Жанр: Любовные романы
Слезы изменника
...и будто стали единым целым.
Корд прервался на несколько секунд, чтобы избавиться от мешавшей одежды, и
набросился на Сьюзан. Такое поведение было странным даже для Корда.
Казалось, что он похож на зверя со вздыбленной на загривке шерстью,
способного, загнав жертву, изнасиловать и убить. Корд накрыл ее своим телом,
и она почувствовала всю мощь и силу его мускулов. Войдя в нее резким сильным
толчком, он поднял ноги Сьюзан, чтобы она могла обнимать его за спину.
Негромкие стоны вскоре переросли в крик. Движения Корда становились все
более быстрыми, но он поддерживал ее в том состоянии, которое не позволяет
перейти определенную границу и достичь наивысшего блаженства. Сильные руки
Корда на ее бедрах были проводником в мире наслаждений — сами выбирали и
темп, и условия игры. Сьюзан сотряслась от возбуждения, не имея возможности
выплеснуть бьющую через край энергию и не в силах держать ее в себе.
Внезапно она услышала настоящий грохот в его груди, руки железной хваткой
впились в нее. Сьюзан почувствовала разливающееся внутри необыкновенное
тепло и невидимые волны, которые уносили их тела далеко в страну
наслаждения. Она вцепилась зубами в плечо Корда, чтобы не дать воли тому
животному, готовому вырваться наружу откуда-то изнутри ее. Корд издал звук,
похожий на рев зверя. Этот звук, казалось, разнесся по всему дому. Сьюзан
словно парила над землей. Когда Корд расслабился, они еще долго лежали
рядом, и тела их слегка подрагивали, вспоминая о наслаждении.
Сьюзан гладила его влажные волосы, слушала, как дыхание становится более
ровным. Корд вскоре лег на спину и как-то сразу отдалился от Сьюзан. Она
прислушивалась к своему телу, думая над тем, что никогда, пожалуй, не
чувствовала себя такой удовлетворенной. Она не должна была этого допускать.
Ни этой ночью, ни когда-либо. И она призналась, что любит его. Корд не мог
не понять смысл ее слов. Сьюзан казалось, что слова до сих пор витают в
воздухе. Корд отреагирует как-нибудь или сделает вид, что ничего не
расслышал? Он никогда ничего от нее не требовал. Кроме одного. Кажется, он
даже не обратил внимания, — видимо, женщины не раз кричали в его
объятиях о любви к нему. Погрузившись в свои размышления, Сьюзан очнулась,
лишь услышав звук бегущей воды в ванной. Корда рядом не было, но она видела
его через приоткрытую дверь. Она отметила, что он почти одет, и сжала
кулаки. Это животное уходит, удовлетворив свой аппетит.
Вскоре он вернулся. Его темные брови так низко нависали над светлыми глазами, что Сьюзан вздрогнула.
— Ты до черта напугала меня, — сказал Корд почти
равнодушно. — Почему ты не открывала дверь?
Сьюзан не нашлась что ответить и села на кровати. Внезапно она обнаружила,
что юбка до сих пор задрана, а ее одежда разбросана по комнате. Приводя себя
в порядок, Сьюзан пыталась найти достойный ответ. Корд наблюдал за ней с тем
же равнодушным, скучающим видом.
— Ты выкупил наши кредиты.
На несколько секунд в комнате повисла тишина.
— Не лезь в это.
Сьюзан рассмеялась так, что это было больше похоже на плач. Она быстро
встала с постели, где только недавно испытала такое наслаждение, отдав себя
этому человеку без остатка. Некоторое время ноги не держали ее, но Сьюзан
справилась с негодованием и прямо посмотрела Корду в лицо:
— Приходится. Знаешь, мы все в одной упряжке. Если ты действуешь против
них, значит, и против меня. Хочешь разорить их, разоришь и меня.
— Тебе не о чем волноваться. О тебе позабочусь я.
Когда до Сьюзан дошел смысл его слов, она едва не задохнулась от гнева.
— Это ты называешь заботой? Ты предлагаешь мне роль... содержанки и
считаешь, что я должна быть счастлива и благодарна?
Один глаз Корда еле заметно дернулся.
— Не вижу, в чем проблема? Ведь ты сама сказала, что любишь
меня, — добавил он уже более жестко.
Сьюзан поверить не могла, что он напал на нее уже так скоро, хотя сама
вложила оружие в его руку. Они стояли друг напротив друга, совсем рядом, но
Сьюзан старалась представить, что их разделяет огромная комната. Она была не
в силах посмотреть Корду в лицо.
