Жанр: Любовные романы
Принцесса ждет
...хали.
— Бабушка! — крикнула я, припустив вдогонку за ней. —
Шанель
? Ты что, забрала меня с уроков, чтобы прошвырнуться по магазинам?
— Тебе нужно платье, — процедила бабушка, — для черно-белого
бала у герцогини Треванни в эту пятницу. Это ближайший прием, на который мне
удалось добыть приглашение.
— Черно-белый бал? — эхом откликнулась я, когда Ларс провел нас в
тихий белый вестибюль
Шанель
, самого эксклюзивного в мире модного бутика.
До того, как я узнала, что я принцесса, я даже зайти бы побоялась в такой
магазин... чего, правда, не скажешь о моих друзьях. Вот Лилли однажды даже
отсняла целый сюжет для своего телешоу из примерочной кабинки
Шанель
. Она
забаррикадировалась изнутри и примеряла последние модели от Карла
Лагерфельда, пока охрана не выломала дверь и не выпроводила ее на улицу. Это
шоу было посвящено тому, что дизайнеры
высокой моды
проводят политику
размерной дискриминации. Лилли демонстрировала, что невозможно подобрать
себе кожаные штаны крупнее десятого женского размера. — Какой еще черно-
белый бал?
— Тебе же мама говорила о нем, — ответила бабушка.
В этот момент к нам метнулась тощая, как швабра, женщина.
— Ваше Королевское Высочество! Как мы счастливы видеть вас! —
закричала она.
— Мама ничего не говорила мне о бале, — возразила я. — Когда,
ты сказала, он будет?
— В пятницу вечером, — ответила мне бабушка. Продавщице же она
сказала: — Да, полагаю, вы отложили несколько платьев для моей внучки. Я
просила белые. — Бабушка уставилась на меня и моргнула, как
сова. — Для черных ты еще слишком молода. И даже не спорь со мной.
Не спорить о чем? Как я вообще могу спорить о чем-то, чего еще даже не
осознала?
— Конечно-конечно, — продавщица расплылась в улыбке. —
Пройдемте со мной, Ваше Высочество.
— В пятницу вечером? — До меня стала доходить, по крайней мере,
эта часть информации. — В пятницу вечером? Бабушка, я не могу идти на
бал в пятницу вечером, я уже договорилась с...
Но бабушка только толкнула меня в спину.
И я поплелась за продавщицей, а та даже глазом не моргнула, как будто за ней
каждой день ходят принцессы в армейских ботинках.
И вот я еду в бабушкином лимузине назад, в школу, и думаю только о том,
скольких людей мне стоит поблагодарить за мои нынешние затруднения. Ну, во-
первых, мою маму, за то, что она забыла сообщить мне, что она разрешила
бабушке затащить меня на это мероприятие; далее, герцогиню Треванни, за то,
что она проводит этот черно-белый бал; продавцов в бутике
Шанель
, которые
хоть и вполне милые, но на самом деле — жалкая куча пособников, потому что
это они дали возможность бабушке напялить на меня это бело-бриллиантовое
платье и тащить меня туда, куда я вовсе не хочу идти; моего папу — за то,
что он выпустил свою матушку на бедный беззащитный Манхеттен без всякого
присмотра; ну и, конечно, бабушку — за то, что она совершенно разрушила мою
жизнь.
Когда я сообщила ей, пока служащие
Шанели
заворачивали меня в километры
ткани, что я никак не могу идти на этот черно-белый бал герцогини Треванни в
пятницу, потому что в тот вечер у нас с Майклом должно быть первое свидание,
она прочитала мне длиннющую лекцию о том, что долг принцессы — думать в
первую очередь о своем народе. А сердечные дела, считает бабушка, на втором
месте.
Я пыталась объяснить бабушке, что это свидание никак нельзя ни перенести, ни
отменить, потому что
Звездные войны
будут в кинокафе только в пятницу, а
после этого опять будут крутить
Мулен Руж
, а это я смотреть не хочу,
потому что мне говорили, там в конце кто-то умирает.
Но бабушка считает, что мое свидание с Майклом по важности даже рядом не
лежало с черно-белым балом у герцогини Треванни. Судя по всему, герцогиня
Треванни — видный член королевской семьи Монако и к тому же какая-то наша
дальняя родственница (а кто нет?). И если я не буду присутствовать на черно-
белом балу, где соберутся все дебютантки высшего света, то это будет
проявлением неуважения, и королевский дом Гримальди нескоро сможет
оправиться от такого удара.
