Жанр: Любовные романы
Любовницы-убийцы
...Она обычно держала его сторону,
когда он по — своему чинил суд и расправу над теми, кто обманывал его.
У
моей Розы больше яиц, чем у многих мужчин, — с гордостью хвастался
он. — Она редкая женщина
.
Никто с ним не спорил.
У Розы было множество поклонников и Энцио знал о них. Это наполняло его
гордостью. Она была его жена и ничто не могло изменить этого факта.
Когда родился их третий сын Анжело, Роза решила, что будет больше времени
проводить дома. Фрэнку исполнилось двенадцать, Нику девять и они требовали к
себе внимания. Энцио согласился. С тех пор она уже не сопровождала в
коротких поездках в Чикаго и на Тихоокеанское побережье. Теперь они владели
великолепным особняком на Лонг Айленде и было только естественно, чтобы Роза
больше времени проводила с детьми и наслаждалась жизнью.
Она убедила его, что они должны расширить круг своих друзей, ибо, как ни
крутись, большинство людей, с которыми они общались, были замешаны в рэкете,
и Роза полагала, что неплохо было бы для разнообразия окружить себя и
другими людьми. Неподалеку от их особняка было имение одного актера и вскоре
Роза начала приглашать его с женой. Потом появилась семья банкира, и,
наконец, Чарльз Кардуэлл, нищий сноб, влачащий жалкое существование на
задворках высшего общества. Постепенно Роза окружала себя и Энцио все новыми
людьми, пока старые знакомые вообще перестали у них появляться.
Энцио понял, что ему это не нравится, но оказалось слишком поздно. Его
деловые поездки становились все длительнее, он снял в Нью-Йорке небольшую
квартиру, через которую проходил поток девиц легкого поведения. Он называл
их
немыми
. Он по-прежнему обожал Розу, но она изменилась, и он не мог
понять в чем причина.
Однажды вечером он вернулся на несколько часов раньше, чем она его ожидала.
Хотел сделать ей сюрприз. На эту неделю приходился юбилей — двадцать один
год со дня их свадьбы, и он думал, что они могли бы поговорить, попробовать
выяснить какие-то веши. Он хотел объяснить ей, что перестал быть счастливым.
Может быть, он попытается возродить близость, которую они когда-то
испытывали.
В свои тридцать девять лет Роза все еще была необыкновенно привлекательной
женщиной. Ее волосы, как и прежде, вились черными кудрями, на смуглом лице
не было морщин, а ее фигура сохраняла те же девичьи формы, как когда он
женился на ней.
Она встретила его холодно.
— Я хочу получить развод, — заявила она. — Я выхожу замуж за
Чарльза Кардуэлла. Я все знаю про твою квартиру, про твоих уличных шлюх и я
хочу освободиться от тебя.
Энцио слушал ее в изумлении. Чарльзу Кардуэллу исполнилось двадцать шесть, у
его родителей были деньги, но ему предстояло долго ждать, пока он получит от
них в наследство хоть десять центов.
Держался Энцио спокойно.
— Ты спала с ним? — спросил он.
— Да, — с вызовом ответила она.
Она никогда не лгала. Эта женщина не знала, что такое страх.
Энцио задумчиво кивнул и согласился на все ее требования. Довольная, она
отправилась спать. Некоторое время он сидел в своем любимом кресле, глядя в
пространство. Потом сделал несколько телефонных звонков и позднее этой ночью
Чарльза Кардуэлла привезли в его дом.
Это был бледный молодой человек, явно перепуганный своим эскортом — четырьмя
наиболее доверенными лейтенантами Энцио. Он слабо улыбнулся Энцио.
— Послушайте, — начал он. — Я вам все объясню... Энцио
приказал, чтобы ему заклеили рот и связали руки и ноги.
Они принесли его в спальню Розы как тушу.
Она проснулась и уставилась на беспомощную фигуру своего любовника. Потом
перевела взгляд на Энцио. В отчаянии она затрясла головой, зная, какой
приговор вынесет ее муж.
Энцио вытащил ее из постели и держал так, чтобы она не могла двинуться, а
только смотрела. И в дело пошли ножи.
У нее на глазах Чарльза Кардуэлла разрезали на куски.
ГЛАВА 4
Ларе было нелегко избавиться от принца. Они жили вместе вот уже шесть
месяцев, он считал, что она принадлежит ему. К тому же он отличался
подозрительностью и — что самое главное — был невероятно ревнив.
