Жанр: Любовные романы
Слезы изменника
...я готова быть с вами до конца.
— Нам недолго ждать, — вздохнула Сьюзан. Она не любила задавать
подобные вопросы, но должна была знать. — Он больше ничего не сказал?
— Сказал, что ураган повалил одно дерево, но, слава богу, не на дом.
Да, и град повредил крышу, а в остальном все хорошо.
— Отлично. — Это было не совсем то, что хотела услышать Сьюзан, но
все же лучше, чем ничего. Она едва сдержалась, чтобы не спросить, как
выглядел Корд.
Сразу после ухода Эмили позвонила Имогена.
— Сьюзан, ты можешь приехать? — спросила она напряженным
голосом. — Престон вернулся. У него есть информация о Корде!
— Уже еду. — Сьюзан повесила трубку и побежала за сумкой.
Информация о Корде? Сердце забилось сильнее. Он замешан в преступлении? Что
бы то ни было, Сьюзан сможет его защитить. Нет, ничего противозаконного,
иначе бы Корд скрывался. Скорее всего, он перешел дорогу каким-нибудь
влиятельным людям. Престон, вероятно, планирует использовать информацию
против Корда. Сьюзан должна сделать так, чтобы Корд об этом узнал.
Она не помнила, как добралась до поместья Блэкстоунов. Сердце билось с такой
силой, что болели ребра. Сьюзан так хотела, чтобы Престон вернулся, а
теперь, когда это произошло, боялась, что он может навредить Корду. Сьюзан
взбежала по лестнице, Престон открыл ей дверь. Он выглядел неожиданно свежим
и загорелым. И очень спокойным.
— Бог мой, Сьюзан! Что с тобой случилось? Ты похудела фунтов на десять!
— Не важно, — отмахнулась Сьюзан. — Что ты узнал о Корде?
Престон проводил ее в гостиную, где их ждала Имогена, и предложил сесть.
— Я уехал, чтобы провести небольшое расследование, — начал
Престон. — Хотел, чтобы Корд решил, будто я струсил и сбежал. На мое
счастье, это сработало. Он, наверное, думал, что смог победить без особой
борьбы.
— Сомневаюсь, — прервала его Сьюзан. — Он только позавчера
узнал, что ты уехал.
Престон нахмурился:
— Но почему? Разве ты ему не сказала?
Сьюзан выпрямилась и посмотрела на деверя широко открытыми глазами:
— Ты этого от меня хотел, не так ли? Ты свалил все на меня, думая, что
я брошусь к Корду вымаливать прощение. Он так и сказал, что ты на это
рассчитываешь, но я не верила.
Сьюзан не сводила с Престона глаз, и он нервно заерзал в кресле.
— Что я еще мог ожидать? Хочешь сказать, что я неверно оценил ситуацию?
— Не знаю. Понятия не имею, как ты ее оценивал.
Престон не выдержал ее пронзительный взгляд и отвернулся.
— Я был в Нью-Йорке. Наши акции росли, несмотря на всю шумиху вокруг
корпорации. Значит, их кто-то скупал. У меня возникли подозрения, но я решил
проверить. Корд скупал все акции компании, которые появлялись на рынке. Он
не стремится сделать нас банкротами. Он подталкивает нас к продаже акций,
которые сам и скупает. Он устроил поглощение!
— Поглощение? — У Сьюзан закружилась голова, Корд восхищал ее.
— Поглощение! — засмеялась она, захлопав в ладоши. — Это все
ради поглощения!
— Не вижу ничего смешного.
— Конечно не видишь! Это же
я продавала акции,
чтобы собрать деньги на выплату долга!
Имогена побледнела.
— Сьюзан! Свои личные активы!
Престон повернулся к ней и посмотрел властным суровым взглядом:
— Сьюзан, мы это обсуждали. Я просил тебя не продавать акции.
— А потом ты уехал, оставив меня выкручиваться. У меня не было выбора!
Я думала, что мы гибнем, а это была лишь игра! Я продала не только акции!
Лицо Престона стало болезненным.
— Господи! У него пропал интерес к долгу. Корд просто хотел, чтобы мы
стали паниковать и продали столько акций, чтобы обеспечить ему преимущество.
Сьюзан, сколько ты продала?
— Девять процентов.
— У тебя еще остается шесть. У нас с мамой по одиннадцать. Всего
двадцать восемь. Думаю, у Корда не больше двадцати шести. У нас еще есть
преимущество.
