Жанр: Любовные романы
Зловещая тайна
...ю не
включила в свой список.
"Ее светлость просто очаровательна, - думала Кэролайн, вернувшись к себе в
комнату, - но страшно слабая. Лично я
никогда бы не допустила, чтобы в моем доме распоряжалась женщина вроде миссис
Миллер".
Но она уже начала подозревать, что леди Брекон не случайно отстраняется от
мира. Она могла бы быть монахиней, так
мало у нее было интересов вне стен ее комнаты. Иногда Доркас пересказывала ей
обрывки сплетен, но Кэролайн была
уверена, что леди Брекон слушает их больше из-за нежелания огорчить Доркас, чем
из интереса. Такое поведение казалось
крайне странным для хозяйки такого замечательного замка, тем более странным было
оно для матери, настолько преданной
своему сыну, как леди Брекон. Нет, несомненно, у нее была веская причина
устраняться от борьбы с испытаниями и
трудностями обычной жизни.
Кэролайн подошла к шкафу, чтобы выбрать для Хэрриет подходящее платье,
которое та могла бы надеть в этот вечер. Она
нашла наконец-то, что искала: платье из розового шелка, отделанное букетиками из
роз и незабудок. Это платье не слишком
шло самой Кэролайн: его розовый цвет не подходил к золоту ее волос, но она была
уверена, что оно будет прекрасно
смотреться на Хэрриет с ее темно-каштановыми волосами и доверчивыми темными
глазами.
Она собиралась было позвонить Марии и попросить ее запаковать платье в
сверток, когда, выглянув в окно, увидела
элегантную мужскую фигуру, двигавшуюся к каменной беседке в дальнем конце
"регулярного" парка. Это был мистер
Стрэттон. Глядя ему вслед, Кэролайн вспомнила их разговор накануне вечером.
Мистер Стрэттон слегка подшучивал над своими теперешними обстоятельствами,
но за его шутками таилась настоящая
горечь. Он и правда увидел, что наследство, неожиданно забросив его в высшее
общество, лишило его веры в человека.
Несмотря на его позу денди, он все еще дорожил истинными убеждениями и
достоинствами, которые усвоил в годы
бедности. И Кэролайн прекрасно понимала это его почти детское желание быть
любимым таким, какой он есть. Она легонько
вздохнула, потому что и сама испытывала подобное.
Даже сейчас нет-нет да и закрадывалось сомнение, не изменит ли лорд Брекон
свое решение не жениться, когда узнает ее
истинное положение в обществе. Она гнала от себя эти мысли, повторяя, что
несправедлива к любимому, что он не такой
человек, да и характер у него слишком сильный, чтобы зависеть от таких пустяков,
но все же они возвращались.
Сердясь на себя, Кэролайн постаралась сосредоточиться на мистере Стрэттоне.
Наблюдая, как он устраивается в беседке,
она внезапно негромко вскрикнула.
У нее есть идея! Она быстро пересекла комнату и дернула за шнур звонка.
Когда в комнату поспешно вошла Мария, Кэролайн сказала ей:
- Упакуй это розовое платье, Мария, а еще то, из полосатого льняного
батиста с кружевной косынкой.
Ты его помнишь? Я надевала его на маскарад, когда наряжалась деревенской
девушкой. Помнишь, я просила тебя взять
его на всякий случай.
- Да, конечно, миледи, - отозвалась Мария. - Оно здесь, я уложила его в
нижний ящик комода. Но зачем оно вашей
светлости сейчас?
- Потому что у меня есть план, - ответила Кэролайн. - Возьми его и вечернее
платье и как можно быстрее отправляйся в
дом священника. Поговори с мисс Уонтедж наедине, скажи, что это я тебя послала.
Одень ее в полосатое платье, причеши
получше, Мария, и скажи, что я приду минут через двадцать. Когда мы встретимся,
о платьях не должно быть сказано ни
слова, объясни ей это совершенно определенно.
- Ох, миледи, - вздохнула Мария, - что у вас опять за идея? Честно говорю
вам, у меня от ваших хитростей уже голова
кругом идет.
- Прекрати стонать, Мария, у нас нет временя, - остановила ее Кэролайн. -
Поспеши к мисс Уонтедж и передай ей все в
точности, как я тебе сказала. Просто я спасаю еще одного человека, но на этот
раз не от смерти, а от участи одинокой старой
девы!
