Жанр: Любовные романы
Неистовое сердце
...л ее делать то, чего она не хочет.
Джадду поручили отвезти ее в город.
— Может быть, я не слишком сильно давил на педаль газа, но ты
определенно была быстроногой.
Джинджер усмехнулась.
— Я предупредила тебя, что, как только ты остановишь машину, я выпрыгну и убегу назад на ферму.
— А я предупредил тебя, что, если ты это сделаешь, я поймаю тебя и
выбью из тебя дурь.
Джинджер захихикала.
— Хорошо, что ты меня не поймал.
Они снова улыбнулись оба. Их объединили теплота общих воспоминаний и
ностальгия по безумным дням невозвратной юности.
— Кажется, порой со мной были кое-какие хлопоты, — признала она
нехотя.
— Всегда одни сплошные хлопоты. — Джадд засмеялся, его смех был
приятным, как басовитый колокольный звон, витающий в воздухе. — Вот что
я скажу. Ты делала мою жизнь интересной. Каждое утро я вставал и думал,
какую пакость ты подготовила мне на сегодня. Ты меня никогда не
разочаровывала.
Джинджер улыбнулась и подобрала под себя ноги.
— Дедушка не оставил бы на мне живого места, если бы узнал, что я
налила патоку в твой комод. — Она посмотрела на Джадда, задумавшись: ей
пришла в голову неожиданная мысль. — Почему ты ни разу не наябедничал
на меня? Я так часто делала тебе пакости, но ты даже словом не обмолвился
дедушке. Почему?
Джадд пожал плечами, минуту помолчал, потягивая виски.
— Не знаю, может быть, я восторгался твоей храбростью. Может быть, мне
нравилась твоя хитрость, а ты была хитрой. — Он снова помолчал, потом
добавил: — А может быть, я просто мазохист в душе.
— Сомневаюсь, — засмеялась Джинджер, она немного
успокоилась. — Все же, я полагаю, мне следовало бы извиниться за свои
выходки. — Джинджер ехидно усмехнулась. — Но я не буду, ведь в то
время я думала, что ты заслуживаешь такого обращения.
— Хорошо, что ты не извинилась. Не надо разрушать свой имидж
скандалистки.
— В таком случае пойду-ка я наверх спать. Хочешь?
Она протянула ему свое виски, к которому не притронулась. Ей оно больше не
было нужно. Она полностью успокоилась, их непринужденная беседа, наполненная
воспоминаниями, подействовала на нее благотворно.
— Нет, спасибо. Мне тоже пора на боковую. — Он поднялся вместе с
ней и опустошил свой стакан, потом поставил оба стакана в бар.
— Не забудь, завтра рано утром привезут цыплят, — напомнил он ей.
— Как я могу забыть. Я ненавижу цыплят. — Она скорчила гримасу,
чтобы передать свои чувства.
Джадд фыркнул.
— Ты привыкнешь к ним.
— Я полагаю, что так и будет. Я ненавижу тебя и начинаю привыкать к
тебе, — сказала она, хихикнув.
Он тоже засмеялся, давая ей понять, что не рассердился за ее слова.
Джадд выключил свет в гостиной, и они поднялись по лестнице.
— Спокойной ночи, Джадд, — сказала Джинджер, когда они подошли к
двери ее спальни.
— Спокойной ночи, Перчинка. Приятных сновидений.
Он пошел к себе, а Джинджер вошла в спальню и прикрыла за собой дверь. Она
не совсем понимала, что же, в сущности, только что произошло между ними. Но
каким-то образом они смогли забыть о своей враждебности и напряженности и
просто получать удовольствие от общения. Она не знала, почему произошла
перемена в их отношениях, но надеялась, что теперь так будет всегда.
— Ой, они такие милые! — воскликнула Джинджер, со смехом
разглядывая маленьких цыпляток, которые покрыли весь пол в питомнике.
Джадд улыбался, наблюдая, как она нагнулась и подобрала одного.
— Не слишком привязывайся к нему, однажды он может оказаться у кого-
нибудь на тарелке во время воскресного обеда.
Джинджер кивнула головой, отпуская цыпленка. Она давно узнала реалии
сельской жизни. Дедушка тоже предупреждал ее, что ей придется страдать, если
она привяжется к определенному животному.
