Жанр: Любовные романы
Сердцу не прикажешь
...ет необходимыми тактом и
квалификацией, а потому должен
полностью заменить меня. Братья даже и не заметят подмены.
Его слова по крайней мере успокоили Фриско в двух отношениях. В том, что
касается отношений Майкла и Роба с
Уиллом Дентоном, и в том, что касается намерений самого Лукаса Маканны. Было
вполне очевидно, что ни в какой Ридинг в
обозримом будущем Лукас не намерен возвращаться.
Внезапно жизнь вернулась к Фриско - и даже кофе показался ей более ароматным.
- И в среду ты уже вернешься? - спросила она, причем в голосе ее не
чувствовалось прежней тревоги.
- Ммммм... - ответил Лукас, как раз в эту секунду отхлебнувший из своей чашки
кофе. - Пожалуй что, - и он зажал
чашку в ладонях. - Ты не будешь против, если из аэропорта я приеду прямо к тебе?
Я намерен кое-что прихватить с собой
из вещей, - поспешил объяснить он, прежде чем Фриско успела рот открыть.
- Конечно, приезжай. Я хоть сейчас могу отдать тебе вторые ключи от квартиры.
А что именно ты хочешь привезти?
- Ты не волнуйся. Никакой старой рухляди, Фриско Бэй.
Она в ответ улыбнулась, и улыбка получилась легкой и естественной. Впервые с
момента возвращения из отпуска он
назвал ее, как прежде, Фриско Бэй.
В отсутствие Лукаса дни, которые совсем недавно мелькали один за другим,
вдруг сделались тягучими, длинными.
Фриско была очень занята в офисе фирмы и одновременно томилась ожиданием, ну а
ждать и догонять - это те еще
удовольствия.
Ей очень недоставало Лукаса. Чистое и простое чувство тоски охватило ее. Во
вторник она на себе испытала правоту
старой пословицы, согласно которой любовь способна творить с людьми чудеса.
Столько времени прожив одна, Фриско внезапно поняла, что ненавидит это свое
одиночество.
Когда же наступила среда, Фриско охватило нетерпение, она по многу раз
взглядывала на часы, и ей все казалось, что
стрелки почти не движутся.
Когда она приехала домой, там уже поджидал ее Лукас. В кухне стоял
восхитительный аромат, от которого у Фриско
тотчас же потекли слюнки: Лукас успел уже и еду приготовить.
- Этак я могу вовсе избаловаться. Всегда готова приходить домой пораньше,
если меня будет ждать ужин, - призналась
она, усаживаясь за прекрасно сервированный стол.
- Я приготовил самое простое, - в свое оправдание сказал Лукас и поставил на
стол еще булькавшую кастрюлю с
лазаньей.
- Пахнет изумительно, - она с удовольствием вдохнула аромат расплавленного
сыра и томатной пасты. - Вот уж
никогда бы не подумала, что ты мастер готовить.
- Правда, мой кулинарный репертуар весьма ограничен, - сказал Лукас и подал
ей чашку с приготовленным салатом. -
Попробуй хлеб. Это из франко-итальянской пекарни, из самого Ридинга, - и он
кивнул в сторону поджаристых рассыпчатых
батонов.
- Ты их подогрел?
Он многозначительно взглянул на нее.
Она рассмеялась.
Ужин получился отменный!
Они еще сидели за столом, попивая ароматное красное вино, как вдруг зазвонил
телефон.
- Мама звонит, наверное, - сказала Фриско, возвела глаза под потолок, затем
вздохнула. - Держу пари, она наверняка
придумала еще что-нибудь новенькое и спешит поделиться.
- Все может быть, - сказал Лукас.
Однако на сей раз Фриско ошиблась, потому что звонила вовсе не мать. Звонила
Джо, и голос ее был близок к самой
настоящей истерике.
- Извини меня, но только я не буду у тебя на свадьбе, - с ходу выпалила она.
- Что?! - Фриско ушам своим не могла поверить.
Она беспомощно посмотрела на Лукаса, который встал из-за стола и подошел к
ней.
- Неприятности? - участливо спросил он.
Фриско как-то неуверенно передернула плечами и нахмурилась, пытаясь врубиться
в то, что бормотала Джо.