— Если его поглощение будет неудачным, мы сможем собрать деньги, —
заметила Имогена, но Престон решительно покачал головой:
— Нет. Это с самого начала казалось странным, что он готов нести
убытки, только чтобы отомстить мне. Но я думал, что он просто до такой
степени меня ненавидит. А когда акции стали раскупаться, едва попав на
рынок, я подумал, что изначально его интересовало совсем другое.
— Почему ты ничего мне не сказал? — возмутилась Сьюзан. —
Ладно, знаю, что ответишь. Ты не доверял мне, потому что мы с Кордом
встречались, а Корд не доверял мне, зная, что я тебе помогаю.
— Извини, — мягко сказал Престон. — Я не думал, что тебе
будет так тяжело. Обещаю возместить все, что ты продала.
Сьюзан махнула рукой. Ей хотелось поскорее закончить этот разговор.
— Не будем об этом.
Престон решил больше не касаться болезненной темы, Сьюзан выглядела слишком
усталой.
— Как только вернулся, я сразу поехал к Корду, — продолжал
Престон. — И созвал собрание членов правления на десять утра, вопрос
будет вынесен на голосование. Корду необходимо скупить как можно больше
акций, пока это не сделали мы. Он понимает, что игра закончена.
Всего лишь игра. Сьюзан не могла думать ни о чем другом этой ночью. Просто
игра.
Сьюзан не имела представления, как изначально были поделены активы компании.
Выйдя замуж за Вэнса, она узнала, что семья владеет пятьюдесятью одним
процентом акций. Имея контрольный пакет, они не заботились, кому принадлежат
остальные. У Имогены, Престона и Вэнса было по пятнадцать процентов. Сьюзан
унаследовала долю мужа после его смерти. Оставшиеся шесть процентов, как ей
сказали, принадлежали дальним родственникам. О существовании Корда Сьюзан
даже не подозревала. Он так долго не появлялся в городе, что о нем все
забыли. Сейчас стало ясно, кто владел этой долей.
Престон и Имогена продали по четыре процента акций, чтобы получить деньги
для выплаты долга. Это давало Корду четырнадцать процентов акций, при
условии, что он их скупил. А он, вероятно, это сделал. Проданные Сьюзан
девять процентов увеличивали его пакет до двадцати трех. Если Престон
полагает, что Корд владеет двадцатью шестью процентами, значит, он скупал
акции у других держателей, а возможно, и право голоса. У Престона тоже было
право голоса. Это просто игра с цифрами, ничего больше. Корпорация стала
даже мощнее. Корд выплатил долги, теперь семья владела пятьюдесятью четырьмя
процентами акций. Все шло великолепно.
Теперь ей стали понятны уверения Корда в том, что все будет хорошо. Он знал,
что компании не грозит банкротство, но не доверял Сьюзан настолько, чтобы
сказать ей об этом. Так же как Престон не решился поделиться с ней своими
подозрениями. Она хотела вернуть мир в семью, а стала жертвенным ягненком.
Сьюзан была рада, что утром все закончится. Эта игра вымотала ее. Кажется,
она принесла радость всем игрокам, кроме одного.
Глава 12
Из пяти человек, собравшихся в зале заседаний совета директоров, Корд
выглядел самым спокойным. На нем был летний костюм в полоску, сшитый одним
из лучших европейских кутюрье. Борода не вписывалась в созданный образ,
отчего костюм казался совершенно безупречным. Хотя с его фигурой можно
выглядеть великолепно в любой одежде. И даже без нее. Воображение Сьюзан
рисовала ей соблазнительные картины обнаженного Корда.
Имогена тоже казалась спокойной, даже несколько безучастной, Престон —
собранным. Берилл была такой же, как и всегда. Сьюзан рассеянно наблюдала за
происходящим. До нее едва доходил смысл слов. Она осторожно повернулась в
сторону Корда, чтобы убедиться, что он смотрит на нее. Корд ей подмигнул. Он
так в себе уверен? Неужели весь этот тщательно продуманный план был лишь для
того, чтобы досадить Престону? Если так, то шутка, несомненно, удалась.
Сьюзан настолько была погружена в себя, что почти не следила за
происходящим. Мысли так разозлили ее, что она собралась и стала внимательно
следить за ходом собрания.
