Жанр: Любовные романы
Амариллис
... попусту стараться. - Лукас отпил свой коф-ти.
- Ты знаешь, я не скоро смогу вернуть тебе долг. У меня даже нет сейчас
работы.
- Ничего, подожду.
Диллан запустил пальцы в волосы и этим напомнил Лукасу Джексона.
- Ну и положение, черт возьми. Если мама с отцом узнают о сегодняшнем
вечере, они мне этого никогда не простят,
это лишний раз утвердит их во мнении, что я безответственный человек.
Лукас не ответил.
Наступило долгое молчание. Диллан обдумывал возможные варианты выхода из
положения. И наконец неуверенно
предложил:
- Я бы мог рассчитаться постепенно, если бы стал работать у тебя.
- Да.
- Но мы знаем, что мама и отец никогда на это не согласятся.
- Очень может быть.
- Ты расскажешь отцу об этих шестидесяти пяти тысячах, что я тебе должен?
- Диллан встретился взглядом с
Лукасом.
- Нет.
- Сколько времени ты даешь мне, чтобы вернуть долг?
- Я не устанавливаю срок.
- Ты серьезно? Многие на твоем месте отправились бы к моему отцу и стали
требовать долг.
- Ты уже достаточно взрослый, чтобы самому разбираться со своими делами.
- Отец не согласился бы с тобой. И, как выяснилось, я сегодня не очень в
этом преуспел. Но я обязательно верну
долг, так или иначе, но деньги найду. - Губы Диллана упрямо сжались.
- Отлично, - чуть заметно улыбнулся Лукас, - но попрошу тебя не нарушать
закон, и еще: держись подальше от
казино.
- Но в таком случае выбор у меня невелик, - сквозь зубы простонал Диллан.
- Спасибо, что вы согласились пообедать со мной, - обратилась Амариллис к
сидевшей напротив нее Ирен Данли.
- Знаю, как вам трудно выбрать время, чтобы отлучиться с факультета.
- На этой неделе я возвращалась с обеда раньше положенного, - ответила
Ирен, - и профессор Ямамото разрешила
мне сегодня задержаться. Она считает, что по пятницам график работы можно
немного изменить. Профессор Ландрет
никогда бы с этим не согласился, но теперь у нас все по-новому.
- Это не так плохо. - Амариллис смотрела в меню, но мысли ее были заняты
другим. Ей не терпелось задать Ирен
свои вопросы.
В этот час зал был переполнен служащими и работниками торговых
предприятий. Амариллис не случайно остановила
свой выбор именно на этом ресторане: он находился достаточно далеко от
университета.
- Почему вы хотели встретиться со мной, мисс Ларк? - В голосе Ирен звучала
тревога. - Это имеет отношение к
профессору Ландрету?
- Да. - В порыве чувств Амариллис коснулась руки Ирен. - Прошу вас сказать
правду. Это вы звонили мне и
советовали поговорить с Вивьен из клуба "Син-Сити"?
- Вы узнали меня? - Глаза Ирен широко раскрылись от испуга и
растерянности.
- Не сразу, но на протяжении последних нескольких дней я постоянно думала
об этом звонке. - Амариллис решила,
что не стоило упоминать имя Гифорда, это могло только еще сильнее расстроить
Ирен. - Вы ведь знали о регулярных
встречах профессора Ландрета с Вивьен?
В глазах Ирен блеснули слезы, она промокнула их салфеткой.
- Он ходил к ней раз в неделю. До сих пор не могу найти этому объяснение.
Он всегда держался на расстоянии от
людей такого сорта. Мне иногда кажется, что она подчинила его силой какого-то
демонического таланта. Как вы считаете,
мисс Ларк, такое возможно?
Амариллис настолько явственно ощутила испытываемую Ирен боль, что не
смогла резко отвергнуть такое
неправдоподобное предположение, поэтому уклончиво ответила:
- Может быть.
- Это единственное разумное объяснение. В остальном профессор Ландрет
всегда оставался непогрешимым.
Настоящий джентльмен.
- Как ни странно, но то же самое сказала о нем и Вивьен.
