Жанр: Любовные романы
Магия парижа
.... Как бы ловко ты ни обманывала лорда Чарльза, меня тебе не провести!
- Л не знаю о чем вы говорите, - ответила девушка, - и поскольку моя тетя, которая присматривает за мной, больна.., и
лежит наверху в постели, я должна просить вас, мсье, уйти немедленно...
Де Суассон засмеялся.
- Так-так, продолжаешь свою игру? Ну, дорогуша, меня не одурачишь, и, уверяю тебя, как подруга Леониды ты больше
не можешь выдавать себя за светскую дебютантку.
- Л просила вас уйти, мсье!
- Сначала послушай, что я тебе скажу.
- Не думаю, что вы скажете что-нибудь, что я хотела бы услышать, - возразила Ева, - и я могу лишь просить вас вести
себя прилично и цивилизованно и оставить меня одну!
Маркиз сел на диван.
- Перестань играть и дай мне объяснить, что я чувствую. Я хочу тебя и намерен тебя получить!
- Я.., понятия не имею.., о чем вы. Ева говорила чистую правду, но в то же время она испугалась.
Что-то в его тоне и выражении глаз сказало девушке, что этот человек опасен.
Но Ева не знала, как выгнать его из дома. Позвать на помощь слугу? Но Анри уже вернулся на кухню, и потом он стар,
ему не справиться с маркизом.
Пока она лихорадочно думала, что же предпринять, маркиз сказал:
- Будь разумной девочкой. Сядь и послушай, что я тебе скажу.
Решив, что у нее нет выбора, Ева направилась к стулу, стоявшему в другом конце комнаты.
Однако маркиз показал рукой на диван, на котором сидел сам.
Чтобы не показаться капризным ребенком, девушка примостилась с краешку, как можно дальше от француза.
Де Суассон развязно откинулся назад, положив руку на спинку дивана.
- Ты невероятно прелестна! Когда я впервые увидел тебя, то не поверил собственным глазам и даже спросил себя: ты -
настоящая или только плод моего воображения?
Ева ничего не ответила, и маркиз снова заговорил:
- Не думаю, что ты давно в Париже, иначе я встретил бы тебя раньше, чем Крейг. Но раз уж он - первый мужчина в твоей
жизни, то я намерен быть вторым!
- Я.., я помолвлена.., с лордом Чарльзом, - выдавила девушка.
Маркиз засмеялся, и это был очень неприятный смех.
- Да, Бишоффхейм сообщил мне эту новость, но я не так наивен, чтобы поверить!
Ева в ужасе посмотрела на своего незваного гостя.
Неужели маркиз все испортил? Неужели он сказал мсье Бишоффхейму, что они вовсе не помолвлены?
Может, поэтому лорд Чарльз и не принес ей чек, как обещал, и вся сделка расстроилась?
Эта мысль так испугала девушку, что она спросила:
- Но ведь вы не сказали ничего такого.., неверного.., мсье Бишоффхейму?
- Да нет, не сказал! - ответил маркиз.
Ева глубоко вздохнула.
- Но я наблюдал за тобой и Крейгом и подумал, что во всем этом есть что-то сомнительное, если не считать того, что вас
пригласили в замок Шабрилен.
- Не понимаю, почему вы решили, что с нашей помолвкой.., что-то не так! - ухитрилась вымолвить девушка.
- Я убедился, что прав, моя крошка, когда только что увидел тебя выходящей из дома Леониды. А теперь расскажи, что у
тебя за игра! И если спросишь меня, то ты ставишь не на ту лошадь!
Ева повела рукой.
- То, что вы говорите.., совершенно.., непостижимо!
- Вздор! - возразил маркиз. - Ты поняла каждое мое слово! Ты решила, что Крейг богат, и преследовала его, а поскольку
этот молокосос довольно глуп, он обещал жениться на тебе!
Де Суассон помолчал, не сводя с девушки хищных глаз, а потом заявил:
- Ты не выйдешь за него, можешь не сомневаться, когда его брат узнает, кто ты такая. Так что брось эту пустую затею!
