Жанр: Любовные романы
Вино желаний
...окое разочарование и не могла этого скрыть. Значит, все у
них осталось по-прежнему? А она-то надеялась, что после вчерашней ночи их
отношения станут новыми, доверительными. Но, видно, ничто не изменилось, и
он, как и раньше, не хочет видеть в ней жену, настоящую спутницу жизни.
— Ты считаешь, что я не заслуживаю подробностей, — спросила она,
не в силах унять раздражения. — Когда-то ты рассказывал мне все о своей
работе. Или в Брисбейне у тебя дела иного рода? — резко закончила Лора.
Она пожалела об этом последнем несдержанном замечании, увидев реакцию Дирка.
Он словно окаменел, потом с его губ вырвался странный, горький вздох.
— Ну, конечно, это касается работы. Чего же еще? В самом деле, Лора,
из-за подобных реплик у меня пропадает желание рассказывать. Но раз у тебя
возникают подозрения, я расскажу, черт возьми. Я еду в Брисбейн по поручению
клиента, который предъявил иск к одной фирме за нарушение контракта. И еще
добавлю, что клиент — женщина, и очень привлекательная женщина. Теперь тебе
ясно, почему мне не хотелось рассказывать?
Он стиснул челюсти.
— Я вполне понимаю причину твоего недоверия. Но поверь, дорогая
моя, — сказал он, потянувшись через стол и взяв ее руки в свои, —
те безумные дни далеко позади. В тебе есть все, что мне нужно в женщине. Я
обожаю тебя. Неужели ты думаешь, я способен сделать что-то такое, рискуя
тебя потерять?
Он поднял ее руку к губам и стал нежно целовать пальцы.
— Я хочу делать это, — тихо проговорил он, — и когда нам
будет семьдесят. Даже восемьдесят.
Разве Лора могла устоять, когда он делал и говорил подобные вещи? Разве есть
женщина, которая устояла бы?
— Ты вернешься вечером в пятницу? — спросила она шепотом.
Его глаза были полны бесконечной нежности.
— Даже если для этого придется угнать самолет!
— Просто глазам своим не верю! — быстро входя в комнату,
воскликнула Эстер и бросилась на свой вертящийся стул, поджав губы и
скрестив руки на груди. Удивленная Лора вскинула на нее глаза — никогда еще
не приходилось ей видеть Эстер такой сердитой. Но почти тут же ее поразила
догадка.
— Неужели! — простонала она. — Держу пари, что прибыл наш
заказ от "Вечерних туалетов Австралии", и все платья не идут в сравнение с
образцами, которые показывали нам их представители.
Эстер удивленно заморгала.
— Как ты догадалась?
— Сейчас уже поздно говорить, но я не стала бы иметь дело с этим Дугом
Тернером с самого начала, тем более что мы всегда могли отказаться от его
услуг. Эти нахальные типы, эти женские шовинисты все одинаковы. Они
полагают, что если женщины, занимающиеся бизнесом, хорошо выглядят, то они
просто пустоголовые куклы, которые получили свои места, переспав с
начальством, и стоит лишь немного им польстить, как они согласятся на что
угодно. Помнишь, как он лебезил, как твердил, что ты в его платьях будешь
просто королевой?
Эстер поморщилась.
— Слишком хорошо помню. А ты знаешь, что он не только заменил ткани на
другие, более низкого качества, но и отделку представил тоже далеко не
первого сорта. Да она просто ужасна!
Господи, я сейчас настолько вне себя, что готова плеваться! Она бросила
сердитый взгляд на телефон, затем схватила свою записную книжку и быстро
перелистала, помогая себе остро отточенным карандашом.
— Куклы, вот как! Ну, я ему покажу куклу. Она взяла трубку и набрала
номер. Лорино сердце гулко застучало. Любого рода конфликты, даже мелкие,
всегда нервировали ее.
— Мне надо поговорить с Дугом Тернером, — отрывисто произнесла
Эстер. — Это Эстер Эппльярд из Фенвик Фейшенз... Благодарю.
В ожидании она нетерпеливо постукивала по столу карандашом. Лора так и
подпрыгнула, когда Эстер резко, со свистом втянула в себя воздух.
— Меня не интересует, совещание у мистера Тернера или нет! —
воскликнула она с ледяными нотками в голосе. — Это экстренный случай,
поэтому лучше вам сию минуту позвать его к телефону, или ваша фирма получить
от нас иск по всей форме!
