Жанр: Любовные романы
Леди с запада
...а на карту все. А он бросил ее так легко, будто
она была шлюхой вроде Анжелины.
Эмма оставила сестру одну, и Виктория была ей за это благодарна. Ей самой
надо было справиться со смертельной
тоской, сдавившей сердце. Что такое гордость? Зачем она нужна? Разве она поможет
добывать еду и одежду, защитить тех,
кого любишь, за кого в ответе? И все-таки Виктория хваталась за нее, как за
соломинку. Это ее единственное оружие. И
когда она спустится вниз к завтраку, по ее лицу никто не догадается, какая буря
пронеслась в ее душе.
Пройдет время, и Виктория переживет эту боль. Может быть. А может, и нет. Но
сейчас ей надо думать о том, как выжить
одним, без помощи Джейка. В доме они только в относительной безопасности.
Впервые Виктория пожалела о том, что муж
полностью, потерял рассудок. Раньше он по крайней мере заставлял Гарнета уважать
святость домашнего очага.
Виктория ясно читала ненависть в глазах Гарнета, когда их взгляды
встречались. Он постоянно следил за Селией, и на его
лице отражалась безудержная животная страсть. Теперь перед Гарнетом не было
никаких преград. Ему не составит труда
застрелить Викторию, если она попытается встать на его пути. А в том, что и она,
и Эмма, будут как львицы драться за
Селию, Виктория не сомневалась.
Им придется защищаться самим до тех пор, пока они не выберутся из этих
опасных мест. Эта мысль заставила ее сжаться
от страха. Но отступать было некуда.
Виктория встала и глубоко вздохнула. Бесполезно сидеть в комнате и страдать,
это Джейка не вернет. Она подошла к
зеркалу. Оттуда на нее смотрела печальная худенькая женщина. Но Виктория с
удовлетворением отметила отсутствие
признаков безысходного отчаяния и паники на своем лице. Расправив плечи и высоко
подняв голову, она спустилась вниз.
Приближалось время ланча. Господи, неужели она просидела в комнате несколько
часов? Когда Лола принесла еду,
Виктория заставила себя поесть.
Забавно, подумала она, какие бы несчастья ни случались, сердце продолжает
биться четко, а вот желудок отказывает
сразу.
Они завтракали втроем, майор еще не вернулся домой. Последние дни его
поведение было совершенно непредсказуемым,
поэтому его отсутствие никого не удивило и не обеспокоило. Когда с едой было
покончено, Виктория сложила салфетку и
встала.
- Мы должны уехать, - сказала она, глядя на Эмму.
- И чем скорее, тем лучше, - кивнула Эмма в ответ.
- Куда мы поедем? - спросила Селия.
Лицо ее было напряженным. Она не спрашивала ни почему они должны уехать, ни
когда. Она хотела знать только куда.
Это уже говорило о многом.
- Поедем в Санта-Фе, а оттуда - домой. В Санта-Фе стоят войска, и мы сможем
просить защиты... если за нами будет
погоня.
Практичную Эмму больше всего интересовало, что им надо взять с собой.
- Нам понадобятся лошади, еда, одеяла и теплая одежда, - сказала она - А еще
ружья, порох и пули, - добавила
Виктория.
Они не должны остаться беззащитными. Ей уже преподан жестокий урок, и теперь
надо полагаться только на
собственные силы.
- А как мы уведем лошадей?
- Уезжать придется ночью, и это следует сделать как можно осторожнее.
- Сегодня?
- Попробуем сегодня.
Остаток дня они посвятили тайным сборам. Решено было взять только самое
необходимое. И все они, даже Селия, без
колебаний откладывали в сторону изящные ночные рубашки и дорогие платья. Наряды
их больше не интересовали.
Эмма занялась провизией и кухонной утварью. Им понадобится кофейник и
кастрюля с длинной ручкой. Их надо будет
потихоньку вынести из кухни. В течение всего дня Эмма совершала набеги в
кладовку, унося каждый раз понемногу
продуктов. Ей удалось запастись кофе, сахаром, мукой, картошкой, фасолью, острым
ножом и тремя ложками. Из кухни она
сумела прихватить несколько лепешек.
