Жанр: Любовные романы
Новые надежды
...ной. И еще никогда полностью не отдавалась своим чувствам.
Страсть внутри ее нарастала с неудержимой силой до тех пор, пока не стала
абсолютно неконтролируемой. Вся реальность сузилась до размеров комнаты —
перестало существовать все на свете.
Они даже не заметили, как оказались почти без одежды. Люка положил Кейт на
спину, и она почувствовала холод кожаной обивки. Его руки были на ее талии,
и она выгнулась, призывая его к дальнейшим действиям. Проведя по его груди и
ниже, она мысленно восхитилась его сильным прессом и сексуальным торсом. У
Кейт кружилась голова, во рту пересохло, низ ее живота пронзила судорога, и
ничто, кроме соития с ним, не смогло бы прекратить ее страдания.
— Я так хочу тебя, — произнес Люка хриплым голосом. — Это просто
невероятно...
Его итальянский акцент взволновал ее еще больше.
Люка стянул чулки и трусики с ее дрожащих ног.
Его запах одурманивал ее. Охваченная неземным желанием, она провела рукой по
волосам на его груди и за шею притянула Люку к себе.
С жадностью и необузданностью она отвечала на его поцелуи, одновременно
дразня его и разжигая в нем страсть, какой он еще никогда не испытывал.
Люка расстегнул ее бюстгальтер и сбросил его на пол. Поочередно он приникал
губами то к одной груди, то к другой, целуя и легонько покусывая их. Кейт
выгнулась — теперь, когда она забеременела, ее соски стали очень
чувствительными, — и, словно поняв, о чем она просит, Люка накрыл ее грудь
своими ладонями и стал целовать ее живот, спускаясь все ниже и ниже.
Кейт потянулась к застежке-
молнии
на его брюках, но терпение Люки было на
грани, и он сам торопливо снял их. Через секунду он вошел в нее, и у нее
перехватило дыхание. Кейт застонала. Волна возбуждения прокатилась по ее
телу. Она надеялась, что они не в последний раз испытывают эти ощущения.
Кейт сама удивилась своей ненасытной страсти. Беременность, а вернее,
гормоны, похоже, сыграли в этом не последнюю роль. Ее все в нем возбуждало:
сильные руки, сексуальный живот, запах одеколона... Она позволила Люке взять
верх над ней, овладеть ее телом целиком. Напряжение достигло апогея, и Кейт
задрожала в чувственном наслаждении. На секунду ей показалось, что она
задыхается от избытка эмоций... Она стала целовать своего любовника в шею,
покусывать мочку уха и, прижавшись к нему со всей силой, закрыла глаза,
чтобы хоть на мгновение продлить это сказочное ощущение, такое хрупкое и
уязвимое...
Он весь день был на грани.
Из-за того, что она все еще была в одежде, в то время, как он терял рассудок
от желания.
Единственным препятствием было ее платье. Мысленно он не один раз разрывал
его, а затем срывал с нее белье, которое мешало любоваться и наслаждаться
совершенством ее тела.
Теперь Люка получил все, что так желал. И это было словно удар молнии вместе
с теплым летним дождем, пролившимся на его обнаженное разгоряченное тело.
Одновременно с долгожданным освобождением пришло ощущение пустоты и
понимание того, сколько времени после смерти жены он жил в раковине
разочарования. Внезапно все пережитое им за это время словно прорвалось на
свет, и вот он уже еле сдерживает слезы.
Люка не плакал с тех пор, как был маленьким ребенком... Даже на похоронах
Софии. Он держал эмоции в себе, замыкался и прятался от всего мира. Изоляция
и одиночество стали его спасением, его постоянными спутниками после того,
как ее не стало. Родители тоже ушли, не осталось ни одного человека, который
мог бы утешить, пожалеть его. Прошло немало времени, прежде чем он снова
стал общаться с людьми. А работа теперь была его единственным спасением и
укрытием.
Было неправильно с его стороны, так желать Катерину... Женщину,
прикосновение к которой казалось ему сейчас чем-то настолько же важным, как
дыхание. Он, наверное, должен чувствовать вину перед женой, ведь Катерина
носила его ребенка — то, чего они с Софией так отчаянно желали, и чему не
суждено, было, сбыться.
Кейт нежно поцеловала его плечо, и он закрыл глаза.
Сейчас надо думать о них и их будущем, а не обращаться к прошлому.
У него будет ребенок... У него появилось будущее.