Когда она сказала ему, что должна немедленно лететь в Нью-Йорк, в его голове
возник единственный вывод доступный ему.
— Кто он? Что он может предложить тебе, чего я не могу дать? Я требую,
чтобы ты назвала мне его имя.
— Дело совсем не в мужчине, — терпеливо объясняла Лара. — Это
семейная ситуация.
— Но ты всегда говорила, что у тебя нет семьи, — с раздражением
возразил он.
Она склонила голову в знак согласия.
— Все правильно, но в Америке у меня есть дальние родственники. —
Пауза. — У меня есть сводная сестра, которую зовут Бетт, и она
нуждается во мне.
— Сводная сестра! — закричал принц Альфредо. — У тебя не
может быть сводной сестры. — Он огляделся вокруг. — Лара, я знаю,
это мужчина. Я это знаю. Ты не можешь обмануть меня.
А она в это время думала о гораздо более важных делах.
— Пожалуйста! — нетерпеливо воскликнула она. Думай, что хочешь. А
я должна уехать. Вот и все.
— Тогда я поеду с тобой.
— Я не хочу, чтобы ты ехал.
— Я настаиваю.
— Нет, Альфредо.
— Да, Лара.
Они еще некоторое время так спорили, пока наконец он не ушел и она смогла
заняться укладыванием своих вещей. Это было такое облегчение освободиться от
него, он становился совершенно невозможным. Зачем тратить на него свое
время?
Куда бы Лара Кричтон не приезжала, ее всегда обслуживали по первому классу.
Молодая, блистательная, бывшая жена одного из самых богатых людей Лондона,
она действительно была одной из тех, о ком пресса пишет, как о
замечательных людях
. Ее фото постоянно мелькало на глянцевых обложках
модных журналов, как ослепительный пример роскошного обаяния, в ней
воплощалось все то, против чего боролась Маргарет Лоуренс Броун.
Вот это была бы сенсация, если бы кто-нибудь из журналистов раскопал, что на
самом деле они сводные сестры, у которых общий отец, но разные матери.
По своим личным причинам, поскольку каждая из них добилась своей славы, они
не считали нужным рассказывать кому-либо о своем родстве. Они выросли в
разных странах и жизнь их сложилась совершенно по-разному. Однажды они
встретились и между ними возникла подлинная близость, любовь, оказавшаяся
сильнее всего того, что их разделяло. Они понимали друг друга и никогда не
критиковали образ жизни.
Их отец, Джим Лоуренс Броун, никогда не был женат на их матерях. Маргарет
было пять лет, когда умерла ее мать, И Джим, взяв девочку, уехал в
Калифорнию. Там он встретил замужнюю женщину, ушедшую от мужа. Джим и
Маргарет стали жить с ней и в результате эта женщина родила Лару. А еще
через год она и ее муж вновь сошлись и вручили Джиму Броуну ребенка и шесть
тысяч долларов, чтобы он исчез из их жизни. Такая сумма соблазнила его и он
согласился.
Он купил старый автомобиль и крытый прицеп, служивший им домом. На руках у
семилетней Маргарет оказалась годовалая Лара.
Джим был типичным бродягой, он вечно витал в облаках мечтаний, играл на
гитаре, волочился за хорошенькими женщинами, или спал. Он привез девочек в
Аризону, где они обосновались на ферме, принадлежавшей вдове Мэри Чосер. Она
взяла на себя заботы о Ларе и настояла на том, чтобы Маргарет пошла в школу.
Девочка очень умна, — заявила она Джиму. — Она развита не по
годам. Она должна получить образование
.
Через какое-то время Джим опять стал испытывать беспокойство. Слишком долго
задержался он на одном месте, но теперь оказался связан двумя детьми, а это
была слишком тяжелая ответственность для него. Лара часто думала, что именно
поэтому он решил жениться на Мэри Чостер. Она была старше его, пухленькая,
всегда улыбающаяся женщина, которая никогда не жаловалась.
Ровно через месяц после женитьбы Джим исчез, оставив написанную впопыхах
записку, в которой поручал Мэри заботиться о его детях.
Маргарет исполнилось девять лет. Это она обнаружила записку. Это было
трусливое послание, полное извинений. К записке он приложил пятьсот
долларов.
Через восемь месяцев после бегства Джима Мэри родила третью его дочь, Бетт,
о существовании которой он так никогда и не узнал.
