Жанр: Любовные романы

Сердцу не прикажешь

сторінка №12

ответила
она. - Хоть узнаю, где здесь туристы развлекаются. Будем считать, что
договорились. Спасибо, что пригласили.
Кен затормозил возле паркинга отеля. Повернувшись к Фриско, он таким взглядом
посмотрел на нее, как если бы не мог
полностью поверить в то, что она приняла его предложение.
- Вы что же, даже и местные достопримечательности еще не осмотрели?
- Нет. - Фриско отрицательно покачала головой. - Я ведь приехала сюда
отдохнуть, - объяснила она. - И пока лишь
поджаривалась на солнце, купалась в океане, плавала в бассейне отеля. Можно
сказать, кручусь вокруг своего отеля.
- Скажите, а не хотелось бы вам посмотреть здешние достопримечательности, а?
Или все-таки лучше просто отдыхать?
На Фриско произвели приятное впечатление его участливое выражение лица и
заботливая интонация.
- Нет, ну конечно же, я хотела бы куда-нибудь съездить. - Произнеся эти
слова, она увидела, как сразу просияло лицо
Кена, и не сумела сдержать улыбку. - Знаете, я очень быстро устаю от
одиночества.
- Вот и отлично! - он весь так и сиял. - Знаете, если будет настроение, мы
завтра вечерком могли бы сходить на луау .
Хотя туда приходят толпы туристов, но все равно стоит хоть раз взглянуть. Хулу
бы посмотрели и все такое... Ну, вы
понимаете.
- Договорились, - сказала она, улыбаясь. - Как раз у меня такое настроение,
что на хулу я бы с удовольствием
сходила.
- Феноменально! Тем более что пятница и суббота у меня - выходные дни. - Кена
прямо распирало от счастья. - Я
буду весьма признателен, если вы окажете мне честь, согласившись взять меня
гидом. Мы бы тогда посмотрели все лучшее,
что только есть в моем родном городе.
- Что ж, благодарю, мой прекрасный сэр, - она склонила голову, как бы
подразумевая реверанс. - Звучит все это очень
даже заманчиво. Но я принимаю вашу щедрость при одном непременном условии.
Давайте сразу же договоримся, что если
вы надумаете приехать в Филадельфию, вашим непременным гидом буду я.
Договорились?
- Решено. - Он одарил ее улыбкой, целиком состоящей из восхищения и юношеской
влюбленности, затем протянул
руку.
Изобразив на лице некоторую торжественность, Фриско чинно пожала ее.
- Завтра вечером нужно будет выехать пораньше, - сказал он, затем открыл свою
дверцу и вышел из машины. Обойдя
автомобиль, он помог выйти Фриско. - Хорошо бы выехать отсюда не позднее шести
часов вечера.
- Хорошо. Значит, в шесть часов мы и выедем, - и она двинулась рядом с ним по
направлению к отелю. - Форма
одежды, полагаю, самая обычная?
- Конечно. Вы позволите проводить вас до вашего номера?
- Нет, - сказала Фриско и улыбнулась, смягчая отказ. - Завтра в шесть вечера
я встречу вас здесь же, в вестибюле.
- Буду вас ожидать с великим нетерпением, - он расплылся в улыбке, затем
добавил: - Ух, я уже и так весь трепещу.
- Доброй вам ночи, Кен, - Фриско кивнула и направилась к лифтам.
- Доброй ночи, Фриско.

Глава 20


- Скажи, Лукас, а ты разговаривал с Фриско? - неожиданно спросил Гарольд, не
заботясь о том, чтобы начать, как это
принято в телефонной беседе, с неких общих тем.
Лукасу весьма не понравилась та нервозность, которая так явно звучала в
голосе собеседника.
- С тех пор как она уехала, я ни разу не звонил ей, - признался он, намеренно
подавляя чувство неловкости и стараясь
говорить как можно более естественно. - А что, разве что-то случилось? С ней все
в порядке?
- Да, у нее полный порядок, я просто...
- Ты просто - что? - требовательно переспросил он, чувствуя, как нехорошее
предчувствие наполняет собой все его
существо.
- Видишь ли, прошлой ночью она позвонила... собственно, там у них было совсем
не так поздно, ты понимаешь... но...
- Гарольд, ты толком говори, не ходи вокруг да около, - нетерпеливо оборвал
его Лукас. - Я же чувствую по тону, что
тебя что-то расстроило. Так что же именно?