Я указала ей на то, что если я не пойду на
Звездные войны
, то это тоже
будет удар, от которого не оправятся мои отношения с Майклом. Но бабушка
сказала, что если Майкл на самом деле меня любит, то он поймет.
— А если нет, — она выпустила облачко сизого дыма, — то,
значит, он не годится тебе в супруги.
Конечно, легко бабушке говорить. Она-то не была влюблена в Майкла с первого
класса. Она-то не проводила бессонные часы, пытаясь написать что-нибудь
достойное его талантов. Она-то не знает, что значит любить, потому что
единственный человек, которого она любила в своей жизни, это она сама.
Да, это так.
И вот мы подъезжаем к школе. Уже время обеда. Через минуту мне предстоит
войти и объяснить Майклу, что я не смогу пойти на наше первое свидание,
иначе разразится международный скандал, угрожающий стране, которой мне в
отдаленном будущем предстоит править, непоправимыми последствиями.
И почему бы бабушке не отправить меня в интернат в Массачусетсе?
21 января, среда, ТО
Я не смогла сказать ему.
Ну как я могла? Особенно после того, как он вел себя так мило за обедом.
Кажется, все в школе были в курсе, что бабушка забрала меня из школы во
время самоподготовки. Шиншилловая накидка, нарисованные брови, да еще
семенящий по пятам Роммель — ну кто мог пропустить такое зрелище? Она так же
заметна, как Шер.
Все были озабочены болезнью моего отца. Особенно Майкл. Он все говорил:
— Я могу что-нибудь сделать? Может, твое задание по алгебре или еще что-
нибудь? Знаю, это немного, но хоть так...
Ну как я могла сказать ему правду, что мой отец вовсе не болен, а бабушка
забрала меня с уроков, чтобы проехаться по магазинам! И мы отправились в
магазин за платьем, которое я должна надеть на бал, на который он сам не
приглашен и который состоится как раз в то время, когда мы с ним должны
наслаждаться отличным ужином и космическим действом, происходящим в далекой,
далекой галактике.
Я не могла. Не могла сказать ему. Я никому не могла сказать. Поэтому я молча
просидела весь обед. Все приняли мою молчаливость за моральную
подавленность. Что, по сути, так и было, только совсем не по той причине, по
которой думали они. Сидя там, я все больше думала, что
Я НЕНАВИЖУ СВОЮ БАБУШКУ.
Я НЕНАВИЖУ СВОЮ БАБУШКУ.
Я НЕНАВИЖУ СВОЮ БАБУШКУ.
Я НЕНАВИЖУ СВОЮ БАБУШКУ.
На самом деле.
Сразу после обеда я выскользнула из здания, чтобы позвонить из автомата
домой. Я знала, что мама будет дома, а не в студии, потому что она все еще
не закончила разрисовывать стены в детской. Она пока дошла только до третьей
стены, где довольно достоверно изображала падение Сайгона.
— Ой, Миа, — сказала она, когда я спросила ее, не забыла ли она
кое о чем меня предупредить. — Прости, пожалуйста. Но твоя бабушка
позвонила во время шоу Анны Николь. А ты сама знаешь, какой я становлюсь во
время этого шоу.
— Мама, — спросила я сквозь зубы, — а почему ты сказала ей,
что не возражаешь, чтобы я шла на этот бал? Ты ведь уже разрешила мне
встретиться с Майклом в тот вечер!
— Разве? — голос у мамы был растерянный.
Ну еще бы. Она, конечно, не помнит наш с ней разговор о свидании с
Майклом... в основном, потому что она в том момент дрыхла и была абсолютно
потеряна для мира. Но ей об этом знать не обязательно. Сейчас важно было
заставить ее чувствовать себя как можно более виноватой за то гнусное
преступление, что она совершила.
— Милая, мне так жаль. Тебе придется отменить встречу с Майклом. Он
поймет.
— Мама! — закричала я. — Не поймет он! Это же должно было
быть наше первое настоящее свидание! Ты должна что-то сделать!
— Дорогая, меня немного удивляет, что ты так расстроилась из-за
этого, — ответила мама суховато, — учитывая твою решимость не
преследовать Майкла. Отмена первого свидания прекрасно вписывается в твою
схему.