Лора с восхищением смотрела на коллегу. Она далеко не была уверена, что у
нее хватило бы смелости, чтобы разговаривать так напористо. В голове
промелькнула мысль, что если когда-нибудь она решится открыть свое
собственное дело, то непременно попросит Эстер стать ее партнером.
— Это мистер Тернер? — кратко осведомилась Эстер. — Говорит
Эстер Эппльярд из Фенвик Фейшенз. Вам известно, что партия вечерних платьев,
которую ваша фирма только что доставила нам, намного ниже по качеству, чем
те модели, которые вы показывали нам при заключении договора? Вы не в курсе?
Это удивительно! А тем не менее вы лично гарантировали, что платья будут
точным подобием образцов. Она набрала в легкие еще воздуха.
— Позвольте мне поставить вас в известность, что ваши платья ужасны. И
еще хочу сообщить вам, что произойдет дальше. С этого момента я прекращаю
оплату по счетам за эти платья и отправляю их обратно вам, немедленно, и за
ваш счет. Мы в Фенвик Фейшенз предлагаем своим покупателям
высококачественный товар и даже не подумаем выставлять жалкие тряпки,
которые вы имели наглость нам прислать. И будьте любезны не беспокоить нас
больше звонками!
С этими словами она бросила трубку. Лора в восхищении покачала головой.
— Ну и ну! Я и не представляла себе, что ты можешь быть такой
воинственной. А твой Дрейк, он знает, на что себя обрекает, собираясь
жениться на потенциальном министре легкой промышленности?
Эстер внезапно прерывисто вздохнула. Лора заметила, что у нее до сих пор
дрожат руки.
— Наверное, нет. Хотя он знает, что я могу за себя постоять. Вчера я
запустила в него тарелкой с жарким.
— Что ты?! И что было дальше?
Эстер кисло улыбнулась.
— Он пригнулся, и тарелка разбилась о стену. Отгадай, кому пришлось
потом все убирать? Но все равно, результат стоил труда!
Ее самодовольная улыбка приоткрыла перед Лорой новую сторону характера
коллеги. Эстер была домашним тираном.
— Вот так, — она выпрямилась и бросила на Лору любопытный
взгляд. — А кстати, как у вас дела с Дирком? Сегодня ты в неважном
настроении. Повздорили из-за чего-нибудь?
— Нет. Но он уезжает сегодня в командировку в Брисбейн, на два дня. Я
буду так скучать по нему. Да я уже скучаю. Мне хотелось бы проводить его в
аэропорт, но самолет улетает в три часа.
— Так почему бы тебе не задержаться после перерыва? Или лучше уйди на полдня — я тебя прикрою.
Уныние, не покидавшее Лору все утро, быстро развеялось.
— Правда, Эстер? Как бы я хотела! Я знаю, что сейчас он у себя в
конторе на Бродвее, а это совсем близко, пять минут на такси.
Эстер бросила взгляд на часы.
— Уже скоро перерыв. Почему бы тебе не вызвать такси и не отправиться
прямо сейчас?
Лора уже надевала жакет.
— Эстер, ты моя спасительница!
— Мы, девушки, должны стоять друг за друга, — совершенно серьезно
сказала Эстер. — Я вызову такси, пока ты охорашиваешься. Нельзя, чтобы
возлюбленный видел тебя с блестящим носом и растрепанными волосами.
Меньше чем через пятнадцать минут Лора расплатилась с шофером, доставившим
ее к двухэтажному зданию на Бродвее, где размещалось частное юридическое
бюро Дирка. Только она собралась перейти дорогу, как из подъезда вышла
секретарша Дирка, увлеченно беседуя с какой-то женщиной. Она не заметила
стоящую поодаль Лору и поспешила вниз по улице, прежде чем Лора успела ее
окликнуть и поздороваться. Пожав плечами, Лора вошла в подъезд, поднялась на
второй этаж и оказалась в маленьком коридорчике, испытывая некоторое
облегчение от того, что Джун ушла на обед. Она недолюбливала эту девушку,
вечно сплетничавшую с Клодией, что в свое время причинило ей немало душевных
мук.
Первым вестником беды, заставившим Лору насторожиться, был запах духов,
который ударил ей в нос, лишь только она открыла дверь в небольшую приемную
Дирка. Это удержало Лору, и она не окликнула мужа, как сделала бы в другой
раз. Она в замешательстве остановилась вспомнить, где уже встречала этот
запах, когда из-за полуоткрытой двери кабинета отчетливо прозвучал голос
Дирка.
