Жанр: Любовные романы
Призрачный любовник
...ужчина до него. Как
если бы действительно дорожил ею. Как будто она была единственной
существующей для него женщиной.
Его движения были неистовы, когда он толкался в нее. Медленно. Глубоко.
Сильно.
Обвив его ноги своими, она скользила ими вверх-вниз, ощущая ласку волос на
его ногах.
Наклонив голову, мужчина ртом ласкал ее грудь, беспощадно дразня, и гладя ее
тело своим. Издав низкий гортанный стон, она обхватила его голову,
притягивая к себе.
Тогда он отклонился назад так, чтобы иметь возможность рассмотреть ее. Эрин
сглотнула при виде Вэйдана, возвышающегося над ней и взглянула в его
сверхъестественные серебристо-синие глаза. Удерживая ее ноги руками, он
продолжал входить в нее еще глубже.
Его искусные толчки были примитивными, горячими и мучительными. И они
доставляли ей невероятное удовольствие, волнами распространяющееся по всему
телу, от головы и до кончиков пальцев ног.
Облизнув губы, Вэйдан заметил, что она наблюдает за ним. Эрин не могла
пошевелиться — его глаза лишали способности двигаться. Все, на что она была
способна, это, не отрываясь, смотреть на него. Чувствовать его твердость
глубоко внутри.
Она видела отражавшееся в глазах воина удовольствие, видела, что он
наслаждается ею. И когда он опустил взгляд на точку их соединения, она
вздрогнула.
— Ты моя, Эрин, — выдохнул он сквозь сжатые зубы, толкая себя еще сильнее и
глубже в нее, движением подчеркивая каждое слово.
Вэйдан заключил ее в объятия и прижал к груди, как будто она была бесконечно
дорога ему.
Цепляясь за него, Эрин чувствовала, как нарастает удовольствие, становясь
еще острее, пока не превратилась в сноп раскаленных добела искр. Спрятав
лицо в изгиб ее шеи, он выкрикнул, присоединившись к ней на вершине.
Она лежала полностью удовлетворенная, ощущая, как он содрогается над ней и
внутри нее. Тяжело дыша, он не двигался в течение нескольких минут.
Приподнявшись, Вэйдан посмотрел на нее.
— Я с тобой, акрибос, — прошептал он. — Я всегда буду с тобой.
Небывалая волна усталости накрыла ее. Эрин закрыла глаза, но даже тогда
могла чувствовать и понимать, что происходит.
Перекатившись на спину, Вэйдан прижал ее к груди. Чувствуя, как его руки
скользят по ее телу, она вдыхала теплый, мужественный аромат его кожи.
Даже во сне, Эрин чувствовала его присутствие и знала, что он охраняет ее,
защищая ото всех. И, впервые за недели, пребывала в мире и спокойствии.
— Спи, Эрин, — тихо шепнул он. — Скоти не смогут добраться до тебя здесь. Я
им не позволю.
Эрин улыбнулась во сне. Но сквозь вновь поглотившую ее тьму в голове
прозвучал отдаленный голос.
Кто теперь представляет для тебя большую опасность, Эрин? Кристиана или
Вэйдан?
ГЛАВА 2
Эрин медленно пришла в себя и обнаружила, что лежит на спине, за пределами
своей рабочей кабинки. Пару секунд она вообще не могла пошевелиться; потом
понемногу снова начала чувствовать собственное тело.
Первое, что она увидела, был взволнованный хмурый взгляд Крисси.
Затем заметила двух врачей, сидящих рядом. Ее босс, как и несколько коллег,
держался в стороне, хмуро поглядывая на девушку. По лицу Джона она поняла,
что его единственной мыслью было: сколько же документов придется заполнить
по этому поводу.
— Что случилось? — спросила Эрин.
— Ты упала в обморок, — сказала Крисси. — Как будто оцепенела, что ли...