- Я говорю, что не смогу быть на твоей свадьбе, - повторила Джо, при этом
голос ее сделался еще истеричнее. - Я
просто не в состоянии.
- Да, но... Джо, я не понимаю. Почему же так вдруг?! Почему ты не можешь быть
на моей свадьбе, - повторила она
вслух, чтобы Лукасу была понятна суть разговора. - Ты заболела? Что случилось?!
- Все что могло, то и случилось, - ответила Джо, и в голосе ее зазвенели
слезы. - Я нездорова. Но и это еще не все. Я
вне себя, понимаешь? Вне себя!
Фриско умоляюще взглянула на Лукаса и показала взглядом на параллельную
трубку. Это все так непохоже на Джо.
Постаравшись собраться, Фриско произнесла сравнительно ровным голосом:
- Много слов и мало смысла. Ты не смогла бы ответить более определенно, что у
тебя стряслось? Чем ты вдруг заболела
и что или кто тебя так взбесил?
- Я больна в том смысле, что я беременна! - выдохнула в трубку Джо. - А
взбешена оттого, что это сделал братец
твоего жениха. Этот кобель буквально оседлал меня. Ну я и подзалетела, понятное
дело.
У Фриско голова пошла кругом. Братец? Какой братец?! Фриско собиралась было
узнать хоть имя - который из них, но
Джо опередила подругу.
- На свадьбу я не могу прийти, потому что мне совершенно невыносимо видеть
лицо Майкла!
- Так это Майкл?!
В голосе Фриско слышалось крайнее недоумение. Лукас же, в свою очередь,
энергично замотал головой, давая понять,
что все это - бред собачий, что такого быть не может.
- Именно Майкл! - повторила Джо, и в ее устах имя прозвучало подобно
проклятию. - Его убить мало! Его или меня.
- Джо! - заволновалась Фриско. - Ты говоришь невозможные вещи! Ты так меня
пугаешь. Скажи, ты ведь не
собираешься сделать какую-нибудь глупость?
- Словом, добро пожаловать в страну непуганых и использованных идиоток, -
сказала Джо. - Черт, ты ведь и сама из
категории "бэ-у", "бывших в употреблении". - Она рассмеялась таким смехом, что у
Фриско дрожь пробежала по спине. -
И тебе отлично известно, как чувствуешь себя, когда тебя использовали, так ведь?
- Джо, никуда не выходи, я прямо сейчас направляюсь к тебе, - сказала Фриско,
стараясь, чтобы в ее голосе не
чувствовался тот страх, что сжал ее сердце. - Оставайся на месте. И ради Бога,
не натвори там чего-нибудь, о чем после
пришлось бы пожалеть! Я буду через несколько минут у тебя.
Фриско бросила трубку и повернулась к Лукасу.
- Я должна туда поехать, - она принялась обходить Лукаса, однако он ловко
поймал ее за локоть. - Лукас! Мне и
вправду нужно!
- Понимаю, понимаю! - голос его звучал спокойно и собранно: этих качеств
сейчас так недоставало самой Фриско. -
Я сам тебя отвезу туда, но сперва хочу позвонить Майклу.
- И что толку?! - воскликнула Фриско и попыталась высвободить руку. - Майкл
сейчас в Ридинге, черт возьми...
- Нет, он не в Ридинге, - Лукас и не думал отпускать ее руку. - Он здесь,
живет вместе со мной в отеле.
- Тогда пусти, я сама поеду. - Очередная попытка освободиться так же
окончилась ничем. - А ты можешь
переговорить с ним и затем приехать на своей машине.
Лукас отрицательно покачал головой, свободной рукой взял трубку и большим
пальцем надавил комбинацию кнопок.
Фриско показалось, что прошло очень много времени. На самом же деле оператор
отеля буквально в считанные секунды
соединил Лукаса с братом, находившимся в номере.
- Слушай, Майкл, у тебя неприятности, и я бы даже сказал - большие
неприятности, - с порога начал Лукас. -
Фриско только что говорила со своей подругой Джо. И эта самая Джо обвиняет тебя,
говорит, что ты изнасиловал ее, в
результате чего она подзалетела... Нет, сейчас я ничего не желаю слушать... - и
Лукас энергично затряс головой (очевидно,
Майкл попытался ему что-то ответить). - Фриско очень беспокоится, как бы эта
самая Джо не натворила глупостей. Джо
сейчас в таком состоянии... Она даже упомянула возможность самоубийства. Да не
перебивай же ты меня! - резко сказал
Лукас. - Мы сейчас же едем туда. А ты срочно поднимай свой зад и приезжай к нам,
да пошевеливайся!
