что у них
весьма своеобразное чувство юмора.
Дебора взглянула на него.
— Ну, возможно, сейчас это и выглядит смешно и неправдоподобно, но я
уверена, что Вивьен на пути к счастью.
— А я надеюсь, что эти твои ангелы не забудут и про Кристиана.
Дебора с нежностью сжала руку Тобиаса.
— Ты любишь его, как сына, правда?
— Да. В нем есть все, что только можно пожелать в сыне. И его жизненный путь
тоже не был усеян розами.
— Да, я помню, ты говорил, что мать бросила их и отец запил.
— И тем самым довел себя до могилы, — мрачно подтвердил Тобиас.
Не сговариваясь, они устремили взгляды на танцевальную площадку.
Вивьен не видела, как подошел Кристиан. Он понял это по ее расслабленной
позе и по тому, как она весело смеялась над чем-то, что говорил ей ее
партнер. Кристиан решительно похлопал его по плечу, и этого, да еще взгляда
Кристиана оказалось достаточно, чтобы мужчина выпустил Вивьен из объятий и
немедленно ретировался.
Вивьен старалась не смотреть на Кристиана, глядя куда-то мимо его уха.
— Уже пора идти? — выдавила она.
— Скоро, но не сейчас.
Кристиан обнял ее и сразу же позабыл обо всем на свете. Она была похожа на
диковинный, прекрасный цветок — такая же яркая, благоухающая, волнующая. И
плавные движения ее тела были восхитительными. Но у этого цветка имелись и
шипы. И в этом он сегодня уже успел убедиться.
— Ты очень хорошо танцуешь, — сказал он.
— Спасибо, — ответила она чуть приглушенным голосом, потому что так и
не повернула к нему головы, продолжая смотреть в сторону.
Все мысли вылетели у него из головы, и он никак не мог придумать, что же еще
сказать. Черт, ему так приятно было танцевать с ней, держать ее в объятиях.
Но он чувствовал, что той близости, которая установилась между ними в
последнее время, больше нет. Теперь между ними выросла стена.
Интересно, с болью в сердце думала Вивьен, он подошел потанцевать со мной
только потому, что уже настала пора уезжать? Ну и ладно, ну и пусть,
твердила она себе. Чем быстрее это все закончится, тем лучше. Она не знала,
сколько еще сможет расточать фальшивые улыбки и изображать веселье, когда на
самом деле ей хотелось рыдать.
Вивьен с болью и отчаянием думала о том, что он сегодня услышал о ней. Уж
наверняка немало, и это только начало. Теперь, когда он знает, кто она на
самом деле,
доброжелатели
не преминут снабдить его всякой пикантной
информацией о ней. Она не могла заткнуть рты сплетникам, но ей становилось
нехорошо от мысли, что он может поверить им. Но она не станет ни
оправдываться, ни что-либо объяснять. Если он поверит им, а не ей, значит,
он не тот человек, каким она его считала, и им не по пути.
Слезы навернулись ей на глаза, когда она представила, как все могло бы быть.
Они с Кристианом плавно скользят в танце под медленную, красивую музыку. Он
смешит ее, говорит всякие милые пустяки, которые ей так приятно слышать. А
она тает в его объятиях.
Но этого никогда не будет. Теперь нет. Между ними вновь выросла пропасть,
гораздо шире и непреодолимее, чем была вначале. Ей будет безумно тяжело и
больно потерять его, но она выжила в прошлый раз, выживет и сейчас.
— Мы уйдем, как только ты будешь готова, — сухо проговорил он, чувствуя
ее отстраненность. Ей явно не терпится избавиться от него. Теперь, когда она
возобновила связи со своими старыми дружками здесь, в Филадельфии, ему уже
нет места в ее жизни. Ну и черт с ней!
— Я уже готова. — Он ждет не дождется, когда избавится от меня,
подумала Вивьен. — Хотя я уже говорила тебе, что вполне могу сама...
— Нет, — резко оборвал он ее. — Я же сказал, что сам отвезу тебя
обратно.
Как только музыка смолкла, они, не говоря ни слова, повернулись и, приклеив
на лица улыбки, отправились к Деборе и Тобиасу попрощаться.
— Я тебе позвоню, — пообещала она мачехе, целуя ее в щеку.
