Жанр: Любовные романы
Вершина счастья
...лимате покойников обычно хоронили сразу же и не
оставляли в доме надолго, они все-таки решили на сей раз позволить это, поскольку стоял
январь и погода была довольно прохладной.
Мередит осталась благодарна Девлину за быструю и действенную организацию
приготовлений к похоронам. Оказывается, так приятно переложить груз и ответственность на
кого-то другого и иметь возможность не быть сильной и стойкой.
Они с Лидией сидели наверху в общей комнате, иногда вместе плакали и утешали друг
друга, иногда, обливаясь слезами, вспоминали Дэниэла. Укутавшись от холода, Мередит
совершила несколько прогулок, давая свежему воздуху прояснить туман и мрак у нее в голове.
Конечно, приходилось принимать участие в необходимом бодрствовании у тела покойного и
приеме гостей, которые приезжали, чтобы выразить соболезнования.
Хотя их аристократические соседи частенько смотрели на Харли свысока, он был
влиятельнейшим человеком в округе, одним из богатейших плантаторов и самым удачливым в
сделках с торговцами как в Лондоне, так и в колониях. Многие время от времени обращались к
нему за советом или даже заемом, чтобы продержаться до следующего урожая. Дэниэла также
любили в соседнем городке, Гринуоке, ибо в нем совсем отсутствовала надменность, так
присущая другим плантаторам. Он оставался неизменно вежлив с представителями средних и
низших классов, поэтому торговые и рабочие люди тоже отдавали ему дань уважения, заходя в
боковую дверь со шляпой в руках. Мередит приходилось выслушивать слова соболезнований, и
она была благодарна Джереми за то, что он постоянно находился рядом с ней. Мередит устало
пожимала руку за рукой и предлагала закуски с общего стола.
Девлин взял на себя большую часть любезностей, непринужденно беседуя е гостями,
всегда вежливый и знающий что сказать в тот или иной момент разговора.
После целого дня таких светских церемоний Дэниэла похоронили на кладбище Уитни,
которое лежало к северо-востоку от дома, на высоком холме у реки. На короткую службу,
проводимую англиканским священником, прибыло много народу. Даже пришли ее кузены
Уитни. Мередит поняла по сжатым губам Галена, что он совершенно против похорон Харли на
этом кладбище. Но она рассудила: оскорбительно хоронить хозяина "Мшистой заводи" около
церкви, тем более вдали от любимой им Анны.
Позже, уже в доме, к Мередит подошла Алтея, чтобы сочувственно пожать руку и
выразить свое соболезнование. Она предложила постоянно навещать друг друга.
Мередит вяло улыбнулась. Алтея - настоящий друг. Вслед за сестрой подошел Гален.
Его глаза многозначительно поблескивали.
- Я очень сожалею, кузина, - произнес он, но Мередит поняла, что кузен Уитни имел в
виду не смерть ее отчима. Его взгляд скользнул мимо нее к Девлину, и до нее сразу же дошло:
Гален больше сожалеет о "недостойном" браке, чем об уходе в мир иной человека, которого он
не любил.
- Да, мне очень будет недоставать Дэниэла, - твердо ответила Мередит, вызывающе
посмотрев кузену в глаза. Он, похоже, совсем не ожидал такой реакции. - Харли был для меня
прекрасньщ отчимом и спас "Мшистую заводь" от разорения. Думаю, всем нам, Уитни, есть за
что благодарить его, - продолжила она. Девлин, стоящий рядом, обнял ее за плечи. Его рука
оказалась такой теплой и надежной, что подействовала успокаивающе. "Слава Богу, что я не
вышла за Галена", - неожиданно для самой себя подумала Мередит. Эта мысль поразила ее,
но еще раз повторив эту фразу, она осознала, насколько это верно. Дэниэл оказался прав: в ней
много эмоций и чувств, которые никогда бы не удовлетворились кузеном. У них общая
наследственность, схожие вкусы в области литературы и музыки, и детство, проведенное в
компании друг друга. Но все это - недостаточная основа для брака и для настоящей любви.