— Очень смешно, мама, — сказала я. — Но Джейн ни за что бы не
отменила свое первое свидание с мистером Рочестером. Она просто не стала бы
все время названивать ему сама и не позволила бы зайти слишком далеко во
время свидания.
— О... — сказала мама.
— Слушай, — продолжала я. — Это очень важно! Ты должна
вытащить меня с этого дурацкого бала!
Но мама только пообещала поговорить об этом с папой. И я, конечно, знала,
что это значит: мне ни за что не отвертеться от этого бала. Мой папа никогда
в жизни не жертвовал своим долгом ради любви. В этом он совсем как принцесса
Маргарет.
И вот я сижу тут (пытаясь делать задание по алгебре, как обычно, поскольку я
ни талантливая, ни одаренная), понимая, что рано или поздно мне придется
сказать Майклу, что наше свидание отменяется. Вот только как? Как мне это
сказать? А что если он разозлится и больше никогда никуда меня не пригласит?
Или еще хуже: что если он пригласит какую-нибудь другую девушку посмотреть
Звездные войны
? Такую девушку, которая точно знает, какие реплики следует
подавать во время фильма. Например, когда Бен Кеноби говорит:
Оби-Ван.
Давненько не слышал я этого имени, ты должна крикнуть:
Сколько?
, а Бен
скажет:
Очень давно
.
Кроме меня об этом знают миллионы девчонок. И Майкл легко может пригласить
любую из них вместо меня и прекрасно провести время. Без меня.
Лилли вцепилась в меня, пытаясь выведать, что же случилось. Она все время
передает мне записки — сегодня травят тараканов в учительской, поэтому
миссис Хилл сидит в классе и делает вид, что проверяет письменные работы по
информатике. Но на самом деле она заказывает вещи из каталога Гарнет Хилл. Я
видела, что она прикрывает его классным журналом.
Твой отец очень болеет?— Это последняя записка
Лилли
. — Тебе придется опять лететь в Дженовию? Нет, — ответила я.
Это рак? — Лилли хочет знать.
— У него рецидив? Нет, — ответила я.
Тогда что это? — Почерк Лилли становится
отрывистым, а это верный признак, что она начинает терять терпение.
— Почему ты не говоришь мне? Потому что, — хочется написать мне огромными буквами, — правда
сразу погубит наши романтические отношения с твоим братом, а я этого не
переживу! Неужели ты не видишь, что я жить без него не могу?
Но я не могу этого написать, потому что я пока не хочу сдаваться. Разве я не
принцесса королевского дома Ренальдо? А разве принцессы королевского дома
Ренальдо так просто сдаются, когда на карту поставлено то, чем они сильно
дорожат, как, например, я Майклом?
Нет, они не сдаются. Взгляните на моих прабабок, Агнесс и Розагунду. Агнесс
спрыгнула с моста, лишь бы не уходить в монастырь. А Розагунда задушила
парня собственными волосами (чтобы не спать с ним). Неужели я, Миа
Термополис, позволю такому пустяку, как черно-белый бал у герцогини
Треванни, помешать мне пойти на первое свидание с любимым человеком?
Нет, не позволю.
Так, может, это и есть мой талант? Упрямство, которое я унаследовала от моих
предшественниц, принцесс Ренальдо?
Пораженная этим открытием, я торопливо нацарапала записку Лилли:
Мой талант в том, что я упряма, как и мои прабабки? С замиранием сердца я ждала ответа. Хотя, не знаю, что мне делать дальше,
если ответ будет положительным. Ну что это за талант — упрямство? На нем же
не заработаешь, как, например, на игре на скрипке, или на сочинении песен,
или на съемках программ для кабельного телевидения.
И все же было бы приятно, если бы я сама вычислила, что у меня за талант.
Для того чтобы взобраться на юнговское древо самоактуализации, понимаете?
Но ответ Лилли меня немного разочаровал:
Нет, твой талант не в том, что ты упряма, тупица. Иногда ты такой
тормоз. ЧТО С ТВОИМ ОТЦОМ????? Я вздохнула, понимая, что у меня нет другого выхода, и написала:
Ничего. Бабушка просто хотела съездить со мной в Шанель
, поэтому
насочиняла про болезнь папы. Господи, — написала Лилли
. —
Неудивительно, что у тебя такой вид, словно ты опять проглотила носок. Твоя
бабка — просто чудило. Не могу не согласиться. Знала бы Лилли, насколько все плохо.
