Жанр: Любовные романы
Медовый месяц
...и снова покрыл поцелуями ее
лицо, затем жадно приник к губам, раздвигая их и чувствуя, как волны желания
заставляют дрожать ее тело.
Когда он бережно положил ее на песок, а сам опустился сверху, Кэрин не
чувствовала ничего, кроме головокружительного восторга от его мужской
близости. На ней была блузка из тонкого полотна без рукавов. Пуговицы
спереди легко расстегнулись под его быстрыми опытными пальцами. Кружевной
лифчик тоже не составил препятствия для лихорадочно ищущих рук. Первое
прикосновение пальцев к обнаженной коже заставило ее задрожать как в
лихорадке. Логан касался ее груди нежно, не спеша приближаясь к затвердевшим
соскам. Затем он быстрым движением сорвал с нее оставшееся нижнее белье и
провел рукой между ног, как бы невзначай касаясь самого интимного. Она
закрыла глаза и погрузилась в мир откровенной чувственности, отзываясь на
каждое требование своего восхитительного любовника. На какой-то краткий миг
ей показалось, что он отстранился, но затем снова оказался на ней, раздвигая
ее бедра. Кэрин невольно вскрикнула, почувствовав давление восставшей
мужской плоти. Ее глаза широко раскрылись от удивления, когда его движения
стали настойчивее, внутренние мускулы невольно напряглись, сопротивляясь
вторжению. Все зашло гораздо дальше, чем она мечтала, если ее мечты вообще
заходили так далеко. Сейчас Кэрин томило желание слиться в неразрывное целое
со своим возлюбленным, позволить ему заполнить образовавшуюся пустоту,
открыть путь к самой сути ее женского эго.
Вдруг давление стало невыносимым, вызвав мгновенную резкую боль, которая так
же быстро ушла, как и возникла. На смену ей по телу разлились приятные волны
тепла. Подчиняясь древнему как мир инстинкту, она задвигалась, поднимая и
опуская бедра в любовном ритме. Кэрин слышала учащенное дыхание Логана, но
не осознавала, что стоны срывались с ее собственных губ. Они достигли
кульминации экстаза. Кэрин показалось, что она отдала Богу душу и
отправилась прямой дорогой в рай. Затем она погрузилась в небытие.
Как долго пролежали они так, вдвоем? Кэрин не знала — она потеряла счет
времени. Когда ее душа опустишь с Небес на Землю и она открыла глаза, то
увидели над собой вечернее смеркающееся небо, не чувствовала тяжесть и тепло
тела, прижимавшего ее к земле. Ее ноги были широко раздвинуты, и он еще не
вышел из нее, хотя ощущение наполненности уменьшилось, и она едва
чувствовала его присутствие.
Я удовлетворила его, восторженно подумала Кэрин. Не было ни чувства стыда,
ни сожаления. Во всяком случае, не в тот момент. Чудо всего происшедшего
оглушало своей новизной, и она не могла чувствовать угрызений совести.
— Теперь мы принадлежим друг другу, — тихо прошептала Кэрин,
касаясь губами его темных волос. — Навсегда!
Ответа не последовало. Логан продолжал лежать неподвижно, уткнувшись лицом в
ее плечо. Но когда он вдруг поднялся, неожиданно и резко, его глаза смотрели
в сторону, взгляд был суровым и отчужденным.
Кэрин была слишком потрясена, чтобы что-то понимать, она только
почувствовала, как ветерок, словно сочувствуя, опустил подол юбки, прикрыв
ее наготу.
Когда она наконец приподнялась, опершись на локти, он сидел к ней спиной,
немного в стороне. Его руки безвольно лежали на коленях, он низко опустил
голову. Кэрин подумала, что так может выглядеть человек с тяжелым бременем
на душе.
— Что-нибудь не так? — робко спросила она, все еще не понимая до
конца этой неожиданной в нем перемены.
— Оденься, — бросил он в ответ, не поднимая головы. Голос звучал
сурово.
Она подчинилась, поспешно застегнув пуговки на блузке одеревеневшими от
нервозности руками. Когда закончила одеваться, Логан обернулся и посмотрел
на нее. Было очевидно, что он с усилием контролирует свои чувства.
— Этого не должно было случиться, — твердо заявил он. — Ты
еще дитя, Кэрин. Я не имел права воспользоваться тобой.
