Жанр: Любовные романы
Династия любви
...адресована ей.
Узнав почерк, девушка поняла - это от Патрика.
Пока Мэри-Ли играла со своей новой шкатулкой, уже в сотый раз открывая и закрывая ее. Тила развернула записку и
прочла:
Дорогая Оттила,
Это подарок для Мэри-Ли.
Я надеюсь, что срочная доставка, пусть даже маленькая, произойдет как можно скорее.
Ваш Патрик.
Тила в недоумении несколько раз перечитала записку.
Конечно, подарок был лишь хитроумным способом напомнить ей о ее обязанностях.
Так никто не сможет догадаться, что он связывался с ней.
Она уже почти забыла об условии, на которое согласилась в свое время.
Столько всего навалилось на нее за последние дни, что она совершенно не вспоминала об уговоре шпионить за Клинтом
Викхэмом.
Теперь настала пора вернуться к этому.
От одной лишь мысли о столь унизительной миссии Тила почувствовала отвращение.
Она хотела прямо сейчас найти Патрика и потребовать, чтобы тот оставил ее в покое, а также заявить, что не будет делать
ничего подобного.
Но здравый смысл победил чувства.
Патрик не раз намекал: человек, который облагодетельствовал его, Роби и Типу, может превратиться в злейшего врага,
если не получит того, что ему необходимо.
"Да, я должна что-нибудь выяснить!" - подавленно сказала она себе.
Она стала мучительно думать, как бы ей это сделать, когда в комнату вошел другой лакей и громко объявил:
- Мистер Викхэм ожидает мисс Мэри-Ли в гостиной.
- А можно я возьму с собой шкатулку? - спросила малышка у Типы.
- Конечно, раз тебе так хочется, - ответила девушка. - И не забудь поблагодарить мистера О'Келли за подарок.
- Я буду с ним очень вежлива, - пообещала Мэри-Ли.
Она взглянула на Типу.
- Пойдемте со мной, тогда вы тоже сможете поблагодарить его.
- Я думаю, твой папа ждет тебя одну.
- Какая разница,; мы все равно не будем с ним вдвоем, там внизу столько людей, - недовольно промолвила Мэри-Ли. - И
все они будут сюсюкать со мной только для того, чтобы доставить ему удовольствие.
Тила рассмеялась.
Она оценила незаурядный ум малышки, понимающей, что большинство комплиментов, которые она слышит в свой адрес,
говорятся ради ее отца.
А вслух сказала;
- Иди вниз и будь приветливой со всеми.
Комплименты принимай с улыбкой и отвечай:
"Спасибо!"
- Я думаю, папа будет отвечать за меня, - изрекла Мэри-Ли. - Он любит, когда меня хвалят.
- Я тоже, - улыбнулась Тила, - так что не забудь рассказать мне о том, что услышишь, когда вернешься.
- Было бы лучше, если б вы спустились со мной, - предприняла последнюю попытку Мэри-Ли, но, не услышав ответа,
побежала к двери.
Тила полистала книгу, которую до этого читала девочке, и прошла к себе в комнату.
Она думала о дочери маркизы, которая по указанию Патрика целый вечер будет крутиться перед носом мистера Викхэма.
И, возможно, тогда он почувствует к этой леди Вивьен то же самое, что прошлой ночью чувствовал к ней.
Потом девушка рассердилась на себя.
"Он был груб, и хватит о нем думать", - наложила она запрет на подобные терзания.
Единственным приемлемым оправданием для него было то, что он американец и не знает, как должны вести себя
настоящие джентльмены.
Девушка подошла к окну и посмотрела на фонтан.
Солнце тонуло в собственных лучах, которые отражались в воде, а разноцветные брызги устремлялись к небу.
Сад казался ослепительно красивым.
Какая удача - быть частью этого сада, частью Ставерли!
"Что бы ни случилось, что бы ом ни говорил, - подумала она, - мистер Викхэм дал нам возможность вновь почувствовать
эту изумительную красоту, о чем нельзя забывать".
Уложив Мэри-Ли, Эмили выдала Типе подробную информацию о том, как выглядели дамы за ужином.
