Жанр: Любовные романы
Магия парижа
...ошадей. Надеюсь, лорд Чарльз и мадемуазель Бенард не сочтут, что они слишком
уступают тем великолепным животным, которых вы привезли из Англии.
- Я обыскал всю страну, чтобы добыть лучших! - заметил лорд Чарльз.
- Оно и видно, - ответил граф. - Хотелось бы мне иметь таких лошадей, но, увы, у меня нет бишоффхеймовских
капиталов!
Мужчины засмеялись, словно это была шутка, после чего все направились через парк к конюшням.
Еве хотелось задержаться и рассмотреть фонтан, но и лошадей ей тоже хотелось увидеть.
Девушку сопровождал один из ее старших кузенов, который добровольно взялся рассказать ей об истории семьи, - то,
что всегда хотят знать гости.
- А чем вы занимаетесь? - спросила Ева, когда юноша на секунду умолк.
- Я собираюсь стать политиком, только не говорите об этом папе! Он думает, что политика - скучная штука, тогда как я
нахожу ее интригующей!
Девушка засмеялась.
- Я сохраню вашу тайну, и я согласна с вами: политика это так интересно!
- Если вы интересуетесь историей, - сказал кузен, - то я должен рассказать вам о пушке, которую вы видите в конце
парка.
Они пошли дальше.
Еву так и подмывало сказать юноше, что она знает историю этой пушки не хуже его самого, но, к счастью, они уже
подошли к конюшням.
Лошади графа были хороши, очень хороши.
Но им, конечно, было далеко до тех, что девушка увидела в конюшнях банкира.
- Я вот что подумал, лорд Чарльз, - сказал граф, - если вы обеспечили Бишоффхейму победу на всех бегах, тогда какой
смысл нам, всем остальным владельцам конюшен, бороться за Гран-при или любую другую скачку!
- Думаю, вы слишком пессимистичны, - возразил лорд Чарльз. - В конце концов, пусть Бишоффхейм и купил себе
лучших животных, но он мало что знает о лошадях. Правильная тренировка и выбор подходящего жокея - вот что решает
выигрыш на бегах.
Граф положил руку на плечо лорда Чарльза.
- Бы рассуждаете очень разумно, молодой человек, и я уверен, что ваш брат ценит то, как много вы знаете о "спорте
королей".
- В своей области Чарльз, несомненно, знаток, - нехотя признал герцог.
"Какой же он неприятный!" - с негодованием подумала Ева, не забывая держаться от герцога как можно дальше.
До самого вечера она любовалась парком, а затем в компании Пьера - того самого кузена, который сопровождал ее
раньше, - пошла в библиотеку.
Неожиданно к ним присоединился герцог.
- Ваша матушка ищет вас, Пьер, - сообщил он. - Я сказал, что попытаюсь вас найти. Она в Голубой гостиной.
Пьер тотчас отправился к матери, а Ева с ужасом поняла, что, как ни старалась этого избежать, все же осталась наедине с
герцогом.
- Бы интересуетесь книгами, мисс Бенард? - спросил он.
- Очень! Но я никогда раньше не была в такой великолепной библиотеке.
- В данный момент я предпочел бы поговорить о вас, - заметил герцог.
- А.., а вы не знаете, где Чарльз? - быстро спросила Ева.
Она вовремя вспомнила, что сказал ей лорд Чарльз, когда они подъезжали к замку: "Не забудь обращаться ко мне по
имени! Не станешь же ты называть своего жениха "милорд"!"
- Чарльз пока беседует с хозяином дома. И вы не можете, мисс Бенард, и дальше убегать от меня!
Ева покраснела.
Девушка и не подозревала, что герцог заметил ее попытки держаться подальше от него.
Возле огромного средневекового камина стояли два дивана, и герцог предложил:
- Не присесть ли нам?
Делать нечего, пришлось Еве сесть.
Но перед этим она взглянула на дверь, молясь, чтобы кто-нибудь присоединился к ним.
- Прежде всего, - потребовал герцог, - расскажите о своей семье. Мой брат был настолько неучтив, что даже не сообщил
мне о вашем существовании.
- Он собирался сделать это, когда вернется в Англию, - ответила Ева.
