Жанр: Любовные романы
Выбор магната
... выбор
на вашем маленьком городке... И пусть он не такой современный.
— Значит, вы — приверженец традиций? Женщина, которая предпочитает
карьере и гламурной светской жизни дом и семью?
— Гламурная светская жизнь никогда особенно не интересовала меня, но
большинству женщин нелегко сделать выбор между детьми и карьерой. С моей
точки зрения, решение завести малыша имеет такое большое значение, что
потребности и благополучие ребенка должны возобладать над вопросами карьеры.
Это, же в равной мере можно отнести и к мужчине, принимающему подобное
решение. Если такая точка зрения характеризует меня как приверженца
традиций, значит, так и есть!
На короткое время оторвав взгляд от дороги, Фабиан с серьезной задумчивостью
в полутьме посмотрел на бесстрастное лицо Лауры.
— Приятно узнать, что есть еще молодые женщины, которых так глубоко
заботит благополучие детей, что выбор остаться дома и заботиться о них не
рассматривается как жертва с их стороны. Когда оставшиеся в обществе
принципы обесценены телевидением и средствами массовой информации,
успокаивает лишь то, что не всем это нравится и не все одурачены этим.
И словно по обоюдному согласию оба молчали несколько минут, как будто
удивляясь, что нашли такую неожиданную точку соприкосновения.
— Видите? — тихо спросил Фабиан довольным голосом. — Впереди
огни виллы. Мы почти дома.
Дом... Лауре хотелось, чтобы ее мечта о доме стала реальностью...
Реальностью, к которой так мучительно стремилось ее сердце.
— Фабиан пригласил нас пообедать с ним, — рассеянно объявила
Кармела, влетев в офис утром. Она схватила со стола главный план концерта и,
нахмурив брови, стала просматривать его.
Стоя на коленях на роскошном ковре в середине комнаты и распаковывая
очередную коробку с шампанским, чтобы проверить, не разбились ли бутылки,
Лаура удивленно подняла глаза.
— Пригласил пообедать?
Жара окутывала собой как одеяло, и установленные повсюду вентиляторы были
практически бесполезны при такой температуре. Розовое льняное платье без
рукавов облепило разгоряченную кожу Лауры. А Кармела выглядела свежо и
бодро, как экзотический цветок кувшинки.
— Я должна была уехать сегодня в полдень, но Фабиан настоял, чтобы я
осталась. — Оторвав взгляд от папки, Кармела с любовью посмотрела на
Лауру. — Если Фабиан настаивает на чем-то, лучше не спорить. И потом...
он очень добр ко мне, и я не хочу его огорчать. Он — внимательный и
великодушный человек... Совсем не тиран, как многие другие боссы!
— Но зачем ему приглашать меня? — Лаура нахмурила брови и убрала
упавшую на лицо прядь волос. — Ведь я здесь временно, и у нас столько
работы. Я могу перекусить чуть позже.
— Так нельзя! — ошеломленно заявила Кармела. — Фабиан
настаивал, чтобы мы обе пообедали с ним. Он любит принимать гостей, когда
бывает дома. Но это происходит очень редко, он много ездит. И потом, этот
обед даст ему возможность лучше познакомиться с тобой, прежде чем вы начнете
вместе работать, Лаура.
— Ну... тогда, думаю, мне надо идти.
Лаура задумалась. Вчера ее новый босс подвез ее домой, а сегодня ей
предстоит обедать с ним. Роскошный салон седана с сексуальным запахом кожи и
полированного дерева позволил ей очень остро почувствовать человека,
сидящего рядом, потому что каждая молекула воздуха вокруг дрожала от силы
его присутствия, и Лауре пришлось нелегко. Кроме того, разговор, который они
завели во время поездки, тоже произвел на нее впечатление. Но даже несмотря
на скорость езды, Лаура уже очень давно не чувствовала себя в такой
безопасности во время поездки на машине.
Все это произвело на нее яркое впечатление, но сейчас она сказала Кармеле
правду. Сделать предстояло еще очень много, потому что концерт должен
состояться всего через четыре дня. И Лауре еще только предстояло обрести
уверенность в своих способностях.
Окинув взглядом элегантно сервированный обеденный стол, Фабиан улыбнулся. В
окружении трех прекрасных женщин он чувствовал себя в своей тарелке.