Чувство огромного облегчения объяло Люку, меланхолия отступила, и ей на
смену пришло почти неземное спокойствие и сладкое предвкушение счастливых
перемен.
Он посмотрел на лицо Катерины: ее губы были опухшими от поцелуев, а глаза
сияли, словно мириады звезд. И в этот момент он понял, что ее красота в
миллионы раз превосходит красоту той женщины с портрета. От нее словно
исходило сияние — сияние счастья и умиротворения.
— Иди сюда, красотка.
Sei bella. — Он притянул ее к
себе, уголки его губ тут же поползли вверх в соблазнительной улыбке. —
Посмотри на себя — ты просто прекрасна!
Его взгляд опустился ниже, на ее животик, который чуть выступал
очаровательной округлостью. Люка положил свою руку на него, не веря, что у
него получилось зачать ребенка — дать жизнь новому человеку. Невероятно, но
у него уже есть и ручки, и ножки, а крошечное сердечко уже отсчитывает
мгновения его жизни.
Господи, только бы это был мой ребенок
, — мысленно молился он. И тут же в
голову пришла страшная мысль: что, если он слишком страстно занимался
любовью с Катериной и причинил малышу вред?
? Что не так? — спросила Катерина, заметив озабоченность в его взгляде.
? Я... не сделал тебе больно? Мы не повредим ребенку?
? А? — Она нахмурилась и тут же, поняв, о чем он говорит, расплылась в
улыбке. — Конечно же, нет... Все в порядке, Люка. Нет ничего опасного в
занятиях любовью, когда женщина беременна. А у меня уже три месяца, так что
волноваться не стоит.
? Ты уверена? — Он чувствовал себя ужасно виноватым из-за того, что вовремя
не подумал об этом.
? Конечно же, я уверена.
Наконец-то, он смог успокоиться и расслабиться. Несколько минут они лежали
неподвижно, глядя друг на друга и думая каждый о своем. Но ее милое лицо, ее
запах, ее нежная кожа сделали свое дело — и он снова стал возбуждаться. Кейт
стыдливо отвела взгляд.
Улыбнувшись такой реакции, Люка наклонился к ней, чтобы сорвать с ее губ
очередной сладкий поцелуй, но остановился.
? Ты голодна? — спросил он, глядя в ее темные игривые глаза. — Луиза, моя
домработница, приготовила настоящую итальянскую пиццу в твою честь.
? А это не может подождать?
? Si, может... Мы всегда успеем подогреть ее. А чем же ты хочешь заняться
сейчас? — поддразнил он ее.
Кейт вздохнула и, проведя рукой по его обнаженному телу, прошептала:
? Поправь меня, если я не права, но ты вроде как собирался поцеловать ме...
Его губы коснулись ее, не дав договорить.
Позже вечером, сидя в
роллс-ройсе
, Кейт повернулась к Люке. Ее взгляд был
озабоченным.
? Когда, ты сказал, заедешь за мной?
? Наш самолет улетает в два тридцать. Так что нам надо выехать... скажем...
в час тридцать, самое позднее. А что?
? У меня уйдет кое-какое время, чтобы собрать вещи. Почему бы мне не
приехать к тебе завтра утром? Так тебе не придется ждать меня, а мне
торопиться.
? Последнее, что мне надо, — это чтобы ты торопилась или волновалась. Цель
нашей поездки в Милан — чтобы ты избавилась от давления и расслабилась. Если
уж на то пошло, я распоряжусь задержать отправление. Это ведь мой личный
самолет, так что проблем не будет.
? Твой... личный самолет?
Она круглыми глазами уставилась на него.
? Конечно! — ответил он, словно это было в порядке вещей.
В голове у Кейт роилось множество противоречивых мыслей, но доминировала
одна: она будет дурой, если поверит, что он едет в Италию провести с ней
отпуск. Должны быть причины. Такой влиятельный и богатый человек не станет
тратить время и деньги на кого-то вроде нее, даже если она и носит его
ребенка. Дома, в своем шикарном особняке, он быстро поймет, что ей там не
место и что росла она не в шелках. Она, наверняка, скажет или сделает что-то
невпопад — не так, как принято в его обществе, и он потеряет к ней интерес.
Но, как бы там ни было, им надо пожить вместе, узнать друг друга получше,
ведь сейчас их объединяет не только незабываемая ночь в Милане, но и общий
ребенок. И ради него ей стоит переступить через свои предрассудки и страхи.
Теперь она должна руководствоваться лишь интересами крошечного существа,
растущего внутри ее.
