Жанр: Любовные романы
Пышная свадьба
...ю вы оказали леди Летиции.
- Завтра увидим, насколько эта помощь была эффективна, - сухо ответил доктор.
У Дорины замерло сердце, когда она вспомнила, что завтра они прибудут в Малакку.
Максимус Керби будет ждать их, и в первый раз у нее нет причины бояться встречи с
ним. Ей не нужно будет прятаться, не нужно будет тайком наблюдать за ним.
Она выглядит теперь, как нормальная молодая женщина, и она сможет встретиться с
ним на равных.
"Хотя вовсе не проблема равенства между нами волнует меня больше всего", -
вынуждена была честно признаться себе Дорина.
Глава 4
Так же как и сам капитан, Дорина полагала, что Максимус Керби будет ждать их у
причала в Малакке, но когда они на всех парах вошли в Малаккский пролив,
поразительное зрелище открылось им. Они увидели странный и прекрасный корабль с
розовыми парусами.
Это была яхта, но так необычно украшенная, что Дорина чуть не усомнилась, не было
ли это плывущее навстречу судно всего лишь игрой ее воображения.
- Это "Морской дракон", - услышала она за спиной голос доктора.
Дорина повернулась к нему, и он пояснил, подтверждая ее догадку:
- Судно принадлежит Максимусу Керби. Это его паровая яхта.
Трудно было поверить, что это обычный корабль.
Мачты были убраны гирляндами флажков, а ярко-розовые паруса украшены эмблемой,
на которой красовалось сердце с порхающими над ним двумя пухлыми купидонами.
Сам корабль больше походил на цветник. Специальные надстройки, полностью
скрывавшие трубу, застилал живой ковер из ярких цветов всех сортов и оттенков - даров
Малайи.
Цветочные гирлянды свисали также с бортов, поручни были увиты лианами,
осыпанными малиновыми бутонами. Эти вьющиеся растения делают джунгли
непроходимыми.
На палубе возвышались огромные цветочные помосты, на которых покоились большие
золоченые клетки с птицами.
- Летти, взгляни скорее, какие птички! - воскликнула Дорина.
Даже с большого расстояния она могла разглядеть пестрые хохолки длиннохвостых
попугаев и какаду.
- Такие же попугайчики, как у меня! - пришла в восторг Летти, и Дорина поняла, что
трудно было доставить ей большее удовольствие.
Было очень характерно для Максимуса Керби (судя по тому, что слышала о нем
Дорина) запомнить, как Летти обрадовалась попугайчикам, которых он подарил ей в
Англии. Теперь в честь ее прибытия он многократно повторил свой первый подарок.
Дорине предстояло узнать через несколько минут, что он помнил все, что доставляло
удовольствие Летти, даже лучше, чем она предполагала.
"Морской дракон" торжественно пошел впереди "Осаки", ведя ее за собой в гавань.
Она была невелика, и поскольку у самого берега было слишком мелко для больших
кораблей, длинный причал выдавался далеко в море.
Яхта подошла к южной стороне причала, а "Осака" - к северной. Они пристали почти
напротив друг друга, и пассажиры "Осаки" могли легко разглядеть цветы, порхающих
птиц в золоченых клетках и ярко-розовые паруса, которые слегка обвисли, не
наполняемые больше ветром.
- Я говорил вам, что он необычный человек, - сказал стоявший рядом с Дориной доктор
Джонсон.
- Как умно с его стороны придумать все это, - ответила она.
- Что ж, Керби умен, очень умен, - подтвердил доктор.
Во всяком случае во всем, что касалось Летти, этого нельзя было отрицать.
Стоя на палубе "Осаки", она казалась неправдоподобно красивой.
Последнюю неделю она чувствовала себя намного лучше во всех отношениях, и Дорина
даже начала думать, что молитвы сестры Терезы и ее собственные наставления наконецто
начинают приносить плоды.
В первый же день знакомства покорив всех пассажиров (как считал доктор), Летти
продолжала так мило вести себя с окружающими, что все только и говорили о том, какая
из нее получится прекрасная жена для Максимуса Керби.