— Ты собираешься... Ты хочешь сделать нас банкротами, только чтобы
отомстить Престону? Зная, что это повлияет на жизнь и других людей?
— Да.
Его голос был жестким, как и его вид. У нее оставалась одна маленькая
надежда остановить Корда: воззвать к его здравому смыслу. Сьюзан надеялась,
что, отомстив Престону, Корд остановится.
— Ты погубишь себя! Как ты думаешь это сделать?
— У меня еще есть кое-что в запасе. — На лице мелькнула зловещая
усмешка.
Ее надежды не оправдались, но Сьюзан решила не сдаваться.
— Корд, остановись! Пожалуйста! Это может зайти слишком далеко! Чего ты
добиваешься? Хочешь всех нас уничтожить? Разве это вернет тебе Джудит?
Лицо Корда превратилось в непроницаемую маску, он словно окаменел. Сьюзан
показалось, что она нашла способ воззвать к его разуму.
— Ты просто стараешься загладить свою вину перед Джудит, потому что считаешь себя виноватым...
Одним прыжком, издав звериный рык, Корд добрался до Сьюзан, прежде чем она
смогла увернуться. Глаза его горели зловещим огнем.
— Не смей говорить о Джудит! Я совершил большую ошибку, рассказав тебе
о ней. Но ты совершаешь еще большую, напоминая мне об этом. Впредь никогда
не делай этого для своего же блага.
— Я не могу. Это уже и моя проблема.
Сьюзан посмотрела на него большими, полными боли глазами. Корд и Престон
собирались уничтожить друг друга, и она не могла ничего сделать. В этой
войне не может быть победителей. Сьюзан хотелось кричать от бессилия. Она
постаралась взять себя в руки.
Корд подошел и взял ее за подбородок.
— Ты слишком мягкий человек для этого, — пробормотал он, обнимая
ее.
Сьюзан промолчала, позволив себе расслабиться в его объятиях. Она понимала,
что такая реакция Корда может больше не повториться, позволь она себе еще
раз подобные высказывания. Он наклонил голову и поцеловал ее в ложбинку у
шеи. По телу пробежала сладостная дрожь. Вот опять таким простым движением
он способен возбудить в ней желание. Но Сьюзан ничего не могла с собой
поделать.
— Не ходи на работу, — мягко сказал Корд, нежно касаясь губами ее
волос. — Оставайся дома. Постарайся держаться подальше от всего этого.
Вэнс позаботился о твоем благополучии. Что бы ни случилось с Престоном, на
тебе это никак не отразится. — Корд провел рукой по ее плечам и спине,
словно гипнотизируя. — Ты говорила, что любишь меня. Ради этого ты не
сможешь принять сторону моих врагов.
На какое-то мгновение Сьюзан захотелось просто подчиниться Корду, позволить
защитить себя и забыть об этом кошмаре. Вскоре она пришла в себя и
отстранилась от него. Лицо стало бледным и напряженным.
— Да, я люблю тебя, — открыто призналась Сьюзан, поскольку не
видела смысла скрывать свои чувства. Да и как это скроешь, когда ее тело
предательски кричало об этом каждый раз, когда Корд прикасался к ней? —
Но я должна сделать все, что в моих силах, чтобы удержать тебя и не
допустить разорения моей семьи.
Корд прищурился:
— Ты выбираешь их, а не меня?
— Нет. Я считаю, что ты поступаешь неправильно. Если ты не
остановишься, то помогу им бороться с тобой.
Лицо Корда потемнело, глаза сверкнули, но он сдержался.
— Я разве так многого прошу? Просто доверься мне, — резко сказал
он, внимательно глядя на Сьюзан.
— А как ты себя ведешь? — парировала Сьюзан. — Минуту назад
сказал, что разоришь нас. Так ты пытаешься заслужить мое доверие?
Корд ухмыльнулся, и взгляд его стал ледяным.
— Я должен был это предвидеть! Наговорила всякой ерунды про любовь, а
все только для того, чтобы облегчить жизнь Престону. Ты хорошо выполнила
свою работу, лучше, чем я ожидал. Но знай, на меня такие вещи не действуют.
— Я знаю, — прошептала Сьюзан, — и всегда знала. Я старалась
не ради своей выгоды. Я думаю... тебе лучше уйти.
— Ты права.
Сьюзан проводила его глазами полными слез. Корд уходил, и она знала, что он
никогда не вернется.