- Он был такой честный, порядочный человек. - Ирен, казалось, не слышала
слов Амариллис. - Он воплощал в
себе лучшие черты Основателей.
- Я думаю, в последнее время слишком часто приходится слышать о
нравственных принципах Основателей.
- А все благодаря такому замечательному человеку, как сенатор Шеффилд. -
Ирен положила салфетку на стол,
вместо слез в ее глазах отразилась решимость. - Нам так повезло, что он входит в
число кандидатов. Это целеустремленный
и дальновидный политик. Он вернет наш город-штат на праведный путь. Жаль, что
профессор Ландрет не сможет увидеть
Шеффилда на посту губернатора, а возможно, через какое-то время, сенатор станет
и президентом. Уверена, профессор
одобрил бы его избрание.
- Ирен, зачем вы отправили меня к Вивьен?
Вопрос Амариллис не смутил секретаршу, взгляд ее остался ясным и открытым.
- Мне не давали покоя мысли о смерти профессора, об обстоятельствах его
гибели. У меня накапливалось все
больше вопросов, чем дольше я об этом думала. Мне известно, что полиция закрыла
дело. Даже если и произошло убийство,
никого это не встревожит, уверена в этом. Я не знала, что предпринять, и тут на
факультет приходите вы. Я решила, что это
судьба.
- Вы знали, что я не останусь равнодушной, если откроются подозрительные
факты, касающиеся гибели профессора,
верно?
- Кроме меня, только вас могло заинтересовать продолжение расследования. В
этом деле я могла рассчитывать
только на вас. Ведь я всего лишь стареющая секретарша. Мне не приходило в
голову, что можно предпринять в этой
ситуации. Другое дело вы, мисс Ларк. Вы такая сообразительная. Профессор Ландрет
часто говорил о вашем незаурядном
уме. Он отмечал вашу настойчивость и решительность. И я решила, что именно вы
сможете добраться до истины и
прояснить все вопросы.
- Поэтому вы и отправили меня к Вивьен?
- Да, - со вздохом призналась Ирен. - У меня не хватило смелости самой
встретиться с ней, но я считала, что ей
может быть что-нибудь известно. Я просто не знала, как вести себя с такими
людьми, как она. Ее тесные отношения с
профессором давали основания предположить, что она что-то знает. Можно только
догадываться, какими секретами он с ней
делился.
- А вы знали, что в день смерти профессор намечал встретиться с Гифордом
Остерли?
- С Остерли? - Рот Ирен приоткрылся от удивления. - Маловероятно.
Отношения профессора Ландрета и Гифорда
Остерли никак нельзя было назвать дружескими.
- А вы не обратили внимания на последние записи профессора, когда
упаковывали его вещи?
- Честно говоря, я так плакала, что с трудом соображала, что делаю. Мне
невыносимо было видеть записи и
сознавать, что он уже никогда не сможет выполнить намеченное. Это было выше моих
сил.
- А почему профессор запланировал эту встречу, как, по-вашему?
- Не знаю. - Лицо Ирен исказила болезненная гримаса. - Но мне также не
приходило в голову, что профессор,
возможно, связан со стриптизершей. - Она высморкалась, потом снова взглянула на
Амариллис, сдвинув брови. - А как
вы узнали, что у профессора была назначена встреча с Гифордом Остерли?
- Я должна вам признаться, - Амариллис покраснела и смущенно потупилась,
имя Лукаса она решила не
упоминать, - я проникла в вашу приемную накануне того дня, когда коробки
собирались увезти. В одной из них я нашла
записную книжку Ландрета и просмотрела последние страницы. Конечно, нехорошо
поступать подобным образом, но мне
больше ничего в голову не пришло.
Воцарилось напряженное молчание. Когда Амариллис снова подняла глаза, ее
поразило странное выражение, с
которым смотрела на нее Ирен.
- Боже мой, - проговорила секретарша Ландрета.
- Почему вы так на меня смотрите? Вас поразил мой поступок? Но я ничего не
взяла, даю слово.
- Можете поклясться?
- Клянусь моим честным именем, - вздернула подбородок Амариллис.
- Хорошо, но дело от этого еще больше осложняется.