Кейт чувствовала себя разбитой и подавленной, словно сдувшийся воздушный
шарик. Она улыбалась, но улыбка была вымученной, ибо в душе она испытывала
полную опустошенность, а кроме того, ее мучило огромное количество вопросов,
ответы на которые она узнает не скоро.
? Хорошо, тогда я тебе утром позвоню, когда буду готова. Пойдет?
? Просто замечательно, mi bella. — Наклонившись к ней, он взял ее лицо в
ладони, и Кейт почувствовала его дыхание на своих губах. — Обещай, что не
подведешь меня, Катерина!
? Что ты имеешь в виду?
Несмотря на то, что они провели целый вечер вместе, Кейт была взволнована
его близостью. Она не могла оторвать глаз от его губ, которые недавно
творили с ней просто невероятные вещи.
? Обещай, что я тебя увижу завтра. Или ты по привычке сбежишь от меня?
Он улыбнулся, но в его взгляде было заметно волнение.
После того как она повела себя в Милане, Кейт не стоило удивляться тому, что
Люка, до сих пор, об этом говорил. Но все же она была удивлена. Удивлена и
одновременно растрогана — ему не все равно. Он больше не открещивается от
своего ребенка, похоже, он действительно рад.
? Нет, Люка. Я не убегу. Обещаю.
? Хорошо. — Его теплые губы накрыли ее рот, и дрожь пробежала по всему телу
Кейт. — Теперь иди домой и отдыхай. Ты выглядишь усталой.
? Только потому, что вечер оказался чуть длиннее, чем я ожидала, —
произнесла она прежде, чем отдала отчет своим словам, и тут же зарделась.
Все тело Кейт до сих пор болело и ныло, и помнило каждое его прикосновение.
Эти воспоминания, скорее всего, не дадут ей заснуть сегодня ночью.
?
Si... Я тоже не ожидал, что вечер так затянется... У
меня этого в планах не было.
Его голубые глаза манили ее, они были полны обезоруживающей откровенности.
От его взгляда ее соски набухли и стали почти болезненными под тонкой тканью
платья.
? Я, пожалуй, пойду.
Открыв дверь машины со своей стороны, Кейт обернулась и удивленно посмотрела
на Люку — он поймал ее руку за запястье.
? Ты уверена, что не хочешь, чтобы я остался и помог тебе?
Каким бы соблазнительным ни было его предложение, Кейт требовалось время,
чтобы подумать обо всем. Побыть наедине со своими мыслями. Столько всего
произошло за последние два дня... От этих событий у нее кружилась голова. К
тому же ей не хотелось, чтобы он отвлекал ее своим присутствием, когда она
будет выбирать одежду для поездки. В его мире, где женщины носили только
дизайнерские одежды, содержимое ее шкафа было бы выставлено на смех.
Несомненно, он будет неприятно удивлен...
Она снова подумала, что между ними целая пропасть... Вскоре он увидит,
насколько большая разница между его образом жизни и ее — полная
противоположность. Как только она попадет в общество его друзей, всем станет
понятно, что она сделана из другого теста. И Люка это будет понимать с
каждым днем все лучше и лучше.
И, наверняка, будет стыдиться того, что она стала матерью его ребенка.
? Я предпочитаю сама собраться, если ты не против, — ответила она, пожав
плечами. — Но спасибо за предложение.
? Тогда спокойных снов тебе, Катерина.
Он откинулся на кожаное кресло салона с привычным расслабленным видом.
И Кейт подумала, что ни один другой мужчина не смотрелся бы столь элегантно
и привлекательно в этом интерьере, как Люка.
? Утром не торопись, собирайся спокойно. А потом позвони мне, хорошо? Я
приеду за тобой.
? До завтра, Люка.
Он послал ей воздушный поцелуй, и у нее подкосились ноги.
Хорошо, что он не заметил, как на меня действует
, — подумала она и
улыбнулась сама себе.
Рано утром, задолго до рассвета, Люка проснулся, встал с кровати и стал
расхаживать по квартире, обеспокоенный собственными мыслями. Катерина была
не с ним... Казалось бы, он не так давно занимался с ней любовью и не должен
думать об этом снова... Но нет. То, что произошло между ними, только
раздразнило его, напомнило о том, о чем он мечтал все эти месяцы. И теперь
вместо того, чтобы чувствовать себя отдохнувшим, Люка был в плохом
настроении и его все раздражало. А мысль о том, что Катерина может не
сдержать своего слова, и вовсе лишала его покоя.
