Жанр: Любовные романы
Люцифер и ангел
...а.
- Конечно, нет, - ответила герцогиня.
- В Фенчерче есть доктор, друг папы и мамы. Он лечил больных ревматизмом в деревне,
и им всегда становилось лучше!
- Как он это делал?
- Во-первых, он требовал, чтобы они каждый день долго гуляли. Он говорил им, что
нельзя оставаться прикованными к креслу, потому что рано или поздно болезнь прикует их к
постели и надежды больше не будет.
Герцогиня удивленно смотрела на Аниту.
- Я никогда об этом не думала, - заметила она. - Интересно, правы ли вы?
- Я уверена в правоте доктора Эмерсона! - воскликнула Анита. - Еще он давал своим
больным травяной отвар. Иногда доктор просил маму приготовить его, а я, если хотите, буду
заваривать травы для вас.
- Я бы попробовала что угодно, лишь бы избавиться от боли и снова двигаться
свободно, - ответила герцогиня.
Помолчав еще немного, девушка сказала:
- В тот день, когда у источника я споткнулась о ваше кресло, я думала о том, как чудесно
было бы, если б вода на самом деле исцелила тех, кто ее пил, и они вскочили бы с кресел и
воскликнули, что теперь они здоровы.
Она помедлила и добавила:
- Я прочла короткую молитву, я просила об исцелении, но вместо этого встретила вас.
Это самое замечательное событие в моей жизни! Может, если вы будете пить отвар, а я буду
очень сильно молиться, смешивая травы, случится чудо и ваш ревматизм пройдет.
- Прекрасная мысль, - улыбнулась герцогиня. - Конечно, мы так и сделаем. Я тоже
верю в силу молитвы, да, молитва может творить чудеса.
- Мама всегда говорит: помоги себе сам, и Бог тебе поможет, - ответила Анита.
- Вот мы и поможем себе сами, - согласилась герцогиня.
Сойдя с поезда на станции, предназначенной только для гостей Оллертон-Парка, Анита
увидела ожидавший их легкий экипаж с белым пикейным верхом.
Они проезжали через леса и луга, усыпанные цветами.
Совсем неожиданно впереди показался Оллертон-Парк. Он был еще более впечатляющим
и величественным, чем представляла себе Анита.
- Это прекрасно, великолепно! - восклицала она. - Именно в таком доме и должен
жить герцог! Вы ведь согласны со мной, ваша светлость?
- Да, конечно, - ответила герцогиня. - Я чувствовала то же самое, когда после
помолвки приехала сюда в первый раз.
- Вам, должно быть, казалось, будто вы вступаете в сказку, - сказала Анита. -
Уверена, вы выглядели в точности как принцесса, которая вышла замуж за прекрасного принца.
Герцогиня улыбнулась. Она начала понимать: все, что говорила или думала Анита, было
как мечта, не имеющая отношения к реальности.
Но ни одна из ее знакомых не радовалась жизни так искренне и самозабвенно.
- Да, Оллертон - это дом из сказки, - произнесла герцогиня. - Надеюсь, вы погостите
у меня немного, Анита. Я дам вам соответствующие наряды.
Анита повернулась к герцогине, и та увидела, что голубые глаза девушки сияют, как
звезды.
- Новые платья! - воскликнула Анита. - О, мэм, правда? Это самое замечательное,
восхитительное, что только может быть на свете!
Она помедлила и, прежде чем герцогиня успела что-нибудь сказать, быстро добавила:
- Я, наверное, не должна... принимать такой щедрый подарок после того, как вы были
так добры и помогли мне... убежать от... преподобного Джошуа.
- Не беспокойтесь об этом, - спокойно сказала герцогиня. - Я в самом деле хочу
подарить вам новые платья. Вам понравится в Оллертоне еще больше, если вы будете одеты
должным образом.
- Конечно, - согласилась Анита. - Пожалуйста... не могли бы вы дать мне...
по-настоящему большой... кринолин?
Увидев улыбку на лице герцогини, девушка быстро добавила:
- Конечно, не огромный... а то я буду выглядеть странно, ведь я маленького роста... но
модный.