После этого девушка решила печь спать.
Она разделась и юркнула в постель, но вдруг ее посетила неожиданная мысль: сегодня подходящая ночь, чтобы раздобыть
информацию для Патрика.
Сев на кровати, она стала соображать, где можно найти хоть какие-нибудь сведения.
Ей казалось маловероятным, чтобы важные бумаги лежали просто где-нибудь на стопе.
Они наверняка заперты в сейфе.
"Я даже не представляю, что мне надо искать, - в ужасе подумала Тила. - Может, обычный заголовок или адрес на письме
покажется весьма ценной информацией для того, кто понимает их значение. Наверное, стоит пойти и посмотреть".
Сегодня подходящая ночь для этого, потому что после таких домашних балов гости расходятся довольно рано.
От Эмили она узнала, что все приглашенные готовятся к приезду оркестра из Лондона.
Значит, завтра вечер будет долгим и гостям после утомительной дороги и сытного ужина захочется печь пораньше.
"Если я дождусь, пока они разойдутся по комнатам, - рассуждала Тила, - то смогу поискать в кабинете, а если там ничего
не отыщется, Патрику придется принять это как непреложный факт".
Она взяла книгу, лежавшую на тумбочке рядом с кроватью, и стала читать.
Читала до тех пор, пока часы не пробили час.
Чувствуя, что скоро заснет, она решила больше не ждать.
Тихо встала с кровати и потянулась за платьем, которое Эмили приготовила на завтра, г Это платье некогда принадлежало
ее матери и теперь было самым красивым в ее гардеробе.
Девушка оделась и уже подошла к двери, чтобы выйти, но ее не отпускало сомнение.
Она подошла к комоду и достала оттуда маленький револьвер Клинта Викхэма.
Она была уверена, что его не придется использовать, но на всякий случай взяла с собой.
Вдруг она встретит кого-нибудь по пути в кабинет, тогда она сможет сослаться на то, что ей почудилось, будто некий
чужак проник в дом и она решила проверить, все ли в порядке.
Тогда револьвер окажется как нельзя кстати.
"Это очень разумное решение, - убеждала себя Тила. - Я предусмотрела любую случайность".
В то же время она молилась, чтобы никто не заметил ее.
Хорошо зная планировку дома, она пошла к кабинету коридорами, которыми обычно не пользовались.
Они вели через центральный холл и заканчивались узкой витой лестницей на первый этаж.
Эта лестница никогда не освещалась, и по ней предпочитали не ходить.
Типе это было на руку, тем более яркая луна освещала путь.
Благополучно спустившись на первый этаж, девушка осмотрелась.
Она теперь находилась в конце коридора, рядом с библиотекой.
Здесь все еще горело несколько светильников, но их тусклый свет говорил о том, что все, включая Клинта Викхэма, уже
отошли ко сну.
Быстро и легко, словно привидение, она проскользнула к кабинету.
Бесшумно открыв дверь, увидела погрузившуюся в темноту комнату.
Затухающие угли догорали в камине.
Несмотря на то что дни стояли теплые, ночи приносили холод, так как был только конец апреля.
Камин использовали в каждой комнате для обогрева и освещения.
Пошарив руками. Тила обнаружила подсвечник с тремя свечами и от углей зажгла их.
Подошла к стопу и осмотрела его.
Это был старинный стоп с резными украшениями на ножках и на ящиках.
Тила вновь вспомнила своего отца, который часто принимал за этим столом визитеров.
Он уныло просматривал счета, которые не имел возможности оплатить, и пил виски.
Отогнав воспоминания о прошлом, девушка решила заняться делом.
"В ящиках наверняка что-то есть", - с надеждой подумала она.
Тила протянула руку, чтобы открыть один из них, когда вдруг раздался едва уловимый звук.
До этого вокруг было так тихо, что казалось, весь мир погрузился в сон.
Тила замерла и прислушалась.
Теперь возникли другие звуки.
Чудилось, будто кто-то приближается к кабинету.
В отчаянии Тила огляделась вокруг в поисках укрытия.
Вот повернулась ручка двери.