- Ты понимаешь, судя по всему, она там встретила молодого человека.
Лукаса при этих словах так и передернуло: нервная волна, казалось, прошла
через все тело. Ну и сюрприз, Лукас
несколько секунд не мог вымолвить ни единого слова.
- Ну так и что дальше? - с подозрительным спокойствием поинтересовался он.
- Что дальше, что дальше?! - занервничал Гарольд. - Ты представь только, а ну
как она и вправду в него влюбилась?
- Он помолчал и затем с явным беспокойством сказал: - Ты только представь на
одну секунду, что она вполне может вбить
себе в голову, что, дескать, втрескалась в этого парня!
- Ой, да ладно тебе, Гарольд, - с ухмылкой произнес Лукас, тогда так на ум
ему пришли однажды произнесенные
Фриско слова: "А что если я когда-нибудь встречу человека и влюблюсь в него?"
О, черт побери...
"Спокойно, - приказал себе Маканна, - не дергайся раньше времени. Она всегонавсего
женщина.
Впрочем, что это я говорю, - она моя женщина!"
Осознание этой простой истины возымело не меньший эффект, чем неожиданность
первоначального сообщения.
- Я думаю, подобный исход маловероятен, - уверенным тоном сказал он Гарольду
и даже слегка подивился тому,
насколько спокойно и бесстрастно прозвучал его голос. - Фриско из тех женщин,
которые не теряют головы, и едва ли она
так вот может влюбиться с бухты-барахты.
- О, тут никогда не знаешь заранее, - не унимался Гарольд. - Насколько я
понял, с прошлой среды она неотлучно
находится рядом с этим человеком.
А сегодня уже воскресенье.
Черт!
В эту самую минуту Маканна даже не вспомнил о своем решении освободить Фриско
от взятого обязательства выйти за
него замуж. Ведь они же с ней договорились, все решили, напомнил он себе. И она
тогда со всем этим согласилась.
Справедливо это будет или же нет, но он намерен вынудить ее исполнить все взятые
на себя обязательства.
- Ладно, Гарольд, я сам слетаю на Гавайи и постараюсь сделать все возможное
для того, чтобы она не натворила там
глупостей.
- Да, я вот тоже подумал, что это было бы наилучшим вариантом, - в голосе
Гарольда чувствовалось облегчение:
именно это он и желал услышать.
Наилучшим для тебя вариантом, мысленно подправил Лукас услышанную фразу.
Лукас ни на секунду не сомневался в
истинных причинах озабоченности Гарольда. Может, конечно, этому человеку и
казалось, будто он любит свою дочь, однако
Лукас готов был поспорить, что в данный момент Гарольда больше других
интересовал сам Гарольд, собственное его
благополучие.
Завершив разговор и повесив трубку, Лукас принялся искать в справочнике
телефон компании "Юнайтед Эрлайнз".
Через несколько секунд он уже вновь брал трубку: улыбка некоторого
удовлетворения чуть тронула в этот момент его
губы.
Занимавшаяся предварительной продажей билетов сотрудница авиакомпании знала
свое дело: Лукас сразу же сумел
забронировать билет на рейс из Филадельфии, отправлявшийся около полудня. Лукас
даже цокнул языком, когда операторша
предусмотрительно сообщила, что его ожидают в пути кратковременные остановки в
Чикаго и Сан-Франциско.
Сделав заказ, Лукас вновь поднял трубку, на сей раз - чтобы позвонить брату
Майклу. Трубку на том конце никто не
снимал.
Нажав на рычаг, он тихо усмехнулся себе под нос: было ведь раннее субботнее
утро. Наверняка в этот час Майкл играл в
гандбол или гольф.
Значит, оставался Роб.
Лукас поморщился, припомнив те споры, что возникали между ним и Робом в
последнюю неделю. О чем бы ни говорили,
всякий раз спор сводился к происшествию недельной давности.
Тяжело вздохнув, Лукас все-таки вынужден был набрать номер Роба.
- Алло?
Лукас хотел было вздохнуть, но пересилил себя: голос в трубке принадлежал
кому угодно, только не Робу.
- С кем это я говорю? - спросил он.
- Это Мелани, - женский голос прозвучал незамедлительно, видимо, среагировав
на командные нотки в тоне Лукаса.