Как бы ни повлияли события сегодняшнего вечера на ее отношения с Кристианом,
она вновь нашла Дебору, поговорила с ней обо всем, многое поняла и огромный
камень свалился с ее души.
— Попробуй только не позвонить, — шутливо пригрозила ей Дебора. —
Я тут же приеду и свалюсь тебе как снег на голову. — Она помахала
визитной карточкой, которую дала ей Вивьен. — Я так по тебе
скучала, — добавила она, — что не позволю исчезнуть еще раз.
— Я тоже скучала и больше не собираюсь исчезать. — Вивьен заметила, как
на глазах мачехи заблестели слезы, и крепко обняла ее еще раз перед тем, как
они с Кристианом ушли.
Тобиас и Дебора проводили их взглядами.
— Они так хорошо смотрятся вместе, — с грустью заметила Дебора.
Тобиас сжал ее руку.
— Тогда к чему этот грустный тон, дорогая?
Она пожала плечами.
— Не знаю, но у меня вдруг возникло такое чувство, что их отношения могут и
не пережить этого кризиса.
— Вот тебе раз. А кто всего пятнадцать минут назад уверял меня, что этот
вечер был устроен ангелами специально для Вивьен?
— Но это вполне могли быть и демоны.
— Ну что за пессимизм, любовь моя? Это из-за того, что так много людей здесь когда-то знали Вивьен?
— Из-за этого и еще из-за того, что Кристиан оказался в таком нелепом
положении. По тому, как он смотрел на Вивьен, когда мы с ней только подошли
к вам, я поняла, что он считает ее совершенно особенной. — Дебора
прикусила губу. — А потом, когда он узнал, кто она, когда этот болван
Кларенс налетел на нее со своими дружками, он как будто получил удар в
солнечное сплетение. Не знаю, сумеет ли он справиться с этим потрясением.
— Надеюсь, что сумеет, Дебби, дорогая, — сказал Тобиас. — Ему
нужна настоящая любовь.
— И ей тоже.
Ночное небо над Филадельфией было похоже на черное бархатное покрывало,
расшитое сверкающими бриллиантами. Но дальше на север оно затуманивалось,
как будто мир собирался плакать.
Вивьен тоже хотелось плакать. Когда она впервые встретила Кристиана в ту
ночь в офисе, она и представить себе не могла, что их отношения продолжатся.
Более того, что они с каждым днем будут становиться все ближе и дороже друг
другу. Кристиан был так настойчив и одновременно нежен и заботлив, что
постепенно ее неуверенность и боязнь очередного разочарования отступили и
она втайне стала надеяться, что их взаимное чувство настолько глубоко, что
позволит им остаться вместе навсегда. Она позволила себе мечтать, воспарить
к облакам, позабыв о том, каким болезненным может быть падение с такой
высоты, и вот сегодня случилось то, что неизбежно и должно было случиться:
она упала с небес на землю — и шрамы от этого падения останутся в ее душе
навсегда.
Кристиан мучился неопределенностью. Он хотел поговорить с Вивьен, но не
знал, что сказать, как начать. Должен ли он спросить ее, почему она не
рассказала ему обо всем раньше? И что означает все то, что он сегодня
услышал?
Но мысли его путались, метались, здравомыслие покинуло его, а на ум
приходили одни лишь колкости и проклятья. Черт побери, что она с ним
сделала?!
Кристиан молчал, и Вивьен в конце концов решила, что сама должна что-то
сказать. Но язык, казалось, прилип к гортани. Почему он с ней не
разговаривает? Не желает больше знать ее или еще не оправился от шока? Или
просто пытается бороться с обуревающим его гневом?
Она была благодарна судьбе за то, что снова повстречалась с Деборой,
поговорила с ней по душам и избавилась от так долго преследовавших ее
призраков прошлого. Но разве обязательно цена за это должна быть такой
высокой? Неужели за это ей придется заплатить разрывом с Кристианом?
Ее сердце разрывалось на части. Восемнадцать месяцев назад, в Филадельфии,
она поступила глупо и теперь должна заплатить за это своим счастьем. Будь
проклята эта ее глупость и опрометчивость! Слезы застилали ей глаза и
сдавливали горло, отдаваясь болью в груди.
Несмотря на злость, отчаяние, неопределенность, терзавшие его душу, Кристиан
не утратил присущей ему внимательности и мягко посадил самолет. Он
чувствовал, что теряет Вивьен, и это разрывало ему сердце.
