Жанр: Любовные романы
После полуночи становится жарче
...ли конкретно против меня?
Эмили кинула на него мрачный взгляд: — Ни то, ни другое, — она пожала
плечами. — Правда, когда мы впервые встретились, я несколько... колебалась.
У оборотней есть определенная репутация в сверхъестественном мире, ты же в
курсе. Среди всех Иных именно оборотни сильны в ухищрениях и манипуляции. Я
имею в виду... да ладно, вы, парни, живете, постоянно пряча от окружающих
большую часть своей сущности. — А ты нет? — тихо поинтересовался
Колин. — Хочешь сказать, что не вводишь людей в заблуждение? Не обманываешь?
Не скрываешься? — В этом они были похожи так сильно, что, как подозревал
Колин, она не хотела это признавать. — Я никогда не говорила, что
безупречна, — произнеся это, Эмили моргнула, как будто выйдя из оцепенения.
— Я тоже. — Нет, — в ее глазах застыла какая-то тайна. — Но я и
не хочу, чтобы ты был совершенством.
И в этот момент Колин понял, что даже если док не доверяет таким, как он, не
доверяет ему, она все равно его хочет. Он видел, как в ее ярких изумрудных
глазах светился голод.
Неистовый, всепоглощающий голод, такой же, как тот, что он чувствовал к ней.
Нет, она не доверяла оборотням на сто процентов. Может, никогда и не сможет.
Но Колину было глубоко плевать на ее отношение к другим оборотням. Все, что
имело значение — это ее чувства к нему. Может быть, она сможет доверять ему.
Хватит игр. — Я хочу тебя. — Грубо. Сильно.
Она сглотнула: — Я... я знаю.
Колин дотянулся до руки Эмили. Как же приятно было чувствовать атласную
гладкость ее кожи под пальцами. — Ты хочешь меня.
Эмили кивнула. Ее соски напряглись и натянули ткань платья. И Колин
чувствовал, как в воздухе разлился аромат ее возбуждения.
Да, док его хочет.
Эх, если бы ему удалось завоевать ее доверие.
Эмили поднялась из-за стола, чтобы отнести бокал к мойке. Колин окинул
взглядом ее ноги, такие длинные. Ему так хотелось прикоснуться к их нежной
обнаженной коже. Эмили надела босоножки. Черные. — По-почему бы нам не
пройти в гостиную?
Он бы хотел пойти сразу в спальню, но на безрыбье и рак рыба — так ведь в
пословице говорится? А после того, как он мило облажался в начале вечера,
Колин понимал, что не имеет права привередничать.
Гит медленно встал и проследовал за Эмили, любуясь изгибом ее попки. О, у
дока была великолепная задница. Крепкая. Подтянутая. Будто бы созданная для
его рук.
Эмили задержалась в дверях и оглянулась. Колин даже не попытался скрыть свое
желание. Черт, он только что признался ей в своих чувствах, да и она кидала
такие же голодные взгляды.
Больше никаких игр. Эти слова снова всплыли в его голове. Колин схватил
Эмили за запястье и рывком привлек к себе. И накрыл ее рот поцелуем.
Тихий стон вырвался из горла девушки, когда она приоткрыла губы ему
навстречу. Боже, ну какая же она сладкая. Колин не мог понять, какой вкус
был более явным: вина или самой Эмили, но чувствовал, что должен насладиться
им по полной.
Язык Колина погрузился в тепло ее рта, руки обхватили ягодицы. Гит прижал
Эмили к своему возбужденному члену и начал тереться им об тело девушки.
Ее насыщенный аромат окутал Колина. Пьянящий, искушающий запах, который
пробуждал в нем зверя.
Эмили крепче сжала плечи Колина. Но она не отталкивала его. Она пыталась
крепче прижаться к нему.
Определенно, время игр подошло к концу.
Как же он хотел ее, хотел чувствовать ее тело под своим. Чтобы она была
обнаженная и готовая принять его.