— Это мое право по рождению, — говорил Корд низким голосом, глаза
его оставались холодными. — Прошли годы, прежде чем я это осознал, и не
собираюсь отступать. Я буду бороться до конца, компромиссы здесь неуместны.
— Считай, что ты проиграл. — Голос Престона звучал глухо. —
Выставляем на голосование?
— Безусловно.
У Корда было выражение лица абсолютно уверенного в себе человека, хотя он
знал, что его доли недостаточно.
Его не считали членом семьи. Интересно, о чем он сейчас думает? О мести? Или
о том, что вновь станет членом семьи? Хочет ли он этого?
— Я голосую
да
, — произнес Корд, и Сьюзан отвлеклась от своих
мыслей.
— Я голосую
нет
, — последовал ответ Престона. — Сьюзан?
Она поняла, что Корд был в ней уверен. Сьюзан поймала его безразличный
взгляд, в глазах уже светилась радость победы. Настоящая акула! Он,
безусловно, был лидер, отважный и самоуверенный, способный вести войну
любыми методами, вплоть до партизанского движения.
Сьюзан ничего не смогла прочитать в глазах Корда. Он просто ждал. Корд не
давил на нее, не призывал проголосовать в его пользу. Да и зачем? При первой
же перестрелке она бы перешла на сторону Престона. Неудивительно, что он ей
не доверял! Корд будет хорошим руководителем, он продемонстрировал свои
способности.
— Сьюзан, — настойчиво повторил Престон.
Доверие должно с чего-то начинаться. Корд был такой подозрительный, всегда
ждал подвоха или удара в спину.
— Я голосую
да
, — сказала она тихо.
В зале воцарилась тишина, было слышно лишь, как Берилл водит ручкой по
бумаге, стенографируя каждое слово.
Престон выглядел шокированным. Он побледнел, губы плотно сжались,
превратившись в тонкую полоску. Заседание было прервано, но зал покинула
лишь Берилл. Остальные так и остались на своих местах, даже Корд казался
обескураженным таким поворотом событий.
Сьюзан и самой себе не могла внятно объяснить причины своего выбора. В
глубине души она знала, что не может предать Корда на этот раз. Если он не
будет признан членом правления в отсутствии, на его долю будет претендовать
Престон. Корд вернулся, чтобы победить. Война не закончится, а разразится с
новой силой, принося горя семье и разрушая компанию. Это должно закончиться,
даже если ей не пришлось оправдать надежды Имогены и Престона. Сьюзан устала
и вымоталась, у нее не было ни желания, ни сил бороться с Престоном или
Кордом. Она была лишь пешкой в их игре, исполняющей то, что они хотели.
Имогена наклонилась и положила руки на стол.
— Надо положить этому конец, — произнесла она ровным голосом,
переводя взгляд с Корда на Престона. — Когда-то мы были одной семьей, я
хочу, чтобы так стало и сейчас. Я неправильно себя вела и виновата перед
тобой, Корд. Прости меня.
В глазах Имогены не было ледяного пренебрежения, взгляд был ясным и
искренним. В этот момент Сьюзан поняла, что никогда не уважала свекровь
больше, чем сейчас.
Не дожидаясь ответа Корда, Имогена повернулась к Престону:
— Я знаю, как тебе тяжело. Ты был выдающимся главой компании, в такой
ситуации непросто отступить. Но я прошу тебя сделать это без горечи и обиды
и всячески содействовать смене в управлении. Корд член семьи. Он такой же
Блэкстоун, как и ты. Думаю, вы уже достаточно взрослые, чтобы осознавать
необходимость заключения перемирия. Много людей пострадало, а пострадает ещё
больше, если мы не остановимся. Сьюзан была единственной из нас, кто с
самого начала понял, к чему ведет эта война. Если вы не сделаете это ради
самих себя, сделайте ради меня... и нее. Бог свидетель, она уже сполна
заплатила за вашу вражду.
Сьюзан передернуло. Она ненавидела, когда напоказ выставлялись ее чувства.
Она побледнела и выпрямилась, опустив глаза. Теперь все зависело от них —
прийти к соглашению или начать новый виток войны. В любом случае она не
собирается в этом участвовать. У нее нет больше сил.
Престон давно сидел, нахмурив брови, вспоминая прошлое, когда он первый стал
ненавидеть Корда.
— Я никогда тебя не любил, — сказал он, глядя перед собой
отсутствующим взглядом. — Тебе все давалось легко. С Вэнсом тоже было
трудно соперничать, но когда появлялся ты... Господи, когда ты был рядом, я
становился совсем незаметным. Все смотрели только на тебя.