Виктория направилась в библиотеку за ружьями, но, едва открыв дверь, замерла
на пороге. За столом сидел майор. Он
поднял на нее воспаленные, красные глаза, и ей припомнились фрески с
изображением сатаны. Этим утром Мак-Лейн
попытался побриться, но сделал это небрежно. На щеках остались островки щетины,
и от этого вид его был еще ужаснее. И
все-таки он встал из-за стола и обратился к жене наигранно доброжелательно, как
говорил с ней раньше:
- Хочешь взять книгу, дорогая?
- Да, я хотела бы почитать сегодня после обеда, - ответила она, стараясь
скрыть разочарование.
- Бери что хочешь, - он показал рукой на ряд книжных шкафов. - Боюсь только,
что здесь мало для тебя интересного.
Виктория сделала вид, что выбирает книги, и сняла с полки несколько, даже не
посмотрев на названия.
Услышав за спиной отрывистый смех мужа, она обернулась и увидела, что он
смотрит на нее с нескрываемой злобой.
- Да уж, ты леди... Настоящая дама. Не зря деньги плачены. Уж такая ты
церемонная, такая неприступная. Бьюсь об
заклад, у тебя даже панталоны накрахмалены.
Виктория бросилась к выходу, а Мак-Лейн продолжал хохотать.
- Да им плевать будет, что ты такая вся из себя! - бросил он ей вслед, -
Погоди, они до тебя доберутся. Небось
думаешь, что для меня ты слишком хороша? Ну, так для Сарратов вполне сгодишься.
Дыхание майора участилось, глаза стали совсем безумными. Страшные ночные
видения вновь обступали его.
- Не хотела спать со мной, да? Сарраты тебе еще меньше понравятся. Только с
ними ты не справишься, как бы ни
старалась. Можешь драться, кусаться, орать, сколько хочешь. Но ты ведь не будешь
этого делить, да? Ты ведь дама из
общества. Такие не дерутся. Ты просто будешь лежать как мертвая, да? Как та,
которую застрелили?
Виктория захлопнула за собой дверь, а поток ругательств из комнаты не
иссякал. Стрелой взлетев вверх по лестнице, она
закрылась у себя в спальне. Он безумен, в этом нет никаких сомнений. И все-таки
Виктория холодела от страха при мысли,
что он прав. Никто не видел тел мальчиков. Кто-то стрелял в нее! Значит, Сарраты
вполне могли остаться в живых и
вернуться, хотя прошло двадцать лет.
Ей понадобилось несколько минут, чтобы успокоиться и убедить себя в том, что
все это уже не имело значения: скоро они
уедут отсюда навсегда и Мак-Лейн останется один.
Ружья нужны были немедленно, но вечером их взять не удалось. Майор просидел
всю ночь в библиотеке, разговаривая
сам с собой и время от времени разражаясь взрывами хохота. Все лампы были
зажжены, и мрак отступил.
На следующий день в доме появился Гарнет. Он подошел к Виктории, самодовольно
улыбаясь. В этот момент он был
похож на голодного волка, увидевшего добычу.
- Как там поживает ваша хорошенькая сестричка? - спросил он наглым тоном,
прекрасно понимая, что теперь для него
нет преград.
Виктория посмотрела на него и ушла, не произнеся ни слова. Она была в ужасе.
Ружья снова не удалось достать. Вечером, перед тем как лечь спать, к ней
подошла Эмма.
- Не думай больше о ружьях, поедем так, - прошептала она.
- Нет, - также шепотом ответила Виктория, - нам нельзя рисковать. Ты ведь
знаешь, что там творится.
Они внимательно посмотрели друг на друга, и на лице каждой было написано
отчаяние. Добраться до Санта-Фе одним, не
имея никаких средств защиты, было равносильно самоубийству.
Прошло три дня, а ружей Виктория так и не достала.
На четвертый день с юго-запада, из-за пустыни, задул сильный ветер, неся с
собой пыль и песок. Перемена погоды
подействовала на всех удручающе. Работники начали ссориться. Раздалось три
выстрела. Из кухни доносилась ругань. Это
бранились Лола и Кармита. Селия целый день просидела в одном из своих укрытий.
Жеребец Рубио затоптал насмерть
мексиканца, того самого, с которым Эмма говорила несколько дней тому назад.
