Жанр: Любовные романы
Гостья из прошлого
.... Все больницы города в это время были
переполнены, ибо было много пострадавших из-за гололеда. Врач осмотрел
Вивьен и Кристиана и, не найдя у них серьезных повреждений, быстро отпустил.
Кристиан, который освободился первым, ждал ее в вестибюле.
— Идемте, я вызвал такси, — сказал он, когда Вивьен подошла к нему.
— Спасибо.
Пока они дошли от больницы до машины, Вивьен почувствовала, что снова
замерзла, и поэтому с готовностью нырнула в уютное тепло такси и съежилась
на заднем сиденье.
— Вам сейчас надо принять горячую ванну и отдохнуть. Неплохо было бы найти
себе замену на сегодняшнюю ночь. У вас был шок, поэтому было бы лучше как
следует выспаться.
Он придвинулся ближе на сиденье, обнял ее за плечи и ободряюще сжал.
— К сожалению, я не могу. Я сама подменяю заболевших людей, так что
подменить меня некому.
Вивьен даже не ожидала, что ей будет так приятно ощущать его тепло и
близость, его ободряющую руку, сжимающую ее плечо. В течение последних
полутора лет она общалась с мужчинами строго на деловом уровне, да и это
общение старалась свести к минимуму. И сейчас с потрясением осознала, что
близость Кристиана не только не отпугивает ее, но, напротив, очень приятна.
— Ну что ж, не страшно. Сегодня я как раз собирался подольше поработать, так
что дождусь вас и отвезу домой.
— Ну что вы, Кристиан, зачем? Вам и самому пришлось несладко, поэтому тоже
нужно как следует отдохнуть после случившегося.
Мысль о том, что Кристиан Ричардсон будет ждать ее допоздна, а потом отвезет
домой, была не только приятной, но и откровенно волнующей.
— Ерунда. — Он улыбнулся. — Я крепкий парень, привыкший к
физическим нагрузкам. В море нам доводилось трудиться сутками напролет и
бывали такие ситуации, которые требовали напряжения всех сил. Проверка на
прочность, так сказать. Так что сегодняшнее происшествие для меня пустяк.
— Ничего себе пустяк! — не согласилась Вивьен. — Кстати, как ваша
рука?
— Рентген показал, что никаких серьезных повреждений нет, только небольшое
растяжение, так что до свадьбы заживет! — Он широко улыбнулся, глядя на
нее, а она отчего-то покраснела, словно он имел в виду их свадьбу. —
Поужинаете со мной завтра? — ошеломил он ее вопросом.
— П-поужинать? С вами? — заикаясь переспросила она, хотя не понимала,
чему удивляется. Разве она не чувствовала, не знала, что все к тому идет?
Что он теперь не оставит ее в покое. Да и, положа руку на сердце, хочет ли
она, чтобы их знакомство на этом закончилось? Нет, не хочет.
— А почему это вас так удивляет? Это совершенно приличное предложение. Ужин
в хорошем ресторане. Вы же все равно должны будете поесть, да и я тоже. Так
почему бы не сделать это вместе? Тем более что работать вы начинаете поздно.
Мы поужинаем, потом заедем к вам домой, вы переоденетесь, возьмете все
необходимое, и я отвезу вас на работу.
Все это было так волнующе, что Вивьен невольно почувствовала легкое
головокружение. Она сделала глубокий вдох.
— Ладно. Хорошо. Ужин так ужин.
Кристиан облегченно выдохнул и улыбнулся. Он и не сознавал, что затаил дыхание в ожидании ее ответа.
— Вот и славно. Так как, согласно нашему договору, я говорю, а вы слушаете,
то рассчитываю, что вы будете внимать каждому моему слову.
Вивьен засмеялась. Кристиану понравился ее смех, который он услышал впервые.
Вообще, если честно, в этой женщине ему нравилось буквально все. Она
привлекала его своей загадочностью, сдержанностью, граничащей с пугливостью,
вызывала желание защищать.
— О, можете не сомневаться. Я очень благодарный слушатель. И обожаю слушать,
когда кто-то что-то рассказывает.
— Ну и отлично, — с воодушевлением отозвался он. — Почему бы тогда
мне не начать прямо сейчас? Во-первых, спешу обрадовать вас, что поскольку
имею собственный бизнес в равных долях с партнером, то, пожалуй, смогу
наскрести на пару чизбургеров. Ну и, может, еще по чашечке кофе.
