Жанр: Любовные романы
Искушения парижа
...летней давности! А что теперь? Только взгляни
на меня! Я постарела, у меня появились
морщины. Даже не трудись со мной спорить. Зеркала мне не лгут... Моя красота,
Гардения, осталась в прошлом. Но я
стараюсь и буду продолжать стараться ее вернуть. Говорят, что в Венгрии изобрели
новый метод...
Она резко замолчала, воодушевление мгновенно исчезло с ее лица.
- Только в данный момент не время разговаривать об этом.
Сейчас нам следует обсудить твою ситуацию. Ты поступила абсолютно
правильно, приехав ко мне, детка. К кому еще ты
смогла бы обратиться за помощью? Не страшно было отправляться в дорогу одной?
Гардения пожала плечами.
- В любом случае сопровождать меня теперь некому, - ответила она печально.
- Конечно, было бы правильнее
предупредить вас заранее о своем приезде, но для нашего дома уже нашли
покупателя и меня торопили с выселением. Я
распродала соседям остатки мебели, часть вырученных денег потратила на раздачу
долгов, а то, что осталось, взяла с собой.
Телеграмму не смогла бы вам дать, это слишком дорого.
- Итак, ты приехала вчера вечером, - произнесла герцогиня. - Я на самом
деле не поверила Ивонн, когда она сообщила
мне, что ты здесь.
Гардения робко кивнула.
- Конечно. Я заявилась так неожиданно. Глупая, я даже не подумала о том,
что у вас может быть вечеринка. Решила, что
приеду и сразу вам обо всем расскажу... И вы меня поймете...
- Я понимаю, все понимаю, девочка, - сказала герцогиня. - Поэтому считаю,
что нам стоит немедленно обсудить, как тебе
быть. Оставаться здесь ты не можешь.
- Даже ненадолго? - Гардения испуганно моргнула. - Я, естественно, как
можно быстрее займусь поисками работы, я
думала над этим всю дорогу. Только вот не знаю, что я смогу делать. Для того
чтобы быть гувернанткой, у меня не хватает
знаний. Я ведь получила весьма скромное образование. Я владею французским - на
том, чтобы я им занималась, настояла
мама. А еще играю на фортепиано и немного умею рисовать. Арифметика всегда
давалась мне с трудом, равно как и письмо.
- Быть гувернанткой - это просто кошмар. - Герцогиня скривила губы. - Ты не
должна этим заниматься. Ты ведь моя
племянница.
Гардения вздохнула.
- Что же вы мне посоветуете? Может, стать чьей-нибудь компаньонкой?
- Что ты! - Герцогиня фыркнула:
- Быть сопровождающей какой-то другой женщины? О, это убийственно!
- Но что мне остается? - спросила Гардения, беспомощно хлопая ресницами.
- Выйти замуж, моя девочка. Вот что! - провозгласила герцогиня.
Щеки Гардении покрылись легким румянцем.
- Естественно, я надеюсь, как надеются все девушки, - пробормотала она
смущенно, - что однажды влюблюсь в какогонибудь
мужчину. Хотя в последнее время я и думать не могла о знакомствах и
развлечениях... Сначала болел папа, потом он
умер. Вскоре слегла и мама...
- Да, да, мы должны выдать тебя замуж, - сказала герцогиня твердо. - Надо
только решить, каким образом это лучше
устроить.
- Можно мне пожить у вас хотя бы немного? - дрожащим от волнения голосом
спросила Гардения. - Вот увидите, я не
доставлю больших хлопот. И смогу помочь вам ухаживать за домом. Ведь я умею шить
и...
Повелительным жестом герцогиня прервала ее.
- Девочка моя, у меня десятки слуг. За моим домом следят они, понимаешь? А
тебя мне следует выдать замуж. Надо
подобрать тебе хорошего мужа. А для начала...
Ее лицо сделалось озадаченным, и она замолчала. А выдержав паузу,
продолжила:
- О, дорогая моя! Даже не знаю, что нам делать! У меня на примете нет ни
одной дамы, которая смогла бы стать для тебя
компаньонкой. Ни одной!
- Я не понимаю... - Гардения покачала головой.