И, не добавив больше ни слова, Лукас шарахнул трубку.
- Все, мчим туда, - вслух сказал Лукас и потащил Фриско к выходу.
По дороге Лукас так нещадно давил на газ, что Фриско лишь радовалась
отсутствию на их пути кого-нибудь из коллег
Джо. Как только машина остановилась около ряда одинаковых, старой постройки, из
темно-красного кирпича,
"браунстонов", некоторое время назад переделанных в жилые дома многоквартирного
типа, Фриско пулей выскочила на
улицу. Перебирая ступени, она слышала рядом дыхание Лукаса. В этом доме Джо жила
с тех самых пор, как поступила на
службу в полицию.
Морщась от сильного запаха чеснока, пропитавшего лестницу, Фриско торопливо
поднялась на третий этаж и по
коридору бросилась к самой дальней двери.
- Это я, Фриско! Открой! - закричала она, вновь и вновь давя на кнопку ни в
чем неповинного звонка.
К счастью, дверь открылась. На пороге стояла Джо, и вид ее был ужасен.
Красные от слез глаза опухли, лицо было
бледным, будто его вымазали мелом; сомкнутые губы выражали решимость.
- А, это ты... - произнесла она, и губы ее искривились в презрительную
усмешку. - И даже Маканну привела с собой.
- Джо, дорогая, ты ужасно выглядишь, - Фриско без колебаний переступила порог
и заключила подругу в объятия.
- Я и чувствую себя не менее ужасно, - сказала Джо, пытаясь высвободиться из
дружеских рук. Высвободиться ей
удалось, но чтобы жест не показался обидным для Фриско, Джо слегка приобняла ее.
- Хожу и блюю, блюю... Ты
представить себе не можешь, как это отвратительно: что ни съем - тут же выходит
обратно...
- Понимаю тебя... - посочувствовала Фриско, проходя вместе с подругой в
небольшую, безукоризненно чистую
гостиную. - И мне очень жаль.
- А уж как мне-то жаль, - парировала Джо. - Но ничего, отольются кошке, что
называется, мышкины слезы. -
Прищурившись, Джо обернулась и бросила взгляд на Лукаса, который продолжал, как
пришпиленный, стоять в дверях. -
Ну, раз уж и вы притащились, то входите, чего уж там.
Как бы позабыв о распахнутой двери, Лукас прошел внутрь и встал рядом с
Фриско.
Джо пристально следила за всеми его движениями.
- Ничего не могу понять, как ни стараюсь, - сказала Фриско, почувствовав, что
нужно что-то сказать. - Мне
показалось, что ты и Майкл так мило общались во время той вечеринки.
- Ну еще бы... Пока кругом были гости, Майкл вел себя совершенно
очаровательно, - она ядовито усмехнулась. - А
вот позднее, когда мы остались одни, вот тут-то он себя и проявил... В прямом и
переносном.
- Но... - Фриско, потрясенная до глубины души, не сразу смогла вымолвить
страшное слово. - Но - изнасиловать?!
Джо...
- Нет же!
Слова эти, впрочем, принадлежали вовсе не Джо. Их произнес мужчина, внезапно
оказавшийся в дверях. Краем сознания
Фриско подумала о том, с какой же скоростью должен был мчаться Майкл, чтобы так
быстро прибыть сюда.
- Да! - выкрикнула Джо, резко обернувшись и ненавидяще глядя на Майкла.
- Боже, как ужасно ты выглядишь, - с состраданием в голосе прошептал Майкл.
- Не ужасно. Скажи лучше - хреново! - крикнула она в ответ. - Хорошо, когда
все придерживаются одного мнения.
А теперь закрой эту гребаную дверь!
- Дорогая, ты так выражаешься... - мягко попытался урезонить ее Майкл,
закрывая за собой входную дверь.