- Я подарю вам такой, какой вам нужен, - пообещала герцогиня.
Анита сжала руки.
- Это сон... Я знаю, это сон! - проговорила она. - Я так надеюсь, что не проснусь,
пока не надену кринолин!
Когда лошади остановились, герцогиня все еще смеялась.
Глава 4
По широким ступеням герцог поднялся в великолепный, отделанный мрамором холл.
Холл был украшен статуями богинь. Герцог подумал, что никто из его знакомых не может
похвастаться подобным чудом.
- Добро пожаловать домой, ваша светлость, - с уважением сказал дворецкий. - Ее
светлость в музыкальном салоне.
Герцог протянул дворецкому шляпу и перчатки. Бросив взгляд на шестерых лакеев в
ливрее Оллертона, он остался вполне удовлетворен.
Герцог всегда настаивал на том, чтобы их рост превышал шесть футов. Но главное -
лакеи должны быть осанистыми и расторопными.
Выйдя из холла, герцог пошел по широкому, увешанному портретами предков коридору,
который вел к музыкальному салону, находившемуся в западном крыле.
Незадолго до смерти его отца герцогиня сменила обстановку салона. Теперь изящный
интерьер с успехом сочетал в себе классический и современный стиль.
Подходя к салону, герцог ожидал услышать музыку Шопена или Баха - любимых
композиторов матери.
Каково же было его удивление, когда до него донеслись звуки веселого вальса, который
был популярен в Лондоне прошлой зимой. Под эту самую музыку герцог танцевал со многими
очаровательными красавицами.
Он вспомнил, что именно во время вальса на балу в усадьбе Мальборо впервые осознал,
насколько привлекательна Элейн Бленкли.
Элейн использовала все уловки, чтобы заставить герцога увидеть в ней женщину. Взгляд
зеленых глаз из-под вуали накрашенных ресниц, нежное поглаживание его плеча...
Герцог был раздосадован: даже вернувшись домой, он не может избавиться от
воспоминаний об Элейн. Слегка нахмурив брови, он открыл дверь в музыкальный салон.
И застыл в крайнем изумлении.
Герцог едва мог поверить своим глазам: посреди салона кружилась в танце его мать.
Конечно, герцогиня двигалась медленно, но очень грациозно. Судя по положению ее рук,
она танцевала с воображаемым партнером. Мелодию исполняла Анита, сидя за огромным
бродвудским пианино.
Обернувшись, герцогиня увидела своего сына и остановилась. Мгновение спустя и Анита
поняла, кто вошел комнату, и сняла руки с клавиатуры.
Когда герцог заговорил, в голосе его прозвучало неподдельное изумление:
- Ты танцуешь, мама! Как такое возможно? Герцогиня не успела ответить, потому что
Анита подбежала к ней и воскликнула:
- У вас получилось, получилось! Разве это не чудесно? А вы мне говорили, что никогда
больше не будете танцевать!
- Как видите, вальсировать я могу, - сказала герцогиня.
- И все это благодаря Харрогиту? - спросил герцог.
Герцогиня покачала головой:
- Воды мне не слишком помогли. Ходить и танцевать я смогла только благодаря Аните.
- Аните? - переспросил герцог.
Он взглянул на стоявшую рядом с ним девушку, но ее глаза, сияющие от восторга, были
обращены к герцогине.
- Анита заставила меня гулять и приготовила травяной отвар, который творит чудеса!
- В самом деле, - согласился герцог, - я никогда не думал, что снова увижу, как ты
танцуешь, мама. Я даже не надеялся, что ты будешь так легко ходить.
- Теперь я могу и то и другое, - сказала герцогиня, - и все благодаря этому милому
ребенку.
Она указала на Аниту.
- Вы не должны забывать, мэм: мы страстно молились о чуде, - сказала Анита.
- Да, конечно, - согласилась герцогиня. - Мы должны помнить об этом.
Анита посмотрела на герцога.
- Я молилась о чуде, когда споткнулась о кресло ее светлости в харрогитском бювете, -
объяснила она.
