Жанр: Любовные романы
Власть
... как я
пробилась на вершину. Когда я сделалась знаменитой, он несколько раз
приглашал меня на свое шоу, и мы вроде как флиртовали перед камерами. Это
нормально: мне приходится флиртовать со всеми — с Леттерменом, с Лино, с
Говардом и другими. Все так делают, даже Джулия Роберте. Таковы правила
игры, от тебя этого ждут... — Салли вздохнула и поднесла к губам бокал с
тоником. — Но теперь я замужем, и он не должен хватать меня за все
места и тащить в туалет при первом удобном случае. Одно дело — перед
камерой, и другое дело — здесь. Это... нехорошо!
— Ты совершенно права. — Мэдисон серьезно кивнула.
— Ну ладно, — сказала Салли. — Тебе, наверное, надоело
слушать про меня. А чем ты занимаешься? Вопрос застал Мэдисон врасплох.
— Разве я тебе не говорила? — спросила она, раздумывая, как бы
поделикатнее сообщить Салли, что она журналистка. — Тебе, наверное, это
не понравится, но... В общем, я работаю в одном журнале.
— Не может быть! — воскликнула Салли и рассмеялась так задорно и
весело, что у Мэдисон сразу отлегло от сердца. — Да нет, не может
быть! — продолжила звезда. — Значит, ты журналистка, писака? А я-
то здесь соловьем разливаюсь! Теперь мое фото появится на развороте —
Стар
или
Энкуайрер
.
Исповедь признанной королевы секса!
Ну и дурочка же я!
— Да нет, я не такая журналистка, — поспешила успокоить ее
Мэдисон. — Я пишу для
Манхэттен стайл
.
— Ух ты! — с неподдельным восхищением произнесла Салли, и ее
большие голубые глаза широко раскрылись. — Это классный журнал!
Насколько я знаю, вы никогда не пишете о таких шлюховатых блондинках, как
я... — Последовала короткая пауза, исполненная, однако, вполне определенной
надежды. — Или пишете?
— Почему бы и нет? — Мэдисон пожала плечами. — Мне кажется, у
нас могло бы выйти интересное интервью.
— Ты и правда так думаешь? — с воодушевлением спросила Салли.
— Да, если ты, конечно, согласишься рассказать, как на самом деле
действует голливудская секс-машина. Это может быть по-настоящему интересно,
особенно если ты будешь достаточно откровенна. Я уверена, тебе есть что
рассказать...
— О да! — выдохнула Салли, в притворном ужасе закатывая
глаза. — Очень даже есть! Я знаю такое, что у ваших читателей глаза на
лоб полезут. О голливудских мужиках я знаю абсолютно все!
— Тогда, — осторожно сказала Мэдисон, несколько смущенная этим
напором, — я поговорю с редактором. Думаю, он будет в восторге.
— Еще бы он не был в восторге! — воскликнула Салли, взволнованно
ерзая в кресле. — А мое фото будет на обложке?
— Мы выходим двенадцать раз в год, — пояснила Мэдисон. — И
только четыре обложки отдаем звездам шоу-бизнеса, так что сама понимаешь —
такой чести добиться непросто.
— Вообще-то журналы всегда хотят поместить мое фото на обложке, —
безапелляционно заявила Салли. — Тогда тиражи расходятся мгновенно.
— Я в этом не сомневаюсь, — кивнула Мэдисон. — Но у моего
редактора может быть другое мнение.
— А помнишь фото Деми Мур на обложке
Вэнити Фэр
? Ну, где она снялась
совершенно голая и беременная? — весело напомнила Салли. — Я
слышала, что после этого их тиражи буквально взлетели! Если я соглашусь
сняться голой, может, тогда твой редактор пойдет мне навстречу?
Мэдисон покачала головой.
— Мы же не
Плейбой
, Салли.
— Я знаю. Это была шутка, просто шутка. На обложке
Плейбоя
я была три
раза. Меня там все обожали... — Салли хихикнула. — Вернее, они обожали
мои большие сиськи!
— Мужчины от них тащатся, — согласно кивнула Мэдисон, умело
настраиваясь на душевную волну потенциального источника информации. —
Если бы я была мужчиной, я бы, наверное, тоже не прошла мимо. — Салли
внимательно посмотрела на нее.
