Жанр: Любовные романы
Призрачный любовник
...могла
притупить сильнейшую дрожь возбуждения, вызванную ее прикосновением.
— Пойдем. — Скользнув ладонью вниз по его руке, Эрин обхватила его кисть
своей. Он изумленно уставился на их переплетенные пальцы. И попытался
отрешиться от успокаивающего воздействия ее прикосновения. Как же сильно ему
хотелось снять с нее одежду и заниматься любовью остаток вечности.
— Позволь показать тебе, — сказала она.
Девушка повела его вниз по ступенькам крыльца и далее через двор в старую
конюшню.
Пока они шли, взявшись за руки, ее воображение ошеломляло его. Сон был столь
живым и ярким. Ему еще ни разу не приходилось посещать кого-либо, способного
создать что-то с такой поразительной детализированностью.
Эрин отпустила его руку, чтобы открыть хорошо смазанные двери конюшни и
показать трех стоящих в стойлах лошадей.
Вэйдан наблюдал, как она набросила попону на спину пегой лошади и подвела
кобылу к нему. Его потрясло, что лошадь не заржала, почуяв его. Прежде ни
одно животное во сне не терпело его присутствия. Но коричнево-белая
пятнистая кобыла казалась абсолютно спокойной рядом с ним. Это красноречивее
любых слов говорило о том, какой силой обладает разум Эрин.
— Ты когда-нибудь катался верхом? — спросила она.
— Нет.
Она показала ему, как садиться на лошадь, потом сама села спереди.
Вэйдан обнял ее за талию, когда она пустила животное галопом, и они
помчались через поля.
Ощущение от движения лошади под собой, Эрин — в своих объятиях во время
скачки нахлынуло на него. Он чувствовал себя так необычайно свободно, почти
человеком.
Она направила кобылу к озеру, где они спешились, и животное исчезло в облаке
коричневой дымки.
Эрин села на траву и стала собирать полевые цветы, сплетая их в венок.
Вэйдан зачарованно наблюдал, как ее руки перевивали стебельки в сложную
конструкцию, немного напоминающую легкий головной убор.
Пока она работала, он притянул ее назад к своей груди так, чтобы можно было
ее обнять.
Совсем ненадолго.
— Ты невероятно творческая личность, — сказал он. — Это место такое... как
ты, — закончил он. Таким оно и было. Ярким, дружелюбным, гостеприимным. Все
вокруг было замечательным.
Было Эрин.
Она весело рассмеялась, и это звук отозвался незнакомой радостью в его
груди.
— Вовсе нет.
— Да, именно такое. — Поначалу именно это заставило Вэйдана искать ее. —
Почему ты подавляешь свой творческий потенциал?
Она пожала плечами.
Вэйдан прижался щекой к ее каштановым волосам, а рукой принялся рисовать
круги на ее животе.
— Скажи мне.
Эрин никогда не была человеком, способным довериться другим, и все же
обнаружила, что рассказывает Вэйдану то, о чем не говорила ни одной живой
душе.
— Мне всегда хотелось творить, но так и не удалось хоть сколько-нибудь
преуспеть в этом.
— Удалось.
— Нет. В детстве я пыталась играть на флейте и помню, как во время
прослушивания для средних классов школы, играла свои гаммы и не могла взять
ни одной нижней ноты.
— Ты была взволнована.
— Я была бездарна.
Она почувствовала дыхание Вэйдана на своей шее, куда он мягко ткнулся носом.
Жаркая волна пробежала по ней, отзываясь в напрягшейся груди.
Что же такое было в его прикосновениях, заставляющее ее пылать? И чем дольше
она их ощущала, тем сильнее хотела его.
— Держу пари, из тебя вышел бы великий художник.
Эрин улыбнулась от такой уверенности в ее способностях. Это было приятно и
непривычно.
— Я не могу нарисовать прямую линию даже с линейкой.