Она снова рассмеялась, оценив его шутку.
— Приятно это слышать.
— Но вот за десерт придется, скорее всего, заплатить вам.
— Что ж, мне следовало догадаться.
А он, оказывается, забавный, думала Вивьен, чувствуя, как напряжение,
державшее ее в плену все последние восемнадцать месяцев, постепенно
отпускает. Пока Кристиан весело болтал, она исподволь разглядывала его. У
него были четкие, немного резковатые черты лица, словно высеченного из
камня, сейчас смягченные юмором и улыбкой. Улыбка вообще удивительным
образом преображала его, превращая из просто красивого в потрясающе
красивого. В зеленых глазах светились лукавые искорки, а уголки твердо
очерченных губ были слегка приподняты, вызывая у Вивьен почти непреодолимое
желание протянуть руку и дотронуться до них. Он излучал мужскую силу и
сексуальность, но Вивьен сердцем чувствовала, что в нем таится огромный
запас нерастраченной нежности.
А она немного ожила, между тем думал Кристиан. Словно какая-нибудь ледяная
принцесса, которая оттаяла от тепла. Фиалковые глаза искрятся юмором.
Вивьен снова засмеялась над очередной его шуткой, но внезапно смех растаял и
на лицо ее вновь набежала тень, словно тучка, закрывшая солнце. Что же
произошло с ней, что она разучилась свободно смеяться, радоваться жизни? Кто
так ее обидел?
Кристиан проводил ее до подъезда дома, попросив таксиста подождать.
— Увидимся сегодня вечером в офисе. Когда вы закончите уборку, я отвезу вас
домой, договорились?
Вивьен кивнула.
— Да, спасибо, но в этом нет...
Он вскинул руку, останавливая ее.
— Это не обсуждается. До вечера.
— До вечера, — пробормотала Вивьен и проследила взглядом, как он
вернулся на дорогу и сел в ожидавшее его такси. Когда такси тронулось с
места, он помахал ей рукой и она помахала в ответ.
Остаток дня Вивьен провела как во сне. Она полежала в горячей ванне,
отдохнула, почитала книгу, посмотрела телевизор, правда потом с трудом могла
вспомнить, о чем читала и что смотрела, потому что все ее мысли были заняты
Кристианом. Вспоминая его, она то улыбалась, то хмурилась, то поздравляла
себя с удачей, то ругала за легкомыслие.
На работу она приехала приятно взволнованная и в то же время нервничала из-
за предстоящей встречи. Вопреки ее ожиданиям Кристиан не искал ее на работе,
а только один раз позвонил на мобильный и напомнил, что будет ждать ее,
чтобы отвезти домой. Вивьен и сама не могла бы сказать, что она испытала —
то ли облегчение, то ли разочарование.
Закончив, она позвонила ему, и они договорились встретиться внизу, в гараже.
Когда она переоделась и спустилась вниз, он уже ждал ее. Сдержанно улыбнулся
и, забрав у нее инструменты, погрузил их в багажник. Во время короткой
поездки до ее дома Кристиан был странно молчалив, только поинтересовался,
как она себя чувствует. Вивьен недоумевала, что случилось с тем забавным,
улыбающимся мужчиной, которым он был днем. Проблемы с бизнесом? Какие-нибудь
неприятности личного характера? Или уже сожалеет, что связался с ней?
Когда они приехали и он проводил ее до двери в квартиру, она обернулась к
нему.
— Спасибо вам большое, Кристиан.
— Не за что. Надеюсь, вы не забыли, что сегодня мы с вами ужинаем вместе.
— Не забыла, но...
Он нахмурился.
— Передумали или не можете?
— Нет, я не передумала и могу, но...
— Значит, я заеду за вами в шесть. Договорились?
— Да. Хорошо.
На следующий день Вивьен ждала его звонка. Почему-то ей отчаянно захотелось,
чтобы он позвонил ей, подтвердил, что хочет ее видеть, что не потерял к ней
интерес. Она ругала себя за глупость, но ничего не могла поделать.
Чувствуя, что не может сидеть на месте, что должна чем-то занять себя, чтобы
отвлечься от непрошеных мыслей, Вивьен отправилась с магазин за продуктами,
а заодно решила зайти в парикмахерскую, чтобы сделать прическу. Впервые за
последние полтора года у нее возникло желание выглядеть привлекательной и
нравиться. Всякий раз, когда раздавался телефонный звонок, она вздрагивала,
вспыхивала и хватала телефон, но это оказывался либо кто-то из ее
работников, либо клиент.