От его речей и тона Ева совсем растерялась. Но не успела она еще раз попросить маркиза уйти, как он продолжил:
- Я хочу сделать тебе гораздо лучшее предложение. Я очень богат и, когда получаю то, что хочу, очень щедр. Этот дом,
как я полагаю, снимается, но я куплю тебе твой собственный дом, экипаж с двумя лошадьми и все драгоценности, которые
ты сможешь повесить на свою прелестную шейку! Что скажешь на это?
Он говорил цветисто, словно думал, что девушка не устоит перед таким предложением.
- Я думаю, мсье.., вы.., оскорбляете меня!
Маркиз засмеялся.
- Ты не хуже меня знаешь, что тебе вряд ли предложат больше, если ты не Леонида, а ты не она! Так что хватит
притворяться!
И с этими словами он потянулся к Еве.
Поняв, что маркиз собирается прикоснуться к ней, девушка вскочила.
- Уходите! - в лихорадочном испуге заговорила она. - Уходите.., отсюда! Бы.., вы ужасны! Бы омерзительны! Я не
желаю.., больше.., слушать вас!
Маркиз тоже встал, и Ева осознала вдруг, какой он высокий и сильный.
Бея похолодев, девушка отступила назад, говоря:
- Оставьте.., меня!
- И не подумаю! И позволь тебе заметить, что я люблю птичек, которые порхают и не даются мне в руки. Я нахожу очень
возбуждающим ловить их!
И маркиз двинулся к ней.
Ева сделала еще шаг назад и наткнулась на стул. Дальше отступать было некуда.
Де Суассон схватил ее и грубо притянул к себе.
Девушка вскрикнула и стала отталкивать его руками, при этом мотая головой из стороны в сторону, чтобы не дать
маркизу поцеловать себя.
- Ты возбуждаешь меня! - прорычал он, словно бешеный зверь. - Я хочу тебя, и клянусь Богом, я тебя получу!
Тогда Ева закричала.
Потом девушка ощутила на своей мягкой коже его губы, горячие и требовательные, и снова закричала.
Глава 6
Герцог не попрощался с Евой и лордом Чарльзом по той простой причине, что уехал из замка раньше их.
У него была важная встреча в Париже.
Поэтому герцог поскакал напрямик, через поля, верхом на одной из самых быстрых лошадей графа, отправив свой багаж
и камердинера по дороге.
Приехав в дом у Булонского леса, он принял ванну, переоделся и, сытно позавтракав по английскому обычаю,
отправился на встречу с императором.
Герцог привез ему послания от принца Уэльского и от премьер-министра. Закончив с официальной частью, Луи
Наполеон и англичанин больше получаса сидели и просто беседовали, поскольку были старыми друзьями.
Вернувшись в дом графа, герцог расположился в кабинете и писал письмо, когда его брат ворвался в комнату с криком:
- Я получил его! Я получил его! Конец всем неприятностям!
Герцог улыбнулся.
- Выходит, ты опасался, что Бишоффхейм не заплатит?
Брат положил перед ним чек на промокательную бумагу, и герцог увидел, что чек выписан на пятнадцать тысяч фунтов.
- Неудивительно, что ты беспокоился! - заметил он. - Сколько из них твои?
- Почти девять тысяч.
- Это покроет все твои долги?
- Большинство срочных. Но кое-какие еще останутся.
Герцог молчал, и Чарльз посмотрел на него вопросительно. Потом старший брат сказал:
- Я оплачу остальные.
Чарльз уставился на него.
- Ты серьезно, Уоррен?
- Разумеется, при одном условии.
- Каком? - тревожно спросил его брат.
- Ты немедленно уедешь в Лондон.
- Но почему?
- По-моему, это очевидно, - ответил герцог. - Твоя подруга Леонида Лебланк захочет получить что-то из этих денег, и
говоря откровенно, ты не можешь позволить себе парижских женщин.
- Если уж на то пошло, - защищаясь, сказал лорд Чарльз, - Леонида никогда не брала с меня ни франка.
- Значит, тебе повезло. Но если куртизанка увидит эту сумму, она непременно потребует подарок.
- Тут ты, пожалуй, прав, - задумчиво сказал Чарльз. - Но я и в самом деле должен ей кое-что за Еву.
Герцог застыл.
- Что ты имеешь в виду?
- Л собирался рассказать тебе, когда Бишоффхейм выпишет чек! - заторопился Чарльз. - Мне вовремя намекнули, что он
намерен женить меня на своей дочери?