Она посмотрела на Джадда, который проверял обогревательные лампы питомника.
Кстати, о привязанности к определенному животному... Она криво усмехнулась.
Непринужденный дух товарищества, который установился между ними накануне
вечером, сохранялся и утром, снимая напряжение, успокаивая нервы. Эта новая
попытка заключить перемирие выглядела странной, но была приятной.
— Итак, что будет теперь? — спросила она, когда он закончил
проверять лампы и они вышли из питомника.
— Цыплята проведут здесь около месяца. Когда они полностью оперятся, мы
выпустим их в вольер, — объяснил он.
— Ты хочешь сказать, когда они станут большими и безобразными, они
будут выпущены в вольер. А я думала, на большинстве птицеферм цыплята
содержатся в маленьких клетках.
— Верно, но именно этим цыплята из
Островка спокойствия
будут
отличаться от других. Мы собираемся выращивать цыплят по старинке. Твой
дедушка хотел, чтобы они росли, копаясь и ковыряясь в земле, как им
предначертал Господь. Никаких клеток, никаких химикатов, только свежий
воздух, солнечный свет и натуральное зерно. — Лицо Джадда озарилось
юношеским воодушевлением. — Я уже договорился с организатором сбыта и
дистрибьютером. — В приливе энтузиазма он схватил ее за обе
руки. — Это своего рода азартная игра, Джинджер, в ней можно и
проиграть, но я думаю, что наше рискованное предприятие принесет
Островку
спокойствия
небывалый успех, который превзойдет самые фантастические
ожидания.
— Исходя из бумаг, которые мне показал мистер Робертс, я полагала, что
Островок спокойствия
и так уже довольно благополучная ферма.
Он отпустил ее руки, и они продолжили свой путь.
— Да,
Островок спокойствия
выглядит достаточно благополучной фермой
на бумаге, но основные средства вложены в сельскохозяйственную технику и
землю. Если тебе придется продавать свое имущество, ты будешь не так уж
плохо обеспечена, но, продолжая вести хозяйство, ты будешь едва сводить
концы с концами. — Они подошли к коровнику, он сел на верхнюю
перекладину изгороди, огораживающей красное строение. Джинджер облокотилась
на изгородь рядом с ним. — Я хочу, сделать
Островок спокойствия
преуспевающей, благополучной фермой, чтобы нам никогда не пришлось
беспокоиться, как бы ее у нас не отобрали.
Джадд произнес это с таким чувством, что Джинджер поняла: он употребил
множественное число —
у нас
, — не осознавая этого.
— Эта ферма так много значит для тебя?
Джадд долго не отвечал. Он пристально смотрел вдаль, а когда наконец
заговорил, все еще находился далеко отсюда, в своем прошлом.
— Я родился на ферме, — начал он, его голос выдавал человека,
вспоминающего тяжелые времена. — Это была маленькая ферма сразу же за
пределами Канзас-Сити. Мой отец не был хорошим хозяином, но он был удачлив.
Когда он нас оставил, на счете в банке было достаточно денег, чтобы
продержаться еще несколько лет. К сожалению, мама была слишком эмоционально
неустойчива, чтобы вести хозяйство. У нее бывали приступы глубокой
депрессии. — Джадд внезапно замолчал, словно воспоминания были слишком
тяжелы, чтобы произнести их вслух. Наконец он заговорил, скованно и
неестественно, будто читал плохой сценарий: — Когда мне было двенадцать, мы
потеряли ферму. Я и сам не осознавал, какую весомую часть своей души отдал
ей. После того как отец ушел, мама стала как будто чужой. И только земля
оставалась прежней — близкой и надежной. Я знал, что она никогда не оставит
меня, никогда не предаст. Но теперь я потерял и ее. Мы переехали в унылую
маленькую квартирку недалеко от скотопригонного двора. Теперь мать даже не
пыталась бороться с депрессией. Она с головой погрузилась в пьянство и так и
не выкарабкалась.
Увидев боль, которую он старался скрыть, Джинджер положила свою руку на его.
Ее сердце разрывалось от жалости к маленькому мальчику, которым он когда-то
был.
— Такой маленький, а пережить пришлось так много, — тихо
проговорила она.
Он беспечно улыбнулся, ни в коем случае не желая показывать свою боль,
обнаруживать свою слабость.