Дорогая?! Это слово заставило Фриско нахмуриться. Впрочем, и увещевательный
мягкий тон, каким были произнесены
слова Майкла, также несколько сбил ее с толку. Она вопросительно взглянула на
Лукаса. Тот, в свою очередь, беспомощно
пожал плечами, давая понять, что и сам многого не понимает, что он всего лишь
брат Майкла - не более того.
- Так, твою мать, где это ты себе тут нашел дорогую?! - рявкнула Джо. - Ты
поимел меня по полной программе, после
этого я залетела, как самая последняя... А потому вольна употреблять те слова,
какие считаю нужными!
- Джо... - так же мягко повторил Майкл. - Я вовсе не насиловал тебя, и ты
отлично это знаешь. Ты сама с
удовольствием занималась любовью со мной. Я бы сказал - с большой охотой.
- Ты ментально изнасиловал меня! - высказала она новое обвинение.
- Что?! - при этих словах голова Фриско буквально пошла кругом. - Джо, что ты
говоришь, ты хоть сама
понимаешь?!
- Уж кому-кому, а тебе это отлично должно быть известно.
- Кому это? Мне?! - Фриско нахмурилась, но прежде чем успела потребовать
объяснений у Джо, подруга бросила
уничтожающий взгляд на Лукаса и Майкла.
- Разве шантаж, принуждение и всякое запудривание мозгов - не известное
развлечение в семье Маканны?
Фриско почувствовала, как Лукас тотчас напрягся. Внезапно она и сама начала
понемногу понимать намерение Джо.
Возможно ли такое?! Фриско-то думала, что, увидев Лукаса, Джо в корне изменила о
нем свое мнение. Оказывается, нет!
Судя по всему, Джо продолжала верить, что Лукас принудил Фриско к этому браку.
Даже пускай в некотором смысле так и есть, но все равно...
- Джо, я что-то никак не врублюсь, - заговорила Фриско, стараясь отвлечь от
Лукаса внимание своей воинственной
подруги. - Каким же это способом Майкл... ну, скажем, ввел тебя в соблазн?
- Очень даже известно, каким! Сугубо мужским способом, который нынче
считается едва ли не образцом
добродетельного поведения, - тотчас же ответила Джо и метнула в подругу гневный
взгляд. - Тебе все это наверняка
отлично известно. Мужчина знает, что женщина хочет от него услышать, знает - и
болтает без умолку. Тут хочешь не
хочешь, а развесишь уши. Что же касается вот этого, - Джо кивнула в направлении
Майкла, - то он выражал восторги по
поводу всего, что бы я ни говорила, соглашался буквально с каждым моим словом.
Даже когда мы беседовали с ним о
феминизме и вообще о правах человека.
- Это было, не могу отрицать, - вставил слово Майкл.
- А то нет, - пренебрежительно заметила Джо, не потрудившись даже взглянуть
на него. - И кроме того, -
продолжала она объяснять Фриско, - после того, как он меня вконец уболтал, когда
я почувствовала себя рядом с ним
спокойно и хорошо, он соблазнил меня и телесно. И неоднократно. Мы занимались
любовью в ночь вечеринки, занимались
весь следующий день и следующую ночь, с понедельника на вторник.
Сценарий, рассказанный Джо, до такой степени напоминал происходившее в отеле
на Гавайях, что Фриско невольно
ощутила подозрительный холодок.
Она взглянула на Лукаса. Он встретил ее взгляд, и глазом при этом не моргнув,
а затем, когда прочитал в ее взгляде
молчаливое обвинение, отрицательно покачал головой.
Как бы там ни было, однако Фриско поверила его уверениям, поверила против
собственной воли.
- Из твоего рассказа, Джо, совершенно очевидно, что никакого изнасилования на
самом деле не было, - сказала
Фриско.
- Ну разумеется, не было, - тотчас поддержал ее Майкл. - Да, впрочем, она и
сама отлично это понимает.
Джо гневно посмотрела на обоих братьев.
- Ну, может, в физическом смысле и не было, но все равно имело место
принуждение. - Ее тяжелый взгляд остановился
на Лукасе. - Точно так же, как имело место определенное принуждение, когда вы
заставили Фриско выйти за вас замуж,
чтобы контролировать их семейный бизнес.
Лукас не отрицал ее обвинения. Собственно, у него не было возможности даже
рта раскрыть.