Прекрати дергаться, строго приказала она себе, ты ведешь себя как школьница
перед первым свиданием. Это всего лишь ужин, ничего больше. И незачем ему
тебе звонить, раз вы уже обо всем договорились.
В пять часов она осторожно, чтобы не испортить прическу, приняла душ и
начала одеваться. Вивьен решила надеть свой лучший наряд, оставшийся еще от
прошлой жизни: платье от Шанель цвета кофе с молоком, с коричневой отделкой,
крупными пуговицами, воротником-стойкой и длинными рукавами. Фасон был
неподвластен моде: строгий и в то же время изящный, и она выглядела в нем
так, как ей и хотелось — женственно и по-деловому. Ее единственным
украшением были сережки с топазом.
У Вивьен от волнения вспотели ладони, пока она дожидалась приезда Кристиана,
но, когда без двух минут шесть раздался звонок домофона, она все равно
подскочила от неожиданности — так сильно нервничала.
— Спускаюсь, — ответила она, нажав кнопку, потом надела пальто,
схватила сумочку и, заперев дверь, спустилась вниз на лифте.
У подъезда ее ждал Кристиан, потрясающе элегантный в длинном черном пальто.
Он тепло улыбнулся Вивьен и предложил ей руку, которую она с благодарностью
приняла, поскольку было довольно скользко, а на ней были туфли.
— Прошу вас, мадам. Карета подана, — пошутил он, ведя ее к машине.
От его низкого, чуть хрипловатого голоса у Вивьен мурашки побежали по спине.
— Замерзли? — спросил он, почувствовав, как она поежилась. —
Ныряйте скорее. Там тепло.
Он открыл ей дверцу, и, когда его рука легла ей на талию, чтобы помочь
сесть, сердце Вивьен забилось часто-часто. Она вновь мысленно отругала себя
за свое поведение — поведение девчонки на первом свидании.
Когда Кристиан обошел машину и сел за руль, Вивьен показалось, что
ограниченное пространство машины уменьшилось еще больше, как и количество
кислорода. Она почувствовала, что ей стало трудно дышать.
Кристиан завел мотор, посмотрел на Вивьен и улыбнулся.
— Уверен, мы проведем приятный вечер, — сказал он.
— Я тоже. — Она ответила на его улыбку и с удивлением осознала, что не
покривила душой. Ей действительно было приятно общество Кристиана
Ричардсона.
Он включил приемник, и в салон полилась тихая, умиротворяющая музыка.
— Надеюсь, вам понравится в
Каролине
. Там отличная кухня и приятная
обстановка, располагающая к хорошему отдыху. — И интимности
,
мысленно добавил он, но благоразумно воздержался от того, чтобы
произнести это вслух. Он вообще старался обращаться с ней как можно мягче,
продвигаться неторопливо, ибо боялся спугнуть ее едва зарождавшееся доверие
к нему.
— Я что-то слышала об этом ресторане. — Она взглянула на него с
неожиданными лукавыми искорками в глазах. — Кажется, там подают не
только чизбургеры, но и гамбургеры.
Он расхохотался.
— А у вас замечательное чувство юмора, мисс Вивьен Лоренс! — заметил
он. — Почему вы его скрываете? Мне ужасно нравится, когда вы шутите.
Кристиан обнаружил и кое-что еще: ее близость волновала, возбуждала его.
Впрочем, нельзя сказать, чтобы это явилось такой уж неожиданностью. С самых
первых минут их знакомства эта женщина интригует его, влечет к себе. Его
даже несколько обескураживала такая власть, которую она, похоже, все больше
и больше обретала над ним без каких бы то ни было усилий.
Вивьен между тем размышляла над замечанием Кристиана по поводу ее чувства
юмора. Не то чтобы она намеренно скрывала его, просто добровольная изоляция
последних полутора лет притупила ее остроумие, сделала гораздо более
сдержанной, скрытной. До шуток ли ей было, когда вся ее жизнь полетела под
откос, словно поезд, сошедший с рельсов, и пришлось начинать все сначала?
Однако было в Кристиане что-то такое, что заставило вновь ожить глубоко
запрятанные эмоции.
— Не хотите рассказать что-нибудь о себе? — тихо спросил он.
— Мне кажется, мы условились, что это вы будете рассказывать, а я —
внимательно слушать, разве нет? — отшутилась она.
