Жанр: Любовные романы
Кембриджский затворник
... и я
приеду. — Жду не дождусь нашей встречи, — сказал он. Фрэн могла
поклясться, что он смеется над ней.
Солнце уже клонилось к закату, когда поезд подошел к станции Эверефорд.
Блеклая, неприветливая платформа. Как в старомодном детективном фильме с
таинственным убийством.
Фрэн поплотнее завязала шарф на шес и огляделась. Сэм Локхарт объяснил, где
можно найти такси, и она пошла в этом направлении. Мелкий моросящий дождь
тонким слоем покрыл крыши домов и машин, и казалось, что все вокруг смазано
жиром.
На стоянке такси было безлюдно. Водитель с интересом посмотрел на Фрэн,
когда она назвала ему улицу и номер дома. — Вилла Сэма Локхарта,
— прокомментировал он, включив счетчик и трогаясь с места. — Вы
знаете? — Как не знать! Он нам подбрасывает работенку.
Я так и подумал, что вы к нему.
Фрэн, копавшаяся в сумочке в поисках зеркальца, замерла, на губах ее
заиграла улыбка. — Так вы можете угадать, куда сдут ваши пассажирки?
— Не мои. Его, — сально ухмыльнулся ей водитель в зеркало
заднего вида. — Если с лондонского поезда сходит симпатичная девушка,
то это точно к Сэму Локхарту!
Фрэн ощетинилась при этом замечании, вспомнив, зачем она здесь. Бедная
Рози! — Так к нему что, девушки косяком едут? — Да нет, мисс,
по одной, — пошутил водитель. — Да и замечаем мы это только
потому, что в нашем сонном местечке ничего больше и не происходит. —
Понятно. — Фрэн посмотрела в окно. Городские огни позади машины
растворялись в тумане, а по сторонам уже проносились ровные, совершенно
бескрайние поля. Есть в этих открытых пространствах какая-то своя
притягивающая красота, размышляла Фрэн. Но вес равно в ее голове не
укладывалось, как признанный секс-символ может жить в таком сером,
неприметном месте. Зачем он поселился здесь, когда мог купить роскошный
особняк в Лондоне и отрываться там? — Далеко еще? — Мили две,
— ответил водитель и снова бросил на нес взгляд. — Вы
писательница, наверное? — Нет-нет! — улыбнулась ему Фрэн и
вытащила наконец свое зеркальце.
Ну и ну. Бледная (хотя, по правде, румяной не была никогда), а золотисто-
зеленые глаза можно бы подкрасить и поярче. Но Фрэн намеренно
воспользовалась минимумом косметики. Пусть Сэм Локхарт не думает, будто она
провела у зеркала целый час, чтобы произвести неизгладимое впечатление. Во-
первых, это не ее стиль. А во-вторых, секс-символы привыкли, что женщины
намазывают себе на лицо вес, что у них есть в косметичке. Значит, надо
действовать по-другому. Таким мужчинам, как Локхарт, вес быстро приедается,
зато необычное их интригует. Поэтому Фрэн ограничилась легким мазком
розовой помады — впечатление было, будто она облизала губы, — и
убрала зеркальце в сумочку. — Ну, вот и приехали! — сказал
водитель.
Машина сбавила ход и стала поворачивать вправо. Фрэн, подчиняясь какому-то
импульсу, подалась вперед и похлопала водителя по плечу. — Нельзя ли
остановиться прямо здесь? — Да еще далековато... — Ничего, я
пройдусь пешком. Хочу сначала осмотреться.
Первое, на уровне чувственного восприятия, впечатление — вот что
бесценно. Люди, застигнутые врасплох, расскажут вам, какие они на самом
деле. А чем лучше вы знаете клиента, тем успешнее сможете организовать
торжество. Автомобиль, подъезжающий к дому, предупредит Сэма. Нет, ей надо
увидеть лицо соблазнителя без маски.
Не обращая внимания на протесты водителя, Фрэн расплатилась, прибавив
хорошие чаевые. — О-о, большое спасибо, мисс, вы очень добры. Вам...
э-э-э... нужно будет обратно на станцию... э-э-э... сегодня вечером?
Фрэн наверняка рассмеялась бы, будь у нес чуть получше настроение. Но
сейчас она пылала ненавистью к Сэму, ей хотелось отомстить за бедную Рози.