Улыбнувшись застывшей в изумлении девушке, Кэролайн спустилась вниз и вышла
в сад. Она шла по лужайкам, любуясь
цветами и, казалось, забыв обо всем.
Когда она подошла к беседке, мистер Стрэттон поднялся ей навстречу.
Кэролайн, необычайно хорошенькая в соломенной
шляпке, отделанной букетиками ландышей и лентами цвета зеленой листвы,
притворилась глубоко удивленной.
- Боже, сэр, как вы меня напутали! Я не ожидала, что в этом уединенном
месте кто-то скрывается.
- Потому я сюда и пришел, - ответил мистер Стрэттон и поспешно добавил:
- Только поймите меня правильно, мисс Фрай. Я ценю ваше общество, но хотел
укрыться от остальных гостей. Черт
побери, мне еще не приходилось встречать такое количество неотесанных и шумных
людей! Брекон, должно быть, просто
сумасшедший, если приглашает подобное общество.
- Ох, мистер Стрэттон, так вам здесь не нравится?
- Последнее время мне мало что нравится, - отозвался он мрачно.
Кэролайн уселась в тени беседки.
- Очевидно, сэр, вы очень разборчивы в том, какое общество предпочесть. Не
к лицу мне, бедной и зависимой девушке,
говорить так, но мне кажется, что вчерашние гости его светлости не блещут умом,
Мистер Стрэттон расхохотался.
- Вы еще очень сдержанны, мисс Фрай, но я с вами согласен. Это тупой народ.
Те, кто не слишком напился, играли до
рассвета, и сейчас, когда я уходил, они опять рассаживались за игорными столами.
Сколько я ни старался, никак не могу
всерьез заинтересоваться азартными играми!
- Да и зачем, сэр? - поддакнула ему Кэролайн и поднялась. - Но я должна
оставить вас наедине с вашей книгой. Завидую
тому удовольствию, которое вас ждет!
- Вам и правда надо идти, мисс Фрай?
- Увы, да, - вздохнула девушка. - Хотя, уверяю вас, сэр, я предпочла бы
побыть дольше в таком приятном обществе. Но
мне нужно заглянуть в дом священника, передать поручение леди Брекон, и, честно
вам признаюсь, я до смерти боюсь туда
идти.
- Боитесь? - удивился мистер Стрэттон. - Дозволено ли мне узнать, чего
именно?
- Этот викарий, сэр, - сказала Кэролайн, опуская голову в притворном
смущении и чуть слышно выговаривая слова. - Он,
право, такой неприятный джентльмен.
- Плохо ведет себя по отношению к вам, вот как? - сурово спросил мистер
Стрэттон. - Ну, я это быстро улажу. Я пойду с
вами, мисс Фрай, если вы мне позволите.
Кэролайн сжала руки.
- Ох, сэр, правда? Нет, я не должна вас об этом просить... Вы могли бы
спокойно отдыхать здесь...
- Я рад быть вам полезным, мисс Фрай. Расскажите мне об этом викарии.
- Я нахожу преподобного джентльмена крайне непривлекательным, - проговорила
Кэролайн, скромно опуская глаза. - Но
это не все. Он крайне недобр к моей бедной подруге, своей дочери мисс Хэрриет
Уонтедж.
Она училась в одной школе со мной, и свет не видел другой столь
очаровательной и доброй девушки. Я скажу вам, сэр, -
но только по секрету, - что ее отец ужасно к ней жесток.
- Жесток? В чем же это проявляется? - изумился мистер Стрэттон.
Пока они шли по зеленым лужайкам, а потом по длинной аллее, которая вела в
сторону деревни, Кэролайн повествовала о
жестокостях викария. Рассказ этот длился почти всю дорогу к дому священника, и
если Кэролайн несколько вольно
обращалась с фактами, а подчас прибегала и к фантазии, то она успокаивала свою
совесть тем, что рассказ ее все же не
лишен оснований: у нее из памяти не выходило бледное, напуганное лицо Хэрриет.
Они подошли к дому викария, и в одном из окон верхнего этажа Кэролайн
заметила Марию, наблюдавшую за ними.