Они сидели под роскошным навесом рядом с оранжереей. Пока Аурелия Висконти,
яркая оперная звезда из Вероны, мило болтала с Кармелой о ее предстоящем
свадебном путешествии, Фабиан не сводил глаз с молодой англичанки. Она
немного раскраснелась от жары, и ее белокурые волосы, словно прозрачный
шелк, мягко обрамляли сердцевидной формы лицо...
— Мне кажется, вам немного неуютно в нашем климате, синьорина
Гринвуд, — заметил Фабиан, видя, как расширились ее глаза, словно она
очнулась от сна.
— Я привыкну. — Ее пальцы нервно скользнули по белой льняной
скатерти. — Вы не поверите, но перед моим отъездом у нас установилась
почти такая же жара! Во всем мире климат меняется.
— Похоже на то.
— Мы можем что-то совершенствовать, признавать себя частью природы, но
то, что происходит в ней, нам не подвластно.
— То есть мы не управляем этим процессом? Не очень приятная мысль для
тех, кому нравится планировать свою жизнь до мельчайших подробностей, —
сказал Фабиан, откинувшись на спинку стула. — Но вы, синьорина Гринвуд,
к таким людям не относитесь. Вы уверены, что наша судьба — не в наших руках?
— Я не планирую и не загадываю далеко вперед. Жизнь имеет неприятную
привычку вмешиваться всякий раз, когда я пытаюсь что-либо контролировать.
По ее лицу промелькнула какая-то тень, и Фабиан интуитивно почувствовал, что
мысли ее на мгновение унеслись куда-то далеко. Она стала задумчивой и тихой
и, похоже, не притворялась.
Фабиана поразило, насколько она отличается от большинства женщин, с которыми
он общался. Начать с того, что в ее глазах не было даже слабого намека на
флирт, а он, без всякой заносчивости, привык к этому. Возможно, она влюблена
и абсолютно предана своему партнеру? Настолько предана, что даже не замечает
других мужчин?
Он вдруг понял, что точно не станет возражать, если Лаура немного пофлиртует
с ним. Нет, надо прекратить думать об этом. Такие мысли становятся опасными.
— Кармела говорит, вы преподавали музыку в Англии. Какой возраст был у
ваших учеников?
— Шесть и семь лет.
— Такие маленькие!
— Музыкой можно наслаждаться в любом возрасте.
— Судя по выражению вашего лица, вам нравилось это занятие?
— Я обожала свою работу. — Ее лицо снова вспыхнуло румянцем, и
Фабиану это доставило удовольствие. — Поэтому мне было очень горько,
когда я потеряла ее, — призналась Лаура.
— Что-то случилось?
— Я попала в аварию. — У нее на лице появилась гримаса, похоже,
она нечаянно коснулась темы, которой предпочитала не касаться. — Мне
пришлось долгое время отсутствовать, чтобы восстановиться. Когда подошло
время возвращаться, руководство школы сообщило мне о решении властей закрыть
музыкальное отделение из-за отсутствия денег. И я осталась без работы.
Музыка была не главным предметом в школьном расписании, но, зная, как
нравились детям мои занятия, я считаю позором, что руководство школы заняло
такую позицию.
Фабиан вспомнил, как страстно она говорила о детях вчера, пока они ехали
домой, и почувствовал глубокий интерес.
— Некоторые образовательные учреждения оказываются весьма недальнозорки
в отношении искусства... Но, возможно, со временем что-то изменится, если
есть такие учителя-энтузиасты.
— Было бы замечательно.
Фабиан вознамерился расспросить ее подробнее о работе и о той аварии, как
вдруг его внимание отвлекла Аурелия Висконти. Собственническим жестом она
прикрыла его ладонь своей полной рукой с бриллиантовым кольцом на пальце.
— Дорогой! Я чувствую себя забытой. Ты только и делаешь, что
разговариваешь со своей английской подружкой. Я уверена, у нее много работы
по организации концерта, а она отнимает твое драгоценное время!
ГЛАВА ТРЕТЬЯ
Лаура не все поняла из того, что сказала эта женщина. Но она слушала
аудиозаписи и штудировала учебники итальянского, как только согласилась
прилететь в Тоскану и подменить Кармелу. Поэтому вполне была способна
уловить суть сказанного оперной дивой, даже если бы ее презрительный взгляд
не был столь красноречив.