Они пересели в машину, и Кристиан повез ее домой. Никто из них по-прежнему
ничего не говорил. Единственным звуком, раздававшимся в машине, было ровное
урчание мотора.
Возле дома Вивьен он остановился.
— Спокойной ночи, Вивьен.
— Спокойной ночи, Кристиан.
На этот раз расставание было для них не сладостной, а горькой мукой.
Недели, последовавшие за ужином в честь Тобиаса Инграма, состояли из пустых
минут и часов, сливавшихся в такие же пустые, безрадостные дни и бессонные
ночи.
Февраль выдался на редкость ненастным, каждый день падал мокрый снег, оседая
на одежду тяжелыми хлопьями. Ходьба по улице превратилась в противное
шлепанье по серой слякоти. Свинцовые облака тяжело нависали над городом, и
казалось, что солнце уже никогда не сможет разорвать их непроницаемую
пелену.
Настроение Вивьен было под стать погоде — мрачное, унылое и
безрадостное, — а жизнь превратилась для нее в тяжкую повинность,
которую приходилось исполнять. Она жила словно в тумане: ходила, работала,
разговаривала с людьми, занималась массой других нужных и неотложных дел, но
делала все это словно робот, и даже явные успехи ее маленькой фирмы и
значительно расширившаяся клиентурная база не доставляли ей радости.
С другой стороны, работа была ее спасением, и она окунулась в нее с головой.
Она плохо спала, у нее пропал аппетит — она почти не замечала, что и когда
ест, лишь бы поддерживать силы. И только после того, как однажды у нее на
работе закружилась голова, в глазах потемнело и она едва не упала в обморок,
вовремя успев ухватиться за спинку кресла и сесть, Вивьен осознала, что так
доведет себя до полного истощения, и снова начала заботиться о себе. Она
накупила продуктов и набила ими холодильник; по совету одной из своих
сотрудниц стала пить на ночь мятный чай, чтобы лучше спать, и постепенно
вновь почувствовала себя лучше, хотя прежний аппетит так и не вернулся к
ней.
Работа стала ее единственным утешением, и дела шли в гору. Целыми днями она
упорно листала телефонную книгу, отыскивая потенциальных клиентов. То, что
вначале было лишь средством забыться, притупить боль разрыва, постепенно
превратилось в новые выгодные контракты.
Заказов было много, и Вивьен, понемногу приходя в себя, радовалась
дополнительной работе с документацией, которой было немало, поскольку она
сама выполняла обязанности и главы фирмы, и секретаря, и бухгалтера.
Несмотря на все это, она всегда подменяла любого из своих работников,
который по той или иной причине не мог выйти на работу. Но только не в том
здании, где работал Кристиан. Она не могла представить, чтобы снова
встретится с ним.
Одного его имени, одного хотя бы мимолетного воспоминания о нем было
достаточно, чтобы ее сердце начало учащенно биться. Несмотря на все усилия,
она так и не смогла забыть его, не думать о нем. Она ругала себя, обзывала
дурой, но все равно то и дело ловила себя на том, что гадает, где он сейчас
и чем занимается.
Через неделю после того злополучного вечера в Филадельфии, как соль на ее
незаживающую рану, в местной газете поместили статью о Кристиане с Тобиасом
и их компании. Вместе со статьей была помещена их фотография, где они
улыбающиеся стояли у бортика одного из своих рыболовецких судов. Понимая,
что лишь усугубляет свои страдания, Вивьен все же вырезала и статью, и
фотографию и положила в ящик прикроватной тумбочки, чтобы каждый вечер перед
сном полюбоваться на нее.
Каждый раз, когда звонил телефон на работе или ее мобильный, она хваталась
за него с бьющимся сердцем. Каждый раз, когда над дверью ее нового офиса
звенел колокольчик, возвещая о приходе посетителя, она вздрагивала,
замирала, кровь ударяла ей в голову. Вивьен была рада, что ее квартира
располагалась здесь же, над конторой, ибо ей частенько приходилось бегать за
аспирином.
Однажды днем, когда у нее выдалось немного свободного времени, Вивьен решила
покрасить карниз, маскировавший панель с выключателями. Она подставила
стремянку и, стоя на верхней ступеньке, старалась работать как можно
осторожнее, чтобы не коснуться краской находившейся прямо под карнизом
панели из натурального дуба.
