Жанр: Любовные романы
Любить - значит верить
... э-э... рада, что ты вернулась, Брук. Надеюсь...
надеюсь, ты не собираешься снова нас покинуть?
Брук заставила себя посмотреть прямо в глаза Шиле.
— Ты это честно? — спросила она. — Ты действительно
надеешься, что мы тут останемся? Если так, то я поражена происшедшей в тебе
переменой. Два года назад ты определенно не хотела меня здесь видеть.
Шила опустила глаза и принялась пристально рассматривать камни у себя под
ногами.
— Когда ты вышла замуж за Моргана, мне было всего девятнадцать, —
сказала она. — Ты появилась в нашем доме, и моментально ради тебя все
перевернули вверх дном. Мой отец был от тебя в восторге. Эндрю был готов в
тебя влюбиться, а Морган...
— А что Морган? — мягко подсказала Брук, когда Шила замолчала.
— А Морган буквально тебя боготворил. Ты же знаешь. И ты ведь знала,
что я в него влюблена, правда?
— Да.
Шила нетерпеливым жестом откинула со лба прядь волос.
— Я чувствовала себя такой дурой — влюбиться в собственного сводного
брата! Оглядываясь назад, я вижу, что это было просто увлечение подростка,
но оно очень долго не проходило.
— А ты уверена, что сейчас оно прошло?
— Да. Я больше не влюблена в Моргана. Я смирилась с тем, что мой брат —
однолюб. И я знаю, что мне никогда не стать той женщиной, которую он любит.
И теперь мне это уже не важно, Брук. По правде говоря, я собираюсь выйти
замуж. Я встретила человека, который мне очень дорог.
— Поздравляю. Я очень за тебя рада! Я его знаю? — Брук с
удивлением поняла, что ее дружелюбные слова абсолютно искренни.
— Нет. Дэвид — инженер из Нью-Йорка. Я познакомилась с ним, когда
слушала курс по компьютерам в университете. Может, ты как-нибудь захочешь
пойти с нами в ресторан?
— Спасибо. С удовольствием.
— Ну, по правде говоря, я вышла из дома тебя искать не за этим. Я
должна перед тобой извиниться, Брук. А еще я хочу попросить твоей помощи.
— Я как раз собиралась пойти в дом и выпить кофе, — ответила
Брук. — Пойдем со мной? Если ты собираешься просить моей помощи, то,
чувствую, мне надо заранее сесть — чтобы не упасть от изумления!
Смех Шилы прозвучал немного нервно.
— Извинение будет коротким, — сказала она, пока они шли к боковому
входу в дом. — Я была просто убита смертью Эндрю и не слишком хорошо
восприняла известие Моргана о том, что он нашел тебя и везет в Рендфорд.
Кажется, сообщение о твоем возвращении просто оказалось той каплей, которая
переполнила чашу. Я плохо приняла известие о том, что у тебя есть сын. Энди
— чудесный малыш. Наверное, я просто тебе позавидовала. Когда ты приехала, я
вела себя гадко, и мне очень жаль.
— Мать простит что угодно человеку, который говорит ей, что у нее
прекрасный ребенок. — Брук говорила непринужденно, стараясь немного
смягчить резкие слова Шилы. — И, конечно, я понимаю, что все находились
под влиянием того, что произошло с Эндрю.
— Да, нам всем пришлось нелегко, — согласилась Шила. —
Хочешь, я сварю кофе? — предложила она, когда они вошли в дом. —
Прислуга сейчас убирает комнаты второго этажа, так что в кухне мы будем
одни.
— Да, если ты не спешишь. — Брук взглянула на часы. — Сейчас
почти десять. Разве тебе не надо быть на работе?
— Мы с Морганом в час вылетаем в Нью-Йорк из аэропорта Логан, так что у
меня есть немного времени. У нас назначена встреча с представителями банка,
который работает с нашей компанией: надо убедиться в том, что в случае
необходимости мы сможем получить срочный кредит.
— А Морган... дома?
— Как ты можешь задавать такой вопрос? Нет, конечно, он на работе. Но я
сказала ему, что мне нужно задержаться на пару часов.
Шила поставила стеклянную колбу с водой в кофеварку и включила ее.