- Что вы хотите сказать?
- У меня тоже есть в чем вам признаться, - медленно проговорила Ирен. -
Когда мне стало известно, что коробки
должны увезти, я почувствовала какое-то смутное беспокойство. Вы знаете, я
концентратор ограниченного спектра, не очень
сильный, но все же обладаю определенной интуицией. Вы помните, что для особо
важных материалов, над которыми он
работал, профессор завел специальную папку.
- Помню, он еще называл эти материалы "горячими". И что же произошло с
этой папкой?
- Как раз перед приходом грузчиков, которые должны были унести вещи, я
непроизвольно заглянула в коробку, где
лежала эта папка, меня словно что-то подтолкнуло.
- Вы ее нашли?
- Нет, - ответила Ирен, взгляд ее застыл. - В коробке папки не было, ктото
уже забрал ее оттуда.
- Рад с вами познакомиться, Лукас, - с показным воодушевлением объявил
Гифорд Остерли, усаживаясь в кресло
перед столом Трента. - На протяжении многих лет я не перестаю вами восхищаться.
Успехи вашей компании - целиком
ваша заслуга. Отдаю должное вашему уму, знаниям и решимости. История вашего
предприятия - пример для подражания.
Лукас разглядывал Гифорда с повышенным интересом. Когда-то Амариллис
видела его своим будущим мужем, но
любовником ее он не стал. Все та же придирчивость и строгость с ее стороны.
- Почему вы захотели со мной встретиться? - поинтересовался Лукас.
Гифорд с важным видом откашлялся. Он раскрыл черный кейс, отлично
сочетавшийся с его серым с отливом
костюмом.
- Недавно мне стало известно, что у вас периодически возникают потребности
в услугах концентраторов полного
спектра. Моя фирма "Юник кристалз" как раз и специализируется на предоставлении
подобных услуг талантам,
занимающим высокое общественное положение.
- Я обращаюсь в другую фирму.
- Знаю, "Синерджи инкорпорейтед", но смею вас уверить, что "Юник кристалз"
обеспечит те же услуги, что и
"Синерджи", и даже значительно больше.
- Что же еще вы предлагаете?
- Свободу действий, мистер Трент, полную свободу действий, - ответил
Гифорд, многозначительно взглянув на
Лукаса.
- "Синерджи" также обеспечивает свободу действий и конфиденциальность.
- Да, но мы проводим более гибкую политику. К примеру, мы даже не требуем
от наших клиентов аттестационного
свидетельства. Чтобы воспользоваться услугами нашей фирмы, нет необходимости
проходить тест. Наши концентраторы
способны работать с талантами девятого и даже десятого уровня, так что
возможность несоответствия энергетических
способностей полностью исключается.
- В "Синерджи" мне предоставили концентратора полного спектра.
- Это, должно быть. Амариллис Ларк, - подмигнул Гифорд. - Прошу простить
меня, мистер Трент, но я очень
хорошо знаю мисс Ларк. Я ни в коем случае не ставлю под сомнение ее
профессиональные качества: она
высококвалифицированный специалист, но в то же время ее взгляды немного, как бы
это сказать, консервативны.
- Вашим сотрудникам условности не мешают?
- Они более творчески подходят к делу и менее склонны к консерватизму, -
коротко рассмеялся Гифорд. - Должен
заметить, у мисс Ларк несколько ограниченное представление об этической стороне
процесса фокусирования, мои
сотрудники смотрят на этот вопрос шире. Они сознают, что клиент всегда прав.
- Понятно.
- Мы уважаем право клиента определить, в какой форме, где и когда
воспользоваться талантом. Мы не навязываем
клиенту свои нормы и не пытаемся стеснить свободу его действий. Я выразился
достаточно ясно, мистер Трент?
- Предельно. Однако я вас не задерживаю, у меня сегодня полно работы, не
требующей приложения таланта.
Между бровями Гифорда залегла складка.
- Возможно, вы не до конца осознали преимущества моего предложения.
Уверен, что вы заинтересованы
использовать талант по своему усмотрению и не беспокоиться об ограничениях,
которые нужно соблюдать в угоду капризам
бывшей университетской затворницы, считающей себя вправе устанавливать этические
рамки.