Мередит взглянула на мужа и тепло улыбнулась. Она любит Джереми. Странно, но
понимание этого пришло внезапно и окончательно. Его быстрая улыбка, красивое лицо,
любовное мастерство - все волновало ее до самых кончиков пальцев. Мередит любила быть с
ним и чувствовала одиночество, когда Девлин уезжал на поля. Он смешил ее и превращал
разговор в удовольствие. Джереми помогал Мередит, всегда находился рядом и утешал, если в
этом возникала необходимость. Именно эти качества она ценила в своем муже. Девлин тот,
кого Мередит любит по-настоящему. Единственная проблема в том, что хотя она и полюбила
его, он, по ее мнению, не отвечает взаимностью.
ГЛАВА 20
На следующий день после похорон из Гринуока приехал поверенный Дэниэла, Александр
Картер, чтобы огласить завещание. Это был седовласый, серьезный человек, который любил
обставлять чтение подобных документов помпой и официальностью. Поэтому он собрал в
гостиной Мередит, Джереми и Лидию, чинно рассадил в креслах и развернул бумаги с
величайшей осторожностью и какой-то едва уловимой заботливостью. К несчастью для него,
этот спектакль не произвел никакого впечатления на Мередит и миссис Чандлер, которые почти
не смотрели на стряпчего, уставшие и эмоционально измотанные всеми скорбными заботами.
Только Джереми посмотрел на этот "цирк" насмешливо-серьезно, чем вызвал ответную
полуулыбочку мистера Картера.
Доверенный прочистил горло и начал читать Документ звучным, хорошо поставленным
голосом. Поскольку он сам писал завещание, то напичкал его правовыми фразами и длинными
непонятными словами, которые слушатели не могли сразу понять. Однако мистер Картер был
счастлив разъяснить содержание и закончил свое священнодействие следующим образом:
- Короче говоря, оставив миссис Чандлер вышеперечисленное имущество и
значительную, хотя и не чрезмерную, сумму денег, мистер Харли завещал оставшееся
богатство и плантацию вам, мисс Уитни... э... миссис Девлин. Он также отпустил на волю -
так сказать, освободил от рабства - определенное число домашних слуг, а именно: Поля,
мажордома, Далей, повариху и Джозефа, своего лакея. Итак... Я душеприказчик имения. У вас
есть ко мне вопросы?
Таковых ни у кого не оказалось, поэтому, выпив предложенного ему теплого питья,
мистер Картер уехал обратно в город.
Девлин на минуту задумался и повернулся к, Мередит.
- Насчет освобождения тех трех невольников... Это распространено?
- Да. Достаточно часто надежный, преданный раб освобождается после смерти своего
хозяина.
- И что они теперь будут делать? Она пожала плечами.
- Могут покинуть плантацию, если, конечно, захотят, могут поехать в Чарлстон и
наняться на работу в другое поместье. Кстати, в Чарлстоне живет несколько освобожденных
негров... Однако сомневаюсь, что они уедут. Все родились здесь, на плантации, сейчас эти
люди занимают довольно высокое положение в доме... Мы с ними не резки или без меры
требовательны. Сомневаюсь, что им будет лучше жить где-то в другом месте. Я стану платить
этой троице жалование, у них на руках будут документы, подтверждающие их свободу, чтобы
никто не смог продать их...
- Интересно, - Глаза Девлина сузились. - Большой ущерб для плантации - ведь
теряется ее основное имущество, - невольники - а не доходы.
- Конечно. Придется сделать небольшие перестановки в графе "Прибыли" из-за выплаты
жалованья, но это не столь существенно.
Джереми знал, что Мередит абсолютно права, ибо слуги в имении его отца и в поместьях
других представителей знати получали мизерные суммы за свой труд.
- Понятно. Кажется, они будут счастливы.
- О, да. Дэниэл оставил им величайший из даров.
- Что ж... Он дал его и мне тоже.
Девлин подумал об аннулированном документе о наемной службе, лежащем на комоде
наверху.
