Жанр: Любовные романы
Дело вкуса
...головой. Черт возьми! Похоже, пора просить прибавку.
Стеф вернулась в кабинет и невидящим взглядом уставилась на список дел.
Потом нервно взглянула на часы. Неожиданный телефонный звонок заставил ее
вздрогнуть.
— Алло?
— Стеф?
— Привет, Шон!
— Ты в порядке? Звоню пожелать тебе удачи.
— Но мы же увидимся вечером. — Стеф нахмурилась: Шон обещал быть
на открытии.
— Нет, я имею в виду: удачи с миссис Мак-Канн.
— А-а! Понятно.
— Ты же не передумала ехать к ней, Стеф?
Стефани на минутку задумалась. Можно ведь позвонить и сказать, что она
слишком занята. В ресторане и впрямь жуткая суматоха...
— Стеф?
— Нет, я не передумала.
— Молодец! Уверен, все будет тип-топ. Скорее всего, она просто хочет
вспомнить старые добрые времена.
— Угу. Слушай, Шон, мне нужно идти. Конор меня разыскивает.
Пока! — Стеф бросила трубку и нервно убрала волосы за уши.
Впервые за много месяцев ей ужасно хотелось курить. Часы показывали почти
полтретьего. Она встала, накинула жакет, взяла сумку и сбежала вниз.
В ресторане осталось мало посетителей: одна парочка ела десерт, за другим
столиком пили кофе. Быстро переговорив с Лайамом, она подошла к каждому
столику, представилась и объяснила, что в три часа ресторан закрывается для
подготовки к официальной церемонии. Извинилась за беспокойство и пригласила
присоединиться к вечернему празднеству. Обрадованные приглашением, клиенты
пожелали ей удачи. Стеф подмигнула Лайаму и вышла из ресторана.
Если бы
личные проблемы решались так же легко
, — посетовала она мысленно,
забираясь в машину.
Стефани предстояло проехать через весь город, в Фэйрвью. Повсюду были
пробки, и она снова посмотрела на часы: без пяти три. Опоздает, но не
слишком. Пробка начала рассасываться, и Стеф свернула на Хот-роуд. Теперь
уже недалеко. Сделав пару глубоких вдохов, она попыталась не обращать
внимания на ноющий живот. Добралась до Киллестера, свернула на тихую улочку,
застроенную домиками с террасами. Целую минуту сидела в машине, испытывая
искушение развернуться и уехать. И только собралась включить зажигание, как
на пороге дома появилась Джоан Мак-Канн.
Стеф сделала глубокий вдох, наклеила на лицо радостную улыбку и зашагала по
дорожке.
— Здравствуй, Стефани! Как поживаешь?
— Хорошо, миссис Мак-Канн. — Стеф чмокнула ее в щеку. Она была
поражена, увидев эту хрупкую женщину. Джоан вряд ли больше шестидесяти, но
выглядела она намного старше. — Как ваши дела?
— Не жалуюсь, милая. Чай только что заварила. Надеюсь, не очень
крепкий.
— Люблю крепкий, — соврала Стеф, последовав за ней в комнату,
которую Рут всегда называла
салоном
.
Стеф доводилось бывать в
салоне
лишь пару раз. Сюда пускали исключительно
важных посетителей, а в остальное время комната стояла под замком —
маленькое помещение, уставленное фарфоровыми фигурками. Выцветшие от
времени, блекло-красные диваны и кресла были покрыты связанными крючком
кружевными накидками; на маленьком придиванном столике лежали ажурные
салфеточки под чашки. Стеф села и приняла из рук миссис Мак-Канн крошечную
фарфоровую чашечку с блюдцем. Опасаясь, что хрупкий сосуд рассыпется от
малейшего нажатия, и не доверяя своим дрожащим пальцам, Стефани поставила
его на стол.
— Извини, что заставила приехать, Стефани, но мне требовалось с тобой
поговорить. Во что бы то ни стало...
Ее прямота удивила Стеф:
— Не стоит извинений. Хотя сознаюсь, я была поражена. Ведь прошло
столько времени.
— Ты права, дорогая. Представляю, каково тебе было ехать сюда.
Стеф смущенно усмехнулась.
— Я не стану ничего выпытывать, Стефани. Не стану задавать неловких
вопросов. Мне просто хотелось поговорить с подругами Рут. Я уже беседовала с
Мэри, но никак не могу найти Шинед. Мэри сказала, что та, возможно,
переехала в Австралию.