- Открою вам секрет, Остерли. С недавнего времени я стал сознавать, что
добродетель приносит свои плоды.
- Лукас, это Амариллис.
- Как ни странно, я узнал твой голос. - Лукас улыбнулся.
- Правда? Ты знаешь, у меня интересные новости. Ирен Данли просматривала
коробки с вещами профессора
Ландрета.
Улыбка слетела с губ Лукаса.
- Секретарша Ландрета смотрела коробки?
- Верно, она также призналась, что анонимный звонок был сделан ею.
- Гром и молния!
- У нее с самого начала возникли подозрения в связи с гибелью профессора.
Но она не знала, как поступить. И когда
на факультете появилась я, со своими вопросами о неэтичном фокусировании, ей
пришла в голову мысль привлечь меня к
этому делу. Для этого она решила пробудить во мне интерес к обстоятельствам
смерти профессора. Ирен надеялась, что мне
удастся прояснить некоторые моменты.
- Но все и так предельно ясно, Амариллис.
- Потом она надумала просмотреть коробки в приемной.
- Зачем? - удивился Лукас.
- Она хотела найти одну особую папку Ландрета.
- Почему особую?
- Он завел специальную папку для материалов по текущим исследованиям. Ирен
хорошо помнит, что укладывала ее
вместе с другими вещами. И, представь себе, папки на месте не оказалось.
Лукасу не понравился ее возбужденный тон.
- Амариллис.
- Тебе не кажется, что пропажа папки дает основание строить предположения
о возможных мотивах убийства? Не
исключено, что они связаны с материалами, хранившимися в этой папке.
- Нет, я так не думаю.
Горя нетерпением высказать свое мнение и расставить все точки над "i",
Амариллис пропустила мимо ушей ответ
Лукаса.
- Возможно, некто столкнул профессора со скалы, а затем просмотрел его
бумаги, чтобы изъять улики, связывающие
убийцу с жертвой.
- Но к чему предполагаемому убийце рыться в вещах профессора? Полиция с
самого начала рассматривала гибель
профессора как несчастный случай.
- Да, это так, но убийце, может быть, захотелось подстраховать себя.
Возможно, он взял папку, чтобы уже никто ее
никогда не нашел. В этом есть логика.
- Да нет же, - почти простонал Лукас. - Подумай, Амариллис, ведь о
пропавшей папке тебе рассказала Ирен
Данли. Из твоих слов я понял, что смерть Ландрета тяжело отразилась на ней. Она
могла что-нибудь перепутать, когда
укладывала вещи.
Наступило короткое молчание: Амариллис размышляла над словами Лукаса.
- Да, она мне говорила, что в тот день так сильно плакала, что не обратила
внимания на имя Гифорда в записях
Ландрета. Допускаю, что она могла не совсем отчетливо представлять себе, куда
положила ту папку, и все же, Лукас...
- Давай поговорим об этом позднее. - Трент бросил взгляд на часы. - Мне
нужно решить еще кое-какие вопросы,
но сегодня пятница, и я хочу закончить пораньше. Заеду за тобой в шесть, хорошо?
- Боюсь, ничего не получится. В городе мои дядя с тетей. Разве ты не
помнишь? Я же говорила тебе, что сегодня
вечером буду готовить для них торжественный ужин.
- Ясно. - Лукас подумал, что ему не приходится рассчитывать на ужин в
семейном кругу. Да ему и не нужно было
это приглашение. В конце концов, он был всего лишь любовником Амариллис, а не
официальным кандидатом в мужья. В
городе любовным связям не придают особого значения. А в маленьких городках на
это смотрят по-другому. Фермер и его
жена вряд ли одобрят его отношения с их драгоценной племянницей. Амариллис
хорошо все понимает и не стремится это
афишировать. Она явно не хочет ставить семью в неловкое положение, постоянно
думая о чести семьи.
- Хочешь поужинать с нами? - спросила Амариллис.
- В котором часу?
- В шесть.
- Хорошо.