Распахнув калитку, которая вела в неопрятный, плохо ухоженный сад, Кэролайн
проговорила:
- Молю бога, чтобы викария не было дома, сэр. Возможно, он разгневается,
что я привела сюда столь аристократического
гостя без приглашения.
- Ему лучше бы сдержаться в моем присутствии, - ответил мистер Стрэттон с
неожиданной энергией, явно забыв о своей
напускной лени.
Парадная дверь распахнулась, едва они успели позвонить, и Хэрриет уже
приветственно протягивала Кэролайн руки. Да,
это была Хэрриет, но, как с удовлетворением отметила про себя Кэролайн,
выглядела она совсем по-другому. Простое, но
хорошо сшитое платье со свежей белой кружевной косынкой очень шло девушке, а
Мария причесала Хэрриет по последней
моде, так что десятки небольших кудряшек, обрамлявших ее худое лицо, сделали его
неожиданно пикантным. Глаза Хэрриет
всегда были ее самой привлекательной чертой, и сейчас они были широко распахнуты
и светились от волнения.
Кэролайн представила подруге мистера Стрэттона, и Хэрриет провела их в
безрадостную обшарпанную гостиную.
- У меня есть для тебя приглашение, Хэрриет, - сказала Кэролайн. - Ее
светлость надеется, что сегодня вечером ты
сможешь прийти в замок на обед. Приглашено довольно много соседей, и она
считает, что тебе будет приятно.
- Ох, Кэролайн, как чудесно! - воскликнула Хэрриет, но тут же лицо ее
вытянулось. - Но, наверное, папа не разрешит мне
принять приглашение.
- Я попытаюсь его убедить, - предложила Кэролайн. - Где он?
- В своем кабинете, - сказала Хэрриет. - Он готовит воскресную проповедь, а
это всегда делает его таким
раздражительным!
- Подожди здесь, - сказала Кэролайн. - Я скажу ему о приглашении.
- Ты решишься? - взволнованно спросила Хэрриет. - Честное слово, я бы не
смогла. Я сегодня в опале, потому что гусь,
которого подали сегодня к ленчу, оказался пережаренным. Папа опоздал на полчаса,
но он сказал, что это меня не извиняет.
Ох, Кэролайн, был такой шум, и он пригрозил, что высечет меня, если и ужин будет
ему не по вкусу. Пожалуйста, не серди
его...
Может, разумнее мне извиниться перед ее светлостью и не беспокоить
папеньку?..
- Предоставь это мне, - ответила Кэролайн.
- Ох, Кэролайн, какая ты смелая! - воскликнула Хэрриет и, повернувшись к
мистеру Стрэттону, спросила:
- Ведь правда, сэр?
- Ну, мистер Стрэттон с тобой не согласится, - улыбнулась Кэролайн. -
Уверяю тебя, Хэрриет, сам он никогда ничего не
боится, кроме скуки.
- Да, я не сомневаюсь в этом, - сказала Хэрриет с подкупающей прямотой, и
мистер Стрэттон неожиданно живо, без
всякой скуки улыбнулся ей.
Кэролайн оставила их вдвоем в гостиной и прошла через прихожую в кабинет.
Постучав, она приоткрыла дверь и увидела,
что викарий сидит не за столом, как можно было бы ожидать, а удобно растянулся в
кожаном кресле с рюмкой вина в руке.
Заметив в дверях Кэролайн, склонившуюся в глубоком реверансе, он медленно
поднялся ей навстречу. Тактично, однако
вовсю используя самую неприкрытую лесть, которую, как она и ожидала, викарий
принимал удивительно легко, Кэролайн
сообщила ему о приглашении леди Брекон. В ответ она услышала, что Хэрриет еще
везет, если ее все же куда-то
приглашают, принимая во внимание ее тупость.
- В то же время я думаю, не стоит ли мне наказать эту маленькую идиотку,
заставив ее остаться дома, - размышлял он
вслух. - Сегодня она невыносимо мне досаждала.
- Ох, сэр, не может быть, чтобы вы были так жестоки! - возразила Кэролайн и
лукаво добавила:
- О, я вижу, вы просто надо мной подшутили: я заметила смешинку у вас в
глазах!
Викарий сдался.
- Ну, хорошо, девчонка может отправляться, хотя одному господу известно,
что она наденет. Вечно она выглядит как
оборвыш.