Пи секунды не раздумывая, девушка бросилась за занавески.
Как можно тише с ногами забралась на широкий подоконник, обтянутый тем же бархатом, из которого были изготовлены
шторы.
Она тяжело дышала, моля Бога, чтобы ее не услышали.
Сердце бешено колотилось в груди, казалось, его удары сотрясают дом.
Дверь тихо прикрыли, и девушка уловила звук шагов по ковру.
- Если ты знаешь, что и где искать, мы не потеряем здесь много времени, - раздался шепот с сильным американским
акцентом.
Голос был грубый и гнусавый.
Немного раздвинув шторы. Тила подалась вперед.
Она не понимала, что происходит.
Голос американца показался ей знакомым.
Выгнув шею, девушка взглянула через щель в комнату.
Она могла видеть лишь одним глазом, но и этого было достаточно.
Клинт Викхэм сидел в кресле, рядом со столом. По обе стороны от него стояли двое мужчин.
В одном Тила узнала американца, который заговорил с ней в парке.
И он, и его сообщник держали в руках длинные острые ножи.
Их лица в свете свечи казались необычайно злобными.
- Я уже сказал вам, здесь ничего нет! - произнес Клинт Викхэм. - То, что вас интересует, находится у моих адвокатов или в
сейфе, но не здесь, а в Лондоне.
- Если это правда, - сказал один, - то ты откроешь ящик ключом, который мы нашли в твоей спальне, и мы это проверим.
Если там действительно ничего нет, ты напишешь письмо своим лондонским адвокатам и прикажешь им дать нам то, что нас
интересует.
- А пока мы будем ждать твоих адвокатов, - вмешался второй, - мы спрячем тебя там, где никто не догадается искать.
Этот второй тоже говорил с акцентом, свидетельствующим, что он американец.
- А если я откажусь, - спокойно поинтересовался Клинт Викхэм, - вы что, убьете меня?
В этом случае, джентльмены, могу вас уверить, в соответствии с английскими законами вас просто-напросто повесят, а
это, надо думать, не очень приятный способ отправиться в мир иной.
Он говорил так непринужденно и хладнокровно, что Тила не могла не восхититься им.
Однако его предупреждение нисколько не напугало налетчиков, напротив, они рассмеялись.
- Нет, мы не собираемся убивать тебя, мистер Денежный Мешок, - пролаял один из них, - мы не такие дураки, как ты
думаешь! Но каждый раз, когда ты станешь отказываться делать то, что мы тебе велим, твое тело будет ощущать
прикосновение нашего стального друга.
И он зловеще засмеялся, радуясь собственной шутке.
Глядя на него. Тила представляла, как упивается сейчас бандит своей властью над таким сильным человеком, как Клинт
Викхэм.
Мистер Викхэм был только в белой рубашке и черных брюках.
Он, видимо, успел снять галстук до того, как эти двое ворвались к нему в спальню.
Так как Клинт был американцем и привык сам обслуживать себя, он не стал звать слугу, чтобы тот помог ему раздеться.
Этим-то и воспользовались бандиты.
Они, наверное, проникли в дом во время суеты, связанной с приездом гостей, под видом слуг или разносчиков, а потом
где-нибудь спрятались до наступления ночи.
"Я должна спасти его", - забыв о собственной безопасности, решила Тила.
Она только сейчас вспомнила, что у нее с собой револьвер.
Медленно, чтобы не обратить на себя внимания, девушка достала оружие из кармана.
- Быстрее, мы не собираемся торчать здесь всю ночь! - нетерпеливо сказал один налетчик. - Открывай ящик, или я сам
сделаю это, а мой ножик с удовольствием пощекочет тебя!
- Повторяю еще раз, в этом ящике нет ничего, что могло бы вас заинтересовать, - ответил Клинт Викхэм.
Он взял связку ключей из рук американца.
Теперь Тила поняла, почему бандиты сами не открывали ящик.
Им потребовалось бы немало времени, чтобы подобрать нужный из множества ключей, висевших на золотом кольце.
Клинт Викхэм вставил ключ в замок, осталось лишь повернуть его.
Налетчик подался вперед и теперь был виден целиком с ног до головы.