Когда он вешал трубку, в голове у Лукаса пронеслась мысль, что он
совершает ошибку. Но терять ему было нечего.
Их отношения вообще были сплошной ошибкой.
Глава 12
- Насколько я понял, вы занимаетесь "студнем", - заключил Оскар,
расправляясь с остатками пирога с персиками.
- Да, сэр, - ответил Лукас, не спуская глаз с последнего куска пирога на
блюде и размышляя при этом, прилично ли
будет взять его.
Он тайком посмотрел на других. Похоже, все закончили со своим десертом и
никто не покушался на оставшийся
кусок. Он неудержимо манил Лукаса. Много-много лет ему не приходилось лакомиться
домашним пирогом с персиками. А
такого вкусного он вообще никогда не пробовал.
Через стол ему улыбалась тетя Амариллис, по профессии врач. Небольшого
роста, изящная, с коротко
подстриженными волосами, Ханна Ларк выглядела очень привлекательно. Однако в
этой маленькой, энергичной и
жизнерадостной женщине чувствовались сила и уверенность. Даже не прибегая к
своему таланту, Лукас отчетливо ощущал в
ней большие энергетические возможности. Сила ее таланта явственно чувствовалась
и без концентратора. Ко всему прочему,
что-то неуловимое в ней заставило Лукаса следить за своими манерами.
По другую сторону стола возвышался Оскар Ларк, не уступавший Лукасу в
росте и плотности фигуры. Оскар обладал
мощным талантом к сельскому хозяйству. Вся его жизнь прошла в полях, о чем
красноречиво свидетельствовали мозолистые
руки и обветренное, прокаленное солнцем лицо. Лукас сразу понял, кого ему
напоминал Оскар, это был оживший портрет
Основателя из Первого поколения.
- И давно вы связаны со "студнем"? - продолжал расспрашивать Оскар.
- Всю жизнь, мистер Ларк. - Лукас подумал, что удастся полакомиться
пирогом позднее, когда все уйдут, если ктонибудь
не заинтересуется им раньше.
- Дорогой, я же тебе рассказывала, что Лукас имеет отношение к компании
"Лоудстар эксплорейшн", - заметила
Ханна. - Ты ведь слышал о "Лоудстар"?
- "Лоудстар"? Вот как? - Оскар прищурился. - Большая компания. И чем же вы
в этой фирме занимаетесь?
- Это моя собственность, сэр.
- Неужели? - усомнился Оскар. - Вы еще так молоды для владельца столь
крупной компании. Может, фирма
принадлежит вашему отцу?
Лукас оторвал взгляд от пирога и взглянул на Оскара.
- Мои родители погибли, едва мне исполнилось три года. Я создал компанию с
нуля, и она целиком моя.
Не ожидавший такого ответа Оскар мигнул и ответил:
- Ясно. - Потом он кашлянул и снова спросил: - А ваши родственники, они
тоже работают в компании?
За столом воцарилось напряженное молчание.
- Из родных у меня никого нет, - коротко ответил Лукас, - по крайней мере,
достаточно близких, чтобы их можно
было так называть.
- У вас вообще нет семьи?
- Никого, сэр. - И тут Лукас решился. Отсутствие родственников
окончательно роняло его в глазах Оскара, так что
терять ему уже было нечего. Он протянул руку и взял блюдо с пирогом. - Но я
решил это положение изменить. - С этими
словами Лукас переложил вожделенный кусок к себе на тарелку.
- Лукас зарегистрирован в брачном агентстве, дядя Оскар. - Амариллис резко
встала и принялась убирать со стола.
- Скоро его пригласят для беседы.
- И у тебя такая же ситуация, - прищурил глаза Оскар.
- Верно. - Амариллис направилась на кухню с грудой тарелок.
- Единственно верный путь - регистрация в хорошем агентстве. Женитьба -
слишком ответственный шаг, чтобы
предпринимать его без должного контроля. Опрометчивые поступки заканчиваются
плачевно.
Лукас с наслаждением принялся за пирог, размышляя о том, что ему вряд ли
скоро, а может быть, и вообще никогда
больше, не придется полакомиться домашним пирогом с персиками.