- Разумеется, - ответила герцогиня. - Ты и не можешь ничего понять. Потому
что не знаешь о существовании некоторых
проблем. Только не подумай, что я не хочу оставлять тебя в своем доме. Но все
довольно сложно...
- Если вы боитесь, что я не подхожу для ваших вечеринок, то я просто не
буду их посещать, - сказала Гардения. - Вчера
вечером я слышала, что у вас ужасно весело. И не пошла вас разыскивать. А знаете
почему? Лорд Харткорт настоятельно
посоветовал мне не делать этого.
- Лорд Харткорт! - воскликнула герцогиня. - Значит, ты его уже видела?
- Да, - ответила Гардения. - Вчера я встретилась с ними в холле - с ним и
еще с одним молодым человеком, графом Андрэ
де... Не помню его фамилии. - Она решила не рассказывать тете о нахальной
выходке графа.
- Наверное, это был Андрэ де Гренэль. Ты сообщила им, что приходишься мне
племянницей? - поинтересовалась
герцогиня.
- Только лорду Харткорту, - сказала Гардения. - Мне не следовало этого
делать?
- Нет-нет, почему же! Ты поступила правильно. И какова была его реакция? Он
удивился?
- Гм... - промычала Гардения. - Видите ли, мы разговаривали с ним при
довольно необычных обстоятельствах... Находясь
еще в холле, я потеряла сознание. Наверное, очень устала в дороге, а еще
проголодалась. Лорд Харткорт отнес меня в одну из
комнат на первом этаже.
- Как мило с его стороны! - Герцогиня удивленно вскинула бровь. - А ведь
подобные поступки для него не характерны.
Обычно этот человек держится очень высокомерно. Когда он приходит ко мне на
вечеринки, у меня возникает ощущение,
что я недостойна его общества.
- Что вы, тетя. Наверняка лорд Харткорт относится к вам совсем не так, как
вы думаете, - сказала Гардения, кривя душой.
- Значит, лорд Харткорт тебя видел, - медленно произнесла герцогиня. - И
Андрэ тоже... Это все усложняет.
- Но почему? - изумленно спросила Гардения.
Герцогиня махнула рукой.
- Все равно сейчас тебе будет трудно это понять, моя девочка. Что ж,
попытаемся что-нибудь придумать. - Она серьезно
посмотрела Гардении в глаза. - Поступим так: ты останешься у меня, но
пообещаешь, что будешь выполнять все, что я тебе
ни скажу. Если я посчитаю, что тебе пора спать, ты отправишься в постель. Если
решу, что тебе не стоит общаться с
определенными людьми, ты не станешь мне перечить. Договорились?
- Конечно, - ответила Гардения. - Я ужасно рада, что вы позволяете мне
остаться.
- В данный момент я не могу поступить иначе, - протянула герцогиня и
улыбнулась. - Хорошо, что ты поживешь со мной,
детка. И хорошо, что, несмотря на свою молодость, ты не настолько красива, чтобы
затмить меня полностью.
- Красива? - Гардения запрокинула голову и рассмеялась. - Папа говорил, что
мне никогда не достичь того великолепия,
которое предполагает мое имя. По его мнению, я сравнима со скромной садовой
розочкой, с маргариткой, но отнюдь не с
экзотической гарденией.
- Тем не менее у тебя немало шансов, - внимательно разглядывая племянницу,
заметила герцогиня. - Мы займемся тобой и
посмотрим, что из этого получится. Во-первых, полностью изменим твою прическу. А
во-вторых, переоденем тебя в другой
наряд. Это платье безбожно старомодно.
- Да, - согласилась Гардения.
- А еще тебе не следует носить черное, - сказала герцогиня. - Это выглядит
чересчур мрачно и отнюдь не привлекательно
для мужчин. От черного мы откажемся. Ты должна выглядеть так, как подобает
выглядеть моей племяннице и, поскольку у
меня нет детей, моей наследнице.
Гардения испуганно покачала головой.
- Тетя Лили! Подобные мысли мне даже в голову не приходили.
- Только не думай, что это огромное счастье, - пробормотала герцогиня
несколько усталым тоном. - Я богата, но не
рассчитывай, что только из-за этого вокруг тебя сразу образуется толпа
подходящих кандидатур для роли мужа.
