Жанр: Любовные романы
Случайностей не бывает
... не улетай, — просила его Эми, шаря в
кармане. — Уверена, что у меня осталась булочка, сейчас я тебя угощу.
Она достала пакет со своим ланчем. Покрошив булочку, Эми кинула несколько
кусочков голубю и взялась за фотокамеру.
— Не бойся, вспышка — это нестрашно, честное слово.
Впрочем, голубь не боялся вспышки. Судя по всему, он был прирожденным
натурщиком.
— Я хочу сделать серию урбанистических фотографий, — сказала ему
Эми. — Ты, как городской житель, не можешь не попасть в мою коллекцию.
Ей даже показалось, что голубь кивнул ей в ответ, и она улыбнулась.
Схожу с ума, сказала Эми себе. Главное, чтобы никто не увидел, как я
разговариваю с птицами.
Она подняла камеру и принялась снимать кадр за кадром. Работа и творчество —
вот ее судьба. И никакой личной счастливой жизни...
6
— Эй! — услышала Эми знакомый голос и обернулась.
Так и есть — Тэд.
Он спешил перейти дорогу, пока Эми не успела скрыться в подземном переходе.
У нее защемило сердце, когда она увидела, что Тэд на костылях ковыляет на
красный свет.
— Ты в своем уме?! — воскликнула она, когда он наконец-таки
добрался до нее, чуть было не став причиной аварии. Из-за него
останавливались машины, рискуя врезаться друг в друга. — Опять жить
надоело? Снова разочаровался в любви?
— Успокойся, — усмехнулся Тэд, — никто не станет сбивать
калеку, которому вздумалось перейти дорогу на красный свет.
— Против правил!
— Ну и что? Может быть, я действительно не в своем уме? К тому же я
торопился из-за тебя. Обычно я соблюдаю правила.
— И что такое ты мне спешил сказать, что чуть было не попал под машину?
— Я нашел тебе квартиру, — похвастался Тэд. — Я умница, не
так ли?
— Так ли, так ли.
— Тогда как насчет того, чтобы посидеть со мной вон в той милой
закусочной?
— Извини, Тэд, по правде говоря, я тороплюсь, — сказала
Эми. — Так что будет лучше, если ты расскажешь мне о квартире и я
побегу по своим делам.
— Но ты будешь мне должна ланч.
— Мне казалось, что ты говорил когда-то о том, что, как только отыщешь
мне квартиру, мы будем квиты, — заметила Эми.
— Несносная девчонка! — произнес Тэд, хотя Эми явно была старше
его. — Твоя взяла. Итак, я нашел тебе подходящее жилище. Тебе
понравится. Я там уже был и внес задаток.
Эми открыла рот от удивления, пораженная самоуверенностью Тэда.
— Что значит — мне там понравится? А если нет? Если меня не устроит
цена? Или окна будет выходить на кирпичную стену?
— Из окон открывается чудный вид. С соседями тоже повезло, я узнавал.
Рядом с тобой будут жить интеллигентные люди: художница и владелец
строительной компании.
— А цена?
— Выбирал, как себе, — ответил Тэд. — Вот адрес. Ты мне
должна задаток, что я заплатил. Так что от ланча все же не отвертишься.
— Деньги я могу отдать тебе прямо сейчас.
— Ты так откровенно посылаешь меня куда подальше, что мне становится
по-настоящему обидно. Эми, чем я заслужил такое обращение?
Эми взглянула на него, вздохнула и улыбнулась.
— Пожалуй, причина в том, что у меня никогда не было столь
темпераментных друзей. Не считая моей сестры, но она слишком изменилась за
те два года, что я ее не видела.
— Так, значит, мы друзья? — спросил Тэд. — Между прочим, раз
уж ты спасла мне жизнь, то теперь за меня в ответе. Такова традиция. Мы
стали вроде как родственниками.
— Отлично, братишка, — сказала Эми, забирая из его рук бумажку с
адресом. — В таком случае я приглашу тебя на новоселье. Надеюсь, ты
придешь не один?
— Моя девушка будет счастлива увидеть вновь мою спасительницу. Она и
так не устает поминать тебя в своих благодарственных молитвах.
