Жанр: Любовные романы
Быть с тобой
...— воскликнула Рейчел, прижимая
руку к тревожно стучащему сердцу.
— Прости, я не хотел, — извинился он. — Я уже звонил в
авиакомпанию, билеты есть только на рейс через три дня. Я и для тебя
заказал. Мне почему-то показалось, что ты захочешь полететь обратно в
Лондон.
— Спасибо, но я бы хотела уехать отсюда как можно быстрее.
— Думаешь, я бы этого не хотел? — Джонатан издал неприятный
смешок. Рейчел почувствовала, что он на грани самой настоящей истерики и
держится только усилием воли. — Я ведь полюбил Селестину, я хотел дать
ей все, о чем мечтал и сам: семья, любовь, верность, опора. И вот как она
меня отблагодарила! Да и Эдди тоже хорош!
— Мне не хочется говорить об этом, Джонатан, — честно призналась
ему Рейчел.
— Да, я понимаю. Но нам нужно об этом говорить или мы сойдем с ума!
— Что тут можно сказать? — Рейчел пожала плечами. — Так уж
получилось, что нас с тобой предали любимые люди. Я не знаю, можем ли мы с
тобой, Джонатан, что-то изменить, да и нужно ли что-то менять.
Рейчел чувствовала, что сейчас расплачется, и отвернулась от Джонатана, ей
не хотелось, чтобы он видел эти слезы слабости и жалости к себе.
— Не надо стесняться, Рейчел, — тихо сказал Джонатан. — Плач
— это нормально. Гораздо хуже, когда слез нет. Когда боль не может найти
выхода и разъедает душу изнутри. Тогда от нее нет спасения и даже во сне ты
чувствуешь, как сердце разрывается на тысячи кусочков. А потом просыпаешься,
чтобы вновь жить с этой болью.
Джонатан отвернулся и уставился в окно. Рейчел несмело подошла к нему и
положила руку на плечо.
— Знаешь, когда ты ушел, я даже желала тебе испытать что-то вроде того,
что я пережила. Но сейчас понимаю, что была не права. Если ты по-настоящему
любишь Селестину... Я должна была уйти с дороги. В том, что произошло, есть
и свои положительные стороны: я полностью простила тебя, и не просто
простила, а поняла. Да и ты, мне кажется, теперь будешь относиться ко мне
по-другому.
— Да, я узнал, что ты не только красивая женщина, но и верный друг.
Знаешь, обычно, когда люди расстаются, они предлагают друг другу остаться
друзьями. Мы с тобой этого не сказали.
— Ты хочешь, чтобы мы поддерживали отношения? — удивленно спросила
Рейчел.
— Конечно! Теперь мы с тобой будем понимать друг друга, как никто
другой. Да и до рейса еще далеко, надо же нам с кем-то общаться! —
Джонатан выдавил из себя улыбку.
— Не самая лучшая шутка из тех, что я слышала, — ответила Рейчел,
адресуя Джонатану бледное подобие настоящей улыбки, — но сейчас сойдет.
— Ну что, Рейчел, мы теперь с тобой друзья?
— Да, надеюсь, что наша дружба не закончится так же, как и дружба с
Эдди, — мрачно сказала она.
— Давай хотя бы на полчаса попытаемся забыть о том, что произошло этой
ночью. Давай просто будем получать удовольствие от жизни. Мы ведь именно за
этим сюда и приехали, — предложил Джонатан.
— Тебе это не напоминает пир во время чумы?
— Напоминает, но, по-моему, лучше так, чем плакаться друг другу в
жилетку. К тому же мне не хочется лишний раз доставлять Селестине
удовольствие скорбью о ее измене.
— Да уж! — согласилась Рейчел. — Ты прав. Для нас с тобой
будет лучше, если мы попробуем хотя бы сделать вид, что все в порядке. Мне
тоже не хочется доставлять Селестине такую радость, как созерцание моих
заплаканных глаз!
— Я всегда знал, что ты, Рейчел, сильная женщина! — восхищенно
сказал Джонатан. — Два дня мы проведем в свое удовольствие, а в среду
уже улетим!
— Мне очень хочется оказаться дома. Но раз уж так получилось... Не
научишь ли ты меня кататься на лыжах? Мне будет просто стыдно признаться,
что я ни разу за пять дней на горнолыжном курорте так и не встала на лыжню!