- Я позволила себе, сэр, предложить ей мое платье, - быстро сказала
Кэролайн. - Оно принадлежало леди Кэролайн Фэй, и
я знаю, ее светлость была бы рада, если бы Хэрриет его сегодня надела.
- Если бы девчонка не была так глупа, она сшила бы себе приличное платье, -
продолжал ворчать викарий. - Но уж это вы
между собой сами решайте.
- Спасибо, сэр, вы так добры, - сказала Кэролайн.
Потом, секунду поколебавшись, робко добавила:
- Мне кажется.., я должна упомянуть, сэр.., что.., что сюда со мной пришел
один джентльмен.
Она помедлила, опустив глаза, затем снова подняла их и сплела пальцы: вся
волнение и беспомощность.
- Я знаю, что мне не следовало приводить его, сэр.:. но я ничего не могла
поделать. Он очень настаивал.
И хотя эти несколько минут он был с Хэрриет наедине, я уверена, что он не
причинил ей зла.
- Зла! - прорычал викарий. - Что вы хотите сказать?
- Ох, ничего, сэр, ничего, - затрепетала Кэролайн. - Говоря честно, он
очень приятный собеседник, но я знаю о нем очень
мало: только что он шестой сын, и его отец беден...
- В моем доме бедняки и приживалы не нужны! - резко оборвал ее викарий. -
От них добра не жди! Нечего ему было сюда
приходить.
- Ох, сэр, боюсь, что это моя вина! - совсем сникла Кэролайн.
- Я охотно верю, что вы не могли помешать ему прийти сюда, мисс Фрай. Вам,
в вашем положении, нелегко сказать "нет"
одному из гостей его светлости, но здесь я хозяин. Где этот безденежный нахал?
Викарий залпом проглотил вино, вытер рот ладонью и, краснолицый и
напыщенный, направился в гостиную.
Он застал Хэрриет и мистера Стрэттона весело чему-то смеявшимися. Следуя за
викарием, Кэролайн успела лишь
заметить, что Хэрриет казалась необыкновенно хорошенькой с раскрасневшимися
щеками и сияющими глазами.
- Хэрриет, - пророкотал викарий громовым голосом, - огонь в моем кабинете
почти погас, и там нет ни угля, ни дров.
Найди одну из горничных, и пусть она сейчас же этим займется. Сколько раз я
говорил тебе, чтобы ты следила за моим
камином? Я с тем же успехом мог бы обращаться к глухонемой - так ты меня
слушаешь...
Хэрриет съежилась, как зверек в ожидании побоев.
- Да, папа.., конечно, папа.., извини, папа... - пролепетала она и тихонько
выскользнула из комнаты.
- Что касается вас, сэр, - продолжал разъяренный викарий, уставившись на
изумленного мистера Стрэттона, - я прощаюсь
с вами. Ни у меня, ни у моей дочери нет времени для гостей вроде вас.
Он резко повернулся, холодно кивнул Кэролайн и ушел в свой кабинет, хлопнув
дверью.
Кэролайн взглянула на мистера Стрэттона.
- Нам лучше уйти, - прошептала она. - Если мы помедлим, Хэрриет будет
только хуже.
Когда они вышли на улицу, Кэролайн заметила, что губы мистера Стрэттона
сжаты до угрожающе узкой полоски, а
челюсти напряжены. Теперь в нем не осталось и следа скуки.
- Этот человек - просто животное, - проговорил он яростно. - Подумать
только, что это бедное дитя должно терпеть его
день за днем! Такую жестокость надо предотвратить, мисс Фрай.
- Конечно, надо бы, - печально кивнула Кэролайн, - но что можно поделать?
Что касается Хэрриет, то, боюсь, у нее,
бедняжки, нет сил бороться - а если бы и были, то, я думаю, ее отец просто избил
бы ее До полусмерти. Нет, она будет
томиться под ярмом его жестокости, пока не заболеет: у нее нет надежды на
избавление.
- Не отчаивайтесь, мы найдем выход, - твердо произнес мистер Стрэттон, и
Кэролайн отвернулась, чтобы он не заметил ее
улыбки.
Глава 8
Когда Кэролайн и мистер Стрэттон вошли в замок, в главном холле они увидели
лорда Брекона и леди Августу. Они
разговаривали, и у Кэролайн сложилось впечатление, что леди Августа о чем-то
умоляла лорда Брекона: ее костлявые,
унизанные кольцами пальцы цеплялись за его рукав, накрашенные губы заискивающе
улыбались.