— Я не дитя! — В этот момент она отдала бы душу, чтобы убедить его
в этом; ее лицо пылало от сильного волнения. — Я люблю тебя, Логан. Ты
сделал только то, чего я сама так сильно желала, то, что делают все
влюбленные мужчины и женщины.
— Ты — не женщина, и ты не влюблена в меня. — Его слова звучали
резко и не оставляли надежды. — Ты увлеклась, это случается, но все
пройдет со временем. Что до того, что было между нами... Я могу только
надеяться, что Бог не допустит последствий.
Кэрин схватила Логана за руку, когда тот попытался подняться, и с отчаянием
потянула его к себе.
— Ты не можешь так просто уйти. Я не позволю тебе!
С тем же непреклонным видом Логан оторвал ее пальцы и поднялся, оставив ее
сидеть на песке. Наконец сознание происшедшего надвинулось на Кэрин, как
грозовая туча.
— Я должен идти, — сдержанно сказал Логан. — Я не оставил
себе другого шанса. Ты больше не увидишь меня, если только... — Он
замолчал, поджав губы, затем резко повернулся и направился туда, где конь
по-прежнему терпеливо ждал его.
Онемев от горя, Кэрин смотрела, как он вскочил в седло и поехал прочь, ни
разу не оглянувшись на прощание. Только когда лошадь и всадник слились вдали
в одну маленькую точку, Кэрин нашла в себе силы пошевелить ногами. Она
чувствовала себя нечистой, как будто над ней надругались. В душе она
поклялась себе, что никогда ни один мужчина больше не коснется ее тела. С
сексом было покончено — и навсегда!
Тремя днями позже она случайно узнала, что Логан неожиданно уехал в
Австралию. За все это время она ни разу не пришла на берег. От любви до
ненависти один шаг. Так произошло и с Кэрин. Теперь ненависть заполняла
каждое мгновение ее жизни с момента пробуждения по утрам.
Гнетущие мысли о возможной беременности доводили ее до физической дурноты, а
от перспективы во всем признаться родителям делалось и того хуже. К счастью,
уже через неделю Кэрин получила доказательство того, что на сей раз все
обошлось. Но это никоим образом не изменило ее отношения к человеку,
заставившему ее так страдать.
2
Воскресный день тянулся монотонно, не обещая никаких сюрпризов. И все-таки
душевное беспокойство, терзавшее Кэрин уже несколько дней, заставило ее
выйти из дома. Был теплый летний полдень, и она решила побродить по городу.
Солнечные дни привлекали толпы отдыхающих. Впервые за последние несколько
недель центральный пляж напоминал муравейник. Самые отчаянные отваживались
окунуться в море, испытывая себя на прочность в воде отнюдь не летней
температуры. Мысль о холодной воде заставила Кэрин поежиться. Даже в лучшие
сезоны она никогда не плавала в море раньше августа.
Было часа четыре, когда Кэрин, так и не встретив никого из знакомых, решила
вернуться домой. Большой охоты спешить не было, так как впереди ее ожидал
одинокий скучный вечер. Наверное, отец прав, признала Кэрин со вздохом. Она
действительно проводила слишком много времени вдали от сверстников. Проблема
заключалась в том, чтобы найти того, с кем действительно хотелось бы
разделить часы досуга. После отъезда Джейн у нее не осталось подруг. Ей были
чужды интересы девушек ее возраста. Они проводили большую часть времени либо
в кабачках, либо на дискотеках, где грохот музыки исключал всякую
возможность дружеской беседы.
На окраине города у перекрестка не было машин, и Кэрин решила перейти
дорогу, не дожидаясь появления зеленого света светофора. Свою ошибку она тут
же поняла, как только рядом резко засигналил автомобиль, появившийся
неизвестно откуда.
Торопясь к тротуару, она споткнулась об его обочину и чуть не растянулась во
весь рост, сильно ударившись коленом о каменный край. Краем уха она
услышала, как хлопнула дверца машины, затем чьи-то руки подхватили ее и
поставили на ноги.
— Благодарю, — сказала Кэрин, сдерживая слезы и стараясь не
замечать ноющей боли в колене. — Это моя вина, — и вдруг словно
поперхнулась, так как, подняв голову, увидела своего спаси теля. Робкая
улыбка вместе со словами извинения застыла у нее на губах.