Затем, как бы опомнившись, она, в свою очередь, поинтересовалась: - С кем я
говорю и что вам нужно?
- Это говорит Лукас Маканна, - рявкнул он в трубку. - И мне нужно
переговорить с Робом.
- О! - голос Мелани утратил прежнюю боевитость. - Одну секундочку, мистер
Маканна. Я сейчас позову его...
Где он, интересно? В постели валяется? Вопросы эти едва не сорвались с уст
Лукаса, но в самый последний момент он
сумел-таки сдержаться. Провоевав и проспорив с братом целую неделю, Лукас и сам
вдруг задумался: а не слишком ли туго
он натягивает удила? Может, братьям и впрямь нужна большая свобода действий?
Кроме того, в данную минуту у него были куда более важные и неотложные
проблемы, нежели забивать себе голову
подружками Роба. Его особенно беспокоили отношения, или правильнее было бы
сказать, отсутствие оных со своей как бы
невестой.
Дьявольщина, неужели в это самое время, когда он так страдает, Фриско
преспокойно трахается на каждом углу?!
- Лукас? - прорезался в трубке, прервав ход рассуждений, голос Роба, явно
только что проснувшегося. - Что там еще у
тебя?
- Ты что, на бабе лежишь? - проворчал Лукас.
- Ничего подобного, - ответил Роб. - Хотя ты мне подал идею. Вполне мог бы
совмещать Мелани и тебя.
- Это какая еще такая Мелани? Та, с которой ты был на прошлой неделе?
-Да.
- У тебя с ней что же, серьезно?
Роб несколько секунд молчал, видимо, обдумывая вопрос, затем сказал:
- Все может быть. Пока я еще и сам не знаю. Задай этот вопрос месяца через
два-три, тогда скажу более определенно.
- Обязательно задам.
- Вот уж не сомневаюсь, - сказал Роб таким миролюбивым голосом, что в эту
минуту плохо верилось в длительную,
который уж день длившуюся войну между братьями.
Собственно, Лукасу давно уже хотелось установить если не мир, то хотя бы
перемирие. За эту неделю Лукас многократно
прокручивал в памяти все случившееся, так и этак анализировал аргументы,
приведенные братом в свое оправдание, и
понемногу начал подходить к мысли, что некоторые доводы, высказанные Робом еще в
пятницу во время разговора в офисе
компании, не стоит так уж лихо отметать в сторону.


- Ты ведь даже и понятия не имеешь о том, чего именно, каких усилий требовало
от меня и Майкла постоянное с тобой
соперничество! - выпалил внезапно Роб.
- А вы разве пытались со мной соперничать?! - ошеломленно спросил Лукас,
ничего подобного ему и в голову не
приходило. - Вот уж никогда бы не подумал... Да зачем вам это понадобилось?
- Затем... - Явно расстроенный, Роб провел рукой по волосам. - Ты попробуй
глянуть со стороны. Все, буквально все,
за что бы ты ни брался, тебе удавалось легко и как-то даже играючи. Взять хотя
бы те деньги, что мы выручили от продажи
земли. Господи Боже, Лукас, ведь ты сумел вложить их так, что мы выиграли не
одну сотню тысяч.
- Ну, я бы не стал говорить о выигрыше: кто хотел в ту пору, тот и вкладывал
деньги в "Майклрософт", - объяснил
Лукас.
- Да, но так точно угадать время! Кто мог об этом знать!
- Я знал.
- Вот об этом я сейчас и толкую, - воскликнул Роб. - Ты знал - и ты выиграл.
- Да, выиграл. Но лишь потому, что когда услышал о работе Гейтса, меня это
все прямо заворожило, - как бы
оправдываясь, пояснил Лукас. - Уверяю тебя, здесь не было никакой мистики. - Он
улыбнулся. - Ты ведь сам отлично
понимаешь, что никаким сверхзнанием я не обладаю.
- Можешь говорить теперь что хочешь, - пробурчал Роб. - Всю жизнь твой
пример, твои дела у меня перед глазами.
Мистика, наверное, тут действительно ни при чем, твоя железная воля и
несокрушимая решительность - вот что творит
чудеса. У меня дух всегда захватывало, видя, как ты рискуешь в бизнесе и какие
получаешь потрясающие результаты. Мы с
Майклом и гордимся тобой, и одновременно чувствуем себя какими-то вечными
мальчиками.
Вновь и вновь возвращался Лукас к словам Роба: запало, что называется, в
самое сердце. Конечно, он упустил момент,
когда ребята выросли, когда им нужно было бы предоставить самостоятельные
участки работы. А он все держал их на
помочах, и каждый его новый успех вызывал у братьев чувство собственной
ущербности, давил на их самолюбие. Еще
немного - и между ним и братьями образуется непроходимая пропасть. Да не взять
ли ему в компанию какого-нибудь
крепкого руководителя, чей авторитет будет восприниматься ими не так болезненно?