— Прощай, — пробормотала она с тоской в голосе.
Корд с усмешкой посмотрел на нее:
— Нет, не прощай. Ты еще увидишь меня и не раз услышишь обо мне. И не
раз пожалеешь об этом.
И он ушел, еле слышно спустившись по лестнице. Сьюзан медленно пошла за ним.
Подойдя к входной двери, она увидела, как красная машина Корда скрылась за
поворотом. Она заперла дверь и обошла весь дом, методично проверяя, все ли
закрыто и в безопасности ли она. Потом даже посмотрела фильм. А когда он
закончился, поняла, что не запомнила ни названия, ни содержания. Сьюзан не
думала ни о чем, просто сидела в оцепенении перед телевизором. Ей хотелось
как можно дольше оставаться в таком состоянии. Сьюзан понимала, что, когда
придет в себя, боль охватит ее с новой невиданной силой, которую она не
сможет выдержать.
Сьюзан заставила себя принять душ и стала готовиться ко сну. Она прибралась
в спальне, положила в корзину для белья разбросанную одежду, надела ночную
рубашку и забралась в постель. Она лежала с открытыми глазами и смотрела в
потолок. Он ушел
. Он ушел! Боль становилась все сильнее
и эхом отдавалась в каждой клеточке ее тела, оставляя глубоко внутри
ощущение приближения мрачных, трагических дней. То же самое происходило
после смерти Вэнса. Она не знала, светило ли солнце, просто его не замечала.
Сьюзан все делала автоматически, полагаясь на инстинкты и твердость
характера. Сейчас ей снова помогла стойкость и решительность, хотя больше
всего на свете Сьюзан хотелось забиться в угол спальни и остаться там
навсегда.
Ей пришлось признать неотвратимость происходящего, когда она видела
безжизненное тело Вэнса и присутствовала на его похоронах. С Кордом все было
намного хуже. Он ушел от нее, но был рядом. Они несколько раз встречались на
мероприятиях, и Сьюзан приходилось прикладывать невероятные усилия, чтобы он
не заметил терзавшую ее боль. Каждый раз Корд был с Черил, хотя Сьюзан
слышала, что он встречается и с другими женщинами. Ей приходилось общаться с
Кордом, вести светские разговоры и наблюдать, как он обнимает Черил за
талию. В голове мгновенно возникали картины: вот он целует другую женщину,
касается ее своими горячими пальцами и укладывает на огромную кровать в
спальне в хижине.
Стараясь не сойти с ума, Сьюзан все дни проводила в офисе. Она задерживалась
на работе все дольше и дольше, отчаянно стараясь вместе с Престоном собрать
как можно больше наличных, чтобы выплаты займа нанесли минимальный урон
корпорации. Это была невыполнимая задача, они оба понимали, что, если Корд
предпримет новые попытки, выстоять будет невозможно.
Втайне от Престона Сьюзан продала часть недвижимости в Новом Орлеане,
которую оставил ей Вэнс, и пополнила их запас наличности. Престон бы скорее
умер, чем позволил ей сделать это, хотя Сьюзан знала, что он тоже кое-что
продал. Иногда она думала о том, что Корд специально подталкивал их к тому,
чтобы продать недвижимость и земли, которые принадлежали семье из поколения
в поколение. Сьюзан ненавидела его за это. Но всегда чувство ненависти было
перемешано с любовью. Если бы она так сильно его не любила, боль от его
предательства не была бы такой нестерпимой. Каждый раз, когда она видела
Престона, который безропотно продает свою собственность, чтобы спасти
корпорацию и превращается в нищего, в ее душе поднималась волна лютой
ненависти к Корду.
Кроме того, его действия практически сломили Имогену. После того вечера,
когда между ней и Сьюзан разгорелся спор, свекровь стала вести себя совсем
по-другому, словно из нее ушли все силы. Вероятно, Имогена поняла, что не
способна бороться с Кордом, вернувшись, он смог одержать уже не одну победу.
Если раньше свекровь принимала живое участие в делах корпорации, то сейчас
предоставила Сьюзан и Престону нести эту ношу. Кроме того, Имогена стала
выглядеть на свой возраст.