Эрин закрыла лицо руками, поскольку смущение переполняло ее. Такое возможно
только с ее везением — испытать самый эротический сон в жизни на глазах у
половины сотрудников офиса.
О Боже, пристрелите меня кто-нибудь!
— Как Вы себя чувствуете? — обратился к Эрин один из медиков, помогая ей
сесть.
— Я чувствую... — Ее голос затих. Как ни странно, она чувствовала себя
потрясающе. Лучше чем когда-либо прежде.
— Мисс? — настаивал доктор. — С Вами все в порядке?
Эрин кивнула, отчаянно пытаясь удержать образ Вэйдана, но он постепенно
исчез, оставив после себя странное чувство одиночества.
— Все хорошо, правда.
— Не знаю, не знаю, — сказала Крисси. — В последнее время она чертовски
много работает. Не спит. Возможно короткое пребывание в больнице, где она
сможет поспать...
— Крисси! — Эрин раздражённо оборвала подругу. — Что ты пытаешься сделать?
— Хочу немного тебе помочь. Возможно, у них есть что-нибудь, способное
заставить тебя спать по ночам.
— Мне не нужно спать, — сказала она, пораженная правдивостью этих слов. — Я
чувствую себя полностью отдохнувшей.
Врач посмотрел на Крисси.
— Ее основные жизненные показатели в норме. Если она говорит, что все в
порядке, значит, так и есть. — Он вручил Эрин бланк медицинского осмотра. —
Подпишите это, и Вы свободны, но на Вашем месте я бы обратился к врачу.
Просто на всякий случай.
Крисси с сомнением смотрела на нее.
— Я в порядке, Крисси, — настаивала Эрин, подписывая бланк.
Но Джон все равно велел ей идти домой и до конца недели не появляться на
работе.
Испытывая сильное смущение, Эрин не стала возражать. Собрав свои вещи, она
вышла из здания и направилась к автомобильной стоянке.
Крисси пошла проводить ее до машины.
— Послушай, прежде чем Джон пошел за кофе, и ты упала на пол, я собиралась
сказать, что у меня есть знакомый — психолог, который специализируется на
расстройствах сна.
Эрин остановилась у своего зеленого Форда-Эскорт. Странно, что Крисси не
упоминала об этом раньше, но это объясняло, почему она так интересовалась
снами Эрин, с тех пор как все это началось.
— Правда?
— Да. Его зовут Рик Суорд, и я рассказывала ему о тебе. Он считает, что
сможет помочь. — Крисси вручила ей новенькую темно-серую визитную карточку.
— Я действительно думаю, что тебе следует с ним связаться.
Эрин изучала карточку. Сейчас она чувствовала себя лучше, чем когда-либо
прежде, но возможно ей нужно позвонить ему на случай, если кошмары вернутся.
— Спасибо, — сказала Эрин, садясь в автомобиль. — Может, я и поговорю с ним.
Крисси смотрела на нее снаружи через стекло и беззвучно, одними губами,
произнесла:
Позвони ему
.
Эрин махнула ей рукой и поехала домой, но, пробираясь по оживленным улицам,
поняла, что не испытывает никакого желания возвращаться в свою одинокую
квартиру.
Откровенно говоря, чувствовала она себя довольно странно. Эрин почти ощущала
присутствие Вэйдана. Была готова поклясться, что все еще чувствует
мужественный аромат сандалового дерева, свойственный его коже; он занимал
все ее мысли.
— Это был всего лишь сон, — прошептала она вслух.
Хотя и по-настоящему потрясающий. Такой реальный. Такой яркий и эротичный.
Доставивший такое невероятное удовольствие.
Девушка притормозила на красный свет, взгляд скользнул по визитке, лежащей
на пассажирском сидении. Она быстро, боясь передумать, схватила сотовый
телефон и набрала номер доктора Суорда.
Секретарь сразу же соединила ее с ним, а Эрин повернула машину по
направлению к скоростной автомагистрали.