— Да-да, конечно, — согласился Кристиан, вновь напомнив себе, что
нельзя давить на нее, следует быть терпеливым и рано или поздно она
проникнется к нему доверием настолько, чтобы все рассказать.
Всю оставшуюся дорогу до ресторана Кристиан говорил исключительно сам,
рассказывая всякие забавные случаи из своей жизни и рыбацкие байки, и к тому
времени, когда машина въехала на стоянку перед
Каролиной
, Вивьен
почувствовала себя так легко, как не чувствовала уже очень давно.
Правда, ее приятная расслабленность длилась до тех пор, пока они не
направились ко входу в ресторан. При мысли о том, чтобы войти в зал, полный
людей, о том, что придется пусть и ненадолго, но все же оказаться в центре
внимания, она вновь непроизвольно напряглась.
Кристиан понял, что состояние Вивьен снова изменилось, по тому, как она
стиснула руки. Повинуясь порыву, он накрыл их своей большой теплой ладонью,
надеясь успокоить.
Она выглядела очень бледной и немножко испуганной. Кристиан невольно
нахмурился. Чего-то боится? Или кого-то? Кто и когда мог причинить ей такие
страдания, которые она никак не может забыть? Его удивило внезапное желание
защитить ее от всего мира. Избавить от боли, но он не мог этого сделать до
тех пор, пока не узнает, что ее так тревожит. До тех пор пока она не
доверится ему. А на это нужно время. Время и терпение.
— Уверяю, что это приличное заведение и нам здесь ничто не угрожает. —
Он шуткой попытался снять ее напряжение. — Но если вдруг кому-то
вздумается к нам приставать, чур, вы бьете ниже пояса, а я делаю все
остальное. Из нас выйдет отличная команда. — Он ободряюще
улыбнулся. — Договорились?
Вивьен не могла не оценить его милой попытки успокоить ее.
— Договорились.
— Вот и отлично. Готовы?
— Да.
— Пошли?
Вивьен улыбнулась, и улыбка так преобразила ее лицо, сделав еще
привлекательнее, что сердце Кристиана забилось в учащенном ритме. Он вышел
из машины и помог выйти Вивьен.
— Знаете, мне тут пришла в голову одна мысль, — небрежно проговорил он,
пытаясь заставить сердце вновь работать нормально. — Вам известно, что
вы очень красивая?
На лице Вивьен появилось встревоженное выражение.
Увидев это, Кристиан не устоял против искушения, обнял ее рукой за талию и повел к дверям ресторана.
— Это был комплимент. — Когда они вошли в вестибюль, Кристиан помог ей
снять пальто и заметил: — Я был тут несколько раз. Здесь замечательная кухня
и очень уютная атмосфера. Не сомневаюсь, что вам тоже понравится.
Метрдотель подвел их к заказанному Кристианом столику, и Вивьен,
оглядевшись, с удовольствием отметила, как хорошо он выбрал место: высокие
раскидистые деревья в кадках создавали впечатление уединенности и в то же
время позволяли обозревать весь остальной зал. Народу, вопреки опасениям
Вивьен, было мало, и никто не обратил на них особого внимания, поэтому она
позволила себе немного расслабиться.
— Прекрасное место, — похвалила она. — Вы всегда выбираете такой
уютный и уединенный столик?
Кристиан пожал плечами, радуясь в душе, что она осталась довольна его
выбором.
— Только когда ужинаю с самой красивой женщиной на всем Восточном
побережье, — улыбнулся он, при этом подумав, что ничуть не
преувеличивает. Теперь, когда ему наконец удалось как следует разглядеть ее
без шапочки и мешковатой одежды, скрывавшей фигуру, он с восхищением
отмечал, какие у нее красивые волосы, мягкими каштановыми локонами лежавшие
вдоль щек; какие правильные, тонкие черты. А тело! Не слишком пышное, но и
не угловатое, с мягкими линиями и изгибами; ноги длинные, стройные, с
тонкими лодыжками и изящными стопами. Почувствовав, что его слова явно
смутили ее, Кристиан поспешил серьезно добавить: — Я на самом деле так
считаю, Вивьен.
Она бросила на него неуверенный взгляд, затем поспешно отвела глаза. Он,
разумеется, шутит... или нет? Вся неуверенность, приобретенная в этот
последний, несчастливый период ее жизни, вернулась, разом нахлынув на нее.
Щеки залил румянец. Она отвыкла быть предметом чьего бы то ни было внимания.