Теперь же, в одном из своих самых прелестных платьев из розового крепа, она
показалась бы идеалом любому мужчине.
Платье в соответствии с модой обтягивало ее стройную девичью фигурку, а от колен
пышными сборками падало до самого пола, образуя сзади небольшой шлейф. Спереди оно
было украшено крохотными бирюзовыми атласными бантиками, и тем же бирюзовым
атласом была отделана маленькая соломенная шляпка, венчавшая копну золотых волос.
В руке Летти держала миниатюрный зонтик, по моде, введенной королевой; это было
элегантное сооружение из розовых и бирюзовых оборочек.
Сначала Керби не было видно на яхте, но когда "Морской дракон" наконец причалил,
Дорина увидела, как он поднялся на палубу.
Великолепно сшитый белый костюм выгодно подчеркивал его широкоплечую
стройную фигуру, но Дорина не заметила этого, не в силах отвести глаз от его
незабываемого лица.
Он был более загорелым, чем в Англии, и оттого его темно-синие глаза казались еще
ярче.
Дорина подумала, что ни одна женщина, глядя на него, не обратила бы внимания на
что-либо, кроме его дерзкой улыбки и торжествующего выражения на лице - в точности,
как у пирата, который только что захватил ценную добычу!
Толпа, собравшаяся на пристани, приветственно махала пассажирам "Осаки", которая
стала на якорь.
Когда был спущен трап, Дорина увидела стоящий внизу очень необычный почетный
караул.
Он состоял из малайских и китайских ребятишек, одетых в национальные костюмы.
На малайских мальчиках поверх саронга были надеты красные хлопчатобумажные
куртки, доходившие до колен. Они были введены в употребление португальцами еще в
шестнадцатом столетии, и до сих пор все малайцы носили их.
Китайские мальчуганы были в черных брюках, ярко расшитых куртках и больших
конусообразных шляпах, из-под которых выглядывали длинные косички.
Каждый из детей держал в руках маленькую, сплетенную из прутьев клетку, в которой
сидел длиннохвостый попугайчик.
Наконец закрепили трап, Керби сошел с "Морского дракона" и, пройдя сквозь
возбужденно гомонящую толпу, медленно приблизился к "Осаке".
Его сопровождали двое ребятишек, малаец и китаец; каждый из них держал в руке
птичью клетку с ее пестрым обитателем.
Когда Керби поднялся на палубу "Осаки", Дорина, охваченная волнением, наконец
увидела его совсем близко - высокого, статного и очень привлекательного.
С непокрытой головой он подошел к Летти и, взяв ее обтянутую перчаткой ручку,
поднес ее к своим губам.
- Мне кажется, я целую вечность ждал этого момента, когда смогу приветствовать вас
на малайской земле.
У него был низкий, глубокий голос.
Летти мило улыбнулась ему, и Дорина с облегчением подумала, что, по крайней мере,
в данный момент сестра не испытывает страха перед своим будущим мужем.
Максимус Керби повернулся к Дорине.
- А вы, должно быть, мисс Хайд, - сказал он. - В телеграмме граф сообщил мне, что вы
любезно согласились сопровождать леди Летицию.
Дорина присела в реверансе.
Ей трудно было взглянуть в глаза Максимусу, и ее опущенные ресницы казались совсем
темными на фоне белоснежной кожи.
Увидев сестру Терезу, Максимус протянул ей обе руки.
- Мой самый любимый и почитаемый миссионер! - воскликнул он. - Все еще пытаетесь
спасти души "охотников за головами", вместо того чтобы заняться моей?
- Я давно отказалась от этой неблагодарной работы, - рассмеялась сестра Тереза.
- Не могу даже выразить вам, как добра была к нам сестра Тереза, - вмешалась Дорина.
- Она выхаживала леди Летицию, когда та страдала от морской болезни, и я надеюсь, что,
с вашего позволения, она не покинет нас до тех пор, пока мы не прибудем в Сингапур.