— А для чего ты летишь в Лос-Анджелес? — спросила она неожиданно.
— О, мне поручили взять интервью у Фредди Леона, знаменитого агента. Да
ты его наверняка знаешь.
— У Фредди Леона? — Салли вздохнула. — Да, это настоящий
мужик!
— Ты действительно так высоко его ставишь?
— Фредди Леон — самый известный и влиятельный агент Голливуда, он
занимается только самыми известными звездами кино, только и всего, — с
почтением произнесла Салли и энергично кивнула, отчего ее светлые кудряшки
подпрыгнули. — Честно говоря, мне ужасно хотелось бы, чтобы когда-
нибудь он стал моим агентом.
— А тебе приходилось с ним встречаться? — снова спросила Мэдисон.
Салли немного поколебалась.
— Ну... — сказала она осторожно, — один раз. Это было некоторое
время назад, но...
— Но?.. — спросила Мэдисон, почувствовав, что за этим
один раз
,
возможно, стоит какая-то интересная история. — И что случилось?
— Я ему не подошла, — ровным голосом произнесла Салли, но по
выражению ее лица Мэдисон поняла, что воспоминание было не из приятных.
— В каком смысле? — продолжала она поощрять актрису. — Ты не
подошла ему в сексуальном плане или как клиентка?
Салли неловко пошевелилась в кресле.
— Однажды я... как бы это сказать... подкараулила Фредди на подземной
стоянке у его офиса, но он меня прогнал. — Она нахмурилась. —
Может быть, он просто не интересуется сексом, потому что еще ни один мужик
никогда мне не отказывал. Никогда!
— Ты пошла на стоянку, чтобы заняться с ним сексом? — спросила
Мэдисон, удивленная такой откровенностью.
— Нет! — с негодованием воскликнула Салли. — Я отправилась
туда, чтобы привлечь его внимание. В те времена я была еще не замужем, моя
карьера только начиналась, и мне нужно было предпринять что-то решительное.
Тут Мэдисон невольно подумала, что в открытости и честности Салли было что-
то необычное, свежее. Несмотря на обесцвеченные волосы, огромные груди и
слой косметики, в Салли еще оставалась какая-то детская непосредственность,
и это нравилось Мэдисон.
— Скоро мы прилетим? — спросила Салли, заметно нервничая.
— Да, — кивнула Мэдисон. — Можно начинать готовиться.
Помнишь, что я тебе говорила? Закрой глаза, медленно вдохни воздух и не
торопясь считай до ста. Когда мы будем на земле, я тебя толкну.
— Нет, ты просто прелесть! — воскликнула Салли. — Честно
говоря, у меня совсем нет подруг — все голливудские девчонки мне отчаянно
завидуют... — Она слабо улыбнулась. — Не знаю только почему, ведь
каждая из них может получить все, что есть у меня, надо только за это
заплатить. Нет, конечно, не все, — добавила она задумчиво. — Все,
кроме Бобби. Он — душка, и он только мой!
— Как давно вы женаты? — поинтересовалась Мэдисон.
— Ровно шесть месяцев, две недели, три дня и... Если бы у меня были
часики, я бы, наверное, сказала минуты и секунды. — Салли рассмеялась,
впрочем, несколько смущенно. — Наверно, я выгляжу глупо, да?..
— Нет, нисколько, — успокоила ее Мэдисон. — А чем занимается
твой Бобби?
— Он — трюкач, отчаянный и очень смелый. Бобби гоняет на мотоциклах и
машинах, перепрыгивает на них через сорок два автобуса и все такое... Ну, в
общем, все те трюки, которые когда-то давно делал Эви Нивел. — Она
засмеялась.
— А-а, я читала о нем! — вспомнила Мэдисон. — Его фамилия —
Скорч, Бобби Скорч —
человек, который каждый день рискует жизнью
.
— Да, это он — мой Бобби, — с гордостью сказала Салли. — А ты
замужем?
Мэдисон отрицательно покачала головой.