Более того, не хотела привлекать ничьего внимания.
Черт возьми! — думал Кристиан, видя ее смущение и неловкость. Она
должна ожидать таких комплиментов, воспринимать их как должное, а не
смущаться и краснеть. С другой стороны, ему ужасно нравилось ее смущение.
Оно чрезвычайно шло ей.
— А вы всегда говорите, что думаете? — спросила она, когда немного
овладела собой.
— Почти всегда.
— В таком случае хорошо, что вы не пошли в дипломаты, в противном случае
войны объявлялись бы каждый день.
Кристиан по достоинству оценил ее шутку. И оба рассмеялись.
Потом они некоторое время сосредоточенно изучали меню, а когда официант
принял у них заказ, Кристиан в очередной раз удивил Вивьен, встав из-за
стола и протянув ей руку.
— Очень приятная музыка. Потанцуем?
Не успев подумать, что безопаснее было бы отказаться, она обнаружила, что
встает и идет к танцевальной площадке в сопровождении Кристиана.
Медленная чувственная мелодия будоражила кровь, и Вивьен особенно остро это
ощутила, когда Кристиан обнял ее за талию и неторопливым, но решительным
жестом привлек к себе. Вивьен уже успела позабыть то время, когда так любила
танцевать. С Кристианом все у нее получалось так легко и красиво, будто они
давным-давно знали друг друга. Это было такое волшебное, пьянящее ощущение,
что больше походило на сон, и даже если она больше никогда не испытает
ничего подобного, у нее останется воспоминание об этом сказочном вечере. И
об этом восхитительном мужчине.
Кристиан, в свою очередь, был не меньше Вивьен потрясен своими ощущениями.
Острое, сладостное желание обладать этой женщиной сопровождалось сильнейшей
потребностью ее защищать и оберегать.
Когда мелодия смолкла, они, словно очнувшись от приятного сна, вернулись к
своему столику, над которым уже колдовал официант.
Вивьен чувствовала, как у нее неистово колотится сердце и немножко шумит в
ушах, как во время посадки самолета. В голове все смешалось, и стук сердца
отдавался в ушах и множился как эхо. Постоянно испытываемое ею в последнее
время ощущение страха и опасности полностью исчезло. Ей было невероятно
хорошо рядом с Кристианом Ричардсоном! Хотелось, чтобы этот вечер никогда не
кончался.
Кристиан же испытывал нечто среднее между эйфорией и смятением. Он всегда
был в состоянии сдерживать свои порывы, контролировать свои чувства к
женщинам. Он умел, оставаясь хладнокровным и независимым, переводить
отношения из любовных в дружеские. Да, он любил женщин и получал
удовольствие от их общества, но его чувства никогда не были задеты. Но
сейчас, чувствуя напряжение в паху и в то же время испытывая прилив
невероятной нежности при виде ее раскрасневшегося личика, Кристиан уже
далеко не был уверен, что ему и дальше удастся сохранять свою обычную
невозмутимость. Нет, эта женщина затронула какие-то тайные, глубоко
запрятанные струны в его душе, о существовании которых он даже и не
подозревал, и теперь он чувствовал себя человеком, который держит в руке
горящий уголек, обжигает руки, но ни за какие сокровища мира не согласится
его отпустить.
Подведя Вивьен к столу и помогая сесть, он не удержался и поцеловал ее в
макушку.
— Вы замечательно танцуете, Вивьен. И вообще вы чудесная.
Кристиан никогда бы не поверил, что может испытать такое наслаждение, чуть
ли не экстаз от одной лишь женской улыбки, никогда не считая себя ни
чувствительным, ни сентиментальным. Но когда Вивьен ослепительно, с
благодарностью улыбнулась ему, он почувствовал слабость в коленках.
Они ели не спеша, наслаждаясь изумительно вкусными блюдами, чудесным вечером
и обществом друг друга. Вивьен уже не обращала внимания на свой внутренний
голос, который время от времени еще давал о себе знать, взывая к
благоразумию. Чувство удовлетворения, которое она испытывала, было похоже на
теплый шерстяной кокон, окутавший ее и спасающий от порывов холодного и
злого ветра.
— Когда-нибудь я возьму вас в море на одном из наших лучших кораблей, —
сказал Кристиан.
Вивьен кивнула, не позволяя грустным мыслям испортить ей этот замечательный
вечер. Может так случиться, что она больше никогда не увидит Кристиана, хотя
от этой мысли у нее сжималось сердце. Благоразумие настойчиво советовало ей
избегать таких отношений, которые завязались у них с Кристианом, но она
отказывалась думать об этом сейчас.