В конце концов они добились своего. Престон и Сьюзан нашли достаточно
средств, чтобы оплатить долг. Хотя оба и понимали, что эта передышка может
быть недолгой. Они использовали все шансы собрать необходимую сумму и
понимали, что следующего выпада Корда не выдержат. Тем не менее это был
небольшой праздник, который они отметили во французском квартале города, в
шумном ресторане, куда Корд однажды приглашал Сьюзан. Она была рада этому
шуму и возможности, наконец, вкусно и с удовольствием поесть. С того
момента, как Корд неторопливо покинул ее дом, Сьюзан похудела на несколько
фунтов, что было совсем некстати и не шло ей. Каждый раз, когда утром
смотрела на себя в зеркало и понимала, что одежда висит на ней, как на
вешалке, она убеждала себя, что это скорее связано с депрессией, чем с
напряженным графиком работы.
В машине по дороге домой Престон внимательно посмотрел на нее, словно
извиняясь.
— Из-за всего этого ты порвала с Кордом?
В его словах не было никакой подоплеки, лишь нотки сожаления, поэтому Сьюзан
просто ответила:
— Да.
— Мне очень жаль. — Престон поймал ее отсутствующий взгляд. —
Я должен радоваться, мне никогда не нравилось, что ты с ним встречаешься.
Однако я очень сожалею, что это доставляет такую боль. Я никогда не желал
тебе зла.
— Я сама приняла решение. Корд хотел, чтобы я выбрала одну из сторон.
Но я не могу спокойно относиться к его поступкам.
— Надеюсь, он понимает, что потерял, — с грустью произнес Престон
и переключил свое внимание на дорогу.
Сьюзан с тоской подумала, что, даже если бы Корд понимал, скольким людям он
принес зло, скольких лишил работы, это бы мало его беспокоило.
Корд совсем не страдал из-за их расставания. Каждый раз, когда Сьюзан с ним
встречалась, он выглядел все лучше. Первые солнечные лучи покрыли и без того
смуглое лицо легким загаром. Интересно, он уже привел в порядок свой дом и
землю у ручья?
Выбросив Сьюзан из жизни, Корд заставил ее страдать, она была потерянной,
одинокой, всеми заброшенной. Сьюзан спрашивала себя: неужели ей предстоит
провести всю жизнь в таком плачевном состоянии?
Глава 10
Если бы Сьюзан только знала, что ждало ее в офисе три дня спустя. Когда она
вошла, Берилл готовила кофе.
— Доброе утро, Берилл. Мистер Блэкстоун уже у себя?
— Нет, еще нет. Хотите кофе?
Сьюзан улыбнулась этой милой молодой женщине.
— Я сама налью. Создается впечатление, что у тебя много дел. — Она
кивнула на стол секретарши, заваленный бумагами.
Берилл удрученно кивнула:
— Не у меня одной. Мистер Блэкстоун работал вчера до полуночи. Он
оставил мне все, что надо напечатать. И еще на диктофоне, так что и в
выходные мне не придется скучать.
— Правда? Я не думала, что вчера он возвратился в офис. Мы ушли вместе,
и ничего срочного не оставалось.
Сьюзан налила кофе и аккуратно понесла чашку в свой кабинет, не сводя глаз с
темного густого напитка. Она поставила чашку на стол и раздвинула шторы.
Теплые лучи ворвались в комнату вместе с утренними красками. Было уже
достаточно жарко. Даже выйдя из дома, Сьюзан почувствовала испарину. Она
стала думать о том, что хорошо бы взять отпуск и лежать на пляже, не делая
ничего более серьезного, чем принятие солнечных ванн. В любом случае лучше
потеть на пляже, чем на работе. С удовольствием вдохнув запах любимой
герани, Сьюзан села за стол. Только сейчас она заметила толстый желтовато-
коричневый конверт, на котором крупными буквами было напечатано ее имя.
Нахмурившись, Сьюзан открыла его и достала пачку листов бумаги. Сверху лежал
какой-то официальный документ, и она стала внимательно читать.
Сьюзан с первых строк поняла его смысл, дальше читать не было необходимости.
Корд выкупил еще один кредит и требовал его оплаты.
Господи, он это сделал. Они не смогут выплатить этот долг. Корд знает, какой
это будет удар для корпорации и банков, с которыми они работают, и
добивается именно этого. Все рухнет. Они не смогут заплатить и продолжать
работать.
Где же Престон? Сьюзан хотелось бежать к нему в надежде, что он обязательно
что-то придумает, произойдет чудо, и деньги найдутся. Нет, это слишком
эгоистично с ее стороны. Конечно, Престон узнает об этом, но он заслужил еще
несколько часов спокойствия.