— Ну что ты там копаешься, Виргиния? Сколько можно пудриться и
причесываться? Поспеши, а то наш самолет улетит без нас.
Лора застыла. В голове замелькали беспорядочные мысли: Виргиния? Наш
самолет?
— Всегда ты меня торопишь, — раздался кокетливый женский голос,
после того как донесся звук открывающейся и закрывающейся двери. — Ну,
и как я выгляжу?
— Ты всегда выглядишь сногсшибательно, Виргиния, не напрашивайся на
комплименты.
— А ты продувная бестия, Дирк Торнтон. Расскажи мне, какой историей ты
попотчевал свою бедняжку жену на этот раз?
Лора почувствовала, как ее сердце перестало биться.
— Я сказал правду, — последовал хладнокровный ответ.
— Но не всю правду, могу поспорить, — насмешливо произнесла
Виргиния. — В самом деле, Дирк, что за игру ты с ней ведешь? Я видела
ее лицо тогда, в театре. Она без ума от тебя. Хотя я тебя и обожаю, дорогой
мой, но все же чувствую себя немного виноватой, что бы ты не говорил. Она,
кажется, милая.
— Да, она милая.
— Тогда зачем, Дирк? Зачем специально причинять ей боль? Какой в этом
смысл?
— Для меня есть смысл.
— О, Боже, какие у нас секреты! Как я ненавижу, когда ты начинаешь
скрытничать со мной. Я-то заслуживаю объяснений. Ведь мы знаем друг друга
уже сто лет. Мне ты можешь доверять.
Он засмеялся.
— Но я уже доверился тебе, Виргиния. И доверяю по-прежнему.
— Ха! И это все, что ты мне скажешь? Как типично для тебя! Я надеюсь,
что мы остановимся в приличном отеле. Не выношу ничего второсортного.
— Я так и подумал. Тут на днях мне пришел счет за то черное платьице.
Не могла бы ты быть хоть чуточку менее расточительной?
— Но ты сам велел купить что-нибудь экстравагантное. Такое всегда
влетает в копеечку.
— Да, это я уже понял, — последовал сдержанный ответ. — Ну
что же, ты готова? Я думаю, мы сейчас где-нибудь перекусим, а потом возьмем
такси и двинемся в аэропорт.
— Я не прочь. Ты знаешь, что тебе необыкновенно к лицу серое?
Пошатнувшись, Лора вышла в коридор. Ноги ее не слушались. Она ощущала
дурноту и чувствовала себя совершенно разбитой. Внутри что-то сломалось,
каждую секунду она боялась потерять сознание. Один только инстинкт отчаянно
боролся в ней сейчас: "Не здесь! Не перед Дирком и этой ужасной женщиной".
Бросившись к лестнице, она спустилась вниз и выбралась из дома в тот момент,
когда к остановке на углу подъезжал автобус. Лора побежала и заскочила в
него, ни разу не обернувшись назад.
— Вам куда? — спросил водитель, протягивая руку за платой.
— Все равно, — произнесла она, задыхаясь.
— С вас полтора доллара. Автобус идет до Арочной набережной.
Она отыскала два доллара в кошельке, получила пятьдесят центов сдачи и почти
упала на ближайшее свободное сиденье.
Я схожу с ума, повторяла она про себя, из последних сил борясь с дурнотой,
сжимавшей ей желудок.
Но она не сошла с ума. Безумие, как и жизнь, легко не дается.
12
Врач выдал Лоре освобождение от работы сроком на неделю. По ее просьбе он
написал, что она подхватила вирусную инфекцию, хотя оба знали, что на самом
деле это был нервный стресс. Врач предложил выписать специальные
успокаивающие таблетки, но Лора отказалась, понимая, что в конечном счете
только она сама может себе помочь.
Лора вернулась домой и, стараясь не смотреть на вещи Дирка, которые висели в
шкафу рядом с ее вещами, упаковала маленький чемодан и тут же снова уехала.
Она еще не знала, что именно собирается делать дальше, знала только, что
видеть Дирка для нее невыносимо, невыносимо разговаривать с ним по телефону,
и делать вид, будто ей неизвестно, что Виргиния сейчас вместе с ним в
гостинице. Но и бросить правду ему в лицо, а в ответ услышать очередную
сладкую ложь, тоже было невозможно.