Прямо сейчас.
Не в его силах быть джентльменом. Не в его это натуре.
Их языки переплелись. Колин слегка прикусил губу Эмили, потом с трудом
оторвался от девушки: — Если ты не хочешь этого, — меня, — лучше скажи
это сейчас, Эмили. — Пока он еще в состоянии остановиться.
Ее глаза затуманились от страсти. От оглушительного, дикого желания. Доктор,
пытающийся все контролировать, полностью исчезла. — Я... я... —
Эмили покачала головой.
Колин сжал челюсти, все его тело застыло. Его член набух от голода, стал
большим и крепким от желания.
Но она собиралась сказать
нет
.
А чего ты ждал?
— мысленно выругался он. —
Вчера ночью она же
сказала, что все происходит слишком быстро. А ты на нее давишь. С ней надо
нежнее, ей нужно время
.
Колин поднял руки. Интересно, позволит ли Эмили воспользоваться ее ванной
комнатой? Потому что для того, чтобы пережить эту ночь, ему очень нужно
принять холодный душ.
А, может, и помочь себе рукой. — Нет, — Эмили схватила его за руки. —
Я не хочу, чтобы ты останавливался.
Доктор Дрейк не одна.
Он наблюдал за ее домом из своего убежища в кустах. Сидел на улице и
наблюдал, ждал вот уже два часа.
Он видел, как приехал парень: крупный, уверенный в себе ублюдок, который
чуть не поймал его в первую ночь. Он задержал дыхание, когда парень
выпрыгнул из своего джипа.
Он все еще не был уверен, как этот мужик догадался, что он скрывался в ту
ночь в кустах. Поэтому боялся, что и сейчас парень почувствует его
присутствие.
Но нет, парень вбежал вверх по ступенькам и начал неистово колотить кулаком
по двери. Потом исчез в доме.
Что тут делает коп? Надо выяснить. В данной ситуации нельзя рисковать.
Парень может быть другом, любовником, клиентом. Надо выяснить точно.
Нужно знать все досконально о докторе Дрейк. — Ну, ты выторговала себе
еще одну ночь, — прошептал он, понимая что не может до нее добраться, пока
рядом есть кто-то еще. Нет, это не входило в его планы.
Надо поймать момент, когда она будет одна.
Он так и сделает. Вопрос времени. — Не говори
да
, если не уверена, —
прижатое к ней тело Колина напряглось. — Я изо всех сил пытаюсь вести себя
по-джентльменски, но не дави на меня, док. Есть пределы тому, что может
вынести мужчина.
Да и у женщины есть лимит того, сколько она способна вытерпеть. Сколько
одиноких, пустых ночей. Проклятье, она устала бояться, устала прятаться от
жизни, от страсти. — Я больше не хочу быть осторожной, — и Эмили
поняла, что говорит правду. Раньше она пыталась избегать рисков. Последние
десять лет.
После встречи с Колином этим утром она задумалась о многих вещах. Эмили
поняла, что относилась к нему так же, как к Тревису. Никогда не подпускала
слишком близко, не доверяла полностью. Все ждала какого-то идеального
момента, чтобы поделиться своими секретами.
Но идеальный момент с Тревисом так и не наступил. Тревис бросил ее, пока она
осторожничала. И Эмили, наконец, пришла к выводу, что не рисковать — это
просто скучно.
А она хотела эмоций, хотела жизни, хотела... Колина.
Кроме того, Колин уже знал ее секреты, по крайней мере, большинство из них.
И не считал ее ненормальной из-за ее маленького дара. Нет, он не обращался с
ней, как с ненормальной.
Он обращался с ней, как с женщиной. Своей женщиной.
И Эмили это нравилось. Очень.
Поэтому мисс Не-Меньше-Шести-Свиданий сняла очки, швырнула их на столик и
решила рискнуть. Глядя прямо в мерцающие глаза Колина, она четко и тихо
произнесла: — Я хочу быть с тобой сегодня ночью. — Эмили...