По выражению его лица девушка поняла, что он собирается ударить мистера Викхэма в бок ножом.
Чувствуя нависшую над ним опасность, она подняла револьвер.
Отец научил ее стрелять метко и по всем правилам.
Конечно же, не стоило убивать распоясавшегося американца, так как это неминуемо повлекло бы скандал, поэтому она
прицелилась в запястье.
Клинт Викхэм повернул ключ в замке.
Как только он сделал это. Тила выстрелила.
Звук выстрела оглушил ее, но она услышала крик боли, который исторг американец.
Его сообщник в изумлении застыл на месте, но Клинт Викхэм не растерялся.
Он резко вскочил со ступа и одним ударом отправил потерявшего бдительность налетчика на пол.
Падая, тот выронил нож.
Клинт поднял его и с ножом в руке подошел к окну.
- Дай мне револьвер, - тихо сказал он, - и оставайся там, где ты есть.
Тила передала револьвер, а он задернул шторы.
В этот миг дверь открылась, и ночной лакей вместе с охранником вбежали внутрь.
Раненый американец катался по попу, держась за окровавленную руку и стеная.
Нож, которым он запугивал Клинта Викхэма, валялся неподалеку от него.
- Что случилось; сэр? - спросил охранник. - Мы услышали выстрел!
- Эти люди угрожали мне! - Мистер Викхэм указал на бандитов.
- Это ужасно, сэр! Не могу представить, как они пробрались в дом, - оторопел лакей.
Клинт Викхэм не слушал его.
- Позовите Бартона, - велел он, - и еще нескольких слуг. Пусть как можно быстрее идут сюда и захватят с собой халаты.
- Хорошо, сэр! - сказал лакей и удалился.
- Помогите, мне нужен врач... - стонал раненый бандит. - Мне очень больно, мне ну" жен врач.
Клинт Викхэм ничего не ответил.
Он прошелся по комнате и встал спиной к камину.
- Преступники, подобные этим, заслуживают самого сурового наказания, - произнес охранник. - Но мне очень любопытно
знать, сэр, как они проникли в дом. И можете не волноваться, больше такое не повторится.
- Хочется верить! - криво усмехнулся Клинт Викхэм.
Вскоре появились несколько слуг, они, по-видимому, мчались сюда во весь дух.
Последним вошел Бартон.
Он выглядел довольно смешно в коричневой шерстяной пижаме.
Мистер Викхэм приказал слугам связать начавшего приходить в сознание бандита.
Второго, который корчился на полу, он жестом велел унести.
Тот продолжал стонать и клянчить, чтобы ему привели врача.
- Закройте их где-нибудь до утра, - распорядился Клинт Викхэм, - а завтра пригласите полицию, дабы их арестовали за
покушение на частную собственность.
- Хорошо, сэр, - закивал Бартон, - так и будет сделано. - Мы все очень рады, что вы успели обезоружить их, пока они не
успели причинить вам вред.
- Я тоже, - усмехнулся мистер Викхэм.
Он посмотрел на пол, где рядом со столом валялся еще один длинный нож.
- Эти ножи пригодятся нам как улики, - обратился он к Бартону. - И прошу вас передать мистеру Тренту, что я целиком
возлагаю на него ведение этого дела. Да, мне бы не хотелось, чтоб мои гости узнали о случившемся здесь. Это может их
испугать. Надеюсь, вы не будете распространяться - Конечно, сэр, - заверил его дворецкий. - Я скажу слугам, чтоб они
держали язык за зубами, а Трент договорится обо всем с полицейскими.
- Спасибо, Бартон, - улыбнулся Клинт Викхэм. - Я знал, что могу положиться на вас.
- Конечно, сэр. - Бартон был польщен.
Приблизившись к двери, он обернулся.
- Может, вы чего-нибудь хотите, сэр? Я бы мог принести вам бокал вина или шампанского?
- Нет, спасибо, - остановил его мистер Викхэм. - Я лучше пойду посплю.
Дворецкий поклонился, а американец добавил;
- Теперь я могу спать спокойно, раз преступники пойманы и находятся под арестом.