— Мисс МакДэниелс, — сказал Суорд нетерпеливо. — Крисси столько рассказывала
о Вас. Я действительно хотел бы побеседовать с Вами, если у Вас есть время.
Что-то заставило ее согласиться.
— Да, конечно. Когда?
— Какие у Вас сегодня планы на ленч?
Эрин издала нервный смешок.
— Полагаю встреча с Вами — будет правильным ответом.
Он засмеялся в ответ.
— Скажите мне вот что. Почему бы нам в первый раз не встретиться где-нибудь
в городе? Мне кажется, это позволяет людям чувствовать себя более
непринужденно. Может, в ресторане Томпсона на Файв-Поинтс?
— Хорошо. Во сколько?
— А давайте прямо сейчас? Он как раз должен быть уже открыт.
— Кажется, Вы уже все продумали заранее... Я буду там примерно через
полчаса.
— Прекрасно. Буду ждать.
Эрин свернула на скоростную магистраль и направилась к месту встречи.
Достигнув аллеи, она припарковала машину у необычного ресторана, который
специализировался на джазовой музыке и Богемной еде, затем зашла в здание.
В полутемном зале было всего несколько человек, расположившихся за
столиками. Только сейчас она поняла, что забыла спросить доктора, как он
выглядит.
— Эрин?
Она обернулась и увидела, как следом за ней в дверь вошел высокий,
представительный мужчина, лет сорока с небольшим.
— Да?
— Рик Суорд, — сказал он, протягивая ей руку.
Эрин пожала ее.
— Приятно познакомиться.
— Да, — отозвался он с вежливой улыбкой. — Да, мне тоже.
Заняв столик в глубине ресторана, они сделали заказ. После чего она описала
ему свои кошмары.
Сначала Эрин немного нервничала, но постепенно стала добавлять в рассказ все
больше деталей, потому что мистер Суорд слушал очень внимательно и,
казалось, ничуть ее не осуждал.
— А потом там появился этот парень, Вэйдан, и он назвал чудовищную змею
Скотос. — Она помолчала, болтая соломинкой в стакане с кока-колой. — Вы,
наверное, считаете меня сумасшедшей.
— Едва ли, — возразил он, и его синие глаза были искренни. — Если честно, я
нахожу Вас очаровательной. Скажите, Вы слышали о Скоти прежде?
— Нет, никогда.
— Хммм, интересно.
Девушка нахмурилась, поскольку он сделал несколько пометок в блокноте,
который принес с собой.
— Почему?
— Ну, они — часть истории. Вам когда-нибудь преподавали курс древнегреческой
цивилизации или мифологии в колледже?
— Можно сказать, нет. Я имею в виду, что мы проходили основы греческого
пантеона в средней школе, и нужно было прочитать
Одиссею
и
Царя Эдипа
в
колледже, но это все.
— Хммм, — сказал доктор Суорд, как будто ему и это показалось занимательным.
— А почему Вы спрашиваете?
— Я просто удивился, каким образом мысли о Скоти попали в Ваше подсознание.
В его голосе прозвучало что-то такое, от чего она сразу насторожилась.
— Вы говорите, они существуют?
Он засмеялся.
— Это зависит от того, верите ли Вы в древнегреческих богов. Но они были
частью той культуры. Их считали, за неимением лучшего определения, демонами
ночных кошмаров. Согласно поверью, они проникали в сны людей, и таким
образом могли высасывать эмоции и творческий потенциал. Это возвышало их,
если хотите.
— Как энергетические вампиры?
— Вроде того. Так или иначе, легенда говорит, что они посещали душу всего
несколько раз за всю жизнь и шли дальше. Так древние объясняли свои кошмары.
Но, по их мнению, время от времени Скотос мог прицепиться к конкретной
жертве, и тогда он возвращался много раз, пока человек не терял рассудок от
этих посещений.
— В каком смысле
терял рассудок
?
Он сделал маленький глоток.