— После твоего ухода Морган очень переменился, — неожиданно
сказала она. — Он всегда очень много работал и стремился к успеху, но,
когда ты исчезла, он превратился в машину, работающую на
Кент Индастриз
.
Иногда мне кажется, что он живет, дышит и питается только компанией.
— Не вижу, почему ты называешь это переменой, — с невольной
горечью отозвалась Брук.
— Теперь все по-другому, — не сдавалась Шила. — Когда ты жила
здесь, Морган много работал, но он замечал человеческие потребности
окружающих и был снисходителен к их слабостям. А теперь кажется, что он
вообще не обращает внимания на людей, особенно если они не имеют отношения к
Кент Индастриз
.
Брук начала нервно расхаживать по кухне.
— Так теперь он стал стопроцентным роботом, а раньше был им только на
девяносто процентов. И это такая большая разница?
— Да, — отрывисто бросила Шила. — Я тревожусь за отца. Брук,
до того, как началась эта попытка перекупки компании, отец хотел продать
свои акции
Кент Индастриз
и переехать куда-нибудь, где климат потеплее. Он
говорил мне, что мечтает жить в скромном коттедже у большого озера и
проводить целые дни на рыбалке. Конечно, он не говорил об этом напрямую
самому Моргану, а меня Морган слушать не желает. А потом возникла эта
опасность с потерей управления компанией, и теперь папа и слушать не хочет о
том, чтобы продать акции. Морган говорит, что его тревожит здоровье отца, а
сам не замечает, что отец постарел и устал и больше не хочет говорить и
думать о финансах, акциях, фондах и тому подобном. Морган живет своим делом
и считает, что оно должно стать главным и для всех остальных тоже. Ты можешь
помочь ему понять, что папа хочет отказаться от своих финансовых
обязательств и остаток жизни просто наслаждаться покоем и свободным
временем.
— Кофе готов, — сказала Брук, чтобы как-то оттянуть момент, когда
ей придется ответить золовке. Она налила в две кружки дымящийся ароматный
напиток и только тогда снова повернулась к Шиле. — Ты говорила со мной
откровенно, — сказала она, — и заслуживаешь того, чтобы я тебе
честно ответила. Я не имею никакого влияния на поступки и решения Моргана. Я
помогла бы тебе, если б могла. Но если ты считаешь себя бессильной, то я
бессильна тем более.
Голубые глаза Шилы медленно потемнели от изумления.
— Ты действительно так считаешь?! Ты действительно думаешь, будто не
имеешь на Моргана никакого влияния? Господи, поверить не могу в то, что ты
настолько слепа! Если бы ты ему сказала, что солнце встает на западе, он и
то поверил бы, что ты говоришь правду!
Смех Брук звучал почти истерически.
— Если бы только ты знала, насколько далека от истины! Морган бы
заподозрил тайный подтекст, даже если бы я сказала ему, что черное — это
черное! — Тут она поняла, насколько близко подошла к тому, чтобы
признаться в том, о чем намерена была молчать, и стремительно встала, чуть
не уронив стул. — Этого мне говорить не следовало, — пробормотала
она, выплескивая в мойку остатки кофе.
На секунду губы Шилы снова сложились в жесткую улыбку, которой всегда так
боялась Брук.
— Я всегда хотела понять, почему вы расстались. Кажется, наконец я это
начинаю видеть, — сказала Шила. Она задумчиво отпила кофе, но тут, к
великому облегчению Брук, ее лицо снова смягчилось. — Два года назад я
изо всех сил старалась усилить все сомнения, которые питал относительно тебя
Морган, — призналась она. — Слава Богу, я с тех пор немного
повзрослела и понимаю себя гораздо лучше, чем тогда. Дело не в том, что
Морган тебе не доверяет, Брук. Просто он страшно не уверен в себе, когда
речь заходит о тебе.
— Морган?! Не уверен в себе?! Неужели мы с тобой говорим об одном и том
же Моргане Кенте? Я говорю о своем муже — высокомерном типе, который
спокойно шагает по жизни, получая все, чего ему только захочется.
— Брук, да ведь ты же единственная женщина, к которой Морган привязан
по-настоящему! И боится потерять — с того первого дня, как с тобой
встретился! Посмотри на вещи с его точки зрения. Он привык к тому, что
молодые женщины сами вешались ему на шею. А ты ничего подобного не сделала.
