Жанр: Любовные романы
Спасенные любовью
... водопада Анхель.
— Это не так опасно, как кажется, — сказала она. — Я была очень
осторожной.
— Гмм. — Клинт переступил с ноги на ногу. Она чувствовала запах
кофе и головокружительный аромат мужского тела.
Прежде чем Бренда поняла намерение Клинта, он склонился над ее плечом и,
нажав клавишу, вернул предыдущее изображение.
— Что, интересно, ты хотела скрыть? — задумчиво проговорил Клинт.
— Ничего я не скрывала, — возразила Бренда.
Знает ли он мою тайну?
Что я люблю его?
Бренда бросила на него осторожный взгляд. Нет, в этом отношении даже Клинт
такой же тупой, как все мужчины.
— Крошка Люси, — громко прочитал он, глядя на изображение. —
Уэльский пони. Предлагается за девять тысяч фунтов стерлингов. Доставка
оплачивается дополнительно.
Бренда с надеждой смотрела на него. Люси была такой маленькой, что ее белая
грива почти касалась земли. Разве можно устоять перед ней?
— Ты шутишь? — недоверчиво спросил Клинт.
— Она такая хорошенькая и совсем крошечная! Ты даже не заметишь, что
она здесь.
— Ха! Бекки тоже хорошенькая и совсем крошечная. Никакого пони.
— Ты хочешь сказать
нет
? — удивленно спросила Бренда. Люди
никогда не говорили с ней таким тоном. Ей вообще редко говорили
нет
!
— У меня и так хлопот полон рот. Нет уж, спасибо.
— Я буду заботиться о ней.
— Ну да. Одну или две недели.
Действительно, мы с Клинтом не обсуждали, как долго я здесь пробуду...
Глупое сердце твердило ей —
всегда
. Но даже если этого не случится, Бренде
хотелось оставить Бекки что-то на память.
— По твоему лицу я вижу, что ты задумала, и позволь мне положить этому
конец, прежде чем ты зайдешь слишком далеко. Пони для Бекки не будет. Даже
не думай тайком доставить сюда крошку Лаки.
— Люси, — поправила Бренда.
— Моей дочери не нужна ни Лаки, ни Люси. Господи, Бренда, неужели ты не
заметила, что она еще даже не ходит!
— Я знаю, но разве ты не слышал, дети овладевают верховой ездой до
того, как начинают ходить? Это правда! Она будет чувствовать себя спокойно с
лошадьми, если мы дадим ей возможность познакомиться с ними сейчас. А еще
равновесие...
Бренда заметила, что сказала
мы
. Очевидно, Клинт не услышал этого или
предпочел не обратить внимания.
Застонав, он перебил ее, не дав перечислить все преимущества, которые
возникают от развития чувства равновесия в столь нежном возрасте.
— Мне не следовало соглашаться на этот батут. — Он сделал большой
глоток кофе и снова поморщился.
— Не нужно притворяться, будто кофе тебе нравится, — холодно
сказала Бренда, раздраженная тем, что ей не удалось заказать пони.
Если бы маленькая лошадка была уже здесь, Клинт сдался бы. И даже если бы
она не понравилась ему, у него не хватило бы духу отослать пони после того,
как Бекки увидела бы его.
— Ладно. Кофе мне действительно не нравится. — Очевидно, Клинт
тоже разозлился. — Пони не будет.
— Клинт, подумай. У тебя здесь столько травы!
— Я предпочитаю думать, что это лужайка, а не пастбище. Не думаю, что
ее состояние улучшится от конских яблок.
— Конские яблоки — прекрасное удобрение. Подумай о своих драгоценных
цветах.
— Поверь, я думаю о них. Эта лошадь будет поедать их.
— Как ты можешь так говорить?
— Ее глаза-бусинки говорят о страсти к пожиранию бегоний.
— Какая нелепость! — Бренда смутно представляла себе бегонии, но
она была уверена, что они не более важны для Бекки, чем пони.
— Нелепо то, что мы вообще ведем этот разговор. Никакого пони. Точка.
Бренда не привыкла к такому тону, но, взглянув на Клинта, непроизвольно
смутилась.
Глупо настаивать на своем, во всяком случае, сейчас. Возможно, позже он
придет в хорошее настроение и убедится, что она — незаменимая помощница.
Чтобы доказать Клинту нелепость его поведения, Бренда поднялась из-за стола
и налила себе кофе.
Сделав большой глоток, она велела себе не морщиться.