А если она в последнюю минуту одумается и решит никуда с ним не ехать? Ведь
она едва его знала! И после такой встречи, какую он ей устроил, согласилась
поехать с ним в другую страну...
Почему он так просто отпустил ее домой? Не настоял на том, чтобы она
осталась на ночь, а утром бы отвез ее собирать вещи...
Подумав о ребенке, Люка еле слышно чертыхнулся: он вел себя не как человек,
сомневающийся в том, что он — отец. Напротив, по его поведению любой бы
сказал: он полностью принял тот факт, что Катерина носит его малыша...
Но тут Люка вспомнил, как страстно она реагировала на его прикосновения, и у
него вдруг ушли все сомнения в правдивости ее слов. Шестое чувство
подсказывало Люке — Катерина не врет. Да, он безумно хотел иметь ребенка и
злился на нее за то, что она скрывала свою беременность так долго, но еще...
Еще было это непреодолимое притяжение, с которым Люка ничего не мог
поделать. Притяжение, которое, по-видимому, было обоюдным... Он не мог
объяснить своих чувств даже самому себе, да и не хотел. Хорошо, что они так
подходят друг другу, хотя бы в постели...
Это, несомненно, должно сыграть свою роль, когда он предложит ей свою идею.
Люка положил трубку телефона и со злостью проводил взглядом шофера. Тот
относил чемоданы в машину. В очередной раз, сверившись с часами, мужчина дал
выход своим эмоциям:
Боже! Она играет со мной!
Люка был уже на пределе из-за того, что она не взяла трубку — в который раз!
Он старался не позволять себе делать какие-либо предположения о возможной
причине ее отсутствия и того, что она, до сих пор, сама не позвонила ему.
Он уже вышел из дому, чтобы последовать за Брайаном в машину, как услышал
телефонный звонок. Сердце Люки бешено забилось.
? Ди Росси, — бросил он в трубку.
— Люка?..
? Катерина! Почему ты не звонила мне? Где ты была? Я пытался связаться с
тобой все утро!
? Я в больнице, — ответила она дрожащим голосом.
? В больнице? Что случилось?
Он почувствовал, как его кровь превращается в лед.
? Я расскажу тебе, когда вернусь домой, — сказала она уже более спокойным
голосом. — Меня ждет такси, так что увидимся у меня.
? Катерина!
Но в ответ он услышал только гудки.
Глава 7
Кейт увидела знакомый
роллс-ройс
, припаркованный у ее дома, и ноги сразу
стали ватными. Она медленно спустилась вниз, в прихожую.
На пороге стоял Люка, одетый в черное кашемировое пальто. Небрежно, но
элегантно повязанный вокруг шеи легкий шарф подчеркивал его иностранное
происхождение. Он нетерпеливо постукивал пальцами по стене. По его
взволнованному виду было понятно, что он не на шутку напуган.
Как только она увидела его, эта нервозность передалась и ей. Кейт сделала
глубокий вздох и открыла дверь.
— Привет, — сказала она и вздрогнула, когда в прихожую ворвался холодный
мартовский ветер. — Извини, что не брала трубку и заставила тебя
волноваться.
Она развернулась и стала подниматься по лестнице. Но Люка, сделав всего пару
шагов, опередил ее. В его глазах читались тревога и волнение.
? Почему ты была в больнице, Катерина? спросил он, положив руки на ее плечи.
— Я с ума схожу с того момента, как ты сообщила мне об этом. Как ты себя
чувствуешь? Что случилось?
? Поговорим в гостиной, хорошо? Здесь холодно. — Кейт неуверенно улыбнулась
Люке.
Он неохотно отпустил ее.
? Ты не хочешь снять пальто? — спросила она.
? Тебе надо было позвонить мне! — сказал он обвиняющим тоном, игнорируя ее
протянутую руку. — Ты была в больнице? Что случилось? Что с ребенком?
? Почему бы нам не присесть? — Пытаясь говорить как можно спокойнее, Кейт
провела его в уютную, со вкусом обставленную гостиную, главным украшением
которой, была белая софа, пестрящая разноцветными декоративными подушечками.
? Боже милостивый! Да ты скажешь мне, что произошло, или нет? Или мне тут до
вечера ждать, пока ты соизволишь рассказать?
Кейт заправила прядь волос за ухо и опустила голову. Ей было неловко. Одно
дело — признаться Люке, что она беременна, а другое — обсуждать с ним
интимные подробности ее состояния. Особенно когда он стоит рядом, такой
растерянный и такой красивый...