Как конверт мог попасть на стол Сьюзан? Уходя, она закрыла офис, правда, как
выяснилось, Престон возвращался и работал до поздней ночи...
Грудь сжалась от боли, когда она поняла, что произошло. Престон уже знает о
займе, это он оставил конверт на столе.
Сьюзан пролистала остальные документы и увидела письмо Престона, написанное
от руки и адресованное ей. Его обычно аккуратный почерк теперь больше
походил на каракули. Но это, несомненно, была его рука. Сьюзан внимательно
прочитала письмо. Когда она закончила, слезы хлынули из глаз, а лист бумаги
упал на пол.
Если целью Корда было уничтожить кузена, он одержал победу. Престон исчез.
Его письмо было полно отчаяния и безысходности. Он сделал все, что мог, и
больше не в силах сражаться с Кордом. Престон надеялся, что, если он уедет,
Корд отступится. Зная, что Престон вне зоны досягаемости, он откажется от
плана мести.
Документы от Корда специальный посыльный доставил прямо домой Престону.
Сьюзан стало страшно от такой холодной расчетливости. Получив их, Престон
вернулся в офис, закончил все необходимые текущие дела, оставил письмо для
Сьюзан и уехал.
Сьюзан не могла осуждать деверя за подобное поведение. Она понимала, что это
единственный шанс спасти корпорацию, не позволить Корду окончательно все
разрушить. Когда станет ясно, что дела ведет Сьюзан, Корд, может, и не
станет требовать выплаты долга от женщины, с которой у него была связь.
Но разве его это остановит! Сьюзан впала в отчаяние. Она была готова поехать
к Корду и молить его о пощаде.
Она просила бы его ради Престона, ради всей семьи, но Корд останется холоден
к ее мольбам. Нет, она не станет больше унижаться перед ним. Сьюзан охватила
невероятная злость, она не собиралась сдаваться. Если ей суждено сражаться с
ним до тех пор, пока у нее не останется ни пенни, она будет бороться.
Сьюзан сняла трубку телефона и набрала номер. Она совсем не удивилась, когда ответила сама Имогена.
— Имогена, вы знаете, где Престон? — спросила она прямо, не тратя
время на вежливые приветствия.
— Нет. Он только сказал мне, что уезжает. — Голос свекрови звучал
глухо и казался усталым. Должно быть, она плакала.
— Вы знаете, почему он уехал?
— Да. Я пыталась его отговорить, но он меня и слушать не стал. —
Она вздохнула. — Престон считает, что это единственный способ заставить
Корда остановиться. Что... что ты будешь делать? Не думаешь встретиться с
Кордом?
— Нет! — вскрикнула Сьюзан. Она пожалела, что дала волю эмоциям, и
постаралась взять себя в руки. — Мне не о чем с ним говорить. Я
собираюсь сражаться, и мне нужна ваша помощь.
— Помощь? — эхом отозвалось в трубке. — Но что я могу
сделать?
— Вы много лет занимались делами корпорации. С вашими связями можно
быть в курсе всех дел, не появляясь в офисе. Мне будет сложно заниматься
одновременно и ежедневной работой, и делами Корда. Вы мне поможете? Вы
готовы бороться?
На том конце провода повисла тишина. Сьюзан терпеливо ждала, закрыв глаза.
Ей нужна была помощь Имогены. Она не обольщалась на свой счет, не убеждала
себя, что справится одна. Но Имогена совсем другой человек. Сьюзан отнюдь не
была уверена, что свекровь ей поможет.
— Я не хочу с ним бороться, — наконец произнесла Имогена. —
Это безумие зашло слишком далеко. Если бы я могла его остановить, то
переписала бы на него все, что у меня есть, ради сохранения мира в семье. Я
тоже несу ответственность за сложившуюся ситуацию и вовсе не горжусь этим.
Не следовало его раздражать, он член семьи, а мы забыли об этом. Сейчас я
очень сожалею о содеянном, но уже ничем не поможешь.
У Сьюзан, казалось, остановилось сердце.
— Вы не поможете?
— Я этого не сказала. Приеду, как только соберусь. Но не для того,
чтобы воевать с ним, дорогая, а для того, чтобы помочь тебе и сделать все
возможное для спасения компании. Это единственно важная вещь на данный
момент. Я готова ползти к Корду на коленях, только чтобы прекратить эту
вражду.
От такой перемены в поведении гордой и заносчивой Имогены на глаза Сьюзан
опять навернулись слезы.