Это оказалось труднее, чем она думала. Кофе был ужасен!
Но Клинт не смотрел на нее. Он занял ее место и уставился в экран.
Бренда заставила себя издать восхищенное
а-а-а
, изображая наслаждение, но
Клинт лишь криво усмехнулся, и она поняла, что не может пить такую бурду.
— Ну-ка, посмотрим, что ты придумала сегодня, — сказал Клинт, щелкая правой кнопкой мыши.
— Это личное!
— Так же, как и ящик с моим нижним бельем. Но это тебя не остановило.
— Нужно же было положить куда-нибудь выстиранные вещи! — Правда,
любопытство взяло верх, но ничего, кроме накрахмаленных белых спортивных
трусов, она в ящике не обнаружила.
— Пиротехническая компания? — пробормотал Клинт.
— Скоро День независимости! Я подумала, что небольшой фейерверк на
лужайке...
— Нет, — заявил он. — Мне нравится моя лужайка. Никаких
карликовых лошадей. Никакой выжженной травы. И никаких лесных пожаров. Слава
богу, в этой части страны не было волнений с 1812 года!
Бренда устремила сердитый взгляд на его затылок.
— Я бы не сожгла твою лужайку несколькими небольшими фейерверками. И с
дурацким лесом ничего бы не случилось. А немного волнения лишь на пользу.
Бренде вдруг страшно захотелось прикоснуться к его голой груди.
Но Клинт лишь презрительно фыркнул, не зная, что Бренда думает о волнении,
не имеющем ничего общего с фейерверком.
— Клоуны по вызову? Отменяются. Китайская еда из нью-йоркского
ресторана
Хой Пинг
? Доставка самолетом? Ты это серьезно?
В ответ на ее кивок он с явным удовольствием нажал на клавишу
delete
.
— Я хотела сделать сюрприз.
— Теперь не будет никакого сюрприза, не беспокойся.
— Будь уверен, я не беспокоюсь. Ты когда-нибудь слышал выражение
зря
тратить жемчуг на свиней
?
— В Библии говорится
метать бисер перед свиньями
. Хочешь сказать, я
свинья? Ай-ай-ай! Ты оскорбляешь мои чувства.
— Как будто они у тебя есть.
— Вот именно. Так, а это что? Онлайновый магазин детской одежды? Долой!
— Подожди! Позволь мне показать...
Бренда отставила чашку и, потеснив Клинта на стуле, села перед компьютером.
Это было ошибкой, так как она не только сознавала близость полуобнаженного
мужского тела, но и чувствовала, как соприкасаются их бедра. Бренда сделала
вид, что полностью сосредоточилась на экране.
Клинт последовал ее примеру.
— Смотри: я ввела вес, рост, цвет волос и прическу Бекки.
— У нее нет прически, — возразил он. — И пятьдесят шесть
сантиметров, по-твоему, рост?
Бренда не обратила внимания на его скептицизм.
— Видишь? Виртуальный ребенок!
Она почувствовала, что в нем произошла едва заметная перемена, когда на
мониторе появилась маленькая девочка в памперсах и распашонке, удивительно
похожая на Бекки.
С левой стороны экрана находилась дюжина детских вещей. Бренда выбрала ярко-
красную курточку с капюшоном и штанишки такого же цвета и щелкнула кнопкой
мыши.
Костюм немедленно оказался на виртуальной девочке. Кликнув еще два раза,
Бренда надела на нее красные носочки с помпонами и крохотные красные
кроссовки.
От удивления Клинт открыл рот. Некоторое время он потрясенно молчал, а затем
протянул руку к мыши:
— Дай-ка я попробую.
Выбрав платьице из хлопчатобумажной ткани, он щелкнул мышью и после
недолгого раздумья добавил туфли и даже небольшое украшение для волос.
Виртуальный ребенок расцвел улыбкой, и Клинт громко рассмеялся, мгновенно
утратив суровость и цинизм. Бренда взглянула на него.
Он молод. Молод и невероятно красив.
Я сижу на стуле рядом с самым восхитительным мужчиной на свете и ощущаю
прикосновение его ноги. Он смеется. Как бы мне хотелось, чтобы это мгновенье
продолжалось вечно!
— Значит, я могу делать покупки таким образом? — спросил Клинт, не
подозревая, о чем думает Бренда.
— Да, — с трудом проговорила она.
— Клянусь Богом, малышка, ты просто гений!