Тогда он поцеловал ее. Глубоко и страстно. Его язык легко скользил по ее
губам, посылая через нее волны набирающего силы возбуждения. Она застонала
прямо ему в рот, притягивая его к себе и томясь неутоленным желанием.
Он прикусил ее губы.
— Возможно, тебе стоило стать писателем.
— Этого я уж точно не могу сделать.
— Почему?
— Меня тошнит при одной мысли об этом.
Он нахмурился.
— Почему?
Устремив взгляд вдаль, Эрин вспоминала тот ужасный день.
— Я училась в колледже и готова была все отдать за возможность стать
писателем. По правилам, для зачисления литературной дисциплины в качестве
профилирующего предмета, нужно было предоставить свое лучшее произведение. В
общем, я придумала сюжет небольшого рассказа, который считала действительно
великолепным и уникальным. Я писала и переписывала до тех пор, пока не
почувствовала, что получилось как надо. Потом весь рассказ отдала на
рассмотрение заведующей кафедры и стала ждать ответа.
Она сглотнула, вспомнив, каким образом узнала о решении профессора.
— Литературный Журнал вышел несколько недель спустя и содержал работы всех
зачисленных на эту специальность студентов.
— Тебя там не было?
Ее живот напрягся.
— Наоборот, я туда как раз попала. Она поместила мою историю на первую
страницу, чтобы показать, чего не надо делать, если хотите, чтобы вас когда-
нибудь всерьез воспринимали как писателя. Она высмеяла в моем рассказе
абсолютно все.
Сильные руки напряглись, обнимая ее.
— Ты даже не представляешь, насколько унизительным это было. И я поклялась,
что больше никогда не стану иметь никакого отношения к творчеству. Не вложу
всю себя во что-то, над чем можно будет поглумиться.
Слезы жгли ей глаза и она бы расплакалась, если бы Вэйдан не притянул ее
голову назад и не провел языком под подбородком по направлению к горлу. Его
тело изгоняло боль, и девушка застонала от вызванных им чудесных ощущений.
Насколько безопасными он сделал ее сны.
— Почему для тебя так важно, чтобы я занялась творчеством? — спросила она.
Он отстранился и в упор посмотрел на нее.
— Потому что это твой подавляемый творческий потенциал притягивает Скоти.
Если ты реализуешь его, они не смогут кормиться твоими кошмарами.
Это звучало замечательно, пока не мелькнула тревожная мысль.
— А что насчет тебя?
— Что насчет меня?
— Если Скоти исчезнут, ты тоже уйдешь?
Вэйдан отвел взгляд, и она поняла правду. Сердце сдавила боль при мысли о
том, что она больше никогда не увидит его. Даже притом, что они только что
встретились, Эрин нуждалась в нем. Ей нравилось, как он защищал ее. Как
прикасался.
Будучи по-детски застенчивой, она за всю жизнь сумела завести лишь несколько
друзей, а парней было и того меньше. Эрин действительно никогда не была
близка с кем-либо. И все же каким-то образом чувствовала себя связанной с
Вэйданом. Ощущала эти незримые узы и потребность быть с ним.
— Я не хочу, чтобы ты уходил.
Сердце Вэйдана дрогнуло от этих слов, которые прежде никто и никогда не
говорил ему. Он так привык к людям, пытающимся избавиться от него.
Она прислонилась к его плечу так, чтобы иметь возможность видеть его и коснулась мужественного лица.
Эрин выглядела невероятно красивой.
— Почему ты хочешь, чтобы я остался?— спросил он.
— Потому что ты — чемпион.
— Нет, это не так.
— Это именно так. Ты спас меня от Скоти.
Он сглотнул при этих словах.
— Если бы ты когда-нибудь увидела настоящего меня, то возненавидела бы.
— Как бы я смогла?
Вэйдан закрыл глаза, когда воспоминания нахлынули на него. Тот сон с ней был
иллюзией. Там не было ни капли правды. То, что он тогда услышал, что они
чувствовали...все это аморфный обман.
