Жанр: Любовные романы
Бесценный выигрыш
...ходка Дейзи перед завтраком. Если бы я знала, что вы
собирались пойти в церковь, я бы пошла с вами.
— Это было бы очень любезно с вашей стороны, — ответила
Лорена. — Но я не желала никому доставить беспокойство.
— Ну конечно, нет, вы на это не способны, — улыбнулась ей
маркиза. — Дейзи так глупо ревнует ко всем, кому стоит только
заговорить с герцогом, а вам еще приходится расплачиваться за вашу
привлекательность.
— Глядя на вас, я совсем не чувствую себя привлекательной, — с
полной искренностью отвечала ей Лорена, вовсе не собираясь польстить
собеседнице.
Маркиза была прекрасна в зеленовато-голубом тюлевом платье, оттенявшем
темное золото ее волос.
На ней было колье и небольшая диадема из аквамаринов, только что вошедших в
моду, и браслет из таких же камней украшал ее запястье.
Маркиза улыбнулась, но прежде чем она успела что-нибудь сказать, к ним
подошел лорд Гилмур.
— Дейзи горда собой, как павлин с двумя хвостами! Но на мой взгляд, в
этой комнате присутствует только одна красавица, и это вы, Энид! —
галантно произнес он.
Какая-то нотка заставила Лорену взглянуть на него с удивлением. Уловив
выражение его глаз, она затаила дыхание.
Лорд Гилмур влюблен в маркизу Трампингтон! А ведь Лорена знала, что он
женат, а она замужем.
Лорена была в крайнем смущении. Когда они садились за стол, она огляделась
по сторонам, думая о том, сколько из присутствующих здесь женатых мужчин
были влюблены в чужих жен.
Она заметила, как графиня Хеллингфорд снова всячески старалась завладеть
вниманием герцога; маркиза с задумчиво-нежным выражением слушала лорда
Гилмура.
Напротив нее шло явно очень личное и неприятное объяснение между виконтессой
Сторр и майором Фэйном. Она дулась и пожимала плечами, а он хмурился,
очевидно, раздраженный ее словами.
На мгновение глаза Лорены задержались на ее дяде.
Уж он-то во всяком случае не был особенно увлечен ни одной из присутствующих
дам.
И тут она вспомнила, каким тоном графиня Хеллингфорд отозвалась о тете
Китти:
Или на этот раз ее привлекает Дорсет?
Только после завтрака Лорена поняла, что леди Хеллингфорд говорила не о
графе Дорсет, а о каком-то человеке с такой фамилией.
Она не подозревала, что существовал некто по имени лорд Дорсет, пока не
услышала, как ее дядя сказал своему камердинеру:
— Это не мой хлыст. На рукоятке моего золотой ободок.
— Простите, сэр, — извинился камердинер. — Когда мы
собирались, я второпях уложил его, взяв по ошибке хлыст лорда Дорсета.
— Тогда проследите, чтобы его вернули лорду Дорсету, когда мы вернемся
в Лондон, — резко сказал сэр Хьюго. — И в другой раз будьте
повнимательнее.
— Простите, сэр, — повторил камердинер.
В тот момент раздражение дяди показалось ей неоправданным. Теперь она
начинала догадываться, что у него были на это причины.
Как это все сложно, думала она; и постепенно, как в головоломке, отдельные
факты стали складываться у нее в сознании в определенную картину. Она начала
понимать некоторые тревожившие ее обстоятельства.
Тетя Китти и лорд Дорсет! Неудивительно, что для нее не нашлось места ни в
доме дяди на Белгрейв-сквере, ни в его загородном поместье.
Она вспомнила, как ее отец говорил о церковном браке как о святом таинстве,
сочетающем жениха и невесту нерасторжимыми узами.
Однажды отец пришел домой расстроенным, и мать спросила:
— Что случилось, дорогой? Что тебя беспокоит?
— Бракосочетание, которое я сейчас совершил, — отвечал отец — Я
чувствовал, что вся атмосфера была не такая, как ей следовало бы быть. Там
не ощущалось ни подлинной веры, ни искренности, ни настоящих чувств — Быть
может, ты ошибаешься Отец покачал головой.