— Трепло, — сказала Эми, не удержавшись, впрочем, от улыбки, и
скрылась в подземном переходе.
Квартира ей действительно понравилась: и цена, и вид из окон, и хозяйка.
Соседей Эми пока еще не видела, да и не очень-то стремилась. Независимость —
прежде всего. Ей вовсе не нужны соседи, которые будут заходить к ней на чай
по вечерам.
И все же Тэд — молодец, думала она. Устрою-ка я ему шикарный ужин... Как
только у меня выдастся свободный вечер.
Эми теперь работала не в одной только газете, она сотрудничала еще с
несколькими изданиями. Она и не знала, что хорошие фоторепортеры редкость в
этом огромном городе. И все же ее оценили по достоинству.
Через неделю Эми чувствовала себя в этой квартире так, словно прожила здесь
всю жизнь. Она просыпалась утром, наскоро завтракала, убегала с фотокамерой
наперевес на работу, возвращалась поздно вечером, ужинала, проявляла пленки
и только к середине ночи ложилась в постель. Как ни странно такой график
устраивал ее и ничуть не выматывал.
В один из тех редких вечеров, когда Эми вернулась домой чуть раньше
обычного, в дверь позвонили. Эми была в старых джинсах и в футболке, в
которых обычно трудилась в своей импровизированной фотолаборатории. Когда
была возможность, Эми предпочитала все делать сама, поскольку получала
удовольствие от этой кропотливой работы.
Итак, Эми расхаживала по комнате в старых джинсах и футболке, причесанная
кое-как — к своему стыду, она вынуждена была признать, что в последний раз
бралась за расческу утром, — и рассматривала свежие снимки, когда в
дверь позвонили.
Эми остановилась и прислушалась. Быть может, ей только показалось и это у
нее в голове гудит от усталости? Однако звонок повторился, и у Эми не
осталось никаких сомнений в том, что к ней пришли гости.
Это наверняка Тэд, решила она, слегка раздражаясь. Неужели он не мог
предупредить меня заранее? Ничуть не сомневаясь в том, что ее догадки верны,
Эми распахнула дверь и чуть было не захлопнула ее снова, удивившись тому,
что увидела.
Перед ней стояли двое. Женщина, одетая в стиле хиппи восьмидесятых, с
прямыми каштановыми волосами и с сигаретой в длиннющем мундштуке, который
она держала ухоженными пальцами. И блондин в потертых модных джинсах, белой
футболке и новеньких кроссовках.
— Мисс Эмилия Стюарт? — спросила женщина.
— Да, — ошарашенно ответила Эми, раздумывая над тем, кто бы это
мог быть.
— Извините за беспокойство, — сказал блондин, — но мы ваши
соседи.
Как будто это все объясняет! Приятно познакомиться, но что вам нужно? —
пронеслось в голове у Эми.
— Простите за наше вторжение без предупреждения, — продолжал блондин. — Можно войти?
Эми посторонилась. Как бы то ни было, невежливо держать людей на пороге. Она
понятия не имела, что привело этих людей к ней, но негоже выяснять это, стоя
в коридоре.
— Моника, — представилась женщина, протянув руку.
— Курт, — представился мужчина.
— Эми, — зачем-то сказала Эми, хотя они и назвали ее имя минуту
назад.
— Вы правы, Эмилия звучит слишком претенциозно, — сказала Моника.
— Не могу с тобой не согласиться, — заявил Курт.
— Я включала музыку слишком громко? — пролепетала Эми.
Моника разразилась смехом, Курт ограничился улыбкой.
— Нет, что вы. Напротив, мы почти вас не слышим. Но, впрочем, следует,
наверное, объяснить, зачем мы пришли. Не пугайтесь, Эми. Мы просто решили
познакомиться.
— О! — только и сказала Эми.
— И у нас с собой пирожные. Не думайте, что мы заявились с пустыми руками, — сказал Курт.
Эми только сейчас заметила, что он держит в руках небольшую коробку.
— Что ж, — наконец обрела дар речи Эми, — проходите.
Извините, у меня не убрано. Я... не ждала гостей.
— Еще бы! Хотя я и говорю, что нам следовало бы предупредить о своем
визите, — сказала Моника, — мы никогда не предупреждаем. Это
традиция.