— Так и есть, — согласился Логан. — Ты здорово ушиблась. Нога
сильно болит?
— Не очень, — заверила она его, наконец обретя дар речи, чего
нельзя было сказать о состоянии равновесия. — Все в порядке!
— Я так сразу и подумал. — Логан не удержался от легкой
насмешки. — Лучше садись в машину, и я подвезу тебя домой.
— Я уже сказала, что все в порядке! — огрызнулась Кэрин. — В
любом случае, мне уже недалеко.
— До Сент-Элбанса, насколько я помню? Нам все равно по пути. — Его
тон не допускал возражений.
Кэрин вдруг заметила, что на заднем сиденье серебристо-голубого
Мерседеса
,
припаркованного на обочине дороги, сидит женщина. Элен Бэнистер,
темноволосая, как и ее сын, была в округе известной личностью. Ее знали в
лицо даже те, кто никогда не был с нею знаком. Мать Логана наблюдала за
происходящим не без любопытства. Бледность ее лица и впалые щеки уже
выдавали признаки болезни.
— Думаю, тебе лучше послушаться Логана, — крикнула она через
открытое окно.
Логан положил конец спору, крепко взяв Кэрин за руку и потащив ее к машине.
Не имея возможности сопротивляться, она была готова устроить сцену, но
вместо этого скользнула на заднее сиденье. Бэнистер захлопнул за нею дверцу.
За время пути Логан не сказал ни слова, но Кэрин чувствовала, что он
наблюдает за ней в зеркало заднего вида, и тут же вообразила, как холоден и
насмешлив его взгляд. Они уже подъезжали к повороту с основной магистрали, и
Логан сделал его, не притормаживая, так же, как и следующий — на Сент-
Элбанс. Он ловко подвел машину прямо к воротам дома Грегори и выключил
мотор. Логан вышел, открыл дверцу и протянул Кэрин руку. Она неохотно
приняла ее и тут же выпустила, как только вышла из машины. Теперь, стоя у
ворот, она вновь почувствовала неуверенность и, чтобы хоть как-то смягчить
неловкость ситуации, повернулась к машине и улыбнулась матери Логана.
— До свидания, и спасибо вам за все.
Элен Бэнистер кивнула ей, но ничего не сказала. Направившись к двери, Кэрин
вдруг подумала, что миссис Бэнистер выглядела так, как будто не знала, что
ей сказать.
— Мне нужно серьезно поговорить с тобой, — услышала она голос
Логана. Он сказал это тихо, но настойчиво.
Она остановилась, напряженная как струна.
— У нас нет общих тем для разговора.
— А я говорю, что есть. — Логан помолчал и скорее утвердительно
ответил, нежели спросил: — Ты, конечно, не захочешь пригласить меня в дом.
Кэрин резко вскинула голову:
— Нет!
— Тогда встретимся сегодня вечером на пляже. В семь часов. На том же
месте.
Он сел в машину и тронулся с места, прежде чем она успела ответить. Миссис
Бэнистер помахала ей рукой на прощание.
Глядя вслед удалявшейся машине, Кэрин не могла взять в толк, что же такое
мог бы сказать ей Логан, чего еще не было сказано. Во всяком случае, ничего
такого, что ей хотелось бы услышать. Пусть ждет сколько хочет. Она не
придет.
С другой стороны, он может и явиться к ней домой. Как она потом объяснит
родителям этот визит? Выбора не было. Придется пойти к нему.
Кэрин вздохнула с облегчением, когда никто не заметил ее возвращения. Колено
сильно болело и, как предупредил ее Логан, стало понемногу неметь.
Поднимаясь вверх по лестнице, она старалась не хромать, чтобы не привлекать
внимания. Нужно было осмотреть рану.
После беглого осмотра Кэрин пришла к выводу, что это был сильный ушиб. К
утру колено наверняка посинеет, поэтому короткие юбки придется на время
отложить в сторону. К счастью, современная мода не ставила жестких
ограничений относительно длины.
Как всегда по воскресеньям ужинали в шесть. Все это время Кэрин одолевали
сомнения, надо ли ей встречаться с Логаном. Наконец естественное любопытство
взяло верх, а может быть, она сама себя в этом убедила.