Когда зазвенел колокольчик над дверью, она обернулась, чтобы посмотреть, кто
пришел, да так и застыла от изумления, держа кисть в руке.
Кристиан! На какое-то мгновение ей показалось, что это всего лишь плод ее
воображения, но это и в самом деле был он. Ни у кого больше не могло быть
таких широких плеч, такой поджарой, спортивной фигуры, таких узких бедер и
мускулистых ног. Он был в деловом костюме, еще больше подчеркивавшем его
мужскую привлекательность, и Вивьен не сумела сдержать дрожь, пробежавшую по
телу. Дрожащей рукой она стала класть кисть в банку, но от ее неловких
движений стремянка покачнулась. Вивьен попыталась ухватиться за карниз, но
рука соскользнула и задела банку с краской.
— О боже, Вивьен, осторожнее! — крикнул Кристиан и бросился вперед. Он
схватил обеими руками опасно раскачивавшуюся стремянку, а Вивьен наконец
удалось уцепиться за карниз. Однако секунду спустя она вновь потеряла
равновесие и локтем задела банку с краской. Стремянка наклонилась под
невероятным углом, однако Кристиану все же удалось удержать ее и не дать
упасть.
Чего нельзя было сказать о банке с краской. Проиграв битву с земным притяжением, она полетела вниз.
— О дьявол! — выругался Кристиан, когда краска дождем полилась на его
голову и костюм. — Черт побери, Вивьен!
Он вслепую вытянул руки, чтобы не дать ей свалиться со стремянки, ибо все
лицо у него было залито краской. Ему еще повезло, что он успел зажмуриться.
Когда Вивьен слезла со стремянки и взглянула на Кристиана, у нее вырвался
возглас ужаса.
— О боже, Кристиан, ты же весь в краске! И твой костюм!..
— Весьма тонкое наблюдение, — сказал он, тщетно пытаясь рукой стереть
краску с лица.
— О боже! — выдохнула она.
— Если ты еще раз произнесешь это, я за себя не ручаюсь, — прорычал
Кристиан, разъяренно уставившись на нее. — Ну?
— Я... я конечно же заплачу за химчистку, — пролепетала она, но
вид у него был настолько уморительный, что весь испуг Вивьен куда-то пропал.
— Еще бы тебе этого не сделать. Хотя я не слишком уверен, что это поможет.
— И не смотри на меня так грозно. — Она едва сдерживалась, чтобы не
захихикать. — Ты сам виноват — напугал меня.
— Я тебя напугал? Да я просто вошел!
— И не кричи. Криком делу не поможешь. — Сердце Вивьен колотилось как
сумасшедшее. Она столько раз видела Кристиана во сне, столько раз
представляла себя их встречу, что сейчас никак не могла поверить в то, что
он действительно пришел, что он здесь. Взглянув на его костюм, она
поморщилась. — Пройди вон туда, в подсобку. Там на вешалке висят
несколько чистых халатов. Переоденься и отдай мне костюм, я отнесу его в
химчистку. Это тут рядом, через дом. Мистер Джексон очень добросовестный и
аккуратный, он непременно сделает все, что можно сделать.
— Если еще что-то можно сделать, — проворчал Кристиан и скрылся в
подсобке, загрохотав там чем-то. Вивьен поневоле улыбнулась. Надо же, какие
мы сердитые, подумала она с нежностью. А он совсем не изменился, только,
кажется, чуть похудел. Она была так рада его видеть, что, несмотря на
трагикомические обстоятельства его появления, едва сдерживала рвущееся
наружу счастье. Он пришел! Он все-таки пришел!
Дверь приоткрылась, и оттуда высунулась рука, державшая пиджак и брюки.
— Вот, можешь нести. И узнай, сможет ли он справиться за час. У меня деловой
ланч.
— Не волнуйся, мистер Джексон настоящий волшебник в своей профессии. Да и
краска водоэмульсионная.
— Это утешает, — саркастически заметил он из-за двери.
— Кристиан, ну не сердись, ведь я же не нарочно, — попыталась она
успокоить его. — Просто ты меня напугал.
— А ты пугаешься всех своих клиентов? — съязвил он.
— Ты не клиент.
— Но вполне мог бы им быть.
— Ха!