Корд смотрел на кузена с другого конца стола. На его лице не дрогнул ни один
мускул. Что он думает о таком признании, сказать было невозможно.
Престон тряхнул головой, словно не мог понять, как случилось, что ненависть
друг к другу завела их так далеко. Он расправил плечи и посмотрел Корду в
глаза:
— Когда мне было шестнадцать, я встречался с Келли Гартленд и был
страстно в нее влюблен. Ты учился на втором курсе колледжа. На выходные ты
приехал, и вы встретились на вечеринке. После этого она меня бросила.
В глазах Корда мелькнуло удивление.
— Келли Гартленд? Блондинка с кукольной внешностью? Сейчас и не
вспомнишь. Я, кажется, встречался с ней пару раз, но ничего особенного между
нами не было.
— А для меня было. Я ненавидел тебя за то, что ты увел ее, хотя она
была тебе совсем не нужна. Тогда в шестнадцать мне казалось, что это любовь
всей моей жизни. Когда у тебя начался роман с Джудит, я понял, что появился
шанс отомстить. И я сделал это. Гордиться тут нечем, но я не мог поступить
иначе.
Корд глубоко вздохнул. Сьюзан стало ясно, что упоминание Джудит вызвало в
нем боль и чувство вины за то, что не смог уберечь любимую женщину. Оба
опять вспомнили события давно минувших дней и смотрели друг на друга с
нескрываемым раздражением. Призрак прошлого опять стоял между ними.
— Джудит была моей женой. Мы обвенчались, как только уехали отсюда, а
через год она умерла. Я бы смог убить тебя за то, что ты сделал. — В
его глазах появился стальной блеск. — Самая большая вина за то, что с
ней случилось, лежит на мне.
Даже сейчас, спустя годы, Корд был зол на себя, что позволил Джудит умереть.
Повисла тишина. Сьюзан внезапно поняла, что больше не выдержит. Она встала
из-за стола и вышла, почти бегом, чтобы никто не успел ее остановить. Ей
было так больно, что не было сил плакать.
Совершенно подавленная, она вошла в свой кабинет. Берилл вопросительно
посмотрела на нее, но Сьюзан сделала вид, что не заметила секретаршу. Ей
казалось, что она промерзла до костей и никогда не сможет согреться.
И это все из-за женщины, которой давно нет на свете. Интересно, каждый из
них хочет, чтобы она была с ним, только потому, чтобы не досталась другому?
Сьюзан закрыла дверь, но через секунду она опять открылась. Перед ней стоял
Корд. Он был так близко, что Сьюзан пришлось отступить на шаг.
— Почему ты ушла? — невозмутимо спросил он.
— Я собираюсь домой.
Ноги словно одеревенели. Сьюзан подошла к столу и взяла сумку. Стараясь не
смотреть на Корда, она направилась к выходу. Корд сделал шаг в сторону и
преградил ей путь.
— Ты нужна мне здесь, Сьюзан. Знаешь, как непросто будет занять место
главы компании? До этого момента все решалось внутри семьи, но скоро все
узнают. Мне нужна твоя помощь. Одним взглядом ты можешь сделать больше, чем
другие бейсбольной битой.
— Я бы не голосовала за тебя, если бы сомневалась, что ты
справишься, — устало ответила Сьюзан. — Пожалуйста, позволь мне
пройти.
— Почему ты голосовала за меня? Все были удивлены. И я тоже.
Корд коснулся ее руки. Горячие пальцы обожгли кожу. Он ждал от нее
поддержки, ответа, чего-то особенного, свойственного только ей.
Сьюзан не могла ему этого дать. Она смотрела безразличным взглядом, изучая
полоски на пиджаке.
— Я устала и хочу домой, — повторила Сьюзан.
Корд посмотрел на ее бледное напряженное лицо с синяками под глазами и
подумал, что не может отпустить ее одну. Было очевидно, что она на грани
срыва.
— Я отвезу тебя.
— Нет, — быстро ответила Сьюзан.
— Хорошо, тогда я попрошу Имогену.
— Я доеду сама. Я вполне способна самостоятельно добраться до дому и не
врезаться в столб.
— Хорошо, я заеду сегодня вечером...
— Нет, — перебила его Сьюзан. Она резко подняла голову, и Корд
увидел в ее глазах боль и обиду.
