Жанр: Любовные романы
Джек Вулф в дозоре
...ив на него восхищенный взгляд, сказала Сара,
стараясь сохранить хотя бы видимость обычного спокойствия и дышать,
держаться и действовать как разумное существо.
— Вы божественно хороши! — пророкотал Джейк, охватывая ее
медленным, изучающим взглядом, и темно-синие глаза его стали еще темнее от
прилива чувств.
— Сп-пасибо... — пролепетала Сара: она едва могла говорить, не то что
соображать, и язык выдал то, что она думала:
— Вы тоже... очень хороши!
— Про мужчину так не говорят, — поддразнивая ее, возразил Джейк.
— Вы божественно хороши! — заупрямилась она, отвечая комплиментом
на комплимент и подтверждая свои слова взглядом, с восхищением
остановившимся на его высокой, плечистой, ладной фигуре. — И
мужественны тоже.
Веселые искорки исчезли из его удивительных глаз, вспыхнувших жарким
пламенем страсти, которое опалило Сару до самых глубин.
— Осторожно, — посоветовал он, переходя на шепот. — Ваши
похвалы, знаете ли, чересчур возбуждают меня. Еще немного, и мы никуда не
поедем — останемся здесь, чтобы насытиться друг другом и устроить
собственный спектакль, которому не будет конца.
От его предостережения, которое — Сара это мгновенно поняла — было и
сладостным призывом, она сразу пришла в себя. Хорошенькое дело! Ее гость все
еще стоял на пороге, а она впилась в дверную ручку, словно в спасительный
трос.
— А... да... в таком случае... — быстро заговорила она, сознавая, что
лепечет невнятицу. — Нет-нет, мы, конечно, поедем.
— Трусишка, — улыбнулся Джейк, продолжая дразнить ее.
Отпустив наконец ручку двери, в которую вцепилась мертвой хваткой, Сара
молча с ним согласилась и, поскорее отойдя, подхватила мягкий, из розового
джерси плащ и вечернюю сумочку, заранее положенные на стоящий у двери стул.
— Я готова, — объявила она, торопясь набросить на плечи плащ,
прежде чем Джейк успеет помочь ей, доведя, как вчера, — пусть даже
легкими прикосновениями, — охватившее ее возбуждение до предела.
Джейк не проронил ни слова; ему и не нужны были слова: его смеющиеся глаза
говорили все, что можно было сказать о том, какое удовольствие он получал,
видя ее нервозность и смятение.
Атмосфера в машине была так напряжена, что Саре казалось, будто
электрический ток бьет по ее оголенным нервам и трепещущей плоти.
Ее дрожащие пальцы никак не могли застегнуть пряжку ремня. Обозвав себя
безрукой дурой, она сделала еще одну попытку, но снова дала маху. Она знала
почему, и невольный трепет охватил ее, когда теплые пальцы Джейка, отстранив
ее руку, застегнули ремень.
— Я знаю, что вы сейчас чувствуете, — пробормотал Джейк, глядя в
упор в ее расширившиеся глаза; от мимолетного прикосновения его пальцев,
только задевших низ ее живота, внутри что-то взорвалось. — Потому что и
я... я тоже готов сейчас... взлететь на воздух.
— Вы... вы готовы? — спросила Сара приглушенно, в изумлении
уставившись на Джейка.
— Конечно. — Горькая улыбка тронула его губы. — Я сказал
вчера: я хочу вас, и сегодня хочу еще сильнее, — улыбка обозначилась
более решительно, — куда сильнее, чем вчера.
Протест, возмущение, отказ уже готовы были сорваться у нее с языка. Ложь,
сплошная ложь! Сара не произнесла этих слов, только одно словечко, которое
она, как литанию, молча твердила весь день про себя, сорвалось с ее губ:
— Джейк.
У него загорелись глаза. Он задрожал, придвинулся ближе, но тут же отпрянул,
качнув головой. В машине повисла напряженная тишина. Он сам прервал ее,
издав странный звук — не то смешок, не то вздох.