Ей нужно было найти в себе храбрость, настоящую храбрость, чтобы признать те
чувства, которые обуревают ее, и затем узнать, готов ли Клинт сделать то же
самое.
Эта мысль показалась Бренде настолько пугающей, что на мгновенье она ощутила
слабость.
— Эй, ты в порядке?
— Да, конечно. Просто наслаждаюсь тем, что меня, наконец, признали. Я — гений. Теперь о пони...
Бренда решила не давить на Клинта. Очевидно, до завтрака не следовало
ошеломлять его признанием в любви. Надо подготовить его, создать
соответствующую обстановку... Что, если устроить ужин при свечах? Бренда не
очень хорошо знала, как это сделать, но ведь можно найти специалиста?..
Мысли Бренды устремились к ванне, стоявшей на веранде.
Я приготовлю Клинту ужин, открою бутылку вина и завлеку его в горячую
ванну...
Нет, пожалуй, вина не будет.
Бренда не хотела, чтобы воспоминания о девятнадцатом дне рождения погубили
ее повторное признание в любви.
Как сделать это? Поцеловать его и почувствовать, ответит ли он на поцелуй.
И, если да...
К счастью, Клинт не подозревал о паутине, которую она плела вокруг него.
— Ты не представляешь, как ужасно, когда мужчина покупает что-то для
ребенка. Если я беру Бекки с собой, на меня толпой налетают женщины и
начинают ворковать и сюсюкать. Просто кошмар!
— Еще бы! — язвительно сказала Бренда с невольным чувством
ревности.
— Можешь мне поверить.
Бренда искоса взглянула на Клинта. Ревность исчезла, как только она поняла,
что он не шутит.
Бренда нажала клавишу и водрузила шутовской колпак на голову девочки. Клинт
рассмеялся.
Напряженность исчезла, и, сидя рядом, они по очереди одевали виртуального
ребенка. Их вкусы оказались удивительно похожими: обоим нравились яркие
цвета и одежда для игр, а не для позирования фотографу. В течение часа
корзина для покупок наполнилась летними платьицами, панамками и
комбинезончиками.
— Ну, а теперь, — сказала Бренда, — как насчет того, чтобы
зайти на сайт
Докере
и выбрать тебе слаксы?
— Нет, спасибо. На сегодня с меня хватит покупок.
— Я думала, тебе нужна моя помощь, — поддразнила она Клинта.
— Нам следует уточнить, что я имел в виду. Сейчас это означает, что
тебе нужно одеть Бекки, пока я буду возиться с завтраком.
— От нее будет вонять?
— Надеюсь.
— А как насчет того, чтобы я приготовила завтрак, а ты занялся Бекки?
— Печальный опыт с кофе указывает, что ты можешь нанести невосполнимый
урон моей кухне:
— Спорим, я могла бы заказать завтрак прямо сюда? По доступной цене?
— Могла бы, не спорю. Но лучше не надо.
— Ладно, — рассмеялась Бренда. — Я займусь ребенком.
Бекки проснулась и, лежа в колыбельке, весело сучила ножками. К счастью,
подгузник оказался всего лишь мокрым.
Засовывая извивавшуюся Бекки в ползунки, Бренда рассказывала ей о новом
гардеробе.
Малышка протянула ручку и коснулась ее носа.
— Ба-ба? — неуверенно произнесла она.
У Бренды замерло сердце. Ребенок пытается произнести ее имя? Она указала на
себя:
— Ба-ба?
— Ба-ба, — согласилась Бекки и радостно заворковала.
Что-то неведомое переполнило сердце Бренды.
Я играю в опасную игру, и меня затягивает все глубже и глубже
.
Что ж, сегодня вечером она сможет узнать, остаться ей или уехать, дать ли
крылья своему сердцу или подрезать их.
Бренда сделала глубокий вдох.
Возможно, она впервые собиралась рискнуть по-настоящему — рискнуть потерять не жизнь, а свое сердце.
Что, если сегодня — последний день, который она проводит с этим чудесным
ребенком? Отвернуться ли ей от малышки или отдать ей всю душу и сердце?
Бренда взяла Бекки на руки, поцеловала в кудрявую головку и прошептала:
— Правильно, солнышко. Ба-ба — это я.
С девочкой на руках Бренда вошла в кухню. Обычно на завтрак у них была каша,
но сегодня в воздухе витал запах жарящейся свиной грудинки и блинов.
Очевидно, Клинт забыл, что он не одет, или ему было вполне удобно, потому,
что на нем все еще красовались пижамные штаны.