Когда Кэрин сказала, что снова пойдет на прогулку, никто не возразил. Мать
устроилась перед телевизором, ее внимание было поглощено любимой комедийной
передачей, отец с головой ушел в газету — возраст брал свое.
Кэрин пришла на место встречи в назначенный час. Пляж был пуст, если не
считать кружившихся с криками чаек. Спустя десять минут ею овладело
беспокойство. А вдруг Логан все это выдумал ради какой-то глупой забавы?
Хотя она так и не смогла решить, какой ему от этого прок. Она уже собралась
уходить, когда вдали показался всадник.
Гнедой конь приближался легким галопом, и Логан остановил его на достаточном
расстоянии, чтобы не обдать Кэрин песком, летевшим из-под копыт.
— Спасибо, что подождала меня, — сказал он и спрыгнул на
землю. — Мне позвонили из Австралии.
Кэрин вновь села на песок, в то время как Логан приблизился к ней.
— Я пришла, потому что ты поставил меня в безвыходное положение, —
сухо сказала она. — Я не хотела приходить. Так что говори, что хотел, и
покончим с этим.
Логан молча смотрел на нее, прищурив глаза, как будто что-то прикидывая в
уме. Когда он заговорил, в его тоне не было знакомого сарказма.
— Кэрин, мне необходимо знать, что ты чувствуешь ко мне на самом деле.
Вопрос застал ее врасплох. Кэрин показалось, что ей трудно дышать. Она
посмотрела на Логана потемневшими от гнева глазами, подавляя сильное желание
вонзиться ногтями в его гладкие загорелые щеки.
— А чего ты, собственно, хочешь?
Логан невесело усмехнулся:
— Одно дело — чего я хочу, и совсем другое — на что я смею надеяться.
— И на что же ты надеешься? — Кэрин казалось, что ее голос
доносится откуда-то издалека.
— Надеюсь, что ты все обдумаешь и согласишься выйти за меня
замуж, — сказал он спокойно.
Мысли Кэрин плыли как во сне. Он не мог говорить это всерьез. Он снова
смеялся над ней. Это на него похоже!
— Не смотри на меня как на пугало, — сердито сказал Логан. —
Все, о чем я прошу, это дай мне определенный ответ:
нет
или
да
.
— Все, о чем ты просишь? — Кэрин даже всхлипнула от
негодования. — Послушай, Логан Бэнистер, не знаю, какую игру ты затеял,
но со мной эти шутки не пройдут.
Она резко встала и повернулась, чтобы уйти, но Логан схватил ее за руку и
почти насильно развернул к себе лицом.
— Поверь, я говорю серьезно. Ты нужна мне, Кэрин.
Нужна
— это не то же самое, что
люблю
, подсказывал голос разума, но
потрясенное сознание не позволило углубиться в смысловую разницу слов.
— Не понимаю, — только и смогла вымолвить Кэрин. — Почему
именно сейчас?
Логан усмехнулся.
— Да потому что тебе восемнадцать, а не шестнадцать. Ты достаточно
взрослая, чтобы отвечать за свои поступки.
Она молча смотрела на него широко открытыми глазами, и смысл сказанного стал
медленно доходить до нее.
— Не хочешь ли ты сказать, что чувствовал то же самое два года
назад? — спросила она охрипшим от волнения голосом.
— А почему же еще я уехал? Тебе в ту пору было только шестнадцать, а
мне тридцать один. Твои родители наверняка не одобрили бы такой брак — при
любых обстоятельствах.
Кэрин знала, что он прав. Отец с матерью были бы потрясены до глубины души,
узнав о несвоевременном превращении их дочери в женщину, но о браке не могло
быть и речи, только не в шестнадцать. Кэрин отчаянно всматривалась в лицо
Логами, как будто старалась разглядеть его потаенные мысли. Сердце и разум
были в смятении. Сейчас она не была уверена в своих чувствах — она вообще ни
в чем не была уверена — и, кажется, потеряла способность воспринимать
реальность.
Словно разгадав состояние Кэрин, Логан вдруг привлек ее к себе и осторожно
поднял ее лицо за подбородок. Поцелуй был нежным, но неумолимо
требовательным. Кэрин бессознательно гладила руками спину и шею Логана, а ее
тело тосковало по более полной близости. Никто и никогда не мог заставить ее
чувствовать что-либо подобное — как будто бы внутри один за другим
вспыхивали яркие костры. Она истосковалась по его поцелуям, по его любви, по
тому краткому, но незабываемому ощущению, которое однажды вознесло ее до
Небес.