— А ты себя нормально чувствуешь? — озабоченно спросил Джонатан.
— Что ты имеешь в виду?
— У тебя ведь был очень серьезный приступ... Я вообще удивляюсь, почему
тебя не отправили в больницу.
— Врач конечно же настаивал на госпитализации, но в детстве у меня было
несколько таких приступов, пока не разобрались, в чем дело. Я быстро после
них прихожу в себя. Если, конечно, вовремя получаю помощь. Да и если бы мой
чемодан был со мной, я бы просто приняла таблетку, и помощь врача вообще не
понадобилась бы.
— Мне кажется, что все дело в том, что тебе просто не хотелось лежать
одной в палате! — поддел ее Джонатан.
— Может быть! — рассмеялась Рейчел. — На самом деле, у меня
очень небольшая страховка...
— Значит, решила сэкономить?
— Можно сказать и так. Страховой агент ни за что бы не оплатил мне
лечение, ведь я знаю о своей аллергии и должна была следить за тем, что ем.
— Тебе не кажется, что Селестина имеет самое непосредственное отношение
к твоему приступу? — осторожно спросил Джонатан.
Рейчел немного помолчала, раздумывая над его словами. За последними
событиями она уже успела забыть о подслушанном разговоре, и вот Джонатан
вновь напомнил ей о нем.
— Сначала я отрицала это, но сейчас я уже ни в чем не уверена, —
медленно сказала Рейчел. — Но в любом случае мне ничего не удастся
доказать.
— Да, в этом-то и загвоздка! — согласно кивнул Джонатан. —
Мне ужасно стыдно, что я купился на чары Селестины. Только сейчас я понимаю,
что ей был нужен вовсе не я, а мои деньги!
— Не кори себя, Джонатан. Мне кажется, что ни один мужчина не способен
сопротивляться Селестине, если она хочет его заполучить. Ведь Эдди клялся
мне в любви, и я верю ему... И еще мне кажется, что Селестина способна на
все, чтобы добиться своего. А Эдди и тебя она считает своей собственностью.
— Ну уж я-то точно больше не ее! — возмутился Джонатан. Он
помолчал, раздумывая над словами Рейчел, и наконец принял решение: — Давай
пока что больше не будем об этом. Я зря завел этот разговор.
— Мне кажется, что мы все равно раз за разом будем к этому
возвращаться, — честно призналась ему Рейчел.
— Неужели мы с тобой не найдем других тем?! А сейчас иди переодеваться,
тебе нужно сосредоточиться не на женщинах с повадками хищниц, а на лыжах.
Спуск с горы — дело ответственное!
Рейчел выдавила из себя еще одну улыбку и вернулась к себе в комнату.
Что ни делается, все к лучшему! — поспешила утешить себя Рейчел. По
крайней мере, мы с Джонатаном все прояснили в наших отношениях.
8
Рейчел пыталась унять дрожь в ногах, но все равно у нее не получалось
контролировать свои движения так, как того хотел Джонатан. Она стояла на
лыжах впервые и отчаянно трусила, хотя и видела перед собой пологий склон.
— Так, Рейчел, теперь попробуй наклониться вперед, — сказал ей
Джонатан, внимательно наблюдающий за своей ученицей. — Не так сильно,
ты можешь и упасть!
Рейчел и сама почувствовала, что сейчас завалится в снег. Она выпрямилась и
вновь попробовала наклониться. На этот раз получилось гораздо лучше. Рейчел
даже показалось, что она наконец-то нашла ту самую точку равновесия, о
которой ей рассказывал Джонатан всю дорогу до зеленой трассы.
— Вот так уже гораздо лучше! — похвалил ее Джонатан. — Теперь
попробуй двигаться, как я.
Он сделал несколько шагов, и Рейчел попробовала их повторить. К своему
несказанному удивлению, она сразу же поехала. Рейчел радостно рассмеялась.
Она была рада, что хоть что-то сегодня получилось.
— Ты просто прелесть! — крикнул ей Джонатан. — А теперь
попробуй набрать скорость и начать спуск. Тут склон совсем пологий, так что
бояться тебе нечего. Я буду рядом. Но если начнешь падать, береги голову.
Главное — держи равновесие!
— Джонатан, ты и правда думаешь, я смогу удержать все это в
голове? — удивленно спросила Рейчел. — Я уж не говорю о
равновесии!