Несчастный положил свежую солому в стойло, поставил жеребца и уже собирался
выйти, как Рубио нанес ему своим
железным копытом чудовищной силы удар. Мексиканец упал, а жеребец продолжал
топтать его с безудержной яростью,
обрушивая на бесчувственное тело всю свою мощь. Когда Рубио успокоился и на него
смогли накинуть аркан и вывести из
стойла, на соломе лежал обезображенный труп.
Мак-Лейну тут же сообщили о происшедшем, но он только хмыкнул:
- Болван, надо быть осторожней.
Лишь на четвертый день Виктории удалось достать оружие. Она не знала, смогут
ли они бежать этой ночью, поэтому
взяла всего одну винтовку, опасаясь, что пропажа нескольких сразу обнаружится.
Надо было подобрать пули нужного
калибра. Виктория вынула из винтовки одну, сравнила с теми, что лежали в ящике,
и набрала полные карманы.
К большому сожалению, ей удалось найти только один пистолет. Он был гораздо
меньше и легче того, который ей дал
Джейк в тот день, когда в нее стреляли. Стоило Виктории вспомнить о Ропере, как
сердце ее пронзила острая боль. Она не
должна больше думать о нем, если хочет выжить. Быстро покончив с этим делом,
Виктория выскочила из библиотеки.
Этой ночью они не смогли выехать. То ли ветер взбудоражил всех, то ли гибель
мексиканца, но мужчины не уходили
спать до рассвета. Они слонялись по двору и громко переговаривались. Эмма и
Виктория просидели в своих комнатах до
самой зари, но так и не дождались удобного момента. Уехать незамеченными было
невозможно.
На закате следующего дня с дальнего пастбища прискакал загонщик. Он несся
так, что пыль стояла за ним столбом, и
почти загнал свою лошадь.
- Всадники, - прохрипел он, слезая с лошади, - чертова пропасть. Едут с
Парсоновского перевала.
Мак-Лейн побледнел.
- Сарраты! - зарычал он и бросился в дом.
Гарнет выругался.
- Чертов идиот, - бросил он вслед убегающему хозяину и повернулся к
загонщику: - Сколько всадников?
- Не знаю, хозяин, человек двадцать, может тридцать, - ответил загонщик.
Он не стал сообщать Гарнету, что совсем не умеет ни читать, ни считать, и
назвал эти цифры, потому что слышал, как
другие употребляют их, когда говорят о большой группе скота. На самом же деле к
ранчо приближалось шестьдесят три
человека.
Гарнет задумался. Маловероятно, что пришельцы занимались угоном скота. Обычно
для этого собираются совсем
маленькие отряды. Группа из двадцати или тридцати человек, вторгшаяся на чужую
территорию, явно намеревалась
предпринять враждебные действия. У Гарнета было достаточно народу, чтобы
остановить ее.
Гарнет решил не выезжать со своим отрядом навстречу пришельцам. Во-первых,
они могли заметить его раньше, чем он
их, а во-вторых, здесь, среди построек, он мог надежно укрыться. Пусть едут
сюда. Они пока не догадываются, что их
обнаружили, так что преимущество на его стороне. Мак-Лейн бросился в библиотеку
и начал проверять, все ли винтовки
заряжены. Отсутствие одной из них он просто не заметил. Бормоча что-то себе под
нос, он схватил ружья в охапку и потащил
к себе в комнату. На лестнице, столкнувшись с Викторией, он расхохотался ей в
лицо.
- Саррат идет! - крикнул майор. - Его видели. Теперь он тебе покажет! Ты еще
пожалеешь, что так ко мне
относилась...
Майор побежал дальше, грохоча винтовками по полу.
Виктория поспешила к выходу. Нет сомнений, майор опять бредил. Она вышла во
двор и увидела, что здесь творится чтото
необычное. Мужчины бегали туда-сюда по двору.
- Что случилось? - спросила она, подозвав одного из них.
- Всадники, мэм, - он указал рукой на юг, в сторону Санта-Фе, - вот оттуда.
Виктория вернулась в дом. Она старалась убедить себя, что всадники могли быть
кем угодно, только не Сарратами.