— Научная теория на основе легенды состоит в том, что посещения, независимо
от того, реальны они или нет, нарушают нормальную структуру сна. Из-за этого
жертва фактически никогда не отдыхает и не восстанавливает силы за ночь, и,
таким образом, возникает психологическое давление. Если это продолжается
достаточно долго, то приводит к психической неустойчивости.
Дрожь пробежала по спине Эрин. Это прозвучало как-то слишком похоже на то,
что случалось с ней.
— Итак, как можно избавиться от Скотос?
— Согласно легенде, Вы — не можете.
— Я могу бороться с ними?
Он покачал головой.
— Нет, но древние греки верили в идеальный баланс. Поскольку есть злой
Скотос, то, по аналогии, должен быть и добрый Онир, чтобы бороться с ним за
Вас.
— Ониры?
— Их считали детьми бога сна Морфея. Они защищали людей и были подобны
богам. Неспособные испытывать чувства, они тратили вечность, охраняя людей в
их снах. Всякий раз, когда Скоти привязываются к конкретному человеку и
начинают истощать его слишком активно, Ониры приходят и спасают смертного от
их когтей.
— Как Вэйдан сделал для меня.
— Вполне вероятно.
— А Скоти, откуда они вообще появились?
— Они были детьми Фобетора, бога, принимающего образ различных животных. Его
имя означает пугающий, и поэтому они властвуют над кошмарами.
— Таким образом, Скоти и Ониры связаны?
Мужчина кивнул.
— Поразительно, — сказала она, обдумывая полученную информацию и вспоминая
свои сны.
Она смутно припоминала, как Скоти угрожал Вэйдану. Возможно ли, чтобы демоны
каким-то образом действительно проникли в ее сон? Есть ли вероятность того,
что Вэйдан и остальные реальны?
Это было нелепо, но все же ...
Эрин покраснела. Если они были реальны, то у нее только что был случайный
секс с прекрасным незнакомцем.
— Доктор Суорд, — спросила она серьезно, — Вы верите, что они существуют?
Взгляд его светло-голубых глаз буквально впился в нее.
— Юная леди, в своей жизни я видел такие вещи, от которых любой мог бы
поседеть раньше времени. Еще давным-давно я понял, что нельзя отбрасывать
никакую, даже самую невероятную, возможность. Но предположение о том, что
греческие боги проникли в мои сны, лично я рассматриваю как очень
тревожащее.
Ее лицо вспыхнуло еще жарче.
— Уверяю Вас, меня это беспокоит гораздо сильнее.
Он улыбнулся.
— Полагаю, что так. — Он потянулся к маленькому кожаному чехлу на поясе и
вытащил КПК Palm Pilot. — Скажите-ка мне вот что. Почему бы нам с Вами не
назначить встречу на следующей неделе, чтобы проконтролировать Ваши сны? Мы
можем присоединить Вас к нашим аппаратам, погрузить в долгий сон и
проконтролировать электроэнцефалограмму. Возможно, это даст нам научное
объяснение того, что же такое с Вами происходит.
Эрин благодарно кивнула.
— Это звучит намного лучше, чем греческие боги и демоны, свободно
разгуливающие по моим снам.
Вэйдан сидел высоко над океаном, на маленьком скалистом выступе, на котором
с трудом помещалось его длинное тело. Он приходил сюда, сколько себя помнил.
С тех самых пор как был маленьким ребенком, целую вечность назад.
Сюда он приходил после ритуальных избиений, предназначенных уничтожить его
чувства и сострадание. Здесь отдыхал, ожидая пока утихнет боль его
существования, чтобы вновь обрести нечувствительность, ради которой поклялся
жить.
Здесь, на высоте, мог слушать рев волн и смотреть на бескрайний простор
океана и чувствовать необыкновенную умиротворенность.
Только теперь этот покой ушел. Разрушен.
Что-то странное случилось с ним, когда он занялся любовью с Эрин. Словно он
оставил с ней часть себя.