— Традиция? — переспросила Эми.
— Да, — подтвердил Курт и прошел в кухню. Судя по всему, он
прекрасно ориентировался в чужой квартире. — Это что-то вроде хобби.
Как только у нас появляются новые соседи, мы непременно с ними знакомимся.
— Подождите пару секунд, я приведу себя в порядок, — сказала Эми и
повернулась было к двери, но Моника удержала ее.
— Не стоит. Я сразу же поняла, что здесь поселился человек творческой
профессии. Видели бы вы меня, когда я работаю! Дело в том, что я художница.
— Она может неделю ходить в одной и той же заляпанной краской футболке
и питаться только черным кофе с сухариками, когда на нее снисходит
вдохновение, — объявил Курт. — Если бы не я, Моника давно бы
умерла от истощения.
— Он не преувеличивает, — подтвердила Моника и открыла шкафчик,
откуда достала заварочный чайник и три чашки. — Выложи пока пирожные на
блюдо, Курт. Ничего, что я тут хозяйничаю?
— Чего уж там, — пробормотала Эми, садясь на стул.
— Не думайте, что мы ходим в гости каждый вечер, — продолжала
Моника. — Мы не навязчивы. Если не захотите с нами общаться — не надо.
Но познакомиться мы обязаны.
— Я вовсе не против, — заверила Эми, смущенная тем, что эти
незнакомые ей люди, похоже, читают ее мысли.
— Вот и чудесно, — сказала Моника, снимая с подставки закипевший
чайник.
Курт тем временем красиво разложил пирожные на блюде, которое Моника так же
достала из шкафчика.
Уж не снится ли мне все это? — подумала Эми. Вообще-то следовало
выставить их за дверь. Что за манеры? Приходят в чужой дом и ведут себя
здесь, как хозяева. Что, если я не хочу никого видеть? Но, с другой стороны,
как-то неудобно выпроводить людей, которые пришли к тебе на чай и принесли
такие потрясающие пирожные. Да, у них явно есть опыт по части знакомства с
новыми соседями.
— Вы просто неуловимы, — сказал Курт. — Мы с Моникой пытались
вычислить день, когда вы бываете дома, и нам это не удалось. У вас
скользящий график?
— Не могу сказать, что у меня вообще есть график, поскольку я работаю в
четырех местах сразу.
— Ужас! — воскликнула Моника. — Как вы все успеваете? Я бы
сошла с ума! Честно говоря, мне было тяжело даже на одной работе. Вся эта
ужасная система: вставать в восемь, ехать в офис к девяти, ни на секунду не
опаздывая, работать строго до пяти, выходные два раза в неделю... Ненавижу,
когда все распланировано! Именно поэтому я предпочла сидеть дома и работать
тогда, когда мне вздумается.
— Отсутствие дисциплины повлияло на тебя не самым лучшим образом, зато
ты свободна в своем выборе образа жизни, — сказал Курт.
— А вы тоже художница? — предположила Моника.
Она подозрительно прищурилась и как-то напряглась, ожидая ответа. Видимо, ей
не очень хотелось услышать положительный ответ.
— Не совсем, — сказала Эми. — Я фотограф.
— О, как мило! — воскликнули Курт и Моника одновременно.
— Хорошо, что вы не стопроцентная художница, — заявила Моника,
откусывая изрядную часть пирожного. — Я бы вас ревновала.
— К кому? — удивилась Эми.
— К музе. Она, как известно, одна на всех. И если бы к вам она
приходила чаще, то мне это не понравилось бы.
— Хм... — Эми улыбнулась. — Не могу не согласиться с вами.
Мне бы тоже не понравилось, если бы моя муза разгуливала по соседям.
Курт рассмеялся.
— Я же говорил, что она из наших!
— Из... кого? — переспросила Эми.
— Из наших, — сказала Моника. — Это означает, что вы можете
оценить наш юмор и не полезете за словом в карман. Курт, кажется нам пора.
Уже довольно поздно, а мы не из тех гостей, который остаются до тех пор,
пока хозяин дома не начнет откровенно зевать.
— Да, мы уходим до того, как успеваем надоесть, — сообщил Курт,
вслед за Моникой покидая кухню.