Однако страх, охвативший майора, передался и ей. Она вбежала наверх и разыскала
Эмму.
- Надо бежать. Прямо сейчас, - взволнованно проговорила она. - Всадники
приближаются. Это наш последний шанс.
Эмма тут же стала доставать упакованную провизию, а Виктория побежала в
комнату к Селии. К счастью, она оказалась
на месте. Селия стояла у окна своей спальни и смотрела на снующих по двору
людей.
- Что происходит, почему все так суетятся?
- Всадники едут на ранчо, - тихо ответила ей Виктория. - Мы уезжаем. Прямо
сейчас. Ты готова?
Селия кивнула. Надев на голову старую шляпу и повязав шаль, она достала изпод
кровати свой узелок с вещами.
Вскоре стемнело, и сестры направились к конюшне, стараясь не попадаться
никому на глаза. Винтовку несла Виктория,
опустив ее дулом вниз и маскируя складками юбки. Пистолет был в кармане у Эммы.
Мужчины продолжали толпиться во
дворе, но, казалось, никто из них не заметил троих женщин, выскользнувших из
дома.
Виктория решила стрелять, если кто-нибудь попытается их остановить. Они
оседлали лошадей. Софи отвыкла от тяжести
седла, простояв в стойле уже несколько дней, и теперь с беспокойством
переступала ногами. Даже всегда спокойная кобыла
Селии и мерин Эммы вели себя нетерпеливо.
Сестры сели верхом еще в конюшне и, нагнув головы, осторожно выехали наружу.
Виктория повернула налево, Эмма и
Селия скакали рядом.
- Кто это? - крикнул кто-то из охранников, и Кинзи, чье острое зрение до сих
пор не ослабело, вгляделся в темноту.
- Это женщины, - ответил он с удивлением. Гарнет выругался.
- Пусть едут, - сказал он, - никуда не денутся. Займемся ими позже, когда
разделаемся с этими ублюдками.
Как только сестры удалились от ранчо, Виктория перевела лошадь с рыси на шаг.
Было слишком темно, к тому же они не
знали дороги. Виктория побоялась ехать на юг, в направлении Санта-Фе, поскольку
они могли столкнуться нос к носу с
нападающими. На востоке и на севере были индейцы. На западе лежала пустынная,
труднопроходимая местность, но другого
пути у них не оставалось. Надо было двигаться на запад, чтобы потом, позже,
свернуть на юг и продолжить путь.
- Нас заметили, - сказал Льюис, мексиканец, помощник Бена.
Джейк выругался, а Бен сплюнул с раздражением.
- Значит, надо наступать, - решил Джейк, - но не спеша. Упакуйте как следует
свои вещи, чтобы какой-нибудь звон
нас не выдал. Когда подберемся поближе, обмотаем копыта лошадей тряпками.
Он поднял лицо к звездному небу и вскочил в седло. Дикое нетерпение охватило
его. Что ждет их этой ночью?
Глава 11
Горячий порывистый ветер поднимал тучи пыли, луна еще не взошла, и тьма была
непроницаема. Лошади шли шагом,
хотя давно следовало пустить галопом и нестись во весь дух. Масса камней,
совершенно невидимых в темноте, были
серьезным препятствием на пути, где лошади запросто могли поломать себе ноги или
скинуть всадника.
Сестры ехали в напряженном молчании, чутко прислушиваясь к каждому шороху.
Селия громко вскрикнула, когда прямо
над их головами пролетела сова. Спохватившись, что ее голос может привлечь
внимание преследователей, она принялась
шепотом извиняться. Ее отчаяние было так искренне, что у Виктории навернулись
слезы. Как изменилась Селия за короткое
время пребывания в этом диком краю...
- Проклинаю их, проклинаю их всех! - прошептала Виктория.
Она больше не смотрела на мужчин с детской доверчивостью, она уже знала, что
мир полон зла, и те, кого она считала
надежными покровителями и защитниками, являются опасными врагами.
Виктория всегда мечтала о безоблачном счастье для своей младшей сестры. Она
представляла, что пройдет несколько лет,
и Селия встретит достойного, сильного и благородного мужчину, выйдет замуж и
проживет с ним долгую и красивую жизнь,
в любви и согласии. Конечно, такая идеальная судьба редко выпадает на долю
женщины, но Виктория надеялась, что у Селии
именно так все и будет. Теперь это уже невозможно. Она горестно вздохнула.