— Да, мне нужно вернуться, — без эмоций ответила она. —
Сегодня вечером. Вот только не знаю, в котором часу... Если вы дадите мне
визитку, я позвоню, хорошо?
Фрэн проводила взглядом красные габаритные огни и по широкой аллее
направилась к дому. Гравий хрустел под ногами, хотя Фрэн старалась ступать
как можно осторожнее.
Огромные деревья в лесопарке — не назовешь же садом такую обширную
территорию! — уже сбросили листву; тут и там виднелись клумбы вычурно
изогнутой формы.
Дом был старый. Очень красивая, с идеальными пропорциями вилла казалась
необитаемой.
Фрэн подкралась к окну с фасада, заглянула внутрь и чуть не умерла от
неожиданности: в удобном широком кресле перед мерцающим огнем камина,
вытянув перед собой длинные ноги, сидел мужчина и читал рукопись.
Она придвинулась вплотную к стеклу, и он, должно быть, заметил это
движение, потому что поднял голову и посмотрел в окно. На лице его не
отразилось ничего: ни удивления, ни испуга, ни раздражения, ни даже
любопытства. Он демонстративно ткнул пальцем в направлении парадного входа
и опять принялся читать.
Как грубо, как невоспитанно! — подумала девушка. И это после того,
как она проделала такой неблизкий путь, чтобы встретиться с ним!
Фрэн направилась к двери, открыла ее и вошла внутрь. Глаза се округлились
от изумления: такого она уж никак не предполагала увидеть. На деревянном
полу стояли забрызганные грязью высокие сапоги, рядом валялись книга по
садоводству, секатор и смятая шляпа-панама. Прорезиненные плащи и куртки
были как попало навешаны на стоячую вешалку, видавшую виды; у самой двери
красовались несколько разноцветных зонтов в высокой корзине. Стены ярко-
красного цвета имели форму чередующихся углублений, что делало помещение
уютным.
А где же зеркала во всю стену, где лохматые шкуры на полу, на которых
теряли невинность многочисленные девушки?
Странно. Впечатление такое, как будто она пришла домой... Нет!!! Это дом
человека, разбившего сердце Рози!
Фрэн прошла по узкому коридору, ведущему в кабинет, и встала в дверном
проеме.
Локхарт поднял на нее глаза. Небритый, хмурый, нахохлившийся, как будто
только что из постели или не ложился спать вовсе. — Привет, —
сказал он и зевнул, потягиваясь. -Вы, должно быть, Фрэн Фишер.
Боже! Какие глаза! Темно-синего цвета, как ночное небо, взгляд
пронзительный, проникающий внутрь. В потертых джинсах, с длинными волосами,
Локхарт был больше похож на рок-звезду, чем на литературного агента.
Да, подумала Фрэн, немудрено, что Рози так в него втрескалась. Точь-в-точь
секс-символ, покоритель женских сердец. — А вы, должно быть, Сэм
Локхарт? — язвительно заметила она, пытаясь скрыть смущение.
Он бросил взгляд на часы. Фрэн подумала, что в жизни еще не встречала
мужчину, который вел бы себя так свободно и естественно. — Да,
— медленно проговорил он. — Это я. — Очень любезно с
вашей стороны, что подошли к двери и встретили меня! — Если вы не в
состоянии найти дорогу от входа до кабинета, тогда вам лучше сменить
работу, дорогая. — Он снова зевнул. — Проходите и садитесь.
Фрэн окинула комнату взглядом. — Куда садиться?
Сэм неопределенно хмыкнул. Стопки рукописей различной толщины захламляли
всю комнату. Письменный стол был завален манускриптами до предела, на
персидском ковре громоздились высокие, как башни, пачки бумаг. — Вы
вообще здесь убираетесь когда-нибудь? -поинтересовалась Фрэн. — Если
начать наводить порядок, то рукописи непременно потеряются, — сказал
Сэм, извлекая телефонный аппарат из-под стопки бумаг. — В любом
случае, если рукопись перед носом, в конце концов придет время и се
прочитать. — Он рассеянно огляделся. — Здесь действительно мало
свободного места. Давайте пройдем в гостиную, это рядом, — он ткнул
пальцем в низкую дверь в дальнем углу кабинета. — Вы проходите туда
— цок-цок-цок — и подождите меня немного. Будьте как дома. Мне
должны сейчас позвонить, я поговорю и приду.
Цок-цок-цок...
Что я ему, цирковая лошадь?