Девушке вдруг захотелось, чтобы поскорее принесли последнее блюдо, после
чего она извинится и пойдет работать. Может, ей вообще пропустить десерт и
уйти прямо сейчас?
Лаура поняла, что смотрит в сторону Фабиана. Она встретилась со взглядом
поразительных синих глаз, и внутри все оборвалось, словно она стояла на краю
пропасти.
— Что-то случилось, Лаура? — спросил Фабиан, сбив ее с толку тем,
что назвал по имени.
— Нет... ничего. Я просто подумала, не станете ли вы возражать, если я,
не дожидаясь десерта, вернусь к работе?
— Я хочу, чтобы вы остались до конца нашего обеда! — Фабиан был
удивлен и рассержен. — Я не привык, чтобы мои гости вскакивали и
уходили в середине обеда! Ваша работа важна, но она подождет.
Понимая, что взгляды всех присутствующих устремлены на нее, Лаура
почувствовала, как краска заливает ее лицо. Она только хотела избавить их от
своего присутствия и заняться делом, ради которого ее пригласили сюда. А
вместо этого она обидела человека, которого не должна была обижать.
Фабиан вновь обратил свое внимание на оперную диву, но его жесткий
подбородок только подтвердил вывод Лауры. Чувствуя себя несчастной и умирая
от жары, девушка взяла стакан воды и сделала глоток, надеясь, что это
поможет охладить ее смущение и утолить жажду.
Лаура попрощалась со счастливой подругой, которая наконец отправилась в
свадебное путешествие, и остаток дня провела, знакомясь со своими новыми
обязанностями.
Она позвонила в несколько компаний, задействованных для концерта, и
представилась им. Потом направила последнюю пачку приглашений сотрудникам
местной больницы.
Договариваясь о цветах, которые должны быть доставлены на виллу от Фабиана
для внушительной Аурелии Висконти, Лаура подняла глаза и увидела в дверях
голову самого Фабиана. Может, между ним и оперной звездой есть какая-то
связь? Эта женщина откровенно заявила о своих правах на Фабиана во время
обеда. Хотя Кармела упоминала мимоходом, что ее босс разведен и свободен.
— Как у вас идут дела? — поинтересовался он.
— Пока все в порядке.
— Никаких проблем?
— Ничего такого, с чем я не могла бы справиться, — оторвалась от
трубки Лаура.
— Отлично. Я зашел сказать, что уезжаю ненадолго, вернусь поздно
вечером. И завтра вы переместитесь в мой офис.
— Это... действительно необходимо? Я хотела сказать, что здесь все под
рукой, и потом, не отнимет ли это время, отведенное на подготовку концерта?
— Это вообще не займет времени. Для работы будет удобнее, чтобы мы
находились рядом. Есть какие-то вопросы, пока я не уехал?
— Ничего срочного.
Чувствуя, как колотится сердце от мысли, что завтра она будет работать в
одном офисе с Фабианом, Лаура старалась не показывать своего волнения. После
того, что произошло за обедом, она стала вести себя с ним еще осторожнее. Ей
вообще хотелось забыть об этом инциденте. Жаль, что нет возможности
расспросить его подробно о концерте.
Их небольшой обмен мыслями на жизненные темы подогрел любопытство Лауры.
Интересно, этот ежегодный концерт является непреложным правилом в том, что
касается Фабиана и его семьи? Не считает ли он ответственность за проведение
этого концерта обременительной?
И все же Лаура ухватилась за идею работать в одном офисе с Фабианом.
— Тогда я желаю вам приятного вечера. Мария приготовит для вас
ужин, — улыбнулся Фабиан. — Моя экономка готовит лучшую в Италии
лазанью. До свидания.
— Всего хорошего...
В следующий момент только легкий запах сандалового дерева и пряностей
остался после него в воздухе. Хлопнула входная дверь, значит, он направился
к машине. Может, он поедет к Аурелии?
Лауру раздражали собственные мысли, не имевшие отношения к делу. Сидя за
столом, она откинулась на спинку скрипнувшего стула и провела рукой по
волосам. Освободив их от заколки, она встряхнула золотистыми прядями и
облегченно вздохнула, чувствуя, как напряжение покидает ее шею и плечи.