Правда, именно сейчас для подобных замещений не самое подходящее время. Более
важные вопросы стояли перед
Лукасом.
И чтобы хоть как-то успокоить и ободрить брата, он произнес:
- Знаешь, Роб, мне очень нужна нынче твоя помощь.
- Ты только скажи, Лукас. Если это будет в моих силах, я для тебя в лепешку
готов разбиться. - Вся сонливость мигом
исчезла из голоса Роба, слова прозвучали твердо и осмысленно.
Ага, вот как раз сейчас самое подходящее время для доверительного разговора -
Лукас вспомнил сетования Майкла на
то, что он ничем с братьями не делится.
Он сказал:
- Понимаешь, суть в том, что по личному, так сказать, делу мне срочно нужно
уехать из города. И пока меня тут не
будет, я хочу, чтобы вы оба, ты и Майкл, все взяли на себя.
- Договорились, - с улыбкой сказал Роб и добавил: - Если, конечно же, ты
уверен, что я справлюсь. И если меня
оставят на свободе.
- Ну, в этом можешь не сомневаться, Роб. Каталажка обойдется без тебя, -
произнес Лукас непререкаемым тоном.
- Ну, раз ты говоришь... - в голосе Роба звучало прямо-таки монашеское
смирение. Видно, тут он во всем полагался на
старшего брата.
- Но! - И в голосе Лукаса зазвучал металл. - Изволь впредь не вляпываться в
подобное дерьмо, вторично я тебя
вытаскивать за уши не намерен, ты понимаешь?
- Скажи, ты веришь моему слову? - в голосе Роба слышалась уязвленность,
замешенная на робкой надежде.
- Я верю твоему слову, - с ударением на "верю" тотчас же ответил Лукас.
Роб удовлетворенно вздохнул.
- Спасибо, - с чувством проговорил он и затем, придав голосу деловой оттенок,
поинтересовался: - Ты уже
разговаривал об этом с Майклом?
- Нет, и едва ли успею. Я спешу на самолет, так что ты уж введи его в курс
дела, когда сумеешь с ним связаться.
- Непременно. В этот час по субботам он, как правило, играет в гольф.
- Наверное, - согласился Лукас и про себя улыбнулся.
- Словом, ты спокойно поезжай, занимайся своими делами и ни о чем плохом не
думай. За лавкой мы с братом
присмотрим.
- Спасибо тебе, Роб. Я надеюсь на тебя.
Образовалась пауза, достаточно протяженная, чтобы Лукас успел подумать о том,
что невесть с каких пор он не
благодарил своих братьев за их преданность ему и его компании.
- Всегда готов помогать тебе, ты же знаешь, - сказал Роб, и по его тону
чувствовалось, что это не пустые слова. -
Кстати, ты не против, если я задам тебе один вопрос?
- Всегда пожалуйста.
- Скажи, то дело, из-за которого ты должен уехать, - связано с женщиной?
Теперь настала очередь Лукаса держать паузу, обдумывая свой ответ. Не в его
характере было делиться даже и с
братьями. Но, правда, и говорить-то было не о чем - то есть в личном плане. Ему
еще не приходилось в прямом смысле
этого слова бегать за женщиной.
Впрочем, какого черта...
- Да, это связано с одной дамой, - произнес он наконец. - Ничего больше ты от
меня не услышишь.
Роб рассмеялся: судя по всему, он пребывал в эту минуту в отличном
настроении.
- Ладно, поезжай к ней, Лукас, - милостиво разрешил он. - Настоящий мужчина
из семейства Маканны своего счастья
не проворонит.
- Ага, вот тут ты совершенно прав. Счастливо тебе, Роб. Как только смогу,
объявлюсь.
Роб весело рассмеялся.
- Удачи тебе, Лукас.
Мягко прищелкнув языком, Лукас положил трубку на рычаг.