— Нет, я сознавал это отчетливо. Я знал, что невеста выходит замуж ради
денег, а жених был доволен этой сделкой, потому что невеста вращается в
более высоком обществе, чем то, к которому он принадлежит по рождению, и
этот брак давал ему доступ в высший свет.
Мать встала из-за стола и, поцеловав мужа, сказала:
— Не нужно принимать все так близко к сердцу, дорогой.
— Брак должен быть союзом любви и преданности, — твердо сказал
отец.
— Как наш, — мягко заметила мать — Так это и будет завтра, когда
женится молодой Уилкокс. Мне еще не случалось видеть такой любви Невеста
всегда казалась мне девушкой заурядной внешности, но сейчас она расцвела от
счастья и выглядит настоящей красавицей!
Лорена услышала, как отец засмеялся, и поняла, как искусно мать умела
рассеять его дурное настроение.
Было еще много случаев, когда ее отец был убежден, что сочетал браком людей,
которые должны обрести счастье, будучи предназначены друг для друга.
Богатство, происхождение, положение не имели в его глазах никакой цены, одна
только любовь имела значение.
Лорене пришло на память, что такое мнение обычно разделяли простые люди
скромного достатка, а среди более обеспеченных те, кто не стремился к
преуспеванию в обществе.
Вероятно, деньги развращают
, — подумала она.
Но она тут же сказала себе, что если богатый человек обладает благородным
характером и высокими идеалами, никакие деньги его не испортят.
Лорена упрекнула себя в эгоизме: задумавшись о себе, она совершенно
игнорировала своих соседей по столу Повернувшись к джентльмену справа от
себя, она постаралась выяснить, чем он особенно интересуется И, прежде чем
изысканный ужин из семи блюд подошел к концу, ей удалось завязать с обоими
своими соседями интересную беседу.
После ужина, когда все перешли в Голубую гостиную, Лорена благоразумно
поспешила присоединиться к маркизе Трампингтон, которая ласково ей
улыбнулась.
— Можно мне поиграть на рояле? — спросила у нее Лорена. —
Если я буду играть негромко, я не помешаю никому разговаривать.
Маркиза догадалась, что Лорена опасалась столкновения с графиней, и поэтому
сразу ответила.
— Прекрасная мысль! Я с удовольствием послушаю вашу игру. Я уверена, у
вас в Риме был хороший учитель — Итальянец, для которого музыка составляла
смысл жизни, — сказала Лорена.
Она подошла к стоявшему в алькове великолепному роялю. Как только ее пальцы
коснулись клавишей, Лорена сразу же поняла, что вряд ли ей еще когда-нибудь
представится возможность воспользоваться таким замечательным инструментом.
Но в Миере другого нельзя было и ожидать.
Она начала с Шопена, всячески стараясь не дать кому-нибудь повода сказать,
что своей игрой она мешает им разговаривать.
Дамы окружили Дейзи Хеллингфорд, прекрасную и невероятно эффектную.
Она
царит среди них, — подумала Лорена, — по праву возлюбленной
герцога
Почему-то эта мысль причинила ей какую-то странную боль Это было то же
чувство, какое она испытала, узнав, что герцог был женат
Это все
воображение
, — сказала она себе и решительно сосредоточилась на игре.
От Шопена Лорена перешла к Оффенбаху, а затем мужчины появились в гостиной,
и ей уже не было необходимости опасаться графини Увидев приближающегося к
кружку дам герцога, она быстро поднялась из-за рояля и через ближайшую дверь
выскочила на террасу Ночь была теплая, тихая, ни дуновения ветерка, звезды
сверкали на небе, и под освещающей парк луной серебрилось волшебным блеском
озеро.
Лорена спустилась с террасы на газон и, не думая, куда идет, стала удаляться
от дома.
Теперь ей было смешно, что она могла кого-то бояться, но ей не хотелось,
чтобы графиня Хеллингфорд испортила очарование, под которым она находилась с
момента приезда в Миер.
У нее уже было такое чувство, что ее прекрасный сон нарушен, что она видит и
слышит то, чего не замечала раньше, и это заставляет меркнуть завораживающую
ее красоту.
Это пробуждение, — подумала Лорена, — а мне так хочется
продолжать видеть сны
.
Она чувствовала, что сказка ускользает от нее, а на ее месте остается
реальность, безобразная и неприглядная.