Мередит улыбнулась ему, вновь ослепленная его красивым лицом. С тех пор, как она
осознала свою любовь, многое изменилось в ее жизни. Мередит стала ощущать свои чувства;
находясь рядом с Джереми, она замечала, что сердце начинает прямо-таки подпрыгивать в
груди, а кровь - бурлить в жилах; душа наполнялась тихой радостью, лишь только он входил в
комнату. Поэтому сейчас Мередит явственно испытывала жгучую тревогу, что Девлин устанет
от нее и вернется в постель к Лидии, и сожалела о своей безответной любви. В конце концов, он
ведь женился на ней, чтобы получить свободу и огромную плантацию. Она не может его
винить. Мередит сделала бы все, что угодно, лишь бы избавиться от рабства. И совершила бы
много, только бы сохранить "Мшистую заводь". Но понимание всего этого совсем не облегчало
приступов боли, не уменьшало меры колючего страха. Мередит хотела бы, - о, больше всего
на свете! - чтобы обретенная любовь получила настоящий отклик в сердце Джереми.
- Что ж, любовь моя...
Девлин поднес ее руку к своим губам. Мередит задумалась, как сладостно и в то же время
мучительно слышать слова любви и принимать жесты нежности от него, зная, что они
подсказаны лишь привычкой или элементарной вежливостью.
- Я должен вернуться к работе. Как ты, сможешь сегодня побыть одна?
- Конечно, у меня тоже полно дел. Джереми ушел. Мередит ласково поглядела ему
вслед, любуясь высокой статной фигурой, пока он шагал по коридору и выходил в боковую
дверь. С тех пор, как Девлин выгнал Джексона, работа управляющего легла на его плечи. Хотя
и приходилось откладывать многие дела из-за смерти и похорон Дэниэла, она понимала, что с
этого времени Джереми будет крайне занят. Скоро начнется посевная. Лучше бы ему найти
надсмотрщика до той горячей страды, иначе он измотает себя.
Почти неделю спустя, после полуночи, в одной из хижин из-под одеяла выскользнула
огромная человеческая фигура. Мужчина натянул бриджи, взял с пола мешок, в который
предварительно сунул кукурузный хлеб и ломоть бекона, быстро завязал его и затем из
потайного места за расшатавшимся кирпичом в углу вытащил длинный острый нож.
Оглянувшись по сторонам, он бесшумно направился к двери. Но женщина на постели, скорее
ощутив его отсутствие, чем услышав шорох, проснулась и сонно села.
- Неб? Куда ты идешь?
- Просто хочу немного подышать свежим воздухом. Не волнуйся. Спи.
- Это в январе-то? - недоверчиво спросила она и встала на колени, заподозрив
неладное. - Скажи мне правду. Ты... встречаешься еще с кем-то?
Он недоуменно уставился на нее, затем разразился коротким смешком.
- Успокойся, нет. Для меня не существует других женщин. Ты прекрасно знаешь об
этом.
- Тогда куда ты идешь на ночь глядя?
- Ухожу.
- Что ты имеешь в виду? Уходишь? О, Неб, нет! - Бетси наконец поняла его намерения,
и ее объял страх. - Неб, не надо. Ты же погубишь себя. Это безумие!
- Я не могу так жить Бетси. .
- Разве ты не счастлив со мною?
На глазах девушки заблестели слезы.
- Конечно, счастлив. Мучительно больно оставлять тебя, но... Не могу же я взять тебя с
собой. Тогда-то уж меня точно поймают.
- Тебя и так поймают! - Бетси заплакала. - Неб, ты же прожил здесь меньше года... и
не знаешь местности. Сбежавшие рабы забредают в глубь болот, и их убивают болотные гады
или они умирают от лихорадки; в крайнем случае, беглецы просто утопают.
- Может оно и так, но я не могу больше здесь оставаться.
- Почему? - Бетси уже плакала навзрыд, протягивая к нему руки в умоляющем
жесте. - Я не понимаю...
- Я не могу жить, как животное.
- Неправда! Сейчас у тебя все хорошо.
