Жанр: Любовные романы
Черный бриллиант
...! - поднялся на ноги Джулиан. - Он должен где-нибудь быть, я
уверен, что он существует. Моя
интуиция подсказывает, что иначе просто быть не может.
Генри медленно поднялся из-за стола.
- Если до сих пор мое любопытство было только разбужено, то теперь оно просто
клокочет.
- Я понимаю. Генри. Скоро, я надеюсь, мы сможем ответить на все ваши вопросы.
Но сейчас, - Джулиан взял Аврору
за локоть, помогая ей встать на ноги, - мы должны побыстрее уехать.
- Ладно, желаю вам удачи. - Генри внимательно посмотрел на них, в его глазах
светилась ирония. - Трудно поверить,
что в конце концов Бенкрофты и Хантли смогли примириться. Я уже начал было
думать, что это невозможно. Но если ктонибудь
и сможет совершить невозможное, так это вы, Джулиан. Особенно в союзе с
этой целеустремленной молодой леди.
- Камден подошел к двери и отворил ее, чтобы гости смогли выйти. - Я уверен, что
вы непременно найдете то, что ищете.
На следующий день Аврора мучилась сомнениями. Спешно покинув Сомерсет, они с
Джулианом помчались в Пембурн,
надеясь, что в их отсутствие Кортни и Слейд найдут что-нибудь важное.
Но результаты этих поисков оказались такими же тщетными, как и у них с
Джулианом. Несмотря на то что Кортни и
Слейд часами корпели над книгами и просматривали статьи, им так и не удалось
найти никаких сведений ни о Джеймсе
Хантли, ни о его соколах.
- Что теперь? - спросил Слейд, развалившись диванчике в библиотеке.
- Морленд, - выдавил слово Джулиан с такой интонацией, словно оно было ядом.
- Самое время разобрать дом моего
отца на кусочки. Если ключ к разгадке был спрятан в Пембурне, то, возможно,
металлический ящик или по крайней мере
намек на его местонахождение спрятан в Морленде. Только наши прапрадеды могли
догадаться разделить ключи к тайне
между двумя поместьями. Это должно было гарантировать, что семейства смогут
найти ящик только вместе.
- Но ты уже обыскивал Морленд несколько раз, - возразила Аврора. - Очевидно,
что ты единственный, кто может
опознать металлический ящик, который выглядит так же, как и ящик твоего
прапрадеда.
- Если его можно было увидеть, то да. Но возможно, я не обратил внимания на
тайник Джеффри. И, что еще легче, мог
проглядеть ключ, если в Морленде спрятан именно он, а не сам ящик. Помнишь,
Рори, в прошлый раз, обыскивая поместье, я
не искал ничего необычного. А теперь я собираюсь это сделать.
- Джулиан, - произнесла, откинувшись на спинку кресла, Кортни, - а может,
цепочка ваших рассуждений уводит вас в
ошибочном направлении?
- Как так?
- Давайте предположим, что ящик существует и ключ, найденный в соколиных
клетках Джеймса, откроет его. Ведь
вполне возможно, что ни в Пембурне, ни в Морленде нет ни намека на этот ящик. И
для такого утверждения имеются
довольно обоснованные причины. Вам не приходило в голову, что в ящике Джеймса,
когда он его прятал, находился не
ключ, указывающий на местонахождение черного бриллианта, а сам бриллиант?
Джулиан провел рукой по волосам.
- Я думал о такой возможности. Однако, представляя характер партнерских
отношений Джеймса и Джеффри, я все же
так не считаю. Если Джеффри использовал металлический ящик в целях решения
задачи, то готов поспорить, что Джеймс
сделал то же самое. Более того, я не верю, что Джеймс мог рискнуть оставить ключ
от такой ценной вещи, как черный
бриллиант, у всех на виду. Даже в том случае, если шанс, что кто-нибудь
догадается о его двойном назначении, был
мизерным.