Вкуснейшая лазанья была съедена, большая часть прислуги и рабочих, а также
оркестр и оперные певцы, репетировавшие днем, ушли, и в огромном доме
воцарилась блаженная тишина. Но в ушах Лауры до сих пор звучала
восхитительная музыка, которую она слышала весь день.
Она поняла, что несмотря ни на что давно уже не чувствовала себя такой
счастливой. Она встретилась с подругой, по которой очень скучала, и получила
великолепную возможность работать в идеальном для нее окружении. Наверное,
это знак, что жизнь налаживается?
Потихоньку напевая, Лаура вложила в красивый конверт последнее приглашение
на вечеринку, которая состоится после концерта для местных
высокопоставленных лиц, и прибрала на столе. Затем опустилась на колени,
чтобы проверить две коробки с шампанским, которые остались неоткрытыми, и
слегка поморщилась от знакомой боли в бедре. Но пьянящий запах вьющейся за
окном глицинии, наполнивший неподвижный ночной воздух, немедленно отвлек ее
внимание, и мелодия, которую Лаура напевала вполголоса, превратилась в
полноценную песню.
Фабиан зашел в мягко освещенный коридор виллы и почувствовал, как
приподнимаются на затылке волосы. Голос, который он услышал, был настолько
приятный, настолько чистый, что он замер на месте и слушал, затаив дыхание.
Кто этот ангел? Он никогда раньше не слышал, подобного пения, в этом он был
уверен. Такой голос не скоро забудешь! Возможно, это новая восходящая
звезда, приглашенная на концерт?
Когда затихли последние звуки песни в ночной тишине, Фабиан вздохнул и
изумленно покачал головой. Он должен увидеть эту певицу!
Фабиан направился по коридору туда, откуда доносился голос. Стояла
абсолютная тишина. Проходя мимо закрытых дверей, прежде чем войти, он
стучал:
— Есть здесь кто-нибудь?
Но все комнаты, куда он заглядывал, были пусты. Неужели ему все это
почудилось? Как нелепо! Наверняка кто-то из гостей репетирует где-то в
уединении, а он невольно помешал. Надо найти человека, извиниться и
представиться.
Через несколько секунд Фабиан остановился как вкопанный, потому что снова
услышал этот чудесный голос. Он направился в офис, который теперь вместо
Кармелы занимала Лаура. С каждым шагом он чувствовал, как растет напряжение
внутри.
Фабиан вошел в комнату и увидел, что его новая помощница расставляет папки
на полке. Она сняла обувь, и теперь была босая, волосы свободно струились по
плечам. Но самое главное — этот роскошный голос, поразивший Фабиана,
принадлежал ей.
Испытав одновременно потрясение и наслаждение, он почувствовал, как
напряглось его тело. Фабиану очень хотелось, чтобы она допела до конца. Но
она вдруг замолчала, повернулась и встретилась с его взглядом.
— Ой!
— У вас хороший голос...
— Я вас не потревожила? Мне так приятно находиться в вашем прекрасном
доме, и я в песне выразила свое счастье и наслаждение. Я всегда пою, когда
счастлива.
— Не извиняйтесь. У вас явный талант, Лаура. Кармела никогда не
говорила, что вы поете.
— Последний раз мы виделись десять лет назад. И, хотя поддерживали
отношения все это время, никогда не затрагивали подобных тем. Кроме того...
это единственное, чем я развлекаю себя в последнее время. Ничего более.
Ее рука коснулась щеки, потом убрала прядь волос за ухо, и Фабиан заметил
дрожащую у нее в ухе серебряную сережку с крошечным голубым камнем. Фабиан
не мог поверить, что она так спокойно рассуждает о таланте, за который
другие люди отдали бы все свои сбережения.
— Но почему? Если бы вами занялись специалисты, вы могли бы сделать
головокружительную карьеру. Я всю свою жизнь вращаюсь среди певцов,
музыкантов, артистов, поэтому мое утверждение неголословно.
— Мне не нужна головокружительная карьера! Я хочу иметь возможность
учить детей, как делала это раньше. Если бы я могла себе позволить, то
делала бы это бесплатно!