Экстренная встреча последовательниц джейнэйровского метода обращения с
парнями. Мы, конечно, рискуем, что нас в любой момент здесь застукают. Мы
сбежали с французского, чтобы собраться на лестнице, ведущей на крышу (дверь
куда, конечно же, закрыта. Лилли говорит, что в фильме о моей жизни
школьники то и дело вылезали через нее на крышу. Это еще раз доказывает,
насколько кино далеко от реальной жизни), и поддержать нашу сестру в ее
горе.
Все верно. Оказывается, не для меня одной семестр начался очень неудачно.
Тина не только растянула ногу на лыжных склонах в Аспене — нет, она еще и
получила сообщение от Дэйва Фаруха Эль-Абара на пятом уроке. В нем
говорилось:
Ты так и не перезвонила. Я иду на матч Рейнджеров
с Жасмин. Желаю счастья
. Никогда в жизни не видела ничего более бесчувственного, чем это сообщение.
Клянусь, у меня прямо кровь застыла.
— Шовинистическая свинья, — объявила Лилли, прочитав
сообщение. — Даже не переживай из-за него, Тина. Найдешь кого-нибудь
получше.
— Я н-не хочу никого п-получше, — всхлипнула Тина. — Я хочу
только Д-дэйва.
У меня сердце разрывается при виде ее боли, причем не только сердечной —
взобраться на третий этаж на костылях, это вам не шутка. Я пообещала
посидеть с Тиной, пока она не справится со своим потрясением, а Лилли
проведет с ней занятия по пятишаговой методике Элизабет Кюблер-Росс
Как
справляться с депрессией при разрыве отношений
. Шаг первый — отрицание: не
могу поверить, что он мог так обойтись со мной; шаг второй — гнев: Жасмин,
скорее всего, какая-нибудь корова, которая лезет целоваться на первом же
свидании; шаг третий — торг: может быть, если я пообещаю честно звонить ему
каждый вечер, он вернется; шаг четвертый — депрессия: я никогда больше
никого не полюблю; шаг пятый — принятие: ладно, надо признать, что он все-
таки эгоист. Конечно, сидя здесь с Тиной вместо французского, я сильно
рискую вылететь из школы, потому что у нас именно так карают за прогулы
уроков.
Но что важнее — оценка по поведению или мой друг?
К тому же Ларс стоит на шухере внизу у лестницы. Если появится мистер
Креблуц, главный комендант, то Лар засвистит гимн Дженовии, и мы успеем
распластаться вдоль стены за старыми спортивными матами (которые жутко
воняют и наверняка очень пожароопасны).
Хотя мне очень жаль Тину, но история с ней оказалась для меня очень
поучительной: правила поведения Джейн Эйр с мужчинами — вовсе не самый
надежный способ удержать бой-френда.
Правда, если верить бабушке (а ведь ей удалось прожить со своим мужем сорок
лет), то самый надежный способ отвадить парня — это начать преследовать его.
И уж точно Лилли, которая из нас троих имеет самые длительные отношения с
парнем, никак не гоняется за Борисом. Скорее уж наоборот, это он таскается
за ней. Но это, скорее всего, потому что она слишком уж занята своими
проектами и судебными процессами, и не может уделять ему много внимания.
Где-то между ними двумя — бабушкой и Лилли — и есть золотая середина, секрет
построения успешных отношений с мужчиной. И мне надо ее как-то отыскать.
Потому что я открою вам один секрет: если я когда-нибудь получу от Майкла
сообщение вроде того, что получила Тина от Дэйва, я точно нырну ласточкой с
моста через Гудзон. И я очень сомневаюсь, что какой-нибудь бравый капитан
береговой охраны выловит меня — во всяком случае, целой и невредимой. Мост
Таппан Зи куда выше, чем мост Девственниц.
И, конечно, вы понимаете, что вся эта история с Тиной и Дэйвом значит. Это
значит, что я никак не могу отменять свидание с Майклом. Никак, ни за что.