- Даже если бы кто-то догадался, что ключ открывает и клетку, и ящик, они бы
не узнали, где искать этот ящик, -
заметил Слейд. - Сейчас мы сами попали в такое же затруднительное положение, и
это еще одна причина, по которой я
согласен с Джулианом. Могли ли наши прапрадеды завещать нам ключ от своих
величайших сокровищ, не оставив указаний,
как найти эти сокровища? Нет, не могли. Следовательно, если существует второй
металлический ящик, а я верю, что он
существует, то в нем содержатся дополнительные сведения, указывающие, где надо
искать камень.
- О, он существует, - заявил Джулиан, - я уверен в этом. Очевидно, Джеймс и
Джеффри хотели, чтобы до нас дошло,
почему они сделали два ключа такими похожими друг на друга. Вопрос только в том,
где второй ящик. По-моему, ответ на
эту загадку хранится либо здесь, либо в Морленде.
- Так давай поедем туда. - Аврора вскочила, схватила Джулиана за руку и
потянула его к двери. - Мы зря тратим
время, до Морленда всего час езды. Кортни и Слейд могут продолжить обследование
Пембурна, а мы с тобой обыщем
Морленд, камень за камнем.
Через час с четвертью коляска с Авророй и Джулианом проехала через железные
ворота Морленда и повернула к дому.
Аврора почувствовала, как у нее похолодело сердце, когда увидела это
неприветливое, суровое жилище. Неприятные
воспоминания наполняли сознание Авроры по мере того, как коляска приближалась к
дому.
- Аврора? - Почувствовав волнение жены, Джулиан нахмурился. - С тобой все в
порядке?
- Я уже забыла, как угрюмо выглядит это поместье, ответила Аврора. - Оно
нисколько не изменилось. Брови Джулиана
выгнулись от удивления:
- Ты была здесь?
- Один раз, с Кортни, но в дом не заходила. Перед; тем как выйти замуж за
Слейда, она решила встретиться с твоим
отцом, надеясь, что возвратится к мужу с каким-то подобием мира. Я сопровождала
Кортни и осталась ждать в экипаже, пока
она говорила с Лоуренсом.
- Мой отец скорее продал бы душу дьяволу, чем согласился на мир с Хантли.
- Да, теперь я знаю это.
Джулиан провел тыльной стороной ладони по ее щеке.
- Тебе не надо заходить в дом, если это тебя так расстраивает.
- В любом случае я зайду! - выпрямилась Аврора. - Я так же сильно хочу найти
этот металлический ящик, как и ты. И
моего желания, несомненно, будет вполне достаточно, чтобы преодолеть все
неудобства.
- Ты говоришь как настоящая авантюристка. - Джулиан собрался выйти из
экипажа. - Ты храбрая девочка. Сможешь
действовать самостоятельно? Ведь разделившись, мы сможем более эффективно
использовать наше время. А поскольку ни
ты, ни я не хотим задерживаться здесь ни на секунду, то моя цель состоит в том,
чтобы найти тот предмет, который мы
ищем, и как можно быстрее уехать отсюда.
- Отличный план. Откуда мне начинать?
- Я обыщу первый этаж, осмотрю все комнаты, гостиную и приемную. А ты ступай
на второй этаж и осмотри все
спальни, столы, ночные столики и гардеробы, а потом проверь остальные комнаты.
Предполагаю, что большая часть мебели
пуста, поскольку никто, кроме моего отца и его слуг, давно здесь не живет. Да ты
сама в этом убедишься.
Эта мысль пришла Авроре в голову, когда она выдвинула ящик столика. Аврора
попыталась представить себе, что должен
был чувствовать Джулиан, когда он рос здесь. Его мать умерла, когда он был еще
ребенком, а отец был бесчувственным
тираном и терпеть не мог своего сына. Как же одиноко, наверное, чувствовал себя
здесь ее муж. Правда, она тоже потеряла
своих родителей в детстве. Но Авроре нравился дом, в котором она выросла. Ее
взрослый брат, несмотря ни на что, уделял
значительную часть времени заботе о ее благополучии.
У Джулиана тоже когда-то был брат, напомнила себе Аврора. Брат, которого он
потерял, как только они оба стали
мужчинами. Как сильно это подействовало на Джулиана? Сохранились бы сейчас
близкие отношения между ними?