Стеф нахмурилась:
— Вы говорили с соседками Рут по комнате? Но зачем? Не понимаю.
— Конечно-конечно, дорогая. Извини! Следовало начать с самого начала.
Но я забыла о приличиях. Угощайся, возьми кусочек пирога!
— Нет, спасибо. — Стеф знала, что ей не удастся проглотить ни
кусочка.
Джоан поставила тарелку с фруктовым пирогом на стол и отпила глоток чая.
— Все началось после смерти Питера. Я долго не могла разобрать его
вещи. Девочки продали одежду, но бумаги мне хотелось просмотреть самой. С
финансами особых проблем не возникло. Он знал, что ему осталось всего
несколько месяцев, и часто запирался в комнате с юристом и бухгалтером,
чтобы привести в порядок документы. Еще до своей смерти перевел все деньги
на мое имя, так что мне не пришлось беспокоиться о завещании, утверждении
его судом и так далее. Питер был очень заботливым, добрым человеком. И —
тебе будет трудно в это поверить, Стеффи, — очень сентиментальным. Он
хранил на верхней полке шкафа коробку, а в ней — разные памятные вещицы.
Первые детские письма к Санта-Клаусу, все открытки, которые я ему
посылала. — Она вздохнула. — Мне не хотелось, чтобы кто-то чужой
видел эти вещи.
Она уставилась в пустое пространство, на губах играла полуулыбка, глаза
наполнились слезами. Стеф неуклюже погладила ее по руке.
Джоан Мак-Канн улыбнулась:
— Извини, дорогая. На чем я остановилась? Ах да, коробка! Я все не
хотела ее открывать — знала, что расстроюсь, стану вспоминать прошлое. Но
как-то раз, за день до звонка твоей матери, я набралась храбрости и
заглянула внутрь.
Стеф с любопытством смотрела на нее. Миссис Мак-Канн явно обнаружила что-то
важное. Что-то из вещей Рут.
— И что же? — нетерпеливо спросила она, заметив, что Джоан Мак-
Канн снова погрузилась в свои печальные раздумья.
— Что?.. — Джоан собралась с мыслями. — Минутку,
дорогая! — Она подошла к секретеру и вынула из верхнего ящика пухлый
большой конверт. — Вот! — Миссис Мак-Канн открыла конверт и
осторожно вытащила оттуда небольшой бледно-розовый конвертик, слегка
выцветший от времени. Бережно отложила его в сторону. Потом достала еще два
письма.
— Ты была знакома с Дезом? — внезапно спросила она.
Стеф со звоном поставила чашку на блюдце:
— Дезом Хили? Да, была.
— Рут никогда нам о нем не рассказывала. Всегда скрытничала насчет
своих приятелей. Что он был за человек?
Стеф сглотнула комок:
— Я не очень хорошо его знала. Он любил встречаться с Рут наедине.
— Но он тебе нравился? — нетерпеливо потребовала ответа Джоан.
— Он был слишком наглый, — честно ответила Стеф. — Задирал
нос перед всеми. Дез имел работу, роскошную машину и важничал перед нами,
бедными студентами.
— Понимаю. Как думаешь, Рут его любила?
На этот вопрос Стеф могла ответить с легкостью:
— Она была от него без ума. Не замечала никаких недостатков. Это же и
есть настоящая любовь, не так ли?
Джоан улыбнулась:
— Такое бывает только в юности. Стеф рассмеялась:
— Вы правы. С годами мы становимся менее терпимыми. — Она
вспомнила, как иногда срывается на Шона, причем незаслуженно. В сравнении с
Дезом он просто святой!
— Питер попытался найти Деза, — тихо проговорила Джоан.
— Что? — Стеф в изумлении уставилась на нее.
— Я об этом не знала. — Джоан протянула гостье конверт. —
Много месяцев расспрашивал друзей, коллег по работе — всех, кто мог что-то
знать о местонахождении Деза.
— Но неужели родители Деза ничем не смогли помочь?
Джоан горько усмехнулась:
— Сначала Хили нам посочувствовали, но потом, когда Питер стал их
донимать, пригрозили пожаловаться в полицию. Сказали, что Дез не имеет
никакого отношения к смерти Рут.
— Ужасно! Как у них только язык повернулся!