- Но вместо этого вы "впали в немилость", - улыбаясь, заметил герцог.
- Нет, - ответила Анита, - это и было чудо, о котором я просила, но пришло оно
самым непостижимым образом.
Подпрыгнув от радости, она продолжала:
- Вы чудом спасли меня от преподобного Джошуа; чудо привело меня сюда. А самое
большое чудо - то, что травы и молитвы вылечили вашу матушку и она снова может
танцевать! Герцог улыбнулся:
- Ты согласна с этим, мама?
- Конечно! - ответила герцогиня. - Но теперь я все-таки хочу присесть.
Герцог подвел ее к удобному дивану. Когда герцогиня села, Анита с ноткой беспокойства
в голосе сказала:
- Вы не слишком утомились? Может быть, позвать лакея - он отнесет вас наверх в
кресле и вы приляжете?
- Нет, все просто замечательно, - ответила герцогиня. - Мне просто нужно перевести
дух, чтобы поговорить с сыном.
- Тогда я вас оставлю, чтобы вы могли побеседовать с его светлостью, - тактично
сказала Анита.
- Полагаю, сначала тебе следует показать ему свое новое платье, - предложила
герцогиня.
Герцог посмотрел на Аниту и понял, почему она выглядит по-другому.
Вместо простого платьица с белым воротничком и манжетами, которое он видел на ней в
Харрогите, она надела прелестное и, без сомнения, дорогое белое платье с широкой юбкой.
Юбку поддерживал кринолин.
Тонкую талию девушки украшал голубой пояс, а ее светлые волосы были убраны на
новый манер, из-за чего она стала еще более, чем прежде, похожа на маленького ангела.
После всего, что Анита сделала для его матери, герцог бы не удивился, если бы у нее за
спиной выросли крылья, особенно когда она покружилась на месте, чтобы показать ему платье
со всех сторон, и сказала:
- Ее светлость была так добра, и я никак, никак не могла ожидать, что она подарит мне
такие замечательные платья. Это тоже часть моего чуда.
- Которая вам очень идет, - добавил герцог. В его голосе прозвучала легкая насмешка.
Анита не поняла, был ли он доволен или счел, что принимать от его матери такие дорогие
подарки - слишком дерзко с ее стороны.
- Мне надо поговорить с тобой, Керн, - сказала герцогиня, - но прежде я хотела бы,
чтобы ты посмотрел, как мы с Анитой украсили бальный зал.
Герцог поднял брови:
- Бальный зал?
- Да, дорогой, в субботу вечером мы даем бал. Я решила, что тогда прием пройдет
успешнее, а от смущения, которое могут испытывать наши юные гостьи, не останется и следа.
Герцогине показалось, будто в глазах ее сына промелькнуло нечто зловещее, и она
поспешно добавила:
- Это будет совсем небольшой бал, только наши гости и ближайшие соседи. Я так
надеюсь, что тебе понравится эта мысль.
- Конечно, я в восторге от любых твоих приготовлений, - сказал герцог.
- Тогда сходи и посмотри на зал, - предложила герцогиня. - Если тебе не понравится,
мы все поменяем.
Судя по тому, как герцогиня произнесла эти слова, ее сын понял: поменять что-либо будет
затруднительно.
Желая сделать ей приятное, герцог поднялся. Анита побежала к двери впереди него.
Только когда они прошли коридор, ведущий в другое крыло дома к большому залу, она
немного обеспокоенно сказала:
- Я так надеюсь, что вы не... возражаете, что я... гощу здесь... по просьбе... вашей
матушки. Она меня пригласила... и на бал.
В ее голосе явственно звучала тревога, словно она боялась, а вдруг герцог будет против,
но он ответил:
- Вы такая маленькая, что, полагаю, не займете слишком много места.
Анита поняла, что он ее дразнит, снова слегка подпрыгнула на ходу и сказала:
- Это так увлекательно! Я никогда раньше не была на балу, и у меня такое красивое
платье!