Непроизвольно Аврора вспомнила свой краткий разговор с мистером Сколлардом по
поводу старшего брата Джулиана:
"- Он был хорошим человеком с честными намерениями и великодушным от природы.
Он резко отличался от отца и
деда.
- И от Джулиана?
- Не по убеждениям, а физически. Они были весьма разными.
- Были ли они близки?
- Да, душой.
- Душой? У них были одинаковые увлечения или они просто искренне заботились
друг о друге?"
Мистер Сколлард так и не стал отвечать на ее вопрос. Он только сказал, что
она должна спросить об этом у кого-нибудь
еще, может быть, у Джулиана.
Безнадежная перспектива, уныло подумала Аврора. Джулиан и так неохотно
рассказывал о подробностях своей жизни, а
уж тем более не станет говорить о таких вещах. Ей еле-еле удалось выудить у него
информацию о его вражде с братьями
Макколами, о той ее стороне, которую он считал просто неудачным последствием
своих приключений. Поэтому невозможно
было даже и предположить, что Джулиан расскажет о своих чувствах, которые
остались в прошлом.
Безнадежная перспектива.
И все же она не собиралась отказываться от попыток поправить это положение
дел.
Аврора уже была готова закрыть ящик, как вдруг в дальнем правом углу краем
глаза заметила тонкий блокнот. Она
достала его и увидела, что это альбом для рисования. Ей стало безумно интересно,
что же изображено в этом альбоме.
Аврора открыла его: перед ее глазами предстал выполненный карандашом набросок
водопада, один из
восхитительнейших эскизов, которые она когда-либо видела. Аврора как
завороженная переворачивала страницы,
всматриваясь в одну за другой исключительно точно выполненные зарисовки
восхитительных пейзажей: рощу над прудом,
ландшафт под покрывалом первого снега, закат солнца над Ла-Маншем. Автор этих
рисунков был потрясающе талантлив.
Сгорая от любопытства и не в силах дольше ждать, Аврора взяла альбом под
мышку и направилась вниз, заглянув в
первую попавшуюся комнату.
- Чем могу помочь вам, ваша светлость?
Аврора резко развернулась и столкнулась с дворецким Морленда:
- О, Тайер, как вы меня напугали! Подскажите, где мне найти моего мужа.
- Он недавно был в кабинете своего отца, - последовал надменный ответ.
- Это где?
- По коридору четвертая дверь налево.
- Благодарю вас, - заторопилась Аврора, все еще не в духе от Тайера, дома...
и всего прочего, что напоминало ей о
Лоуренсе Бенкрофте.
Когда она вошла в кабинет, то услышала, как захлопнулся ящик.
- Джулиан? - осторожно произнесла Аврора, наблюдая, как он обыскивает стол.
Джулиан тут же вскочил:
- Ты нашла что-нибудь?
- Я в этом не уверена - по крайней мере ничего важного не попалось. Все
спальни, которые я только что осмотрела,
были совершенно пустыми, за исключением последней. Там я нашла в ящике стола вот
это. - Аврора показала свою
находку.
Джулиан обошел вокруг стола и взял у нее альбом, открыв его на первом эскизе.
На лице его появилось удивленное
выражение, он рассматривал изображение, впиваясь в каждый его штрих. Джулиан
словно встретил своего старинного друга,
которого не видел целую вечность, и хотел рассмотреть каждую черточку на его
лице, появившуюся за время их разлуки. Он
увлеченно пролистывал страницы, время от времени останавливаясь, чтобы
рассмотреть какой-нибудь рисунок или его часть.
- Эти рисунки превосходны, - тихо сказала Аврора, испытывая неловкость,
словно вмешалась в разговор близких
друзей. Она вдруг почувствовала, что между ней и мужем разверзлась пропасть.
- Да, он был поразительно талантлив. Я уже почти забыл об этом. - Джулиан
отвернулся, его плечи окаменели, а в
голосе чувствовалось напряжение. Он молча положил альбом на стол.
- Это рисовал Хьюберт? - догадалась Аврора. Долгое время Джулиан молчал.
- Да. И если ты не возражаешь, то я предпочел бы не говорить о моем брате.