Ночная прелесть парка была как прикосновение прохладной руки к пылающему
лбу.
Что бы ни происходило там, в сверкающей огнями гостиной, ей не было до этого
дела. Вокруг была тишина, покой и волшебная ночь.
Воздух был напоен ароматом ночных цветов, иногда раздавался пронзительный
писк летучей мыши. Лорене казалось, что она окружена пришельцами из
потустороннего мира, хотя она и не могла их видеть.
Может быть, — подумала она, — это люди, некогда жившие здесь и,
как и я, искавшие в парке прибежища от своих забот и огорчений
.
А может быть, это были небесные создания, имевшие власть посещать смертных и
побуждать их к чему-то высокому, что несомненно существовало где-то, но
оставалось недосягаемым для обычных людей.
К тому времени, когда Лорена оказалась у миниатюрного пруда, окруженного
причудливо подстриженными тисовыми деревьями, она целиком погрузилась в
невыразимо блаженный мир, созданный ее воображением.
Она испытывала такой духовный подъем, что все смущавшие ее мысли отпали сами
собой.
В центре пруда находилась статуя Эроса с большой рыбой в руках, изо рта
которой извергались струи воды.
Лунный свет посеребрил статую, и в тишине раздавался только тихий шепот
водяных струй, переливающихся под отраженными в них звездами.
Лорена взглянула на небо и почувствовала где-то в себе, наверно в сердце,
необыкновенную силу, о которой она говорила герцогу, силу, исходившую от
бога.
И вдруг она услышала шаги по тропинке, ведущей к пруду. На какое-то
мгновение она затаила дыхание, надеясь, вопреки разуму, что это был герцог.
Но вместо него в лунном свете она увидела майора Келвина Фэйна.
Герцог заметил, что Лорена вышла на террасу.
Элстон понимал ее желание удалиться и, когда вошел в гостиную, он испытывал
облегчение, что ее не было рядом с Дейзи.
Его заинтересовало, кто бы мог предложить девушке сесть за рояль. Скорее
всего это была Энид Трампингтон. Но он знал, что было бы неблагоразумно
задавать вопросы.
— Вы будете сегодня играть, Элстон? — спросила Дейзи Сейчас она
была в хорошем настроении. Герцог не знал, что было тому причиной: думала ли
графиня, что она выиграла в поединке с неопытной соперницей, или это
случилось потому, что он, желая спасти Лорену от злого языка, превзошел сам
себя в любезности.
— Разумеется, — ответил он. — Я знаю, что вы любите азарт
карточной игры.
— Вчера я немного выиграла, — сказала Дейзи, — но
недостаточно. Вы должны сесть со мной рядом, Элстон, и снова принести мне
удачу.
— Сначала я должен выяснить, чем желают заняться остальные мои
гости, — сказал он. — Идите к большому столу и организуйте все,
ведь вам всегда это прекрасно удается.
Дейзи улыбнулась с победным видом.
Графиня была в восторге, что герцог обращается с ней так, словно она была
хозяйкой в Миере, чего она и добивалась.
Он мой, — подумала Дейзи, — и чем раньше все поймут, что я могу
устроить так, чтобы их сюда больше не приглашали, тем лучше!
Для этого у нее не было никаких оснований, но Дейзи всегда верила в то, во
что хотела верить.
Рассаживая игроков в баккара, графиня делала это с таким видом, как будто
она здесь заправляла всем, будучи единственной, кто имел на это право.
Трое из гостей пожелали играть в бридж, и герцог только что нашел им
четвертого партнера, когда он заметил, что Келвин Фэйн не собирается занять
место за карточным столом, как он обычно это делал, а вышел на террасу.
Герцог сразу же сообразил, что майор Фэйн собирается последовать за Лореной,
и с неожиданным раздражением подумал, как это неосторожно с его стороны:
после скандальной выходки Дейзи перед завтраком Фэйн рисковал навлечь на
девушку гнев Сары Сторр.
Последний раз я приглашаю в Миер незамужнюю особу
, — поклялся он
себе.
И тут ему пришло в голову, что Лорена нарушила спокойствие его гостей не
потому, что была юной и незамужней, а потому, что обладала необычной
привлекательностью Но как бы там ни было, герцог, как хозяин дома, был
ответственен за нее, и Фэйн не имел права уединяться с девушкой в парке, что
наверняка взбесит Сару и вызовет толки, пусть и безобидные, среди других
гостей.