Я подумаю об этом завтра
, — говорила героиня романа
Унесенные
ветром
Скарлетт О'Хара, и Вивьен собиралась поступить точно так же. Она не
видела, не слышала и не воспринимала никого и ничего, кроме Кристиана. Они
беседовали, обменивались ничего не значащими фразами и шутками, но оба
прекрасно понимали, что не это главное. О главном говорили их глаза. Только
взгляды выдавали правду о том, что они на самом деле чувствовали.
Настало время уходить. Слишком скоро, как показалось им обоим. Взявшись за
руки, они вышли из ресторана и вдохнули бодрящий морозный воздух зимней
ночи. Небо было чистым, и на нем сияли мириады звезд.
— Какая красота! — сказал Кристиан, глядя на нее.
— Да, просто восхитительно, — отозвалась она, вспоминая, как они
танцевали. Повинуясь внезапному порыву, она повернулась к Кристиану и
сказала: — Я чудесно провела вечер. Огромное вам спасибо, что вытащили меня.
— Мне тоже было хорошо как никогда, — признался он. — Я бы хотел
повторить этот вечер.
Вивьен ответила не сразу, и он мысленно обругал себя за поспешность. Он ведь
знает, что на нее нельзя давить. Она сдержанна, застенчива и пуглива как
лань.
— Я тоже, — в конце концов сказала она, и Кристиан вздохнул с
облегчением. И радостью.
Когда они подошли к машине, он остановился и повернул ее лицом к себе,
заглядывая в глаза.
Уличные фонари отбрасывали на них серебристые блики, но Кристиан знал, что
она залилась румянцем смущения под его долгим, пристальным взглядом. Он
запрокинул голову назад и громко рассмеялся, затем схватил ее в охапку и
закружил. Он кружил ее до тех пор, пока она тоже не рассмеялась, а прохожие,
глядя на них, снисходительно улыбались. Наконец он поставил ее на землю и
крепко обнял.
— Завтра?
Она кивнула, уткнувшись лицом ему в плечо.
Он немного отстранился, чтобы видеть ее.
— Я не позволю тебе передумать.
— А я и не собираюсь передумывать, — пробормотала она внезапно севшим
голосом.
Увидев его приближавшиеся к ее лицу губы, она не отвернулась, не оттолкнула
его, а, наоборот, сама потянулась к нему, словно цветок к солнцу. Поцелуй
был нежным и в то же время страстным и говорил об обоюдном желании
красноречивее и понятнее любых слов. Кровь бешеными толчками пульсировала,
бежала по жилам, заставляя сердца громко и часто биться. Это был переломный
момент, момент истины, и они оба это прекрасно понимали.
Вивьен тщетно пыталась унять дрожь, пробегавшую по телу. Ей так хотелось
быть с ним, рассказать ему все о себе, о том, почему она приехала в Бостон.
А еще она хотела, чтобы Кристиан Ричардсон навсегда остался с ней рядом.
Кристиан почувствовал, что она дрожит.
— Замерзла? Пойдем в машину. — Он чмокнул ее в лоб, обнял и привлек к
себе. Ему не было холодно. Напротив, он весь горел. В его теле кипел целый
вулкан страсти, заставляя кровь быстрее бежать по жилам. Порой он чувствовал
себя рядом с Вивьен канатоходцем, ненадежно балансирующим над пропастью, но
знал, что не остановится ни перед чем, только бы завоевать эту застенчивую
девушку с фиалковыми глазами.
Еще через несколько минут они уже ехали по ночным улицам Бостона к дому
Вивьен. Первый раз в жизни Кристиану захотелось, чтобы у машины спустило
колесо, или кончился бензин, или еще что-нибудь.
Вивьен же хотелось рассказать Кристиану о Филадельфии, о своем детстве и
юности, которые она провела на ранчо в Кентукки среди милых, добрых,
трудолюбивых людей, где ее жизнь не была омрачена никакими неприятностями и
проблемами. Эта идиллия закончилась, когда мама, для которой ранчо
Рамона
было родным домом, умерла, а ее забрал к себе отец. Они некоторое время
переезжали с места на место, пока не остановились в Филадельфии. Отец открыл
свое дело и снова женился. Мачеха Вивьен оказалась замечательной женщиной,
она всегда буд
...Закладка в соц.сетях