- Вы хотите совершить с нами плавание на "Морском драконе"? - спросил Максимус. -
Ничто не может доставить мне большего удовольствия!
- Благодарю вас, - промолвила сестра Тереза. :
- Вы не должны меня благодарить, - ответил Максимус. - Все, чем я владею, - ваше!
Это было традиционное восточное обращение хозяина к гостю, но сестра Тереза лукаво
сказала:
- Будьте осторожны! Я могу поймать вас на слове!
- Я уверен, что вас мне не нужно опасаться, - улыбнулся Максимус Керби.
Он протянул руку доктору Джонсону, который сказал:
- Мисс Хайд уже говорила вам, как мы все признательны сестре Терезе. Нас здорово
потрепало в Бискайском заливе.
- Я подозреваю, что в благодарность мне придется оказывать всевозможную помощь
"охотникам за головами", которых надлежит оберегать и охранять любой ценой, чтобы
они и впредь могли продолжать заниматься своим гнусным ремеслом! - с притворным
ужасом воскликнул Максимус.
Раздался взрыв хохота, но Дорина заметила, что в то время, как все присутствующие
столпились вокруг Максимуса, Летти продолжала стоять рядом с детьми, которые
подарили ей птичек.
Ребятишки были совсем еще маленькие и такие милые, что Дорине был понятен ее
интерес. В то же время ей хотелось бы, чтобы Летти уделила больше внимания своему
будущему мужу.
Как раз в этот момент, словно только что заметив, что Летти не присоединилась к их
группе, Максимус направился к ней.
- Если вы готовы, - сказал он, - может быть, мы пройдем на мою яхту? Я горю
нетерпением показать вам птиц, которые у меня там есть. Я думаю, они вам понравятся.
- Я обожаю птиц! - воскликнула Летти. - Можно, я оставлю у себя всех тех, которых
принесли эти дети?
- Уверяю вас, на борту "Морского дракона" вы и так найдете предостаточно птиц, -
ответил Максимус. - Так же как и в саду возле нашего нового дома.
Он предложил ей руку, и она рассеянно оперлась на нее, не сводя глаз с длиннохвостых
попугайчиков, сидящих в маленьких клетках, которые держали дети.
Дорина и сестра Тереза попрощались с капитаном, доктором Джонсоном и другими
пассажирами.
- Не волнуйтесь, - сказал доктор Джонсон, беря Дорину за руку. - Я уверен, что все
будет замечательно. Старайтесь лишь поддерживать ее в спокойном расположении духа, и
главное - никаких
неожиданностей!
- Я никогда не смогу отблагодарить вас за все, что вы для нас сделали! - сказала
Дорина.
- И помните, вам не мешает немного развлечься! - продолжал он. - Если последуете
моему совету и решите остаться в этих краях, обещаю быть у вас частым гостем!
Дорина улыбнулась, и доктор заметил, что на щеке у нее появилась ямочка. Она
процитировала:
- А что, если "Никто меня не пригласил, она произнесла"?
- Этого никогда не случится! - с уверенностью предсказал доктор.
Спохватившись, что Летти, возможно, нужна ее помощь, Дорина сбежала по трапу и
поспешила за Максимусом и Летти, поднимавшимися на борт яхты.
Они сразу же направились осматривать огромные золотые клетки.
Никогда прежде Дорина не видела такого огромного количества великолепных
экзотических птиц с разноцветными хохолками на головках.
Едва только нога Летти коснулась палубы, как заиграл оркестр. Музыканты играли на
местных национальных инструментах, но музыку исполняли европейскую.
Дорину это удивило, и она обратилась за разъяснением к сестре Терезе.
- Вам не понравилась бы китайская или малайская музыка, - ответила та, - хотя
малайцы - неплохие музыканты и импровизаторы.
- Почему же тогда мне не понравилась бы их музыка? - спросила Дорина.
- Во-первых, в ней трудно проследить какую-либо мелодию, - пояснила сестра Тереза. -
Они просто скользят зажатым между пальцами кусочком железа вверх-вниз по струнам,
что порождает самые необычайные звуки.