И после паузы произнесла совсем другим тоном:
- С тех пор как я приехала в Оллертон, я все ждала вашего приезда, чтобы поблагодарить
вас. Я никогда не была так счастлива, как здесь, с вашей матушкой. Нам было так весело
украшать бальный зал. Надеюсь, он вам понравится.
Герцогу вдруг пришло в голову, что большинству ровесниц Аниты было бы скучно
провести с пожилой женщиной две недели без всяких развлечений - даже в Оллертоне.
Но глаза Аниты сияли неподдельным светом, и голос ее звучал взволнованно и искренне.
Да, она говорила правду. В этом нельзя было усомниться.
Они вошли в зал. Остановившись в дверях, герцог в изумлении огляделся. Он всегда
полагал, что длинный бальный зал, пристроенный к дому в самом начале царствования
королевы Виктории, нарушал облик усадьбы, бывшей до того образцом "стиля Адама" .
Теперь зал совершенно изменился. Герцог спросил себя, в какой степени зал обязан своим
превращением воображению Аниты.
Прежде это была комната с молочно-белыми стенами, несколько претенциозными
колоннами и невыразительной отделкой. Теперь - Венеция в миниатюре.
Западную стену украшала фреска. Герцогу показалось, что он смотрит на залитый лунным
светом канал... Вдали виднелся собор Святого Марка. На переднем плане скользили
освещенные гондолы.
С потолка свешивались занавеси из темно-красного атласа, и комната выглядела как
шатер. Освещался зал традиционными венецианскими золотыми фонарями.
Вместо привычных стульев вдоль стен стояли скамейки с сиденьями, обтянутыми
шелком, и подлокотниками в форме носа гондолы.
Герцог почувствовал, что Анита встревоженно смотрит на него, и, помедлив, сказал:
- Очень впечатляет! В Оллертоне еще не видели ничего подобного.
- Вам правда нравится?
- Я целиком и полностью признаю, что зал выглядит в точности, как Венеция.
Анита вскрикнула от радости:
- Я надеялась, что вы так и скажете. Ее светлость никогда не была в Венеции, так что
нам пришлось полагаться на рисунки из книг, которые мы нашли в библиотеке.
- Мне кажется, - проговорил герцог, - что идея принадлежит вам и вы соблазнили
мою мать подобной экстравагантностью.
- Ее светлость сказала, что зал кажется ей слишком уродливым, и предложила украсить
его цветочными гирляндами...
- Но вместо этого ваше воображение подсказало вам это венецианское великолепие.
- Вы довольны... вы в самом деле... довольны? - озабоченно спросила Анита.
- Полагаю, вы были бы очень расстроены, если бы я сказал что-нибудь иное.
- Мне хотелось, чтобы вы увидели зал только в субботу вечером, - сказала Анита, - но
ее светлость немного боялась, что убранство покажется вам чересчур вычурным.
- Не думаю, что наши гости способны на комплименты в итальянском стиле, -
улыбнулся герцог, - но по крайней мере надеюсь, что они изо всех сил постараются быть
романтичными, дабы оправдать ваши ожидания.
Он снова дразнил Аниту. Девушка вспыхнула, и ему стало ясно: после всех злоключений
в Харрогите она придет в ужас при одной только мысли о том, что мужчина может
приблизиться к ней с матримониальными намерениями.
Подобного отношения герцог не ожидал. Впрочем, подумал он, Анита неизбежно станет
бояться всех мужчин, после того как она избежала угрозы быть насильно выданной замуж за
любимого священника своей двоюродной бабушки.
"Она очень юна, - сказал себе герцог, - и конечно, мужчины для нее загадка, ведь она
выросла в деревне. Жаль, если она будет избегать их слишком усердно и упустит возможность
как следует поразвлечься".
Но тут ему в голову пришла мысль, что если ей понравятся ухаживания мужчин, их
комплименты и заигрывания, то, вне всякого сомнения, будет разрушена аура наивной чистоты,
благодаря которой Анита походила на маленького ангела.
Герцог заметил, что девушка приблизилась к фреске в дальнем конце зала и глядела на
гондолы в канале так, словно могла увидеть за ними изящные аркады Венеции.