— Не вижу ничего смешного. Между прочим, мы с Тобиасом решили, что нам нужно
снять другое помещение, поближе к порту. Нам удалось найти то, что нам
подходит, в одном из старых зданий, и сейчас мы ремонтируем его.
Так, значит, он пришел вовсе не потому, что хотел меня видеть, а для того,
чтобы заключить договор на работу, осознала она, чувствуя, как ее счастье
тает быстро, как облачко пара.
— Ну что ж, — сказала она, стараясь не выдать голосом своего
разочарования. — Я дам тебе наш прайс-лист, когда вернусь из химчистки.
— Хорошо, спасибо.
— Не за что.
Вивьен еще секунду подождала, не скажет ли он чего-то еще, но он молчал, и,
обозвав себя наивной дурой и глупой мечтательницей, она сложила его костюм в
пакет, накинула пальто и вышла на улицу, снова чувствуя себя несчастной.
Дойти до химчистки, договориться с мистером Джексоном и вернуться обратно
было делом нескольких минут. Когда она вернулась, Кристиан был не один. Он
разговаривал с каким-то мужчиной, которого Вивьен никогда раньше не видела.
— ...И таким образом, — услышала она слова Кристиана, — вы
получите первоклассное обслуживание по расценкам, гораздо ниже, чем у других
аналогичных фирм. Все наши клиенты весьма довольны качеством нашей работы.
Вы не пожалеете, что обратились в фирму
Белый кот
, уверяю вас.
Мужчина что-то ответил, но Вивьен не расслышала. Она остановилась у двери и
стояла не двигаясь, чтобы не испортить дело. Опыт и чутье подсказывали ей,
что клиент вот-вот даст свое согласие.
Наконец клиент согласно кивнул, Кристиан вручил ему квитанцию, прейскурант и
дал на подпись копию договора из стопки, лежавшей на столе.
Вивьен пропустила выходившего мужчину и улыбнулась ему. Звякнул колокольчик,
и дверь за ним закрылась.
— Ну что, будет мой костюм готов через час? — спросил Кристиан, пряча
улыбку. Она так торопилась, что ушла из конторы с пятнышком краски на носу.
— Что? А нет, извини. То есть мистер Джексон уверен, что вычистит костюм и
он будет как новенький. Но на это потребуется больше времени.
Кристиан чертыхнулся.
— И что прикажешь делать? У меня важная встреча, — он бросил взгляд на
часы, — через тридцать минут.
— А кто был человек, который только что вышел?
— А, этот. Просто клиент. Менеджер одной компании средней руки. Хочет нанять
кого-то на уборку их офисов. Я убедил его, что лучше
Белого кота
ему не
найти. Он подписал договор и заплатил аванс. Вот его карточка.
Кристиан отдал ей карточку и огляделся.
— Мне нужно как-то добраться до моего офиса.
Вивьен взяла карточку клиента и нахмурилась.
— А с чего ты взял, что мне нужен этот клиент? Ты ведь не знаешь, есть ли у
меня время и работники для этого? Это было несколько самонадеянно с твоей
стороны, ты не находишь?
Он угрюмо взглянул на нее.
— А что, по-твоему, я должен был отказать ему и отправить к твоим
конкурентам? — Он хмыкнул. — Прекрасный способ вести дела.
Вивьен разозлилась.
— Это мое дело — как я их веду. И не нуждаюсь в твоей помощи. Между
прочим...
— У меня нет времени пререкаться тут с тобой, — оборвал он ее. — Я
тороплюсь. Сюда я пришел пешком.
Он намеренно проигнорировал ее вопросительный взгляд. Ей совсем
необязательно знать о том, что ему понадобилась эта прогулка в несколько
кварталов, чтобы набраться храбрости поговорить с Вивьен. Он так скучал по
ней, что больше уже не мог выносить разлуку, но не знал, захочет ли она
видеть его, говорить с ним. Краска, так неожиданно свалившаяся ему на
голову, смешала все его планы и не дала сказать то, что он собирался.
Правда, Вивьен не отказалась говорить с ним, но они и не обсудили свои
отношения. Черт возьми! Эти несколько недель после того злополучного вечера
в Филадельфии он места себе не находил, страдал, маялся... Нет, так дальше
продолжаться просто не может.
— Я отвезу тебя, — предложила она. Настроение у нее упало. Ну зачем он
снов
...Закладка в соц.сетях