Софи споткнулась, но быстро выправила шаг. Виктория нежно похлопала ее по
шелковистой шее и шепотом похвалила.
- Может быть, не стоит двигаться дальше, а дождаться рассвета? - спросила
Эмма.
Они все еще находились недалеко от ранчо, так как все время ехали шагом.
Виктория готова была согласиться с Эммой,
когда в ночном воздухе разнеслись звуки выстрелов. Их было множество. Отрывистые
револьверные, более сильные
винтовочные, они повторялись вновь и вновь. Все трое оглянулись назад, на ранчо,
хотя увидеть ничего было невозможно.
- Это похоже на войну, - предположила Эмма, которая первой пришла в себя.
- Так и есть. Это война. На ранчо напали.
- Но кто?
Виктория почувствовала, как страх сжимает ей горло.
- Майор говорил, что это Сарраты, - с трудом выдавила она.
- Это невозможно! Зачем им понадобилось ждать двадцать лет? - Эмма старалась
говорить спокойно, но слова с
трудом слетали с ее губ.
- Они ждали, пока майор женится, - ответила Виктория и послала лошадь вперед.
Ей было страшно, но она старалась контролировать себя. Пусть это были
Сарраты, но неужели они бросятся в погоню?
Им даже неизвестно, в какую сторону направились сестры, пока кто-нибудь из
работников не сообщит им об этом. Вполне
возможно, что на ранчо не осталось в живых ни одного человека и некому будет
рассказать об этом.
Майор успел заразить Викторию своим страхом, и она уже не сомневалась, что
Сарраты существуют не только в его
больном воображении.
- Нам надо ехать вперед, - сказала она, справившись с волнением, - пока
хватит сил. Утром мы должны оказаться как
можно дальше от ранчо.
Они не стали врываться на ранчо, как банда ковбоев, стреляя в воздух на всем
скаку и издавая победные кличи. Они
спешились и тихо приблизились к цели. Чтобы не перестрелять друг друга, они
повязали шейные платки вокруг левой руки.
Правда, теперь и люди Мак-Лейна отличали их, но выхода не было.
Все началось, когда один из людей Мак-Лейна обогнул сарай и нос к носу
столкнулся с человеком Сарратов. Работник
Мак-Лейна схватил ружье, но его противник насквозь проткнул ему грудь штыком.
Джейк и Бен плечом к плечу
прокладывали дорогу к дому. Выстрелов со стороны дома не раздавалось, и поэтому
Джейк надеялся, что женщины там в
относительной безопасности. Все его действия были направлены на то, чтобы
схватить Мак-Лейна и убить его. В эти минуты
он не мог думать ни о чем другом, даже о том, что происходит с Викторией.
Кто-то начал стрелять с чердака сарая. Пуля просвистела прямо у Джейка над
головой. Он оглянулся и позвал Льюиса:
- Убери ублюдка с чердака.
Льюис ухмыльнулся. Его белые зубы блеснули в темноте. Скользнув в сторону
сарая, он исчез. Повсюду лежали мертвые
и раненые, но стрельба продолжалась. Выстрелы раздавались со всех сторон.
- Где Гарнет? - с тревогой спросил Бен.
- Зарылся где-нибудь в нору. Он не станет рисковать.
Сзади из темноты возникла фигура Уэнделла Уэллеса, до сих пор прятавшегося за
оградой. Он нацелил свое ружье на
Джейка, но Бен выстрелил первым; Уэллес завалился на спину, продолжая нажимать
на спусковой крючок, стреляя в воздух.
Джейк осторожно приблизился к нему, держа наготове свой тяжелый револьвер, но
его противник уже еле дышал из раны на
груди била черная кровь.
- Ропер, ради всего святого, зачем ты это сделал? - с трудом произнес он.
- Я не Ропер. Я - Саррат!
Уэнделл отчаянно заморгал, стараясь разогнать пелену, застилавшую глаза, и
рассмотреть склонившегося над ним
человека.
- Господи, я думал, мы вас уничтожили.
- Нет, это мы вас уничтожим, Уэнделл, ты тварь. У тебя прострелено легкое.