- Я не обладаю свободой! А это значит, что я ничто!.. Послушай... - Он присел рядом с
кроватью и взял ее руки в свои ладони. - Я люблю тебя. Полюбил буквально с первых минут,
как увидел тебя, входящую в хижину вслед за белой госпожой. Я пугал тебя, но ты оказалась
храброй и... прекрасной. Даже в бреду мне хотелось быть с тобой... Ты сделала все, что могла:
научила говорить, как белые люди, дала мне мягкую постель и хорошую еду, любила меня,
помогала переносить одиночество, принимала мое семя... Лучшей женщины я не мог бы и
пожелать.
- Тогда останься со мной. Что я буду делать без тебя?
- То же, что и до меня, - резко ответил Неб. - Бетси, ты разрываешь мне сердце. Хотел
уйти, не разбудив тебя, чтобы избежать этого разговора... Детка, я не могу быть рабом. Ты
говоришь, здешние господа - хорошие люди. Может быть... Ты добилась для меня легкой
работы, но я не против нее. И не имеет никакого значения, что твоя хозяйка добра. Факт совсем
в другом. Они владеют мной, а я не могу жить, зная это. Я должен уйти! Должен быть
свободным!
Бетси закусила губу. Она поняла, что он сказал. Именно гордость и яркая
индивидуальность и привлекли ее к нему. Неб - настоящий мужчина. Если бы он не боролся
за свободу, то не до конца был им. Но ее сердце не выдержит его ухода. Бетси хотелось умолять
Неба, просить взять с собой, но она прекрасно понимала - он прав. Она будет лишь помехой
на его трудном пути. У него и так мало шансов, а с ней их вообще не станет.
- Ладно, - наконец прошептала Бетси. - Только будь, пожалуйста, осторожен.
- Разумеется, - услышав слова капитуляции, Неб расслабился. Он притянул девушку к
себе и поцеловал долгим поцелуем. - Я люблю тебя. Обещаю, когда-нибудь обязательно
вернусь за тобой.
Бетси улыбнулась сквозь слезы. Она-то знала, что этот день никогда не наступит. Едва ли
удастся сбежать, а если каким-то чудом и удастся, он не сможет вернуться и увезти ее. Но Небу
так легче...
- Я буду ждать тебя. Иди.
Он отпустил ее руку и быстро поднялся. Приоткрыв дверь, чтобы только выскользнуть,
Неб вышел в ночь, черную, как тени, окружившие его.
Безлунно. Это была одна из причин выбора именно данного времени, ибо он мог
оставаться почти незаметным. Хотя едва ли кто-либо стал бы выглядывать из окна дома в столь
поздний час; однако рисковать не стоило. Скоро он выйдет на узкую тропинку, ведущую к
пристани. План Неба заключался в том, что он сбежал на болота, а про Чарлстон никто и не
подумает. Если повезет, он уже будет почти в городе, когда обнаружат его исчезновение.
Конечно, Чарлстон намного опаснее огромной и пустынной болотной земли, по крайней мере, в
отношении поимки. Но Небу совсем не улыбался один из тех ужасных способов ухода из
жизни, о которых говорила Бетси. Кроме того, у него есть подстраховка. Недавно Джозеф гордо
демонстрировал свои бумаги об освобождении, и Неб старательно скопировал их на кусок
пергамента, который стащил из кабинета. Хотя он не умел ни читать, ни писать, но очень
искусно рисовал и поэтому убеждал самого себя, что совершенно точно перенес завитушки
пера на свой псевдодокумент. Конечно, Неб не собирался жить в Чарлстоне, так как в городе
скоро появятся объявления с его описанием. Его могут узнать и схватить. Но это все потом...
Приблизившись к пристани, Неб услышал царапанье каблука о дерево и мгновенно
растворился в тени ближайших деревьев и кустов. Кто может быть здесь в такое время? Сейчас
наступила полная тишина. Не раздавалось ни одного подозрительного звука. Через несколько
минут Неб убедил себя, что послышавшееся - просто игра его воображения. Но на всякий
случай он все-таки держался поближе к подлеску, приближаясь к причалу. Груды мешков с
семенами, сгруженные еще несколько недель назад, возвышались на причальной тумбе. Они
неясно вырисовывались в темноте, и Неб взял немного в сторону, направляясь к маленькой
лодке. Неожиданное звяканье металла заставило его резко остановиться. Прищурив глаза, он
увидел небольшую пирогу, отчалившую от причала, и темную фигуру гребца в ней. Убегает
еще один раб? Навряд ли, потому что африканец заметил широкие манжеты камзола, когда рука
неизвестного подняло весло. Невольник не может носить такой одежды.