Бренда посадила Бекки на высокий стульчик и, следуя инструкции, подогрела
бутылочку. Затем она бочком подошла к Клинту, убеждая себя, что он нуждается
в помощи. На самом деле ей хотелось быть как можно ближе к нему.
Он не подозревает о том, что ему предстоит. Мы приближаемся к развязке.
Возможно, это мой последний день в доме у озера... Или первый день новой
жизни
.
— Ты умеешь печь блины? — спросил Клинт. Прозаический вопрос для
такого судьбоносного дня, но Бренда обрадовалась ему. Что бы ни произошло,
сейчас они вместе.
— Конечно! Разве ты не знаешь? Пекла их миллион раз.
Бренда почувствовала, что ее сердце наполняется странным танцующим светом,
освобождающим ее от душевной пустоты и неудовлетворенности, преследовавших
ее на протяжении всей жизни.
Клинт рассмеялся и протянул ей сковороду.
— Несмотря на то, что ты делала это миллион раз, не забудь дождаться,
когда на этой стороне появятся дырочки.
Как глупо ждать, когда они появятся, чувствуя столь сильное желание, чтобы
все получилось! Как будто в жизни нет ничего важнее!
Возможно, так оно и есть. Здесь, в этой кухне, готовя завтрак, Бренда
наслаждалась тем, чего у нее никогда не было.
Нормальной жизнью.
Бекки, причмокивая, пила молоко и пыталась рассмотреть свои пухлые пальчики
на ногах, безостановочно повторяя
ба-ба
.
— Что это? Новое слово? — спросил Клинт. — Ух, ты! —
Брызги жира от жарившейся свинины попадали на его голую грудь, но он,
казалось, не замечал их, и Бренда, естественно, не предложила ему надеть
рубашку.
— Мне кажется, это мое имя, — застенчиво сообщила она.
Клинт прислушался и хихикнул.
— Да, действительно.
Какую чудесную картину они являли! Словно были обычной семьей без горничных
и шоферов, компаньонок и нянечек.
Интересно, именно такой и должна быть нормальная семья?
Глядя на сковороду, Бренда спросила:
— Так как ты приготовил завтрак, может, позволишь мне взять на себя
ужин?
— Конечно, — с легкостью согласился Клинт. Разве он мог
предвидеть, что это будет самый важный ужин в их жизни?
Бренда была до смерти испугана.
Когда Клинт ушел, чтобы принять душ, она почувствовала такое ликованье,
которого не испытывала, даже прыгая с самого высокого в мире водопада.
Уединившись в кабинете, чтобы заняться работой, Клинт прислушивался к
ровному гудению пылесоса.
Интересно, скоро ли сгорит мотор?
Вчера он показал Бренде, как собрать с пола детскую присыпку, и сразу после
завтрака, она надела на себя
кенгуру
, усадила в нее Бекки и принялась
пылесосить.
Прошло три часа, а пылесос все еще гудит. Если Бренда с такой энергией
отдается работе по дому, для чего ей прыгать со скал?
При мысли о скалах у Клинта засосало под ложечкой.
Внезапно он понял, что пылесос гудит во дворе.
Ну, конечно!
Посмотрев в окно, Клинт увидел, что Бренда использует пылесос, чтобы
очистить двор от листьев.
Он хотел было сообщить ей об ограниченных возможностях пылесоса, но внезапно
гуденье прекратилось.
Бренда держала в руке телефон.
Кому она звонит? Молокососу Джейсону?
Клинт вовсе не собирался подслушивать, но окно было открыто, и он не мог не
слышать ее звонкий голос.
— Джессику Кинг, пожалуйста. На уроке? Скажите, что это ее сестра
Челси. Срочное дело.
Клинт был заинтригован. Почему Бренда притворяется, что она — Челси?
Ему не пришлось долго ждать ответа.
— Привет, Джесс! Да, Бренда. Я не была уверена, что ты захочешь
разговаривать со мной, и поэтому назвалась Челси. Не вешай трубку!
Клинт невольно улыбнулся. Его всегда забавляли проказы сестер, и он ценил их
глубокую любовь друг к другу, которая, по его мнению, спасала их от
превращения в типичных избалованных монстров.
Из всех трех сестер Джесси обладала наименее броской внешностью и самым
острым умом. До знакомства с ее кавалером Клинт думал, что у нее наибольшие
шансы на нормальную жизнь.