Лорд Брекон выглядел суровым, но равнодушным, и Кэролайн показалось, что
при ее приближении лицо его осветилось.
Он собрался было поприветствовать ее, но не успел заговорить, как леди Августа
воскликнула:
- И где же вы были, молодые люди? Я видела, как вы разговаривали друг с
другом наедине. Фи, мисс Фрай, если вы не
будете осторожнее, вы испортите свою репутацию!
Кэролайн сделала реверанс леди Августе:
- Я выполняла поручение леди Брекон.
Леди Августа захохотала, и грубый кудахтающий звук, отраженный темными
стенами, эхом прокатился по замку.
- Ишь ты, поди ж ты! Похоже, девчонка на меня обиделась! Не отрицайте, мисс
Фрай. Но вам придется простить
болтовню старухи: это ваша плата за то, что на вас, такую хорошенькую, приятно
смотреть. И тут мистер Стрэттон со мной
согласится, а, сэр?
Мистер Стрэттон пробормотал что-то утвердительное вежливым, но несколько
смущенным тоном.
- Ха-ха, да вы плутишка! - кудахтала леди Августа. - Я-то думала, на вас не
действуют уловки нашего пола, но теперь
вижу, что я ошиблась. Вы нас здорово провели! Не так ли, Вэйн?
Она повернулась за подтверждением к своему племяннику, и Кэролайн, бросив
взгляд на лорда Брекона, изумленно
заметила внезапную вспышку гнева на его лице. Мгновение она не могла понять, что
могло вывести его из себя, как вдруг
все стало ясно. Он ревновал!
Чуть улыбаясь, она повернулась к мистеру Стрэттону.
- Спасибо вам за ваше общество, сэр. Вы были так любезны!
Она вновь присела в реверансе леди Августе, попросила ее разрешения уйти и,
не взглянув больше на лорда Брекона,
грациозно пошла по главной лестнице, ощущая внезапное тревожное молчание за
спиной - молчание, которое вновь нарушил
кудахтающий смех леди Августы.
Итак, лорд Брекон ревновал! Кэролайн слишком хорошо знала, что такое
ревность - ревность поклонников, ухаживавших
за ней в Лондоне, - чтобы сейчас не увидеть ее признаков. То, что лорд Брекон
проявил слабость, было довольно приятно:
Кэролайн сказала себе, что ревность может заставить его нарушить упрямое
молчание и ослабить решительность
относительно ее отъезда из замка.
Поднявшись к себе в спальню и снимая шляпку, Кэролайн не могла сдержать
улыбки. На мгновение ее проблемы
показались ей менее серьезными: кроме того, она была очень довольна тем, что
сумела уже сделать для Хэрриет. Было
очевидно, что мистер Стрэттон уже видел себя в роли рыцаря-освободителя - чего
она и добивалась.
Он милый молодой человек, думала Кэролайн, хотя и скучноватый со всеми
своими моралями и позами. Но Хэрриет
будет считать его удивительным, а если он сделает ей предложение, это будет
совершенно чудесно, самый лучший выход из
ситуации.
Кэролайн едва ли не впервые уверенно подумала о Хэрриет и о том, что та в
конце концов найдет свое счастье. Мысли
девушки тотчас же перенеслись от проблем Хэрриет на свои собственные, и улыбка
исчезла с ее губ. Теперь, когда она
осталась одна и ничем другим не могла занять свои мысли, все страхи и волнения
минувшей ночи снова вернулись к ней.
Хотя Кэролайн твердо говорила себе, что бояться ей нечего, что она так или иначе
раскроет тайну лорда Брекона и спасет его
и от него самого, и от неведомой грозящей ему опасности, но все же впервые в
жизни она почувствовала себя слабой и
беспомощной.
Когда часы на каминной полке пробили четыре, Кэролайн направилась к спальне
леди Брекон и постучала в дверь. Ей
открыла Доркас.
- Я уже думала, вернулись вы или нет, мисс Фрай, - сказала она своим
грубоватым голосом, но глаза были добрыми, и у
Кэролайн создалось впечатление, что Доркас не только приняла ее, но и испытывает
к ней расположение.