Судя по тому, что я могла понять, все было как раз наоборот. Это Моргану
пришлось тебя добиваться.
Брук попыталась саркастически засмеяться, но результат получился не очень
убедительный.
— Ну еще бы! Я оказалась настолько неуязвима для его знаменитого
обаяния! Кажется, мне удалось не поддаваться его обаянию целых две недели!
— Ну так это на тринадцать дней больше, чем он тратил на своих прежних
подружек! Однажды он признался нам с Эндрю, что не знал, чем тебя взять. Он
встретился с единственной женщиной, на которой хотел бы жениться, а та
вполне довольна тем, что изучает средневековую историю и живет с кучей
других студентов в обшарпанной квартирке. Неужели ты не видишь, какая в этом
была ирония? Впервые в жизни он хотел завоевать расположение женщины, бросив
к ее ногам весь мир, а тебе хотелось только проводить время за посещением
выставок и местных музеев. Казалось, тебя нисколько не интересуют его
деньги, и ты сказала ему, что презираешь компьютеры. А он почти ничего не
понимал в искусстве, к которому ты питала такую страсть. Ему казалось, что
он ничего не может тебе предложить.
— Ты не права. Морган не мог не знать, что я с самого начала была от
него без ума. — Голос Брук стал едва слышен, превратившись почти в
шепот. — Я так часто говорила ему, как сильно его люблю!
— А показывала ли ты ему это? — Шила встала, больше ничего не
добавив. — Мне надо укладывать вещи и ехать в Нью-Йорк. Но, пожалуйста,
подумай о том, что я тебе сказала. Морган так устроен, что ему всегда будут
нужны встряски и триумфы, которые дает деловая жизнь. Он страшно честолюбив
и живет трудностями и борьбой за власть. Но ты ему тоже нужна, и, по-моему,
он понимает, насколько сильно.
Шила задержалась у двери, и лицо ее осветилось насмешливой улыбкой.
— Самой противно себя слушать! Тетушка Шила дает советы влюбленным.
Может, если мы все-таки потеряем
Кент Индастриз
, я смогу начать новую
карьеру: буду вести колонку добрых советов в местной газете.
Дверь за ней довольно громко хлопнула, а потом Брук услышала, как ее
каблучки простучали по коридору, откуда донесся негромкий разговор.
Брук заканчивала мыть кружки из-под кофе, когда в кухню вошел Морган. Солнце
врывалось в высокое окно, покрывая позолотой его густые светлые волосы.
Темные брюки делового костюма прекрасно сидели на его стройной фигуре,
пиджак он снял и перекинул через плечо. Воротник рубашки под ослабленным
узлом трикотажного коричневого галстука был расстегнут, и Брук
почувствовала, как в ее теле снова вспыхивает запретный огонь желания.
— Я сейчас встретил Шилу, — проговорил Морган. — Она сказала
мне, что я найду тебя здесь.
Брук снова повернулась к мойке и тщательно вытерла руки, прежде чем ответить
ему.
— Ты хочешь... тебе не хочется кофе? Шила только что сварила.
— Нет, спасибо, сейчас не хочу. — Он быстро огляделся. — А
где Энди?
— На улице, играет с твоим отцом и сиделкой.
— Понятно. Ты не уделишь мне несколько минут, Брук? Пройдем в кабинет,
мне надо кое-что с тобой обсудить.
Брук неохотно последовала за ним, ощущая, что пришла наконец та минута,
которой она ждала с таким страхом. Он будет говорить с ней об акциях Эндрю.
Брук, успокаивая себя, еще раз подумала о том, что теперь это ее акции.
Морган открыл дверь своего кабинета, кинул портфель в кресло и прошел за
свой стол. Только тогда он повернулся к ней. Брук нервно остановилась перед
его столом, стараясь сохранить хотя бы внешнее спокойствие. Она ненавидела
эту комнату: именно здесь Морган так часто запирался во время последних,
молчаливых месяцев их брака. Здесь было темно и неуютно, все углы этой
комнаты были забиты тяжелой мебелью, оставшейся в наследство от прошлых
поколений. Даже огромные окна были заслонены толстыми стволами старинных
дубов и давали очень мало света. Брук никогда не могла понять, почему Морган
выбрал под свой рабочий кабинет именно эту комнату.