Первое, что пришло Фрэн в голову, когда она вошла в гостиную, — это
то, что женщина здесь наверняка не живет. Вес здесь говорило о хозяине-
мужчине: кричащие, дисгармонирующие цвета, тяжелая, крепкая мебель.
Фрэн часто бывала в чужих домах, это было частью ее работы. Она знала, как
много обстановка в доме может рассказать о тех, кто там живет. Она
научилась видеть признаки домашнего счастья. Или хаоса.
В комнате царил неформальный,
творческий
беспорядок, это была территория
холостяка. Начать с того, что хозяин не в состоянии был даже выбросить
прочитанную газету. Она наткнулась взглядом на воскресные приложения
двухмесячной давности. А книг, разложенных на журнальном столике и вокруг,
было столько, что можно было открыть библиотеку! Фрэн присела, чтоб
прочесть названия, и поразилась, насколько совпадают их вкусы.
Выпрямившись, она продолжала осмотр. Фотографии на стенах отсутствовали, и
Фрэн это не удивило. Фотографии обычно развешивают женщины -как напоминания
о семейных событиях.
Девушка взяла в руки красиво расшитую подушечку, которая лежала на стуле, и
так увлеклась ее разглядыванием, что не услышала, как Сэм вошел в комнату.
Она обернулась только тогда, когда почувствовала на себе его взгляд.
Фрэн растерянно заморгала, не выпуская из рук подушечку. Судя по всему, Сэм
успел не только поговорить по телефону, но и умыться, и даже побриться. Еще
надел темный кашемировый свитер, плотно облегающий широкие плечи.
Темно-синие глаза Локхарта стали еще темнее, и Фрэн показалось, что его
взгляд пронизывает ее насквозь, как острый меч. Господи, подумала она, а
ведь он действительно неотразим.
Прижимая к груди подушечку, как защитную кирасу, Фрэн хмуро смотрела ему в
глаза. — Решили взять ее домой? — мягким голосом спросил он.
Фрэн опустила взгляд на подушку. На одной стороне было вышито слово
Сэм
в
рамочке в форме сердца, составленной из вышитых алых цветочков. На другой
— надпись:
Любовь, которая дарована, не может быть отнята
. —
Очень красиво, — сказала она. Интересно, кто это вышивал? —
Очень, очень красиво.
Только почему он замкнулся, ушел в себя? — Да, — согласился
Сэм. — Вы не возражаете, если я спрошу, откуда у вас это?
Глаза Сэма сузились, и Фрэн поразило, что в них отразилась боль. Неужели и
он способен страдать? — Возражаю. Я вам уже говорил, что должен
успеть на самолет, — холодно заметил Сэм. — Вы, я вижу, решили
потратить то небольшое время, которым мы располагаем, на обсуждение
безделушек.
фрэн быстро положила подушку на место. — Простите. Это, наверное,
женская привычка. Он ни словом не отреагировал на ее извинение. —
Давайте поговорим о деле.
Фрэн вдруг стало жарко. Мог бы предложить раздеться. — Вы не против,
если я сначала сниму пальто? — Как хотите.
Она отметила, что Локхарт не пошевелился, чтобы помочь ей снять тяжелое,
подбитое мехом пальто. Но, в конце концов, он всего лишь потенциальный
клиент и она не собирается вести его домой, чтоб познакомить с мамой!
Фрэн сбросила пальто на спинку стула. Одежда ее была практична и удобна
— коротенькие юбочки, не дающие возможности наклониться, были
исключены. Как и высокие каблуки, зрительно делающие ноги длиннее. Высокая
и стройная Фрэн всегда одевалась по моде. Сегодня на ней была темно-
коричневая шерстяная юбка, доходящая до прикрытых сапожками лодыжек, и
теплый, кремового цвета свитер, заманчиво обтягивающий грудь.
Она искоса взглянула на Локхарта, чтобы узнать, произвела ли на него
впечатление ее внешность, но лицо у Сэма оставалось таким же непробиваемо-
загадочным, как у Моны Лизы. А почему, собственно, это ее задело? Уж не
потому ли, что донжуан не обращает на нее внимания? Не дури, женщина, ты
пришла сюда, чтобы отомстить за разбитое сердце, а не для того, чтобы
повторить ошибку Рози. — Хотите присесть? — пробормотал Сэм.
— Я бы предпочел постоять, чтобы размять ноги перед полетом, но
почему бы не провести собеседование...