Логан опомнился первым и с явной неохотой, но все же решительно отстранил
Кэрин от себя. Он улыбался ей, в то время как в его глазах горел огонь
откровенного желания.
— Ты все та же, Кэрин, красивая, горячая и желанная, — прошептал
он, касаясь губами ее щеки. — Все это время я мечтал о том, чтобы
заняться с тобой любовью. Но на этот раз все должно быть иначе. Прежде мы
должны о многом поговорить.
Все еще как бы находясь в плену поцелуя, Кэрин позволила усадить себя на
прежнее место. Логан осторожно обнял ее за плечи.
— Прежде всего я должен сказать тебе, что моей матери все о нас
известно. Я еще тогда рассказал ей о тебе, и она присматривала за тобой,
пока я был в отъезде. Если бы ты забеременела, я бы тут же вернулся и
позаботился обо всем, но в то время отъезд казался мне наилучшими выходом
для нас обоих.
— А сейчас она знает... ну о том, что мы?.. — Кэрин осторожно
подбирала слова.
— Да, она в курсе.
— Она согласна?
— Да, — подтвердил Логан и, помолчав немного, снова заговорил: —
Именно ради нее я тороплюсь со свадьбой и не оставляю нам времени на то,
чтобы не спеша заново строить наши отношения. Заветная мечта матери видеть
меня счастливо женатым. — После паузы Логан уже совсем другим тоном
вновь повторил свой вопрос: — Так как же, Кэрин, ты выходишь за меня?
— Это все так неожиданно, — растерянно отвечала она, дрожа от
нервного перенапряжения, — Ведь ты даже не попытался встретиться со
мной в прошлом году, когда умер твой отец.
— Я не осмелился, точнее, не позволил себе этого. В любом случае, я был
дома всего несколько дней. — Он поднес палец к ее губам и медленно
обвел их контур, заставляя ее вздрогнуть уже совсем от других эмоций. —
Однажды ты призналась мне, что любишь, — сказал он тихо. — Это все
еще так?
Кэрин с трудом могла думать о чем-то еще, кроме как об этой нежной ласке.
Она остановила руку Логана, но не убрала ее.
— Мы едва знакомы, — прошептала она. — Я имею в виду, что по-
настоящему мы не знаем друг друга.
— Зато мы оба знаем, что чувствуем, — возразил Логан. — А это
самое главное.
Но Кэрин не была столь уверена. Она не могла прийти ни к какому решению.
После двух лет всепоглощающей ненависти все происшедшее не укладывалось в
голове. Как ей было понять, что она чувствует на самом деле? Логан был ее
первой любовью, и она всем сердцем желала его любить и дальше. В этот момент
больше ничего не имело значения.
— Итак, насколько я понял, ответ положительный, — вновь вернулся
Логан к прерванной теме. — Нужно торопиться. Времени осталось в обрез.
— Но не так же быстро, — забеспокоилась Кэрин, ее сердце учащенно
билось, голова шла кругом. — А что я скажу моим родителям?
— Правду, но не всю, — посоветовал Логан, — не упоминай
наиболее интимную сторону дела. Я уверен, что они поймут причину спешки,
когда узнают о состоянии матери.
— А она не возражает против того, чтобы они были в курсе?
— Нет, если это не выйдет за рамки семейного круга. Вот если об этом
узнает весь город, тогда она едва ли придет в восторг. — Логан взял ее
руку и прижал к губам. Этот простой жест растопил оставшиеся льдинки
сомнения. — Ты уже взрослая. Тебе решать, а не им. Это твоя
жизнь. — Улыбка Логана была само искушение. — Ты никогда не
пожалеешь, Кэрин. Я сделаю все, что от меня зависит, чтобы тебе не пришлось
пожалеть.
Настороженность Кэрин испарилась как дым. Какова бы ни была цена расплаты,
подумала она с отчаянной решимостью, я не могу отмахнуться от мечты, которая
становится явью. Логан, должно быть, любит ее, хотя и не произнес этого
вслух. Иначе зачем ему жениться на ней?
— Да, — выдохнула она, более не пытаясь контролировать свои
чувства, — да, Логан, я стану твоей женой. И так скоро, как ты этого
пожелаешь!