— Я разговаривал с моим адвокатом, — внезапно заговорил он. —
Он решил, что ты собираешься продать акции
Кент Индастриз
, которые тебе
оставил Эндрю.
Брук немного помедлила с ответом, но наконец призналась:
— Я об этом думаю.
— Понятно.
Морган перевел взгляд с нее на ряды деревьев за окном. Подняв руку, он на
мгновение прижал пальцы к вискам, а потом передернул плечами, словно пытаясь
сбросить напряженность мышц. У Брук больно сжалось сердце при виде
усталости, о которой бессознательно говорили его жесты, но она постаралась
заставить себя забыть о проблемах Моргана. Она не обязана оправдываться
перед ним. Она ничего ему не должна. Брук решила в первую очередь думать о
себе и своем маленьком сыне.
— Мне хочется обеспечить будущее Энди, — спокойно сказала
она. — Мне надо создать портфель надежных инвестиций.
Кент Индастриз
— недостаточно надежная компания, чтобы составить из ее акций основу фонда.
— Ты не можешь подождать несколько недель? Я большего не прошу. Мой
кредит практически исчерпан до предела. Не знаю, смогу ли я прямо сейчас
достать деньги, чтобы купить твои акции, но я не могу допустить, чтобы они
вышли на открытый рынок.
Брук уставилась в пол, заставляя себя не отозваться на скрытую в словах
Моргана просьбу о помощи. Ей надо помнить, что решается судьба Энди — и ее
тоже.
— Я не стану продавать свою долю акций только при одном условии, —
сказала она.
— Назови его.
— Ты составишь не допускающий двойного толкования юридический документ,
в котором навсегда откажешься от своего права требовать, чтобы Энди жил с
тобой.
С лица Моргана мгновенно исчезли и усталость, и все следы каких-либо эмоций.
— Чтобы ты снова могла исчезнуть, как только он будет подписан? Ты это
планируешь, Брук?
— Нет! — мгновенно ответила она. — Теперь, когда я увидела
Энди здесь с то... твоим отцом, я поняла, что не имею права разлучать... их.
Морган помолчал. Казалось, время остановилось.
— Я принимаю твое условие, — сказал он наконец.
Брук перевела дух, разумом понимая, что должна была бы испытывать настоящее
торжество. Морган не станет судиться с ней за право воспитывать Энди, а она
взамен не обещала ему почти ничего! Но чувство торжества почему-то не
пришло. Вместо этого ей пришлось бороться с почти непреодолимым желанием
положить голову ему на грудь. Ей вдруг страстно захотелось расправить
пролегшие по его лицу морщины усталости и тревоги, ощутить под кончиками
пальцев чуть шершавую кожу выбритых щек...
— Я через двадцать минут уезжаю в Нью-Йорк, — сказал Морган. Голос
его звучал монотонно, словно он сдерживал какое-то чувство, которое Брук
никак не могла понять. После чуть заметной паузы он добавил: — Я надеюсь
увидеть вас с Энди здесь по возвращении.
При этих словах у нее странно сжалось сердце.
— Мы будем тебя ждать, — пообещала она и замолчала, чтобы не
сказать лишнего.
Пока Морган шел через кабинет за своим портфелем, она не отрываясь наблюдала
за ним.
— Желаю тебе удачи на переговорах с банком, — сказала она. —
Надеюсь, все пройдет удачно.
Он поднял взгляд и, кажется, прочитал на ее лице что-то, что она предпочла
бы спрятать. Стремительно подойдя к ней, Морган притянул ее к себе и
поцеловал — медленно и жадно. Когда он наконец поднял голову, ее била дрожь.
— Это чтобы ты меня вспоминала, пока я буду в отъезде, — резко
сказал он. Его длинные пальцы передвинулись с ее шеи к губам, прикоснувшись
к ним с нежностью, которая подействовала на нее чуть ли не сильнее его
поцелуя. — Ты прекрасна, — на прощание произнес Морган.
Он взял портфель. Дверь тихо за ним закрылась, и Брук снова оказалась одна в
мрачном кабинете.