- Бот дьявол! - воскликнул герцог. - Да как бы ты мог на ней жениться!
- Я и не собирался, - парировал Чарльз, - но если бы я отказался, он пригрозил бы не заплатить мне те деньги, что я уже
потратил на лошадей.
- Это самый позорный шантаж, о котором я когда-либо слышал! - возмутился герцог. - Этот человек - совершеннейший
плебей.
- Знаю, - согласился Чарльз, - но мне пришлось играть по его правилам, и именно Леонида извлекла откуда-то Еву,
словно кролика из шляпы!
Старший брат молчал, и Чарльз, рассмеявшись, добавил:
- Ты не поверишь, но она заставила меня поклясться честью, что я "оставлю эту девушку точно такой, какой нашел ее".
- Что это значит? - спросил герцог.
- Говоря ее собственными словами: "Чистой, невинной и нетронутой".
Герцог поднял брови, и его брат сказал:
- Я сдержал слово, но я обещал Леониде, что дам Еве пятьсот фунтов.
Лорд Чарльз ждал от брага какого-нибудь замечания, но герцог только вытащил из бумажника чековую книжку.
- Я немедленно получу деньги по чеку Бишоффхейма в своем банке в Париже, - объяснил он, - а ты возьмешь мой чек на
ту же самую сумму в Лондон.
- А Ева?
- Я заеду к ней, а также пошлю что-нибудь от твоего имени Леониде Лебланк. Что-нибудь, что она оценит.
- Уоррен, ты порядочный человек! - воскликнул Чарльз. - Но ты действительно заплатишь мои долги?
- Я же сказал, что заплачу, но постарайся впредь быть немного благоразумнее. А то я все удивлялся, как это ты будешь
содержать жену в кредит!
Лорд Чарльз засмеялся.
- Ты же знаешь, что это невозможно, если б мы только не согласились на рай в шалаше!
- Ну, теперь это, во всяком случае, не понадобится, - облегченно произнес герцог.
- Просто и не знаю, как благодарить тебя... - начал Чарльз.
Герцог посмотрел на часы.
- Если ты не успеешь на поезд в Кале, который отходит в час дня, я могу и передумать.
Чарльз издал вопль ужаса, смеясь при этом.
- Я успею, - пообещал он, - и всю дорогу до Дувра буду пить за твое здоровье!
- Прежде чем уйдешь, - остановил его герцог, - не забудь дать мне адрес Евы Бенард.
Выслушав объяснения брага, как найти ее дом на Сент-Оноре, герцог сказал:
- Позволь дать тебе совет - никому не рассказывай об этой истории! Это было бы большой ошибкой.
- Но надо же мне похвастаться, что я обвел вокруг пальца самого Рафаила Бишоффхейма! - запротестовал Чарльз.
- Насколько я представляю, он очень злопамятный человек, а так как деньги всегда звучат громче смеха, ты пожалеешь о
своей болтливости.
- Да.., ты прав, - согласился Чарльз. - Конечно, ты прав. Но я ведь действительно взял над ним верх.
- Ну, так держи это при себе, - посоветовал герцог.
Младший Крейг вышел из комнаты, и герцог услышал, как брат громко требует двуколку, в которой ездил в деревню.
- Чарльз неисправим! - с улыбкой сказал себе герцог.
Но он лучше брата понимал, что с Бишоффхеймом шутки плохи, и потому немедленно отправился на улицу де ла Пэ, где
находился банк, имеющий связь с его банком в Лондоне.
Там герцог получил по чеку деньги, погасил часть долгов брата и взял сумму в пятьсот фунтов наличными.
Затем он поехал в свой клуб.
После легкого обеда англичанин снова сел в графский экипаж, который привез его к дому на Сент-Оноре.
Дверь открыл пожилой слуга.
Герцог вошел в прихожую и услышал крик Евы.
Не дожидаясь Анри, который как обычно еле передвигал ноги, англичанин стремительно подошел к гостиной и
распахнул дверь.
Один взгляд на происходящее сказал ему, что девушка отчаянно борется с маркизом де Суассоном.
Никто из них двоих не заметил, что кто-то еще появился в комнате.