- Вы молитесь о том, чтобы однажды чудом перенестись в самый пленительный город
мира? - спросил герцог.
- Я думала о его истории, - ответила Анита. - Когда я искала его изображения, я
прочла, что венецианцы растрачивали свою жизнь в поисках развлечений и из-за этого
потеряли свою власть и даже их торговля расстроилась. Мне их так жаль.
- Вы в самом деле полагаете, что поиски развлечений - это трата времени? -
поинтересовался герцог.
- Думаю, что всем хочется развлечений, - серьезно ответила Анита. - Однако их
нужно заработать, как праздник.
Герцог не ответил, и девушка продолжала:
- Ваша матушка рассказала мне, как часто вы выступаете в палате лордов и как вы
стремитесь привести к совершенству ваши дома и поместье. Поэтому мне так хотелось, чтобы
вы наслаждались этим приемом, особенно раз он устроен по такому особому поводу.
Герцог снова нахмурился.
Если ему что-то и не нравилось, так это когда кто-нибудь - пусть даже его мать -
обсуждал его личные дела.
Однако Анита говорила так естественно, что он был раздражен гораздо меньше, чем если
бы на ее месте оказался кто-нибудь другой.
Словно догадавшись, что ее слова прозвучали слишком серьезно, девушка беззаботно
сказала:
- Декорации на месте, все готово, вам осталось только сыграть роль Париса.
Голос ее прозвучал живо и весело: она, очевидно, находила ситуацию чрезвычайно
романтичной. Насмешливо скривив губы, герцог спросил:
- Так вы хотите, чтобы я вручил золотое яблоко?
Анита хихикнула:
- Думаю, ваша светлость, на самом деле это диадема, но для той, кто ее получит, не
будет никакой разницы.
"Пожалуй, все заходит слишком далеко: она дерзит", - подумал герцог.
Он хотел сделать Аните замечание, но тут она сказала:
- Я должна идти. Ее светлости очень хочется узнать, каково ваше мнение о наших
трудах. Она так боялась, что зал вам не понравится. Но я скажу ей, что все в порядке.
Последние слова она уже бросила через плечо на бегу и, прежде чем герцог смог
что-нибудь сказать, исчезла за дверью.
Ее поведение несколько удивило герцога: как может женщина торопиться куда-то, когда
есть возможность побыть с ним наедине?
Он не спешил возвращаться в холл, размышляя о том, как умно было спасти Аниту от
ужасного брака и тем самым найти помощницу и компаньонку для матери.
Ужинали они втроем. Герцог изо всех сил старался развлечь не только герцогиню, но и
Аниту, а та смотрела на него широко раскрытыми глазами, восхищенно внимая каждому его
слову.
Она совершенно не смущалась и вставляла порой странные замечания, забавлявшие
герцога.
Он понимал: бесполезно требовать к себе особого уважения, ведь Анита, очевидно,
пользовалась полным доверием его матери и они свободно обсуждали трех девушек,
приглашенных в Оллертон.
- Должен тебе сообщить, мама, - сказал герцог, - вторая встреча с Розмари Кастор
разочаровала меня.
- Твои слова меня огорчают, - проговорила герцогиня. - В прошлом году ты
придерживался мнения, что она привлекательная юная девушка.
- Теперь она чрезмерно радушна, к тому же напоминает породистую лошадь, - заметил
герцог.
Герцогиня печально улыбнулась, а Анита сказала:
- Когда я пошла в вашу конюшню и увидела ваших коней, я поняла, что скорее выйду
замуж за одного из них, чем за преподобного Джошуа.
- Интересно, - насмешливо произнес герцог, - достаточно ли у вас хорошая
родословная, чтобы стать подходящей невестой Громовержцу или Геркулесу!
Анита знала, что герцог имеет в виду двух прекрасных жеребцов - гордость
оллертонских конюшен.
- Я не стремлюсь так высоко! - вспыхнула она. - Однако вчера Громовержец весьма
снисходительно позволил мне погладить его по шее и угостить морковкой!
Герцог нахмурился.
- Будьте осторожнее, - сказал он. - Громовержцу не всегда можно доверять. Надеюсь,
вы не заходили в его стойло?