Джейк как-то спросил Клинта, что тот думает о воздыхателе Джессики, и Клинт
не решился использовать свои уменья применительно к дочерям босса. Кроме
того, Джейк уже знал, что Джесси каким-то образом нашла себе надутого осла.
Поэтому Клинт пожал плечами, и Джейк, сочтя это достаточно красноречивым
ответом, ушел, мрачно хмурясь. Клинту хотелось надеяться, что Джесси уже
бросила того парня.
Джессика, имеющая научную степень, рассказывает Бренде, как запекать картофель и жарить бифштексы!..
— Ну-ка, — сказала Бренда, — догадайся, что я делала до того,
как позвонила тебе.
Молчание.
— Пылесосила! Весь дом. А теперь занимаюсь этим во дворе. — Снова
долгая пауза. — Неужели нельзя, Джесси? Но он так хорошо все всасывает!
Клинту едва удалось удержаться от смеха. Ему не следует предвкушать ужин,
потому что это будет катастрофа. Однако мужчина не мог вспомнить, чтобы когда-
либо в жизни испытывал такое нетерпение.
Внезапно его охватило острое ощущение одиночества. Клинту захотелось
получить свою долю смеха и радости, которой Бренда наполняет все вокруг.
Клинт внезапно вспомнил, что никогда в жизни не прыгал на батуте.
Пора восполнить этот пробел.
Мужчина выключил компьютер и вышел из кабинета.
ГЛАВА СЕДЬМАЯ
В офисе Джейка стояла тишина. Сара заполняла бланки заказов на некоторые
фотографии. Взглянув на Джейка, она поняла, что он спит, сидя в кресле. В
последнее время это случалось часто, и каждый раз он сильно смущался.
Внезапно дверь распахнулась.
— Папочка!
Вздрогнув, Джейк проснулся и радостно улыбнулся девушке, которая бросилась к
нему и покрыла его лицо поцелуями.
Сара сразу узнала дочь Джейка. Челси. Ее фотографии не сходили с обложек
журналов. Любимая принцесса американцев.
Несмотря на то, что Сара много раз видела Челси на телевизионном экране, она
была захвачена врасплох поразительной красотой своей тетки.
Скрытые под кокетливой кепкой светлые волосы подчеркивали безупречные черты
лица: высокие скулы, полные губы, дерзко вздернутый нос... На Саре был
короткий свободный топик, не прикрывавший пупка, и слаксы, спущенные на
изящные бедра.
Потрясенная, Сара не сразу заметила, что Джейк пытается привлечь ее
внимание. Она поняла, что ей нужно убрать фотографии. Альбомы должны стать
сюрпризом для его дочерей.
Она положила в ящик последний альбом. Объятия и поцелуи закончились, и Джейк
представил ей дочь.
Сара заметила, что дед всегда представляет ее всем, кто заходит в его офис.
Словно она важная персона. И все-таки появление тетки вызвало у нее страх.
Они примерно одного возраста, но Челси — знаменитость. Всем на свете хочется
познакомиться с ней, коснуться ее руки.
Сара приготовилась к холодности, к снобизму, но Челси подбежала к ее столу с
невинной щенячьей радостью и протянула девушке руку. В рукопожатии и в
глазах тетки Сара прочла неожиданную теплоту.
— Здравствуй, Сара. Знаешь, ты немного похожа на мою сестру Бренду.
— Ваш отец упоминал об этом. — От нервного напряжения ей было
трудно говорить.
— Какую работу ты делаешь для отца? Ты его помощница?
— Вроде того.
— Наверное, он обожает тебя. Никогда не видела, чтобы он позволял кому-
нибудь сидеть с ним в его офисе.
От неожиданного комплимента Сара покраснела.
Конечно, Джейк не обожает меня. Просто он хороший старик
.
— Челси, подойди ко мне, пожалуйста.
Глядя, как они разговаривают, склонившись друг к другу, Сара позавидовала их
близости. Она никогда не знала отца, а мужчина, которого она считала
дедушкой, был злее дикого кабана.
Челси выпрямилась и изучающе посмотрела на Сару.
— Будет сделано, — улыбнувшись, сказала она отцу. — Сара,
пойдем со мной.
Сара бросила на Джейка умоляющий взгляд, но он сделал вид, что не заметил
этого.
Она неохотно вышла из комнаты вслед за Челси, которая повела ее на второй
этаж. Сара никогда не поднималась туда. Ступая по мягкому ковру и проходя
мимо бесценных произведений искусства, она чувствовала себя настоящей
деревенщиной.