Внутри его шла борьба. Это было заметно по тому, как пульсировала вена на
виске.
— Нам надо поговорить.
— Я знаю. Может быть, позже. Сейчас я не могу ни о чем думать.
— Когда?
Сьюзан пожала плечами, губы ее задрожали.
— Не знаю. Лет через шесть или семь.
— Черт! — не сдержался Корд.
— Извини, но это мое мнение! Пожалуйста, оставь меня в покое! У меня
все равно больше нет ничего, что тебя бы заинтересовало. Я продала свои
акции и отдала свой голос.
Оттолкнув Корда, Сьюзан вышла, стараясь не смотреть на него. Не поднимая
головы, она покинула здание. Жаркое южное солнце обожгло, и кожа сразу
покрылась мелкими капельками пота. Сьюзан заморгала и открыла сумку в поиске
солнечных очков, которые немедленно надела. Она подумала, что солнце ей
сейчас просто необходимо, и решила, что весь день будет загорать во дворе
дома и, конечно, поспит, если удастся. На большее она сейчас не способна.
Сьюзан вела машину медленно и аккуратно. Эмили, слава богу, не стала
задавать лишних вопросов. Словно робот, Сьюзан автоматически разделась и с
удовольствием стянула колготки. Почувствовав себя свободной, она надела
старые шорты, в которых копалась в саду, и белую рубашку без рукавов,
завязав ее под грудью. Впервые за весь день стало легче дышать. Все
закончилось. Ей пришлось тяжелее всех, но теперь можно расслабиться и
отдохнуть.
Сьюзан выкатила шезлонг во внутренний двор и легла, позволяя солнцу излечить
ее исстрадавшееся тело и душу. Веки налились свинцовой тяжестью, глаза
открыть было невозможно, Сьюзан задремала.
Эмили один раз будила ее, предложив холодного чая, который был очень кстати.
Озноб прошел, и Сьюзан ощущала блаженное тепло во всем теле. Выпив чай, она
перевернулась на живот и опять заснула. Когда солнце было в самом зените и
жара стала усиливаться, Эмили поставила рядом с шезлонгом большой зонт и
вернулась в дом, чтобы выполнить задание Корда.
Сьюзан проснулась во второй половине дня и побрела на кухню, чтобы
перекусить. Эмили приготовила легкий салат и фаршированные помидоры. Сьюзан
все еще клевала носом и отчаянно боролась с зевотой.
— Извини, — прошептала она, — чувствую себя очень усталой.
Эмили погладила ее по руке.
— Идите, посмотрите вечерние новости. Положите ноги на стол и
расслабьтесь.
— А чем, по-твоему, я занималась весь день? — вздохнула Сьюзан, но
подумала, что идея неплоха.
Было очевидно, что она заснет перед телевизором. Последнее, что запомнилось
Сьюзан, — карта и ведущий, рассказывающий об изменениях атмосферного
давления.
Она проснулась оттого, что лежала в неудобной позе, потянулась, стараясь
размять затекшие спину и ноги. Первое, что увидела Сьюзан, с трудом подняв
тяжелые веки, были глаза Корда.
Она подскочила от неожиданности и резко выпрямилась.
— Что ты здесь делаешь? — нервно спросила Сьюзан, окидывая его
обеспокоенным взглядом.
— Жду, когда ты проснешься, — спокойно ответил Корд. — Я не
хотел тебя напугать, извини. Сейчас я сделаю то, что хотел сделать, когда
впервые тебя увидел.
Сьюзан вжалась в спинку дивана, с подозрением наблюдая, как он наклоняется
все ближе.
— Что же это?
— Закинуть тебя на плечо и увезти.
К огромному удивлению Сьюзан, Корд слегка потянул ее за руку, и через
мгновение она уже лежала на его могучем плече. Одной рукой он придерживал ее
ноги, а вторую положил на ягодицы.
— Опусти меня немедленно! — закричала она, вцепившись в ремень
Корда.
Тем временем он спокойно прошел по комнате, выключая телевизор и свет.
— Что ты намерен делать?
— Увидишь.
Сьюзан не успокаивалась, колотила его по спине и старалась высвободить ноги,
которые Корд держал железной хваткой. Так они покинули дом, попав в объятия
жаркой, благоухающей пьянящими ароматами ночи.
— Опусти меня! Куда ты меня несешь? — кричала Сьюзан.
— Далеко, — коротко ответил он. Под ботинками шуршал гравий.