— Откровенно говоря, я пока побаиваюсь, — сказала она, мимолетно
подумав о Дэвиде. Почти два года они были неразлучны, и вот теперь, всего-то
через полтора месяца после разрыва, Мэдисон чувствовала, что Дэв стал ей
совершенно чужим. Как, наверное, и она ему.
— А я уже была замужем, — заявила Салли. — Эдди был чертов
актер. Откровенно говоря, под конец он совсем спятил и сделался законченным
психом. У меня от него мурашки по коже бегали. — Салли
нахмурилась. — Эдди — настоящий шизанутый подонок, — сказала она
решительно. — Он подал на меня в суд, чтобы я выплачивала ему
содержание! Можешь себе представить? Этот кретин все еще надеется, что я
передумаю, и он сможет вернуться. Знаешь, подруга, Лос-Анджелес просто кишит
подобными пиявками!
— И как долго ты была за ним замужем?
— Достаточно долго, чтобы этот гад ползучий успел дважды сломать мне
руку, не говоря уже о подбитом глазе, синяках и всем прочем.
— Да-а... — протянула Мэдисон. — Судя по твоим словам, он был
настоящий очаровашка.
— Он-то сам был совершенно в этом уверен. В этот момент самолет пошел
на посадку. Салли закрыла глаза и не произнесла ни слова до тех пор, пока
шасси не коснулось бетона полосы. Тогда она откинула ремень безопасности и,
вскинув руки вверх, радостно засмеялась.
— Ура! Прилетели! — воскликнула она и повернулась к Мэдисон:
— Хочешь быть моим постоянным летным инструктором?
Мэдисон улыбнулась.
— Спасибо за предложение, но мне кажется, что теперь ты и сама отлично
справишься. Не забывай только закрывать глаза, — сказала она, вставая и
потягиваясь.
— Знаешь, если тебя никто не встречает, мы могли бы подбросить тебя до
города в нашем лимузине, — предложила Салли. — Бобби недавно купил
длинный-предлинный лимузин, в котором есть даже ванна-джакузи. Это, конечно,
обошлось жутко дорого, но зато это настоящий голливудский стиль. Мы оба ведь
из маленьких городов, поэтому просто балдеем от этой тачки.
— Нет, спасибо, — отказалась Мэдисон. — Меня должна встретить
подруга.
— Жаль, — сказала Салли, искренне огорчившись. — Но все равно
ты обязательно должна как-нибудь навестить меня. Вот мой телефон... — Она
нацарапала свой номер на карточке меню и вручила ее Мэдисон. — Ты та-
акая клевая девчонка! И красивая. Не по-голливудски, конечно, но... в общем,
по-нормальному. Позвони, обещаешь?
Мэдисон от души рассмеялась.
— Спасибо, Салли.
— Нет, я серьезно! — воскликнула та. — Обязательно заходи к
нам. Наш дом в Пэлисейд — настоящее чудо!
— Я не сомневаюсь.
— О боже! — Салли в комическом отчаянии воздела руки. — Опять
этот старый хрен!
В следующую секунду рядом с их креслами снова возник Бо Дикон. Он был
тщательно выбрит и причесан, и от него за милю разило приторно-сладкой
туалетной водой. Без всяких предисловий Бо попытался схватить Салли за руку,
но та оказалась проворнее. Ловко уклонившись от его протянутой пятерни, она
отпрянула в сторону и, наткнувшись на губастого полного бизнесмена, который
был явно очень доволен тем, что ему удалось прикоснуться к самой Салли
Тернер, укрылась за ним, поджидая служащих авиакомпании, которые уже спешили
к обеим знаменитостям.
— В чем дело, сучка? — услышала Мэдисон свистящий шепот
телеведущего. — Или ты уже забыла старину Бо, который помог тебе
вскарабкаться на вершину?
— Сам дурак! — огрызнулась Салли в ответ. Покачав головой, Мэдисон
поспешила покинуть салон. Выйдя из самолета, она быстро пошла через зал
прилета к багажному транспортеру.
— Привет, подружка! — раздался за ее спиной радостный крик, и
Мэдисон обернулась.
— Слава богу! — произнесла она, широко улыбаясь. — А я уж
думала, ты опять опоздаешь. Подруги крепко обнялись.
— Движение было чудовищное, — пожаловалась Натали. — Я едва
не опоздала.