А эти роскошные люстры! Они сверкают, как брильянтовые.
Челси оживленно рассказывала Саре о своей поездке в Париж.
Наконец, они подошли к приоткрытой двери. Челси вошла и бросилась на
кровать, застланную кружевным покрывалом.
— Как хорошо снова быть дома, — сказала она.
О такой комнате Сара могла лишь мечтать.
Старинное кружево, шелковый полог над кроватью, чудесные цветные фотографии
на стенах: Брэд, Дженнифер, Пэрис, Бритни... На некоторых они вместе с
Челси. Дарственных надписей нет. Фотографии не подписывают, когда дарят их
друзьям.
Что делает здесь Сара Маккензи?
Она быстро получила ответ.
Челси соскочила с кровати и распахнула дверь встроенного шкафа.
— Папа узнал, что одна из горничных третирует тебя. Его это огорчило.
Он поговорил с ней...
Так вот почему я чувствую на себе неприязненные взгляды!
— Но он не знает, как помочь тебе. Мужчины в этом несколько
туповаты, — заявила Челси. — Но ты не беспокойся, я знаю, что
нужно сделать.
— Это пустяки, — поспешно сказала Сара, пятясь к двери. —
Недоразумение, и больше ничего.
— Гмм. Жаль, что сейчас не старые времена. Тогда мы могли бы выпороть
ее. — Челси захихикала, и Сара невольно улыбнулась. — Вот это, по-
моему, подойдет. — Челси начала просматривать свой огромный
гардероб. — Мне нравится Алессандро Деллакуа, а тебе?
Нравится? Я даже не могу произнести это имя!
— Вера Вонг, Дольче и Габана, Билл Бласс, — бормотала
Челси. — Вот, возьми. — Она протянула Саре ворох платьев.
Наконец-то она поняла! Джейк одолжил ее дочери, чтобы она помогла Челси
очистить шкафы от ненужной одежды. Но разве ей не должно быть все равно,
пока она получает свои двенадцать долларов в час? Оказывается, нет. Она не
хотела, чтобы тетка обращалась с ней как с горничной.
Глупо, но мне хочется, чтобы мы стали друзьями
.
— Теперь, — сказала Челси, беря Сару за плечи и направляя к другой двери, — иди туда.
Сара, словно в трансе, вошла в примерочную. Как в магазине, только намного
роскошнее. Парикмахерское кресло, зеркала, несколько больших кожаных
кресел...
Дверь за ней закрылась.
— Что мне здесь делать? — тревожно спросила она.
— Примерять одежду! — донесся до нее голос Челси.
Примерять одежду? Этого она не ожидала.
— К счастью, у нас с тобой одинаковый размер, — продолжала Челси. — Выйди и покажись.
Сара открыла дверь.
— Мисс Кинг, я, право, не могу.
— Чепуха! Думай, что ты выиграла в лотерее. И никогда больше не называй
меня
мисс Кинг
.
Сара неуверенно посмотрела на тетку. В улыбке Челси не было жалости или
презрительной снисходительности, одно озорство.
Вздохнув, Сара закрыла дверь. Она надела белую рубашку, желтый замшевый
пиджак и джинсы. Гуччи, Ральф Лоран...
Когда Сара посмотрелась в зеркало, она поняла, почему люди платят огромные
деньги за одежду.
Сделав глубокий вдох, она открыла дверь.
Челси лежала на кровати, листая журнал.
— Довольно мило, — сказала она, — но ты выглядишь скованной.
Надень то, что ты никогда раньше не носила. Розовые брюки клеш от Веры Вонг,
например, и пеструю рубашку с расширяющимися книзу рукавами.
Сара повиновалась, и Челси одобрительно кивнула. Бедная церковная мышь
превратилась в молодую женщину, которой не стыдно показаться в любом месте.
В принцессу.
Надев туфли, Сара неожиданно стала выше на семь сантиметров. Радостно
засмеявшись, она отдалась веселью, чувствуя себя легко и непринужденно с
девушкой, которая выросла совсем в другом мире.
— Вот! — Челси приоткрыла дверь и бросила Саре красивое черное
платье с узкими бретелька ми. Сара посмотрела на ценник.
Одиннадцать тысяч долларов.
Выронив платье, она опустилась в кресло и горько расплакалась.
— Сара? Что случилось? — встревоженно спросила Челси, услышав ее
рыдания.
— Ничего, — сдавленным голосом проговорила Сара. Не обращая
внимания на Челси
...Закладка в соц.сетях