Логан встал, подавая ей руку.
— Дай мне полчаса — я только верну Балантина в конюшни и вернусь, чтобы
поговорить с твоими родителями. А еще лучше, если ты поедешь со мной, и
тогда мы вернемся вместе.
Все происходило невероятно быстро, даже слишком быстро, чтобы можно было
доверять реальности, но Кэрин не позволяла себе задуматься над этим. Логан
все взял на себя; это было то, чего ей всегда хотелось.
Он посадил ее перед собой точно так, как это было в тот памятный вечер.
Только сейчас все по-другому, совсем по-другому, думала Кэрин и, прильнув к
Логану, утонула в счастливом блаженстве. Она слышала, как сильно бьется его
сердце, ощущала тепло его тела. Вспомнив о том, что произошло между ними два
года назад, Кэрин ощутила томительное напряжение между бедрами. С тех пор
прошла вечность, но оказалось, что ничего не забыто. А скоро все повторится
вновь, если Логан добьется своего. Только на этот раз они будут мужем и
женой.
Поместье Уайтгейтс находилось в стороне от основной магистрали. Кирпичное
здание, выполненное в стиле, характерном для штата Джорджия, было большим и
импозантным. Его окружал прекрасный английский сад, полный поющих птиц и
благоухающих растений. Конюшни располагались в конце поместья, к ним вела
дорожка, пересекавшая частные владения Бэнистеров.
Во двор вышел молодой работник и принял Балантина, после того как Логан
помог Кэрин слезть с коня. Юноша был ей знаком, хотя она не знала его имени.
Кэрин показалось, что он тоже узнал ее, по тому как тот смотрел на нее
широко открытыми глазами.
— Ты можешь побеседовать с мамой, пока я, переоденусь, — сказал
Логан, ведя ее обратно к дому. — Я не задержусь долго.
— Что мне сказать ей? — заволновалась Кэрин при мысли, что
придется встретиться с хозяйкой дома с глазу на глаз.
— Будь сама собой. Моя мать не кусается. — Он ободряюще улыбнулся
ей. — Она желает этой свадьбы так же сильно, как и я.
Они прошли через боковую дверь, миновали коридор и очутились в большом
холле, отделанном дубом. В центре возвышалась лестница, которая расходилась
на два крыла и заканчивалась двумя, галереями по обе стороны холла.
Роскошный паркет, покрывавший пол, был натерт до блеска. Оглядываясь вокруг,
Кэрин вдруг почувствовала смущение, среди окружавшей роскоши, отмеченной
безупречностью вкуса, ее простые полотняные брюки и рубашка выглядели
неуместно. А тут еще ветер безнадежно растрепал волосы. Логан же даже в
сапогах для верховой езды принадлежал этому дому.
Он провел ее через двери с правой стороны в комнату, залитую мягким вечерним
светом. Это была очень красивая комната, обставленная дорогими антикварными
вещами, и в то же время уютная, успокаивающая. Леди Бэнистер сидела на софе,
обтянутой парчой, у камина из белого мрамора. Она встретила вошедших
приветливой улыбкой, в искренности которой не приходилось сомневаться.
— Полагаю, что могу поздравить тебя? — обратилась она к сыну,
потом добавила, — Подойди, Кэрин, сядь рядом со мной. Нам нужно получше
узнать друг друга.
— Я покину нас ненадолго, — сказал Логан, — только пойду
переоденусь.
Кэрин чуть было не попросила его остаться, но Логан уже закрывал за собой
дверь. Чувствуя себя совершенно потерянной, Кэрин повиновалась просьбе
хозяйки дома и присела на краешек софы.
— Устраивайся поудобнее, — пригласила ее Элен Бэнистер, — я
понимаю, как непросто для тебя все происходящее, но со своей стороны хочу
заверить, что я полностью одобряю выбор моего сына!
— Но вы же меня совсем не знаете, — заметила Кэрин смущенно.
— Я знаю о тебе и о твоей семье. Семья Грегори очень уважаемая в
городе. — Она помолчала, как будто обдумывая, что сказать дальше. Ее
глаза внимательно изучали юное лицо напротив. — Ты очень молода.
Единственное, о чем мне хотелось бы спросить тебя, уверена ли ты в том, что
делаешь? Это то, чего хочешь ты?
— О
...Закладка в соц.сетях