— Конечно сможешь! У тебя отличные данные.
— Я не люблю риск, — возразила Рейчел.
— Полюбишь, как только одолеешь первый склон. Ну давай!
Рейчел начала спуск. Скорость все увеличивалась, и чем сильнее бил в лицо
ветер, тем больше она волновалась. Рейчел уже чувствовала, что сердце начнет
сейчас работать с перебоями.
— Да, и внизу постарайся завернуть! — крикнул ей Джонатан, лениво
скользивший рядом.
— Джонатан, да я все это в жизни не запомню! — закричала
Рейчел. — Мне ужасно страшно!
— Не дергайся! Ты отлично справляешься.
— Джонатан, я не хочу больше!
— Рейчел, прекрати панику и не разговаривай! — приказал он. — Ты отлично все делаешь.
Рейчел чувствовала, что уже ничего не понимает, а ее сознание так и норовило
отключиться. Она хотела зажмурить глаза, но не решалась, разумно
предполагая, что тогда упадет гораздо быстрее. Впереди уже виднелся бортик и
конец склона. Вот уже снег под ногами стал более пологим, и Рейчел
остановилась, красиво развернувшись.
— Вот это катание! — восхищенно сказал ей Джонатан. — Я еще
ни разу не видел, чтобы новичок мог так развернуться!
— Если ты меня спросишь, как я это сделала, я ни за что не смогу тебе
ответить, — призналась Рейчел, тяжело дыша.
— Ты что, так сильно испугалась? — удивленно спросил Джонатан.
— Да я думала, что еще пара секунд спуска — и сердце остановится!
Никогда еще я не переживала ничего подобного!
Рейчел была белее снега, и Джонатан не на шутку испугался. Он подошел к
Рейчел и взял ее под руку.
— Ты себя нормально чувствуешь?
— Нет, еще никогда не терпела такой страх!
— Тогда, может быть, пойдем в отель?
— Вот еще! — воскликнула Рейчел. — Я хочу еще пару раз
спуститься по этой горе!
— Не перестаю тебе удивляться.
— Может быть, уже сегодня я попробую что-то сложнее? — умоляюще
спросила Рейчел.
— Давай-ка начнем с того, что ты еще раз десять скатишься с этого
склона! А уж потом подумаем, стоит ли тебя переводить на другую трассу в
первый же день. Одно могу с уверенностью сказать уже сейчас: талант у тебя
несомненный!
Довольно быстро Рейчел привыкла и к ветру, и к слепящему глаза блеску. Она
уже совершенно спокойно проходила зеленую трассу и серьезно подумывала о
том, чтобы попробовать свои силы на более сложном склоне. Она даже немного
заскучала и уже успевала рассмотреть других катающихся и пейзаж вокруг.
Но Джонатан был непреклонен. Он требовал, чтобы Рейчел вновь и вновь
съезжала со склона. И каждый раз находил какие-то ошибки. Наконец даже он
согласился с тем, что Рейчел стоит попробовать свои силы на другой трассе,
но не голубой, конечно. Но прежде он потребовал, чтобы Рейчел еще раз
съехала по зеленой трассе, чтобы окончательно убедиться в том, что она
освоила основы горных лыж.
Рейчел стояла на старте и смотрела на трассу, которую уже не один раз
проходила. У нее на душе было удивительно спокойно. Хотя бы в одном она была
уверена на все сто процентов: она сможет пройти эту трассу. Эта уверенность
наполняла душу Рейчел покоем и безмятежностью. На вершине пологой горы она
была свободна от всего, что творилось под ее ногами. Все проблемы вдруг
стали мелкими и неважными в сравнении с величием гор, с прошедшими веками,
которые Рейчел так остро чувствовала в ветре, дующем здесь, в снеге, который
никогда не таял, в соснах, которые не мог обхватить взрослый человек.
Она глубоко вздохнула, оттолкнулась и устремилась вниз, вновь переживая ни с
чем не сравнимое ощущение. Рейчел рассмеялась и подставила лицо острому
ледяному ветру.
Она уже могла различить внизу фигурки людей, видела, как махал ей Джонатан.
Рейчел могла и с такого расстояния различить, что он очень доволен своей
ученицей. Как вдруг возле Джонатана появились еще две знакомые фигуры.