- Но почему? Он, очевидно, очень много значил для тебя?
- Да, но с тех пор как он ушел, прошло уже больше тринадцати лет.
- Со смерти моих родителей прошло почти одиннадцать лет. Но это не значит,
что я перестала помнить и тосковать о
них.
Джулиан медленно повернулся, чтобы посмотреть ей в глаза, его поза стала
менее напряженной, а выражение лица
смягчилось.
- Я понимаю тебя, дорогая. И я сожалею о том, что ты вынесла тогда и попрежнему
чувствуешь сейчас. Однако у меня
совсем другой случай. Любой неразрешенный вопрос, связанный с Хью, вызывает во
мне нечто большее, чем чувство утраты
или горя. Так что я, конечно, ценю твою заботу, но, пожалуйста, не принимай меня
за разбитую игрушку, которую нужно
склеить.
Аврора так расстроилась, что утратила всю свою предусмотрительность.
- За разбитую игрушку? - выпалила она. - Вряд ли. Я считаю тебя упрямцем,
которому нужна дружеская поддержка
или чье-либо участие в этом вопросе. Ты так чертовски замкнут, так стремишься
сохранить свою проклятую независимость,
что просто приводишь меня в ярость!
К удивлению Авроры, Джулиан процедил:
- И ты собираешься меня переделать?
- Я постараюсь это сделать, - ответила Аврора. - Если ты мне позволишь.
Джулиан долго молчал. Потом он снова откинулся на спинку дивана напротив
стола, наблюдая за ней из-под
прищуренных век.
- Что же ты хочешь узнать?
-О твоем брате. Расскажи мне о Хью.
- Зачем?
- Потому что он много значил в твоей жизни. Потому что ты, несомненно, очень
сильно любил его. Потому что у меня
есть довольно странная уверенность, что он каким-то образом причастен к нашему
браку.
Эти слова зажгли интерес и в глазах Джулиана.
- Неужели?
- Да. Если ты вспомнишь, в тот день, когда ты сделал мне предложение, я
сказала, что верю в существование какой-то
причины или человека, заставляющего тебя исправлять прошлое и искать черный
бриллиант. Тебе это нужно для того, чтобы
снять пятно с фамилии Бенкрофтов. Этот человек не мог быть твоим отцом или
дедом. Ты решил тогда не отвечать мне. Так
может, ответишь сейчас? Этот человек твой брат?
- Ты очень догадлива, - прошептал Джулиан, сложив руки на груди. - Ну хорошо,
дорогая, да, это был он.
- Поэтому я и хочу побольше узнать о нем.
- Хью был прекраснейшим человеком из всех, кого я когда-либо знал, -
принципиальный, полный сочувствия, мудрый
не по годам.
- Вы были очень дружны?
- Мы были такими же разными, как день и ночь. Хью - уравновешенный и
спокойный, а я - упрямый и дикий. Он был
постоянен, следовал традициям и непременно стал бы наследником поместья и
титула. Я же, наоборот, был беспокойным,
нетерпеливым, равнодушным к имению, делам и титулу, который мало что значил для
меня, впрочем, так же как и этот
отвратительный человек, носивший его. Хью предпочел не обращать внимания - нет,
лучше будет сказать, предпочел
смириться с полным отсутствием угрызений совести у нашего отца, хотя никогда и
не поддерживал этого его качества. Я же
не смог так поступить, как и не мог понять терпимости Хью, ведь он сам был таким
скромным и добродетельным человеком.
Правда, Хью верил в необходимость быть преданным своей семье, и это был один из
его основных жизненных принципов.
Теперь, когда я раздумываю над этим, мне кажется, что общими чертами характера у
нас с братом были верность своим
жизненным принципам и преданность друг другу. - Джулиан склонил голову и
уставился глазами в пол. - Я хотел
поделиться с ним своим хорошим здоровьем и крепким телосложением. Но этого не
произошло. Хью был слабым, как
тростник, а я был очень закаленным. Я почти не припоминаю времени, когда бы он
не болел или не выздоравливал после
болезни. Меня ночью часто будил его кашель, я лежал и слушал, мечтая о
возможности поделиться с ним своим здоровьем.