Выбрав момент, когда Дейзи с головой погрузилась в игру, он вышел на
террасу, раздумывая, куда бы могла пойти Лорена.
Сам не зная почему, герцог решил, что она направилась к пруду с водяными
лилиями.
Это был один из самых очаровательных уголков парка, маленький садик,
разбитый еще его бабушкой, где он мальчиком любил проводить время.
Был еще садик, окруженный кирпичной стеной, где произрастали разнообразные
травы, розарий с солнечными часами в центре и японский садик с карликовыми
деревьями и кустами.
Были еще и другие красивые уголки в парке подальше от дома, но ближе всех
был садик вокруг маленького прудика с лилиями, и герцогу он нравился больше
всех.
Он быстро пересек газон и, приближаясь к пруду, понял, что его предположения
оправдались, поскольку до него донеслись голоса.
Первым его побуждением было присоединиться к Лорене и Келвину, но, подойдя к
живой изгороди из тиса, он решил не показываться до поры до времени Отсюда
герцог мог отчетливо расслышать все, что они говорили, сам оставаясь
незамеченным.
— Здесь так чудесно, — сказала Лорена, — но я думаю, нам
следует вернуться к остальным.
— Не стоит так торопиться, — возразил Келвин Фэйн. — Все
заняты игрой в бридж или в баккара, а мне нужно с вами поговорить.
— О... чем?
— О вас.
— Не надо об этом, прошу вас, — остановила майора Лорена. —
Лучше посмотрите, как здесь прекрасно!
— Вы тоже прекрасны!
— Нам... нам пора вернуться.
Лорена явно нервничала. Отведя в сторону ветки тиса, герцог увидел ее.
Лунный свет падал на лицо девушки. Келвин Фэйн стоял к нему спиной.
— Я провожу вас, — сказал Келвин. — Но поскольку мне выпала
удача оказаться в таком прекрасном месте с такой чудесной девушкой, сначала
я поцелую вас. Вас еще никто не целовал, Лорена, и я хочу быть первым.
— Нет!
Лорена не шевельнулась, но голос ее звучал твердо.
— Нет? — переспросил Келвин Фэйн. — Но почему?
— Потому что. , я могу поцеловать только того человека, который
станет... моим мужем.
Последовало молчание. Герцог понял, что Келвин Фэйн был удивлен таким
оборотом дела.
— Мне кажется, — сказал он наконец, — вам будет трудно
решить, желаете ли вы выйти за кого-нибудь замуж, если вы не поцелуете его
сначала.
Лорена покачала головой.
— Вы, может быть, сочтете это за глупость, но я уверена, что, если бы я
, полюбила кого-нибудь настолько, чтобы выйти за него замуж... мое сердце
решило бы все за меня.
— Может быть, вы и правы, — сказал Келвин Фэйн, — но все же я
хочу поцеловать вас. Я давно уже ничего подобного не испытывал.
Герцог понял, что майор Фэйн так просто не отстанет от Лорены, и решил, что
он ни под каким видом не может этого позволить.
Элстон был уже готов подойти к ним, чтобы помешать Фэйну напугать Лорену, но вдруг услышал ее слова:
— Я думаю, что, если бы женщина... которая любит вас, услышала это, она
рассердилась, и я бы не осудила ее, потому что любить одну женщину и желать
целовать другую — это настоящее вероломство.
Если раньше Фэйн был только удивлен, подумал герцог, то теперь она его
окончательно поразила.
— Я свободный человек, — сказал Фэйн, словно ища себе
оправдания. — Я никому не принадлежу, Лорена, никто не может помешать
мне поцеловать вас, и в этом нет никакого вероломства.
— Если это не вероломство, то это жестокость, — ответила
Лорена. — Я не хочу быть жестокой ни с кем, и, пожалуйста, оставьте
меня в покое. Я хочу вернуться в дом.
Голос ее слегка дрожал, и в лунном свете она выглядела такой прелестной и
такой трогательно юной Она казалась не старше, чем дитя-Эрос посредине
пруда, и Келвин Фэйн отступил, как будто ее оружие оказалось сильнее
волшебных стрел бога любви.