Рейчел почувствовала, как от волнения у нее перехватило дыхание. Но она
быстро справилась с собой и восстановила равновесие.
Рейчел была рада, что успела вовремя взять себя в руки и не упала на глазах
у Селестины. Она решила, что уж сейчас-то выполнит вираж безукоризненно.
Рейчел чувствовала, что правильно делает разворот, чувствовала, как ее тело
идет по плавной дуге, она уже знала, где остановится. Но вдруг краем глаза
Рейчел увидела какое-то движение: Селестина что-то толкнула ногой прямо под
лыжи Рейчел. Она почувствовала удар и увидела, что мир стремительно
перевернулся.
Сознание возвращалось медленно, принося с собой боль. Рейчел не смогла
удержаться и застонала.
— Потерпи немного, Рейчел! — услышала она взволнованный голос
Эдди.
— Где этот чертов врач?! — кричал Джонатан.
— Ну что вы так волнуетесь? Подумаешь, простой перелом! — фыркнула
Селестина.
— Это она... — смогла пробормотать Рейчел.
— Что она, милая? — спросил Эдди, склоняясь к Рейчел.
— Это Селестина подбросила мне что-то под ноги! — прошептала
Рейчел и вновь потеряла сознание.
В следующий раз она очнулась, почувствовав, что ее куда-то осторожно несут.
Затем она услышала шум вертолетных винтов и почувствовала рывок, когда
вертолет поднялся в небо.
— Приходит в себя! — услышала Рейчел.
Боль не прошла, и Рейчел вновь не смогла удержать тихий стон. От боли ее
затошнило.
— Может быть, дать ей еще обезболивающего? — спросил тот же голос.
— Нет, она потерпит несколько минут. Мы уже почти у больницы. Говорят,
что она аллергик. Мы должны быть уверены, что у нее не начнется отек.
— Мисс, вы понимаете, что с вами происходит? — спросил ее молодой
мужчина, склонившись к носилкам.
— Я ехала с горы и упала. Сейчас меня везут в больницу, — сказала
Рейчел, морщась от боли. — У меня аллергия на рыбу и морепродукты. Зубы
мне всегда лечили с анестезией. Так что все в порядке, можете дать мне еще
обезболивающего.
— Не стоит, мисс. — Над носилками склонился пожилой бородатый
врач. — Поверьте моему опыту, ваш перелом довольно легкий. Так что
лучше потерпеть. Вам, скорее всего, даже не потребуется операция.
— У меня перелом? — удивленно спросила Рейчел.
— Да, у вас сломана правая нога, лодыжка. Мне кажется, что это простой
перелом. Так что мы вам наложим гипс, день полежите в больнице, чтобы мы
могли вас наблюдать, а потом вернетесь или в отель, или домой.
— А когда я смогу снова кататься?
— Ничего себе вопрос! — рассмеялся бородатый. — Из вас со
временем получится настоящая фанатка горных лыж. Но, боюсь, на полгода
придется зачехлить лыжи. По крайней мере на три месяца со снятия гипса.
— А когда снимут гипс?
— Вот этого я не могу знать! — Врач развел руками. — Мы
должны сделать снимок, ведь я мог ошибиться и поставить неверный диагноз.
Вдруг у вас кость сломана не в одном месте?
Рейчел почувствовала, что дурнота вновь подкатывает к горлу. Она судорожно
сглотнула и закашлялась. Модой врач тут же подал ей воды.
— Спасибо, — пробормотала Рейчел.
— Не волнуйтесь вы так! — похлопал ее по плечу бородатый. —
Все будет отлично. Чутье редко меня подводит.
— С моей везучестью в последнее время... — пробормотала Рейчел и
вновь сморщилась от боли: вертолет чувствительно тряхнуло.
— Вот мы и сели, мисс... — врач замялся.
— Рейчел Боутли, — представилась Рейчел.
— Отлично! Доктор Смахтер, — отрекомендовался бородатый
врач. — А это мой помощник — стажер Вахтерлитц.
— Очень приятно.
— Сейчас мы вас доставим в больницу, боюсь, придется потерпеть боль. Но
уже скоро мы возьмем ногу в гипс, и если все будет в порядке, выпустим вас
из больницы уже послезавтра.
— Хорошо бы! — мечтательно вздохнула Рейчел. — А то у меня
билет пропадет.