Не раздумывая, без каких бы то ни было колебаний Фриско выступила вперед: в
ее глазах читалось желание защищать и
охранять.
- А вот как раз тут ты не права, Джо, - тихо и вместе с тем внушительно
произнесла она. - Я согласилась выйти за
Лукаса лишь потому, что захотела этого сама. - Как только данная фраза слетела с
ее уст, Фриско поняла, что в глубине
своей души, в самом что ни на есть укромном душевном закоулке она и вправду
мечтала выйти за Лукаса, едва только
встретила его, мечтала и не позволяла себе в том признаться.
- Может, ты и вправду этого хотела, - Джо скептически усмехнулась и воздела
бровь. - Но почему?
На мгновение все вокруг затихли. Или это лишь пригрезилось Фриско? Как
пригрезилось, что в этот самый момент Лукас
затаил дыхание. Впрочем, все это не суть как важно. Время для игр давным-давно
уже прошло. Глядя в глаза подруге,
Фриско уверенно и даже чуть жестко произнесла:
- Потому что я люблю его!
Лукас осторожно взял ее за руку. От этого прикосновения на ее сердце вдруг
сделалось хорошо и спокойно. Жаль, что
обстановка не позволяла ей в полной мере насладиться ситуацией. Но ничего,
подумала Фриско, это не в последний раз,
подобное чувство еще обязательно вернется...
Тут инициативой завладел Майкл.
- Да и я ведь люблю тебя, Джо.
Такие, казалось бы, затертые слова - но они произвели чудо. В непреклонной
Джо что-то сломалось.
- Врешь! - крикнула она и торопливо провела кончиком языка по губам, что
служило у нее признаком душевной
неопределенности, сомнения. - Утром во вторник ты как ушел отсюда, так и не
вспомнил обо мне. Ни одного звонка, ни
единого слова!
- Я лишь хотел дать тебе возможность определиться, нужен я тебе или нет. -
Майкл осторожно обошел Фриско и встал
напротив Джо. - Я надеялся, что когда определишься, ты сама позвонишь.
Фриско почувствовала нежное прикосновение к руке. Обернувшись, она прочитала
в глазах Лукаса и поспешила согласно
кивнуть. Одновременно Лукас произнес шепотом:
- Мы, кажется, тут лишние, пойдем-ка отсюда...
Потихоньку пятясь к дверям, Фриско слушала, что говорили ее подруга и свояк.
- Ты ведь... ты...
- Ты, мне кажется, даже и не понимаешь, какого страху подчас нагоняешь на
людей, - в свою очередь сказал Майкл. -
Ты хоть поняла, уважаемая, что напугала меня до полусмерти, а?!
- Я напугала?! - глаза Джо блеснули, однако Фриско, хорошо знавшая подругу,
была уверена, что то был не блеск
гнева, но скорее всего самая что ни на есть обыкновенная слеза.
- Именно! - выпалил Майкл, затем сделал паузу и внезапно спросил: - Ты что
же, намерена сделать аборт?!
- Нет уж! - выпалила Джо, и рука ее инстинктивно прижалась к животу. - Ни в
жизнь!
Обернувшись в самых дверях, Фриско с облегчением вздохнула. Майкл вздохнул
также.
- Вот и отлично, - он протянул к ней руку. - Я люблю тебя, Джо, и уже люблю
нашего еще нерожденного ребенка. -
Он улыбнулся. - Я рискую быть банальным и старомодным, но все-таки спрошу тебя:
согласна ли ты выйти за меня?
- О Майкл... - Джо чуть помедлила с ответом, затем, не обращая внимания на
протянутую ей руку, сделала шаг в его
сторону и обняла Майкла. - Знаешь, пожалуй что скорее всего - да. Лучше сразу
согласиться, а то еще чего доброго
возьму сейчас - и разревусь.
В этот самый момент Фриско почувствовала, что лучше удалиться и поплотнее
прикрыть за собой дверь, потому как
молодым людям сейчас решительно не нужны были посторонние.
Глава 31
- Ты и в самом деле так думаешь? - переспросил Лукас и настороженно застыл в
ожидании ответа.
С тех самых пор, как они покинули квартиру Джо, Фриско ожидала от него
подобного вопроса.