- Что ж, это лучше, чем продырявленные кишки, - голос Уэпделла был едва
слышен. - Будь я проклят, вроде я
помираю.
- Да, - холодно ответил Ропер.
Взгляд Уэнделла остекленел. Жизнь покинула его.
- Так это Уэнделл Уэллес? - спросил Бен, наклонившись над телом и вглядываясь
в лицо.
- Он самый.
- Я его помню. Он учил меня строгать. А потом связался с Мак-Лейном и пытался
убить нас.
- Все так, - кивнул Джейк.
Они вместе вошли в парадную дверь, держа ружья с взведенными курками на
изготовку. Прихожая была пуста, только
лампы по-прежнему ярко горели, не оставляя ни одного темного угла.
Бен впервые вошел в дом после двадцатилетнего отсутствия и не мог отвести
взгляда от каменного пола, на котором
тогда увидел распростертое тело матери. На его лице застыла напряженная маска.
Они методично обыскали весь первый этаж, но не встретили никого, кроме
Кармиты, Лолы и Жуаны, дрожавших от
страха на кухне. При виде Джейка Кармита вскрикнула, но у него не было времени
на объяснения.
- Где Мак-Лейн?
- Я не знаю, сеньор, - пробормотала испуганная служанка, - он был в
библиотеке.
Братья подошли к двери. Джейк взялся за ручку, но дверь была заперта изнутри.
Тогда он кивнул брату, отступил в
сторону и вышиб дверь одним ударом ноги. Бен первым ворвался внутрь и пронесся
по комнате, но библиотека была пуста.
- Проклятие! Куда он мог подеваться? - Бен не скрывал разочарования.
- Забился в какую-нибудь щель и выжидает. Как Гарнет, - резко ответил Джейк и
посмотрел наверх. А что, если МакЛейн
там и попытается использовать женщин как прикрытие?
Джейк бросился вверх по лестнице, Бен за ним следом. Братья внимательно
обшарили все комнаты на втором этаже, но
они были пусты.
Что этот сукин сын мог сделать с женщинами? Теперь Джейк не сомневался, что
Мак-Лейн прячется где-то с ними. Он
поклялся подвергнуть майора страшным мукам, если тот хоть пальцем тронул
Викторию.
- Я проверю задний двор, - сказал Джейк брату.
Это было последнее место, где мог скрываться Мак-Лейн, не рискуя попасть под
перекрестный огонь боя.
Бен кивнул:
- Хорошо. А я обойду вокруг дома и подойду туда с другой стороны.
Джейк зашел на кухню, чтобы подождать там, пока брат обойдет вокруг дома.
Служанки по-прежнему сидели, сбившись
вместе, на полу в дальней углу.
- Что стряслось, сеньор Джейк? - спросила Кармита.
- Мы забираем свое ранчо, - ответил Джейк, не сводя взгляда с открытой двери
и не выпуская пистолета из рук, - мы
с братом вернулись в свой дом.
Лола подняла вытянувшееся напряженное лицо.
- Сарраты, - прошептала она, как только Джейк выскользнул за дверь.
Задний двор был неравномерно освещен падавшим из окон светом, поэтому Джейк с
трудом заметил брата, осторожно
пробиравшегося вдоль стены с ружьем на изготовку.
- Майор, где вы, - тихо позвал Джейк.
Никто не ответил, и Джейк бесшумно обогнул скамью, на которой в то утро после
свадьбы сидела Виктория.
- Ропер, ты?
Тихий шепот доносился справа, из-за большой бочки для дождевой воды. При
звуке этого голоса каждый нерв, каждый
мускул в теле Джейка напрягся до предела.
- Это я.
- А говорили, ты уехал.
- Я вернулся.
Мак-Лейн медленно вылез из-за бочки. Его лицо попало в полосу света, и Джейку
бросились в глаза явные признаки
помешательства майора.
- Я-то им говорил, да вот они не верили, - захихикал Мак-Лейн, - Сарраты
вернулись, правда ведь?
Джейк с отвращением смотрел на стоявшую перед ним развалину, на то, что еще
недавно было приводившим всех в ужас
майором Мак-Лейном.
- Да, я вернулся.