Фабиан удивленно поднял брови, поразившись такому неожиданному и
эмоциональному ответу. Не будет преувеличением сказать, что люди в наши дни
почитают славу и богатство, а эта стройная как тростинка, обладающая ярким
талантом девушка, похоже, предпочитает учить детей! Фабиана уже давно никто
так не удивлял и не интриговал. Его бывшая жена никогда бы не
продемонстрировала подобного альтруизма или искреннего благородства. Все
было бы как раз наоборот!
Но Фабиану не хотелось думать об алчной и коварной Доменике. Сейчас Лаура
завладела всем его вниманием.
— Это достойно восхищения, если вы станете бесплатно заниматься тем,
что вам нравится... Только немного наивно. Вы же понимаете, что с таким
голосом вы сможете стать вполне состоятельной дамой за короткое время,
Лаура? И вам никогда больше не придется думать о деньгах.
Лаура прошла через комнату, сунула свои маленькие изящные ножки в сандалии
из мягкой коричневой кожи и посмотрела на Фабиана.
— Меня не интересует карьера певицы. Я мечтала об этом очень давно, в
юности, но с тех пор нашла для себя занятие по душе. Возможно, оно никогда
не принесет мне богатства, но ведь не все так увлечены идеей сколотить
состояние! — Она вдруг беспокойно закусила губу. — Простите, я
никого не хотела обидеть.
— Я не обижаюсь.
— Мне пора идти, если вы не возражаете. Я хочу завтра пораньше
приступить к работе.
— Но вы и так уже много работали. Нет необходимости завтра начинать
раньше обычного. А что же мужчина в вашей жизни? Несомненно, он захочет,
чтобы вы реализовали свои исключительные таланты.
Фабиан бессовестно добывал информацию, и Лауру явно ошеломил его вопрос.
— Я не замужем. В моей жизни, кроме отца, другого мужчины нет.
— Но даже он должен...
— Он желает только, чтобы я была счастлива.
Она вздернула подбородок, и в ее глазах сверкнул такой вызов, что Фабиан
почувствовал неожиданную твердость в ее характере, которая предупреждала,
что дальше заходить не стоит.
Он не мог найти причину, чтобы задержать ее здесь, поэтому сунул руки в
карманы и коротко кивнул:
— Увидимся утром, Лаура. Спокойной ночи.
— Спокойной ночи.
Она проскользнула мимо, и он уловил пьянящий и заманчивый запах ее духов,
страстный и невинный одновременно.
— По обе стороны дороги нужно повесить фонари на деревьях, чтобы было
светло, когда люди приедут.
Лаура на смеси английского и итальянского объясняла двум жизнерадостным
рабочим, которые стояли перед ней в офисе, что необходимо сделать, и только
мельком посмотрела на вошедшего с чашкой кофе Фабиана.
С сегодняшнего дня она находилась на территории его офиса. Никогда прежде ей
не доводилось бывать в таком роскошно отделанном помещении.
Офис почти в два раза превосходил по размеру кабинет Кармелы и, помимо
хрустальной люстры, которая свешивалась с высокого, как в кафедральном
соборе, потолка, был украшен полотнами известных художников. Рабочие,
стоявшие перед ней сейчас, перенесли сюда ее стол и компьютер и поставили к
противоположной стене от стола Фабиана, а какой-то молодой человек все
подключил. Через огромные окна комнату заливал солнечный свет.
От мысли, что они будут работать вместе, в душе у Лауры порхали бабочки. Она
вспомнила, что случилось вчера вечером, когда Фабиан услышал ее пение.
Девушку поразили прозвучавшие с его стороны комплименты и слова о возможной
успешной карьере певицы. Но это не изменило ее решения возобновить работу с
детьми. Ее пение было спонтанным, незапланированным порывом, вызванным
наслаждением, которого она уже давно не испытывала. Она не искала
слушателей, и уж тем более признания!
— Привет!
Веселое приветствие предназначалось всем, но когда Фабиан подошел к своему
столу и поставил чашку кофе, взгляд его задержался на Лауре.
Она не могла оторваться от океана яркой синевы его глаз.
— Как вы спали?
— Хорошо, спасибо... А вы?
— Как младенец! — Фабиан по-мальчишески ухмыльнулся.
Солнце, проникающее в огромные окна за его спиной, освещало его золотым
светом.
— Правда? — только и пробормотала Лаура.