- Но я здесь, - возразил герцог, - и будет намного проще, если вы расскажете мне о себе.
- Боюсь, особо нечего рассказывать, - осторожно начала Ева. - Мои родители.., умерли.
"Это, во всяком случае, правда", - подумала она.
- Простите! Вам, наверное, очень тяжело быть одной.
- Я скучаю по ним.., очень скучаю!
- Возможно, я ошибаюсь, но мне кажется, вы не совсем француженка?
- Нет, моя мать была англичанкой.
- Вот как? И какой была ее фамилия?
Ева уже думала об этом и, поскольку не желала лгать больше, чем нужно, ответила:
- Хил л. Ее девичья фамилия была Хил л.
- В Англии полным-полно Хиллов, - заметил герцог. - Это очень распространенная фамилия. А где жил ваш дед?
- В.., в Глостершире.
- Вы бывали в Англии?
- Да.
- И она понравилась вам так же, как Франция?
- Я люблю обе страны, - ответила Ева. - Ив конце концов, их разделяет только пролив.
Герцог улыбнулся:
- Хорошо сказано, но все же он их разделяет. А мне просто хочется знать, мисс Венард, - или мне следует называть вас
Ева, раз вы собираетесь стать моей невесткой? - будете ли вы довольны, живя в Англии.
- Я этого очень хочу! - попыталась защититься Ева.
- Надеюсь, Чарльз уже предупредил вас, что жить вам придется в несколько стесненных обстоятельствах, если, конечно,
у вас нет собственных денег?
Девушка почувствовала, что теряет почву под ногами.
Испугавшись того, что ей придется сказать дальше, Ева встала.
- Прошу простить меня, ваша светлость, - быстро заговорила она, - но я должна найти нашу хозяйку. Она обещала
показать мне.., парадные залы, и будет невежливо заставлять ее слишком долго ждать...
Не дожидаясь, когда герцог ответит, Ева сделала реверанс и бросилась к двери.
Даже если бы он окликнул ее, девушка бы его не услышала.
Оказавшись в коридоре, Ева побежала к холлу, а потом вверх по лестнице на второй этаж.
Только захлопнув за собой дверь спальни, которую ей предоставили, девушка почувствовала себя в безопасности.
"Он пугает меня! - пожаловалась себе Ева. - Хорошо хоть, я не влюблена в лорда Чарльза, потому что его брат явно
намерен тем или иным способом расстроить нашу "помолвку".
Она села на скамеечку перед туалетным столиком.
"Возможно, если бы герцог знал, кто я на самом деле, он не отнесся бы ко мне так враждебно, - рассуждала девушка,
глядя на свое отражение. - Он думает, я недостаточно хороша для его драгоценного братца - и папа счел бы это
оскорблением!"
Глава 5
После веселого и шумного ужина граф спросил:
- Ну что, джентльмены, не желаете ли сыграть в карты?
Его сыновья и лорд Чарльз дружно подтвердили, что желают.
- Раз вы с мадемуазель Бенард покидаете нас рано утром, - обратился граф к англичанину, - то мы с вашей невестой
сходим в портретную галерею. Она не может уехать, не посмотрев на моих предков.
Младшие Шабрилены засмеялись и стали подтрунивать над отцом, а Ева сказала:
- Знаете, я хочу посмотреть на все в вашем замке. Я никогда в жизни не видела более очаровательного места.
- Бот видите, есть человек, который разделяет мою одержимость! - заявил граф Пьеру, на что тот ответил:
- Мы все гордимся замком, как и ты, папа, но мы не говорим об этом так много!
- Иди играй в карты, нахальный мальчишка! - приструнил его отец.
Граф вывел Еву из салона, и они отправились туда, где размещалась длинная галерея, так же красиво оформленная, как
все гостиные, залы и столовая.
Портреты начинались с первых предков графа и оканчивались современным Tableau de Genre "Жанровая картина
(фр.).". Это были портреты его самого, его жены и его детей.
Многие из имен оказались знакомы девушке.
Графы де Шабрилен были прославленными государственными деятелями, придворными и генералами и стали ее
героями еще тогда, когда она была маленькой девочкой.