Неб потянул носом. В воздухе послышался запах, запах... Он развернулся, быстро
оглядывая пространство, и увидел то, что искал. Пляшущие языки пламени! Горят мешки с
зерном! На мгновение Неб растерялся. Огонь, в конце концов, заметят; правда, к тому времени
семена погибнут окончательно. Вместе с ним загорится причал и окружающие его деревья и
кусты. Пламя выйдет из-под контроля. Может, огонь даже охватит красивый кирпичный дом
или хижины рабов, где сейчас спит Бетси. Он проглотил ком, неожиданно вставший в горле.
Да, у него прекрасная возможность сбежать под шумок. Никто не заметит пропажу лодки в
суматохе борьбы с пожаром. Скорее всего, люди, взбудораженные и напуганные происшедшим,
даже не заметят в ближайшее время его отсутствия. Потом Неб подумал о Бетси и белой
женщине, которая спасла ему жизнь, вспомнил о Девлине, когда тот тащил его на своей спине в
хижину, а он упирался, совсем обезумев в лихорадке. Его воображение нарисовало картину
наказания Джереми, и Неб увидел самого себя со стороны во время освобождения Девлина от
пут позорного столба.
Пробормотав проклятия, он забросил свой мешок подальше в кусты и пронесся к
огромному колоколу, висевшему у причала. Неб мощно раскачал язык колокола, наполняя ночь
оглушительным тревожным звоном.
- Что за дьявол?! - Джереми сел в постели, сразу очнувшись от сна.
Мередит поднялась вслед за ним.
- Что случилось?
- Кто-то звонит в колокол на пристани. Что, черт побери, происходит?!
Он подошел к окну, но ничего не увидел, кроме тьмы. Схватив бриджи со спинки кровати,
Девлин натянул их и побежал вниз по лестнице, на ходу застегивая пуговицы. У задней двери
его встретил запыхавшийся Поль.
- Это грузовой причал, мистер Джереми! Он горит! Неб звонит, поднимая тревогу... Я
уже послал туда несколько парней с ведрами и чайниками.
- Хорошо. Отправь еще людей, да побольше. Да, и сообщи моей жене.
- Да, сэр.
Ответ Поля упал в пустоту - Девлин уже выскочил из дома и помчался к реке.
За Мередит тоже не пришлось посылать. Она спрыгнула с высокой кровати сразу вслед за
мужем и выхватила первое попавшееся платье из шкафа. К счастью, оно зашнуровывалось
спереди, так что надеть его без посторонней помощи оказалось делом нескольких секунд.
Сунув ноги в крепкие туфли, Мередит помчалась догонять Джереми. На лестнице ей
встретилась одна из служанок.
- О, мисс, а я бегу, чтобы сказать вам... Мастер Джереми - на пристани. Там большой
пожар.
Девушку явно распирало от желания поделиться новостями и рассказать о несчастье во
всех подробностях, но Мередит сбежала вниз по лестнице и, подобрав юбки, поспешила к реке.
Пока она достигла причала, все мешки уже были охвачены пламенем. Девлин сформировал две
цепочки работников, растянувшихся от настала до границы огня. Ближайшими к центру пожара
оказались Джереми и Неб. Им работники по цепочке передавали наполненные емкости, а они
выплескивали воду на огонь. Мередит быстро сообразила, что этого явно недостаточно.
Примчавшись к дому, она приказала всем здоровым мужчинам и женщинам поспешить к реке с
ведрами.
Употребив все свои организаторские способности, Мередит быстро организовала еще две
передающие воду цепочку.