— Я не пойду против вашего желания, Лорена, — покорно сказал
он, — только пообещайте мне кое-что.
— Еще одно обещание? — спросила Лорена.
— Обещанием, которое вы мне дали за завтраком, я желал оградить вас от
тех переживаний, которое принесло бы вам более близкое знакомство с нашим
хозяином. Сейчас я намерен просить вас совсем о другом.
— О чем же?
Лорена все еще была насторожена, все еще встревожена, как показалось
герцогу, потому что она осознала, как никогда раньше, что мужчина желал от
нее чего-то.
— Я хотел просить вас, когда мы уедем отсюда, позволить мне видеться с
вами. Здесь, как вы, вероятно, заметили, это немного сложно. Я хочу видеть
вас, Лорена, я не могу вам даже сказать, насколько мне это
необходимо, — с неожиданной страстностью произнес обычно уравновешенный
Келвин — Я была бы рада видеть вас, — ответила Лорена, — но я даже
не знаю, что со мной будет, где стану жить.
— Это неважно. Я найду вас. И тогда, Лорена, мы узнаем друг друга так,
как мне бы этого хотелось, — пообещал Келвин Фэйн.
Настойчивость в его голосе побудила Лорену снова сказать:
— Я думаю, нам пора вернуться. Она сделала неуверенный шаг вперед, но
тут взгляды их сомкнулись, и наблюдавший за ними герцог замер, ожидая исхода
этого столкновения двух характеров.
Странно, — подумал он, — что такая молодая неопытная девушка, как
Лорена, могла сопротивляться такому опытному и такому пылкому соблазнителю
.
С замиранием сердца он ожидал увидеть, чем все это кончится.
Лорена одержала победу. Келвин Фэйн отступил в сторону, она прошла вперед, и
он последовал за ней по узкой тропинке к выходу из садика.
Благодаря своей сноровке, вызванной регулярными занятиями спортом, герцог
опередил их, и, когда Лорена с майором вышли на газон, он двинулся им
навстречу, как будто только что спустившись с террасы.
— А вот и вы! — воскликнул он. — Я хотел сказать тебе,
Келвин, что твои партнеры ждут тебя за столом, или, вернее, ждут твоих
денег!
— В таком случае они их не получат! — отвечал Келвин Фэйн. —
Я не намерен сегодня играть, и, по правде говоря, баккара мне надоела. Я
предпочел бы партию в бридж или, если хочешь, сыграем с тобой в пикет.
Встреча с герцогом оказалась для них неожиданностью, но Келвин Фэйн говорил
спокойным и естественным тоном.
У Лорены сердце дрогнуло от радости. Она не надеялась, что та сцена у пруда,
когда майор так настойчиво просил ее поцелуя, закончится столь быстро и
благополучно. Лорене очень хотелось избежать неловкой и неприличной сцены.
Она еще никогда не оказывалась в такой ситуации. Когда майор сказал, что
хочет поцеловать ее, и она решительно отказала ему, ею, казалось, руководила
какая-то высшая сила.
И все же страх не покидал ее, и, когда она увидела высокую атлетическую
фигуру герцога, первым ее порывом было броситься к нему и сказать, как она
рада его видеть.
Когда они все трое направились к дверям гостиной, из окон которой лился на
террасу золотистый свет, Лорена почувствовала, что все опять стало чудесно и
ее сладостный сон продолжается, потому что она все еще видит в нем герцога.
Они подошли к террасе, и герцог остановился, облокотившись на перила.
— Ступай, Келвин, — сказал он, — я сейчас догоню тебя.
Келвин должен был понять, что их совместное появление с Лореной вызвало бы
недовольство Сары и Дейзи.
Келвин вошел в гостиную, и Лорена услышала, как его позвала сидевшая за
столом маркиза.
— Мне кажется, Миер выглядит всего красивее при лунном свете, —
сказал герцог непринужденным тоном, обращаясь к Лорене.
— Боюсь, что я... дурно поступила, отправившись одна в сад, —
ответила Лорена.
— Не то чтобы дурно, скорее неблагоразумно, — заметил герцог.
— Мне очень жаль... я все время делаю ошибки.
— Я бы не назвал это ошибками, — возразил герцог. — Не
думайте больше об этом. Я бы хотел, чтобы вы сейчас сели за рояль и
поиграли, как вы это сделали после ужина.