- Будьте уверены в этом, сэр! - еще раз поклонился Бартон и вышел из комнаты.
Викхэм подождал, когда совсем стихнет звук его шагов, и, улыбаясь, раздвинул шторы.
Тила сидела в прежней позе на подоконнике.
Ее светлые волосы рассыпались по плечам.
От пережитого волнения она была немного бледна, в глазах все еще таился испуг.
Но, несмотря на это, она не смогла удержаться от улыбки, когда их взгляды встретились.
Клинт Викхэм обхватил ее руками и поставил на поп.
А потом, вместо того чтобы отпустить, еще крепче прижал к себе.
Тила пристально смотрела на него, ей хотелось сказать о своей радости: ведь с ним все в порядке и ничто ему больше не
угрожает.
Но они оба все понимали без слов.
Она спасла его, и только это сейчас имело значение.
Он долго изучал ее лицо.
Затем его объятия стали железными, и, прежде чем она успела пошевелиться, попробовать оттолкнуть его, он уже целовал
ее.
Он целовал ее жарко, неистово, жадно - такого она даже не могла себе представить.
Он целовал ее до тех пор, пока земля не исчезла у нее из-под ног, а комната закружилась вместе с ней.
Она была не способна думать, она могла лишь чувствовать и, движимая исключительно инстинктом, с горячностью
отвечала на его поцелуи.
Этими поцелуями он завоевывал ее.
Он брал у нее то, что ему хотелось, не спрашивая разрешения.
Они уже начали задыхаться от поцелуев.
Тогда он приподнял голову и взглянул на нее хмельными от страсти глазами и с новой силой припал к ее губам.
Он вновь целовал ее, но уже нежнее и мягче, и ей казалось, будто ее душа, сердце и тело теперь в его власти.
Он отнял, у нее волю, и мысли исчезли из головы.
Остались лишь ощущения, такие же яркие и прекрасные, как во время созерцания фонтанных струй в лучах заходящего
солнца.
Сотни маленьких звезд проникли в ее грудь, становясь маленькими кострами, и не давали покоя сердцу.
А он продолжал ее целовать, и она поняла, что, даже если после этого ей придется умереть, она ни за что не откажется от
его пылающих губ.
Это была любовь, перед которой невозможно устоять, любовь, которую невозможно остановить.
Эта любовь разительно отличалась от того, что она предполагала раньше, что она слышала и читала, и даже от того, что
представляла в своих мечтах.
Только одно она точно знала: она больше не принадлежит себе.
Глава 7
Потом Клинт Викхэм сказал:
- Я думаю, тебе стоит лечь и отдохнуть, любимая.
Они не разговаривали очень долго, да и не нуждались они в словах; им достаточно было видеть и осязать друг друга.
Она положила голову ему на плечо, и он нежно поцеловал ее лоб, нос, глаза, шею.
Легкая дрожь пронизала все ее тело, и он поцеловал ее в губы.
- Я люблю тебя! - произнес он. - Я люблю тебя очень сильно! А теперь иди спать, и пусть твои сны будут обо мне.
Тила молча смотрела на него, с трудом понимая слова, возвращавшие ее из рая, куда он вознес ее, обратно на землю.
Как будто понимая ее чувства, он взял ее за плечи и развернул лицом к двери.
- Мне кажется, - сказал он, - ты знаешь тайный путь наверх, где тебя никто не увидит.
Доедешь сама?
Она кивнула.
Он еще раз чмокнул ее в лоб.
Потом, отойдя в сторону, стоял и смотрел, как она скрылась в темноте коридора.
Не думая ни о чем, она медленно поднялась по узенькой лестнице, прошла по коридору мимо классной комнаты и, только
дойдя до своей спальни, словно очнулась.
Занавески в ее комнате оставались раздвинутыми с тех пор, как она покинула ее ночью.
Девушка подошла к окну и взглянула на фонтан.
Звезды на небе уже начинали понемногу бледнеть, до рассвета оставалось совсем немного.
Скоро первые лучи солнца заскользят между деревьями.
Ей казалось, все это часть ее любви, проникавшей в каждую клеточку тепа.