И все же он хотел, чтобы это стало реальным. Впервые в жизни, он желал чего-
то настоящего.
Хотел Эрин.
— Ты даже не знаешь, кто я, — прошептал он.
— Я знаю. Ты — Онир. Защищаешь людей от их ночных кошмаров.
Вэйдан нахмурился. Прошло слишком много времени с тех пор, как кто-то
вспоминал это слово.
— Как ты узнала про Ониров?
— Один человек рассказал мне о них сегодня днем, а, вернувшись домой, я
провела небольшое исследование. Так что теперь много чего про вас знаю.
— Например?
— Что вы вообще не можете испытывать чувств. Но я не верю в это.
— Не веришь?
— Нет. Ты слишком добрый.
Эти слова ошеломили Вэйдана. Доброта была последним, что он ожидал услышать
в свой адрес. Гипнос надорвал бы живот от смеха лишь при одной этой мысли.
— Эй, — позвала она. — Давай сделаем то, что мне всегда хотелось, но не
хватало смелости.
— Что?
Она бросила взгляд на озеро перед ними.
— Искупаемся голышом.
Прежде, чем он успел ответить, Эрин вскочила на ноги и стянула с себя майку.
У Вэйдана сбилось дыхание, когда он уставился на ее обнаженную грудь. Соски
затвердели, и он уже был готов попробовать их на вкус. Все тело вспыхнуло
как в огне, он шагнул к ней и тут же остановился, почувствовав, как боль от
полученных ран пронзила спину, точно копьем. Если он разденется, она увидит,
как он изранен. Поймет, что они сделали с ним. Вэйдан не хотел, чтобы она
когда-нибудь узнала об этом.
— Ты иди, — сказал он. — Я посмотрю на тебя.
Эрин не знала, как у нее хватило храбрости раздеться под его взглядом. В
реальной жизни она никогда не была настолько смелой. Зато в собственном сне
это нисколько ее не заботило. По правде говоря, ей даже понравилось горячее,
сладострастное выражение, появившееся на его лице, когда она сняла джинсы и
трусики, а затем направилась к воде.
Вэйдан наблюдал, как она плавает. Видел, как вода стекает с обнаженной кожи.
Эрин лежала на спине, ее грудь блестела на солнце, и он мог разглядеть
влажную поросль завитков меж ее ног.
Ему безумно хотелось подойти к ней и развести ее ноги так, чтобы он смог...
Он отвернулся.
— Вэйдан?
Беспокойство в ее голосе кольнуло его. Он должен ее покинуть.
Не в состоянии дольше оставаться, он кинулся в лес, игнорируя агонию
собственного тела. Эта боль была ничем по сравнению с той тяжестью, что
лежала на сердце.
Внезапно Вэйдан ощутил, что начал меняться. Увидел, как руки теряют
человеческую форму. Почувствовал жжение на коже, и его тело стало
превращаться...
— Вэйдан?
С колотящимся сердцем, он осознал, что не может остаться. Иначе она
обнаружит правду.
Закрыв глаза, он исчез из ее сна.
ГЛАВА 4
Эрин проснулась от телефонного звонка. С громким стоном она перевернулась,
чтобы ответить.
Звонила Крисси.
— Привет, подружка. Ну, как там твой отгул? Наслаждаешься?
Эрин наслаждалась бы им намного больше, если бы кое-кто не прервал ее сон в
тот самый момент, когда она пыталась найти Вэйдана, чтобы раздеть его догола
и затянуть с собой в воду.
— Вполне, — ответила девушка, подавляя свое недовольство.
— Я тебя разбудила?
— Да.
— Ой, извини. Снова мучили кошмары?
Эрин улыбнулась воспоминаниям.
— Нет, кошмаров не было.
— Правда? — недоверчиво спросила Крисси. — Ни секунды?
— Нет. А сейчас, ты меня извини, но я хотела бы еще немного поспать.