— С удовольствием. Вы уверены, что я никому не помешаю своей
игрой? — спросила девушка.
— Вы не можете помешать игрокам, а поскольку они будут знать, где вы, у
них не будет оснований о вас сплетничать.
— Я понимаю... вы правы... Простите, что я повела себя так
глупо, — смущенно пробормотала Лорена.
— Когда вы поиграете какое-то время, вы можете присоединиться к нам, а
если пожелаете, можете идти спать, — подсказал герцог.
— Это не покажется невежливым?
— Никто не сочтет невежливым нежелание бросаться деньгами, когда, по
вашим словам, нет шансов выиграть.
Лорена засмеялась.
— Я бы не стала играть, даже если бы у меня были деньги. Я пойду к себе
и почитаю. Я сегодня нашла очень интересные книги в вашей библиотеке.
— Я так и думал, что рано или поздно вы их обнаружите.
— Я обнаружила еще и многое другое, а мистер Эшли говорит, что завтра я
смогу и еще кое-что посмотреть.
— А когда вы все увидите, вам не станет скучно?
— Никогда! Разве здесь можно соскучиться! Прекрасные вещи не могут
наскучить, только люди иногда.
Лорена постоянно удивляла его такими странными неожиданными высказываниями.
Лорена улыбнулась ему.
— Спокойной ночи, ваша светлость, и еще раз благодарю вас... за все!
Она вошла в уже опустевшую гостиную.
Герцог подождал немного, пока до него не донеслись звуки музыки. Пианистка
играла мастерски. Она несомненно любила музыку, и у нее чувствовалась
хорошая школа.
Прислушиваясь, он догадался, что это был своего рода гимн благодарности за все увиденное ею в Миере.
Она с легкостью переводила на язык звуков все, что думала и чувствовала.
Послушав несколько минут, герцог медленно вошел в комнату и присоединился к
гостям.
— Элстон, где вы были? — окликнула его Дейзи. — Здесь есть
для вас место.
Герцог подошел к карточному столу и сел рядом с ней.
— Где вы были? — снова спросила она.
— На воздухе, — отвечал он. — Здесь сегодня душно.
Он надеялся, что этим объяснением успокоит ее подозрения.
— Вы могли бы мне сказать, — заметила графиня. Сдавая ему карты,
Дейзи сказала почти шепотом, так, что только он один мог ее слышать:
— Дорогой, мне скучно без тебя! Ты же знаешь, как я не люблю
расставаться с тобой даже на несколько минут.
То, как она это сказала, вызвало у герцога такое чувство, как будто она
вцепилась в него руками и держала в плену, как свою добычу.
Элстон ощутил неожиданный прилив гнева.
Он не желал себя связывать, не желал принадлежать какой бы то ни было
женщине.
Он вспомнил, как Келвин Фэйн назвал себя свободным человеком, но это была
ложь.
Все они были пленниками.
Эти женщины были твердо намерены держать их в цепях, и он, герцог, был так
же связан с Дейзи, как Келвин Фэйн с Сарой.
Черт возьми! — сказал он про себя. — Человек я или мышь какая-то?
Как я мог допустить, чтобы это случилось со мной?
Герцог взглянул на свои карты и бросил их на стол.
— Я не хочу сегодня играть, — сказал он. — Слишком жарко.
Он резко отодвинул стул и встал.
— Но Элстон! Ведь это... — протестующе воскликнула Дейзи.
Герцог знал, что она скажет, но не стал ее слушать. Он подошел к Келвину
Фэйну, со скучающим выражением на лице слушающему Сару Сторр, которая встала
из-за игрального стола, чтобы поговорить с ним.
— Не знаю, как ты, Фэйн, — сказал герцог, — а я бы сыграл
партию в бильярд. Ты не откажешься составить мне компанию?
— Конечно, — ответил майор. — Вот это прекрасная идея!
— Я хочу, чтобы вы со мною сыграли в бридж, — возразила Сара
Сторр.
— У вас уже есть партнеры, — ответил Келвин Фэйн. — И они вас
с нетерпением ждут.
Герцог направился к двери, и майор уже собрался за ним последовать, когда
Сара ухватила его за рукав.
— Не задерживайся, — сказала она шепотом
...Закладка в соц.сетях