— Мне было не так плохо. По крайней мере у меня был Том.
— Мой дедушка? — спросила Джинджер с удивлением. — Но я
думала, что ты познакомился с ним в тот день, когда приехал сюда и дедушка
нанял тебя на работу.
Джадд покачал головой.
— Я познакомился с Томом, когда мне было тринадцать. Я, бывало, целыми
днями околачивался у скотопригонного двора, слушал байки фермеров,
приезжавших туда продавать и покупать скот. Там я и встретил твоего дедушку.
— Это о нем ты упомянул вчера? Он был тем, кого ты понарошку считал
своим отцом?
Джадд утвердительно кивнул головой. Мир Джинджер слегка покачнулся. Как
странно, что дедушка играл важную роль не только в ее жизни, но также и в
жизни Джадда! А она даже не знала об этом.
— Твой дед обычно приезжал в город раз в месяц по субботам. И как же я
ждал этих дней! Том обычно водил меня обедать, на обед был большой бифштекс,
твой дед разговаривал со мной как с равным... так, словно я был важным
человеком. Он рассказал мне все об
Островке спокойствия
, и я мечтал когда-
нибудь приехать сюда и разделить с ним все хлопоты. — Джадд покраснел,
словно стесняясь своей откровенности.
Джинджер молчала, борясь с противоречивыми чувствами. Теперь она лучше
понимала его привязанность к
Островку спокойствия
. И она не могла больше
сомневаться в том, что Джадд любил ее деда. Но где-то внутри у нее сидела
маленькая девочка-сиротка, которая считала, что ее обманули. Джадд вторгся в
их жизнь, и дедушка отдал ему часть своей любви, которая в ином случае
принадлежала бы ей одной. И, даже по-новому понимая Джадда, она все равно
злилась на него — хотя бы за то, что Джадд недостаточно упорно разыскивал
ее, когда дедушка умер. Он сообщил ей только через три дня, и поэтому она не
смогла вовремя прибыть на похороны.
Но день был слишком хороший, чтобы собирать свои обиды и выплескивать их на
Джадда. Слишком радовало ее хрупкое перемирие, которое установилось между
ними.
— Пойдем. Лайза, наверно, уже приготовила завтрак.
Джадд кивнул головой и спрыгнул с изгороди, они вместе пошли к дому.
— Вечером в пятницу в
Клубе лосей
будут танцы, — сказал
он. — Я собираюсь пойти, а ты не хотела бы составить мне компанию?
Это неожиданное приглашение подтвердило, что между ними сложились совсем
другие взаимоотношения.
— Пойдем.
Джинджер, к своему удивлению, очень обрадовалась перспективе пойти с Джаддом
на танцы.
— Только обещай мне одно.
— Что же?
— Что не выпрыгнешь из машины и не побежишь обратно на ферму.
— Обещаю, — с готовностью согласилась она, сама не понимая, почему
вдруг почувствовала себя такой счастливой.
— Живей, Джинджер. А то приедем к шапочному разбору! — крикнул
Джадд снизу.
— Подожди минутку, я сейчас спущусь!
Джадд посмотрел на часы, потом дотронулся до нагрудного кармана на рубашке,
проверив, взял ли он маленькую записную книжку, в которой был список
предполагаемых мужей для Джинджер. Он чувствовал себя уверенно и был спокоен
за план, который разработал. Любой мужчина, который проявит к Джинджер
интерес, и любой мужчина, на которого Джинджер обратит внимание, попадут в
его список. Конечно, на танцах найдется парень, который сможет терпеливо
сносить ее упрямство и огненный темперамент. Непременно в Джентри найдется
парень, который сможет полюбить Джинджер, несмотря на ее недостатки.
— Эй, Джинджер! — опять крикнул Джадд снизу, ему не терпелось.
Он уже и так на десять минут опаздывал к Аманде. А ведь Аманда явно будет не
в восторге, когда увидит в машине Джинджер. Он не предупредил ни одну из
них, что на танцы идут они обе. Аманду — чтобы не слышать ее хныканья и не
видеть, как она дуется, а Джинджер — полагая, что это не имеет для нее
значения.
Джадд снова посмотрел на часы и нетерпеливо вздохнул. Но вот она появилась
на верхней площадке лестницы, и у него перехватило дыхание. Джинджер
спускалась по ступенькам, напоминая калейдоскоп ярких красок, трепещущую
радугу.