Лора не сомневалась ни минуты, что он опять примется лгать. Ложь, видимо,
стала неотъемлемой частью их совместной жизни.
Была ли это месть с его стороны? Она отчаянно билась в догадках, направляя
свой автомобиль в общем потоке транспорта в сторону океана. Или он просто от
природы лишен всякой нравственности и полагает, что может жить и с ней, и с
Виргинией, и бог знает с каким еще количеством женщин, на которых остановит
свое внимание в будущем.
Лора затрясла головой и крепче сжала руль, отчаяние и ненависть боролись в
ее душе. Как невероятно глупа она была, позволив Дирку снова войти в ее
жизнь. Наивная, пустоголовая, несуразная дуреха!
Но теперь конец. Лучше оставаться одной до конца жизни, чем опять пережить
эту боль и ужас.
Она выехала за город и теперь мчалась прямо на север по скоростной
магистрали. Через мост, мимо пастбищ, все дальше и дальше. Лора миновала
Госфорд и теперь приближалась к Ньюкаслу. Она не смотрела по сторонам, а
только перед собой, не замечая красот окружавшего ее пейзажа. Перед глазами
стоял Дирк. Вот он возвращается домой в пятницу вечером, немного озадаченный
тем, что не смог дозвониться до нее по телефону, и находит ее записку,
краткую и лаконичную: "Уехала на некоторое время. Мне надо подумать. Лора".
Он не заслуживал и письма. Ей было наплевать на его чувства. Пусть он
провалится в ад! Она только не хотела, чтобы Дирк обратился в полицию.
Сейчас Лоре требовалось время и уединение, чтобы решить, как она будет жить
дальше.
К ночи Лора достигла Таре и остановилась в небольшом мотеле у реки. Кругом
росли широколиственные деревья и расстилались зеленые поляны, где можно
бродить и размышлять.
Так она бродила и размышляла три дня. На четвертый Лора почувствовала себя
плохо. Во время обеда в ресторане голова у нее внезапно закружилась, и она
соскользнула со стула на пол, покрытый розовым ковром.
Спустя какое-то время Лора пришла в себя и увидела, что лежит на постели в
своем номере. Где-то неподалеку звучали приглушенные голоса. Словно сквозь
туман Лора видела, как какие-то люди выходят из комнаты. Потом заметила
незнакомого человека, сидящего на кровати. Он взял ее за руку и принялся
считать пульс.
— Миссис Торнтон? Я доктор Дженкинс. Меня вызвал директор гостиницы. Он
сказал, что вы приехали из Сиднея и не знаете здешних врачей. Как вы сейчас
себя чувствуете? Лучше?
Комната постепенно перестала кружиться.
— Да, — прошептала Лора, — кажется, лучше.
— Вы недавно перенесли какую-то болезнь, миссис Торнтон? Директор
решил, что вы больны, вы были очень бледной.
— Да, в какой-то степени...
— Вы можете рассказать мне. Я попытаюсь помочь вам.
Она слабо улыбнулась.
— Я не уверена, доктор.
Доктор вздохнул.
— Молодые женщины не падают в обморок без причины. Раньше с вами
случалось такое, миссис Торнтон, особенно в последнее время?
Лора нахмурилась и покачала головой.
— Я никогда в жизни не падала в обморок.
Доктор медленно кивнул.
— Может ли быть, миссис Торнтон, что вы беременны?
Лорины глаза на секунду расширились, но мимолетный проблеск надежды тут же
погас. Она повернула голову к стене.
— Нет, — сказала она безо всякого выражения. — Это
невозможно.
Между тем она машинально прикинула сроки и вдруг поняла, что впервые за все
время у нее случилась задержка на неделю. Вопреки логике у Лоры засосало под
ложечкой. Но здравый смысл взял верх. Со вздохом она повернулась лицом к
доктору.
— Я не могу быть беременна, доктор. Мой муж бесплоден.
Ее глаза наполнились слезами. Она сердито заморгала, но две крупные слезинки
уже скатились и побежали по щекам. Доктор сочувственно смотрел на нее.
— А может быть отец ребенка не он? — предположил он
осторожно. — И из-за этого вы расстроены?
— Совсем нет! — глотая слезы, произнесла она. — Это все из-за
нервного потрясения, доктор. Я никак не могу быть беременной.
— Может быть, вы и правы, но все же я хотел бы осмотреть вас, чтобы
просто удостовериться. Сделайте мне такое одолжение. Тогда я стану искать
причину вашего обморока в другом.