После этого жизнь сильно осложнилась. Без мужчины дела на ферме пошли кое-
как. Мэри вечно чувствовала себя усталой и больной. Родившаяся девочка
истощила все ее силы, деньги убывали, так же, как улыбчатый в прошлом
характер Мэри. Маргарет она отправила в школу-интернат, а Лару послала к
своим родственникам в Англию. Десять лет девочки не виделись, и когда они
встретились, Маргарет училась в колледже, получая стипендию, а Лара успешно
выступала в Лондоне в качестве юной манекенщицы.
Бетт, которой исполнилось десять лет, жила вместе с Мэри в маленькой
квартирке. Она посещала школу, а Мэри работала.
Маргарет хотела бы помогать им, но она с трудом оплачивала свое образование,
а образование она твердо решила получить.
Лара в шестнадцать лет стала совершенной красавицей, естественной, без следа
того лоска, который она впоследствии приобрела. Она была счастлива жить в
Англии. Маргарет она показалась почти стопроцентной англичанкой, с
соответствующим акцентом и всем прочим. Они провели вместе одну неделю в Нью-
Йорке и поняли, что былая близость между ними все еще жива.
Время шло и они шли каждая своим, совершенно индивидуальным путем. Иногда
они переписывались или звонили друг другу по телефону. Но потребность в
тесном общении они не испытывали, между ними существовала более глубокая
связь, основанная на любви и взаимной поддержке.
Мэри Чостер умерла от рака, когда Бетт исполнилось пятнадцать, и хотя обе
сестры приглашали ее приехать и жить вместе, она предпочла более независимую
жизнь и обосновалась в коммуне хиппи со своим дружком Максом.
Маргарет против этого не возражала. Она к тому времени уже начала
реализовывать свой проект
Равенство женщинам
. Должна была вот-вот выйти в
свет ее первая книга
Женщины — неравноправный пол
. Ее звезда начала
восходить.
В Лондоне Лара встретила Джейми П. Кричтона и вышла за него замуж. Его отец
был одним из самых богатых людей в Англии, а Джейми его единственным
наследником. К несчастью, их брак длился всего один год, но этого оказалось
достаточно, чтобы Лара, как личность, утвердила свое положение в обществе.
Редкая колонка сплетен в газетах или журналах обходилась без ее фотографий
или сообщений о том, в каком туалете она появилась, что делала, с кем ее
видели. Лара очень быстро стала баловницей судьбы.
Газетные заголовки все еще кричали об убийстве Маргарет Лоуренс Броун, а
фоторепортеры уже устремились в аэропорт Кеннеди встречать Лару Кричтон.
Она на минутку остановилась, чтобы попозировать им в своем новом костюме от
Ива Сен-Лорана, большой шляпе, ее холодные зеленые глаза прикрыты модными
большими солнцезащитными очками, браслеты от Гуччи позвякивали рядом с
черным циферблатом часов фирмы Картье.
— Что привело вас сюда, мисс Кричтон? — задал ей вопрос дотошный
репортер.
— Дела, — ответила она, не улыбнувшись. — Личные дела.
Ее ожидал лимузин и она с глубоким вздохом откинулась на спинку сиденья и
попыталась расслабиться. Маргарет мертва.
Маргарет убили. О, Боже! Почему?
С мучительными подробностями вспоминала она последнюю встречу с сестрой.
Прилетев на два дня в Нью-Йорк, чтобы целеустремленно совершить рейд по
магазинам, она чуть было не забыла позвонить Маргарет. Но потом все-таки
позвонила и Маргарет как всегда пригласила ее приехать. Лара втиснула этот
визит между ленчем в ресторане
21
и посещением косметического салона
Видаля.
Маргарет встретила ее в своей обычной одежде — в выцветших джинсах и
поношенной рубашке. Ее неизменные синие щитки, прикрывающие глаза от света,
и длинные волосы выглядели неопрятно. На ее необыкновенно выразительном лице
не было никакой косметики.
— Если бы ты захотела, — сказала Лара, — ты могла бы
выглядеть восхитительно.
Маргарет рассмеялась.
— Ты осознаешь, сколько времени ты тратишь попусту, намазывая себя
этими дурацкими снадобьями? — спросила она с юмором.
— А ты не критикуй меня, — жестко сказала Лара. — Я
становлюсь директором большой парфюмерной фирмы и буду посылать тебе
упаковки духов, губной помады, лосьонов, всего на свете. Тебе это
понравится.