Ева внимательно слушала все, что рассказывал ей дядя.
Они медленно переходили от портрета к портрету, когда сердце девушки вдруг бешено забилось, и она поняла, что
смотрит на лицо своей матери.
На портрете Лизетте было семнадцать.
Еще до того, как граф сказал это, Ева догадалась, что портрет написан сразу после ее официальной помолвки с тем
французом.
Девушка смотрела на мать и видела свои собственные глаза, свой собственный нос и свои собственные губы.
Главное отличие заключалось в том, что волосы ее матери были темными и ее кожа не имела той бело-розовой
прозрачности, которая свойственна англичанкам.
Этот портрет так много значил для Евы, что девушка даже забыла о графе. Она стояла, не в силах оторвать глаз от
полотна, и ей казалось, что мать разговаривает с ней.
Заметив особый интерес девушки к этому портрету, граф пояснил:
- Это моя сестра Лизетта. Боюсь, она вызвала скандал в семье, когда сбежала с англичанином.
Ева ничего не ответила, и он продолжил:
- Как видите, она была очень красива, и мне очень жаль, что до самой ее смерти мы с ней так больше и не виделись.
Девушка глубоко вдохнула, пытаясь удержать слезы.
Всегда, когда Ева вспоминала о матери, ей хотелось плакать. И теперь, глядя на этот портрет, который, казалось,
разговаривает с ней, девушке потребовалось все ее самообладание, чтобы не потерять контроль над собой.
Граф отправился было дальше, но когда девушка не сдвинулась с места, повернулся к Еве.
Внезапно на его лице отразилось смятение.
Граф взглянул на портрет, потом снова повернулся к девушке и воскликнул:
- Боже, какое сходство! Невероятно! Я чувствовал, что ваше лицо мне чем-то знакомо, но такое мне и в голову не могло
прийти!
Ева задохнулась от ужаса, но не успела она вымолвить и слова, как граф сказал:
- Неужели ты - дочь Лизетты?
В страхе, что их кто-нибудь услышит, Ева оглянулась на дверь и умоляюще прошептала:
- Пожалуйста., ничего больше не говорите! Это тайна.., никто не знает об этом.
Граф уставился на нее:
- Ты хочешь сказать, что ты - моя племянница и помолвлена с лордом Чарльзом, но он понятия не имеет, что ты - дитя
моей сестры?
Ева кивнула.
- Пожалуйста.., пожалуйста, не задавайте больше вопросов...
Граф улыбнулся.
- Ты и вправду считаешь меня бесчувственным? Неужели теперь, когда я нашел тебя, я должен об этом молчать?
- Но вы должны молчать.., должны! - воскликнула Ева. - Если я объясню почему, вы поклянетесь.., своей честью, что
ничего не скажете ни лорду Чарльзу, ни герцогу?
- Я обещаю все, что ты просишь, но сначала я намерен выслушать твою историю.
Граф взял племянницу за руку, потом посмотрел на портрет и тихо сказал:
- Я думаю, твоя мама хотела бы, чтобы ты мне все рассказала.
Он говорил так ласково, так по-доброму, что у Евы невольно слезы потекли по щекам.
Девушка быстро вытерла их.
Граф отвел Еву в конец галереи, где стоял удобный диван и несколько стульев, и усадил рядом с собой на диван.
- Прежде всего я должен сказать тебе, как глубоко я сожалею, что так и не увиделся с твоей матерью после ее бегства.
- Мама.., очень переживала, что потеряла свою семью, - ответила девушка, - хотя она была бесконечно счастлива.., с
папой.
- К сожалению, меня не было здесь, когда это случилось, - продолжил граф. - Я был на пять лет старше Лизетты и
служил в армии. Вскоре после того, как она сбежала, меня отправили в Африку с моим полком.
- Мама рассказала мне все о вас и остальных ее братьях и сестрах... Бот почему мне так хотелось увидеть замок.
- Я понимаю, - ответил дядя. - Я с самого начала подумал, что ты очень хорошенькая, но теперь я знаю, почему ты мне
понравилась: ты похожа на мою красавицу-сестру.