Лора смахнула слезы тыльной стороной ладони и устало вздохнула.
— Раз вы настаиваете...
Результаты осмотра подтвердили предположение доктора.
— Но этого не может быть! — известие настолько ошеломило Лору, что
она даже не чувствовала радости, которую испытала бы при других
обстоятельствах. Она сидела на кровати, нервно сжимая руки.
— Не могу поверить. Я хочу сдать настоящие анализы.
— Но тогда вам придется поехать со мной в клинику.
— Все равно. Я хочу убедиться. Анализы тоже оказались положительными.
Совершенно положительными, как уверил ее доктор. Так же как и повторные
анализы на следующий день, на которых она настояла. Мало-помалу потрясение
сменилось гневом.
— Но как это могло случиться? — наседала она на доктора. Она уже
объяснила, что муж ее был полностью уверен в своей неспособности к
оплодотворению, и это в корне изменило его характер, разрушило их брак и
фактически разбило всю ее жизнь.
Доктор затруднялся дать ей четкие объяснения и предполагал возможность
ошибки. Может быть, в лаборатории перепутали анализы, или же стерильность
мужа оказалась временным явлением, будучи вызвана какой-то иной причиной, а
не осложнениями после свинки, как предполагал он. Есть много факторов,
способных снизить число сперматозоидов. Например, прием каких-нибудь
лекарств, алкоголь, курение, усиленные физические упражнения, или
интенсивная половая жизнь.
— Но у Дирка не было снижено число сперматозоидов, — нетерпеливо
возражала она. — У него их не было совсем!
Она продолжала горячо обсуждать причины бесплодия Дирка, как вдруг
реальность, наконец, начала доходить до ее сознания. Значит, все же
произошла ошибка, поняла вдруг Лора. Невероятная, непостижимая ошибка!
Лора замолчала на полуслове. Ее чувства словно оцепенели. Ее словно громом
поразило. Она станет матерью! У нее будет ребенок! И это ребенок Дирка.
Она расплакалась.
Доктор протянул ей платок и погладил по плечу.
— Ну-ну, миссис Торнтон. Думайте, что это чудо, посланное Богом, чтобы
помирить вас с вашим мужем. Он будет рад этому ребенку, не так ли?
Бедное Лорино сердце снова сжалось. В ушах ее прозвучали слова матери, что
мужчинам, подобным Дирку, дети не нужны. Вспомнила она, как сам Дирк
признавался ей в этом. Но все затмила яркая картина — Дирк смеется,
подкидывает Николаса в воздух, сажает его к себе на плечи.
Он солгал тогда насчет детей. Он хотел иметь ребенка так же сильно, как и
она. Лора готова была в этом поклясться!
Теперь у Лоры не было выбора. Она должна вернуться домой и сообщить Дирку о
ребенке. А следующее слово будет за ним. Какую роль решит он играть в жизни
своего ребенка? Навещать его Лора ему не запретит, но что касается
совместной жизни, то с ней покончено навсегда. Окончательно и бесповоротно.
Вытерев носик, Лора поднялась. Поднялся и доктор, обеспокоенно глядя на нее.
— Вы ведь... не сделаете глупостей, миссис Торнтон?
Настала ее очередь успокоить его.
— Конечно, нет, доктор. Я очень хочу этого ребенка. И уверена, что мой
муж тоже, если он только подумает как следует. Спасибо вам, вы были так
добры.
— Одну минуту, я должен выписать вам железосодержащие таблетки. И
обязательно покажитесь вашему врачу, как только вернетесь домой. Вы мне
обещаете? Честно говоря, я не уверен, что вам следует самой вести машину.
Может быть, стоит доехать на поезде? Или самолетом?
— Нет, я лучше на машине. Честное слово, сейчас я чувствую себя
отлично. Я позабочусь о себе, не волнуйтесь, доктор. И не допущу, чтобы
случилось что-нибудь со мной или с моим ребенком.
Доктор не мог сдержать улыбки. Какая милая молодая женщина, подумал он. Она
станет хорошей матерью. Какими безмозглыми идиотами бывают некоторые
мужчины!
Лора въехала в Сидней в понедельник вечером и попала как раз в час пик. Она
свернула с основной магистрали и направилась к своему дому по лабиринту
боковых улочек. Всю дорогу у нее сосало под ложечкой при мысли о той минуте,
когда придется посмотреть в глаза Дирку и объявить ему, что он станет отцом.