— Ни в коем случае, дитя мое, — ответила Маргарет. — Ты
можешь считать, что тебе это необходимо. Но имей в виду, сладкая моя, мне
все это ни к чему.
— Придется, — твердо заявила Лара.
— Кто сказал?
— Я говорю.
Маргарет улыбнулась. У нее была поразительная улыбка, осветившая всю
комнату.
— Что происходит в твоей жизни, сестренка? — спросила она с живым
участием.
Не ожидая новых просьб, Лара принялась все ей рассказывать. Маргарет
приготовила для нее коктейль и так вот они сидели в комнате, где царил
беспорядок, и Лара вываливала ей все подряд. Она всегда делилась всем с
сестрой, это было куда лучше, чем ходить к психоаналитику.
За час она без остановки рассказала Маргарет о всех своих проблемах. Был ли
принц Альфрэдо подходящим мужчиной? Должна ли она продать часть своего
синего сервиза? Что думает Маргарет о ее новом кольце с изумрудом.
Легкая скучная болтовня. Вспоминая ее, Лара содрогнулась. Она никогда не
расспрашивала Маргарет о том, как та живет. Ей никогда в голову не приходило
обсуждать взрывоопасные затеи сестры, хотя она знала, какое значение они
имеют для Маргарет.
Какой ограниченной она должна была выглядеть. Какой эгоистичной, совершенно
поглощенной собой. И тем не менее Маргарет терпеливо ее слушала, словно
располагала неограниченным временем. Она всегда вела себя так.
Почему всегда так получается, что ты обнаруживаешь, как ты нуждаешься в ком-
то, как раз когда оказывается слишком поздно?
Лара смотрела в окно лимузина, мчавшего ее по городу Маргарет мертва и она,
Лара, намерена выяснить почему это произошло.
Кто-то заплатит за смерть ее сестры. Она об этом позаботится.
Бетт Лоуренс Броун приехала Нью-Йорк поездом. Она впервые оказалась в этом
городе. По правде говоря, она вообще нигде не была за пределами коммуны,
ставшей ей домом с пятнадцати лет. Сейчас ей исполнилось двадцать, у нее
была чистая кожа, густые белокурые волосы, спадающие ниже пояса. Она выросла
в очень красивую девушку. Лицо ее с большими голубыми глазами и крупным
мягким ртом казалось воплощением детской невинности.
Одета она была как всегда в длинное платье из грубой материи индейской
выработки с заплатами, плетеные сандалии на босу ногу, множество ожерелий из
тонкой кожи со свисающими с них расписанными бусами и значками. На шее под
самым горлом была тонкая золотая цепь с золотым крестом. На кресте были
выгравированным слова
Любовь — мир — Маргарет
.
Эти две сестры очень остро ощущали свою близость — не в пространстве,
конечно, а в том же смысле и том же ключе, что связывал Лару и Маргарет. Их
объединяла подлинная духовная близость.
Бетт привезла с собой большую замшевую сумку, в которой было все ее
имущество — щетка для волос, пара джинсов, тонкая блузка и много книг. Она
не верила в собственность и дорожила только книгами — чтение было ее
страстью.
— Не поставишь ли ты мне выпивку, красотка? — подсел к ней какой-
то пьяница. — А я тебе в ответ сделаю кое-что приятное.
Она сделала вид, что не слышит, выражение лица у нее было печальное и
задумчивое. Маргарет на ее месте сказала бы ему, чтобы он уе...л. Лара
сказала бы, что он отвратительный человечишка. Как отличались друг от друга
ее сестры.
Касс обещала Бетт, что ее кто-нибудь встретит. Она должна была подойти к
информационному бюро, но поезд приходил рано и ей не хотелось болтаться
здесь, она решила отправиться пешком до дома Касс.
Бетт не могла поверить в то, что случилось. Казалось невероятным, что
Маргарет мертва. Она была таким хорошим человеком, такой умной, блестящей и
заботливой. Бывала она и жесткой — все это знали — но как иначе она могла бы
выжить?
Она и не выжила, с грустью подумала Бетт. Моя сестра мертва.