Она рассмеялась.
- Играющий может облюбовать какую-нибудь струну и часами извлекать из нее одну и
ту же ноту.
- Это звучит довольно неинтересно, - призналась Дорина. - В то же время они
прекрасно исполняют европейскую музыку.
- Благодаря своим соседям-португальцам они освоили скрипку, - сказала сестра Тереза,
- и теперь используют ее наравне с тамтамами и другими местными инструментами.
Самый распространенный из них по звуку напоминает волынку.
Очевидно, Максимус настоял, чтобы оркестр, играющий на борту "Mopского дракона",
ограничился исполнением вальсов и мелодий из самых популярных в Лондоне опер.
Летти, казалось, не слышала музыки. Она была поглощена созерцанием птиц в золотых
клетках.
Максимус стоял рядом с ней, и, глядя на них, Дорина подумала, что трудно найти
более красивую пару.
Она была уверена, что все оставшиеся на "Осаке" говорят то же самое. Когда
"Морской дракон" отошел от причала, палубы парохода были заполнены пассажирами,
приветливо машущими им вслед.
Дорина и сестра Тереза помахали им в ответ, но Летти была, по-видимому, слишком
поглощена птицами, а Максимус - ею, чтобы замечать происходящее вокруг.
Было раннее утро, и поскольку солнце еще не палило так, как днем, они на некоторое
время задержались на палубе.
Позже они спустились в большой, уютный салон, который, казалось, занимал весь
центр яхты. Похожие на паруса опахала ритмично покачивались, вызывая движение
воздуха и создавая иллюзию прохлады.
Несмотря на то, что они позавтракали на "Осаке", все снова с удовольствием сели за
стол.
Им подавали разнообразные фрукты, охлажденные коктейли из фруктовых соков,
всевозможные сладости, основными компонентами которых были орехи и мед.
Максимус пожелал узнать подробности их путешествия, и пока сестра Тереза
рассказывала о шторме, разыгравшемся сразу же, как только они вышли из Тильбери,
Дорина с тревогой наблюдала за Летти.
Теперь, вдали от птичек, она казалась уже не столь оживленной, как в тот момент,
когда Керби впервые ступил на борт "Осаки".
Дорина наклонилась к ней и спросила:
- Тебе понравились эти прелестные ребятишки?
- Сестра Тереза рассказывала мне о китайских детях, - ответила Летти. - Когда мы
прибудем в Сингапур, я собираюсь отправиться посмотреть на них. Они похожи на кукол.
- Ты права, - согласилась Дорина. - Они действительно напоминают миниатюрных
кукол.
Она с радостью подумала, что у Летти появился новый интерес.
Когда с трапезой было покончено, Дорина предложила подняться на палубу, чтобы
посмотреть на детей, играющих на берегу.
Она видела множество детей накануне, и ее уверенность, что и сегодня им
повстречается немало малышей, за которыми Летти могла бы наблюдать, оправдалась.
"Морской дракон" мог подойти гораздо ближе к берегу, чем "Осака", и теперь они с
любопытством рассматривали прибрежные джунгли, спускавшиеся прямо к воде.
На берегу росли манго, казуарины, бамбук и пальмы всевозможных видов.
- Я никогда не подозревала, что пальмы могут достигать такой высоты, - заметила
Дорина сестре Терезе, не рассчитывая, что Максимус услышит ее слова.
- Существует более ста пятидесяти видов пальм, - вмешался он, - но в этих местах вы
можете увидеть лишь некоторые из них, такие как кокосовые, саговые, сахарные пальмы
или арека.
- Мне они все кажутся совершенно одинаковыми, - сказала Дорина.
- Со временем вы научитесь различать их, - ответил он. - Малайя славится самым
большим разнообразием деревьев на земле.
- И, судя по восхитительным украшениям вашей яхты, - улыбнулась Дорина, - самым
большим разнообразием цветов.
- Особенно орхидей, - подтвердил он. - Здесь растет великое множество орхидей, одна
красивее другой.