Даже сейчас Вэйдан мог ее почувствовать. Закрыв глаза, он мог бы даже
сказать, что ощущала она.
Хуже того, он страстно ее желал. Хотел быть с ней снова, почувствовать ее
мягкие прикосновения к его коже. Прежде он и не подозревал, что существует
такая нежность, и теперь, когда узнал...
— Ты нарушил правила, не так ли?
Вэйдан стиснул зубы, услышав над собой голос Уинка. Посмотрев наверх, он
встретил взгляд больших любопытных серебристых глаз, с интересом
рассматривающих его.
Уинк был последним богом, которого он хотел бы сейчас видеть. Формально
Уинк, сын Никс, богини ночи, и Эреба, воплощения изначального мрака, был
двоюродным дедом Вэйдана и одним из самых древних среди богов; однако своим
поведением он больше напоминал подростка. Его юное лицо всегда выражало
веселье и оживление, а длинные каштановые волосы стянуты шнурком и откинуты
за спину.
Больше всего Уинк раздражал тем, что любил розыгрыши и всегда высмеивал
детей Мист.
— Я ничего не сделал.
— Ой, да ладно тебе, признайся, Ви. Я услышал, как твои братья и сестры
говорили о тебе. Они сказали, что ты отобрал у них человека и исчез. А
теперь, выкладывай подробности.
— Отстань.
Уинк в ответ улыбнулся.
— Значит, ты действительно что-то сделал. Ух, и здорово же, наверно, это
было, раз ты такой скрытный.
Вэйдан смотрел на плещущиеся внизу волны.
— У тебя что, нет дел поинтереснее? Например, издеваться над богами, которые
действительно способны на тебя рассердиться?
Уинк ухмыльнулся еще шире.
— Сарказм. Хм, кто-то слишком долго пробыл среди людей.
Вэйдан не ответил.
Не пришлось. Уинк фыркнул, как щенок с парой грязных носков в зубах, и
коснулся его плеча. Но тут же отпрянул, его глаза удивленно расширились.
— Ты злишься на меня, не так ли?
— Я не способен испытывать гнев, и ты хорошо это знаешь.
Это не сработало. Уинк обошел Вэйдана вокруг, его глаза были размером с
блюдца. Чуть приподняв рукой подбородок Вэйдана, он стал внимательно изучать
его глаза.
— Я вижу там эмоции, вижу, как они бурлят и перемешиваются. Ты боишься.
Вэйдан выдернул подбородок из схвативших его пальцев и отодвинулся.
— Разумеется, нет. Я ничего не боюсь. Никогда не боялся и никогда не буду.
Уинк повел бровью.
— Такое яростное возражение. Твой род никогда не проявляет такую страстность
в разговоре, в отличие от тебя.
Вэйдан отвел взгляд, его сердце сильно колотилось. Он чувствовал странную
панику. И вспомнил, как однажды в детстве, много веков назад, посмел задать
неправильный вопрос.
— Афродита, почему я не могу любить?
Богиня посмеялась над ним.
— Ты — дитя Мист, Вэйдан. Она бесформенна и бесплотна. Пуста. Лучшее, на что
ты можешь надеяться, это испытать мимолетные, приглушенные чувства, но
любовь ..., любовь крепка и вечна, она выше твоего понимания или
способностей.
— Тогда почему я могу чувствовать такую боль?
— Потому что она, как и ты, лишь мимолетная иллюзия. Как вода в океане,
убывает и прибывает, сначала нарастая до колоссальных размеров, а затем
откатываясь в небытие. Она никогда не длится долго.
За века он узнал, что богиня ошибалась насчет боли, которая тоже была вечной. И никогда не уходила.
До тех пор, пока он не познал Эрин.
Закрыв глаза, он чувствовал, что не понимает этого. Что она с ним сделала?
Уинк ткнул его в плечо.
— Давай, Ви, рассказывай, почему ты в таком настроении.