- Я о том, что ты не только любишь меня, - сказал Лукас, опасаясь, что Фриско
перебьет его и не даст закончить, - но
также хочешь выйти за меня замуж?
- Да, - искренне ответила она.
- И тогда, на Гавайях, в первый раз - тоже? - не унимался он.
- Да, Лукас. Ты уж извини, я сяду. Вечер получился весьма волнительным, чего
уж и говорить.
На лице Лукаса стала оформляться обольстительнейшая и вполне при этом
дьявольская улыбочка. Не отрывая взгляда от
Фриско, он медленно двинулся к ней.
- Как сказал бы старик Генри Форд, у меня есть куда лучшая мысль. - Подойдя
вплотную, Лукас неожиданно заключил
ее в свои объятия. - Что значит присесть, если мы можем даже прилечь.
Фриско положила руку ему на плечо, прижалась к груди Лукаса и прошептала:
- Твоя идея много лучше фордовской.
Считанные мгновения спустя одежда Лукаса и Фриско оказалась разбросанной по
всему полу спальни. Лукас осторожно
водрузил Фриско на постель и лег на жену.
- Рискую быть обвиненным в плагиате, ибо намерен повторить слова собственного
брата, - сказал он и слегка коснулся
губами ее разомкнутых губ. - Но я люблю тебя, Фриско Бэй.
- Очень приятно, - прошептала в ответ Фриско, замирая от того, что горячий
его язык прошелся по всей длине ее
нижней губы. - Потому что ведь и я тебя люблю, Лукас Маканна.
- Уже больше месяца я не был с тобой, - сказал Лукас, нетерпеливо раздвигая
ее колени. - Я за все это время чуть не
спятил, до того хотелось быть с тобой, быть в тебе, любить тебя.
- Впереди у нас еще целая ночь, - напомнила она, выгибаясь и тем самым как бы
приглашая Лукаса в себя.
- И это прекрасно, - прошептал он, наслаждаясь медленным проникновением во
Фриско, в ее нежнейшую плоть. - А
еще более прекрасно, что впереди у нас множество таких вот ночей.
За всю ночь они покидали постель исключительно для того, чтобы прибежать на
кухню и наскоро чего-нибудь
перехватить, дабы банальная потребность в пище не мешала удовлетворять
сексуальный голод. Четверг они провели в
постели, и ночь с четверга на пятницу тоже.
Скрепя сердце они расстались утром в пятницу, да и то лишь потому, что обоих
ждали совершенно неотложные дела. В
частности, Фриско пообещала матери, что вечером в пятницу будет с родителями и
переночует у них в своей комнате, когдато
детской.
Пятница пронеслась совершенно незаметно. Она приехала в родительский дом
перед самым ужином, прихватив с собой
косметичку, ночную рубашку, платье для вечера и свой подвенечный наряд. Понимая,
что для повторного акта
бракосочетания белоснежный наряд будет не слишком-то уместен, она остановила
выбор на традиционно пошитом
подвенечном платье, но - кремоватого цвета, с длинными рукавами, под горло, с
кружевами. Родители, едва только увидели
платье, тотчас же одобрили выбор дочери.
- Дорогая моя, оно прямо-таки восхитительно! - Гертруда даже вздохнула. - И
хотя оно современное по дизайну, но
тем не менее к этому платью отлично подойдут фата и шлейф, которые через Лукаса
передал тебе добрейший мистер Дентон.
- Несколько вычурно, на мой взгляд, хотя в общем нормально, - высказал свое
мнение Гарольд, внимательно
рассмотрев платье дочери. - Твоя мама правильно говорит: фата и шлейф должны
подойти.
После того как закончили ужинать и прежде чем Фриско отправилась спать, ей
дважды звонил Лукас. И каждый раз
затем, чтобы сообщить:
- Я люблю тебя, Фриско Бэй.
На что всякий раз она ему отвечала:
- И я тоже люблю тебя, Лукас Маканна.
Ухватывая краем глаза быстрые - в ее сторону - подозрительные отцовские
взгляды, Фриско тем не менее чувствовала
себя так хорошо, так счастливо, что не хотела сейчас отрешаться от этого своего
состояния и задумываться над тем, какие
мысли крутятся в голове у отца. Спать она ушла рано. Ее переполняло чувство
радостного ожидания.