Однако стало ясно, что семена уже не спасти. Девлин, махнув Небу, покинул свое место, и
двое работников заменили их. Они вдвоем побежали к надворным постройкам и вернулись с
парой грабель с длинными ручками. Джереми и Неб отогнали всех от огня и начали
растаскивать горящие мешки при помощи принесенных орудий труда. Напрягая мощные
мускулы рук и ног, они сбрасывали их в воду, где пламя сразу гасло, распространяя чадный
дым. Это была тяжелая горячая работа, да к тому же довольно опасная, потому что оба стояли
рискованно близко к пляшущим языкам огня. Но им удалось оставаться невредимыми до
самого конца.
Вдруг сорвавшаяся искра взметнулась высоко в воздух и упала на ногу Джереми. Бриджи
мгновенно загорелись. Мередит бросилась вперед, вопя и размахивая руками, но Неб огромным
скачком первым добрался до него.
Бросив Девлина на дорогу, он быстро при помощи пыли сбил огонь, а потом снова
метнулся обратно, чтобы закончить тушение пожара. Джереми пальцами стиснул ком земли,
его лицо исказилось от боли.
Мередит опустилась рядом с мужем.
- Ты в порядке? Стиснув зубы, он кивнул.
- Небольшой ожог - вот и все.
Но она-то прекрасно знала, что никакой ожог не может быть незначительным. Он может
вызвать лихорадку и жуткую гангрену вплоть до ампутации. Мередит повернулась.
- Ты, - обратилась она к одному из более здоровых работников, - и вы, двое, -
указала на других мужчин, - несите его в дом, в нашу спальню. Нет, нет, не так... Возьмите
доски. Вот... Не прикасайтесь к ноге. Осторожно!
- Что происходит? - поинтересовался Девлин, приподнимая голову.
- Лежи! - приказала Мередит, решительно подтолкнув его на место. - Все под
контролем. Неб гасит остатки пожара. Разумеется, семена пропали... Да и причал сильно
обгорел, но, в основном, цел. Вы ведь не дали распространиться огню.
Джереми тяжело вздохнул.
- Проклятие! Все семена!
- Ничего страшного - семена можно заменить, У нас есть деньги, так что не
беспокойся. Основная проблема - ты. Тебе нужно обязательно выздороветь, иначе нам всем
несдобровать.
Он закрыл глаза. Мередит права. Девлин тоже видел, к чему могут привести ожоги, хотя и
не имел такой врачебной практики, как его жена. Казалось бы, горел он совсем недолго, чтобы
получить серьезное повреждение, но резкая боль вдоль внешней стороны ноги противоречила
этому предположению.
Наконец, после убийственно мучительного подъема по лестнице, они добрались до
спальни.
Мередит распорядилась поставить импровизированные носилки на пол. Расположив таз
для умывания рядом с Джереми, она опустилась на колени, чтобы разрезать бриджи. Мередит
осторожно обмыла его всего, не исключая обожженную ногу, Девлин кривился от боли,
сопровождающей каждое ее движение.
- Мне что, нужно быть чистым, чтобы удостоиться твоих простыней? - раздраженно
прорычал он.
- Тише! - сурово приказала Мередит, хотя слезы застилали глаза. - Я беспокоюсь не о
простынях. Учти, грязь не способствует быстрому заживлению ран или ожогов. Не знаю
почему, но она увеличивает опасность опухоли или лихорадки, а также и нагноения. Здесь я
доктор, поэтому не пытайся перечить мне.
- Слушаюсь, мэм.
Закончив с мытьем, она приказала мужчинам поднять его на кровать. Потом Мередит
выпроводила всех из комнаты и пошла на кухню приготовить противоожоговую припарку.
Смешав необходимые ингредиенты, она перенесла смесь к постели Девлина, намазала ею кусок
белой ткани и приложила к обожженному месту. Мередит знала, что как бы нежно ни касалась
она его ноги, каждое ее прикосновение вызывает боль, но Джереми стиснул зубы и напряженно
молчал.
- Тебе необязательно быть стоиком, - пошутила Мередит нетвердым голосом от
подступившего к горлу комка. - Поверь, я не стану возражать, если ты немного покричишь.
- Знаю я тебя, - хрипло отшучивался Девлин. - Ты из породы тех, кому нравится
мучить других. Я не доставлю тебе удовольствия своими стонами.