Бетт видела ее за шесть месяцев до этого. Маргарет приехала, чтобы провести
с ней уик-энд. В коммуне все любили ее, приветствовали всякий раз, когда она
приезжала. Она привезла им новые книги, альбомы пластинок, игрушки для детей
— умные игрушки, а не коммерческую макулатуру. На ферме обитала десять
ребятишек и ответственность за их воспитание распределялась между пятью
женщинами и восемью мужчинами, членами коммуны. Одной из этих детей была
маленькая четырехлетняя дочка Бетт. Ее отцом был Макс.
Маргарет обнимала свою племянницу Чину, осыпала ее поцелуями.
— Она вырастет и станет президентом, — шутила Маргарет. — Она
такая умненькая! Мне это нравится!
Бетт невозмутимо улыбалась.
— Если ты будешь направлять ее, я уверена, что нет ничего невозможного.
— Держу пари, что ты права. Когда ей исполнится десять, она переедет
жить ко мне в Нью-Йорк. Мы начнем оттуда.
Тот уик-энд Маргарет как всегда, включилась в общие работы. Она бралась за
любое дело — мыла полы, помогала готовить еду, работала в саду. Она
говорила, что это помогает ей отдыхать. При этом она находила время посидеть
и поговорить с Бетт, выслушать все про ее проблемы, дать совет.
Накануне ее отъезда в коммуне устроили в ее честь вечеринку. Было много шума
и замечательное блюдо из рубленного мяса с овощами, рецепт которого Макс
привез из Калифорнии. Маргарет удалилась с пирушки с Клашером, потому что он
был коротышкой и довольно некрасивым и вряд ли мог составить ей пару. В
коммуне секс был делом свободным, никто никого не ревновал. Не было давления
со стороны внешнего мира.
Когда на следующее утро Маргарет уезжала, она подарила Бетт золотую цепочку,
поцеловала ее и шепнула ей на ухо:
— Ты по-настоящему счастлива. Ты делаешь то, что хочешь, и это счастье.
Тебе не о чем больше просить, малышка.
Бетт широко, по-детски улыбнулась, и взяла с Маргарет слово, что она вскоре
еще раз приедет.
— После лета, — сказала Маргарет. — Может, на Рождество.
Теперь уже лето кончалось и Бетт оказалось в Нью-Йорке. Она не знала,
сколько ей здесь придется пробыть, но она была уверена, что сейчас ее место
здесь.
Энцио сидел у себя в кабинете, когда зазвонил телефон. Он выслушал,
улыбнулся и кивнул. Конечно, все возвращается в нормальное состояние. Он был
прав. Его решение оказалось единственно правильным. Хотя он в какой то мере
отошел от дел, но когда речь заходит о любой серьезной проблеме, которую
надо решать, все они обращаются к нему.
Фрэнк, его старший сын, предложил другой путь избавления от этих
неприятностей. Но что Фрэнк понимает? Ему уже тридцать шесть и он хороший
бизнесмен, но когда надо принимать решения, все его идеи отличаются
мягкостью. Какая польза от угроз, если ты не намерен осуществить эти угрозы?
Единственный способ — это решительные действия. Как в старые времена.
Маргарет Лоуренс Броун уже две недели как мертва и все неприятности
кончились. Когда не стало того, кто вел их лидера, помогавшего им деньгами,
проститутки успокоились. Похоже было, что убив Маргарет, убили и их боевой
дух. Мать их... проклятые шлюхи.
Мало по малу сбежавшие девицы, которые нашли себе другую работу, стали
возвращаться. Они как будто смирились с тем, чтобы их били и унижали.
Похоже, они еще раз потерпели поражение.
Энцио чувствовал себя превосходно. Он позвонил одному своему приятелю
меховщику и заказал для Мэри Энн шубку из шиншиллы.
Шубку привезли через несколько часов и они устроили праздник. Мэри Энн не
совсем понимала, что они празднуют, но она охотно участвовала во всех затеях
Энцио.
— Ты мой замечательный Большой итальянский любовник, — мурлыкала
она, зная, как он любит похвалы. — Мой большой мужчина.
— А ты маленькая похотливая сочная шлюха, — смеялся он в ответ.
Мой любимый вкусный кусочек.
Он любил смотреть на нее, на ее податливое тело, большие груди, надутые
губки. Пройдет еще немало времени, пока она надоест ему.
О, да, Энцио Бессалино знал, как обращаться с женщинами.
Настоящее имя этой девицы было не Лола. Худая и неряшливая, с затуманенными
глазами городской девчонки, одетая так, что сразу становилось ясно, что она
Проститутка, каковой она и являлась. Она вечно грызла ногти. Руки
свидетельствовали, что она заядлая наркоманка, из тех, кто колется. Ей было
девятнадцать лет.