- Леди Летиция очень любит птиц, - сказала сестра Тереза, - а я, должна признаться,
отдаю предпочтение животным.
- Ну уж наверняка не тиграм! - воскликнул Максимус. - Или в вашем сердце и для них
нашелся уголок?
- Только не для тигров-людоедов, - согласилась сестра Тереза. - Их слишком много
развелось в последнее время, как вам хорошо известно.
- Я прилагаю все усилия, чтобы контролировать их численность, - сказал Максимус
Керби.
- Вы их отстреливаете? - поинтересовалась Дорина.
Сестра Тереза расхохоталась.
- Да вы же имеете честь беседовать с самым метким стрелком Малайи, - воскликнула
она. - Если бы он захотел, он мог бы увешать все стены своего дома шкурами убитых им
тигров.
- Когда я впервые попал в эти края, тигры были настоящим бедствием, - сказал
Максимус. - Не проходило и дня, чтобы тигр не задрал кого-нибудь или не стащил
ребенка из деревни.
- Это звучит устрашающе, - согласилась Дорина. - В то же время тигр такое красивое
животное, и будет жаль, если их полностью истребят.
- Ну, это нам не грозит еще много лет, - ответил Максимус. - Сестра Тереза подтвердит
вам, что зачастую плантаторы не могут нанять работников в тех местах, где тигры
особенно свирепствуют.
- Мистер Керби говорит сущую правду, - сказала сестра Тереза. - Вот почему
правительство назначило награду в сто пятьдесят долларов за каждого убитого тигра,
доставленного в полицейский участок.
- Мне уже начинает казаться, что эта страна - слишком опасное место, - заметила
Дорина.
- Со мной вы можете чувствовать себя в полной безопасности, - решительно заявил
Максимус, и она подумала, что готова была бы довериться ему во всем.
Пока они плыли вдоль побережья, Дорина выслушала множество историй о леопардах,
тапирах и виверрах, населявших здешние джунгли.
Во время их разговора Летти, устав смотреть на детей, плескавшихся в море или
поспешно спускавшихся из своих домов на деревьях, чтобы помахать вслед яхте, отошла к
одной из огромных птичьих клеток.
Дорина надеялась, что Максимус не заметит, как непросто Летти сосредоточиться на
чем-то одном или в течение достаточно продолжительного времени принимать участие в
общем разговоре.
Мысли Летти всегда были заняты тем, что ее увлекало в данный момент. Сейчас птицы
полностью поглощали ее внимание, и она была неспособна говорить о чем-либо другом.
Сестра Тереза, словно почувствовав беспокойство Дорины, предложила Летти вымыть
руки и привести себя в порядок перед ленчем, который должны были подать в двенадцать
часов.
Дорина и Максимус остались одни на палубе.
- Я вам очень признателен за то, что вы согласились сопровождать леди Летицию в
этой поездке, - учтиво сказал он.
- Это самое захватывающее приключение в моей жизни! - ответила Дорина.
- Вы прежде никогда не путешествовали?
- Нет.
- И как вам это понравилось?
- Меня переполняет возбуждение и любопытство, - ответила Дорина. - Одно дело -
читать о чем-то в книге, совсем другое - увидеть это собственными глазами.
- А вы читали о Малайе?
- Все, что только могла найти, - сказала Дорина. - К сожалению, о ней написано до
обидного мало.
- Вы правы, - подтвердил он. - Может быть, вы, мисс Хайд, вернетесь домой и
напишете книгу о Сингапуре!
- После такого непродолжительного визита? - усмехнулась Дорина. - Представляете,
какой жестокой критике подвергнутся малейшие ошибки с моей стороны? Единственный
человек, который мог бы со знанием дела написать о Сингапуре, - это вы, мистер Керби.
- Я уже подумывал об этом, - признался он, - но у меня нет времени.
- Это я могу поднять, - сказала Дорина. - Но безусловно, когда вы станете старше, вы
сможете осуществить эту идею. Говорят, это самое подходящее занятие для тех, кто
удалился от дел.