Лиф платья на тонюсеньких бретельках был лимонно-желтого цвета и красиво
оттенял загар, появившийся за последние несколько дней. От талии начинались
оборки ярких цветов — оранжевого, красного, пурпурного.
Платье было коротким, выше колен. Ярко-желтые туфли на высоких каблуках
подчеркивали изящество и длину ее ног. Полная жизни, она пробуждала
страсть... Джадд почувствовал резкое до боли желание, желание, которое он
так долго не хотел признавать.
— Пора, — бросил он отрывисто, за недовольством прячась от
незваных эмоций.
Не дожидаясь Джинджер, Джадд схватил ключи с приставного столика и двинулся
к парадной двери.
Джинджер нерешительно последовала за ним, сожалея, что их вечер начался не
слишком весело. Наверное, это платье выбило его из колеи, подумала она. Оно
довольно смелое, слишком праздничное. Но у Джинджер было праздничное
настроение, как у маленького ребенка, предвкушающего день рождения, и она
хотела, чтобы ее наряд отражал ее настрой.
— Мне следовало бы надеть саван, — пробормотала она, еще не догнав
его.
Джадд ожидал, что она огрызнется. Но, к его удивлению, она осторожно села в
автомобиль, ее глаза потускнели от обиды.
Проехав немного, он понял, что не сможет больше выдержать. Ее молчание
действовало ему на нервы, усугубляя его вину.
— Извини, что я сорвался, — в конце концов сказал он.
— Извини, что я заставила тебя ждать, — спокойно ответила она.
Джадд выглядел воистину потрясающе. На нем были черные широкие брюки и светло-
серая рубашка, которая гармонировала с его глазами. Он казался искушенным и
уверенным в себе человеком, который мог сохранять достоинство в любой
компании. И, только заглянув ему глубоко в глаза, можно было ощутить
настороженность, глубину душевного волнения, которые он тщательно скрывал.
Это были глаза человека, который знал, чего хотел, и который готов был
добиваться этого энергично и страстно.
У Джинджер возникло ощущение, что она и Джадд — родственные души. Если бы
тогда давно жизнь не развела их на противоборствующие позиции, они могли бы
стать друзьями. Он был один из немногих, кто мог поспорить с ней на равных:
железная воля против железной воли, темперамент против темперамента.
— Почему ты не женился? — Вопрос слетел с ее уст неожиданно для
нее самой.
Джадд посмотрел на нее с удивлением. Обдумав вопрос, он понял, что у него
нет для нее настоящего ответа, кроме банального.
— Вероятно, потому, что никогда не встречал женщины, без которой не мог
бы жить.
Он не скажет ей, он не может сказать ей, что всегда немного боялся поверить
в любовь. Раньше любовь всякий раз оборачивалась для него потерей.
— Ты даже не был влюблен?
— Мой опыт научил меня, что любовь недолговечна. Люди уходят, они
бросают, они умирают. Люди не остаются с тобой. А вот земля — она остается.
Джинджер отнеслась к его словам как к печальному результату его трудного
детства. Что касалось ее родственных связей, они тоже оказались
недолговечны. Дедушка был единственной опорой в ее жизни, а теперь он умер.
Но если Джадд решил не доверять свое сердце любви, то Джинджер, наоборот,
жаждала любви. Она хотела разделить свою жизнь с кем-нибудь, с кем могла бы
радоваться солнечным дням и кто мог бы крепко обнимать ее в грозовые ночи.
Все же, несмотря на разногласия, каждый раз, когда она говорила с Джаддом,
она узнавала о нем что-нибудь новое. Каждый раз, когда он открывал ей свою
душу, он оказывался совсем непохожим на того холодного, ехидного, корыстного
человека, каким она его однажды вообразила.
— Земля достаточно холодный партнер в постели, — в конце концов
мягко сказала она.
Глаза Джадда казались серебристыми в свете приборной доски.
— У меня никогда не было проблем, чтобы найти более теплого партнера.
— Я уверена, что не было, — ответила она холодно.
Джинджер рассердилась на себя, почувствовав небольшой укол ревности оттого,
что он мог быть в постели с другой женщиной.