Сейчас Лора уже не была так уверена, что эта новость его обрадует. Она уже
раз ошиблась в Дирке. Можно легко ошибиться снова.
Присутствие черного
ягуара
в одном из гаражей, предназначенных для
жильцов, говорило о том, что Дирк дома. Дирк никогда не ездил на электричке,
в автобусе или даже в такси. Если его машина здесь, значит он сам
неподалеку.
Лора оставила чемодан в багажнике, с тяжелым сердцем поднялась вверх по
лестнице и подошла к своей двери. Она вставила ключ в замок и собиралась уже
повернуть его, как дверь вдруг неожиданно распахнулась.
На пороге стоял Дирк. Таким она еще не видела его никогда. Выглядел он
совершенно больным: мертвенно бледный, с покрасневшими глазами, спутанными
волосами и трехдневной щетиной на подбородке.
— Лора! — голос его дрогнул. — Слава Богу! Я был сам не свой.
Он порывисто схватил ее и втащил в прихожую, захлопнув ногой дверь. Но когда
он сделал попытку обнять ее, она с силой оттолкнула его.
— Не трогай меня! — воскликнула она с негодованием.
Его воспаленные глаза стали мучительно-напряженными, когда он пристальнее
всмотрелся в ее лицо. Она ответила ему взглядом, полным ледяного презрения.
— Ты узнала! — вырвалось у него вместе с тяжелым вздохом. — О
Виргинии...
Не давая себе труд опровергнуть или подтвердить его слова, Лора смотрела ему
прямо в глаза и брезгливо молчала.
— Как ты мог, Дирк? — наконец выговорила она тихо, с болью в голосе. — Как же ты мог?
Он со стоном прислонился спиной к стене и провел по волосам дрожащими
пальцами.
— Проклятье! — произнес он одно только слово.
Стараясь смотреть как можно холоднее, она оглядела Дирка с головы до ног. Но
быстрый обзор его небрежно одетой фигуры привел ее чувства в смятение.
Сознавая весь цинизм его поведения, Лора понимала, что слабость сейчас
просто смешна и непонятна. Вот он стоит здесь, ее неверный муж, небритый,
взъерошенный, одетый только в поношенные джинсы. А она с ужасом и упоением
вновь чувствует, как, несмотря ни на что, ее страстно влечет к нему.
Да, она по-прежнему любит.
Это безумие! Лора тряхнула головой, не в силах решить, как поступить дальше.
Может, лучше всего молча повернуться и уйти, уехать куда-нибудь, и пусть он
никогда не узнает о ребенке?
Но нет. На это она не способна. У него есть право знать, и неважно, что за
этим последует.
— Я не хочу обсуждать твои отношения с Виргинией, — начала она
упавшим голосом. — Но я должна сказать тебе кое-что...
— Нет! — выкрикнул он с такой болью и мукой в голосе, что Лора
оцепенела в молчании. — Нет, — повторил он, схватив ее за руки и с
силой сжав их. — Я знаю, что произошло в пятницу. Я звонил Эстер, и все
понял. Догадываюсь, какие выводы ты сделала из услышанного. Но ты
ошибаешься, Лора, страшно ошибаешься! Я... я...
Его минутное колебание вывело Лору из оцепенения. Сейчас начнется то, чего
она боялась. Он постарается вновь убедить ее в том, что черное это белое, и
может быть, ему это удастся...
— Хватит лжи, Дирк! — закричала она, вырывая руки. — Я больше
этого не вынесу!
— И я тоже, — откликнулся он. — Видит Бог, я говорю сейчас
правду. Ты должна меня выслушать, Лора. Дай мне объяснить, почему я сделал
то, что сделал. Ради всего святого, дай мне только пять минут, прежде чем ты
вынесешь свой приговор. Разве это так много по сравнению со всей жизнью?
Пять ничтожных минут!
Да, в этом ему не откажешь, горько подумала Лора. Он умеет убеждать. А у нее
совсем нет сил бороться. Она слишком измучалась.
— Ну хорошо, Дирк, — вздохнула Лора. — Пять минут. Но лучше я
сяду, — добавила она, потому что комната начала вдруг медленно
поворачиваться вокруг нее.
— Что с тобой? — встревоженно спросил Дирк. Он бережно довел ее до
гостиной и усадил на диван. Лора перевел
Закладка в соц.сетях