— Что такое? Что с машиной? — словно рассуждая вслух, обронил он,
скосив на Сару глаза. — По-моему, когда ее в последний раз мыли, мойщик
сбрызнул ее дезодорантом, изготовляемым фирмой под названием
Любите
сильнее
.
Шутка достигла цели. Сара прыснула, и напряжение, возникшее между ними,
прошло.
— Так мы поедем, наконец? — спросила Сара, едва справившись со
смехом. — Я ничего не ела с утра — не было времени. Я есть хочу. —
И, прищурившись, добавила:
— Только не вздумайте делать ударение на последнем слове. Я голодна
буквально.
— А я и не делаю, — пробормотал Джейк, говоря это скорее себе, чем
ей. — Пожалуй. — У него дрогнули губы, он включил
зажигание. — Вот и хорошо, что я получил предупреждение, —
продолжал он, по-прежнему ведя разговор с самим собой, — теперь я буду
паинькой, а как же. — И, отъехав от тротуара, они нырнули в густой, как
всегда в субботний вечер, поток машин.
Пока ехали до Филадельфии, Джейк занимал Сару легким шутливым разговором, и
когда они подкатили к платной стоянке, оба хохотали и дурачились, как двое
расшалившихся подростков.
Ресторан, где Джейк заказал обед, скорее походил на старую ирландскую
харчевню, в которой царили гостеприимство и радушие. Хозяйка заведения,
миловидная и дружелюбная, проводя Джейка и Сару в угловую кабину, отделенную
высокой перегородкой, создававшей полное уединение, болтала без умолку,
словно встретила давних и дорогих друзей. Зала освещалась мягким рассеянным
светом, падавшим из укрепленных под потолком небольших янтарных бра и из
таких же шаровидных ламп, которые стояли на столиках.
Поданное хозяйкой меню послужило Джейку новым поводом для веселья, так как
Саре, чтобы прочесть названия блюд, пришлось достать из сумочки очки.
— Что тут смешного? — обиделась она, пытаясь разобрать мелкий
шрифт.
— Ничего, — отвечал Джейк, глядя на нее с ласковой
усмешкой. — Просто мне вспомнилось, как я впервые увидел вас у Дейва и
подумал: ну и сова в огромных, как колеса, очках. — И поднял руку,
пресекая ее возмущенную реплику. — На редкость симпатичная и очень
пикантная сова, — улыбнулся он, но тут же испортил впечатление,
добавив:
— Но все равно сова.
Хотя Сара и бросила на него гневный взгляд, выдержать роль обиженной не
смогла и затряслась от смеха.
Обед был прекрасным и прошел под непрерывные
подкусывания
и взрывы хохота.
Только с вином вышла заминка. Джейк ограничился одной рюмкой.
— Я за рулем, — объяснил он. — А вы пейте — пейте всласть.
Вспомнив, как быстро прошлым вечером вино ударило ей в голову, Сара также
воздержалась от второй рюмки.
Смакуя отменное белое, они совсем позабыли о времени и опоздали бы к началу
спектакля, если бы хозяйка, напоминая, не постучала в перегородку.
Спектакль оправдал ожидания, оказался захватывающе интересным, и они
покинули театр, напевая запомнившиеся мелодии.
Однако чрезмерное усердие, которое весь день проявляла Сара, убирая
квартиру, теперь не замедлило сказаться. Сидя за ужином в той же милой
харчевне, в которой они обедали, бедняжка клевала носом. Даже чашка кофе не
разогнала сонливость, смежавшую ей веки.
— Устали? — посочувствовал Джейк, когда она в третий раз подавила
зевок.
— Устала, — подтвердила Сара с грустной улыбкой: ей было жаль, что
кончается такой чудесный вечер. — Простите, я очень рано встала и
полдня убирала квартиру, вот у меня и слипаются глаза.
— Простить? Что же тут прощать! — сказал Джейк, подзывая
официантку, чтобы расплатиться. — Но вы загадали мне загадку.
— Загадку? — насупилась Сара. — Какую загадку?
— Вы говорите, что встали рано?