- Наверняка, будучи герцогиней, вы играете важную роль в жизни парижского
высшего общества, - произнесла Гардения с
благоговением.
Герцогиня повернула голову и посмотрела на нее так, будто собралась о чемто
заговорить. Но в следующее мгновение
передумала.
- Мы побеседуем обо всем позднее, - сказала она. - В данный момент нам
необходимо заняться твоей внешностью.
Пока ты в таком виде, я не смогу тебя познакомить даже с месье Бортом.
Она дернула за веревку колокольчика и через несколько секунд дверь
открылась, и в комнату вошла служанка.
- Ивонн, - обратилась к ней герцогиня, - моя племянница, мадемуазель
Гардения, останется у меня. Ей нужны новое
платье, новая прическа и все остальные необходимые вещи.
Сейчас я приведу себя в порядок, и мы с ней направимся к мсье Ворту. Но в
таком виде она не может никуда идти, ты ведь
понимаешь.
- Конечно, мадам! Прекрасно понимаю! - воскликнула служанка.
- Очень хорошо, Ивонн. Подыщи что-нибудь подходящее для мадемуазель
Гардении. Может, что-нибудь из моих старых
платьев, в которые теперь я уже не вмещаюсь. А потом я куплю ей другие наряды.
- Спасибо вам, тетя Лили! - поблагодарила герцогиню Гардения. - И за
желание меня нарядить, и за позволение остаться.
Если бы вы только знали, как я счастлива! Когда умерла мама, мне показалось, что
наступил конец света. Теперь у меня есть
вы, и все изменилось.
- Теперь у тебя есть я, - повторила герцогиня как-то странно и подалась
вперед, подставляя Гардении щеку для поцелуя. -
Да благословит тебя Господь, девочка. Будем надеяться, что все как-нибудь
устроится.
- Я обещаю во всем вас слушаться, во всем, - сказала Гардения.
Герцогиня грустно улыбнулась и повернулась к служанке, - Ивонн, отведи
мадемуазель к мсье Груазу. Передай ему, что я
прошу его выслать деньги тем людям, имена которых назовет мадемуазель Гардения.
- Хорошо, ваша светлость, - сдержанно ответила Ивонн и, даже не глянув на
Гардению, зашагала к двери.
Гардения сделала несколько шагов, направляясь вслед за ней, но
приостановилась и повернула голову.
- Еще раз спасибо, тетя Лили. Огромное спасибо. Я страшно боялась, что вы
меня не примите.
- Беги, детка, - ответила герцогиня мягко. - И ни о чем не беспокойся. Все
будет хорошо.
Как только дверь за Гарденией закрылась, она вновь упала на подушки,
закрыла глаза и тихо простонала:
- Бедное дитя. Как я смогу ей все объяснить? Вообще-то рано или поздно она
сама узнает правду...
Гардения тем временем в приподнятом настроении шла по лестнице за Ивонн.
Они спустились в холл.
Еще вчера вечером она сидела здесь на своем потертом чемодане, чувствуя
себя несчастнейшей из людей. Теперь же ее
душа ликовала, и было не страшно думать о завтрашнем дне.
Повсюду суетились люди, целая армия людей в рабочей одежде. Они чистили
ковры на лестнице, удаляя с них пятна от
напитков и еды, драили полы в холле и в главной гостиной.
Проходя мимо большого ведра с мусором, Гардения заметила в нем хрустальные
осколки.
"Наверное, кто-то умудрился разбить вчера даже люстру, - подумала она. - И
зачем тетя Лили устраивает столь безумные
вечеринки? Для чего ей это нужно? Ах да! Я опять забыла, что нахожусь во
Франции. Французы в отличие от нас,
сдержанных англичан, обожают веселье".
Ивонн подвела Гардению к комнате, расположенной напротив той, в которую
вчера ее отнес лорд Харткорт, постучала в
дверь и вошла вовнутрь.
Гардения проследовала за ней.
В комнате за письменным столом, заваленным бумагами, сидел седоволосый
мужчина средних лет. По всей вероятности,
это и был мсье Груаз.
Ивонн передала ему распоряжения герцогини и представила ее племянницу. Она
говорила настолько быстро, что
Гардения уловила лишь некоторые слова.
Мсье Груаз поднялся из-за стола, приветливо улыбнулся и протянул Гардении
руку.