На гладкой поверхности спящего ночного океана выделялась серебряная лунная
дорожка. Ветер лениво перешептывался с
пальмовыми ветвями и овевал лицо и плечи Фриско.
- Ты великолепный гид, Кен, - сказала она, останавливаясь возле самого
берега, где неспешные волны накатывались на
остывший океанский песок, и я тебе чертовски благодарна. Я столько увидела. - В
ее мягком голосе отчетливо слышалась
сердечная нота признательности. Фриско была искренна: именно благодаря Кену
отдых выдался таким удачным.

Правда, отведав знаменитую запеченную свинью, она не пришла от нее в восторг,
но охотно попробовала другие местные
блюда, которые предлагались на луау. А после некоторых уговоров Кена она также
согласилась вместе еще с несколькими
туристами узнать прелесть хулы. Тот маршрут, который предложил ей на два своих
выходных дня Кен, оказался чрезвычайно
интересным, хотя и отнял у девушки едва ли не все силы. Они обошли столицу -
побывали в особняке губернатора,
посетили епископский музей, считающийся старейшим на Гавайских островах (был
открыт в 1889 году), с удовольствием
посмотрели выступления полинезийских танцоров, много смеялись и, аплодируя,
практически отбили себе ладони. Также
они отдали дань уважения морякам американского флота в мемориале на борту
"Аризоны", пришвартованной в Перл
Харбор.
И это еще не все. Память Фриско прямо-таки распухла от обилия увиденного, от
массы звуков, от невероятного обилия
красот.
В этот вечер Кен вновь решил повести ее в один из малоизвестных туристам
ресторанчиков. На ужин они ели нежнейшее
филе копченой рыбы, рис, хрустевшие на зубах листья салата, фрукты и запивали
все это тонкого букета белым вином. По
возвращении в отель Кен предложил немного прогуляться по пляжу.
Вечер выдался просто на удивление.
- Спасибо тебе огромное, - произнесла Фриско с легким вздохом сожаления,
должным означать, что все хорошее, увы,
рано или поздно заканчивается.
- О чем речь... - Кен обернулся к ней, и в лунном свете лицо его показалось
Фриско мертвенно бледным. - Но это еще
не все сюрпризы. - Улыбнувшись, он наклонился к ней.
Фриско непроизвольно сжала кожаные ремешки сандалий, которые держала в руках.
Он намеревался поцеловать ее, и она
заранее догадалась о его намерении. Собственно, она и думала, что так
произойдет. Она ждала этого поцелуя всякий раз,
когда они поздними вечерами расставались, чтобы порознь провести очередную ночь.
- Кен, я... - Голос изменил ей, она переложила одну сандалию в другую руку и
свободной ладонью слегка уперлась ему
в грудь.
Кен замер. Губы его застыли в нескольких дюймах от ее губ. В напряженных
темных глазах было ожидание.
- Я хочу поцеловать тебя, Фриско, - прошептал он. - Я хочу этого с тех самых
пор, как ты впервые переступила порог
отеля, такая усталая, разбитая и вместе с тем желанная. - Его губы растянулись в
насмешливую улыбку. - И потом, грех не
воспользоваться такой располагающей обстановкой.
В глазах Фриско сквозила неопределенность. Она чувствовала искушение,
сильнейшее искушение. Кен был таким милым,
с ним так приятно находиться рядом. И в то же время...
В ее памяти возник совершенно другой, отчетливый и пронзительный образ,
который, собственно, и вынудил Фриско
сделать эту паузу.
Лукас Маканна.
Образ был таким четким: казалось, протяни руку - и можно потрогать. Совсем
как в жизни, высокий и стройный,
Маканна смотрел прямо на нее, и выражение лица его было жестким.
Она поежилась.
- Ты никак замерзла? - в голосе Кена слышался отзвук надежды, что ей будет
нужно его тепло.
- Нет, это просто... - она не закончила, и слова ее были унесены океанским
бризом: не было таких слов, при помощи
которых можно было бы объяснить Кену, кто такой Лукас Маканна.
Эти двое мужчин походили друг на друга не более, чем морская и пресная вода.
Один - легкий и веселый человек, рядом
с которым и могло быть только легко и весело; от другого исходило ощущение силы
и потенциальной опасности. Один
представлялся ей чем-то вроде искрящегося водопада, тогда как другой - сродни
океану.
- Я хочу просто один раз поцеловать тебя, - закончил Кен, делая вид, будто
завершает ее же собственное предложение.
- Ну какой вред может произойти от одного-единственного поцелуя?
Какой вред? С Лукасом Маканной она заключила что-то вроде сделки. Они все
обговорили и запечатали негласный
документ не поцелуем - но вином и рукопожатием.
И все же Кен по-своему абсолютно прав. Какой вред может принести один
поцелуй? И что плохого в том, если она
немного пофлиртует? Если позволит себе легкое, ни к чему не обязывающее
увлечение сродни курортному роману?