У нее свело низ живота от неприкрытого желания, звучащего в его голосе.
Никто никогда не произносил ее имя с таким чувством голода. — Эмили, я
не похож на мужчин, которых ты знала раньше.
И слава Богу. Она встала перед ним, ее тело задрожало от предвкушения. Эмили
понимала, что Колин не похож на других. Была в нем дикая и подавляющая
сексуальность, которой не было ни у одного из ее прошлых любовников. —
Я не смогу быть нежным. Только не в первый раз.
Первый раз. Внутри у нее все сжалось от возбуждения. Интересно, а на сколько
всего раз он рассчитывает? — Я не хочу, чтобы ты был нежным. —
Нежный
— это слово к нему не подходило. Ей хотелось, чтобы все было
резко и быстро. Хотелось криков от удовольствия и дикой страсти.
Хотелось всего и сразу.
Жилка запульсировала на виске Колина, когда он кинул взгляд на коридор:
— Где спальня?
Эмили подняла руку и указала пальцем на вторую дверь.
Его губы изогнулись в хищной улыбке, в которой на мгновение сверкнули клыки.
Их вид напугал ее в прошлый раз. Заставил остановиться.
Теперь же это только усилило возбуждение.
Я не похож на мужчин, которых ты знала раньше
. Ее трусики уже намокли от страстного предчувствия.
Колин подхватил Эмили на руки и с легкостью отнес ее в спальню. Ранее она
оставила включенной лампу на прикроватной тумбочке, и теперь мягкий свет
заливал комнату. Когда Колин кинул Эмили на кровать, платье задралось и
обернулось вокруг ее талии.
Глаза Колина сузились от такой картины, и прежде, чем девушка смогла сделать
хотя бы одно движение, он был на ней. Он залез на кровать, на Эмили,
раздвигая ее ноги шире, лаская длинными, сильными пальцами ее бедра.
Девушка вздрогнула от прикосновения его теплых рук. — Успокойся,
милая, я просто хочу почувствовать тебя. — Колин сделал глубокий вдох. —
Боже, как я люблю запах твоего возбуждения. — Его пальцы добрались до ее
промежности, он стал гладить там сквозь ткань трусиков.
Эмили прикусила губу и прижалась к Колину всем телом. О, черт, так приятно
было чувствовать его пальцы. Но ей хотелось большего, хотелось...
Колин рывком сорвал с нее трусики, порвав тонкий шелк. И вот уже его пальцы
были на ее нежной плоти, исследовали влажные складочки, открывали ее,
поглаживали клитор.
Эмили рухнула на подушку, внутри нее нарастал оргазм, все ближе, ближе...
Колин ввел в нее два пальца.
Она кончила, выкрикивая его имя, дрожь удовольствия сотрясала ее тело.
— О, да, Эмили, ты чертовски сексуальная.
Эмили была в полубессознательном состоянии, стук сердца отдавался в ее ушах.
Она никогда не кончала так быстро, всего от нескольких прикосновений.
— Я хочу попробовать тебя на вкус.
Ее тело все еще трепетало, а низ живота сводило от полученного удовольствия.
Пальцы Колина все еще были в ней, он то входил ими, то выходил, двигаясь в
ритме, который снова зажигал ее желание.
Через мгновение слова Колина достигли сознания Эмили, через мгновение она
поняла, что он...
Колин вынул из нее пальцы и поднес их к губам. Глядя ей прямо в глаза, не
отрывая от нее своего горящего взора, он поднес руку ко рту. И слизал ее
влагу с пальцев.
Потом улыбнулся ей: — Я хочу еще.
Она тоже хотела еще. Хотела его.
Но Колин был все еще одет. На нем было слишком много одежды. —
Колин...
Он склонил голову, и Эмили почувствовала его теплое дыхание на своем лоне.