- Enchante de faire votre "Рад с вами познакомиться (фр.).", Ma'm'selle, -
сказал он.
А продолжил по-английски:
- Ивонн сообщила, что я должен кое-что для вас сделать.
- Да, да, - пробормотала Гардения. - Оплатить несколько счетов. - Сильно
смущаясь и волнуясь, она достала из кармана
лист бумаги. - Боюсь, их довольно много...
- Напротив! Довольно мало! - воскликнул мсье Груаз, взяв у нее список. - Вы
уверены, что никого не забыли?
Гардения кивнула.
- Уверена. - Она нервно сглотнула. - Но... Если вдруг я вспомню о ком-то
еще... Можно мне прийти к вам позднее?
- Безусловно, Ma'm'selle, - ответил мсье Груаз. - Я к вашим услугам. А этим
людям отправлю деньги уже сегодня. - Он
кивнул на список. - По почте. Они смогут получить их в ближайшем почтовом
отделении.
- Очень мило с вашей стороны, - произнесла Гардения, с облегчением вздыхая.
- Я вам бесконечно признательна. - Не
стоит благодарить меня, Ma'm'selle, - пробасил мсье Груаз, сияя. - Быть вам
полезным - для меня честь.
- Спасибо, - сказала Гардения.
Ивонн ждала ее у двери. Когда они обе вернулись в холл, она рукой указала
на лестницу.
- А теперь пойдемте опять наверх, Ma'm'selle.
В это самое мгновение лакей у парадного хода распахнул двери, и Гардения
услышала знакомый голос:
- Если ее светлость дома, пожалуйста, предайте ей, что лорд Харткорт и
мистер Бертрам Каннингхэм хотели бы ее видеть.
- В этот час для посетителей ее светлости дома нет, - ответил лакей пофранцузски.
Гардения повернула голову и увидела переступающего порог лорда Харткорта.
Теперь ей не оставалось ничего другого,
как подойти к нему и поздороваться. К ее лицу прилила краска.
- Здравствуйте, лорд Харткорт, - произнесла она, приблизившись к выходу. -
Вчера вечером вы мне очень помогли.
Благодарю вас.
- Надеюсь, что сегодня вы чувствуете себя лучше, - ответил лорд Харткорт,
приподнимая цилиндр. - Наверное, поездка
изрядно вас утомила.
- Верно, в дороге я сильно устала, - призналась Гардения.
- Неудивительно, - прозвучал чей-то голос сбоку, и Гардения повернула
голову.
Рядом с лордом Харткортом стоял высокий, очень элегантный темноволосый
молодой человек с небольшими темными
усиками и ослепительной улыбкой.
Губы Гардении тоже расплылись в улыбке.
- Позвольте представить вам моего кузена, Бертрама Каннингхэма, - сказал
лорд Харткорт. - Вашего имени я, к
сожалению, так и не узнал вчера. Мы познакомились при весьма необычных
обстоятельствах.
- Меня зовут Гардения Уидон, - сообщила Гардения.
Бертрам Каннингхэм пожал ей руку.
- Я рад, что в Париже вас встретил именно англичанин, - произнес он. -
Кузен рассказал мне о вашем вчерашнем
появлении в этом доме в столь поздний и столь шумный час.
Наверное, не зная Парижа, не очень приятно приезжать сюда впервые, да еще и
одной! Это я решил, что нам следует
прийти сюда сегодня утром и убедиться, что с вами все в порядке.
Судя по вашему виду, это действительно так.
- Да, я чувствую себя хорошо, - сказала Гардения.
- Вот и прекрасно! - провозгласил Бертрам.
Только сейчас заметив, что он до сих пор держит ее руку в своей руке,
Гардения поспешно убрала ее.
- Мы хотели бы пригласить вас на прогулку. Уверен, это пошло бы вам на
пользу. - Бертрам опять очаровательно
улыбнулся, повернул голову и кивнул во двор. Двери были раскрыты.
Гардения проследила за его взглядом. На дороге перед домом стоял элегантный
черно-желтый экипаж, запряженный
черными красавцами-лошадьми.
- Какая прелесть! - невольно сорвалось с губ Гардении. - Лошадки просто
потрясающие!