— Да, конечно, — сказала Крисси с непонятной ноткой в голосе. — Почему бы
тебе так и не сделать?
Эрин провалялась в постели еще целый час, пытаясь снова заснуть, чтобы найти
Вэйдана, но ничего не получилось.
Время, проведенное вместе с ним, давало ей такой положительный заряд
энергии, что ничего не оставалось, кроме как встать с постели. Злясь на себя
за то, что не может заставить себя снова заснуть, она слонялась по дому без
дела.
Поздним утром Эрин обнаружила, что сидит у компьютера, уставившись на свой
маркетинговый отчет.
Пока она работала, искренние, ободряющие слова Вэйдана проносились у нее в
голове. И прежде, чем она поняла, что делает, девушка свернула свою
электронную таблицу и открыла текстовой редактор.
Эрин просидела много часов, непрерывно печатая. Только в конце дня она
остановилась.
Впервые за последние годы Эрин была абсолютно счастлива. Она окинула
взглядом то, что сделала. Испытывая гордость за свои достижения, девушка
захотела с кем-нибудь поделиться.
Нет, поправила она себя. Ей хотелось разделить это с Вэйданом.
Эрин распечатала страницы и подошла с ними к кушетке. Укладываясь спать, она
прижала бумаги к груди, желая поскорее уснуть, в надежде снова его увидеть.
Она обнаружила Вэйдана на лугу. Он был одет во все черное, вплоть до кожаных
байкерских ботинок. Джинсы обтягивали его крепкие бедра, а черная футболка
смотрелась очень аппетитно, облегая его грудь так плотно и рельефно, как это
могло быть только в ее мечтах.
Прохладный ветерок ворошил его распущенные волосы, а серебристые глаза
мерцали в свете дня.
— Я искала тебя, — радостно сказала она.
Казалось, он был озадачен ее словами.
— Неужели?
— Да.
Она устроилась посреди летнего луга, а вокруг порхали красивые пестрые
бабочки. После их разговора прошлой ночью Эрин пыталась высвободить
художника внутри себя. Сама девушка была одета в легкую крестьянскую блузку
и свободную юбку, которая задралась до бедер, когда она села.
Для полной идиллии, используя воображение, она вызвала коробку печенья
Наттер Баттер.
Вэйдан придвинулся ближе.
— Что ты ешь?
— Наттер Баттер. Хочешь немножко?
Он опустился на колени перед ней.
— Что это?
Эрин сунула руку в красную коробку и вытащила горстку, показывая ему
маленькие кружочки коричневого цвета.
— Печенье с арахисовым маслом. Оно очень вкусное, а главное — во сне в нем
нет калорий.
Вэйдан рассмеялся.
— Дашь мне одно?
Испытывая необъяснимое волнение, девушка протянула ему печенье. Взяв его в
рот, Вэйдан лизнул ее палец.
— Восхитительно. Я имею в виду, твой палец.
Она улыбнулась и поцеловала его в щеку.
Вэйдан был настолько ошеломлен этим жестом, что выглядел почти комично.
— Эй, — сказала Эрин, откладывая коробку и беря в руки бумаги, которые
принесла с собой. — Ты будешь мной гордиться.
Он выгнул бровь.
— Я сегодня писала. Впервые после колледжа.
— Правда?
Она кивнула.
— И даже закончила десять страниц. Хочешь взглянуть?
— Конечно.
Взяв листы, он сел рядом и начал читать. Эрин наблюдала, как его
внимательный взгляд быстро скользит по страницам. Ей ужасно хотелось
дотронуться до него, провести руками по его великолепному телу. Этот мужчина
был сложен как атлет. Более того, его вкус вызывал зависимость сильнее, чем
шоколад.
Закончив читать, Вэйдан поднял на нее взгляд, и от гордого, одобрительного
выражения его лица у девушки перехватило дыхание. Он был так невероятно
красив, настолько горяч, что она совершенно теряла способность
сопротивляться его обаянию.