— Уже возвращаетесь домой?
Врач поддерживал разговор все время, пока Рейчел обследовали. Она быстро
поняла, что так ее просто пытаются отвлечь от боли и неприятных
воспоминаний, и Рейчел была благодарна за это. Как только она вспоминала,
что Селестина подбросила ей под лыжи какую-то палку, специально для того,
чтобы Рейчел упала, ей сразу же становилось дурно.
Как и предполагал доктор Смахтер, у Рейчел был перелом малой берцовой кости.
Ей наложили гипс и привязали ногу к растяжке. Рейчел осталась лежать в
палате, где были опущены жалюзи и солнечный свет не проникал в комнату.
Действие обезболивающего заканчивалось, и Рейчел начала понимать, что значит
сегодняшнее для нее происшествие. Она начинала адекватно воспринимать
действительность, но от этого становилось только хуже.
Если Селестина и правда решила меня убить, что же мне теперь делать? —
лихорадочно размышляла она. Сначала она накормила рыбой, теперь подбросила
эту палку — готова поспорить, только я заметила движение ее ноги! Что
дальше? Яд в кофе? Мне нужно уезжать отсюда как можно быстрее!
Дверь отворилась, и в палату вошел Эдди. Рейчел поняла, что совершенно не
готова к разговору с ним. Она была слишком слаба сейчас, чтобы пытаться
выяснить, как же им теперь жить дальше.
— Как ты себя чувствуешь? — спросил Эдди.
Рейчел сразу же поняла, что он тоже не может понять, как ему теперь себя
вести. Эдди отводил взгляд и держался слишком прямо. Рейчел постаралась
спрятать улыбку. Как ей эта прямая спина напоминала детство и юность!
— Нормально я себя чувствую, — ответила Рейчел. — А как ты?
Эдди сразу же понял, о чем она хочет спросить. Он потупился, чтобы избежать
взгляда Рейчел.
— Я тоже нормально. Просто я очень за тебя переживаю. Мне страшно от
того, что происходит вокруг тебя, Рейчел.
— Ты ведь пришел не для того, чтобы просто узнать о моем
здоровье? — требовательно спросила она.
Рейчел слишком устала, чтобы тратить время на взаимные любезности. Она
хотела только одного: чтобы между ними больше не было неясностей и
недомолвок.
— Да, — подтвердил Эдди и в первый раз решился посмотреть Рейчел в
глаза.
— Что случилось, Эдди? Почему ты так со мной поступил?
— Я должен был это сделать, Рейчел. Ты не знаешь, как опасна может быть
Селестина!
— Знаю, — тихо сказала Рейчел. — Она подбросила мне под лыжи
палку. Селестина знала, что я упаду и серьезно ушибусь, ведь я выходила из
виража, а Джонатан говорил, что это самый опасный момент для новичка. И
Селестина не могла этого не знать.
— Что ты хочешь делать?
— Я хочу уехать домой. Мне надоело рисковать своей жизнью неизвестно
из-за чего.
— Я знаю, чего хочет Селестина, — тихо сказал Эдди.
— Я тоже знаю. Она хочет тебя, или вернее твои деньги. Как до этого
хотела деньги Джонатана. Наверное, вы не единственные в ее списке. Как же ты
мог, Эдди, переспать с ней? Ты ведь и сам все это знаешь! — упрекнула
его Рейчел, не сдержавшись.
— Прости и, если сможешь, пойми меня, — тихо сказал Эдди. — Я
должен был сделать так ради того, чтобы ты была жива.
— Я не могу понять, а тем более простить! — воскликнула Рейчел.
— Прошу тебя, поверь мне, что я люблю только тебя, Рейчел! Я не могу
представить себе жизнь без тебя!
— А я теперь могу представить, как ты уходишь к другой женщине только
ради того, чтобы спасти меня! — Рейчел неприятно рассмеялась. Этот
дикий смех поразил и ее саму. Она резко замолчала и испуганно посмотрела на
Эдди. Но он, казалось, ничего не заметил.
— Рейчел, поверь мне, я люблю тебя! Если хочешь, я могу объяснить,
почему я провел ночь с Селестиной!
— Было бы интересно послушать, — скептически сказала Рейчел и
сложила руки на груди.