— Хорошо, что ты не опоздала, — кивнула Мэдисон. — Если бы не
ты, мне пришлось бы ехать в город в ванне-джакузи.
— Как так? — не поняла Натали. Мэдисон кивнула вправо, где,
заключив друг друга в объятия, стояли Салли Тернер и Бобби Скорч.
— Они хотели отвезти меня в город в своем лимузине.
— Не может быть!.. — протянула Натали. — Это же сама Салли
Т., знаменитая королева мраморных бассейнов и детских
лягушатников
!
— Точно! — кивнула Мэдисон. — Салли — моя новая подруга.
Натали рассмеялась.
— Так ты решила променять меня на это белокурое пневматическое чудо?
— Ну, разумеется. — Мэдисон сухо кивнула. — Разве ты не
видишь, что мы очень подходим друг другу? Кроме того, у нас оказалось очень
много общего.
— Гм-м... — Натали внимательно посмотрела на звездную пару. — А
мужик-то у нее действительно ничего!
Мэдисон тоже посмотрела на Салли и Бобби, которые все еще целовались, не
обращая внимания на снующих вокруг папарацци. А может быть, наоборот —
именно для них они и старались.
— Я ничего не вижу, кроме кожаного костюма, длинных волос и
татуировок, — сказала она. Натали ухмыльнулась.
— Иногда мне тоже хочется чего-то грубого и с картинками.
О боже! — подумала Мэдисон. — Как будто и не было всех этих лет,
и мы снова в колледже. Ведь с тех пор, как мы встретились, еще и двух минут
не прошло, а мы уже обсуждаем мужчин
.
— Ага, вот и мои вещи! — воскликнула она, хватая с ленты
транспортера свою клетчатую дорожную сумку. — Ну что, идем?
— Пока ты не передумала и не поехала в лимузине с ванной? —
поддразнила ее Натали.
— Не будь дурочкой! — со смехом откликнулась Мэдисон.
Через несколько минут они уже ехали по направлению к Голливудским холмам,
где Натали с братом снимали небольшой домик. Светило яркое солнце, за окнами
машины стремительно проносились зеленые пальмы, рестораны быстрого
обслуживания и заправочные станции, и Мэдисон, с любопытством глазевшая по
сторонам, думала:
Вот это и есть Лос-Анджелес, знаменитый и манящий Лос-
Анджелес!
Да, несмотря на свое скептическое отношение ко всем без исключения
голливудским персонажам, в глубине души она была рада получить такое
задание. В конце концов, Фредди Леон не был ни распутной кинозвездой, ни
пристрастившейся к наркотикам знаменитостью, которые жили шумно, напоказ и
обожали шокировать публику своими эксцентрическими, а то и откровенно
скандальными выходками. Он был человеком, сосредоточившим в своих руках
невероятную власть и влияние, однако, несмотря на это, о его частной жизни
не было известно почти ничего. Никаких скандалов, никаких сплетен, никаких
грязных слухов. Одна жена. Двое детей. Скромный по голливудским стандартам
дом в престижном районе. И все же в шоу-бизнесе его имя значило гораздо
больше, чем имя любой самой титулованной кинозвезды.
И Мэдисон твердо решила узнать о нем все, что только будет возможно, чтобы
рассказать читателям о Фредди Леоне-человеке — о том, каков он на самом
деле.
Она понимала, что это будет трудно, невероятно трудно.
Но Мэдисон всегда любила головоломные задачи.
Глава 6
— Я ухожу, — на ходу бросил Фредди Леон своей секретарше Рите
Сантьяго.
Рита — привлекательная сорокапятилетняя женщина испанского типа — оторвала
взгляд от разложенных на столе бумаг; Она работала у Фредди уже больше
десяти лет, однако о шефе ей было известно лишь немногим больше, чем всем
остальным, — то есть почти ничего. Фредди Леон был крайне скрытен,
особенно в вопросах, которые не имели отношения к бизнесу.
— Хотите, я позвоню миссис Леон и предупрежу, что вы едете
домой? — спросила Рита, постукивая по столу тупым концом карандаша.
— Не нужно, — коротко ответил Фредди. — Я должен заехать еще
в одно место. Я сам позвоню Диане из машины.