Мне плевать, если Монако начнет лоббировать вопрос об ударе ракетами SCUD по
парламенту Дженовии: я не иду на этот черно-белый бал. И бабушке с
герцогиней Треванни придется смириться с этим разочарованием.
Потому что когда дело доходит до наших мужчин, мы, принцессы Ренальдо, не
сдаемся. Мы боремся до конца.
ДОМАШНЕЕ ЗАДАНИЕ:
Алгебра: примеры в начале главы 11, плюс....??? Не знаю, что именно —
спасибо бабушке.
Английский: написать сочинение (
Как я провела зимние каникулы
— 500 слов),
плюс....??? Не знаю, что именно — спасибо бабушке.
Биология: прочитать главу 13, плюс....??? Не знаю, что именно — спасибо
бабушке.
Здоровье и безопасность: глава 1
Ты и окружающая среда
, плюс....??? Не
знаю, что именно — спасибо бабушке.
ТО: вычислить, что же у меня за скрытый талант.
Французский: chapitre dix, плюс... Не знаю, что именно, поскольку
прогуляла!!!!
История мировых цив.: глава 13
Новый смелый мир
; привести примеры того, во
что новые технологии обходятся обществу.
Пока я никак не вычислю свой скрытый талант, если, конечно, он у меня есть,
бабушка вовсю пользуется своим. Кларисса Ренальдо награждена великим даром
ломать мою жизнь. Теперь мне абсолютно ясно, что в этом и состояла ее цель с
самого начала. Об этом говорит хотя бы тот факт, что она не переваривает
Майкла. Разумеется, не потому, что Майкл ей что-то сделал. Ну, разве что
заставил ее внучку парить на седьмом небе от счастья. Бабушка Майкла и не
видела-то никогда.
Нет, бабушка не любит Майкла, потому что в его жилах нет ни капли
королевской крови.
Откуда я все это знаю? Да это было очевидно, едва я переступила порог ее
номера. Как вы думаете, кто только что явился из нью-йоркского Атлетического
клуба, кто стоял в комнате, размахивая теннисной ракеткой и изображая из
себя Андре Агасси? Ну да, принц Рене, всего-навсего.
— А ты-то здесь что делаешь? — за этот вопрос мне потом влетело от
бабушки (она сказала, что настоящие леди таким обвиняющим тоном не
разговаривают, и что я словно подозреваю Рене в чем-то нехорошем. К слову
сказать, так оно и есть. Мне практически пришлось отвесить ему увесистого
пинка, чтобы он вернул мне скипетр, когда я была в Дженовии).
— Да вот, наслаждаюсь твоим прекрасным городом, — ответил Рене. И
тут же, извинившись, сказал, что ему нужно в душ, потому что он взопрел на
корте.
— Амелия, в самом деле, — неодобрительно сказала бабушка, —
разве так обращаются с родственниками?
— А почему он не в школе? — Вот что мне хотелось знать.
— К твоему сведению, — ответила бабушка, — у него каникулы.
— До сих пор? — Что-то мне это все очень подозрительно. Это что же
за бизнес-школа такая, пусть даже и во Франции, в которой рождественские
каникулы длятся аж до февраля?
— Рене учится в одной из школ, где зимние каникулы продолжаются дольше,
чем в американских школах, чтобы школьники в полной мере могли насладиться
лыжным сезоном, — объяснила бабушка.
— Я что-то не заметила, чтобы у него с собой были лыжи, — отметила
я, проявив неожиданную бдительность.
— Пфи! — бабушка в ответ только фыркнула. — В этом году Рене
уже достаточно накатался. К тому же, он без ума от Манхеттена.
Что ж, это я могу понять. На мой взгляд, Нью-Йорк — самый классный город в
мире. На днях строители, работающие на Сорок второй улице, нашли
двадцатифунтовую крысу! Она всего на пять фунтов легче моего кота! Нет,
разве в Париже или Гонконге вам повезет наткнуться на двадцатифунтовую
крысу? Да никогда в жизни!
Ну, ладно. Мы принялись за урок. Бабушка инструктировала меня насчет всех
приглашенных на этот черно-белый бал, включая дебютанток, дочерей
социалистов и прочих, считающихся аристократией Америки, которые тщательно
готовятся к
выходу в Свет
(с большой буквы С) и ищут себе мужей. (Хотя, на
мой взгляд, им бы лучше подыскать себе аспирантскую программу или поработать
на полставки, обучая чтению неграмотных людей. Ну, это моя точка зрения.) И
вдруг, совершенно внезапно, меня осенила одна идея. Почему бы Майклу не
сопровождать меня на черно-белый бал герцогини Треванни?