- Кто-нибудь хочет коф-ти? - спросила Амариллис.
- Я приготовлю, дорогая. - Ханна поднялась со своего места. - Мужчины, не
пройти ли вам в гостиную, а мы
здесь пока все уберем.
- Как скажешь, дорогая, - откликнулся Оскар и спросил у Трента, меряя его
тяжелым взглядом: - Вы закончили,
Лукас?
Трент кивнул, торопливо проглатывая последний кусок пирога.
"Разговор неизбежен", - думал Трент, идя вслед за Оскаром в маленькую
гостиную Амариллис. Внутреннее чутье
подсказывало ему, что "допрос с пристрастием" еще не закончен и самое худшее
ждет впереди.
До этого момента все шло достаточно спокойно. Ханна искусно сглаживала
острые углы, когда Оскар становился
слишком настойчивым в своем плохо скрытом стремлении "вывернуть наизнанку"
нового друга Амариллис. Лукас считал,
что ведет себя на должном уровне. К нему обращались вежливо, он даже позволил
себе вообразить, что они с Амариллис
женаты и принимают у себя родственников. Вкуснейший ужин поглощал все внимание,
и разговор шел вяло.
Но созданная им милая иллюзия грозила разлететься вдребезги. Лукас не
осуждал Оскара Ларка. Окажись он сам на
месте старика, то поступил бы точно так же. Долг Оскара - защитить Амариллис.
Оскар опустился в хрупкое на вид кресло у миниатюрного камина и уставился
на огонь.
- Так, значит, вы оба зарегистрированы в агентстве?
- Да, сэр. - Лукас устроился в маленьком кресле по другую сторону камина.
- Племянница рассказывала, что вы очень сильный талант.
- Это так, сэр.
- Она концентратор полного спектра.
- Я в курсе, мистер Ларк.
- Очень мало шансов, что из вас составят пару.
- Верно, сэр.
- Когда мужчина и женщина в первый раз обращаются в агентство, у них могут
появиться странные фантазии.
Вступление в брак - ответственный момент, и серьезность этого шага делает
некоторых людей слишком осторожными,
рождает в них сомнения.
- Да, сэр.
- Они начинают задумываться, действительно ли агентство способно подобрать
им в пару того единственного
человека, с которым предстоит пройти рядом весь дальнейший жизненный путь.
- Здесь есть над чем подумать.
- Кое-кому даже кажется, что они могут обойтись без консультантовпсихологов
и сделать более правильный выбор.
- Оскар сверлил взглядом Лукаса.
Трент ничего не ответил.
- Есть и такие, кто решает "нагуляться", до того как заводить семью, -
продолжал Оскар. - Все знают, здесь у вас
в городе многие позволяют себе "увлечения" и до, и после вступления в брак.
Лукас не нашелся, что ответить на этот красноречивый намек, а потому
предпочел промолчать.
- Трент, я не хочу, чтобы Амариллис пострадала.
- Конечно, сэр. - Лукас выдержал жесткий взгляд Оскара.
- Я также не позволю ей разрушить себе жизнь, как это сделала ее мать, вам
известна эта история?
- Амариллис мне рассказывала.
- Ее мать, Юджиния, была моей сестрой. - Оскар снова перевел взгляд на
огонь. - Тот сукин сын, что увлек ее,
происходил из самой богатой семьи в Лоу-Белли, из клана Бейли. Амариллис,
наверное, упомянула, что он был женат.
- Да.
- Это был один из тех браков, которые заключаются между семьями по
договоренности. Не секрет, что Элизабет
Бейли больше всего занимало положение в обществе и приумножение состояния, а
значительно меньше ее волновала судьба
сына, его счастье. Мэтт не знал, как противостоять ей, ему исполнился всего
двадцать один год, когда мать настояла на
женитьбе. Он был еще слишком молод, чтобы сказать нет.
- Конечно.
- И все же это не может служить оправданием того, что случилось. Мэтт был
женат, вот что главное. В Лоу-Белли не
одобряли побочные связи, но тем не менее знали, что такое время от времени
случается. Однако неписаный закон
предполагает, что обе стороны должны состоять в браке и вести себя
осмотрительно. Сойдясь с Юджинией, молодой Бейли
нарушил все правила.