? У меня было кровотечение, и я испугалась. Позвонила врачу, и он велел мне
немедленно приехать в больницу, чтобы провериться.
Она заметила, как Люка побледнел. Казалось, каждая мышца его тела напряжена.
Кейт была тронута тем, что он так переживает. Хотя бы за ребенка...
? Выяснилось, что ничего страшного не случилось, — поспешила заверить она. —
Оказывается, это часто бывает на таких сроках. Они сделали ультразвук, чтобы
убедиться, что все в порядке. Волноваться не о чем.
? И что они там увидели?
? Все хорошо, малыш развивается как надо. Беременность протекает нормально.
Бывает, ребенок развивается вне матки, и...
Люка прервал ее, не дав договорить:
? А кровотечение? Продолжается?
? Нет. — Кейт поморщилась, потом смущенно улыбнулась. — Все в порядке. И
давай больше не будем об этом.
В ее спокойном голосе не было и следа той паники, в которой она пребывала
сегодня утром, когда обнаружила кровь. Пока она не поняла, что может
потерять ребенка, она и не догадывалась, насколько хочет стать мамой. Мамой
этого малыша. Даже если отношения с Люкой не сложатся, её ребенок навсегда
останется для нее подарком и напоминанием об их страсти.
А еще у нее появится самый родной человек на свете. Человек, которого она
полюбит беззаветно, всем сердцем, ради которого она будет способна на все.
На ультразвуке она впервые увидела его, и теплая волна счастья затопила все
ее существо. У малыша уже есть и ручки, и ножки, и крошечный носик... Слезы
радости сами текли из глаз. Это был один из самых эмоциональных и
незабываемых моментов ее жизни. Она хотела позвонить Люке из больницы и
попросить встретить ее там, но, поразмыслив, решила так не поступать, ведь
она не знала, как он отреагирует. Она не хотела навязываться ему, нагружать
своими проблемами.
— Как ты себя чувствуешь? Тебе не больно? — проигнорировал ее просьбу Люка.
? Нет.
? Нам не стоило заниматься любовью вчера! Какой же я дурак! Прости меня... Я
был слишком груб.
? Это никак не связано с занятием любовью, Люка!
Она поняла: его так просто не убедить. Кейт подошла к нему и заглянула в его
голубые, встревоженные глаза.
? А ты сказала врачу, что собираешься лететь в Милан?
— Да.
? И?..
? Они сказали, что проблем с этим нет, я могу продолжать жить нормальной
жизнью. Просто мне не следует переутомляться и надо свести как физический,
так и эмоциональный стресс к минимуму. Есть и спать — все как всегда.
? Теперь я окончательно убедился, что мы поступаем правильно, отправляясь в
Италию.
Кейт была загипнотизирована его взглядом. При дневном свете он казался еще
более глубоким, более ясным и решительным.
? И чем быстрее, тем лучше, — продолжал он. — Гарантировать отличную погоду
в Милане я не могу, зато могу обещать, что там тебе не о чем будет
беспокоиться. Я прослежу, чтобы ты отдыхала, как и положено женщине в твоем
положении. Представляю, как ты испугалась. Наверное, еще сама не осознала,
какой опасности подвергалась.
Он отвел взгляд и посмотрел в окно, словно пытался скрыть свои эмоции.
? Может... — начала Кейт.
? Никаких
может
! — Мужчина помотал головой. — Я рад, что вовремя
спохватился и не дал тебе работать. Остается только надеяться, что тот
стресс, который ты испытала, не причинил вреда малышу. Я лично рисковать
больше не намерен и, как только приедем в Милан, организую, чтобы тебя
осмотрел лучший гинеколог. Считаю, нам стоит услышать еще одно мнение, чтобы
не волноваться насчет ребенка и твоего здоровья.
? Звучит так, словно ты, наконец, поверил, что ребенок твой, — сказала Кейт
и замерла в ожидании ответа.
Люка повернулся к ней и внимательно посмотрел прямо в глаза:
? Это так.
? И что же заставило тебя поверить?
? Прошлая ночь. — Его широкие плечи поднялись и опустились, а короткий ответ
не нуждался в дальнейших пояснениях.
В душе Кейт затеплилась робкая надежда. Впервые перспектива совместной
поездки в Милан с Люкой не показалась ей такой пугающей. После того, что она
испытала сегодня утром, хороший отпуск был, как нельзя, кстати. Это станет
отличной возможностью узнать друг друга. И может, если он познакомится с ней
поближе, то поймет, что ей стоит доверять... Поймет, что она горой встанет
за людей, которые ей близки, и никогда не предаст их. Иметь свою семью —
все, о чем она когда-либо мечтала. Ей нужен лишь шанс доказать Люке, что она
не такая, как он думает.