Каждый мускул в ее теле напрягся от предвкушения. Она хотела почувствовать
его рот на своей плоти. Хотела почувствовать его умелый шероховатый язык.
Колин ее лизнул. Медленно, прочувствованно. Это движение заставило Эмили
выгнуться ему навстречу, впиться каблуками в мягкий матрас.
На это Колин ответил рычанием, вибрация от звука прокатилась по лону
девушки.
Эмили сильнее сжала бедрами плечи Гита и, схватив за волосы, крепче прижала
его голову.
Он сделал еще одно круговое движение языком по ее плоти, потом лизнул
клитор. И еще раз. Крепче. — К-колин... — она чувствовала
приближение второго оргазма. Тело боролось, не хотело поддаваться новой
волне экстаза.
Он вошел в нее языком, руками продолжая гладить клитор.
Бедра Эмили рванулись ему навстречу.
Новый оргазм приближался. О, Боже, она... — Не так быстро, милая,
только не сейчас. — Колин отодвинулся, раздался звук раскрываемой молнии на
джинсах. — В этот раз ты кончишь вместе со мной.
Послышался звук разрыва. Пластик. Упаковка от презерватива. Оборотень
подготовился к визиту.
В то же мгновение Эмили снова почувствовала на себе его руки. Как они
раскрывали складки ее плоти навстречу крепкому, твердому члену.
Слишком поздно... Дрожь удовольствия волной прокатилась по ее телу. —
Колин, я...
Он положил руки на ее плечи, просунул пальцы под бретельки платья и
прошептал: — У меня были фантазии о тебе весь ужин.
А она фантазировала о нем с прошлой ночи. — Я представлял твои соски,
— Колин потянул за полоски тонкой ткани, и те порвались. — Я так хотел
увидеть их, — он стянул вниз верх ее платья. — Дотронуться до них. — Гит
склонил голову и сомкнул губы вокруг ее соска, втянул его в рот и начал
посасывать.
Колин слегка поцарапал чувствительную кожу зубами, но не больно... о, нет,
совсем не больно. Приятно.
Страха больше не было. Только желание.
Пока Колин ласкал языком одну грудь, другую он подвергал сладкой пытке
рукой. Сжимал, поглаживал, сводил Эмили с ума от неудовлетворенного желания
и ненасытной страсти, которая все нарастала и нарастала.
Эмили извивалась под ним, пытаясь насадиться на его крепкий член, который
был прижат прямо ко входу в ее нежное лоно. Она хотела, чтобы он вошел в
нее. Глубоко. Эмили снова была близка к оргазму. Все ее тело требовало,
чтобы Колин заполнил пульсирующую пустоту.
Руками Эмили дотянулась до его бедер, пальцы нащупали грубую ткань джинсов,
и девушка стянула брюки вниз. Она обхватила его ягодицы, почувствовав руками
тепло его тела, и притянула Колина к себе, заставляя двигаться ей навстречу.
Гит приподнял голову — его губы сверкали от влаги — и
рассмеялся. Но смех этот был хриплым, натянутым: — А ты нетерпеливая,
а?
Черт, да, ей не терпелось. Тело Эмили изнывало от желания, и от
долгожданного облегчения ее отделяло всего одно движение его члена.
Девушка мрачно посмотрела на Колина. В эту игру могут играть двое.
Она провела рукой по его бедру, потом вниз по животу, и дотянулась до
поросли темных волос.
Колин резко втянул воздух, когда почувствовал ее прикосновение, и напрягся
всем телом.
Эмили обхватила пальцами его возбужденный член и стала, слегка сжимая,
медленно гладить по всей длине от основания до нежной плоти на самом
кончике, который упирался в ее лоно.
Резким движением рук, Колин обхватил запястья девушки и прижал их к кровати. С его губ сорвался рык.
В его глазах горело желание, и Эмили поняла, что ждать осталось недолго.