— Хорошо, — ответила Рита, опуская глаза. Спросить, куда шеф
собирается заехать, она не решилась.
Тем временем Фредди вошел в частный лифт, которым могли пользоваться только
он и Макс Стил, его партнер по МАА, и нажал кнопку подземного гаража, когда
лифт остановился внизу и с негромким шипением отворил свои отделанные
натуральным розовым деревом дверцы, темно-бордовый
Роллс-Ройс
Фредди уже
ждал его. Машина была чисто вымыта и начищена до зеркального блеска, и,
глядя на свое вытянутое отражение в лаковом крыле, Фредди довольно
улыбнулся. К своим машинам он относился очень ревностно — малейшее пятно или
царапина способны были вывести его из себя.
При виде Фредди дежурный бой почтительно вытянулся.
— Добрый день, босс! — приветливо сказал он, стараясь, впрочем,
дышать в сторону, чтобы Фредди не почувствовал запаха виски, стаканчик
которого парень опрокинул всего четверть часа назад. — По радио
передали, что может пойти дождь.
— Они ошибаются, Вилли, — отозвался Фредди Леон. — Я всегда
чувствую дождь задолго до того, как он начнется. Дождя не будет.
— Да, сэр, мистер Леон. Я знаю — ваш прогноз всегда сбывается, —
ответил Вилли и сделал еще один крошечный шаг назад. Он отлично знал, как
подольститься к клиенту; каждое Рождество это умение приносило ему по пять
сотен чаевых.
Сев за руль
Роллс-Ройса
, Фредди осторожно выехал со стоянки и влился в
поток уличного движения. В уме он перебирал события сегодняшнего дня, желая
лишний раз убедиться, что ничего не забыл и не упустил. Никаких записей
Фредди не вел, считая, что чем меньше доверяешь бумаге, тем лучше. Этого
правила он свято придерживался на протяжении всей своей жизни, и еще не было
случая, чтобы оно его подвело.
Проблема с Люсиндой Беннет по-прежнему беспокоила Фредди. Впрочем, он был
почти уверен, что звезда не станет больше упрямиться. В конце концов, это он
выцарапал для нее этот поистине
золотой
контракт, который должен был стать
едва ли не самым удачным и дорогостоящим за всю карьеру Люсинды. Кроме того,
актерская пара Беннет — Пейдж способна была сделать будущий фильм
стопроцентным кассовым хитом. Фредди Леон знал это с самого начала, поэтому
он уже давно решил, что, как бы Люс ни упиралась, он найдет способ обломать
ей рога. И когда она заартачилась, Фредди ничтоже сумняшеся напомнил ей про
негативы. Это должно было заставить ее задуматься, и задуматься всерьез.
Итак, вопрос можно было считать решенным, и все же Фредди не сдержал вздоха.
Что случилось с Голливудом? Куда все катится, если ему приходится
уговаривать стареющую актрису, чья карьера вот-вот закончится, подписать
двадцатимиллионный контракт?
Должно быть, решил он наконец, все дело в том, что каждый паршивый актеришка
считает себя гениальным и носится со своим талантом, как курица с яйцом.
Отсюда капризы, эгоизм, возведенная в принцип неблагодарность, непомерное
самомнение и... предсказуемость. Собственно говоря, именно благодаря этим
качествам, которыми, за редким исключением, были обременены все актеры,
Фредди и удавалось каждый раз убедить их в своей правоте. Он хорошо знал,
что в глубине души все они — от звезд первой величины до последнего статиста
— были чувствительны и ранимы, как дети, нуждающиеся в любви и твердой руке,
которая бы направляла и оберегала их. И своим клиентам Фредди всегда давал
именно то, что им было нужно. Он был жестким, бескомпромиссным, суровым, но
— в пределах разумного — честным и справедливым, и актеры, даже самые что ни
на есть звезды, уважали и ценили его за это.