В этот момент Ева снова вскрикнула - беспомощно, жалобно, словно пойманный в капкан зверек, - и герцог стал
действовать.
Он бросился вперед, схватил маркиза за ворот и оттащил его от девушки.
- Какого черта вы делаете?
В первую секунду и маркиз, и Ева смотрели на герцога в полном изумлении.
Затем девушка кинулась к англичанину.
- Спасите меня.., спасите! - закричала она и уткнулась лицом в его плечо.
Вырвавшись из рук герцога, де Суассон одернул сюртук.
- А вы-то как здесь оказались, Кинкрейг? И какое вам дело, что тут происходит? - поинтересовался он.
- Убирайтесь! - резко приказал герцог.
Маркиз побагровел.
- У меня здесь столько же прав, сколько и у вас! - заявил он.
- Я велел вам уйти, - отчеканил герцог.
- А если я откажусь? - агрессивно спросил де Суассон.
- Тогда я готов выставить вас силой, - холодно промолвил англичанин.
Поскольку герцог не повышал голос, его угроза прозвучала гораздо внушительнее, чем если бы он кричал.
К тому же герцог был намного выше маркиза, и в его глазах появилось леденящее выражение, которое многих
заставляло трепетать перед ним.
Бормоча проклятия, де Суассон повернулся кругом и вышел из салона, хлопнув дверью.
Англичанин даже не взглянул в его сторону. Он смотрел на Еву, которая, дрожа всем телом, все еще прятала лицо на его
груди.
Поддерживая девушку за плечи, герцог осторожно подвел ее к дивану и усадил.
Ева была очень бледна, и в глазах ее застыл ужас.
- Все в порядке, - успокоил ее герцог. - Маркиз ушел, и сомневаюсь, что он вернется.
- Но если.., вернется? - нерешительно спросила девушка и содрогнулась.
Герцог обвел глазами комнату.
- Бы живете здесь одна?
Ева была так разбита всем случившимся, что сказала ему правду.
- Д-да.
Герцог несколько удивился.
- А чей это дом? - спросил он.
- М-мой.
Теперь англичанин был определенно изумлен.
Он снова взглянул на красивую старинную мебель.
- К-как.., вам удалось.., прийти так.., в-вовремя.., чтобы.., с-спасти меня? - очень тихо спросила Ева.
Герцог достал завернутые в бумагу деньги, которые получил в банке, и положил девушке на колени.
- Я принес вам это от брата. Здесь те пятьсот фунтов, которые он обещал заплатить вам.
- Значит.., мсье Бишоффхейм дал ему чек?
- Дал, - подтвердил герцог.
Ева уставилась на пакет, лежащий на ее коленях, а потом сказала, так и не притронувшись к деньгам:
- Пожалуйста.., вы не вернете их лорду Чарльзу? Л.., я не хочу их брать.
- Но вы их заработали, - возразил герцог.
- Я рада.., что не сделала никаких ошибок.., но теперь это не нужно.., и я предпочла бы не получать плату за то.., что я
сделала.
Герцог посмотрел на нее озадаченно.
- Бы хотите сказать, что вы достаточно богаты, чтобы отказаться от такой большой суммы, или у вас есть еще один так
называемый жених?
- Нет.., нет.., конечно, нет! Мне нужны были деньги, чтобы.., жить здесь, в этом прелестном домике.., но теперь я могу
поехать в замок.
- Замок? - удивился герцог. - Бы имеете в виду тот, где мы были вчера?
Девушка кивнула. Помолчав, герцог спросил:
- Граф знает, что вы подруга Леониды Лебланк?
- Я рассказала ему, что ходила к мадам Лебланк за помощью, потому что она была папиным другом.., но граф не велел
мне никому говорить о ней...
- Леонида Лебланк была другом вашего отца? - повторил герцог, словно пытаясь понять.
Ева всхлипнула.
- Папа.., умер в ее доме.., когда мы уже переехали сюда.., и вы, возможно, думаете, что я поступила дурно..,
согласившись помочь лорду Чарльзу.., но после того, как я заплатила за похороны, денег почти совсем не осталось...
При воспоминании об отце на глаза девушки набежали слезы, и голос задрожал.