— Вампиры? — спросил он.
Она усмехнулась.
— Понимаю, тема фантастическая, но я сделала характеры персонажей более
глубокими. Что мне нравится, так это то, что мой рассказ сильно отличается
от других историй про вампиров.
— Твои герои напоминают мне некоторых людей, которых я знаю.
Рот Эрин недоверчиво приоткрылся.
— Да ладно! Ты знаешь вампиров?
— Я знаю многих из них.
— Ты дразнишь меня? — спросила она с подозрением, все еще неуверенная в том,
насколько он был серьезен. — Они действительно существуют?
Вэйдан не ответил. Вместо этого он перелистнул несколько страниц назад.
— У тебя потрясающий талант, Эрин. Не позволяй ему пропадать впустую.
Услышав это от него, она почти поверила.
— Ты так думаешь?
— Да.
Он отложил бумаги и уставился на нее.
Блузка Эрин начала расшнуровываться. Вэйдан не спускал с нее глаз, и девушка
задрожала от мрачного, голодного выражения его лица. Шнурки медленно
выдернулись из отверстий. Соски Эрин напряглись в ожидании. Края ее блузки
разошлись, обнажая одну грудь.
— Эй! — притворно возмутилась она.
Ничуть не раскаиваясь, он улыбнулся.
— Моя любимая часть грез. Одежда не обязательна.
Эрин зашипела, когда он накрыл ладонью ее грудь, и тогда она исполнила свой
собственный фокус.
Нахмурившись, Вэйдан посмотрел вниз на свою новую одежду.
— Что это?
Она закусила губу, разглядывая его костюм.
— Хорошо смотришься в образе пирата.
Он рассмеялся.
— Эй, на берегу, — протянул Вэйдан, опуская ее на траву. — Моему кораблю
нужен порт.
Она застонала, стоило ему лишь поцеловать ее.
— Моему порту нужен корабль.
Они занимались любовью целую вечность. Эрин обладала Вэйданом так, как
только может женщина обладать мужчиной. Он овладевал ею, находясь сверху,
снизу и даже сзади.
Часами она скользила руками и губами по его великолепной смуглой коже, пока
не изучила его тело лучше, чем свое собственное. В конечном итоге они
поднялись в небо, где занимались любовью, окруженные мерцающими звездами.
Эрин тихо лежала в его объятиях, слушая, как бьется под щекой его сердце.
— Вэйдан? — спросила она, сев так, чтобы его видеть. — Куда ты идешь, когда
не находишься в моих снах? Ты посещаешь других женщин?
Его горячий взгляд опалил ее.
— Нет. Я не хочу никакую другую женщину.
— Правда?
— Клянусь тебе.
Эрин подняла его руку и поцеловала в ладонь.
— Тогда чем ты занимаешься?
Его глаза полыхнули.
— Я придумываю способы заняться с тобой любовью.
Она громко рассмеялась над этой мыслью.
— Знаешь, чего я хочу?
— После того, что у нас только что было, я даже представить себе не могу.
— Я хочу показать тебе карнавал. Ты когда-нибудь был хоть на одном?
— Нет.
Зажмурившись, Эрин вообразила для них ярмарку штата.
Ее мир ошеломил Вэйдана. Яркий свет и музыка ...
Привыкший посещать людей только в их кошмарах, он никогда прежде не слышал
музыки. Звуки были прекрасны и согревали душу.
Находясь в окружении лишь нескольких человек, Вэйдан позволил ей взять его
за руку и кормить сладкой ватой, карамельными яблоками, пончиками и корн-
догами.
В перерывах между едой, они прокатились на всех аттракционах, отчего у
Вэйдана голова пошла кругом. Но даже не столько от всего этого, сколько от
самой женщины, находившейся рядом.
— Эй! — позвала она, когда они приблизились к другой палатке. — Давай
сфотографируемся. Мне всегда хотелось иметь фотографию в стиле ретро. Что
скажешь?