Ева смахнула непрошеную слезинку, и граф сказал:
- Не надо плакать, лучше расскажи, что случилось с твоим отцом и почему ты здесь с лордом Чарльзом?
Девушка смущенно вытерла глаза, хотя слезы тут же набежали снова, и поведала дяде, как умер ее отец от сердечного
приступа, как она пошла забрать его запонку у Леониды Лебланк, и как мадам Лебланк уговорила ее спасти лорда Чарльза
от женитьбы на дочери мсье Бишоффхейма.
При упоминании о Леониде Лебланк граф окаменел, но девушка не заметила этого, а когда она заговорила о намерениях
банкира, дядя воскликнул:
- Какой позор! Да как Бишоффхейм посмел задумать подобный шантаж! Женить лорда Чарльза на своей дочери - да он
совсем зарвался!
- Теперь вы понимаете, почему лорд Чарльз так отчаянно пытался избежать этого. И он все еще ужасно боится, что мсье
Бишоффхейм не заплатит за лошадей.
- Ты не имела никаких других отношений с Леонидой Лебланк, кроме того, что она была подругой твоего отца? -
спросил граф.
- Мадам Лебланк была очень добра. Она договорилась, что мне заплатят столько денег, что я и дальше смогу жить в том
красивом домике, который бабушка оставила моей маме.
Граф улыбнулся.
- Кое-кто из семьи был страшно разочарован, что он достался не им.
- Этого я и боялась, - вздохнула девушка. - Ио я тоже люблю его и хочу заработать деньги, чтобы жить в нем..
- Мы поговорим об этом в другой раз, - сказал граф. - А сейчас я хочу, чтобы ты знала, что тебе здесь всегда будут рады.
И думаю, моя жена окажется лучшей компаньонкой, чем та тетя, которая якобы живет с тобой.
Ева широко открыла глаза.
- Бы.., вы серьезно?
- Конечно, серьезно.
- Только пожалуйста.., никому ничего не говорите, пока лорд Чарльз не получит чек.
- Теперь я понимаю, почему он так хочет вернуться в Париж завтра утром, - заметил граф.
Девушка кивнула.
- Хорошо, моя дорогая, поезжай с ним, а как только все уладится, мы встретимся и поговорим о твоем будущем.
- Бы добры.., очень добры, - прошептала Ева. - Л знаю, маму бы это очень обрадовало. Но.., я не хочу быть для вас
большей обузой, чем была бы для родственников моего отца...
- Как ты видела, комнат здесь предостаточно, - улыбнулся дядя. - И разумеется, ты можешь пользоваться своим домом в
Париже, когда пожелаешь, - только прихватывая с собой кого-нибудь из семьи.
Граф рассмеялся и добавил:
- Можешь не сомневаться, они охотно будут твоими гостями. Все мои старшие дети тоскуют по столице и часто
жалуются, что в моем парижском доме для них не хватает комнат. Не беспокойся пока об этом, просто делай то, что
обещала лорду Чарльзу. А на следующий день после того, как ты освободишься, мы вместе пообедаем.
- А до тех пор вы обещаете никому ничего не говорить?..
- Шабрилены никогда не нарушают своего слова, - сказал граф. - И поскольку в тебе течет та же кровь, что и во мне, то я
понимаю, что и ты не можешь нарушить своего.
- Спасибо, что вы так сказали... Л знаю, мама была бы очень благодарна вам, - прошептала Ева. - И спасибо, что вы так..,
добры!
- У меня еще не было возможности быть добрым, - возразил граф, - но я чувствую, что должен тебе очень много того,
что должен был сделать для твоей матери.
Он глубоко вздохнул.
- Но сожаления - пустая трата Бремени. Мое единственное оправдание в том, что наш отец был суровым человеком. Он
так и не простил Лизетту и за все эти годы ни разу не упоминал ее имени.
- Но вы помнили мою маму, - ответила девушка, - и я уверена, она будет счастлива знать, что мы встретили друг друга...
- Безусловно, - подтвердил граф, - и ты никогда больше, моя красавица, не должна думать, что ты одна, и искать помощи
у таких, как Леонида Лебланк.
В его голосе сквозило явное неодобрение.