Глубоко вдохнув, Ева попыталась объяснить:
- Я знала, что если заработаю пятьсот фунтов, то смогу еще долго жить здесь и платить слугам, но, конечно, я лгала.., и
мама была бы шокирована.., хоть я и помогала.., лорду Чарльзу.
- Теперь я начинаю понимать ваши трудности, - добрым голосом промолвил герцог, - но мне по-прежнему не понятно,
почему граф пригласил вас жить с его семьей.
Девушка смущенно опустила глаза:
- Я.., я боюсь, что вам представили меня не под той фамилией...
- Хотите сказать - вы не Бенард?
- Д-да.
- Тогда как же вас зовут по-настоящему?
- Моим.., моим отцом был.., сэр Ричард Хиллингтон.
Герцог вздрогнул:
- Хиллингтон? Не может быть!
- Это правда. Мы приехали.., в Париж, потому что моей маме оставила этот прелестный дом ее мать.., которая была
графиней де Шабрилен.
Герцог шумно вздохнул:
- Как вы могли совершить такую глупость? Оставаться здесь одной после смерти отца, да еще и поддаться на уговоры
сыграть роль невесты моего брата!
Ева ничего не ответила, и герцог сказал:
- Вам следует вернуться в Англию. У вас же есть там родственники?
- Да, много. Но мне.., тяжело с ними.., ведь на самом деле они никогда.., не одобряли маму... Во всяком случае, не
больше, чем Шабрилены.., одобряли папу, когда она.., сбежала с ним.
- Теперь я припоминаю: кто-то мне рассказывал, что ваш отец, которого я часто встречал на скачках, в молодости вызвал
массу пересудов.
- Папа и мама сбежали, когда она должна была выйти замуж за француза, которого выбрали для нее Шабрилены... -
пояснила девушка.
- Это был очень храбрый поступок, - заметил герцог.
Ева стиснула руки.
- Спасибо, что вы так сказали... Мама была очень.., очень счастлива с папой.., хотя всегда огорчалась, что ее семья не
общается с ней...
- А теперь вы собираетесь жить с ними! - задумчиво проговорил герцог. - И вы думаете, это сделает вас счастливой?
- Они очень, очень добры, а их замок - самое красивое место, что я когда-либо видела!
- Л тоже так думаю, - согласился герцог, - но только я предпочитаю свой собственный дом.
- Он такой впечатляющий?
- Очень впечатляющий! Тут за дверью что-то упало. Девушка вздрогнула, и в ее глаза снова вернулся ужас.
- Т-там.., кто-то есть! - пролепетала она. - Бы.., вы не думаете?..
- Предоставьте это мне, - сказал герцог, вставая с дивана.
Выйдя из салона, англичанин закрыл за собой дверь, и Ева услышала, как он с кем-то разговаривает, хотя слов не
разобрала.
Вновь охваченная страхом, девушка вдруг совсем ослабела.
Ее руки снова тряслись, и она снова вспомнила твердые губы маркиза на своей щеке.
Ева чувствовала тогда в отчаянии, что, если они завладеют ее ртом, этот ужасный человек втянет ее во что-то грязное, во
что-то позорное, от чего она не сможет спастись.
"Я ненавижу его!" - подумала девушка.
Герцога все не было, и Еву вдруг охватил озноб: что, если ее спаситель оставил ее?
Если он уйдет, а маркиз вернется, она не сможет защитить себя и окажется полностью в его власти.
Девушке захотелось побежать наверх и запереться в спальне, но не хватило сил даже встать с дивана. Все, что она могла,
- это откинуться на подушки и закрыть глаза.
Голова кружилась, и Еве казалось, будто она падает в бездонную яму.
Тем временем герцог вернулся в комнату.
Подойдя к дивану, он посмотрел на девушку, а потом негромко сказал:
- Все в порядке! Это был только ваш слуга. Я велел ему никого не впускать.
Ева не ответила, и герцог вдруг понял, что она на грани обморока.
- Послушайте меня, Ева, - мягко проговорил он.
Девушка с усилием открыла глаза.
- Сейчас я отнесу вас наверх, и хочу, чтобы вы поспали. А позже, в восемь часов, я заеду за вами и отвезу вас в ресторан
поужинать.
Ева слабо улыбнулась ему, и герцог поднял ее на руки.