- Они - моя гордость! - с радостью сообщил Бертрам. - Но, если хотите, мы
можем прокатиться и на автомобиле.
- Нет, нет, - ответила Гардения. - Я без ума от лошадей.
Только сегодня я не смогу отправиться с вами на прогулку.
Мы с тетей собираемся... - Она чуть было не посвятила гостей в те планы,
что они наметили с герцогиней на сегодня, но
вовремя осеклась. - Мы собираемся кое-куда съездить.
- Вы уже виделись с ее светлостью? - поинтересовался лорд Харткорт.
Гардении тут же вспомнился их вчерашний разговор.
- Да, мы уже виделись, - ответила она сухо. - Тетя очень обрадовалась моему
приезду. Я остаюсь у нее.
Ей показалось, что, услышав ее последние слова, лорд Харткорт изменился в
лице. Она понимала, что это абсурдно, но
ясно видела, что в его глазах отражается разочарование.
- Что ж, я рад за вас обеих, - ответил он каким-то скучающим тоном и
повернулся к кузену. - Раз мисс Уидон сегодня
занята, Берти, нам придется отправляться на прогулку вдвоем.
- Надеюсь, очень скоро мы снова увидимся, мисс Уидон, - сказал Бертрам,
глядя Гардении в глаза. - Если герцогиня
пригласит меня на завтрашнюю вечеринку, то я обязательно приду, чего бы мне это
ни стоило.
- Буду рада вновь с вами встретиться, - ответила Гардения. - До свидания.
Лорд Харткорт не вымолвил ни слова. Гардении почудилось, что в нем
появилась какая-то странная агрессия. Он
приподнял край цилиндра, резко вышел и решительно зашагал вниз по ступеням.
Бертрам Каннингхэм направился вслед за ним, но посередине лестницы
приостановился и повернул голову.
- Вы уверены, что не можете поехать с нами? - спросил он с надеждой в
голосе. - Я хотел бы одним из первых показать
вам Париж.
- Сегодня я действительно занята, - сказала Гардения. - И даже если бы это
было не так, без разрешения тети я никуда бы
не поехала.
- А завтра? Можно, я заеду за вами завтра? В это же время. Уверен, ее
светлость ничего не будет иметь против.
Пообещайте, что не откажете мне?
- Я ничего не могу вам обещать, - ответила Гардения, несколько сбитая с
толку настойчивостью своего нового знакомого.
- Тогда хотя бы подумайте над моим предложением! - Бертрам Каннингхэм
сбежал вниз по лестнице, сел в экипаж и взял
в руки поводья. А отъехав на некоторое расстояние, повернул голову и помахал
Гардении рукой.
Лорд Харткорт ни разу не оглянулся.
- Крайне неприятный человек этот лорд Харткорт, - пробормотала Гардения. -
И явно меня невзлюбил.
Она пошла за Ивонн вверх по лестнице, размышляя о том, что должна
поговорить с тетей о приглашении Бертрама
Каннингхэма. Естественно, если бы она была в Англии, то ни за что не отправилась
бы на прогулку с малознакомым
молодым человеком без компаньонки. Но во Франции все было по-другому. Тем более
в Париже - городе свободы и веселья.
Наверное, здесь не придерживались столь строгих правил.
В противном случае Бертрам Каннингхэм не стал бы так настойчиво ее
приглашать.
Конечно, сидеть наедине с мужчиной в закрытой машине не очень прилично,
подумала она. Совсем другое дело - в
открытом экипаже.
Ей вспомнились многочисленные истории о том, как разные мерзавцы заманивают
девушку в машину, увозят неизвестно
куда и, если та отказывается вступать с ними в близость, выкидывают посреди
дороги.
Бертрам Каннингхэм совсем не похож на негодяя, решила Гардения. Он веселый
и галантный и вряд ли позволил бы себе
какие-то вольности.
Ей вдруг нестерпимо захотелось оказаться в обществе своих ровесников,
подобных этому молодому человеку. Смеяться с
ними, радоваться жизни и не ломать голову над тем, как вернуть кому-то долг или
где раздобыть еду.
Ивонн провела ее по коридору на втором этаже мимо спальни тети и,
остановившись у одной из дальних комнат, открыла
дверь.