Он поднял взгляд на двоюродного деда. Любое доверие было столь же чуждо
Вэйдану, как и любовь. Но он нуждался в опыте Уинка. Дед старше и знает
больше. Пожалуй, он мог бы помочь Вэйдану разобраться в этом.
— Если я расскажу тебе, что случилось, ты должен поклясться рекой Стикс, что
никому не скажешь. Никому.
Уинк кивнул.
— Аид может приковать меня в преисподней, но, клянусь Стиксом, я никогда не
произнесу ни единого слова из того, что ты мне скажешь.
Вэйдан глубоко вздохнул и приготовился к признанию.
— У меня был секс с человеком.
Уинк выгнул изящную бровь и улыбнулся.
— Приятно, не правда ли?
— Уинк!
— Да, я прав. И настоятельно рекомендую. — Уинк сделал многозначительную
паузу. — Кто это был — мужчина или женщина?
— Женщина, конечно. Что за вопрос?
— Не в меру любопытный и вполне соответствующий моему очаровательному
характеру.
Вэйдан закатил глаза. Теперь он понял, почему другие боги говорили, что Уинк
может быть большой занозой в заднице.
— Итак, — продолжал Уинк, — она была хороша?
Волна желания прокатилась по телу Вэйдана, жаром пронзая пах, при одном
упоминании о ней. Однако он отказывался отвечать на этот вопрос. Это было
слишком личное и совершенно не касалось Уинка.
— Судя по твоему лицу, определенно
да
.
Вэйдан зарычал на двоюродного деда и попытался сменить тему.
— Как бы то ни было, что-то случилось.
— Что-то?
— Каким-то образом это изменило меня.
Уинк фыркнул.
— Ну, это просто глупо. Если бы секс со смертным изменял бога, трудно
сказать, чем бы я был сейчас. Ну а что касается Зевса ... даже подумать
страшно.
Вэйдан проигнорировал его слова. Хуже всего было то, что он испытывал
настойчивую потребность снова видеть Эрин. Чувствовать на себе ее руки.
Он жаждал ее нежности.
Жаждал ее тепла.
Он должен был ее получить.
— Вэйдан!
Услышав голос Гипноса, Уинк побледнел. Гипнос был тем самым богом, который
властвовал над всеми богами сна. Рано или поздно, все они отвечали перед
ним.
— О-о, — прошептал Уинк. — Он выглядит взбешенным. — Уинк исчез, оставив
Вэйдана в одиночестве перед лицом старого разгневанного бога.
Вэйдан вскинул голову, чтобы узнать, как выглядит этот старик в ярости. Но
так как ему никогда не приходилось видеть другого выражения на лице Гипноса,
то не смог оценить его внешний вид по достоинству.
— По-моему, он выглядит как обычно.
— Вэйдан, — рыкнул Гипнос. — Не заставляй меня спускаться к тебе.
Вэйдан фыркнул в ответ. Если Гипнос думал испугать его, то ему следовало
попробовать что-нибудь новое. Вэйдан давным-давно научился не обращать
внимания на подобное.
Поднявшись выше по скалам, он подошел к богу, заставляющему дрожать в страхе
и Скоти, и Ониров. Только Гипнос мог вызвать в них подлинные эмоции.
Вэйдан ничего не чувствовал, приближаясь к старику.
— Ты соблазнил смертную в ее сне.
Брошенное обвинение повисло между ними, когда Вэйдан в упор уставился на
бога.
— Тебе есть, что сказать в свое оправдание?
Вэйдан ничего не ответил. Что он мог сказать? Он нарушил запрет. Другие
боги, при желании, могли спать с людьми, но не его вид.
Вэйдан был не первым из своего рода, кто отступил от правил. Однако он был
не так глуп, чтобы хоть секунду надеяться, что Гипнос будет милосерден к
нему.
Вэйдан не был любимчиком.
— Ты знаешь наши законы, — сказал Гипнос. — Почему ты их нарушил?