комфортно? — Я тоже постою... Какое собеседование? —
Собеседование, которое поможет мне решить, дать вам эту работу или нет,
— усточнил Сэм и бросил на нее насмешливый взгляд. — А вы
рассчитывали на что-то еще? Чаепитие или что-то в этом роде? Мне нужно
принять окончательное решение насчет вашей особы, а вы, в свою очередь,
должны решить, способны ли осуществить поставленную перед вами задачу. Или
вы считаете, что вопрос решился в вашу пользу, как только я увидел эти ваши
желто-зеленые глазки?
Фрэн заморгала от удивления. Так он заметил! — Да нет, конечно же,
нет! — возразила она, чувствуя подъем сил оттого, что он начал
флиртовать. — Я профессионал, мистер Локхарт, и никогда не использую
сексуальную привлекательность в деловых целях. — На сознательном
уровне, вы хотите сказать, -мягко поддел он ее. — Однако, исходя из
моего опыта, большинство женщин используют секс на всю катушку. — В
широком смысле? — спросила Фрэн, словно бросая вызов. — Это
зависит от того, что вы вкладываете в понятие
в широком смысле
, мисс
Фишер. И я бы посоветовал воздержаться от подобных предположений в
отношении человека, которого вы видите в первый раз.
Пожалуй, не стоит его раздражать, решила Фрэн. — Извините, —
поспешила она дать задний ход. — Так я могу взглянуть на ваши бумаги?
-Мои... бумаги? — Есть у вас какие-либо документы, рекомендательные
письма, что-то, что характеризовало бы вас в профессиональном плане?
— Конечно! — Она и не думала, что ей понадобятся рекомендации.'-
Конечно, есть. Однако, к сожалению, мне пришлось все это оставить у клиента
в Ирландии. Но... вы же знаете, что устная рекомендация — самая
надежная. Так что единственный способ удостовериться в моей
профессиональной пригодности — позвонить кому-либо из моих клиентов.
— Я уже позвонил. — Кому позвонили? — Кормаку Ксйси. Это
единственное имя, которое вы мне назвали. К счастью, он один из тех, кому я
доверяю.
Фрэн опять заморгала. По телефону он сказал, что знает Кормака, но по тону
голоса можно было догадаться, что их отношения более близкие, нежели просто
знакомство. — Вы имеете в виду, что он ваш друг? — Да, мы
друзья. А в чем дело? — Локхарт поднял бровь. — Похоже, вы
удивлены?
Да, Фрэн была удивлена. Несмотря на внешнюю привлекательность и даже
сексуальность, Кормак верен Трисс, своей жене. Он однолюб. Человек высокой
морали. Как же так получилось, что он оказался на короткой ноге с донжуаном
Сэмом Локхартом? — Что же Кормак сказал обо мне? — Он сказал,
что вы показали себя с хорошей стороны, — медленно проговорил
Локхарт. Пауза. — С очень хорошей стороны. — Вы удивлены? Он
пожал плечами. — Те, кому удалось показать себя с очень хорошей
стороны, обычно не звонят по телефону в поисках случайной подработки.
Особенно в вашем бизнесе. Кормак немного опешил, когда я сообщил ему о
вашем звонке. Точнее, он с трудом в это поверил. — В самом деле?
— Угу. Он сказал, что на вас это совершенно не похоже. Говорил, что у
вас все здорово получалось, настоящий успех, и что невозможно представить,
будто вы предлагаете свои услуги по телефону, -подчеркнул Сэм со злорадной
улыбкой.
Фрэн молилась, чтобы только не покраснеть от стыда. И не смутиться от этих
нахально смотрящих на нее синих глаз. Наверное, единственный выход -не
встречаться с ним взглядом. — Дело в том, что до этого я работала в
Ирландии, а здесь, в Англии, меня никто не знает. Надо с чего-то начинать.
Желательно, с чего-то серьезного, чтобы быстрее утвердиться. — И,
выполнив работу для меня, вы добьетесь своей цели?
Фрэн неохотно подняла на него глаза, и тотчас почувствовала, что сердце ее
забилось сильнее. Неужели он добивается такого эффекта по отношению ко всем
женщинам? Похоже, что так, решила Фрэн.
И тут она вспомнила заплаканное лицо Рози. И этот ужасающий список разбитых
сердец. Сэм Локхарт заслуживает всего, что он должен скоро получить! Если,
конечно, она справится. — Конечно, добьюсь, — ответила Фрэн.