В этой комнате было просторно и светло. Большое единственное окно выходило
в сад. Вдоль стен стояло множество
шкафов.
- Это гардеробная ее светлости, - сообщила Ивонн и принялась открывать одну
за другой дверцы шкафов У Гардении
разбегались глаза. Такого огромного количества платьев она не видела никогда в
жизни.
- Очаровательное создание эта крошка! - воскликнул Бертрам, когда они
проезжали мимо Триумфальной арки. - Никогда
бы не подумал, что у знаменитой Лили такая племянница.
Лорд Харткорт хмыкнул.
- Ты ведь сам рассказал мне, что семья у Лили была вполне порядочной.
- По крайней мере так говорил мой отец, - ответил Бертрам. - Как ты
считаешь, что ожидает эту девочку в будущем?
Лорд Харткорт пожал плечами.
- По всей вероятности, мисс Уидон действительно намеревается остаться у
Лили. А она довольно упряма, я это понял еще
вчера.
- Упрямая? - переспросил Бертрам. - Эта маленькая английская пташка? Ну не
знаю. У меня создалось такое впечатление,
что она только что упала из гнезда. И что совсем еще не знает жизни.
- Полагаю, герцогиня научит ее всему, чему следует, - иронично заметил лорд
Харткорт.
- И приоденет, - добавил Бертрам. - Тогда малышка Гардения станет весьма
привлекательной. - Он помолчал. - А вообще
вся эта история довольно странная. К Лили приезжает племянница с невинным как у
ангела лицом и остается в ее доме... Я не
удивлюсь, если предположение Андрэ окажется правдой. Возможно, Лили задумала
выкинуть очередной фокус.
Все это слишком подозрительно. И чертовски занимательно!
- Может, поговорим о чем-нибудь другом? - спросил лорд Харткорт скучающим
тоном.
- Ты неисправим, Вейн! - проворчал Бертрам. - Не видишь забавного ни в чем!
А мне было бы очень интересно покатать
эту малышку по Парижу. Я до смерти устал от блистательных красоток "Максима".
Только представь себе: на прошлой
неделе Джеффри подарил Иветте браслет с бриллиантами, а она вернула его ему,
потому что нашла камни недостаточно
крупными.
- Но Джеффри может позволить себе купить все что угодно, - невозмутимо
заметил лорд Харткорт. - Мог бы подарить
своей Иветте то, что ей нравится.
- Конечно, но речь не об этом! Только подумай, насколько безгранична
неблагодарность женщин! - воскликнул Бертрам. -
Они вечно чем-нибудь недовольны. Вспомни Мари, с которой я некоторое время
встречался. Эта красавица вечно ныла: то
ей подали несвежую икру, то налили шампанского, отдающего пробкой, то усадили на
неудобное место, то подарили
орхидеи не того цвета, какого ей хотелось! Она меня замучила, поэтому я и порвал
с ней. Теперь за ней ухаживает Освальд!
Несчастный! Ему можно только посочувствовать. - Он вздохнул. - Я прекрасно
понимаю, что девочки стоят денег. В конце
концов, их даже приятно тратить на ублажение этих прелестных созданий. Но
хотелось бы получать в ответ хоть немного
признательности.
- Бедный Берти, - ответил лорд Харткорт. - Я и не думал, что за свои
старания от женщин ты не получаешь ничего.
- Эй, не смей надо мной смеяться! - с шутливым возмущением вскрикнул
Бертрам. - И не считай меня скупердяем.
Мне просто никогда не везет. Я увлекаюсь женщинами слишком быстро и так же
быстро разочаровываюсь в них. У тебя
все по-другому. Выбирать подруг у тебя талант. Чего стоит, например, твоя
Анриэтта!
Лорд Харткорт промолчал.
Тогда Бертрам добавил:
- Может, я слишком много болтаю, Вейн, но иногда очень нужно открыть комунибудь
душу. Лучше всего родственнику,
понимаешь?
- Родственнику? - Лорд Харткорт выдержал паузу. - Наверное, ты прав. Что ж,
дам тебе такой совет, мой дорогой кузен:
если ты нашел интересной эту английскую пташку, как ты ее называешь, попробуй за
ней поухлестывать. Может, она и стоит
того, несмотря на все мои дурные предчувствия.