— Да. — Саре так хотелось спать, что она плохо соображала, к чему он ведет. — А что?
— Я звонил вам утром. Никто не ответил. Я подумал, вы вышли за
покупками или еще куда-нибудь.
— О... — Саре стало неловко: фу, какая дура. Дура и вруша. — Да,
то есть нет. Я не выходила. Верно, я как раз мыла ванну, шумела вода, и я не
слышала, как звонил телефон.
— Возможно, — принял ее объяснение Джейк, и она почувствовала себя
бесстыдной лгуньей. — Бог с ним. Главное, мы вместе. — Улыбка
Джейка избавила ее от чувства вины, но не от сонливости: она снова зевнула,
широко открыв рот. — Поехали, соня-сонуля, — заторопился он,
допивая залпом вторую чашку кофе, и поднялся. — Пора домой.
Они еще не выехали из города, а Сара, откинувшись на подголовник, уже
погрузилась в сладкое забытье. Не то чтобы она спала, но и не бодрствовала.
Ее просто качало на туманном облаке — волшебном, безопасном, потому что
рядом за рулем сидел Джейк. И в этой волшебной дреме они танцевали под
звучные аккорды любовной песенки из бродвейского мюзикла.
Когда они подъехали к дому Сары, Джейк помог ей выйти из машины и проводил
по лестнице до самой квартиры.
— О Джейк, — прошептала она, шаря в сумочке в поисках
ключа. — Это был чудесный вечер! Спасибо вам.
— Вам спасибо, — также шепотом сказал Джейк. — Он и для меня
был чудесным.
Дверь распахнулась; Сара замерла на пороге: выражение синих глаз ее спутника
приковало ее к месту. Он сделал шаг к ней, и они оказались совсем близко
друг к другу. Внезапно она окончательно пробудилась — сна как не бывало, и
чувства Сары ожили.
— Может, мы сделаем его еще чудеснее, завершим поцелуем? — Низкий
голос Джейка звучал призывно.
Сара знала, нет, была уверена: скажи она
да
— и поцелуем дело не кончится.
Знала и тем не менее не колебалась. Решение пришло мгновенно: она проведет
эту ночь с Джейком... в постели.
— Да, — ответила она, отодвигаясь, чтобы пройти в комнату. —
Но только не в передней. — Она взяла его руку, сжала пальцы:
— Входите, Джейк.
Глава 7
От неожиданности Джейк даже моргнул, но раздумывать не стал. Не проронив ни
слова, он шагнул через порог, закрыл и запер дверь, а затем, повернувшись,
привлек Сару к себе — очень нежно, очень бережно.
— Ты уверена, милая? — спросил он прерывающимся шепотом,
пристально глядя ей в глаза своими — синими, пронизывающими словно лазерный
луч.
— Да. — Сара провела языком по высохшим от волнения губам и,
вздрогнув под его горячим взглядом, повторила:
— Да, уверена.
Его руки легли ей на плечи, проникли под плащ. Мягкая шерстяная ткань словно
сама собой скользнула на пол. Мгновение спустя туда же полетел его пиджак.
Сара стояла недвижно. Силы оставили ее. Она могла лишь наблюдать, как
медленно, исступленно Джейк склоняет к ней свою голову. Дрожа от сладостного
предчувствия, она разомкнула свои губы, и его дотронулись до них легким, как
пух, прикосновением.
— Сара! — выдохнул Джейк у самого ее рта, и звук ее имени эхом
отдался в помутившейся голове Сары.
— Поцелуй меня! — Сара услышала резкую, призывную ноту в
собственном голосе. Ну и пусть. Разве это важно? Сейчас в целом мире, в ее
мире, важен только его рот.
И он ответил на призыв. Склонив голову и прильнув к ее губам, Джейк вобрал
их в свои — чистые, сладкие; бесконечно долгое, упоительное мгновение
длилось это легкое, нежное касание.
Неповторимая нежность этого поцелуя кружила ей голову, сметала все запреты,
и, хотя из горла был готов вырваться протестующий крик, Сара обхватила
голову Джейка обеими руками, побуждая его слиться с нею еще полней.