Кэролайн прекрасно понимала, что ссора с Доркас сделала бы положение
компаньонки ее светлости очень сложным.
Доркас просто обожала свою госпожу.
Для нее не было ни мелочей, ни трудностей, когда дело касалось благополучия
леди Брекон. Доркас хлопотала вокруг нее,
как если бы та была младенцем, и Кэролайн не могла не заметить, что леди Брекон
привыкла во всем полагаться на Доркас: и
когда речь шла о ее физическом комфорте, и во всем, что касалось ее замкнутого,
уединенного существования.
Именно Доркас решала, кому можно прийти к леди Брекон, а кого следует
оставить за дверью под предлогом того, что ее
светлость не вполне здорова или ее светлость спит. Именно Доркас докладывала ей
о том, что происходит в доме, выбирая,
правда, только те события, которые считала нужными, и специально утаивая то,
что, по ее мнению, могло расстроить ее
госпожу. Да, власть Доркас в замке была полной, и Кэролайн не могло не радовать
то, что, выражаясь словами Марии, ей
удалось найти к ней ключик.
- А-а, вот и вы, мисс Фрай, - с улыбкой воскликнула леди Брекон, когда
Кэролайн подошла к ее кровати. - Как маленькая
Хэрриет, и разрешили ли ей сегодня нас навестить?
- Да, разумеется, мэм, и она была счастлива получить приглашение.
- Вам удалось найти ей платье?
- Да, мэм, это одно из платьев леди Кэролайн Фэй, и оно должно ей очень
пойти.
- Вы добрая девушка, мисс Фрай, - мягко сказала леди Брекон. Неожиданно
щеки Кэролайн зарделись румянцем: ей было
немного стыдно слышать похвалу за то, что, как она знала, так мало ей стоило.
Именно в этот момент она подумала, что очень скоро, наверное, сможет
прекратить обман. Она расскажет лорду Брекону,
а потом и его матери правду о себе. Может быть, тогда он поймет, насколько
глубока и сильна ее любовь к нему, и сможет
оценить, сколь многим рисковала она ради него. Но прежде чем раскрыть свой
секрет, Кэролайн необходимо было выведать,
в чем тайна лорда Брекона. А кроме того, ей следовало дождаться визита мистера
Джервиса Уорлингема: было любопытно
увидеть человека, из-за которого она, едва узнав о подозрениях лорда Милборна,
так спешно приехала в замок.
- Вы очень задумчивы сегодня, мисс Фрай, - заметила леди Брекон, прерывая
ее размышления.
- Извините, мэм.
- О чем вы думали? Или это секрет?
- Я думала о вас, о вашем сыне и о людях здесь, в замке, - откровенно
призналась Кэролайн.
Леди Брекон вздохнула:
- Они и правда такие невоспитанные?
- О, мэм, я не хотела этого сказать! - вскричала Кэролайн.
- И тем не менее я инстинктивно чувствую, что они - неподходящие друзья для
Вэйна. Хотела бы я знать, что могу
сделать... Наверное, лишь молиться и надеяться, что время даст ему мудрость.
- Так вы считаете, что он неразумен, мэм? - изумленно проговорила Кэролайн.
Леди Брекон улыбнулась:
- Я не сказала этого, мисс Фрай. Но только иногда я чувствую, что он
обеспокоен, что он враждует с собой.
Он мне не говорит об этом - конечно же, не хочет меня волновать... Но мать
не может не почувствовать это.
- И вы не знаете причины.., этого беспокойства? - спросила Кэролайн.
Леди Брекон покачала головой:
- Увы, он со мной не откровенен. Когда Вэйн был маленьким мальчиком, он все
рассказывал мне, но сейчас, хотя он
неизменно нежен и внимателен ко мне, я не знаю, что у него на сердце.
Наступила тишина, которую нарушило лишь появление Доркас с чайными
принадлежностями.
Кэролайн почувствовала, как забилось ее сердце.
Придет ли к чаю лорд Брекон? Или постарается избегать ее из-за того, что
произошло между ними прошлой ночью?
Кэролайн заваривала чай, тщательно насыпая заварку из серебряной чайницы с
гербом. Когда она передавала леди Брекон
чашку, раздался стук в дверь. Даже не оборачиваясь к двери и не глядя на Доркас,
склонившуюся в почтительном реверансе,
Кэролайн поняла, кто это.