Глава четвертая
Гардения влетела в комнату герцогини.
- Тетя Лили, ничего не выйдет! - взволнованно сообщила она, но тут же
замерла на месте и ахнула. - Какая вы красивая!
В платье из нежно-голубого шифона с букетиком шелковых розочек, приколотых
бриллиантовой брошью к груди, и во
внушительных размеров шляпе герцогиня стояла спиной к окну и в самом деле
выглядела почти так же восхитительно, как
тогда, когда семь лет назад приезжала к родственникам в Англию.
- Спасибо, детка, - сказала она, явно польщенная комплиментом племянницы.
- Ваше платье великолепно, - восторженно пробормотала Гардения. - А шляпа!
Шляпа "Веселая вдова"! Подобные я много
раз видела в газетах, но никогда не думала, что на даме они смотрятся настолько
эффектно.
- Как ты назвала эту шляпу? "Веселая вдова"? - Губы герцогини искривились в
улыбке. Она повернулась к зеркалу и еще
раз взглянула на свой потрясающий головной убор.
- У нас в деревне все только об этом и болтают! - сообщила Гардения. - О
платьях "Веселая вдова", о шляпах и локонах
"Веселая вдова". Мы с мамой умирали со смеху, просматривая газеты и журналы с
изображением таких шляп. Все
представляли, как бы мы в них смотрелись. Нам казалось, это было бы довольно
комичное зрелище. - Она сложила ладони
вместе, поднимая их к груди, словно собиралась помолиться. - Но на вас эта вещь
смотрится просто восхитительно. Очень
красиво и нарядно!
Герцогиня с довольным видом повернулась к двум служанкам, по-видимому,
помогавшим ей наводить красоту. Сейчас
обе девушки усердно занимались уборкой: подбирали с пола оберточную бумагу,
шпильки для волос, раскладывали по
местам щипцы для завивки, кремы и лосьоны в цветных тюбиках.
- Мадемуазель говорит, что ей нравится мой вид, - перевела им герцогиня,
медленно крутясь перед зеркалом.
Только сейчас Гардения заметила, как преобразилось ее лицо. Теперь оно было
не землистого цвета, как утром, а
молочно-розового.
Какие, оказывается, чудеса можно сотворить, если имеешь кремы и румяна,
подумала она изумленно.
- Итак, я готова! - объявила герцогиня, проводя рукой по обвивавшим ее шею
и скрывавшим явные признаки старения
многочисленным рядам жемчуга и бриллиантов.
- Но... Тетя Лили... - растерянно произнесла Гардения. - Мы не смогли
подобрать для меня ничего подходящего. Я и
пришла к вам для того, чтобы сказать об этом. Все ваши платья мне ужасно
понравились. И их так много! Я никогда в жизни
не видела столько красивых вещей! К сожалению, мне все они слишком велики. Ивонн
говорит, ей потребуется несколько
часов, если не несколько дней, на то, чтобы перешить для меня хотя бы одно из
них...
- Верно, ваша светлость, - подтвердила с порога Ивонн. - Ma'm'selle
перемерила все, что есть в ваших шкафах. Ей ничего
не подошло. - Она развела руками.
Герцогиня нахмурила брови и еще раз внимательно осмотрела племянницу.
- Но в этом платье ты не можешь идти куда бы то ни было, - сказала она
категорично. - Даже Ивонн в выходные дни
одевается приличнее.
- Тогда мне вообще не следует покидать дом, - несчастным тоном пробормотала
Гардения.
- Ну уж нет! - возразила герцогиня. - Сшить для тебя одежду - это главное,
что нам нужно сделать. Без нее обо всем
остальном не может быть и речи. О! У меня появилась идея! Несмотря на то что на
улице тепло, я накину соболиную шубку.
Весной погода всегда обманчива.
Гардения недоуменно захлопала глазами, не понимая, к чему тетя клонит.
- У тебя есть какое-нибудь другое платье, пусть даже летнее, только не
мрачного цвета? - спросила герцогиня.
Гардения кивнула.
- Есть. Из розовой кисеи. Я сама его сшила. - Она смущенно пожала плечами.
- Наверное, оно не очень элегантное... Этот
фасон я увидела в одном из журналов мод...
-
...Закладка в соц.сетях