? Мы вылетаем сегодня? — спросила она.
Посмотрев на часы, Люка кивнул:
? Я уже отдал все необходимые распоряжения. Вылет отложен на два часа. Ты
уже упаковала вещи?
? Я начала вчера уже поздно вечером, решила, что закончу с утра.
? Тогда иди, собирайся. Как только закончишь, мы сразу же выезжаем.
Кейт еще не до конца оправилась от переживаний и чувствовала усталость, но,
в то же время, она была приятно взволнована, и находилась в предвкушении
путешествия.
? Хорошо, тогда подожди меня здесь. Садись, чувствуй себя как дома.
? Тебе помощь нужна? Я не хотел бы, чтобы ты переутомлялась, особенно
сегодня.
? Нет, все в порядке.
? Почему-то мне кажется, ты говоришь это по инерции, Катерина. Ты слишком
долго вынуждена была отвечать именно так, да?
Криво улыбнувшись, Кейт вышла из комнаты. На ее глаза стали наворачиваться
слезы, а губы задрожали. В присутствии Люки она смогла, наконец,
расслабиться, поделиться с ним своим страхом. Как обидно, что случившееся
утром, ей снова пришлось переживать в одиночку...
Обидно, что ей пришлось пройти через столько всего — и все одной...
? Катерина?
Люка подошел к ней, и она подумала: он хочет поцеловать ее. Если он обнимет
и успокоит ее, она почувствует себя самой счастливой в мире. Кейт поняла —
это единственное, чего она хотела с того момента, как увидела его сегодня.
Еще никогда она не чувствовала себя такой одинокой, как утром в больнице.
Она увидела там счастливые пары, которые сидели рядышком в ожидании
ультразвука и взволнованно обсуждали, кого они увидят: мальчика или девочку.
Катерине безумно хотелось, чтобы Люка так же сидел рядом с ней, так же
переживал и радовался.
? Что такое?
Она смахнула слезу тыльной стороной ладони.
? Мы правильно поступаем, что едем в Милан. Уверен. Он будет в порядке, наш
малыш.
Люка нежно провел рукой по ее щеке, но не стал обнимать Кейт, хотя ему этого
очень хотелось. Он чувствовал, насколько она расстроена.
? Мне надо собираться.
Кейт развернулась и ушла в спальню, закрыв за собой дверь.
Стресс и усталость сделали свое дело — весь путь до аэропорта в Милане Кейт
проспала.
Люка не мог оторвать от нее глаз. Она казалась такой хрупкой и беззащитной.
Сколько же ей пришлось пережить
, — в который раз думал он.
А ведь она могла потерять ребенка...
Моего ребенка... Люке снова стало страшно. Страх рос в нем, перерастая в панику.
Неужели такое и вправду может произойти?
Неужели судьба столь жестока? Неужели позволила ему поверить в то, что он
станет отцом, только для того, чтобы затем снова лишить веры в будущее и
надежды на счастье?
А что потеря ребенка сделает с Катериной? А вдруг она только успокаивает
его, а, на самом деле, все плохо?
Ему так хотелось приласкать ее, подставить плечо, дать ей понять, что он
тоже переживает, что она не одна. Они вместе пройдут через это, преодолевая
все страхи и поддерживая друг друга. Но ее близость представляла опасность
для Люки — он просто терял голову. А ведь теперь им надо быть намного
осторожнее. Стоит ему прикоснуться к ней — и его страсть, его безумное
животное влечение возьмет верх над здравым смыслом.
Тяжело вздохнув, Люка покачал головой. Иногда ему казалось, что эта
восхитительная женщина намного сильнее его. Но иногда она была такой
уязвимой, что ему хотелось защитить ее от всех напастей, от жестокости мира.
Он думал, через что ей пришлось пройти. Каково это — узнать, что беременна
от мужчины, с которым была всего одну ночь, о котором она ничего не знает.
Естественно, она была напутана, учитывая историю с ее бывшим женихом,
заставившим ее потерять доверие ко всем мужчинам. А его комментарии и
высказывания лишь способствовали этому, усугубили ее состояние.
Как он мог позволить гордыне сыграть с ним такую шутку...
Если раньше Люка злился и сходил с ума при мы
...Закладка в соц.сетях