В тот же день Брук поехала в Бостон, намереваясь забрать из квартиры кое-что
из нужных вещей. Если она намерена какое-то время прожить в Кент-Хаузе, то
ей не обойтись тем, что у нее там было.
Ей было непривычно снова оказаться в тесной квартирке после просторных
помещений Кент-Хауза. Знакомая мебель, все предметы в ванной и на кухне
стали вдруг казаться чужими, словно она была уже не той женщиной, которая
ушла отсюда всего пару дней тому назад.
Эта мысль ее встревожила, и Брук решительным движением закрыла замки
чемодана. Пройдя на кухню, она набрала номер телефона Тони и испытала
некоторое облегчение, услышав, что он остался совершенно таким же, как
прежде: вульгарным, циничным и, наверное, гораздо более добрым, чем ему
хотелось бы представать в глазах окружающих.
— Я больше не буду у вас работать, Тони, — сказала она сразу после
обмена приветствиями. — Похоже, мои несколько дней отдыха растянулись.
Я на какое-то время стану домашней хозяйкой.
— Неужели это новость для меня? Мистер Кент мне уже об этом сказал,
лапочка.
Он позвонил мне в пять утра в тот день, когда забрал тебя из клуба.
Моя
жена уходит из вашего заведения
, — заявил он. Или еще что-то в том же
роде.
Брук почувствовала, как в ней шевельнулось какое-то чувство, не поддающееся
определению, но мгновенно спрятала его в остром раздражении. Будь проклят
Морган и его высокомерная уверенность в том, что он может вламываться в
чужую жизнь и переустраивать ее по своему усмотрению!
— Извините, что это было сделано без предупреждения, Тони, —
сказала она. — Мне нравилось у вас работать, и к тому же я вам искренне
благодарна. Вы дали мне работу в тот момент, когда она была мне очень нужна.
— Рад был помочь, киска. И если тебе снова понадобится работа, вспомни
обо мне. — Он оборвал ее изъявления благодарности. — Но не забудь:
я тебя возьму, только если ты сохранишь свое роскошное тело. Не испорти
фигуру, пока будешь жить с этими толстыми котами в Нью-Гэмпшире. Занимайся
спортом! Соблюдай диету!
Брук улыбалась, вешая трубку. Медленно пройдя по коридору, она постучала в
дверь Джоан Краковски.
— Привет! Ты не угостишь меня чашкой кофе? — сказала она, как
только подруга открыла дверь.
— Брук, заходи! Ну до чего же я рада тебя видеть! Мы все гадали, что с
тобой случилось, хотя твой... э-э... муж позвонил и попросил нас
присматривать за твоей квартирой, пока вас нет. — Джоан смахнула с
дивана в гостиной плюшевого зайца и несколько пластмассовых кукол. —
Садись, Брук, и рассказывай, как живешь и что поделываешь. Близнецы и малыш
уснули одновременно, так что тебя к моей двери привела сама судьба!
Брук опустилась на продавленный диван.
— До чего приятно снова тебя видеть, Джоан! Ты совершенно не
изменилась.
— А почему я должна была меняться? — Во взгляде, который Джоан
бросила на подругу, читалась легкая ирония. — Я-то ведь не убегала в
Нью-Гэмпшир с потрясающе красивым мужчиной, который словно сошел с
киноэкрана!
Брук почувствовала, что ее лицо заливает краска.
— Морган... мой муж... инженер-исследователь. Он создает компьютеры.
— Может, его должность так и называется, милочка, но я бы сказала, что
он производит впечатление опасного похитителя женских сердец.
Брук нервно сжала руки на коленях.
— Да, — согласилась она. — Наверное, это точно характеризует
Моргана. Иногда... иногда нелегко быть замужем за похитителем женских
сердец.
— Ты не хочешь со мной поделиться? — спросила Джоан и с легким
смешком добавила: — Конечно, если ты скажешь
нет
, то я, наверное, просто
умру от неудовлетворенного любопытства!
— Кажется, мне действительно надо обо всем поговорить, —
согласилась Брук. — Я совершенно сбита с толку и даже не могу
разобраться, как я ко всему теперь отношусь. Может, ты скажешь мне, что надо
делать.