Потому что я хотел этого. Лишь однажды. Всего на одно мгновение вечности я
хотел притвориться, что нужен кому-то
.
Правда ошеломила его. Независимо от того, какое наказание выберет для него
Гипнос, Вэйдан ни о чем не пожалеет.
Он никогда не забудет тот драгоценный момент, когда держал Эрин в своих
руках, а она мирно спала на нем сверху. Ее дыхание, щекочущее его грудь. Эта
девушка сделала то, чего никто и никогда не делал прежде. Поверила ему.
Тепло Эрин просочилась в него, и впервые с тех пор как родился, Вэйдан
познал если и не любовь, то хотя бы нежность. И этого было достаточно.
Гипнос смотрел на него как на что-то отвратительное. Мерзкое. Но и к этому Вэйдан уже давно привык.
— Возьмите его, — сказал старый бог, толкая его в руки своих карателей. —
Сдерите с его тела человеческий запах и позаботьтесь, чтобы он никогда не
забыл этой боли.
Уже перевалило за полночь, когда Эрин набралась храбрости отправиться спать.
То, чем могут обернуться ее сновидения, вселяло ужас, и все же она хотела
снова увидеть Вэйдана.
Насколько глупым было это желание?
Он не был реальным, и нет гарантий еще хоть когда-нибудь увидеть его во сне.
И все же она надеялась на маленькое чудо.
Сдаваясь объятиям Морфея, она позволила изнеможению овладеть собой.
Вместо ощущения падения, которое привыкла ожидать от своих снов, Эрин
чувствовала, будто парит высоко над миром. Впервые за прошедшие недели, она
видела нормальные, радостные сновидения.
Никто не преследовал ее. Не пугал.
Это был настоящий рай, если не считать отсутствия дорогого ей призрачного
возлюбленного.
Вздохнув во сне, Эрин увидела себя одетой в джинсы и майку, сидящую на
крылечных качелях, которые обычно висели во внутреннем дворике дома ее тети
Мэй. День был замечательный, ясный и потрясающе теплый, воздух наполнен
ароматом цветущей жимолости и сосны.
В юности она провела не одно лето на этой ферме в Калифорнийских горах.
Как же ей этого не хватало.
— Что это за место?
Эрин вздрогнула от глубокого, с акцентом голоса, раздавшегося позади нее.
Обернувшись, она увидела Вэйдана, упершегося руками в белые перила крыльца
по обе стороны от него и наблюдавшего за ней. Его длинные черные волосы были
собраны в "конский хвост", ясные серебристые глаза смотрели настороженно.
Черная на пуговицах рубашка подчеркивала прекрасную мускулатуру тела, а на
коленях джинсов виднелись дыры.
Девушка не могла понять почему, но он казался немного бледным и усталым,
лицо — осунувшимся. Но все равно была рада, что он здесь.
Эрин улыбнулась ему.
— Это одно из любимых мест моего детства.
— Что ты здесь делала?
Она встала и направилась к нему, но он тут же отпрянул.
— Что-то не так?
Вэйдан покачал головой. Он не должен был здесь находиться. Ему следовало
держаться подальше от нее, и все же...
Он не смог.
Как только она заснула, он ощутил ее умиротворяющее присутствие, взывающее к
нему.
Исполненный решимости, Вэйдан сопротивлялся этому, сколько мог.
Но, в конце концов, проиграл.
Он пришел сюда против собственного желания. Вопреки здравому смыслу.
Его тело, даже притом, что заживало в сто раз быстрее, чем человеческое,
было все еще воспалено и ломило от понесенного наказания. Это напомнило ему
о высокой цене, которую придется заплатить, стоит лишь кому-то узнать о том,
где он находится.
Она положила ладонь на его руку. Вэйдан закрыл глаза от пронзившей его боли.
Его руки были жестоко изранены, но даже агония, вызываемая ранами, не с
...Закладка в соц.сетях