Она видела, что своими словами причиняет боль Эдди, но ничего не могла с
собой поделать. Сейчас для нее было важно только одно: отыграться на ком-
нибудь за все то, что пережила за эти дни. И Рейчел казалось, что Эдди
больше всех заслуживает это наказание.
— Ты не поймешь меня, пока не поверишь в то, что я люблю тебя! — с горечью воскликнул он.
— Как же я могу в это поверить, если ты только и делаешь, что
опровергаешь свои слова! — закричала Рейчел.
Она больше не могла сдерживаться. Вся боль, вся обида, что накопились в ее
душе, рвались на волю, чтобы отомстить. Если бы не больная нога, Рейчел
накинулась бы на Эдди, лишь бы причинить ему такую же боль, какую и он
причинил ей своей изменой.
— Я тебя ненавижу! Я тебя ненавижу за то, что ты сделал! —
закричала она в лицо Эдди, надеясь, что эти слова ударят его так же больно,
если не больнее, как и его измена ранила ее сердце.
— Зачем ты так, Рейчел? — укоризненно сказал Эдди.
— Да, действительно, тебе, милочка, не стоит волноваться! —
протянула Селестина, входя в палату.
— А тебе что здесь нужно? — резко спросила ее Рейчел.
— Кажется, наша милашка все еще под действием лекарств. Обычно она
более воспитанна! — сказала Селестина, обращаясь к Эдди и напрочь
игнорируя сердитую Рейчел.
— Зачем ты сюда пришла? — повторила свой вопрос Рейчел.
— Я хотела проведать тебя. Как жаль, что твоя первая попытка встать на
лыжи привела к столь трагическим результатам!
— Она была бы более успешна, если бы под лыжней не оказалось палки.
Странно, откуда эта палка вообще взялась на трассе? — В голосе Рейчел
было столько иронии, что не понять, что она имеет в виду, было просто
невозможно.
Эдди удивленно взглянул на Селестину и спросил:
— Что ты имеешь в виду, Рейчел?
— Только то, что мне кажется, будто одна милая леди решила от меня
избавиться любым способом. Непонятно, правда, чем же я ей помешала. Ведь
все, что мне было дорого, она уже отняла. Осталась только моя жизнь. Но
разве она имеет ценность?
— Конечно же имеет, глупенькая! — рассмеялась Селестина. —
Мне кажется, что есть человек, для которого эта жизнь очень ценна. И, пока
есть такие люди, человеческая жизнь имеет определенную ценность. А может
быть, она приносит лишь вред — для других людей.
Она выразительно посмотрела на Эдди. Тот ответил тяжелым взглядом
исподлобья. Рейчел с удивлением смотрела на эту дуэль.
— Мне кажется, что нам пора идти, Селестина, — глухо сказал Эдди.
Его голос был таким чужим и холодным, что Рейчел вздрогнула.
— Ты думаешь? — усмехнулась Селестина.
— Рейчел нужен покой и отдых. Я зайду завтра, тогда мы закончим этот
разговор, — сказал он, обращаясь к Рейчел. — И помни, что я тебе
сказал.
Рейчел прочитала в его глазах всего одну фразу:
Я люблю тебя
. Но она не
знала, чему верить: своему сердцу или своим глазам. Сердце подсказывало ей,
что Эдди не врет, когда говорит о любви, но ведь глаза видели, как по-
хозяйски взяла его под руку Селестина!
Когда за ними закрылась дверь, Рейчел без сил упала на подушки и
почувствовала, как из-под густых ресниц по щеке потекла слезинка.
Рейчел еще долго не могла успокоиться после того, как ушел Эдди. Ее душевная
рана вновь обнажилась и кровоточила, и Рейчел знала, что никакие
обезболивающие не в силах ей помочь. Она даже не знала, сможет ли время
залечить эту рану.
Когда доктор Смахтер увидел, в каком состоянии находится его пациентка, он
немедленно принял решение ввести Рейчел большую дозу успокоительного, и
вскоре тяжелое беспамятство, мало похожее на сон, поглотило ее.
Какие-то туманные образы возникали в ее утомленном страданиями сознании.
Визгливый женский смех преследовал Рейчел. Она видела, как Селестина
заковывает в наручники Эдди. Рейчел пыталась освободить любимого, но он лишь
покачал головой и сказал ей:
Так н...
Закладка в соц.сетях