— Я буду ждать, — прошептала она и быстро повесила трубку, чтобы
не разрыдаться прямо во время разговора.
Работа, которую выполняла Сьюзан до этого дня, не шла ни в какое сравнение с
тем, что ей предстояло теперь. Она приезжала в офис на рассвете и уходила не
ранее девяти-десяти часов вечера. Казалось невозможным, что она окажет
сопротивление Корду, но Сьюзан не сдавалась. Имогена постоянно куда-то
звонила, стараясь, воспользовавшись связями и хорошим к ней отношением,
получить кредит, который позволил бы им держаться на плаву. Но даже старые
друзья теперь относились к корпорации с осторожностью и подозрительностью.
Деловые люди очень внимательно следят за слухами, а многие уже говорили о
нестабильном положении компании. Акции падали, Сьюзан была вынуждена продать
свой пакет. Имогена и Престон уже продали часть своих акций, надеясь
выкупить еще больше, когда дела пойдут в гору. Но Корд полностью
контролировал ситуацию, и через некоторое время цены пошли вверх.
У Сьюзан были акции и других компаний, которые ей тоже пришлось обратить в
наличность. Она старалась скрыть это от Имогены, зная, что та придет в ужас
от этого поступка. Свекровь держалась великолепно, она взялась за работу с
невероятной энергией и вела дела с некоторым присущим ей щегольством. Сьюзан
старалась ее всячески поддерживать, чтобы не позволить погрузиться в
депрессию. Она понимала, как Имогена переживает из-за безвременной разлуки с
единственным оставшимся в живых сыном. Одного этого было достаточно, чтобы
навсегда потерять интерес к жизни.
Глядя по утрам на себя в зеркало, Сьюзан понимала, что постоянно находится в
напряжении, и думала, долго ли выдержит. Круги под глазами уже не пропадали,
и Сьюзан старательно скрывала их при помощи макияжа. Теперь она уходила из
дома даже раньше, чем приходила Эмили. Нервное состояние не позволяло ей
спокойно приготовить себе завтрак и поесть. Когда она возвращалась вечером,
ее всегда ждал готовый ужин, оставленный заботливой экономкой, который надо
было только подогреть, но чаще всего Сьюзан не находила в себе сил сделать
даже это. Она держалась только благодаря кофе и нескольким кусочкам
сандвича, который редко доедала. Жара становилась все сильнее и высасывала
из Сьюзан все жизненные силы, влажность окутывала теплым одеялом и не давала
свободно дышать. Ночью она не могла заснуть, даже включив кондиционер, и
лежала, глядя в окно в надежде увидеть вспышки молний, предвещавшие грозу и
дождь. Однако небо оставалось безоблачным, а каждый следующий день был жарче
предыдущего.
Лежа в кровати влажными жаркими ночами, сбросив тонкую простыню, потому что
и под ней Сьюзан было невыносимо жарко, она думала о Корде. Днем она его
ненавидела, сражалась с ним, но, когда наступала ночь, сдерживать чувства не
было больше сил. Обняв подушку, Сьюзан наконец могла выплакать ей свое горе.
Корд был рядом с ней, его темные волосы разметались на соседней подушке. Ее
ноги обвивали его спину, они были словно прикованы друг к другу, и он
глубоко входил в ее тело, проникал в душу. Сьюзан так сильно хотела его, что
у нее болело все тело. Грудь набухла, а внизу живота появлялась тяжесть от
невероятного желания. Она мечтала хотя бы увидеть его, полюбоваться его
великолепно очерченными губами и кривой ухмылкой. Стоило Сьюзан задремать,
ей снился Корд. Вздрогнув, она просыпалась, чтобы дотронуться до него.
Несколько раз она едва не поддалась порыву поехать в Джубил-Крик, но
сдержалась. Жаркие бессонные ночи так и проходили в одиночестве.
До нее доходили слухи, а из них всегда можно почерпнуть полезную информацию,
что Корда опять нет в городе. На этот раз Сьюзан даже не поинтересовалась,
вернется ли он, ее интересовало лишь то, что еще предпримет Корд. Не против
нее лично, а против них всех. Сьюзан не знала точной даты приезда, но
предполагала, что это было приблизительно в то же время, когда исчез
Престон. Всем друзьям и знакомым Имогена и Сьюзан сказали, что он отправился
в деловое турне. Они решили, что так будет лучше для всех и позволит
избежать ненужных сплетен. Вполне возможно, Корд не знал, что теперь
корпорацией управл
...Закладка в соц.сетях