Колин снова начал требовательно целовать девушку, его язык ворвался в ее
рот...
И он полностью вошел в ее тело один резким движением.
В то же мгновение оргазм накрыл Эмили. Ее тело сотрясла дрожь, мышцы, о
существовании которых она и не подозревала, крепко сжали упругую длину его
плоти, когда волна — о, Боже, да — удовольствия пронеслась по ней. А Колин
продолжал двигаться резкими, глубокими движениями, которые сотрясали Эмили,
от которых тряслась кровать.
Его пальцы крепче обхватили ее запястья, а бедра продолжали двигаться в
неистовом ритме. Колин полностью потерял контроль над собой.
И ей это нравилось.
Безумно.
Колин поднял голову, чтобы переместить губы на ее горло. Эмили заметила, как
мелькнули клыки.
Ее дыхание сбилось, сердце бешено забилось, а ноги крепче обхватили его
бедра. — Я люблю чувствовать, как ты кончаешь, — прошептал Колин. —
Люблю чувствовать, как ты меня сжимаешь. Обожаю крепкие, жаркие объятия
твоей плоти.
Его слова окутали ее, подстегивая оргазм, отголоски которого все еще
отдавались в теле.
Его член был каменно твердым, таким большим, что Эмили чувствовала, как он
растягивал ее изнутри. Длинный, разгоряченный, идеальный.
Волна удовольствия казалась бесконечной. Такого с ней раньше не было ни
разу, никогда и...
Колин укусил ее. Своими длинными клыками он вонзился в ее шею, от чего Эмили
вскрикнула и выгнулась ему навстречу, чувствуя поразительное удовольствие.
— Моя. — Он поднял голову, в его глазах горел неистовый голубой огонь.
Колин сделал еще несколько движений в ее теле, задрожал, откинул назад
голову, сжал зубы и замер, почувствовав, как оргазм накрыл и его.
Когда все закончилось, когда их тела расслабились, а дрожь удовольствия
наконец прекратилась, Колин крепко обнял Эмили. Отпустил ее запястья, потом
взял за руки, и их пальцы переплелись.
Колин поцеловал ее. Долгим, нежным, но страстным поцелуем.
Я не похож на мужчин, которых ты знала раньше
.
О, да, парень действительно не обманывал.
И, после этого вечера, Эмили боялась, что никто другой с ним никогда не
сравнится.
Глава 9
Эмили стояла за трибуной, немного наклонившись вперед, чтобы ее голос был
слышен через микрофон. На нее было направлено бесчисленное множество камер и
осветительных приборов. — Просмотрев внимательно материалы дела, я
пришла к заключению, что преступник, безо всякого сомнения, был знаком с
жертвой. Это убийство не было случайным. Престона Майерса наметили в жертву
заранее. — Доктор Дрейк! — Худощавый мужчина с азиатской внешностью
поднял руку. — Ли Нгуен из
Атланта Метро Дейли
. — Он сделал паузу, видимо,
чтобы она успела впитать эту крупицу информации. — Убьет ли Ночной Мясник
снова? Есть ли еще те, кого
наметили в жертву заранее
? — Журналист
уставился на нее, склонив голову на бок, рядом с ним фотограф непрерывно
делал снимки.
Эмили искоса посмотрела на Дэнни. Ему она уже сказала о своей уверенности,
что преступник, несомненно, продолжит убивать, но капитан и окружной
прокурор запретили делиться этой информацией с репортерами. — Мы не
хотим, чтобы народ начал паниковать, — такими словами окружной
прокурор Бен Митчел отреагировал на ее новости.
Бен шагнул вперед и одарил подобием улыбки Нгуена и остальных репортеров,
собравшихся в пресс-центре. — Слишком рано предсказывать, будет или
нет этот, явно неадекватный, человек убивать снова. — Южный акцент Бена
придавал речи мелодичность. — Так вы считаете, что этот парень
неадекватен? — задала вопрос Дарла Митчел. Выглядела она идеально, как будто
сошла с экрана телевизора, глаза горели алчным огнем. Рядом с ней стоял
Джейк, он выглядел осунувшимся и несколько напряженным. — Эээээ...