Лукас с серьезным видом согласно кивнул.
- Не знаю, что говорили себе Юджиния и Мэтт Бейли в оправдание своего
поступка, принесшего столько боли и
горя их семьям, но все равно всю вину, большую ее часть, возлагаю на Бейли. Моя
сестра была совсем еще девочкой, ей едва
исполнилось восемнадцать. Она не получала противозачаточных инъекций, потому что
как раз в то время прошел слух о
низком качестве вакцины.
- Понятно.
- А иммунитет Бейли был временно нейтрализован, потому что они с женой
собирались обзавестись ребенком.
- Значит, никто из них не предохранялся.
- Я собирался убить Бейли, когда узнал, что он сделал с моей сестрой. -
Оскар сжал внушительный кулак. - Мы
все испытывали такое желание, но ничего сделать было нельзя. Потом они погибли в
море. Осталась бедняжка Амариллис.
Ей всю жизнь было суждено носить клеймо незаконнорожденной. Бремя достаточно
тяжелое, особенно в таком маленьком
городке, как наш.
Боль унижения и бессильная ярость, не ослабели с годами, чтобы увидеть это
и понять, не требовалось обладать
интуицией концентратора. Он не смог защитить сестру, и чувство вины подогревало
в нем гнев и усиливало боль.
- Понимаю, - тихо проговорил Лукас.
Оскар снова впился в Трента пронзительным испытующим взглядом.
- Амариллис - взрослая женщина. Если она решила до замужества завести
роман, это ее дело. Жена уверяет, что
она регулярно делает прививки, надеюсь, и у вас с этим все в порядке.
- Да.
- Хорошо. - Оскар кивнул. - Но я предупреждаю вас, Трент, что не допущу,
чтобы Амариллис оказалась в такой
же ситуации, как и ее мать. Я выразился достаточно ясно?
- Вполне.
- Я хочу счастья для Амариллис. Мы оба знаем, что рассчитывать на это
можно лишь в браке через агентство.
Только такой союз может гарантировать супругам согласие и удовлетворенность.
Быстротечная страсть, пусть даже очень
сильная, не способна заменить психологическую совместимость на протяжении долгих
лет совместной жизни.
- Вы правы, сэр, - Лукас предпочел промолчать, что на собственном горьком
опыте убедился в ошибочности
неофициальных браков. И без его признаний атмосфера была достаточно накалена.
- Амариллис - прекрасная молодая женщина. Ее тетя и я, вся наша семья
старались воспитать в ней чувство
ответственности.
Лукас помрачнел, ему вспомнились безапелляционные высказывания Амариллис о
чести семьи и чувстве
ответственности, и он произнес:
- Я знаю ее мнение по этому вопросу.
- Нас с женой начинало беспокоить, что мы перестарались и Амариллис
выросла чересчур строгой и излишне
сдержанной. - Оскар метнул на Лукаса испытующий взгляд и снова откашлялся. - Вы
понимаете, о чем я говорю?
- Конечно, сэр.
- Теперь появились вы. Мне не совсем по душе ваша связь, но самое главное,
чтобы она не забеременела до
замужества, как ее мать. Я не смогу спокойно наблюдать, как ее жизнь рушится, и
не допущу, чтобы она осталась с
внебрачным ребенком на руках. Вы хорошо поняли меня, Трент?
- Хорошо, сэр.
Оскар сжал подлокотники кресла и с решительным видом подался вперед,
взгляд его отражал непреклонность и
несгибаемую волю Основателя.
- В таком случае вам надо вести себя очень осмотрительно и не допустить
беременности Амариллис, иначе и глазом
не успеете моргнуть, как окажетесь в суде, уж я об этом позабочусь.
Лукас поднял брови, но возражать не стал.
- Мне наплевать на ваше положение и богатство. Следите за прививками. Если
с моей племянницей случится беда, я
найду вас и на Западных островах. Мы оба знаем, то суд решит дело в мою пользу.
Даже если вы об
...Закладка в соц.сетях