Девушка подумала, что это, наверное, из-за театрального облика француженки. Как сказала бы Евина мать, она не
выглядит как леди.
"Но мадам Лебланк была так добра ко мне, - подумала девушка, - и я должна выразить мою благодарность, хоть и не
знаю пока как".
Граф взглянул на часы над камином.
- Думаю, мы должны вернуться к остальным, да и тебе пора спать, - сказал он. - Но я столько еще хочу услышать о твоей
матери, что с нетерпением буду ждать нашей следующей встречи.
- Я тоже! - призналась Ева. Оба встали, затем граф наклонился и поцеловал девушку в щеку.
- Ты так прелестна, моя дорогая. И всякий раз, когда я смотрю на тебя, мне кажется, что моя сестра снова с нами.
Они пошли по галерее, и уже перед самой дверью Ева спросила:
- Бы будете очень осторожны в присутствии лорда Чарльза и герцога? Если они узнают, что я ваша родственница, они
будут шокированы тем, что я сделала.
- Да уж, - согласился граф, - но такое никогда больше не повторится.
Слава Богу, как только лорду Чарльзу заплатят, все кончится.
Девушка благодарно улыбнулась ему.
Они молча вошли в салон, где мужчины все еще играли в карты.
Однако кое-кто из женщин уже удалился, и Ева тоже незаметно проскользнула к себе.
Лежа в постели, девушка долго молилась, говоря своей матери, как замечательно находиться в доме, который она так
любила.
Теперь Еве не нужно беспокоиться о будущем.
"Я знаю, это все благодаря тебе, мама, и, конечно, благодаря папе, который всегда верил, что "что-нибудь да
подвернется". Мне повезло.., мне очень, очень повезло!"
Когда девушка заснула, ей приснилось, что она разговаривает со своей матерью, сидя вместе с ней внизу, в салоне, под
хрустальными люстрами.
Ева велела горничной разбудить ее рано утром и принести завтрак в спальню - так, решила девушка, будет быстрее.
Она только-только успела позавтракать и надевала шляпу, когда ей передали, что лорд Чарльз ждет ее в экипаже.
Девушка вполне понимала его нетерпение.
Лакей торопливо вынес из комнаты ее чемодан, и, взглянув напоследок в зеркало, Ева побежала вниз.
В холле она увидела почти всю семью Шабриленов, собравшихся, чтобы попрощаться с ней.
Графиня поцеловала Еву.
- Надеюсь, дорогая, вы с мужем приедете погостить к нам, когда поженитесь. Мы будем очень рады вам!
- Спасибо, мадам. Каждая минута в вашем доме была для нас наслаждением! - ответила девушка.
Граф помог ей сесть в двуколку, говоря при этом:
- Чувствую, что мы очень скоро встретимся снова, мадемуазель Бенард!
Он подмигнул Еве и сжал ее пальцы.
Девушка поняла, что его забавляет спектакль, который они разыгрывали перед лордом Чарльзом.
- Спасибо! Спасибо вам за все! - крикнула Ева.
Она знала, что дядя поймет. Когда двуколка отъехала от крыльца, Ева оглянулась и увидела, что человек шесть ее
родственников все еще стоят на ступеньках и машут им вслед.
"Они очаровательны, - подумала девушка, - и я уже так сильно их люблю".
Лорд Чарльз умело погонял лошадей.
Ева чувствовала, что он полон решимости как можно скорее оказаться в Париже и довести сделку с банкиром до конца.
Не сдержав любопытства, девушка спросила:
- Бы.., ничего не расскажете ему о нашей "помолвке"?
- Разумеется, нет! Вряд ли ты когда-нибудь столкнешься с ним, но если это случится, просто держи себя с достоинством
и откажись отвечать на любые вопросы.
Ева подумала, что это будет не так-то легко, но промолчала.
Остановив двуколку перед ее домом, лорд Чарльз поспешно внес чемодан девушки в прихожую, бросил на ходу:
- Увидимся позже, - и уехал, даже не сказав спасибо.
Еве это показалось невежливым, но она не стала обижаться.
Девушка хотела только одного: чтобы у него больше не было никаких трудностей или препятствий в получении денег.