Недавно Лолу избили. Не слишком сильно, но синяки на теле остались, а на
руках и ногах виднелись ожоги от горящих сигарет. Как раз достаточно для
того, чтобы вселить в нее уверенность, что впереди ее ждет кое-что похуже.
Она все знала. Знала еще до того, как это случилось. Она жила с Чарли
Майлером, а Чарли был одним из подручных Тони. Это Чарли застрелил Маргарет
Лоуренс Броун.
Лола бежала по улице. С тех пор, как это случилось, она в первый раз
вырвалась из дома, первый раз, как осмелилась на такой поступок.
На ней была короткая юбка, летние открытые туфли и облегающий свитер.
Длинные волосы распущены, на веках наклеены длинные ресницы.
Чарли вытолкал ее из постели.
— Выметайся и заработай что-нибудь. Тогда мы, может, сходим в кино.
Смотри, блядина, не возвращайся домой меньше, чем с парой сотен, а не то я
сожгу твою еб...ю задницу.
Она две недели валялась в постели и Чарли не возражал против этого.
Окрыленный своим успехом, он где-то праздновал. Тони остался им доволен.
Тони хотел, чтобы Чарли был под руками. А Тони был одним из больших парней.
Лола знала, что Чарли готов избавиться от нее. Чарли карабкался вверх и он
не хотел, чтобы она висела у него на шее.
Ее это не волновало. Она знала, что должна сделать. Какой-то мужчина
остановил ее, грубо схватив за руку. Она вырвалась.
— Не сегодня, — бормотала она. — Сегодня эта девушка не
работает.
Она спешила, время от времени оглядываясь, чтобы убедиться, что ее никто не
преследует.
В руке она сжимала оторванный клочок газеты с адресом, обведенным красными
чернилами. Остановившись на мгновение, она еще раз прочитала адрес.
— Куда ты торопишься, девочка? — сунулся к ней проходивший мимо
пьяница.
— Уе...вай, — коротко отрезала она, поспешая своим Путем.
Когда она наконец нашла нужный ей дом, она помедлила, прежде чем войти. Какое-
то время она ходила по тротуару, разглядывая дом и думая о своей маленькой
сестренке Сюзи. Потом сердито плюнула и решительно вошла в подъезд.
— Я пришла, чтобы увидеть... э — э... Касс Лонг, — объявила она
швейцару.
Он оглядел ее с головы до ног, поджал губы и кивнул в сторону конторки
портье. Там сидел седой старик с кислым выражением лица.
— Касс Лонг, — сказала Лола.
— Она вас ожидает?
— Нет, — мотнула головой Лола. — Но будет лучше, если вы
скажите ей, что у меня срочное дело.
Перегнувшись через стойку и уставившись своими водянистыми глазами на ноги
Лолы, он позвонил в квартиру Касс.
Касс сказала, чтобы он пропустил девушку. Со времени убийства Маргарет к ней
приходило столько женщин, что она уже привыкла. Она угощала их кофе и дарила
фото Маргарет с надписью
Мир — Любовь
. В какой-то мере ее утешало то, как
глубоко переживало множество людей смерть Маргарет. Ей нравилось
разговаривать с ними.
Положив трубку внутреннего телефона, она сказала:
— Еще одна поднимается к нам. Впусти ее, пожалуйста. Бетт кивнула. Она
провела здесь уже несколько дней, а Касс уже не представляла себе, как бы
она обходилась без нее. Младшая сестра Маргарет оказалась сильной и
преданной — очень на месте.
Бетт открыла Лоле дверь и провела ее на кухню, чтобы предложить ей что-
нибудь прохладительное. По глазам девушки она поняла, что та наркоманка.
Жизнь в коммуне вовсе не отгораживала ее от страшных гримас жизни.
— Мне ничего не нужно, — нервно сказала Лола. — Вы Касс?
— Нет, — спокойно ответила Бетт.
— Мне нужно увидеть Касс. Позовите ее.
Вошла Касс. Она выглядела усталой. Под глазами темнели багровые круги, она
страдала от бессонницы.
— Мне нужно кое-что сообщить вам, — выпалила Лола. — Мне не
нужно вознаграждение, ничего такого. Вы, конечно, види
...Закладка в соц.сетях