Что ж, допустим, это не так интересно, как
Звездные войны
. И вообще,
придется держать руки по швам. Но зато мы будем вместе. Кроме того, я смогу
вручить ему подарок на день рождения вне стен школы имени Альберта
Эйнштейна. И мне не придется совсем уж отказывать ему в свидании. И
состояние дипломатических отношений между Дженовией и Монако останется на
уровне.
Но как, хотела бы я знать, сказать об этом бабушке? Она не упоминала, что
герцогиня разрешит мне привести с собой парня.
Ну ладно, а как же эти дебютантки? Разве они не приведут с собой кавалеров?
Разве военная академия существует не для того, чтобы поставлять кавалеров
для дебютанток на балу? И если им это можно (а ведь они не принцессы), то
почему нельзя мне?
Труднее всего было убедить бабушку, чтобы она позволила мне привести на черно-
белый бал Майкла. И это после всех наших долгих дискуссий о том, можно или
нельзя вешаться на шею предмету своей любви и давать ему понять о твоих
истинных чувствах. Я решила проявить немного такта (как раз то, над чем
бабушка упорнее всего билась на наших уроках).
— И, прошу тебя, Амелия, чтобы ни случилось, — говорила бабушка,
водя гребнем по скудной шерсти Роммеля, как ей посоветовал королевский
ветеринар, — ни в коем случае не задерживай взгляд на лице герцогини.
Знаю, знаю, это будет нелегко — после подтяжки она выглядит так, словно
хирург перестарался. Но на самом деле Елена так и хотела. Ей всегда хотелось
быть похожей на пучеглазого окуня...
— Слушай, бабушка, я вот что хотела спросить насчет этого бала, —
тактично начала я. — Как ты думаешь, герцогиня будет возражать, если
я... ну... приведу кое-кого?
Бабушка недоуменно взглянула на меня поверх дрожащего, розового тельца
Роммеля.
— Что ты имеешь в виду? Амелия, я очень сомневаюсь, что твоей матери
понравится на черно-белом балу герцогини Треванни. Начать с того, что там не
будет ни одного хиппи...
— Да я не маму имею в виду, — сказала я, решив, что, пожалуй,
начала чересчур издалека. — Я говорю скорее о партнере, понимаешь?
— Но у тебя уже есть партнер. — Бабушка поправила инкрустированный
бриллиантами ошейник Роммеля.
— Правда? — Не помню, чтобы я просила подыскать мне кого-нибудь.
— Ну, конечно, есть! — Кажется, бабушка избегала моего
пристального взгляда. — Принц Рене очень любезно предложил сопровождать
тебя на бал. Ну-с, на чем мы остановились? Ах, да. Мы говорили о стиле
одежды герцогини. Думаю, ты уже уяснила себе, что нельзя обсуждать, по
крайней мере, на виду у всех, во что будет одета хозяйка. Считаю своим
долгом предупредить тебя, что она предпочитает одежду, которая ей уже не по
возрасту и которая приоткрывает...
— Так меня будет сопровождать Рене! — Я вскочила, едва не смахнув
со стола бокал с
Сайдкаром
. — Рене будет моим партнером на черно-
белом балу?
— Ну, да. — Бабушка посмотрела на меня чистым и невинным взглядом.
Чересчур чистым и невинным, пожалуй. — В конце концов, он же гость в
этом городе, и даже, если на то пошло, в этой стране. Я подумала, что ты
будешь только рада проявить гостеприимство, Амелия...
Я прищурилась.
— Что здесь происходит? — спросила я. — Бабушка, ты опять
пытаешься свести нас с Рене?
— Ну конечно же, нет.
Казалось, бабушка искренне потрясена моим предположением. Но она и раньше
вводила меня в заблуждение своим невинным выражением лица. Особенно тем,
которое она принимает всякий раз, когда хочет, чтобы ее считали безобидной
пожилой леди.
— Свое необузданное воображение ты унаследовала от своей матери. Твой
отец никогда бы до такого не додумался, Амелия, за что я не устаю
благодарить Гос
...Закладка в соц.сетях