Тогда Ева снова сможет стать собой и вернуться в замок, как предложил ее дядя.
При этой мысли девушку охватило такое счастье, что ей захотелось петь и танцевать, и она, побежав переодеваться,
взлетела по лестнице так, словно у нее выросли крылья.
Надев платье, которое Жози сделала достаточно модным для Парижа, девушка снова спустилась в гостиную. И тут ей
пришло в голову, что надо бы навестить Леониду Лебланк и сказать ей, что все прошло хорошо.
Француженка знала ее отца; только она может понять, что значит для Евы быть принятой в семью Шабриленов.
"Я должна увидеться с ней немедленно!" - подумала девушка.
Вспомнив, что не следует ходить по улицам без сопровождения, Ева отправилась на кухню за Марией. Но оказалось, что
та ушла на рынок, а просить ее мужа девушка не хотела: страдающий от ревматизма Анри ходил очень медленно, да и вряд
ли захотел бы оставить дом.
- Что такого, если только сегодня я схожу одна? - спросила вслух Ева и торопливо вышла.
Поглощенная своими мыслями, девушка не обращала внимания на окружающих и не замечала, что все мужчины
оборачиваются, чтобы еще раз увидеть ее.
Пока она добиралась до улицы Офмон, подошло время обеда.
Ева почувствовала, что проголодалась.
"Может, мадам Лебланк угостит меня чем-нибудь", - подумала она.
Открывший дверь слуга улыбнулся девушке.
- Добрый день, мадемуазель! Если хотите видеть мадам, то она в спальне и одна.
- Я очень хочу ее видеть, - ответила Ева и взбежала по лестнице.
Француженка лежала в кровати, еще более очаровательная, чем всегда.
На ней была прозрачная ночная рубашка нежно-розового цвета и розовые ленты в волосах.
- Дорогая, я так рада видеть тебя! - воскликнула мадам Лебланк. - Я все думала, как там у вас дела, и дашь ли ты мне
знать, идет ли все по плану.
- Не совсем по плану, - улыбнулась Ева, - но очень хорошо.
Она села на стул рядом с кроватью и рассказала Леониде обо всем, что произошло.
Та слушала, не перебивая, а когда девушка закончила, воскликнула:
- C'est extraordinaire! Comme un conte de fees "Это поразительно! Совсем как в волшебных сказках!"!
- Я и сама так подумала, - призналась Ева.
- Какая удача, что граф - твой дядя! Теперь графиня позаботится о тебе и найдет подходящего мужа.
- Но я совсем не хочу выходить замуж - по крайней мере пока! Я мечтаю найти кого-нибудь такого же обаятельного и
веселого, как папа.
Мадам Лебланк вздохнула.
- Helas "Увы (фр.).", такие мужчины редки! Но теперь ты в безопасности, и никто не обидит тебя, зная, что ты под
защитой семьи Шабриленов.
- Кто же захочет меня обидеть? - удивилась девушка. - Разве что герцог: он такой любопытный и относится ко мне
враждебно.
- Забудь его! - посоветовала Леонида. - Он вернется в Англию, а ты останешься во Франции и никогда больше не
увидишь ни его, ни лорда Чарльза.
- Чарльз очень благодарен вам за свое спасение, - заметила Ева. - Уверена, сам бы он никогда не додумался до такого
хитроумного плана.
- Ты хочешь сказать, он никогда бы не нашел девушки вроде тебя! - усмехнулась Леонида. - Но теперь ты должна забыть
эту маленькую проделку и никому о ней не рассказывать, кроме своего дяди.
- Да.., конечно, - согласилась девушка.
В дверь постучал слуга:
- Прикажете подавать обед, мадам?
- Да и немедленно! - ответила Леонида. - И мадемуазель Бенард будет обедать со мной.
Посмотрев на Еву, она добавила:
- Сдается мне, никто не пригласил тебя на обед?
- Никто! - засмеялась девушка.
- Тогда мы пообедаем вместе и после этого мы должны расстаться. Ты ведь понимаешь, что никому и никогда не должна
рассказывать, что знакома со мной?
- Я сказала дяде.
- Уверена, он был шокирован, даже если не показал этого.