— Не сомневаюсь, что есть женщины, которым нравится спать со змеями.
— Вот теперь я узнаю свою любимую Перчинку.
Ее злость улетучилась так же быстро, как и появилась. Джинджер не хотела
сражаться с ним, сегодня — нет. Она хотела... странно, она сама не знала,
чего хотела, когда дело касалось Джадда.
Она смотрела на него, изучая его профиль в тусклом свете от приборной доски.
Да, он физически привлекателен. С его густыми темными волосами и правильными
чертами лица он даже очень красив. Ее тянет к нему. Но, к ее тревоге,
притягивает ее в нем нечто большее, нечто более глубокое, более
основательное, чем просто физическая привлекательность.
Поддавшись порыву, она положила ладонь на его руку.
— Спасибо, что пригласил меня. Приятно повидать старых друзей. —
Джинджер улыбнулась ему. — Ты хорошо танцуешь?
— Я все делаю хорошо.
Джинджер засмеялась.
— Особенно ты преуспел в скромности.
— Я научился этому у одной маленькой девочки, которую знал в
старину. — Он посмотрел на нее, его взгляд был теплым, как
прикосновение летнего ветерка к обнаженному телу.
Джинджер выдержала его взгляд, пытаясь представить, что она будет
чувствовать, танцуя с ним, когда его сильные руки обнимут ее, а его сердце
будет биться совсем близко. Она не хотела, чтобы он думал о маленькой
девочке, которой она когда-то была. Она провела кончиком языка по губам, во
рту неожиданно пересохло, в машине возникло странное напряжение.
— На тот случай, если ты не заметил, маленькая девочка уже
выросла, — ответила она.
— Я заметил. — Его рука напряглась под ее ладонью.
Атмосфера была нарушена, когда он повернул направо.
— Куда ты едешь? По-моему, в
Клуб лосей
налево, — с любопытством
сказала Джинджер.
— Да, но я должен заехать за Амандой.
— За Амандой?
Она была так потрясена, что до нее не сразу дошло. Потом к потрясению
добавилась ярость. Как он смеет? Как он посмел не сказать с самого начала,
что у него свидание с Амандой, а она, Джинджер, просто третья лишняя?
Джадд остановился перед домом Аманды. Джинджер поборола желание выскочить из
машины и убежать назад на ферму. Она прищурила глаза, наблюдая, как Джадд
пошел по боковой дорожке к входу. Аманда ждала его в дверях. На ней было
нечто воздушное, розовое и замысловатое. И было похоже, что ее туалет может
растаять на жаре! Нет, решила Джинджер, наблюдая, как эти двое приближаются
к машине. Она и не подумает возвращаться на ферму. Никоим образом она не
собиралась позволить мистеру Самцу и этой розовой слойке с кремом помешать
ей развлечься сегодня вечером.
ГЛАВА СЕДЬМАЯ
— Джадд, дорогой, ты не хочешь потанцевать? — промурлыкала Аманда,
наклонившись над столом и ведя вверх по его руке острым розовым ноготком.
— Мне не хочется танцевать, — ответил Джадд, отодвигая свою руку
подальше от Аманды.
Она надула губы.
— Я думала, что мы пришли сюда хорошо провести время. Я не знала, что
ты собираешься весь вечер сидеть и злиться.
— Я не злюсь, — возразил он. — Просто мне неохота танцевать.
— Но все танцуют! — воскликнула Аманда, невольно взвизгнув, как
двигатель маломощного мотоцикла. — Все веселятся, кроме нас. Посмотри
на Джинджер, она танцует почти каждый танец.
Все танцы, кроме одного, подумал мрачно Джадд, его взгляд был устремлен на
рыжеволосую царицу бала. Стоило им переступить порог
Клуба лосей
, и
холостые парни обступили Джинджер, словно настоящие лоси на водопое,
толпящиеся вокруг источника. Противно смотреть, как взрослые мужчины строят
из себя дураков перед рыжей озорницей, чьи ноги оказались самыми
сексуальными, фигура самой стройной, а улыбка самой кокетливой на этих
танцах. И почему она танцует именно так — крутя бедрами, извиваясь всем
телом, откинув назад голову, чтобы продемонстрировать грациозный изгиб шеи?