Но к несчастью, это было невозможно. Когда он умер... - пожал плечами Джулиан, -
...разорвалась последняя нить,
соединяющая меня с поместьем Морленд.
В горле у Авроры застрял комок.
- Я помню тот год, когда он умер, - сказала она тихо. - Мне было мало лет, но
я хорошо помню, как Слейд
рассказывал новости моим родителям, приехав из Оксфорда на каникулы. Он был
очень расстроен, несмотря на все
разногласия между нашими семьями. Несомненно, Слейд очень высоко ценил твоего
брата.
- Слейд был очень добр ко мне, когда умер Хью, несмотря на ненависть,
существовавшую между нашими семьями. Я
никогда не забывал и не забуду об этом.
- Я уже говорила, что у вас со Слейдом много общего.
- Мы с ним преданны нашим семьям, по крайней мере тем своим родственникам,
которые нуждаются в нашей
преданности и заслуживают ее. Слейд отдал бы свою жизнь, чтобы защитить тебя. У
меня не было такой возможности: я не
мог сохранить жизнь Хью, несмотря на все мои отчаянные попытки и молитвы. Но
пусть я буду проклят, если позволю,
чтобы его имя осталось испачканным тем злом, которое причинили людям мои отец и
дед, или обвинением в краже, которой
никогда не было. Я собираюсь восстановить честное имя Хью. И только молю
Всевышнего, чтобы я смог вернуть ему
добрую память.
Аврора ничем не могла помочь ему. Она подошла к Джулиану и положила руки ему
на плечи.
- Честь Хью так же безупречна, как и твои чувства к нему. И нет никакой
необходимости ее восстанавливать. Почему же
ты уверен в обратном?
- Потому что, как мудро заметил мой отец, честь Хью больше ему не
принадлежит, поскольку он не может ее сейчас
проявить. Теперь мне предстоит ее восстановить.
- Но почему Лоуренс так сказал?
- Чтобы заставить меня выполнить волю. И самое плохое, что доводы этого
ублюдка неопровержимы. Каждое его
гнусное слово.
- Он сообщил тебе все это после смерти Хью?
- Нет, после своей собственной смерти.
Аврора глубоко вздохнула:
- Я не понимаю тебя.
- Подожди, сейчас я расскажу тебе остальное. - После того как Джулиан начал
говорить, он был, казалось, не в
состоянии остановиться. - Мой прапрадед не единственный человек, который завещал
мне трудную задачу в тот день, когда
я просил у Слейда твоей руки. Когда Генри привез металлический ящик Джеффри в
Морленд, я уже был удостоен
сомнительной чести прочитать послание моего отца. Он тоже оставил мне кое-что,
только с его стороны это вряд ли можно
назвать подарком. - Аврора почувствовала, как напряглись руки у Джулиана. - Он
завещал мне проклятие черного
бриллианта. Я должен найти камень и снять проклятие. И он получил все что хотел
- мое согласие. Как? Напомнив мне, что
запятнаны не только мое и его имя, но и имя моего брата Хью. И до тех пор пока
вопрос о краже камня не будет решен, имя
Хью всегда будет связано с мрачным прошлым. И я, как последний оставшийся в
живых Бенкрофт, - единственный, кто
может исправить эту чудовищную несправедливость, не ради него, а ради Хью. Он
оказался прав. Так же, как и ты, когда
догадалась, что у меня есть другая причина, заставляющая меня искать этот чертов
бриллиант. Да, и эта причина - мой брат.
- Лоуренс шантажировал тебя, заставляя искать камень? - повторила Аврора, не
веря, что даже такой негодяй, как
Лоуренс, мог опуститься до этого. - Он на самом деле своими язвительными
намеками заставил тебя почувствовать, что на
тебе лежит ответственность за то, чтобы снять пятно с имени Хью?
- Я спокойно переношу колкости моего отца, Аврора. По крайней мере те из них,
которые необоснованны и
предназначаются мне. Но подумай сама. Я последний Бенкрофт, меня совершенно не
волнует моя собственная репутация, но
я переживаю за репутацию моего брата. Так чья же это обязанность - сохранить
незапятнанной память о Хью, если не моя?