Ева подумала, что это скорее всего правда, хотя по-прежнему не понимала почему. А вслух произнесла:
- Я всегда буду помнить, как вы были добры. И хотя вы говорите, что мне нельзя видеть вас, я думаю, папа хотел бы,
чтобы я вас любила и всегда была вам очень, очень благодарна, потому что именно благодаря вам я нашла своего дядю.
- Я уже сказана тебе, что это просто сказка! - повторила Леонида. - И теперь ты должна всегда жить счастливо!
Они обе засмеялись. Тем временем слуги подали наверх блюда на изысканных подносах. Еда оказалась очень вкусной, и,
болтая с мадам Лебланк, девушка сама не заметила, как все съела.
Затем Ева стала прощаться:
- Мне бы хотелось что-нибудь подарить вам, - сказала она француженке. - Что-нибудь такое, о чем бы вы мечтали.
Девушка оглядела заставленную цветами комнату и вспомнила красивые произведения искусства, которые видела в
салоне.
- Но кажется, у вас все есть! - добавила она.
- Чего бы я хотела, - сказала Леонида, - это чтобы ты присылала, хоть иногда, маленькое напоминание о себе -
сообщение о твоем браке, фотографию со свадебной церемонии и, конечно, фотографии тебя и твоих детей, когда они у
тебя будут.
- Ну конечно, я пошлю их вам! - вскричала Ева. - И, посылая, всякий раз буду вспоминать вас, эту комнату и все, что
случилось благодаря вам.
- Adieu " Прощай (фр.).", моя самая очаровательная и прелестная подружка. Не забудь, ты никогда не должна
признаваться, что была здесь, в моем доме. Просто вспоминай меня иногда в своих молитвах.
- Обязательно буду вспоминать, - твердо ответила девушка.
Она нежно поцеловала француженку и пошла к двери. На пороге Ева оглянулась, чтобы помахать на прощание, и ей
показалось, что в глазах Леониды мелькнула какая-то тоска.
Девушка последний раз взглянула на орхидеи, заполонившие прихожую, и на те, которые увидела через открытую дверь
салона.
Затем дворецкий выпустил ее, и, спустившись по лестнице на улицу, Ева поспешила домой, зная, что сейчас не время
задерживаться у магазинов.
Когда слуга открыл дверь, она сказала:
- Я вернулась, Анри. Кто-нибудь заходил?
- Нет, мадемуазель.
Девушка побежала наверх снять шляпу.
Она надеялась, что беседа лорда Чарльза с банкиром прошла гладко.
Если сделка вдруг не состоится, Еве и дальше придется играть роль невесты, и тогда, прощай, ее завтрашний обед с
дядей.
"Господи, только бы все прошло хорошо, - подумала девушка. - Но, конечно, лорд Чарльз уже мог бы что-нибудь мне
сообщить! Или мсье Бишоффхейм снова заставляет его ждать?"
Она спустилась в салон, который казался очень маленьким после огромных гостиных замка.
Но по убранству они были очень похожи. Еще бы, ведь именно ее бабушка, как поняла Ева из рассказов дяди, сделала
замок таким привлекательным.
У старой графини был безупречный вкус.
Ева стояла перед стеклянным шкафчиком, любуясь хорошенькими фигурками дрезденского фарфора, когда услышала,
как открылась дверь.
Девушка нетерпеливо повернулась, думая, что это приехал лорд Чарльз.
К ее изумлению, в комнату вошел маркиз де Суассон.
Ева недоверчиво уставилась на него, потом спросила:
- Почему вы здесь?.. Что вам нужно?
Маркиз улыбнулся.
- Что касается первого вопроса, то совершенно случайно я ехал по улице Офмон, когда увидел тебя выходящей из одного
дома - самого известного дома на всей улице!
Ева оцепенело смотрела на маркиза, думая о том, как же ей неприятен этот человек.
Она также поняла по его тону, что француз просто раздувается от гордости, думая, будто очень удачно ее в чем-то
изобличил.
- Я последовал за тобой сюда, - продолжал маркиз, - и теперь, мадемуазель Ева Бенард, мы можем выложить карты на
стол
...Закладка в соц.сетях