Когда музыкальный автомат отыграл очередную мелодию, один парень предложил
Джинджер стул, а еще трое бросились в бар, очевидно, чтобы принести ей
выпить. Совсем как в фильме
Унесенные ветром
: Джинджер в роли Скарлетт
О'Хары устраивала прием своим поклонникам.
Джадд начал свой вечерний отбор претендентов с тех, кто, как ему казалось,
был больше всех увлечен Джинджер. Мысленно он добавил их имена к списку
кандидатов, который лежал в его записной книжке. Но постепенно он производил
отсев. Все эти холостяки казались ему безмозглыми баранами,
загипнотизированными ее очаровательной улыбкой, впавшими в транс от ее ярких
волос и веселости. Эти парни не подошли бы ей в качестве мужей. Они не для
такой женщины, как Джинджер. Ей необходим мужчина, который мог бы
противостоять ей, — мужчина, равный ей по силе воли и интеллекту.
Джинджер необходим мужчина достаточно сильный, чтобы справляться с ее
слабостями, и достаточно слабый, чтобы любить ее силу. Джадду пришлось
признать: Том дал ему невыполнимое задание.
— Я просто не понимаю тебя, Джадд. Зачем ты пришел сюда, если не хочешь
веселиться? — Голос Аманды стал напоминать двигатель, набирающий
обороты.
— Мне весело. — Джадд посмотрел на женщину, сидящую рядом, потом
снова на Джинджер, которая опять танцевала. И подумал: как будто сначала я
увидел обычную моль, а потом мой взгляд приковала трепещущая экзотическая
бабочка.
— Если ты не собираешься танцевать со мной, может, мне поискать другого
партнера? — спросила Аманда, сменив высокие нотки на тон обиженного
ребенка.
— Пожалуй, это хорошая идея, — ответил Джадд.
Он не хотел выглядеть невежливым, но отдавал себе отчет в том, что это их
последнее свидание. Ему не нужна такая женщина, как Аманда. Ему нужна...
Джадд стиснул зубы, боясь закончить начатую мысль. Его взгляд снова был
прикован к рыжеволосой царице бала.
— Да ну же, Джинджер! Почему ты отказываешься встретиться со мной в
выходные?
Джинджер посмотрела на красивого парня, с которым танцевала, одарив его
широкой улыбкой.
— Скажу тебе, Билли Уэйн Грин, я удивлена твоим предложением. Насколько
я помню, до моего отъезда в Нью-Йорк ты называл меня стручком красного перца
— дескать, я такая же жгучая и тощая.
— Джинджер, мы же были тогда детьми. Об этом пора забыть, —
возразил Билли Уэйн, его красивое лицо хмуро искривилось.
— Да, но и кое о чем другом тоже пора забыть, — вполголоса, как бы
про себя, сказала Джинджер.
— Что? Повтори, пожалуйста.
— Ничего. — Джинджер помотала головой и знаком дала понять, что
громкая музыка мешает продолжать беседу.
Танцуя, она изучала привлекательного блондина, который был ее партнером.
Когда они росли, она всегда была немного увлечена Билли Уэйном Грином, с его
смазливым лицом и золотистыми волосами. Все были чуточку увлечены им,
включая и самого Билли Уэйна. Вообще-то она должна бы почувствовать
волнение. Ведь ее детская любовь, которая когда-то заставляла учащенно
биться ее сердце, теперь прямо-таки умоляет о встрече. Но она ничего не
чувствовала. В этом зале только один мужчина вызывал у нее волнение.
Она бросила взгляд на Джадда: сейчас он сидел за столиком один, а его
розовое пирожное танцевало с Харви Ли, самым главным банкиром Джентри. Не
оттого ли Джадд нахмурился, словно обнаружил лису в своем драгоценном
курятнике? Джинджер, решив, что ей безразлична причина его хмурого вида,
продолжала улыбаться Билли Уэйну, пока музыка не закончилась.
— Спасибо за танец, — сказала она, вместе с Билли направляясь к
бару.
— Джинджер, ты мне не ответила, — сказал Билли Уэйн, когда она
взяла бутылку холодного пива и отхлебнула большой глоток. — Ты будешь
со мной встречаться или нет?
Он озабоченно провел рукой по волосам, будто хотел удостовериться, что его
прическа осталась идеальной. Так оно и было.
— Нет, — ответила
...Закладка в соц.сетях