Когда лорд Брекон приблизился к постели матери, Кэролайн заметила, что под
глазами у него залегли черные круги, как
будто он не спал ночь. Она поднялась, чтобы поприветствовать его, а потом вновь
присела за столик и налила ему чашку
чаю.
Лорд Брекон о чем-то говорил с матерью, и Кэролайн показалось, что он
специально чуть отвернулся в сторону, чтобы не
видеть ее и не смотреть на нее чаще, чем это необходимо. Сердце ее внезапно
больно сжалось. Почему он так себя мучает?
Почему он делает их обоих столь несчастными, когда всего несколько слов, одна
только фраза может преобразить мир для
обоих?
Ничто не может быть столь безнадежным или ужасающим, если они смогут
встретить это вместе, ничто не может быть
настолько страшным, чтобы устоять перед силой любви.
- Не нальете ли вы мне еще чаю, мисс Фрай? - попросила леди Брекон и
протянула ей свою чашку.
Кэролайн встала, чтобы взять ее, и в этот момент лорд Брекон заговорил
неожиданно резким голосом:
- Мисс Фрай, видимо, сказала тебе, мама, что ее отец неожиданно заболел и
она должна уехать?
- О нет, она ничего мне об этом не говорила, - удивленно отозвалась леди
Брекон. - Это правда? Мне очень жаль...
Кэролайн подняла глаза и встретилась взглядом с лордом Бреконом. Ей
показалось, что глаза его полны стальной
решимости, а челюсти плотно сжаты. Она была удивлена неожиданной атакой лорда
Брекона, но оказалась достаточно
сообразительна, чтобы сразу найти ответ.
- Я не говорила вам, мэм, - спокойно ответила она леди Брекон, - поскольку
не хотела вас волновать без надобности. Его
светлость прав, мой отец нездоров, но это просто один из его частых приступов
подагры, и мама уверяет, что мне не г
необходимости возвращаться.
- И я очень этому рада, - сказала леди Брекон. - Мне очень бы не хотелось
потерять вас, мисс Фрай.
Ты, наверное, сочтешь меня слишком импульсивной, Вэйн, - продолжала она,
повернувшись к сыну, - но за такой
короткий срок я очень полюбила мисс Фрай. - Мне нравится смотреть на нее, и
более приятного голоса для чтения я не
слышала. Приходи как-нибудь днем, когда будешь свободен, и послушай ее.
- Это, конечно, будет приятно, - отозвался лорд Брекон, и Кэролайн
почудился в его голосе сарказм.
Он встал:
- Я должен покинуть тебя, мама. У меня много дел до начала сегодняшнего
раута. Похоже, миссис Миллер, со своей
стороны, созвала половину графства, но боюсь, что большинство моих гостей
придется им не по вкусу.
- Ох, Вэйн, постарайся ни с кем не ссориться! - умоляюще проговорила леди
Брекон. - Мне бы хотелось, чтобы ты жил в
дружбе с соседями. Они так любили тебя раньше, а теперь мне кажется, что многие
старые знакомые держатся странно
отчужденно, и я чувствую осуждение...
- Но, мама, откуда у тебя эти чувства, когда ты все время одна, ни с кем не
встречаешься?
- Я получаю письма, Вэйн. А кроме того, я, наверное, особенно чутка в том,
что касается тебя. Обещай, что постараешься
быть любезным.
Лорд Брекон секунду колебался, как будто споря сам с собой, потом
неожиданно сдался:
- Хорошо, мама, если для тебя это важно, я обещаю сделать над собой усилие.
Да, кстати: у нас сегодня будет
неожиданный гость. Надеюсь, он задаст тон всему вечеру.
- Кто же это? - заинтересовалась леди Брекон.
- Я только что получил письмо от епископа Барнетского, - ответил лорд
Брекон. - В нем говорится, что его светлость
направляется в Кентербери и будет иметь удовольствие отобедать сегодня у нас.
Конечно, он понятия не имеет, что у нас
сегодня прием.
- Ох, Вэйн! - в ужасе воскликнула леди Брекон. - Тогда не лучше ли будет
предложить, чтобы его светлость отобедал у нас
в какой-нибудь дру
...Закладка в соц.сетях