Ей и отдыхать-то осталось всего одну неделю. А потом придется возвращаться
домой, где ее будет ожидать договорный
союз с Маканной. Маканна поклялся в верности, вот и она будет верна своему
слову, как только таковое даст.
- Как ты полагаешь, в обозримом будущем ты сможешь решить в ту или другую
сторону? - поинтересовался Кен,
прерывая ее не слишком радостные размышления. - Я так ужасно хочу целоваться,
что у меня даже зубы ломит. - Он
рассмеялся собственным словам. - В буквальном смысле ломит. И потом, если я в
таком положении пробуду еще хоть
немного, мне придется весь остаток жизни ходить скособоченным.
А впрочем, какого черта... Фриско улыбнулась и подалась в его сторону.
Выдохнув что-то вроде "хвала небесам", Кен взял ее в свои объятия и обхватил
своими губами ее губы.
Поцелуй его получился таким же, как и сам Кен: теплым, приятным, доставившим
наслаждение. И, кроме того, Фриско
понравился вкус его губ. От Кена пахло выпитым за ужином вином и крепким кофе.
Поцелуй его был чудным: таким нежным и славным, что Фриско ни чуточки не
возбудилась. Ни тебе душевного
потрясения, ни желания. Когда чуть больше недели назад ее поцеловал Маканна, о,
там было все совершенно иначе.
И никакого чувства потери она не ощутила в момент, когда поцелуй закончился.
- Ох, как я и подозревал, совершенно потрясающе! - выдохнул Кен. - Так
замечательно, что хочется еще и еще.
- Хватит, - Фриско покачала головой и отступила на шаг, высвободившись из его
объятий. - Ты ведь говорил про
один поцелуй, ты его и получил, - продолжала она с легкой улыбкой. - Не
жадничай, пожалуйста. Завтра будет новый
день.
Кен выглядел удрученным.
- Увы, но в отличие от некоторых счастливчиков у меня завтра рабочий день.
- Бедняжечка, - посочувствовала она, широко улыбнувшись. - Тогда как я,
принадлежа к упомянутым некоторым
счастливчикам, намерена завтра весь день валяться на пляже, загорать и слушать
музыку.
- Жизнь - такая штука, все время приходится повторять себе: "Приободрисьдрись-дрись..."
- позволил себе Кен
грубоватый юморок, бывший в ходу среди молодежи сколько-то лет назад.
- Слушай, я умоляю... - Фриско сделала отстраняющий жест рукой и направилась
в сторону отеля. Обернувшись на
ходу, она сказала изумленному Кену: - Чего стоишь-то, как бедный родственник?
Идем же... Ночь на дворе.
Ночь пахла травой, ночь источала ароматы терпкой зелени. Держась за руки, Кен
и Фриско двинулись через пляж и
прилегавший экзотически декорированный участок к отелю, сиявшему в этот час
множеством огней, особенно сгущавшихся
возле главного входа.
Бог беззаботности посетил Фриско. Размахивая сандалиями, Фриско ленивым шагом
шла рядом с Кеном. Пройдя через
весь холл, они подошли к лифтам. И тут раздался голос:
- Эй, Кен, подойди сюда на минуту!
- Проклятье! - выругался Кен и с явной неохотой обернулся к клерку,
находившемуся за стойкой и делавшему
пригласительные знаки. Громко, так, чтобы клерк смог услышать, он сказал: -
Сейчас.
Покрепче сжав ладонь Фриско, как если бы опасался, что добыча вдруг может
ускользнуть, Кен направился было в
сторону стойки администратора. Фриско, однако, потянула руку на себя.
- Кен, я, пожалуй, пойду к себе в номер.
- Ну уж нет, - он решительно покрутил головой. - Я тебя не отпущу. Это
буквально на минуту, не более...
Не желая быть свидетелем разговора и решительно не интересуясь тем, какие
именно были у клерка проблемы, Фриско
твердо посмотрела на Кена и высвободила руку, после чего демонстративно отошла в
сторону.
Слова разговора явственно достигали ее слуха. Клерк был явно обеспокоен, не
зная, как поступить с одним из вновь
приехавших, для которого не оставляли номера.
- Он не бронировал места, однако упорствует, чтобы ему дали номер. - Клерк
был взволнован, как если бы его догонял
этот самый упорствующий человек. - Но ты ведь знаешь, что у нас все забито, все
под самую завязку.
- Ты предложил ему позвонить в соседний отель, где может отыскаться местечко?
- спросил Кен.
- Разумеется, но он уперся, как бык: хочу, мол, поселиться именно здесь, -
сказал взволнованный клерк.