Джоан вздохнула:
— Думаю, они просто пытались защитить сына. Любые родители поступили бы
так же.
— Не понимаю, как можно оправдывать его поведение.
— Питер тоже не понимал, — печально проговорила Джоан. — И не
собирался сдаваться. Эти письма написаны через два года после смерти Рут.
— Должно быть, эта история не давала ему покоя.
— И ты ничего об этом не знала? Он с тобой не говорил?
— Нет. — Стеф покачала головой. — Он как-то звонил узнать
фамилию Деза, в день после похорон. Но с тех пор я ничего о нем не слышала.
— И ты не знаешь, разговаривал ли он с другими девочками?
Стеф покачала головой:
— Мы были едва знакомы с соседками Рут. И не поддерживали связь
после...
Джоан вздохнула:
— Понятно. Похоже, мне известно больше твоего. — Она протянула
Стеф одно из писем.
Стеф взглянула на нее, потом на письмо в своих руках. Оно было напечатано на
бланке какого-то пенсионного фонда и датировано двадцатым августа. Со дня
смерти Рут прошло четыре месяца. Она начала читать.
Уважаемый мистер Мак-Канн!
Прежде всего, примите мои соболезнования по поводу смерти Вашей
дочери. В обычных обстоятельствах я не стал бы разглашать конфиденциальную
информацию об одном из наших сотрудников. Но Ваш случай особый. Мистер Дезмонд Хили больше не работает в нашей компании. Сообщаю
Вам адрес и номер телефона его съемной квартиры, но вполне возможно, он
переехал. Хотя мог оставить новый адрес для пересылки корреспонденции. Мне
жаль, но это все, чем я могу помочь. С уважением, Джонатан Лайонс, генеральный директор. Стеф сложила письмо и сунула в конверт.
— Странно, что Дез так скоро уволился с работы.
— Он не уволился — его выгнали, — ответила Джоан. — Я звонила
его квартирной хозяйке. Поразительно, но эта женщина до сих пор сдает
квартиры. Она вспомнила Деза. По слухам, его вышвырнули за незаконные
сделки.
— Боже, есть ли предел порокам этого человека? — ахнула
Стеф. — Он оставил новый адрес?
— Нет. Дез был слишком хитер. Он даже не дал квартирной хозяйке свой
новый телефон. Пару раз заезжал забрать почту.
— Значит, мистер Мак-Канн так его и не нашел?
— Нет, но, похоже, Дез все-таки получил письмо Питера. — Она
протянула Стеф еще один конверт, из которого выпал листок простой бумаги.
Письмо было написано от руки двумя годами позже первого.
Стефани нахмурилась:
— Я не понимаю.
— Прочитай и поймешь.
Уважаемый мистер Мак-Канн!
Вы меня не знаете, но недавно я прочитала письмо, которое Вы
послали Дезу Хили. Увы, я не могу сообщить Вам его местонахождения, потому
что сама не знаю, где он. В прошлом месяце он бросил меня и мою малышку — ей всего полгода.
Я нашла Ваше письмо, когда разбирала его вещи. Если верить Вашим словам, я
не единственная женщина, которой он причинил зло. Но передайте дочери, что она еще легко отделалась. Если бы я
знала, какой Дез человек, никогда бы не родила этого ребенка. У меня нет
денег, чтобы содержать себя, не говоря уж о малышке. Если Вы когда-нибудь отыщете его, пожалуйста, дайте мне знать. Я
не хочу его видеть, но, возможно, он поможет ребенку материально. И передайте привет Вашей дочери Рут. Скажите, чтобы она жила своей
жизнью и забыла о Дезе. Он не стоит ни одной ее слезинки. Искренне Ваша, Селия Мэйн. Стеф опустила письмо и уставилась на миссис Мак-Канн:
— Он сделал это еще раз. Не могу поверить!
Джоан кивнула:
— Селия — очень милая женщина. Пару недель назад я говорила с ней по
телефону. Как ты уже поняла из письма, она не знала, что Рут умерла...
Стефани? С тобой все в порядке?
Стеф тупо кивнула.
Джоан Мак-Канн достала из буфета бутылку и плеснула бренди в два бокала.
Стеф благодарно приняла из ее рук бокал и осушила залпом.
Джоан похлопала ее по колену:
— Прости, дорогая! Понимаю, какое это для тебя потрясение.
— Я могла бы догадаться, — мрачно проговорила Стефани. — Мы
же видели, на что он способен.