- Вы так скоро решили меня похоронить? - спросил он.
Она покачала головой.
- Вы не можете умереть в расцвете лет, потому что вы слишком нужны здесь сейчас.
- Иными словами, вы фаталистка и верите в то, что пока человек не выполнил своего
предназначения, его не отпустят в иной, и если верить христианам, лучший мир?
- Вы очень точно сформулировали то, что я пыталась сказать, - улыбнулась Дорина.
Она подумала, как легко разговаривать с ним. Она не чувствовала смущения или
скованности и только не могла заставить себя смотреть ему прямо в глаза.
Когда Керби гостил у них в Олдеберн-парке, она подолгу просиживала на галерее для
музыкантов, и ей было известно, каким интересным собеседником он был.
Но она не подозревала, что он обладает редким чувством юмора, пока за ленчем он не
заставил ее и сестру Терезу смеяться до слез над его рассказами о китайцах в Сингапуре, о
напыщенности правительственных чиновников, об уловках китайских воришек.
- Их последняя выдумка заключается в том, - говорил он, - что они вплетают в косичку
рыболовные крючки, и если кто-то пытается поймать их за нее, то обнаруживает, что это
далеко не безболезненно!
Было совершенно очевидно, что Летти не слышала ни слова из того, о чём говорили за
столом.
Словно исчерпав весь запас любезности в момент прощания с пассажирами "Осаки" и
встречи с Максимусом Керби, она теперь впала в состояние тупого безразличия.
Как только ленч закончился, Дорина предложила всем отдохнуть, и сестра Тереза
увела Летти в ее каюту.
- На корме натянут тент, - сказал Максимус Дорине. - Если вы своей каюте
предпочтете удобное кресло, там вам будет намного прохладнее.
Он оказался прав.
Дул легкий бриз, тент закрывал от солнца всю корму, и было так восхитительно
сидеть, вытянув ноги и положив под голову мягкую подушку, и наблюдать за плывущим
мимо берегом.
Дорина была слишком возбуждена, чтобы заснуть, а спустя полчаса Максимус подошел
к ней.
- Вы позволите присоединиться к вам? - спросил он.
- Конечно.
Он растянулся в плетеном кресле, больше похожем на маленькую походную кровать.
Спинку легко было, по желанию, приподнять или опустить, а ноги удобно покоились на
подставке, которая выдвигалась снизу из-под сиденья.
- Я надеюсь, мисс Хайд, - сказал Максимус, - что вы задержитесь в Сингапуре до
нашей свадьбы. Я уверен, что леди Летиция захочет, чтобы вы участвовали в торжествах!
- Я ожидала, что вы пригласите меня.
- Планируется очень пышная церемония, и я уверен, что вы получите удовольствие.
- Вы мне расскажете немного об этом?
Если, как она и опасалась, все задумывалось с огромным размахом, единственное, что
ей оставалось, - это попытаться заранее выяснить, какие намечаются мероприятия, чтобы
успеть подготовить Летти.
- Леди Летиция направится к собору Святого Андрея в экипаже "виктория", который я
специально купил для этого случая, - начал Максимус. - Он должен выглядеть очень
внушительно с запряженными в него шестью белыми лошадьми с золотыми уздечками и
пышными плюмажами. Верх экипажа будет поднят.
Дорина молчала, и через мгновение он продолжил:
- Обряд, разумеется, совершит епископ, а хор будет состоять по меньшей мере из ста
певчих. Меня беспокоит лишь одно - чтобы собор вместил всех моих друзей.
Он улыбнулся.
- Вас должен заинтересовать этот собор, мисс Хайд. Это одно из самых
величественных зданий в Сингапуре. Его строили каторжники.
- А что еще у вас задумано? - поинтересовалась Дорина.
- У меня приготовлено много сюрпризов, - ответил Максимус, - например, я уверен,
леди Летиция получит удовольствие, когда, выйдя после церемонии из собора, она увидит
пятьсот белых голубей, которых в эту минуту выпустят из башни.