- На этот вопрос я отвечать не стану, - потупила взгляд Анита, - а то вы рассердитесь
на меня или на старшего конюха!
- Полагаю, вы хотите сказать, что даже мои лошади не тронут вас, потому что вас
бережет Господь?
- Если я скажу "да", это прозвучит самодовольно, - ответила Анита. - Если "нет", то
это может навлечь несчастье!
Герцог засмеялся.
- Вы совсем не тот ангел, которым пытаетесь казаться, - сказал он. - Иногда вы так
любите хитрить, что, очевидно, принадлежите совсем к другим сферам.
- Если вы меня распознали, - быстро ответила Анита, - мне больше нечего сказать в
свою защиту!
Герцога удивила острота ее ума, и они пикировались и спорили друг с другом до конца
ужина.
Когда герцогиня сразу же после ужина отправилась в постель, он ожидал, что Анита, как
поступила бы на ее месте любая другая женщина, под каким-нибудь предлогом останется,
чтобы продолжить с ним беседу.
Однако девушка поднялась наверх вместе с герцогиней. В тот вечер герцог ее больше не
видел.
На следующее утро после завтрака герцог, как обычно, отправился на конюшню и
обнаружил, что Анита уже там.
Она зашла в стойло Громовержца и теперь одной рукой протягивала жеребцу морковку, а
другой поглаживала его шею.
Некоторое время герцог наблюдал за Анитой, прежде чем она заметила его присутствие.
Когда она оглянулась и увидела его, ее щеки залил румянец, и она сказала:
- Ваша светлость сегодня рано! Я думала, что вы приходите сюда не раньше половины
десятого.
- Так вы меня незаметно опередили!
- Я не хотела приходить сюда сегодня, поскольку вы здесь, - ответила Анита, - но
потом подумала, что Громовержец заскучает по ежедневной морковке.
- Полагаю, добившись расположения моих лошадей, - заметил герцог, - вы ожидаете
приглашения на верховую прогулку?
По лицу Аниты герцог понял, что ей это и не приходило в голову.
Она взглянула ему в глаза, боясь, что он шутит, и сказала:
- Вы... вы в самом деле этого хотите? Я... я могу поехать с вами? Я уже каталась один
раз, но я не люблю оставлять ее светлость одну.
- Что сейчас делает моя мать? - поинтересовался герцог.
- Принимает ванну. Она будет, как всегда, прекрасна, когда сегодня днем приедут ваши
гости, - ответила Анита.
- Значит, сейчас вы не при исполнении служебных обязанностей?
Он помедлил, зная, что Анита напряженно ждет, почти как собака, которая предчувствует
скорую прогулку.
Герцог достал из жилетного кармана часы:
- Даю вам пять минут, чтобы переодеться. Я буду ждать вас у парадной двери и, если вы
опоздаете, уеду один!
Анита вскрикнула от восторга.
Поддерживая обеими руками кринолин, девушка выбежала из конюшни.
Герцог проводил ее взглядом и заговорил со старшим конюхом о лошадях: их он не видел
уже несколько недель.
Чуть позже в парке герцог невольно заметил, что Анита верхом на лошади выглядит
чрезвычайно привлекательно в приталенной амазонке из голубого пике и высокой шляпе с
газовой вуалью.
В своей жизни герцог выбирал очень много нарядов для юных леди и был знатоком
женской красоты. Он понял, что его мать, обладая безупречным вкусом, выбрала для Аниты
костюм, идеально подходящий к ее росту и возрасту.
Лицо же Аниты не нуждалось в украшении. Оно было подобно цветку: сияло чистотой,
восторгом голубых глаз, озорной улыбкой," часто появлявшейся на изящно очерченных губах.
Герцог подумал, что Анита - обворожительное маленькое существо, и он был прав,
полагая, что ей присуще врожденное умение обращаться с лошадьми.
Анита ехала рядом с ним, и ей казалось, что ни один мужчина не может выглядеть более
красивым, чем герцог, сливавшийся с конем в единое целое.