— Получается, мой бал твердо поставит вас на ноги?
Фрэн кивнула. — Это я могу для вас устроить, — негромко
протянул он. Голос как нежнейшая ласка! Фрэн почувствовала легкое
головокружение. — Надо только подумать, что я за это получу.
Это уже наглость. Ни на что не похоже. В растерянности Фрэн, как в
замедленном кино, подняла руку и принялась перебирать жемчужины на
ожерелье. Пальцы нежно скользили по глянцевой поверхности драгоценных
бусин. Рози вообще-то говорила, что этот тип — безудержный ловелас,
но уж не настолько!.. — Что... вы хотите этим сказать? —
хриплым от волнения голосом спросила она.
Сэм нахмурился. Видно было, что он заметил ее реакцию и ему стоит
определенного труда сохранять серьезное выражение лица. — Наша сделка
носит чисто деловой характер, мисс Фишер. Не сексуальный, — напомнил
ей Сэм. — У меня и в мыслях не было! — вспыхнула Фрэн. —
Было, было, — мягко возразил Сэм. — Я... польщен! — Вот
этого не надо. Не обольщайтесь! — Фрэн покраснела. Он что, смеется
над ней? — Давайте лучше поговорим о предстоящем бале.
Сэм хищно, по-волчьи улыбнулся: — А мы что делаем? Вы, похоже,
немного смущены, мисс Фишер? И часто такое с вами случается? — Нет!
— Фрэн глубоко вздохнула, стараясь игнорировать саркастический тон
Сэма и говорить как можно увереннее. — Как бы то ни было, День
святого Валентина — очень удобная дата для торжества! Огромные
возможности! — Например? — Ну... Сердечки! Цветы! Знакомства!
Любовь! — Про оригинальность не забудьте! — вставил Сэм с
маской полного безразличия на лице.
Теперь уж он явно надо мной смеется, подумала Фрэн. Ее разбирала злость.
Сейчас она забыла про Рози, про все — она думала только о том, как
устроить настоящий праздник, как доказать ему, доказать... — Мистер
Локхарт! День святого Валентина — это как Рождество. — Что вы
говорите! — Да. Это традиционный праздник, и люди ждут привычного,
традиционного. — В самом деле? — Конечно! — уже с
энтузиазмом в голосе подтвердила она. — Традиции Дня святого
Валентина привносят покой, комфорт, уверенность в себе. Они должны быть
предсказуемыми и ожидаемыми. Я не согласна, что люди всегда хотят, чтобы их
удивляли, шокировали. — Как это все скучно!
Фрэн прокашлялась. Этот его взгляд сбивает с толку... — Вы не правы!
— с улыбкой возразила она. — Мое шоу будет ошеломляющим,
сенсационным, оно не может быть скучным. — Даже так? —
Естественно! Самое лучшее вино, изысканные закуски, чудесная музыка. У вас
голова закружится от восторга!
Некоторое время Сэм задумчиво смотрел в глаза Фрэп, затем взглянул на часы
и сказал: — Что ж, спасибо вам за время, которое вы мне уделили, мисс
Фишер.
Фрэн уставилась на него, не в силах ничего понять. Что это? Он сказал
десять минут
, а дал ей возможность говорить полминуты, не больше! Она
тоже посмотрела на часы. Нет, он человек слова: прошло ровно десять минут.
— Вы имеете в виду — беседа закончена? — Боюсь, что да.
Видите ли, у меня действительно больше нет времени: надо успеть на самолет.
Я могу подбросить вас до станции, мне по пути.
Вот так: ни работы, ни отмщения. Глупее не придумаешь! И все из-за того,
что ты возомнила, будто он сразу запал на тебя. Дура! Действовать так
глупо, так наивно! Даже новички действуют грамотнее. А ведь ты, Фрэн, между
прочим, голыми руками построила свой бизнес на руинах своего брака...
— Нет, я доеду на такси. — Вы уверены? Пока вы дойдете до
трассы, пока поймаете такси... На машине будет быстрее. — Ленивая
улыбка расплылась по лицу. — Или вы, может быть, опасаетесь оказаться
наедине со мной в тесном салоне?