Аврора была вне себя от злости и не могла ничего противопоставить логике
Джулиана. Во всяком случае, бремя, которое
лежало теперь на его плечах, было, конечно, незаслуженным, но все-таки его
бременем.
- Неудивительно, что ты так настойчиво убеждал меня выйти за тебя замуж, -
пробормотала она.
- Это была не единственная причина для нашего брака.
- Я знаю, - быстро заверила его Аврора, - и не утверждаю обратного. Меня не
удивляют и твои мотивы. Как я уже
говорила, я чувствовала, что тобой движет что-то личное, но просто не
догадывалась, что именно. Теперь я знаю что. - Она
помолчала, стиснув зубы. - Но если я раньше просто ненавидела Лоуренса
Бенкрофта, то теперь я смогла бы убить его.
- Из-за меня?
- Не ты ли только что говорил о необходимости защиты своей семьи? - спросила
Аврора. - Так вот, ты - мой муж.
Разве это не причина для того, чтобы я захотела защитить тебя?
Глаза Джулиана потеплели, и в них загорелись маленькие огоньки.
- Да, дорогая, наверное, это подходящая причина, - Он привлек Аврору к себе,
она прижалась щекой к его жилетке. -
Спасибо тебе.
- Пожалуйста, - улыбнулась Аврора, очень обрадованная тем, что действительно
достигла некоторого прогресса,
стараясь разрушить крепкую стену, за которой скрываются чувства Джулиана. -
Понимаешь, возможность поделиться
своими чувствами так же важна, как и любовь. Откровенность ранит только сначала
и только на мгновение. После этого ты
испытываешь только одно сплошное удовольствие.
Прямо рядом с ее ухом раздался громкий смех Джулиана:
- Я запомню твои слова, дорогая.
- Как тебе будет угодно. - Взгляд Авроры упал на альбом. - Хью был очень
талантливым художником.
- Да, конечно. - Джулиан отпустил ее и нагнулся, чтобы поднять альбом. - У
него были потрясающие способности
изображать все нюансы. Он унаследовал это от Джеффри, а я нет.
- Твой прапрадед был художником?
- Как тебе сказать... Он довольно хорошо рисовал. Взгляни, - указал Джулиан
на висевшую на стене подробную схему
поместья Морленд.
- Это нарисовал Джеффри? - Удивившись, Аврора подошла поближе, чтобы
хорошенько рассмотреть схему.
На схеме было изображено обширное пространство земли, разгороженное на
множество участков. Две тропинки вели к
дому с юга, одна - от конюшен, другая - от сада. Третья тропа извивалась к
северу от сдаваемых в аренду наделов до
самых дальних границ поместья.
- Это действительно нарисовал он. Если ты приглядишься, то различишь его
подпись и дату. Я увидел их и потратил
больше часа на изучение этой чертовой темы, надеясь, что найду с ее помощью ключ
к разгадке. Она, конечно, точна, но мне
ничего не удалось обнаружить на ней.
- Точная схема, - пробормотала Аврора. - Словно ее рисовал Сокол. Но по
иронии судьбы Джеффри ведь был Лисой.
Сейчас снова, и также по иронии судьбы, тебя прозвали Мерлином. Видно, сама
судьба хочет, чтобы партнерство Джеффри и
Джеймса существовало и поныне. Для этого они сами, наверное, и спрятали равные
доли своего наследства. - Она
рассматривала схему, одновременно удивляясь, как художнику удалось так подробно
изобразить поместье. - Ты прав, Хью
унаследовал талант прадеда. Просто удивительно, что эти дороги выглядят как
настоящие, словно они сами тянутся к своему
определенному месту назначения. - Аврора провела указательным пальцем по двум
пересекающимся линиям: - Эти две
тропинки ведут к живой изгороди вокруг дома, сначала они бегут отдельно друг от
друга, а потом сливаются. А эта, - она
указала на извилистую дорожку, начинающуюся от сдаваемых в аренду наделов, -
сворачивает на север и полностью
исчезает. - На ее губах появилась очаровательная улыбка. - Ты знаешь, вся эта
картина напоминает мне о легенде,
которую любил мистер Сколлард. Он рассказывал ее мне много раз, наверное,
поэтому она и стала моей любимой, ведь мне
тогда было всего восемь лет.