- Да не ты, - снова захихикал майор, - не ты, а Сарраты. Ты вернулся, и они
тоже вернулись, понял?
- Саррат - это я.
- Да нет, ты - Ропер. Ты вернулся, чтобы спасти меня. Ты отыщешь Сарратов и
убьешь их. Ради меня...
Джейк шагнул вперед и тоже оказался в полосе света. Очертания его лица
приобрели неестественную резкость, а глаза
казались темными и бездонными. В воспаленном мозгу Мак-Лейна возник образ
мертвеца, восставшего из могилы. Он
застонал и в ужасе отскочил назад.
- Ты умер, - завопил он, - ты вернулся, но ты все равно мертв! Пошел прочь
отсюда! Лампу подайте, лампу! Да есть
тут кто-нибудь? Подайте сюда эту чертову лампу!
Джейк почувствовал холод в животе и горечь во рту. Стоявший перед ним человек
был слабоумным. Двадцать лет Джейк
терпеливо ждал этого мгновения. И вот оно наконец пришло. Он может отомстить.
Ружье не дрожит в его руках, а цель -
прямо перед ним. И все-таки майор ускользнул, спрятавшись в мир безумия. Не
этому сумасшедшему старику собирался
мстить Ропер, нет. Ему нужен был тот сильный и опасный Мак-Лейн, каким он был
двадцать лет тому назад, когда творил
свое зло.
Не произнеся больше ни слова, майор поднял дрожащую руку, в которой был зажат
пистолет.
Джейк попал в ловушку. Горечь разочарования оказалась столь сильна, что он
потерял контроль над ситуацией, и теперь
Мак-Лейн опередил его. Но майор не успел спустить курок. Сзади раздалось два
выстрела, и он, вздрогнув, выронил
пистолет.
- Ты снова сдохнешь, сукин сын! - закричал майор, с дикой ненавистью глядя на
Джейка и грозя ему пустой ладонью, в
которой больше не было оружия. Он сделал вид, что стреляет, и на его лице
отразилось удивление, когда он не услышал
звука выстрелов и увидел, что Ропер продолжает стоять неподвижно. Потом
смертельная бледность разлилась по лицу
майора, и он испустил дух.
Джейк резко обернулся, готовый сразиться с неизвестным, отнявшим у него право
мести, пусть даже спасая ему жизнь, и
увидел Жуану, сжимавшую в вытянутых руках один из пистолетов Мак-Лейна. Ее лицо
оставалось невозмутимым, когда она
подошла к телу и плюнула в него.
- Хорошо, - только и прошептала она. Подошел Бен и встал рядом с братом,
глядя на труп. Джейк никак не мог
избавиться от бессмысленного сожаления. Все было кончено. Мощная движущая сила,
управлявшая всеми его поступками в
течение двадцати лет, иссякла. Но битвы, которой он ожидал с таким нетерпением,
не было. Сражаться было уже не с кем.
Джейка встретил безумец, трясущийся от страха. Даже окончательный акт возмездия
совершил не он, а мексиканка Жуана. В
каком-то смысле победа так и осталась за Мак-Лейном, распростертым на земле у их
ног.
Чувство горечи овладело Джейком. Он неожиданно стал побежденным.
Тем временем стрельба за стенами дома все продолжалась. Правда, выстрелы
звучали гораздо реже. Они напомнили
Джейку, что он еще не выполнил полностью стоявшей перед ним задачи. Гарнет был
еще жив.
И где, черт возьми, скрывалась Виктория?
Они с Беном вернулись в дом. Жуана, бледная, со струящимися по щекам слезами,
словно во сне, последовала за ними.
- Господи... - только и могла она прошептать.
Джейк догадался, что майор не упустил возможности попользоваться девушкой, и
подумал, что у нее было не меньше
оснований для мести, чем у них с братом. Он старался сдержать свое раздражение и
недовольство тем, что она его опередила.
Подойдя к Кармите и Лоле, он успокоил их, заверив, что им ничего не угрожает, и
помог подняться с пола.
- Где сеньора? - спросил Джейк. - Где ее сестра, где кузина?
Кармита покачала головой, испуганно глядя на него.
- Я не знаю. А разве их нет наверху?
...Закладка в соц.сетях