Макс Стил — его партнер и совладелец агентства — был полной
противоположностью Фредди. Мистер Шелковая Шкурка — так прозвали его в
определенных кругах. Будучи разведен, Макс постоянно разыскивал новые
таланты среди безработных актрис, топ-моделей и прочих юных дарований,
которые толпами прибывали в Голливуд в надежде, что их кто-нибудь заметит. У
него был новенький
Порше
спортивной модели, роскошная квартира на бульваре
Уилшир, полный шкаф костюмов от Бриони и, разумеется, целый гарем
красивейших женщин. Ведя жизнь плейбоя и повесы, Макс не был способен
справиться с действительно серьезным делом и оттого занимался в основном
восходящими звездочками и актрисами среднего уровня, в то время как Фредди
вел дела талантливейших суперзвезд, популярнейших сценаристов и
знаменитейших режиссеров.
Тут Фредди улыбнулся, но, хотя он был в машине один и никто не мог его
видеть, на лице его не дрогнул ни один мускул. Макс определенно полагал себя
умнейшим парнем, и до поры до времени Фредди не спешил его в этом
разубеждать. Он ни разу не показал того презрения, которое испытывал к
партнеру, предоставив Максу считать себя пупом земли, шишкой на ровном месте
и средоточием Вселенной. На самом же деле Макс был полным ничтожеством; как
он ни пыжился, как ни распускал хвост и ни раздувал щеки, ни на что путное
он не годился. И думать об этом Фредди было даже приятно. Больше того, такое
положение дел, когда он мог действовать незаметно, из-за кулис, предоставив
этому расфуфыренному дураку отвлекать на себя внимание прессы, вполне
устраивало Фредди Леона.
В последнее время, однако, наметилась кое-какая проблема. Фредди Леон всегда
гордился тем, что еще никому не удалось обвести его вокруг пальца. Не
удалось это и Максу, хотя такую попытку он сделал. Буквально на днях Фредди
узнал, что его партнер ведет тайные переговоры с одной крупной киностудией,
где ему было обещано хорошее место. И Фредди ни секунды не сомневался, что,
как только Макс получит его, он не колеблясь бросит МАА, а свою долю в
агентстве постарается продать как можно дороже.
Что ж, пусть помечтает, решил Фредди. У него были свои планы на будущее, и
он не собирался отказываться от них, что бы ни случилось. Что касалось Макса
Стила, то он был предателем, обыкновенным паршивым предателем. А как следует
поступать с предателями, Фредди знал очень хорошо.
Не подозревая, что Фредди многое известно о его планах, Макс Стил
преспокойно заканчивал обильный ленч в
Решеточке
. За столом с ним сидела
потрясающе красивая шведка — топ-модель из Нью-Йорка, очень похожая лицом и
манерами на молодую Грейс Келли.
Звали ее Инга Круэлл. Она мечтала стать кинозвездой.
Маке Стил мечтал забраться в ее тонкие кружевные трусики.
Таким образом, у каждого была своя цель, от которой ни Макс, ни Инга не
собирались отступать.
— В общем, ты понимаешь, — сказала Инга, когда они сидели за
бескофеиновым капуччино. — Я не хочу повторить ошибку Синди. Она с
самого начала получила одну из главных ролей и не справилась. Я бы не хотела
сразу играть главную роль, так что...
И она выразительно посмотрела на Макса, поигрывая маленькой серебряной
ложечкой.
Поразительное самомнение у этих баб, — подумал Макс Стил. —
Конечно, Инга красива, этого у нее не отнимешь, но с чего, черт возьми, она
решила, что может играть, да еще главную роль, в то время как в Лос-
Анджелесе полным-полно молодых талантливых девчонок, которые отлично обучены
и подготовлены, но не могут попасть даже на прослушивание?
— Очень правильное решение, — сказал он вслух. — Пожалуй, я с
тобой согласен.
Макса нельзя было назвать красавцем в полном смысле слова, однако в свои
сорок два года он сумел сохранить изрядную долю мальчишеского задора и
обаяния. Кроме того, у него были густые, чуть вьющиеся каштановые волосы,
живые карие глаза и подтянутое, мускулистое тело. И, разумеется, стиль —
море стиля, океан стиля, который и помогал ему покорять женские сердца. Его
репутация отчаянного плейбоя была известна всему Лос-Анджелесу.
— Элла поступила совершенно правильно, — задумчиво добавила Инга,
водя тонким белым пальцем по ободку фарфорово
...Закладка в соц.сетях