— Одно дело оставить беременную подругу. Но бросить грудного ребенка?
Как он мог?
Стеф вздохнула:
— Не знаю. — Посмотрела на часы и вздрогнула: почти половина
пятого. — Извините, миссис Мак-Канн, но мне нужно бежать. С вашего
позволения я заеду завтра.
— Конечно, Стефани. Нам еще о многом надо поговорить.
Стеф уставилась на Джоан. Неужели есть что-то еще?
Она неохотно встала.
— Жаль, что я не могу остаться. Я бы хотела, но...
— Ступай и занимайся делами! Завтра я буду тебя ждать. — Джоан Мак-
Канн безмятежно улыбнулась и проводила ее к выходу.
— До свидания! Увидимся завтра. — Стефани обняла мать Рут и
побрела к машине.
ГЛАВА 49
Было уже пятнадцать минут шестого, когда Стеф вернулась в
Ше ну
.
— Все в порядке? — с опаской спросила она Лайама.
Тот обернулся, иронически приподняв брови:
— Все отлично, спасибо.
— Извини, что бросила тебя в такой момент. Не думала, что задержусь
долго. У меня было очень важное дело.
— Ты — босс, — отмел извинения Лайам. — Конор тебя
разыскивал.
— Понятно.
Стеф пошла в кухню. Шум стоял оглушительный. Холодные закуски, уже готовые,
ждали своего часа на столах у двери; повара метались как угорелые. Один из
помощников, Брендан, пытался вытереть пол. И все на него покрикивали: кто-то
просил поворачиваться быстрее, кто-то требовал не путаться под ногами.
Бедный малый продолжал орудовать шваброй, пропуская брань мимо ушей. Конор
стоял в другом конце кухни и, бешено жестикулируя, объяснял что-то Пату,
который преданно смотрел ему в глаза и кивал. Стеф улыбнулась. Любопытно,
Пат хоть что-нибудь слышит? Она направилась прямо к этим двоим.
— Стеф, где тебя носило, черт возьми?
— Ездила по делам. Проблемы?
— Нет. Сам уже разобрался.
Стеф улыбнулась шефу:
— Вот и отлично. Все под контролем?
Похоже, Конор даже удивился:
— Думаю, да. Холодные закуски почти готовы. Мы начали делать четыре
вида горячего. Оставили напоследок кебаб из морского ангела и гребешков,
суфле с лесными грибами и тарталетки с говядиной и почками.
— Угощения хватит на два часа? — спросила Стеф.
— Да. Начнем с холодных закусок — дыня с пармской ветчиной и тигровые
креветки в соусе чили, а потом будем подавать холодные и горячие блюда
попеременно, по два за раз.
Стеф согласно кивнула:
— Хорошо, если я больше не нужна, пойду готовиться. Конор, ты должен
спуститься в зал к семи.
— Будет сделано, — нервно улыбаясь, проговорил шеф. Готовить
легко. А вот спуститься в зал и общаться с людьми — другое дело.
Поговорив с Брайаном и проверив, достаточно ли охладилось белое вино и
шампанское, хватает ли льда, Стеф взбежала наверх переодеваться. Она
собиралась появиться в деловом костюме, но не традиционном, в темных тонах,
а кремовом парчовом шедевре от Пола Костелло. Массивная золотая цепь,
браслет и серьги, а также бежевые туфли на высоченной шпильке дополняли
образ. Осталось время подправить макияж. Собираясь подкрасить ресницы,
Стефани заметила, что руки дрожат. Она оглядела себя в зеркале. Вид у нее
неважнецкий, напряженный и расстроенный. Она лучезарно улыбнулась, заставляя
себя собраться с духом. Больше всего на свете ей хотелось закурить. Она
растушевала вокруг глаз бронзовые тени, нанесла на губы яркий мазок медной
помады и взбила волосы. Капля духов — и она готова.
— Стеф!
Она вздрогнула. На пороге стоял Шон.
— Извини, что напугал тебя. Как все прошло?
Стефани чмокнула его в губы:
— Слишком долго рассказывать, Шон, нет времени. Придется тебе
подождать.
— Я умру от нетерпения, — пожаловался Шон и тут только разглядел,
какое опрокинутое у нее лицо. — С тобой все в порядке? — тихо
спросил он.
— Конечно. — Она заставила себя улыбнуться.