- И о чем же эта легенда? - с улыбкой спросил заинтересованный Джулиан.
- О реке Тамаре. Ты знаешь эту легенду?
- Все, что я знаю о Тамаре, я узнал, плавая по ней. Она поразительно
живописна, извивается среди холмов и долин. Ее
берега закованы известняковыми скалами, где ютятся деревни. Она отделяет
Корнуолл от Девоншира и течет до Плимута.
Этой удивительной области около реки посвящено много творений наших поэтов.
Поэтому, хотя я и не знаю никакой
легенды о Тамаре, но и не удивлюсь, если таковая существует.
- Ты хочешь послушать ее? Джулиан хихикнул:
- Я готов наслаждаться ею.
- Легенда объясняет, как Тамара получила свое имя. - Аврора пристально
посмотрела на схему, начав свой рассказ: -
Река была названа в честь красивой морской нимфы Тамары, которая когда-то давно
жила в пещере глубоко под землей.
Тамара отчаянно хотела увидеть великолепный и красочный мир, который, как она
знала, существовал наверху. Поэтому,
несмотря на предостережения своего отца о том, что по земле Дартмута ходят
великаны, Тамара все-таки нашла дорогу на
поверхность. Выбравшись наверх, она убедилась, что отец действительно был прав.
Два великана - Тави и Торридж -
увидели Тамару и влюбились в нее, причем каждый из них захотел обладать ею. Они
гнались за Тамарой через торфяники до
северного берега Корнуолла, где поймали ее и потребовали, чтобы она выбрала
кого-нибудь из них. Ее отец, взбешенный
тем, что дочь не послушала его, так и не смог убедить ее вернуться назад. Тогда
он с помощью волшебства наслал на
великанов глубокий сон и превратил Тамару в серебряный тихий поток. Когда Тави
проснулся, то обратился к своему отцуколдуну,
который также превратил сына в поток, спешащий через торфяники и
прокладывающий свой путь сквозь лесистую
местность в поисках Тамары. Наконец Тави нашел ее, и они слились вместе, плавно
и медленно впадая в Ла-Манш.
Торриджу тоже удалось превратиться в реку, но он сбился с пути и побежал в
другую сторону, на север через холмы в
Атлантический океан. - Аврора прикоснулась к линии, которой Джеффри обозначил
тропинку, тянущуюся от сдаваемых в
аренду наделов на север: - Вот это Торридж спешит на север через леса, чтобы
исчезнуть в океане. А эти, - она показала
две линии на схеме, тянущиеся к югу и сливающиеся перед живой изгородью,
окружающей дом Морленда, - они, как
Тамара и Тави, встречаются на землях Дартмута, около Тавистока, и плавно впадают
вместе в море.
- Встречаются в... - На лице Джулиана появилось озабоченное выражение, его
глаза впились в схему. - Ты сказала,
что это довольно известная легенда?
- Да, наверное. Мистер Сколлард часто рассказывал ее. Джулиан резко вскочил
на ноги, ему потребовалось всего четыре
широких шага, чтобы подойти к Авроре.
- Повтори, что ты только что говорила о слиянии двух рек.
Аврора бросила на него озадаченный взгляд:
- Никогда бы не подумала, что ты такой романтик. Ну да ладно. Эти тропинки
похожи на русла рек Тамары и Тави перед
тем, как они сливаются в Тавистоке и текут к Ла-Маншу.
- Значит, это там.
- Что это?
- Ты просто подсказала нам нужный ответ. - Джулиан показал на часть схемы
поместья, где две тропинки соединялись
и тянулись вниз. - Металлический ящик должен быть где-нибудь в этом районе.
- Джулиан, помилуй Бог, о чем ты говоришь?
- Подумай, Рори. Я предполагал, что ящик находится в Морленде, просто пока мы
его не нашли. Потом я решил, что
Джеффри и Джеймс спрятали здесь не ящик, а ключ, который поможе
...Закладка в соц.сетях