— Вчера вечером я слышал, как пел ангел, — провокационно начал
Фабиан, и Лаура почувствовала, как вспыхнули ее щеки и застучало сердце. Это
прозвучало так, словно у них был секрет, который давал ему некоторую власть
над ней. — Да... я отправился спать с продолжающим звучать в моих ушах
прекрасным голосом. — Он поцеловал собранные в щепотку пальцы и
улыбнулся еще шире.
Двое рабочих тоже улыбнулись и одобрительно закивали головами. Лаура дрожала
всем телом и боялась, что это видно всем.
— Да, вчера дом был наполнен замечательной музыкой. — Заставив
себя беспечно улыбнуться, Лаура переключила внимание на ожидавших рабочих.
Это было намного безопаснее, чем поддаться обаянию Фабиана. — Итак, вы
поняли, что нужно сделать? — ровным тоном спросила она. — Фонари
лежат в кладовой. Их привезли вчера, я все проверила. Когда работа будет
закончена, я приду посмотреть.
— Да, синьорина.
Рабочие ушли, и в комнате стало тихо. Фабиан задумчиво сел в свое кресло.
Окинув критическим взглядом свою помощницу, он отметил, что сегодня утром
она бледна, как одна из мраморных скульптур Микеланджело. Неужели его
подтрунивание расстроило ее? Проснувшись, первое, о чем он подумал, было ее
вчерашнее пение. И с этого момента он, не переставая, размышлял об этом.
— Почему вы не присоединились ко мне за завтраком?
— Мария принесла в мою комнату чашечку кофе и фрукты.
— Кофе и фрукты? Вы хотите уморить себя голодом? Неудивительно, что вы
такая стройная.
— Уверяю вас, синьор Мориццони, отсутствием аппетита я не страдаю.
Просто у меня такая конституция.
— Многие женщины вам позавидуют.
Фабиан предпочитал более пышные женские формы, но при этом не отрицал, что у
Лауры все идеально сочеталось с ее хрупкой костью.
— Сомневаюсь. Я прекрасно знаю, как выгляжу, и вряд ли здесь есть чему
завидовать.
Фабиана удивила такая заниженная самооценка, но она сказала это явно не для
того, чтобы вызвать его протест. Ему казалось загадкой, что она не понимает
собственной привлекательности. В конце концов, шрам — это всего лишь шрам.
Однако он понимал, что женщину, для которой ее внешность всегда важна,
трудно убедить в этом.
На ее бледных щеках появился румянец.
— Я обещаю, что компенсирую свой скромный завтрак хорошим обедом,
поэтому вам не стоит волноваться, что я упаду у ваших ног в голодный
обморок, синьор Мориццони!
— Это определенно отразилось бы на моей репутации, Лаура, — сухо
ответил он. — И, пожалуйста, пора называть меня Фабианом. Формальности
только мешают, когда мы так тесно работаем вместе.
— Как пожелаете. Сейчас я бы хотела спросить у вас кое-что в отношении
ужина после концерта. — Повернувшись к своему столу, Лаура взяла бумагу
и ручку.
Фабиан вдруг осознал, что в ее лице появлялось что-то неотразимое, когда она
сосредоточивалась. И это производило на него странный эффект, заставляя
напрягаться все мускулы. Он сжал челюсти, почувствовав ее пленительный
аромат, и искренне обеспокоился своей реакцией. Это неожиданное открытие
могло привести к ненужным осложнениям, если не остановиться.
— Что вы хотели узнать? — нахмурился Фабиан.
— Это о вечернем протоколе.
Словно желая еще больше смутить его, Лаура обошла стол и встала рядом с ним.
Затем наклонилась, чтобы он мог прочитать список приглашенных с их титулами
и должностями. Но Фабиан видел лишь, как ее волосы переплетаются с
солнечными лучами. Небольшой прямой нос и изящная линия подбородка
напоминали ему изысканную камею...
— Хорошо, — Фабиан взял у нее листок. — Рядом с каждым именем
я оставлю для вас пометки на английском. Еще мне нужно сделать несколько
важных звонков. Сегодня после обеда мы вместе пройдемся по плану и программе
и проверим, насколько все готово.
— Это будет кстати. Спасибо.
Фабиан сказал Кармеле, что не возьмет свою новую помощницу за руку и не
будет направлять, и вот — пожалуйс
...Закладка в соц.сетях