— Выглядишь потрясающе, — сказал он и не приукрасил. Стефани и
вправду была восхитительна, несмотря на грустную мину.
— Спасибо. — Она оглядела Шона с ног до головы. На нем был
идеально скроенный угольно-серый костюм, светло-бежевая рубашка и винно-
красный шелковый галстук с затейливым узором. — Ты тоже неплох.
Он взял ее под руку:
— Благодарю, мадам. Пойдем?
Они достигли подножия лестницы в ту самую минуту, когда Эдвард собирался
подниматься наверх.
— Как дела, компаньон?
— Похоже, все просто замечательно. К сожалению, в этом нет моей
заслуги.
И моей
, — с горечью подумала Стеф.
— Лайам хочет, чтобы ты бросила последний критический взгляд, прежде
чем он откроет двери.
Когда они вошли в зал, официанты выстроились вдоль стены — белоснежные
рубашки, черные брюки и длинные темно-зеленые фартуки. Лайам стоял рядом в
безупречном черном костюме, белой рубашке и темно-зеленой бабочке.
Стеф одарила всех лучезарной улыбкой:
— Готовы?
К ней подошел Лайам:
— Как всегда.
— Прекрасно! В таком случае желаю удачи. И огромное спасибо! — Она
повернулась к Эдварду. — Ты видел Конора?
— Заглянул на кухню, но от него пар валил, и я не стал беспокоить.
— Тогда пойдем, мы еще успеем поболтать до начала церемонии.
На кухне стало поспокойнее. Кое-кто из поваров курил во дворике, а Конор
давал последние указания Пату и Кевину.
— Стеф, Эдвард, в зале все готово? — Он взволнованно взглянул на
хозяев.
— Конечно, — ответил Макдермотт. — Похоже, у тебя тоже все
схвачено.
Конор усмехнулся:
— Да, пока обошлось без катастроф.
Стеф взглянула на часы:
— В таком случае будем открываться. Не забудь, Конор, мы ждем тебя к
семи.
— Не забуду. Как насчет фотосессии?
Стеф непонимающе уставилась на него. О боже, такая важная вещь вылетела у
нее из головы! Она лихорадочно соображала:
— Ничего-ничего... Организуем все прямо сейчас. Фотограф должен быть с
минуты на минуту. Для начала отщелкаем рыбные блюда. Они самые красочные.
— Отлично.
— Я позову фотографа.
Она вышла, а Эдвард принялся изучать подносы:
— Твои новые творения, Конор?
— Они самые.
— Если на вкус такие же потрясающие, как и на вид, тебя ждет огромный
успех. Удачи, Конор!
Конор крепко пожал руку Макдермотту:
— Спасибо, Эдвард!
Вернулась Стеф с фотографом, и они принялись позировать для снимков. Стеф
настояла, чтобы на некоторых фотографиях Конор был один, а Эдвард предложил
и ее запечатлеть в одиночестве — в конце концов, она босс.
На кухню заглянул Шон:
— Лайам открыл ресторан.
— Хорошо. Всем удачи! — крикнула Стеф и под руку с Эдвардом
направилась в зал приветствовать гостей.
За вечер она ни разу не присела. По залу бродил фотограф из светской хроники
и снимал все более-менее примелькавшиеся лица. В центре восседала Лавиния
Рейнольдс, налегавшая на шампанское.
— Я едва успеваю откупоривать бутылки, — прошептал Лайам Стеф.
— Плевать! Лишь бы старая корова написала хороший отзыв.
В углу Конор увлеченно беседовал с Адамом Кал-леном. Судя по выражению лица
шефа и его оживленной жестикуляции, они наверняка говорили о еде. В
поварском колпаке и белой форме Конор выглядел чудесно; Стеф специально
купила ему шелковый шейный платок, темно-зеленый под цвет формы остального
персонала.
Шон тихонько шнырял по залу, прислушиваясь к разговорам. Наконец остановился
рядом с Джо, Энни и Лиз.
— Как вам вечеринка?
— Грандиозно, — просияв, ответила Лиз. — Все в восторге от
угощения.
— Что-то я не вижу этого Годфри, — заметил Джо.
— Не сомневаюсь, он придет, — заверила Энни. — Просто
заставляет себя ждать. Ну как же — особый гость!
— В таком случае он рискует остаться без угощения, — заметил Джо.