Вот еще! Упустить работу, пройти пешком полдороги до станции в такую
отвратительную погоду — это вес ерунда, но позволить думать о себе
как о какой-то истеричке — нет уж! Да, она недооценила Сэма Лок-
харта, не предвидела, что вот так, с дрожью в коленях, будет реагировать на
него, но теперь надо как-то выбираться из этой ситуации и сохранить
достойный вид. — Не говорите глупостей, мистер Локхарт, — она
выдавила холодную улыбку. — Разве что если вам действительно по
пути... — Мне действительно по пути. Пойдемте. — Сэм взял
небольшой дипломат и повозился несколько секунд с охранной системой у
входной двери. — Машина в гараже, с той стороны дома.
Его длинные ноги покрывали расстояние вдвое быстрее, чем ее ножки, и Фрэн
пришлось почти бежать. Вот и гараж, а точнее, конюшня, приспособленная под
гараж, в котором свободно разместилось бы штук десять автомобилей. Но Сэм
Локхарт был, похоже, не из тех, кто коллекционирует дорогие игрушки: там
стояла всего одна машина.
Еще до встречи с Локхартом Фрэн пыталась представить себе его машину: нечто
сверкающее, длинное, фаллосообразное — какой-нибудь дорогой
спортивный автомобиль, ярко-красного или черного цвета. Вместо этого она
увидела забрызганный грязью небольшой джип. На заднем сиденье валялись биты
для гольфа, теннисные ракетки, плед из шотландки, журналы, пакетик с
карамелью, кроссовки; на переднем сиденье лежал большой коричневый конверт
с надписью:
Сэму — срочно
. Да, эта машина не вяжется с образом
плейбоя, неохотно констатировала Фрэн.
Сэм заметил удивление на се лице. — Извините, что все здесь так...
— Ничего, мне даже нравится, — ответила она, не думая. —
Уютно, как дома.
Он убрал конверт с переднего сиденья, бросил дипломат па заднее, подождал,
пока Фрэн, не зная, куда поставить ногу, влезет в машину, и завел
двигатель.
Его манера вождения была тоже неожиданной для Фрэн и тоже не совпадала со
стереотипом богатого человека: никаких вам шумных перегазовок, рева мотора,
резких торможений. Машина шла плавно, но ходко. Фрэн расслабилась, ей было
удобно, комфортно. Но, вспомнив, кто сидит рядом, она спохватилась и села
нарочито прямо.
Однако Сэм, похоже, не обращал внимания на ее осанку. Во все время пути ни
он, ни она не произнесли ни слова. Фрэн, может быть, и хотела завести
разговор, но приготовленная фраза
Я надеюсь, вы правильно расцените мои
действия
как-то была не к месту.
Они подъехали к станционной площади. Ужасно. Все закончилось так глупо!
Фрэн была близка к отчаянию. Она подумала, что видит Сэма в последний раз.
— Спасибо, что подвезли.
Надо было, конечно посмотреть ему в глаза и улыбнуться, но это было уже
сверх сил. — У меня нет вашей карточки, — сказал Сэм. —
Карточки? — с глупым видом повторила она. — Вашей визитной
карточки.
Не понимая, зачем ему нужна ее визитная карточка, Фрэн начала автоматически
рыться в своей сумочке, пытаясь найти визитку. — Вот, пожалуйста. Сэм
быстро прочитал. — Но здесь дублинский код. — Вот это —
номер мобильного телефона, — ткнула она пальцем. — Когда вы
возвращаетесь в Ирландию? -Я... я не знаю.
Она действительно не знала, потому что решение зависело от того, даст ли он
ей эту работу. Стараясь говорить как можно спокойнее и как можно увереннее,
Фрэн спросила: — Так у меня есть шансы получить у вас работу или нет?
— Нет. — Последовала пауза, как после падения гильотины,
отсекающей все надежды. Бедная Рози, подумала про себя Фрэн, не сразу
осознавая, что Сэм продолжает говорить, но таким тихим голосом, что
пришлось напрячь слух: — Работа ваша. — Извините? —
Работа ваша, — повторил он, и только по глазам можно было догадаться,
как веселит его растерянность Фрэн. — Вам нужна эта работа, вы не
передумали? — Да, нужна. Я не передумала, — ответила она,
ощущая какую-то странную пустоту внутри от этой неожиданной победы. —
Но почему? Я имею в виду, почему вы все-таки даете ее мне?
Он нахмурился. — Видите ли, я не думаю, что вы избрали правильную
тактику. От такой самоуверенности некоторые могут и передумать. Но вообще-
то это Кормак сказал мне, что вы лучше всех.
Польщенная Фрэн слегка покраснела. — Кормак так сказал?
...Закладка в соц.сетях