- Ладно уж, хватит храбриться.
Она откинулась назад и стерла со лба пот, затем соскользнула с кровати и прикрыла мужа
одеялом, оставив открытой поврежденную ногу.
Приготовив болеутоляющее, Мередит заставила его выпить лекарство.
- Вот... Это поможет тебе и позволит немного поспать. Я давала тебе это... ну... в тот
раз.
- Хорошо. - Он протянул руку и сжал ладонь жены. - Ты все еще стыдишься говорить
об этом, да?
- О чем? О той ужасной жестокости, которой ты подвергся по моей прихоти? Да,
конечно.
- Мередит, мне бы не хотелось, чтобы ты испытывала чувство вины. Уверен, что это я
как-то спровоцировал тебя на такой шаг. А Джексон воспользовался твоим гневом... Я давно
простил тебя. Кроме того, ты уже многократно возместила мне то зло. - Он криво
усмехнулся. - Удовольствие стоило боли.
Мередит отвела взгляд, ее щеки слегка порозовели.
- Теперь нужно немного отдохнуть. Утром я сменю припарку.
Она направилась к двери.
- Куда ты?
- Спать... в твоей бывшей спальне.
- Но почему?
- Любое движение причинит тебе боль. Я не могу быть с тобой.
Девлин вздохнул с преувеличенным отчаянием.
- Значит, мне нужно поскорее выздоравливать, а?
Она осуждающе покачала головой, улыбнувшсь сквозь слезы, и вышла. Голова Джереми
гудела от самых разных мыслей, ему казалось, что он никогда не уснет, но через несколько
секунд его веки смежились. Мередит несколько раз в течение ночи приходила посмотреть на
него. Сон Джереми нельзя было назвать спокойным: он возбужденно ворочался, крутил
головой из стороны в сторону и стонал. Но к утру Девлин успокоился и проспал почти до
полудня.
Мередит заглянула в его комнату и увидела, что муж уже не спит. Тогда она послала
служанку за припаркой, которую давно приготовила, и вошла. Джереми повернул голову и
слабо улыбнулся.
- Привет.
- Привет, дорогой.
Сердце Мередит утопало в нежных чувствах при виде дорогого лица. Суровые морщинки
разбегались от уголков губ и глаз, а кожа выглядела необычайно бледной.
- Как ты?
Он поморщился.
- Не считая того, что моя нога горит так, будто я умер и попал в ад, полагаю, хорошо.
Мередит осторожно и нежно сняла припарку и осмотрела обожженное место. Когда
служанка вернулась с новой порцией мази, она аккуратно положила слой препарата на рану и
отступила назад с просветлевшим лицом.
- Выглядит очень неплохо. Кажется, ожог не столь серьезен, как показалось мне вначале.
Джереми испустил преувеличенно мучительный сон, а затем улыбнулся.
- Ну, если это смешная ранка, то не хотела бы ты получить кое-что посерьезнее?
- Ладно, - поддразнила его Мередит, уперев руки в бока, - хватит этих глупостей...
Хочешь, чтобы я почитала тебе или предпочитаешь поспать? А как насчет еды?
- Неплохая идея. Может, говяжье рагу?
- Суп тоже подойдет. Наверное, Далей сможет отыскать для тебя котелок с говядиной и
овощным супом. - Хорошо. Но прежде чем все это окажется здесь, мне бы хотелось повидать
одного из лакеев.
- Зачем? Джереми, сейчас не время думать о делах. Плантация сможет несколько дней
прожить и без тебя.
- А тебе все нужно знать? - он, конечно, хотел пошутить, но голос от раздражающей
боли прозвучал довольно резко.
Мередит сжалась.
- Нет, конечно, нет.
Она ушла и отослала к Девлину молодого лакея, как он и просил, а сама отправилась на
кухню отдать распоряжения насчет обеда для мужа. Покончив с этим, Мередит вернулась к
своим делам. Джереми явно не нуждался в ее обществе.
Как только слуга вошел в комнату, Девлин произнес:
- Иди на пристань и осмотри все вокруг - в воде, на пирсе, на
...Закладка в соц.сетях