Стеф подслушала обрывок их разговора:
— Не волнуйся, Конор приготовил пару сюрпризов.
Шон толкнул ее в бок и кивнул в сторону двери:
— А вот и наш особый гость. Стеф подошла к Годфри:
— Мистер Джонс? Рада, что вы нашли время. Подлетел Брайан с подносом
шампанского, и она благодарно ему улыбнулась.
— Мисс Уэст, не так ли? — спросил Годфри Джонс.
— Вы правы, но, пожалуйста, зовите меня Стефани.
— Годфри, — ответил он, отвесив легкий поклон.
— Позвольте представить вам моего компаньона. — Она подвела его к
Эдварду. — Эдвард Макдермотт — Годфри Джонс.
Мужчины обменялись рукопожатиями. Поискав глазами Конора, Стеф увидела, что
шеф выскользнул из зала. Улыбнувшись про себя, она повернулась к Эдварду,
который рассказывал Годфри историю ресторана. Лавиния Рейнольдс подозвала
фотографа. Стеф, Эдвард и Джонс покорно улыбнулись в камеру.
— Я вижу, эта кошмарная женщина тоже здесь, — поморщился
Годфри. — Она ни черта не смыслит в хорошей кухне.
— Вы слишком суровы, — укорила Стефани.
— Но справедливы, — вмешался Эдвард, и все трое расхохотались.
Эдвард сделал крошечный глоток. — Может, хотите чего-нибудь покрепче?
Терпеть не могу шампанское.
— Не отказался бы от джин-тоника, — признался Годфри.
Эдвард расплылся в улыбке:
— И я.
— Предоставь это мне, — угрюмо проговорила Стеф и побежала на
кухню. — Конор? Ты готов подавать? Годфри Джонс только что заказал джин-
тоник.
— Матерь божья! Он перебьет вкус кебабов! Дай мне еще пару минут.
Стеф оставила его, попросила Джейн принести коктейли и вернулась к Годфри и
Эдварду. Они непринужденно болтали. Лавиния то и дело пыталась встрять в
разговор, но Годфри намеренно поворачивался к ней спиной.
Появился официант с подносом кебабов из морского ангела и гребешков. Сразу
же после этого Джейн поднесла коктейли.
— Давайте я подержу ваши бокалы, — предложила Стеф.
Эдвард и Годфри набросились на угощение. Как она и ожидала, Годфри предпочел
запивать рыбу и дары моря шампанским. Стефани с удовольствием наблюдала, как
на лице этого гурмана проступает наслаждение изысканным сочетанием вкусов и
ароматов. Да, Джонс понимает толк в хорошей кухне. Она подмигнула Конору,
который направлялся к ним.
— Годфри, познакомьтесь с нашим шеф-поваром, Конором О'Брайеном.
Конор застенчиво улыбнулся:
— Очень приятно.
— Я бы с удовольствием пожал вам руку, молодой человек, но, увы, руки
заняты вашей чудесной едой!
Взяв еще один кебаб, он сразу же сделал глоток шампанского.
— Восхитительно! — проговорил он с набитым ртом. — Просто
сказка.
Конор приосанился и глядел именинником, а Эдвард молча отсалютовал ему
бокалом. Стеф вздохнула с облегчением. Похоже, все ее мечты наконец сбылись.
В двенадцать часов ночи, выбившись из сил, она сидела и слушала, как ее
друзья перемывают гостям косточки.
— Видела лицо Лавинии, когда Годфри Джонс повернулся к ней
спиной? — хихикала Лиз.
— Вид у нее был такой, будто она проглотила осу, — добавила Энни.
— Она напилась как свинья, — заметил Джо, пытаясь сфокусировать
взгляд.
— Неудивительно, — ответил Лайам. — Брайан то и дело подливал
ей шампанского. По-моему, ты ей приглянулся, Брайан.
— О нет! — с отвращением простонал Брайан, и все покатились со
смеху.
— Когда ты предложил Годфри джин-тоник, я чуть тебя не убил, —
сказал Конор Эдварду.
— Откуда мне было знать? — оправдывался тот. — Я всего лишь
неотесанный адвокат.
Конор усмехнулся:
— Со временем научишься. Мы еще заставим тебя помогать на кухне!
— Тост, — объявил Шон, с трудом поднявшись на ноги. — За
дружную команду
Ше ну
! Молодцы, ребята! Потрясающий веч
...Закладка в соц.сетях