— Теперь вы заходите ко мне или к Курту, — пригласила
Моника. — Всего доброго, Эми. Было приятно с вами познакомиться.
Последовали взаимные рукопожатия, и Курт с Моникой скрылись в своих
квартирах, а Эми в своей.
Мне определенно нравится этот дом, подумала Эми.
— Ой, мне здесь не нравится, милый, — проблеяла Энджела,
разглядывая интерьер недавно открывшегося ресторана. — Это заведение не
в моем вкусе.
— Не знаю, по-моему, тут здорово, — возразил Филипп, изучая
меню. — Цены приемлемые, и мне говорили, что хозяин этого заведения
переманил сюда лучших поваров города.
— Что конкретно тебе не нравится, Энджела? — спросил Дэниел.
— Вся эта обстановка, атмосфера... Слишком просто!
— Ха! Я понял! — рассмеялся Филипп. — Наша леди привыкла, что
ей подают еду на золотых тарелках? Я прав?
Энджела проигнорировала его вопрос.
— Дэниел, давай уйдем отсюда, — принялась канючить она. —
Пойдем в
Голден Эпл
...
— Я же говорил, что ее привлекает золото! — воскликнул Филипп,
смеясь.
— Филипп, пожалуйста, оставь свои шуточки при себе, — отрезала
Энджела. — Дэниел, ты не слышишь меня? Ты меня не любишь?
Филипп снова прыснул со смеху, но тут же перестал хихикать, когда заметил
выражение лица своего друга.
— Мы никуда отсюда не уйдем, Энджела, — сказал Дэниел. —
Ресторан полностью отделан в стиле кантри. Мне нравится этот стиль. А если
тебя что-то не устраивает — ужинай одна.
— Но, Дэниел!
— Кажется, ты сама позволила мне выбрать место, где мы сегодня ужинаем,
не так ли?
— Но, Дэниел...
Энджела замолчала, однако принялась шмыгать носом. Она не смотрела на
Дэниела, сидела очень прямо и сглатывала слезы. Они катились по ее щекам
крупными каплями.
Ей бы неплохо удавались роли трагических героинь в мыльных операх, подумал
Дэниел. Она так же наигранно и неправдоподобно себя ведет.
В последнее время он все чаще ловил себя на мысли, что Энджела раздражает
его. Вся эта любовная чепуха, которую она постоянно несла, не стоила и
ломаного гроша. Сказать Энджела могла все, что угодно, но вот чувствовала ли
она хоть что-нибудь?
— Энджела, будь добра, сходи в дамскую комнату и приведи себя в
порядок. За соседним столиком сидят друзья твоих и моих родителей. Ты же не
хочешь, чтобы о твоих слезах судачил весь город?
Ни слова не говоря, Энджела поднялась со своего места и удалилась. О, она
все еще не вышла из роли смертельно обиженной женщины!
— У вас проблемы? — спросил Филипп, уже давно переставший
смеяться.
— Проблемы? — Дэниел невесело усмехнулся. — У меня? Шутишь?
— Я имею в виду тебя и Энджелу. Вы постоянно цапаетесь.
— Мы решили разнообразить наши отношения.
— Разве нельзя разнообразить их каким-нибудь иным способом?
— Например?
Филипп пожал плечами.
— Каждый выбирает свой способ. Но ссоры — это последнее дело.
— Похоже, нашим отношениям пришел конец, — сказал вдруг Дэниел.
— Ты серьезно? — искренне изумился Филипп. — У тебя другая
женщина?
— О, — Дэниел досадливо поморщился, — разве обязательно дело должно быть в женщинах?
— Тогда что произошло?
— Ничего! И в этом суть проблемы. Ничего не происходит. Энджела так
однообразна, что иногда меня просто тошнит от одного только ее присутствия.
Филипп выглядел ошеломленным.
— Я и не знал, Дэниел, что все так плохо. Мне казалось, что Энджела — идеальный вариант для...
— Для роли моей будущей жены, ты хочешь сказать? Идеалы скучны.
— Не понимаю...
— Назови мне хотя бы пять достоинств Энджелы.
— Она красива.