— Слово
неадекватный
не подходит к убийце, — не дала ответить
окружному прокурору Эмили. Голос ее оставался спокойным и профессиональным.
— А какое слово подходит, доктор Дрейк? — Дарла сидела в первом ряду,
поэтому было хорошо заметно, как она подалась вперед. — Психопат?
Душевнобольной? Или просто сумасшедший?
Вполне вероятно, что к нему подходили все эти определения. — В данный
момент тяжело сказать, какими психологическими мотивами руководствуется
убийца. Я уверена, что этот мужчина очень умен, организован. Он сильный и
очень опасный. — Доктор Дрейк, вы будете сотрудничать с полицией до
самой поимки Ночного Мясника? —спросил Нгуен. — Я собираюсь работать с
полицейским департаментом Атланты до тех пор, пока будут востребованы мои
услуги. — Пришло время уйти в тень. — Спасибо.
Бен жестом пригласил Смит выйти вперед: — Наш судмедэксперт готова
поделиться с вами информацией о своих находках.
Смит нервно оглядела море лиц и сглотнула. Сегодня, сменив белый медицинский
халат на простой черный костюм, она выглядела просто великолепно.
Смит для собственного удобства слегка отрегулировала микрофон. — Я
хотела бы прояснить несколько фактов, о которых уже упоминалось в прессе.
Это заявление было встречено восторженным гулом. — Во-первых, вопреки
слухам, жертва не была
освежевана и разделана
. Тело Престона Майерса
осталось целым. Он умер от повреждения яремной вены и сонной артерии.
— Каким оружием пользовался убийца? — задал вопрос мужчина средних лет
в черном.
Доктор Смит покачала головой: — Я не вправе отвечать на этот вопрос.
Да уж, Эмили сильно сомневалась, что окружной прокурор разрешил бы
обнародовать информацию о том, что Ночной Мясник в качестве оружия
использовал собственные зубы. — Я хотела бы поставить вас в
известность, что преступник оставил на месте преступления несколько
волосков.
Волосы оборотня-волка. Достаточно сложно сделать по ним анализ ДНК
,
— подумала Эмили. — И я полностью уверена, что улики скоро
приведут нас к убийце, — Смит кивнула головой, будто королева,
разрешающая подданным удалиться. — Спасибо.
Бен снова перехватил инициативу. Он ответил еще на несколько вопросов и
завершил пресс-конференцию обещанием поделиться новой информацией, как
только она появится.
Слава Богу.
Эмили поспешно сошла с подиума. Ей никогда не нравилось выступать перед
большими аудиториями. От этого всегда дрожали колени, и живот завязывался в
узел.
Типичная паническая атака. Но понимание причин с точки зрения психиатрии не
помогало избавиться от страха. — Док, ты хорошо поработала, —
Колин отделился от толпы и встал рядом с ней. — Я думала, ты тоже
будешь там, на сцене. — Эмили посмотрела на него и почувствовала, как
краска залила щеки. Сегодня утром, когда она проснулась, Колин уже не спал,
а лежал и смотрел на нее своими серьезными глазами.
Он уехал в участок сразу после семи, крепко поцеловав на прощанье.
Они не разговаривали о прошлой ночи. Не произнесли ни слова об
умопомрачительном сексе. — С репортерами у нас общается Брукс, —
Колин указал пальцем на напарника, который спускался в этот момент с
подиума. — У него располагающее лицо, и он всегда хорошо смотрится на
экране.
Ну, Эмили подумала, что Колин тоже выглядел бы неплохо. И напряглась. Черт.
Им действительно надо поговорить, прояснить ситуацию.