Неожиданно она поняла, что ей нельзя больше оставаться в Ставерли.
Она безумно влюблена в Клинта Викхэма и, если при встрече он попросит ее о чем-нибудь, просто не сможет ему
отказать.
Он сотни раз говорил, что любит ее, его поцелуи убедительнее слов доказывали силу и глубину этой любви.
Но она не могла забыть, что в это время в одной из гостевых комнат спокойно спит дочь маркизы.
Та самая, что положит начало его династии, которую он так мечтает основать.
"Я должна.., бежать отсюда".
Тила подумала; именно это посоветовала бы ей мама.
Она любит Клинта, но, даже несмотря на это, она не сможет жить такой жизнью, которая позорит честь их семьи, память
родителей.
Она резко отвернулась от окна, потому что окружающая красота гипнотизировала ее.
Быстро одевшись. Тила заколола волосы и прошмыгнула на цыпочках в классную комнату.
Присев за стол, на котором лежали принесенные из библиотеки книги, она достала бумагу и перо, которым писала МэриЛи.
Красивым, отчетливым почерком она поспешно черкнула записку.
Дорогая Эмили,
Я должна уехать в связи с непредвиденными семейными обстоятельствами. Пожалуйста, позаботься о мисс Мэри-Ли.
Позже я пришлю за своим багажом.
Заранее благодарю за помощь,
Тила Стивенс.
Она сложила бумагу и на обратной стороне большими буквами подписала: ДЛЯ ЭМИЛИ.
Оставив записку на стопе таким образом, чтобы ее заметили. Тила вернулась в свою спальню.
Она взяла небольшую сумочку с деньгами, которые привезла с собой в Ставерли; остальные лежали в сейфе, в доме на
холмах.
Быстро миновав коридор, она спустилась вниз и прошла к двери, выходившей в сад.
Здесь ее никто не увидит.
Узкая тропинка вилась между яркими кустами рододендронов.
На всякий случай Тила держалась подальше от окон.
Она добралась до парка и торопливо шагала, скрываясь в тени дубов.
Дом на холмах, окруженный большим садом, находился на другой стороне деревни.
Коблинсы наверняка спят.
Потратив около часа на дорогу. Тила наконец достигла цели.
Она юркнула в окно.
Уже внутри дома остановилась, раздумывая, правильно ли поступает, но даже без этого вопроса она знала, что больше не
сможет находиться рядом с Клинтом, не выказывая своих чувств.
"Я люблю тебя! Я люблю тебя! - кричало ее сердце. - Но я.., не могу.., осквернять нашу любовь.., грехом! Это не полюдски!"
Тила решительно тряхнула головой и поднялась на второй этаж.
В ее спальне все осталось нетронутым с того дня, как она уехала.
Она подошла к окну и раздвинула занавески, впустив в комнату лучи восходящего солнца.
Затем оглядела комнату и заметила, что даже ее старые платья все еще висят на ступе, а старые туфли, которые она
носила, копаясь в саду, лежат возле кровати.
С трудом понимая, что делает. Тила разделась и скользнула в постель.
Слезы ручьем катились по щекам, и она уткнулась в подушку, чтобы никто не услышал ее всхлипываний.
- Я люблю его.., люблю.., его! - прерывисто шептала она.
Ее губы продолжали повторять эту фразу до тех пор, пока она не заснула.
Тила проснулась от того, что услышала голос Мэри-Ли.
Ей показалось, будто девочка зовет ее.
Открыв глаза, она осмотрелась и вспомнила, что убежала и сейчас далеко от Ставерли.
Она еще долго нежилась в постели, несмотря на то что яркое солнечное утро вовсю разгулялось за окнами.
Солнце врывалось в комнату вместе с веселым щебетом птиц.
Ей некуда было спешить - никто не знает, что она здесь, никто не найдет ее.
Около полудня Тила спустилась вниз, приведя Коблинсов в страшное изумление.
- Святые небеса, мисс Оттила! - воскликнула миссис Коблинс. - Откуда вы появились?
- Я приехала вчера, поздно ночью, - объяснила девушка. - И.., я скрываюсь.