— Крашеные волосы, постоянные посещения салонов красоты, линзы в
глазах... Список можно продолжать. Она ненастоящая.
— Заставь ее вернуть первоначальный цвет волос и глаз, — улыбнулся
Филипп.
— Этим ничего не решить. Она вся ненастоящая. И снаружи, и внутри.
— Может быть, Энджела не устраивает тебя в постели?
— Почему же, она первоклассная любовница.
— Вот и второе ее достоинство...
— Энджела изучила все книги о сексе, которые только смогла найти. Она
знает, каким образом можно доставить мужчине удовольствие, как прилежный
ученик знает урок.
— Что в этом плохого? — искренне удивился Филипп.
— Почему бы мне не снять женщину на ночь в таком случае? Эффект был бы
тот же. Я не могу заниматься сексом с человеком, который ничего не
чувствует.
— Она фригидна?
— Тьфу ты, Фил, откуда я знаю? Вроде бы нет, но... Она все делает без
души. Ведет себя, как актриса в порнофильмах. А ведь секс — это один из
видов творчества.
— Да ты у нас и сам поэт, как я погляжу.
— Она доставляет удовольствие только моему телу, — Дэниела будто
прорвало, так долго он копил в себе эти мысли, — а мне не нужна голая
механика. Ты меня понимаешь? Я не считаю себя плохим любовником, так что
дело не во мне.
— Может быть, дело именно в том, что вы занимаетесь сексом, а не
любовью? — спросил Филипп.
— Именно! — воскликнул Дэниел. — Ты попал в самую точку. Вот!
Занимаясь любовью, люди сливаются не только физически, но и духовно. У меня
духовный голод, если хочешь знать.
— Ты не любишь ее?
— Странный вопрос. А она меня?
— Энджела постоянно признается тебе в любви.
— Но она ее чувствует? Возможно, она и сама не понимает, что такое есть
любовь.
— А ты понимаешь?
Дэниел вздохнул. Ему вспомнилась незнакомка. Ее он полюбил, даже не зная ее
имени. Как объяснить это Филиппу? Как объяснить это самому себе?
— Давай перейдем к достоинству номер три, — прервал его
размышления Филипп. — С сексом все понятно. Далее: она богата, у нее
уважаемые всеми родители, у ее папаши счета в крупнейших банках...
— Плевать я на это хотел.
— Она нравится твоей матери.
— Еще бы!
— Отношение будущей свекрови к невестке немаловажно.
— Я легко обхожусь вот уже многие годы без одобрения матери моих
поступков.
— Что ж, Дэниел, тогда у меня есть только один вопрос: почему ты до сих
пор с Энджелой? Я и сам знаю, что тебе нравятся женщины иного склада.
— Это какого же? — услышали они.
В пылу спора Дэниел и Филипп не заметили, как Энджела вернулась из дамской
комнаты. Сколько времени она простояла здесь? Многое ли услышала из их
разговора?
— Какого склада женщины тебе нравятся?
Значит, Энджела услышала только последнюю фразу, с облегчением подумал
Филипп.
— Мы говорили не о тебе, Энджела, — сказал Дэниел с уверенностью,
поразившей Филиппа. — Что за манера устраивать сцены по пустякам? У
тебя плохое настроение сегодня? Садись и сделай наконец заказ. Я хочу есть.
— Я ухожу, Дэниел! — заявила Энджела капризным тоном. — Я не
намерена выслушивать твои оскорбления. Я уезжаю ужинать к Ирэн. Она
приглашала меня вчера, но я сказала, что мы будем с тобой ужинать в
ресторане. Вдвоем! — сказала она, выразительно посмотрев на
Филиппа. — Так что теперь я с чистой совестью могу к ней поехать, раз
уж ужин сорвался.
Энджела развернулась и направилась к выходу.
— Сейчас она будет жаловаться моей матери на то, какой я бесчувственный
эгоист, — без всякого выражения сказал Дэниел.
— У меня есть предложение. Почему бы нам тоже не поехать к Ирэн? Она не
очень-то любит меня, но, по крайней мере, у Энджелы не будет возможности
пожаловаться на тебя.
— Не думаю, что это хорошая идея.