- А возвращаться вы будете вместе в одном экипаже? - спросила Дорина.
- Да, но верх будет опущен и украшен лилиями. Мы поедем обратно через весь город,
чтобы все могли полюбоваться красотой моей невесты. Вдоль дороги будут стоять дети с
букетами и бросать их в карету, так что когда мы доберемся до дому, то будем утопать в
цветах!
- А потом?
- Потом будет большой прием на открытом воздухе. Танцы, разнообразные увеселения,
которые доставят гостям удовольствие помимо радости любоваться несравненной
красотой моей жены.
Дорина вспомнила рассказ доктора о вечернике, которая продолжалась трое суток, и
невольно вздохнула.
Она была уверена, что Летти не вынесет такой нагрузки.
- Я еще не продумал все детали, - продолжал Максимус, - но я планирую установить
два фонтана - из одного будет бить шампанское, а из другого - экзотические духи,
сделанные из малайских цветов. Один из моих друзей поднимется на воздушном шаре над
садом и будет сверху сбрасывать подарки собравшимся гостям.
Он говорил с таким азартом, что Дорина даже не смела заикнуться о том ужасе,
который все больше овладевал ею, по мере того как она узнавала об этих приготовлениях.
Она понимала, что это было как раз то, чего ждали его китайские друзья. Большой
праздник для всех жителей Сингапура, которые получат огромное удовольствие и
которым будет о чем поговорить впоследствии.
Но как быть с Летти?
- Когда вы увидите мой сад, вы поймете, что это самое подходящее место для такого
приема, - говорил Максимус. - Ночью цветы, деревья и кусты будут подсвечиваться.
Вокруг танцевальной площадки будут расставлены светильники, а "волшебные
фонарики", как вы их называете в Англии, будут освещать тропинки, ведущие к
маленьким зеленым беседкам, где мои гости смогут посидеть и отдохнуть, взявшись за
руки.
Он рассмеялся.
- Или, быть может, более откровенно проявить свою симпатию друг к другу.
- Все это звучит...
Дорина замолчала, пытаясь подобрать нужное слово.
- ...впечатляюще, - закончил за нее Максимус. - Именно такой я и задумал нашу свадьбу
- блистательным событием, о котором будут вспоминать еще много лет.
Пока Дорина пыталась найти слова, чтобы выразить, что она на самом деле думает о
его замыслах, он поднялся с места.
- Я забыл предупредить вас, мисс Хайд, - сказал он, - что сегодня к обеду я жду гостей.
Мы встанем на якорь в небольшой бухточке у побережья Джохора (Джохор - княжество в
Малайе, расположенное на полуострове Малакка.) . Я пригласил султана, моего
старинного друга, и еще нескольких человек, проживающих в этой провинции, отобедать
с нами. Они жаждут познакомиться с моей будущей женой и счастливы, что им первым
выпала эта честь.
- Я предупрежу Летти, - сказала Дорина и направилась вниз.
Летти спала, и Дорина зашла к сестре Терезе, чтобы рассказать ей обо всем, что она
узнала от Керби.
- Я ожидала чего-нибудь в этом poде, - задумчиво произнесла сестра Тереза. - Но вы не
беспокойтесь. Леди Летиция стала гораздо уравновешеннее и спокойнее с тех пор, как я
внушила ей, что прежде всего она должна заботиться о благе своих ближних, а потом уже
о своем собственном. И к тому же я научила ее молиться.
- Я очень рада.
- Я объяснила ей, что молитва должна идти от самого сердца, - продолжала сестра
Тереза. - Для этого вовсе не нужно заучивать слова, написанные много столетий назад
каким-нибудь монахом; молитва должна быть произвольным естественным выражением
наших самых глубоких чувств.
Она говорила с такой убежденностью, что Дорина не захотела признаться ей, как часто
ее мучили сомнения в том, способна ли Летти вообще испытывать какие-либо чувства,
кроме самых эгоистичных.
Тем не менее заверения сестры Терезы настолько успокоили ее, чт
...Закладка в соц.сетях