Сьюзан уперлась локтями в спину Корда, стараясь повернуться и рассмотреть,
куда он идет. Подойдя к джипу, Корд аккуратно поместил Сьюзан на сиденье.
— Эмили упаковала твою одежду, — сказал он, целуя ее в
губы. — Чемодан в багажнике. Я обо всем позаботился, тебе надо просто
ехать. В машине есть плед, если помнишь, так что можешь поспать.
По тону Корда Сьюзан поняла, что он вспомнил, когда они до этого
пользовались одеялом.
Сьюзан была полностью обескуражена и сидела в исступлении, не произнеся ни
слова. Он похитил ее, да еще и с благословения Эмили! Сьюзан негодовала, но
поняла, что у нее просто нет сил сопротивляться.
Корд обошел машину и сел за руль.
— Почему ты был уверен, что я не убегу, пока ты не заблокировал двери?
— По двум причинам, — ответил Корд, садясь вполоборота и глядя
назад, пока они выезжали со стоянки. — Во-первых, ты слишком умна,
чтобы впустую расходовать последние силы. — Он включил первую скорость.
Сьюзан смотрела, как его сильные ноги выжимают педали. — Во-вторых, ты
меня любишь.
Логика была железной. Да, она его любила, даже сейчас, когда обида засела
так глубоко. С ней обращались как с наивной дурочкой, хитростью втянув в
чужую игру.
— Не будешь отрицать? — пытливо посмотрел на нее Корд.
— Нет, я не лгунья.
Сьюзан сказала это с таким достоинством и в то же время безразличием, что
Корд ощутил легкий укол в сердце. Она любила, но без всякой надежды. Корд
почувствовал, что некогда яркое пламя стало медленно угасать и необходимо
приложить старания, чтобы оно разгорелось с новой силой. Когда Сьюзан ушла
сегодня утром из офиса, Корд решил, что ей необходимо дать передышку,
позволить прийти в себя. Он думал об этом весь день и пришел к мысли,
что
должен что-то делать, чтобы вернуть Сьюзан. Корд
начал действовать быстро, легко решая все вопросы.
Он думал, что Сьюзан заснет, но она сидела, напряженно выпрямив спину и не
сводя глаз с дороги. Она так и не смогла понять, куда Корд ее везет.
— Куда мы едем? — наконец спросила она.
— На пляж, — ответил Корд. — Ты будешь только спать, есть и
загорать, пока не поправишься и не исчезнут эти жуткие синяки под глазами.
Сьюзан размышляла над его словами, удивляясь тому, что уже проехали знакомый
ей пляж.
— На какой пляж?
— Надеюсь, Флорида тебя устроит? — рассмеялся Корд.
Сьюзан заснула и проснулась, только когда они добрались до места.
Ранним утром они подъехали к одному из пляжных домиков, и Корд положил руку
ей на плечо.
Дом стоял прямо на пляже, со всех сторон окруженном голубыми водами залива.
При свете звезд белый песок был похож на снег. Едва Сьюзан вышла из машины,
сильный порыв ветра растрепал ей волосы. В воздухе пахло океаном и немного
дождем.
Дом был типичным для Флориды, построенный из белых бетонных блоков, с
огромными окнами и низким потолком. Корд повел ее в дом. Включив свет,
Сьюзан увидела уютную кухню в бело-желтых тонах, стеклянный обеденный стол в
небольшой нише, с висящим над ним вентилятором. Затем они прошли мимо
просторной гостиной, обставленной белой плетеной мебелью. Наконец Корд
провел ее в маленькую спальню, с выкрашенными в белый цвет стенами. Чемодан,
заботливо собранный Эмили, он положил на кровать.
— Вот твоя спальня, — сказал Корд, указывая на дверь
напротив, — а там моя. Совсем рядом, если тебе что-то понадобится.
Сьюзан думала о многом, с того момента, как Корд усадил ее в машину, но не о
том, что она будет спать одна. Корд поцеловал ее в лоб и вышел, прикрыв
дверь. Сьюзан стояла и удивленно хлопала глазами.
Кровать манила. Она быстро приняла душ и забралась под простыню, даже не
попытавшись найти ночную рубашку, которую Эмили наверняка положила в
чемодан.
За завтраком Сьюзан с удовольствием съела все, что приготовил Корд.
— Знаешь, — решилась она, — это не слишком
...Закладка в соц.сетях