Она задумалась, есть ли животные в геенне огненной.
Потом она сказала себе, что животные рождаются безгрешными, а злыми и дикими
становятся только от дурного обращения с ними.
Нет, небеса полны животными. Без животных нет рая, а в аду тоскуют без них.
В ее мысли ворвался голос герцога:
- О чем вы задумались?
Анита не хотела говорить, что думает о нем, а потому ответила:
- Я размышляла о животных и о том, что они значат в нашей жизни.
- У вас было много животных? - поинтересовался герцог.
- У папы до несчастного случая было довольно много лошадей, и, конечно, мы держали
собак. А еще, когда я была маленькой, у меня была кошка, которая спала, свернувшись, у меня
на кровати.
- Все это научило вас обращаться с такими лошадьми, как Громовержец?
- Мне кажется, все дело в том, что я люблю его и он это знает, - ответила Анита. -
Лошади и любому другому животному гораздо легче понять наши мысли и чувства, чем нам -
мысли и чувства других людей.
- Почему? - с любопытством спросил герцог.
- Потому что мы не пользуемся шестым чувством.
- Считаете, что во время нашей первой встречи вы им воспользовались?
- Нет, - покачала головой Анита, - я просто смотрела на вас. Только позже, когда вы
были так добры ко мне и помогли убежать, я поняла: вы не пали с небес, как я воображала, а
живете в раю - здесь, в Оллертоне.
- Хотел бы я, чтобы это было правдой.
- Но это правда! - с уверенностью заявила Анита. - Как вы можете быть столь
неблагодарным?
- Неблагодарным?
- Вы ведь не признаете, что нет ничего более прекрасного, более совершенного, чем дом
и поместье, которые вам принадлежат. Кроме того, ваша матушка любит вас больше всех на
свете.
Когда Анита заговорила о герцогине, голос ее смягчился.
Некоторое время всадники ехали молча. Герцог размышлял о прибывающих сегодня днем
девушках. Одна из них станет его женой и разделит с ним совершенство Оллертона.
Вдруг Анита, словно прочитав его мысли, очень мягко спросила:
- Вы обязаны это сделать?
Герцогу не пришло в голову, что он должен возмутиться ее осведомленностью в его
личных делах.
- У меня нет другого выхода, - спокойно ответил он. - Если этот вечер окончится
неудачей, придется устраивать другие приемы. Но финал один. Я не могу убежать!
Желая заглушить собственные мысли, герцог коснулся крупа Громовержца кончиком
хлыста. Жеребец галопом ринулся вперед, и продолжать беседу стало невозможно.
Вернувшись домой, Анита поднялась в свою комнату, чтобы переодеться. Она посмотрела
из окна на парк, где только что ехала верхом.
Солнечные лучи мерцали на стволах огромных дубов и озерной глади, по которой с
изысканной грацией скользили лебеди.
"Пожалуйста, Господи, пусть он найдет себе ту, что сделает его счастливым", - всем
сердцем молилась Анита.
Затем она быстро надела одно из своих новых чудесных платьев, беспокоясь, что
герцогиня уже ждет ее.
Как и предполагала Анита, почти все гости прибыли вовремя: они приехали на поезде
герцога, а на конечной станции пересели в удобные экипажи.
Герцогиня встречала их в Серебристой гостиной на первом этаже дома.
- Вы хотите, чтобы я была здесь, мэм? - спросила Анита. - Может быть, вы и его
светлость предпочитаете встречать гостей одни?
- Конечно, нет, милая, - ответила герцогиня. - Думаю, вы нам оченьпоможете, ведь
это не обычный прием.
- Потому что девушки, которых вы пригласили, очень юны?
- Именно так! - согласилась герцогиня.
- По-моему, с ними нетрудно будет общаться. Им здесь понравится, - сказала Анита. -
Я убеждена, что моя сестра Сара - душа лондонских приемов. Еще мама говорила, что она
способна оживить вечер.
- Надеюсь, вы сделаете то же самое, - улыбнулась герцогиня.
Анита чувствовала, что ее светлость встревожена, но не по
...Закладка в соц.сетях