Медленно взойдя по лестнице, он обратился к девушке:
- Бы должны показать мне, где ваша спальня.
Не в силах говорить, Ева только слабо повела рукой на ближайшую дверь.
Кое-как открыв ее, герцог внес девушку в большую комнату, которая явно служила спальней ее бабушке.
Как и салон, она отличалась элегантным убранством. На каминной полке стояли миниатюры де Шабриленов, а на стене
висел портрет графини в молодости. Герцог сразу заметил сходство с Евой в форме и цвете глаз.
Он бережно опустил девушку на кровать и, решив, что вряд ли она станет раздеваться, укрыл ей ноги атласным
покрывалом.
- Теперь спите. Я скажу слугам разбудить вас в семь часов.
Ева что-то прошептала и закрыла глаза.
Поняв ее шепот как согласие, герцог еще долго стоял, глядя на ее длинные ресницы, такие темные на фоне бледных щек,
и прислушивался к ее легкому дыханию. Девушка заснула.
Это был сон полнейшего изнеможения.
Такое случается с людьми после битвы или в море после свирепого шторма: от пережитого потрясения они спят крепко,
без сновидений.
Герцог подошел к окну и приспустил штору, чтобы солнце не мешало девушке.
Последний раз взглянув на Еву, англичанин вышел из комнаты, тихо закрыв за собой дверь.
Слуг он нашел на кухне. При его появлении Анри и Мария почтительно встали.
Герцог ясно и четко отдал им распоряжения, чтобы не возникло никаких недоразумений.
Оставив на столе два золотых луидора, он направился к выходу, и Анри, открывая ему переднюю дверь, рассыпался в
благодарностях.
- Mersi beaucoup, monsieur, mersi! "Большое спасибо, мсье, спасибо (фр.)." - повторил он несколько раз.
- Ну, вы поняли? - спросил маркиз на чистейшем французском. - Никому, кроме меня, не разрешается входить в дом.
- Да, да, мсье, все будет исполнено, как вы приказали, - ответил Анри.
Герцог сел в ждущий его фаэтон, но поехал вовсе не к дому возле Булонского леса, а на улицу Офмон.
Он услышал от Евы такую запутанную историю, что она казалась невероятной.
Герцог хотел получить подтверждение всему, что рассказала девушка, и единственным человеком, знающим правду,
была Леонида Лебланк.
Когда англичанин прибыл к куртизанке, слуга сообщил ему, что она только что вернулась домой и сейчас одна в салоне.
- Доложите обо мне! - приказал герцог, называя свое имя.
Увидев сейчас Леониду, Ева подумала бы, что она выглядит еще причудливее и театральнее, чем всегда.
Ее платье - явно творение Фредерика Уорта - было малиновым. Юбка на турнюре состояла из множества оборок,
украшенных бархатом, кружевом и шелковыми цветами. На шее куртизанки мерцали нити жемчуга, стоившего, как
подумал герцог, бешеные деньги, а на жемчужных серьгах сверкали бриллиантовые подвески размером с оливки.
Услышав, кто пришел, Леонида явно удивилась.
Затем она поднялась навстречу гостю со своей неподражаемой грацией.
- Неужели это грозный брат Чарльза? - пленительным голосом спросила француженка. - Я всегда жаждала, мсье,
познакомиться с вами.
- Теперь ваше желание исполнится, - ответил герцог, - поскольку мне нужна ваша помощь.
Леонида ахнула:
- Ваш брат опять в беде? Неужели Бишоффхейм не заплатил ему?
- Нет-нет, заплатил, - успокоил ее герцог.
- Тогда, пожалуйста, мсье, садитесь и расскажите обо всем, - предложила Леонида. - Я беспокоилась, вдруг что-то пойдет
не так в самый последний момент.
Герцог удобно расположился на диване и скрестил ноги.
- Я весьма благодарен вам за такой интерес к Чарльзу. Насколько я понимаю, вы спасли его от возможной катастрофы!
- Я не могла представить себе, ваша светлость, что вам пришлось по вкусу заполучить в невестки дочь Бишоффхейма.
- Да, мне бы это совсем не понравилось, - подтвердил герцог, - и брат сказал, что именно вас я должен благодарить за его
спасение.