- Где этот тип? - поинтересовался Кен, оглядев холл, в этот час практически
пустой.
- Куда-то делся. - Клерк торопливо покрутил головой, затем добавил: - Но он
пообещал непременно вернуться. Хотел
переговорить с управляющим ночной смены.
- Да, кстати, а Ральф-то сам где сейчас?! - во взгляде Кена угадывалось явное
неодобрение.
- Там клиентка одна разошлась, так Ральф пошел утихомирить ее. Ей, видите ли,
как-то не так ужин накрыли, - клерк
пожал плечами, давая понять, что психов не лечат. - И так сегодня целый вечер не
одно - так другое. - Он тяжело
вздохнул. - Слушай, если этот мой урод вернется прежде, чем придет Ральф, что
мне делать?
- Ну а что еще ты можешь ему сказать? Скажи, что мы поселить можем...
Кену не удалось договорить. Громкий, явно привыкший командовать голос
произнес:
- Вот и замечательно. Я остановлюсь в номере мисс Стайер.
Маканна! У Фриско руки и ноги вмиг похолодели. Затем ей вдруг сделалось
чудовищно жарко.
- Прошу прощения, сэр... - вежливо произнес Кен и оглядел посетителя
негодующим взглядом.
Взгляд не произвел на Лукаса решительно никакого впечатления.
Фриско от изумления слова не могла выговорить.
- Повторяю, - отчеканил Лукас, - что я намерен остановиться в номере у моей
невесты мисс Стайер.

Глава 21


- У невесты?! - Кен резко обернулся и посмотрел на Фриско: в глазах его обида
смешалась с укором. - Неужели это
правда?!
Фриско чувствовала себя в это мгновение так паршиво, как никогда прежде. Ей
хотелось буквально провалиться сквозь
землю. Или - что еще лучше - сжать руку в кулак и изо всей силы вмазать в
противную рожу Лукаса Маканны.
Но, разумеется, ничего этого она не сделала. Она посмотрела в глаза Кену,
вздохнула и произнесла:
- Да, Кен, все именно так и есть. Мистер Маканна мой жених. - На последнем
слове она едва не поперхнулась.
Сила произнесенного слова оказалась таковой, что Кен даже покачнулся, словно
от прямого удара. Быстро придя в себя,
он

Список сторінок

Поділитися у соцмережах

☏ Замовлення реклами: +3805044-68-872

© Асоціація електронних бібліотек України

☝ Усі матеріали сайту (зокрема статті, зображення, рекламні оголошення тощо) призначені лише для попереднього ознайомлення. Усі права на публікації, представлені на сайті, належать їхнім законним власникам. Просимо Вас не зберігати копії інформації.