— Все что угодно, если это сделает тебя счастливой.
Вэйдан позволил ей одеть себя на манер ковбоя со Старого Запада, в то время
как Эрин оделась девочкой из салуна, но больше всего ему понравилось, когда
она села к нему на колени, и он смог обнять ее. Стало еще лучше, когда
платье задралось так, что ее голые бедра оказались прижаты к его чреслам.
Вэйдана поразило, как быстро его тело отреагировало на эту близость.
Как он мог хотеть заняться с ней любовью, когда уже провел много часов,
растворяясь в ее теле? И все же никак нельзя было отрицать того огня, что он
чувствовал. Ему хотелось сбросить с себя штаны и накрыть ее горячее, влажное
тело своим.
— Ты в порядке? — спросила Эрин, глядя на него через плечо.
Вэйдан кивнул, не обращая внимания на то, что пах горел как в огне.
На первой картинке они были щекой к щеке. На второй — он держал ее на руках,
а на последней — она наклонилась и в последнюю секунду поцеловала его в
щеку.
Эрин взяла снимки у фотографа и нахмурилась.
— О, господи, — она вздохнула. — Я похожа на трофей неудачника.
— Прости?
Ее глаза были печальны, когда она отдавала ему фотографии.
— Ты так невероятно красив, а я всего-навсего пухлое, круглое ничто со
среднестатистической внешностью.
Вэйдан чувствовал себя так, словно она его ударила.
— Эрин, — сказал он охрипшим голосом. — Ты — не ничто. Ты — самый красивый
человек, которого я когда-либо знал.
Девушка слабо улыбнулась.
— Ты такой милый.
Вэйдан остановил ее и повернул лицом к себе.
— Нет, не в этом дело. Хочешь знать, что я вижу, когда смотрю на тебя?
Эрин сглотнула, ее пристальный взгляд изучал его лицо.
— Конечно.
Вэйдан снова вручил ей фотографии.
Рассматривая их, Эрин изумленно уставилось на то, что предстало ее глазам.
Ее мышиного цвета каштановые волосы отливали золотом. Цвет лица имел
замечательный персиковый оттенок, а темно-карие глаза были яркими и
блестящими. Она выглядела просто потрясающе.
И так на себя не похожа.
— Это — то, что ты видишь? — спросила она Вэйдана.
Он кивнул с мрачным выражением лица.
— Для меня ты именно такая.
Эрин потянулась, чтобы обнять его, но прежде, чем она смогла это сделать,
раздалось странное жужжание.
Вэйдан мгновенно исчез.
— Нет! — застонала она, проснувшись от звонка в дверь.
Готовая от досады учинить расправу над незваным гостем, Эрин встала и
открыла дверь.
Она изумленно моргнула. На пороге стояла Крисси,
— Привет, — радостно поздоровалась девушка. — Прости, что потревожила, но
Джон хотел, чтобы я передала тебе больше информации для отчета.
Едва сдерживая раздражение, Эрин распахнула дверь пошире и взяла из рук
Крисси диски.
— Спасибо. Жаль, что тебе пришлось сюда добираться.
— Без проблем. — Крисси, нахмурившись, разглядывала ее. — Ты опять спала?
Эрин покраснела.
— Да.
— Уверена, что все нормально?
— Абсолютно.
— Кошмары?
— Полностью прошли.
— О, — сказала Крисси странно невыразительным голосом. — Рада это слышать.
Так значит, нормальные сны?
Эрин нахмурилась, видя, какой странное направление приняла их беседа.
— Совершенно потрясающие сны.
Крисси кивнула.
— Ах, ну что ж, это здорово. Увидимся позже, хорошо?
— Еще раз спасибо, — сказала Эрин, закрывая дверь.
Она прислонилась головой к двери и выругалась. Кого или что ей нужно убить,
чтобы получить непрерывный день с Вэйданом?