- Я рада оказаться полезной, - промолвила Леонида с провокационной улыбкой и подвинулась чуть ближе к герцогу. - А
теперь, что я могу сделать для вас?
- Это совсем не сложно, - заявил англичанин. - Я хочу услышать, как вы встретились с Евой Хиллингтон.
Леонида посмотрела на своего гостя, пытаясь прочитать его мысли. Затем сказала проницательно:
- Бы думаете, что Чарльз и Ева солгали вам? Но все действительно очень просто.
- Тогда, пожалуйста, расскажите мне правду, - попросил герцог.
- Сэр Ричард Хиллингтон, который был моим старым другом, во время сердечного приступа нечаянно уронил свою
жемчужную запонку. После похорон его дочь пришла спросить меня, не здесь ли эта жемчужина.
- Запонка! - шепотом повторил герцог. - Так вот как вы познакомились!
- Пока Ева была здесь, - продолжила куртизанка, - прибыл ваш брат, только что узнавший о намерении банкира сделать
его своим зятем.
Леонида вскинула руки в красноречивом жесте.
- И тут меня осенило! Герцог засмеялся:
- Конечно. Выдать Еву за невесту Чарльза - это была ваша затея. Не зря все говорят, что вы самая умная женщина в
Париже.
- Мне нравится в это верить, - промолвила куртизанка, - а теперь расскажите, что случилось с вашим братом и, конечно,
с Евой.
- Я отправил Чарльза обратно в Англию, и он просил меня сделать вам подарок. Одна из причин, почему я зашел, - это
спросить, что мне купить, чего у вас еще нет.
Леонида засмеялась.
- На такой вопрос легко ответить, когда его задает англичанин.
Она выразительно посмотрела на герцога из-под ресниц, и он спросил:
- Ну? Так что же?
- Ну конечно, лошадь! - воскликнула куртизанка.
Герцог улыбнулся.
- Хорошо, у вас будет лошадь, которой вы сможете гордиться, и я договорюсь, чтобы ее доставили как можно скорее.
- Herd, monsieur, vous etes tres gentil "Спасибо, мсье, вы очень любезны (фр.).", - сказала Леонида и придвинулась еще
ближе, подставляя ему свои губы.
- Поблагодарите моего брата, когда в следующий раз увидите его, - откликнулся герцог. - Это его подарок, не мой.
Леонида была слишком опытной женщиной, чтобы не понять того, что крылось за его словами.
Она встала с дивана.
- Теперь прошу извинить меня, ваша светлость, но мне нужно лечь. Очень скоро ко мне придет гость, а вечером меня
ждут несколько приемов, которые, как обычно, продлятся допоздна.
Герцог встал.
- Позвольте еще раз поблагодарить вас. Бы мудрая женщина, и я знаю, что вы никому не расскажете об этой истории.
- Я бы не сделала ничего, что повредило бы вашему брату, которого я очень люблю, или Еве, которой я уже велела
никому не говорить, что она когда-то встречалась со мной.
- В таком случае я могу лишь повторить: вы очень мудрая женщина!
Он поцеловал куртизанке руку.
- Бы получите лошадь, достойную "королевы Парижа", которой вы, несомненно, являетесь!
Оставив Леониду, герцог поехал к графу де Шабрилену.
Едва войдя в холл, англичанин понял, что хозяин дома вернулся, и нашел его в кабинете, в полном одиночестве.
- Привет! - воскликнул граф. - Как император?
- Болен и подавлен.
- Что, пруссаки причиняют больше неприятностей, чем обычно?
Герцог взял предложенный хозяином бокал шампанского и сел в кресло.
- Если вы спросите меня, то я скажу одно: французы сами себя загоняют в ловушку. Если они не поумнеют, их вызов
пруссакам закончится катастрофой.
- Полностью с вами согласен, - ответил граф. - Подобный вызов был бы абсолютно гибельным! Бы сказали это
императору?
- Его величество дал мне понять, что у него слишком много советчиков. Однако императрица упорно толкает его на
конфронтацию с нацией, которую она никогда не любила.
- Женщины не должны вмешиваться в политику или государственные дела! - сердито вставил граф.
- В то же время, - продолжил герцог, - нема
...Закладка в соц.сетях