Но сейчас явно не время и... — Доктор Дрейк!
Эмили развернулась на звук голоса Дарлы и увидела, что женщина направляется
прямиком к ней. За репортершей плелся Джейк.
Дарла остановилась в двух шагах от Эмили. Ее губы искривились в
самодовольной улыбке: — У меня к вам несколько вопросов.
Колин шагнул вперед: — Она больше не будет говорить о расследовании.
— Хм, ну вообще-то, это не о деле. Не совсем о нем.
Дарла выглядела довольной, словно кошка при виде сметаны. У Эмили засосало
под ложечкой от плохого предчувствия. — Что вы хотите знать? —
Расскажите, доктор, — Дарла сделала паузу и изогнула одну идеально
выщипанную бровь. — Что вам известно о месте, которое называется
Сиренити
Вудз
?
Сердце Эмили остановилось. Потом забилось с удвоенной скоростью. —
Сиренити Вудз
? — Голос был спокойным. А вот руки вспотели. — Когда-то в
северной Джорджии была психиатрическая лечебница для детей и подростков с
таким названием. — Эмили пожала плечами. — Не думаю, что это заведение все
еще функционирует. — Нет, оно уже закрыто. — Дарла прищурилась. —
Несколько лет назад там был пожар, после чего лечебницу прикрыли.
Эмили пристально посмотрела на журналистку, стараясь сохранить нейтральное
выражение лица. — Расследование показало, что это был поджог.
Колин взял Эмили за руку: — Нам надо идти, доктор Дрейк. Полагаю, Смит
хочет поговорить с нами о деле.
Вот это новость. Но Эмили кивнула, обрадовавшись, что появился повод
отделаться от Дарлы.
Сиренити Вудз
. Уже несколько лет она не слышала это
название.
Эмили уже отворачивалась, когда Дарли схватила ее за руку: — Еще один
вопрос. — Рука журналистки была ледяной. Дарла подалась вперед и, понизив
голос до шепота, спросила. — Вы все еще видите демонов?
Эмили напряглась. Потом изобразила удивление на лице: — Вижу демонов?
— и покачала головой. — Конечно же, нет. — Затем кинула на Дарлу озабоченный
взгляд. — А что? Дорогая, неужели их видите вы?
Дарла стиснула зубы и отдернула руку. Ее красивое лицо исказилось от гнева,
журналистка развернулась на каблуках и начала прокладывать себе дорогу
сквозь толпу.
Джейк посмотрел на Эмили, на секунду встретившись с ней взглядом. В его
глазах застыла тревога. За Эмили и за него самого.
Потом кивнул, слегка качнув головой, и исчез в толпе репортеров.
Эмили облегченно вздохнула.
Дерьмо. Дарла Митчел копалась в ее прошлом.
А ее прошлое не было безупречным.
Эмили была бледной. Напуганной.
Колин крепче сжал ее руку и направился к лестнице. Он открыл металлическую
дверь и нежно подтолкнул девушку к дверному проему. Когда за ними закрылась
дверь, Гит на мгновение застыл, прислушиваясь, потом, убедившись, что на
лестнице никого кроме них нет, решил, что пришло время его собственной игры
в вопросы и ответы. — Док, что происходит?
Эмили посмотрела на него, ее глаза казались огромными. — Есть
несколько вещей, которых ты обо мне не знаешь.
После прошлой ночи, он думал, что знает ее достаточно хорошо. Колин знал,
где надо коснуться, чтобы она издала тихий стон. Знал, какое ощущение
возникает, когда она кончает, сжимая его в себе. Знал, как она выглядит
утром, только что очнувшись от сна, в лучах солнца, пробивающихся сквозь
занавески.
Да, он узнавал дока все лучше и лучше. Но Колин понимал, что у нее все еще
есть секреты.
Как и у него.
Хотя Гит решил, что у него есть некоторое преи
...Закладка в соц.сетях