— Разве тебе нужна лишняя головная боль? Ты хочешь поужинать или нет?
— Уговорил. — Дэниел махнул на все рукой. — Едем к моей
матери, пока Энджела не успела ей на меня наябедничать.
В ресторане было два входа: причуда хозяина заведения. И в то время, когда
Дэниел с Филиппом выходили через один, в другой в ресторан входила Эми.
Они разминулись буквально на пару секунд. Если бы она посмотрела прямо перед
собой, то увидела бы удаляющуюся спину мужчины своей мечты. Однако Эми
смотрела не вперед, а по сторонам.
— Вы кого-то ищете? Вас ждут? — вежливо спросил один из
официантов.
— Уже нашла! — улыбнулась Эми и направилась к столику, за которым
сидел Курт.
Со дня внезапного вторжения соседей в ее квартиру прошла неделя. Поэтому Эми
не сильно удивилась, когда в субботний вечер кто-то принялся трезвонить в
дверь. На пороге стоял Курт. Он произнес только одну фразу:
— Поужинай со мной завтра.
И Эми неожиданно для себя согласилась.
Сейчас, подходя к столику, за которым расположился Курт, Эми раздумывала над
тем, что побудило ее принять это приглашение. Одиночество? Скука?
Любопытство?
— Привет! — поздоровалась она.
Курт вскочил с места, помог Эми сесть и с улыбкой протянул ей меню. Он
старался быть галантным кавалером.
— Как настроение? — спросил он. — Что делала сегодня?
Отдыхала?
— Если бы! — устало вздохнула Эми. — Меня вызвали в редакцию
одного из журналов и заставили фотографировать сотрудников. У них
послезавтра юбилей. Как будто нельзя было устроить фотосессию в другой день.
— Ты вообще когда-нибудь отдыхаешь? — спросил он.
Эми улыбнулась.
— Ночью, когда сплю.
— Сомневаюсь. Наверняка тебе снится, что ты носишься по всему городу с
фотоаппаратом.
Эми рассмеялась.
— Угадал. Курт, можно вопрос?
Он пожал плечами.
— Задавай.
— Почему ты пригласил меня на ужин? Решил продолжить знакомство?
— Мне не с кем было провести этот вечер, тебе тоже. Я подумал, что нам
следует объединиться.
— Кто тебе сказал, что у меня нет планов на сегодняшний вечер? —
нахмурилась Эми. Ей было неприятно, когда намекали на ее одиночество.
— Но иначе ты не сидела бы сейчас здесь со мной, — сказал Курт,
улыбаясь. — Верно?
— Твоя взяла. Ты слишком наблюдательный.
— Я просто неплохо знаю людей.
— Кстати, а кем ты работаешь?
— Моя профессия связана со строительством домов.
А, да, Тэд что-то такое мне говорил, припомнила Эми.
— Но почти не связана с творчеством, — добавил Курт. — В том
смысле, в каком вы понимаете слово
творчество
.
— Я считаю, что в любой профессии есть место для творчества.
— Кассир в банке?
— Быть может, ему нравится совершенство купюр. И он — ценитель чужого
творчества.
Курт рассмеялся.
— Ты мне нравишься, Эми. И, между прочим, ты сегодня отлично выглядишь.
— А ты ожидал, что в ресторан я приду в домашних джинсах и
футболке? — пошутила Эми.
— Ха! В тот вечер ты просто поразила меня! Хотя с тех пор, как я
познакомился с Моникой, меня трудно чем-то удивить.
— Вы давно знакомы?
— Лет пять. Мы купили квартиры в этом доме в одно и то же время. Как-то
раз я зашел к ней узнать, есть ли у нее электричество, и она открыла мне
дверь в... В общем, на ней были только трусики. Во рту она держала кисть и
вся была перепачкана красками. Стояла невыносимая жара, и потому она решила
ничего не надевать. И забыла о том, что ходит в таком виде. Она была все еще
во власти музы, когда открывала мне дверь. А когда сообразила, что на ней
почти ничего нет, то повела себя так, словно полгорода ходит в неглиже. Она
сразу же завоевала мое уважение. На следующий день она пришла ко мне с
визитом. Разумеется, одетая. И
...Закладка в соц.сетях