В последующие несколько дней Эрин стала еще сильнее опасаться за свой
рассудок. Но теперь уже не из-за кошмаров, а потому, что больше не хотела
просыпаться.
Каждую ночь Вэйдан приходил к ней. Она водила его на танцы и показывала ему
те места и вещи, которые он никогда прежде не видел.
Более того, Эрин обнаружила, что он в какой-то степени способен
контролировать момент ее засыпания. Он сказал ей, что может одолжить у
своего дяди Уинка дымку и с ее помощью, подобно Сандману, вызвать сон.
В пятницу днем, почувствовав, как на нее нахлынула сильная волна усталости,
девушка поняла, что это сделал Вэйдан.
Он становился все более нетерпеливым, ожидая, пока она заснет, и в глубине
души Эрин задавалась вопросом, не случится ли так, что однажды он затянет ее
в свое царство и не позволит ей вернуться обратно.
Когда она открыла глаза, то обнаружила, что он лежит рядом, а яркость его
глаз опалила ее.
— Ты на меня сердишься? — спросил он, проведя рукой по ее щеке.
— Следовало бы. Я действительно хотела посмотреть этот фильм.
— Мне жаль, — сказал он, но по его лицу она поняла, что в нем не было ни
капли раскаяния.
— Нет, ты не сожалеешь.
Он улыбнулся ей.
— Да, мне не жаль, но не хочу, чтобы ты на меня за это сердилась.
Она рассмеялась над ним.
— Злой ты.
Его игривость тут же исчезла.
— Почему ты это сказала?
Она нахмурилась, заметив его болезненную реакцию, но не понимая ее причины.
— Я пошутила, Вэйдан.
Его челюсть сердито сжалась под ее рукой.
— Не хочу, чтобы ты когда-нибудь думала, что я действительно злой.
— Как я могу?
Вэйдан прижался губами к ее губам, пробуя ее на вкус, желая проглотить. Он
нуждался в ней, и чем дольше она была рядом, тем хуже становилось. Он
никогда не знал ничего слаще ее губ. Ничего дороже ее маленького лица в
форме сердечка.
Эрин была поражена страстью его поцелуев. Каждый следующий казался все более
властным.
Затем он спустился губами ниже, к груди, где остановился, неторопливо
наслаждаясь каждым холмиком. Пока он дразнил Эрин, с неба на нее посыпались
лепестки белых роз.
Девушка рассмеялась.
— Что это?
— Мой подарок тебе, — сказал Вэйдан. — Я хочу усыпать тебя розами.
— Почему белыми?
— Потому что, как и ты, они чисты и красивы.
Потом он принялся целовать ее ниже, медленно спускаясь по животу, двинулся
вниз по ноге, затем поднялся по внутренней стороне бедра, и, наконец,
поцеловал ее туда, где она больше всего желала.
Эрин стонала под ласками прижимающегося к ней рта, его язык кругами обводил
припухший комочек, а потом спустился ниже к пульсирующей точке. Он зарычал,
и этот звук вызвал трепет во всем ее теле.
Казалось, ему нравится доставлять ей удовольствие первой. Он никогда не
позволял себе получить собственную разрядку до тех пор, пока она не
достигнет кульминации хотя бы дважды.
Она задрожала в судорогах, когда первый оргазм накрыл ее. Когда Эрин пришла
в себя, Вэйдан отстранился с дьявольской усмешкой, благодаря которой казался
совсем мальчишкой.
— Я люблю твой вкус. И твой запах.
Она тепло улыбнулась ему.
— А я люблю быть с тобой. И даже не хочу больше просыпаться. Изо дня в день
я живу, желая уснуть, дожидаясь того времени, когда снова тебя увижу.
Мрачная гримаса исказило его лицо.
Неужели эти слова причинили ему боль? Она не представляла себе, как или
почему это было возможно, и все же...
— Вэйдан?
Он отодвинулся, и его черная одежда немедленно вернулась, с
...Закладка в соц.сетях