— Иногда достаточно облечь проблему в слова — и видишь ее в новом
свете, — заметила Джоан. — Но я не хотела бы давать тебе советы.
Так проще всего испортить хорошие отношения.
Брук встретила теплый взгляд подруги и импульсивно решила говорить о своих
отношениях с Морганом как можно честнее.
— Когда мы с Морганом поженились, мы были знакомы всего шесть
недель, — начала она. — Если возможно влюбиться с первого взгляда,
то именно это мы и сделали. Мы не видели родственников друг друга до вечера
перед бракосочетанием. Казалось, родные не имеют никакого отношения к нашим
чувствам. — Она горько улыбнулась. — Можно сказать, что сейчас я
стала немного старше и мудрее. Я понимаю, что невозможно выйти замуж за
человека, считая, что он находится в вакууме, а в случае с Морганом его
семья была гораздо важнее, чем это бывает обычно. Начнем с того, что он жил
с отцом, братом и свод-Ной сестрой, и все они были заняты в семейной
компании. Мы провели две первые Недели в домике в горах Нью-Гэмпшира, и Мне
казалось, что мы нашли настоящий рай. А потом мы поселились в Кент-Хаузе, и
я окунулась в реальность.
— Семья все время вмешивалась в вашу жизнь? — сочувственно
спросила Джоан.
— Не совсем так — поначалу. У Моргана накопилось много работы, так что
он вечер за вечером засиживался в офисе. Я не была безответственной
девчонкой и понимала, что он — президент крупной корпорации и имеет
определенные обязанности. Но я не могла смириться с тем, что Морган ждал,
что я за одну ночь из активной, думающей женщины, готовящей себя к
определенной карьере, превращусь в куклу, чья единственная функция — красиво
выглядеть.
— Ты скучала? — спросила Джоан.
— Скучала... томилась... не находила себе места. Всеми хозяйственными
делами занималась. Мистер Кент-старший каждый день уходил на работу. Сводная
сестра Моргана стажировалась после университета, чтобы войти в дела
компании. Иногда я целый день ни с кем не разговаривала — если не считать
обсуждения с уборщицей прогноза погоды.
— А ты объяснила Моргану, что ты чувствуешь?
— Это было безнадежно. — Брук вскочила с дивана и начала
взволнованно метаться по комнате. — Он только повторял:
Ты моя жена
,
словно это означало, что у меня автоматически появляется куча дел. Мы начали
ссориться по любому поводу. Он хотел ребенка, а я отказывалась, считая, что
сначала должна убедиться в прочности нашего брака. Мне казалось, что наши
отношения слишком ненадежны, чтобы заводить ребенка, но этого Морган тоже не
понимал. Все было просто ужасно, Джоан. Мы были так счастливы — и вдруг мы
не могли остаться вдвоем в одной комнате, чтобы не начать кричать друг на
друга. Джоан вдруг стремительно встала со стула.
— Погоди минутку, — сказала она, — я сейчас.
Спустя несколько секунд она вернулась с бутылкой белого вина и двумя
бокалами.
— К черту кофе! — объявила она. — Это разговор, который
требует кое-чего покрепче! На, Брук, держи.
С этими словами она протянула ей полный бокал охлажденного вина.
Брук с благодарностью его приняла.
— Моя грустная история подходит к концу, — продолжила она, отпивая
понемногу прохладное вино. — Младший 6paт Моргана, Эндрю, тоже работал
в семейной компании, но относился к работе не слишком серьезно. По правде
говоря, Эндрю изо всех сил старался вообще принимать жизнь не слишком
серьезно. Морган работал по субботам, а Эндрю всегда был готов прокатиться
со мной на яхте, отправиться на пикник или на лыжах... Он часто возил меня в
Бостон, чтобы посмотреть новую экспозицию в какой-нибудь галерее или
пройтись по одному из музеев. К тому моменту, когда я поняла, что он в меня
влюбился, было слишком поздно что-либо менять в наших отношениях. Эндрю
привык полагаться на меня — так же, как я полагалась на него. Ему было
трудно жить в семье, где от него ожидали так много, а я не могла
превратиться в безмозглую женушку, котора
...Закладка в соц.сетях