Едва только Фриско вошла в свою комнату и прикрыла за собой дверь, как к ней
постучались. Дверь со скрипом чуть
приоткрылась.
- Позволишь, я загляну к тебе? - риторически спросила Гертруда после того,
как вошла и прикрыла дверь.
- Конечно, - разрешила Фриско с лукавой улыбкой. - Насколько понимаю,
наступило время, когда в преддверии
замужества мама должна учить свою дочь уму-разуму?
- Ну, если угодно, - призналась Гертруда и улыбнулась в ответ.
- Собственно, ты что же, намерена учить меня тому, как добропорядочная жена
должна вести себя с мужем, так, что ли?
- улыбка все еще освещала черты Фриско.
- Нет, - сказала Гертруда, и лицо ее сделалось строгим. - Всякая женщина,
становясь женой, сама должна выбирать,
как вести себя со своим мужем, сообразуясь с его характером и образом жизни.
Ого! - мысленно произнесла Фриско, с сожалением чувствуя, как еще совсем
недавно переполнявшее ее чувство
эйфории катастрофически исчезает. Эх, если бы мать знала, если бы только могла
догадываться, до какой степени любовь
имеет мало общего с тем начальным соглашением, которое было заключено с Лукасом.
- Сообразуясь, говоришь, с его характером? - переспросила она и сама едва
расслышала собственный голос.
- Именно, - Гертруда сделала жест рукой, давая понять, что от этого никуда не
деться. - Мне, например, лично Лукас
очень приятен. Он кажется честным и откровенным человеком. - Она вздохнула, и
Фриско мысленно повторила за матерью
этот вздох. - Но не я ведь, а ты собираешься за него замуж, так ведь? И потому
тебе не худо было бы получше изучить его
характер.
- Конечно, - согласилась Фриско. - Впрочем,. так же как и ты сама, я считаю
его честным и откровенным человеком.
- Да, но вопрос в том, любишь ли ты его? - взволнованно спросила мать. - Да
или нет?
Ах, вот оно в чем дело! Вот, оказывается, что так беспокоит ее! Выходя замуж
по любви, Гертруда хотела бы того же и
для своей дочери. От этой мысли Фриско ощутила комок в горле. На губах ее
обозначилась улыбка. Пройдя всю комнату, она
обняла мать.
- Да, мама, я люблю его, - с убежденностью в голосе ответила она. - Давно и
сильно люблю его.
Гертруда стиснула дочь в объятиях, затем сморгнула, чтобы не дать слезам
пролиться.
- Очень за тебя рада. Замужество - это весьма сложная штука. И если есть
любовь, что само по себе уже хорошо, то
легче бывает уживаться с мыслью, что твой избранник или избранница не вполне
таковы, какими казались ранее. - С этими
словами мать открыла дверь и, выйдя в коридор, мягко сказала: - Ну, доброй тебе
ночи, дорогая моя.
Она знала!!! Фриско уставилась на закрытую дверь. Вот это да! Оказывается,
мать знает, все эти годы знала о том, что ее
муж не из когорты героев. И тем не менее она любила своего мужа, поддерживала
его, всегда оказывалась на его стороне.
А каких-нибудь полчаса спустя и отец постучался в ее дверь.
- Фриско, ты еще не спишь? - шепотом спросил Гарольд.
- Пока нет, - ответила она, искренне недоумевая касательно того, какого же
рода совет намерен дать ей отец. - Входи,
что ж ты...
- Я вот, знаешь, тут подумал, - начал он, как только переступил порог
комнаты, - об этой свадьбе...
- А что именно? - с подозрительностью в голосе поинтересовалась Фриско,
завязывая кушак своего халата. -
Полагаю, что ты не намерен в самую последнюю минуту что-то менять? - шутливым
тоном поинтересовалась она, хотя ей
было не до шуток.
- Да нет же, я вовсе не об этом, - он отрицательно покачал головой. Фриско
заметила, что у него сильно дрожат руки: в
состоянии такой нервозности отец бывал нечасто. - Гхм... Вовсе не об этом.
У Фриско мелькнула мысль, что если сейчас отец расколется и скажает, что
вновь проигрался в пух и прах, то она не
станет себя более сдерживать и даст полную свободу
...Закладка в соц.сетях