- Скрываетесь? - повторил Коблинс. - И от кого же, хотелось бы мне знать?
- От всех! - отрезала Тила. - И я хочу, чтоб вы оба пообещали мне никому не говорить, что я здесь. И если вас спросят обо
мне, вы скажете, что не видели меня и не имеете представления, где я могу быть.
- Надеюсь, вы не попали в беду, мисс Оттила? - забеспокоился Коблинс.
- Я не знаю, - промолвила девушка. - Единственное, о чем я прошу вас, - спрячьте меня.., а теперь я бы хотела поесть...
Оказывается, я очень голодна!
Миссис Коблинс сразу же отвлеклась от предыдущей темы.
- Я сейчас же принесу вам чего-нибудь, мисс Оттила. Вы как будто немного бледная и изможденная, как мне кажется. Ну
ничего, сейчас я вас покормлю, и все будет в порядке!
Оставив старушку хлопотать возле плиты, Тила прошла в гостиную.
Комната выглядела мрачновато без цветов.
Девушка подумала, не безопасно ли выйти в сад и нарвать там цветов.
"Безопасно? А кого я боюсь?" - разозлилась она на себя.
Роби наверняка догадается, куда она направилась, если ему сообщат о бегстве, а Патрик будет в бешенстве.
Но ни один из них в любом случае не предаст ее.
Думая обо всем этом. Тила сама не заметила, как убралась в комнате, - когда она бывала здесь, это вошло у нее в
привычку.
Потом, сев на краешек дивана, стала ждать, когда подадут еду.
Ее не долго морили голодом - через несколько минут миссис Кобпинс принесла ей аппетитный омлет и салат, который
Кобпинс сам вырастил в саду.
Она посмотрела на стариков.
Оба выглядели намного моложе и здоровее, чем во времена их бедственного существования в Ставерли.
Тила быстро справилась с омлетом и хлебным пудингом, который миссис Коблинс подала на десерт.
Она улыбнулась, вспомнив, как ненавидела этот пудинг в детстве, а теперь он ей очень понравился.
- Спасибо, - от души поблагодарила она стариков.
- Мы очень рады, что вы вернулись, мисс Оттила, - признался Коблинс. - Без вас нам было одиноко.
Тила улыбнулась и вышла в сад.
Она набрала целую охапку белой сирени и лилий, еще не совсем распустившихся.
Пыталась найти тюльпаны, но те еще только пробивались сквозь землю.
Тила понесла цветы в дом.
Парадная дверь была открыта, и она увидела возле крыльца привязанную к перилам лошадь.
Девушка на миг замерла в панике, но, поняв, что приехал Роби, успокоилась.
Конечно, он расскажет ей, что произошло в доме Клинта Викхэма, когда он узнал, что она сбежала.
С цветами в руках она вошла в гостиную.
- Роби! - воскликнула она. - Ты что, волнов...
Слова застряли у нее в горле.
Это был не Роби - у окна стоял Клинт Викхэм.
Типе показалось, что сердце вот-вот выскочит из груди.
Потом она почувствовала огромный прилив радости от того, что он нашел ее.
Он ничего не говорил и не двигался. Просто стоял и, чуть набок склонив голову, смотрел на нее.
Тила чувствовала неловкость и не знала, что делать.
Она положила цветы на маленький столик, потратив на это гораздо больше времени, чем обычно.
Поняв наконец, что объяснения все равно не избежать, она встала в полный рост и распрямила плечи.
Гордо подняла подбородок.
- К-как.., ты.., нашел меня? - поинтересовалась она.
- Когда я узнал, что ты сбежала, - ответил он, - я не смог в это поверить!
Тила подошла ближе, и теперь они стояли напротив друг друга на расстоянии вытянутой руки.
- Я.., должна была уйти.
- Я думал, события прошлой мочи тебе подскажут, что я не могу жить без тебя, - сказал Клинт.
- Прошлая ночь была чудом.., самым большим.., чудом в моей жизни... Но именно из-за этого.., мне и надо было уехать, -
чуть слышно промолвила Тила.
- Но почему
Закладка в соц.сетях