Повинуясь ее немому приказу, Джейк впился в ее губы, запечатлевая на них
огненный поцелуй, жар которого пронзил Сару насквозь. Его язык ласкал,
щекотал нежную кожу ее нижней губы, распаляя желание. Еще, еще! Набравшись
смелости, она тоже побуждала его к новым ласкам своим языком.
Джейк застонал от наслаждения, его язык заполнил собой все влажные ложбинки
у нее во рту; обжигающая искра пробежала по ней от головы до пят, и она всем
телом приникла к нему, запустив пальцы в жесткие пряди его густых волос.
Словно нашла свой дом! Такая мысль мелькнула у нее, когда, млея в его
объятиях, она приникла своими округлыми мягкими формами к его литому телу.
Да, у него все было литое — дерзкие губы, могучие плечи, широкая грудь,
мускулистые крепкие бедра. Положив обе руки ей на спину, он прижимал ее к
себе все плотнее и плотнее, пока оба не слились воедино: рот ко рту, ее
мягкая грудь с его железной мужской, чресла с чреслами.
Вбирая языком всю сладость ее рта, он склонялся все ниже, выгибая ей спину,
и она ощущала его жар, каждый дюйм его тела.
Ее мир сузился до крохотного пространства, которое занимали их слитые
воедино тела, охваченные пламенем страсти. Это было прекрасное пламя —
всепоглощающее, пожирающее, творящее жизнь.
Потому что, подобно сказочной птице феникс, восстающей из пепла, дух Сары
витал на крыльях безудержной страсти, какой она никогда не испытывала
прежде.
Ее сжигал огонь желания — быть с Джейком и телом и душой и наполниться им,
принадлежать ему.
Изнемогая от этого желания, от этой своей изнурительной жажды, она вонзала
ногти ему в затылок, льнула к его взметнувшейся плоти.
Джейк рычал в исступлении и, оторвавшись от ее губ, покрыл жгучими поцелуями
— даже укусами — ее лебединую шею, а его язык безошибочно нашел ту точку у
самого горла, где от волнения пульсировала кровь, — пульсировала все
сильнее и сильнее, отдаваясь эхом в висках и грохотом в ушах.
Отвечая лаской на ласку, Сара скользила губами по мочке его уха, погружая
кончик языка в ушную раковину. Тело его содрогалось, а она, ощущая, как от
легких ее прикосновений растет в нем желание, ликовала.
— Сара, Сара, Сара... — шептал Джейк, обвивая ее стан, и, словно ноги
уже не держали его, встал на колени и уткнулся лицом в шелковую ткань,
прикрывавшую ее грудь.
Сара совсем ослабела, у нее тоже подгибались ноги, и, казалось, она вот-вот
рухнет. Вцепившись обеими руками в его плечи, она удержалась, но вся
затрепетала: ненасытные губы Джейка, дотянувшись до соска ее груди, вобрали
его в себя.
О, это было раем. Это было адом. Это было прекрасно. Это было невыносимо.
Слишком много и слишком мало.
Все же мало. Ей хотелось еще.
Еще, еще, еще! Желание туманило голову, затмевая все трезвые мысли.
— Джейк... — Ее голос перешел в шепот, в почти беззвучный тихий стон,
молящий утолить ее жажду, ее желание, ее страсть.
Почти неслышный зов этот достиг ушей Джейка. Ее желание совпало с его, и,
оторвавшись от ее соска, напрягшегося под влажным пятном на шелковой ткани,
Джейк снова устремил пронзительный взгляд в ее зрачки.
Миг-два он смотрел на нее в упор, а затем, еще крепче сжав ее стан, прижал к
себе и медленно повлек на пол.
Сара почувствовала, как жесткий ворс ковра щекочет ей колени. Прижимая ее
груди к себе, истязая ее губы своим жадным ртом, Джейк падал на пол вместе с
ней.
Ковер все-таки чистый.
От этой странной мысли, что вдруг молнией пронеслась у нее в мозгу и вернула
ей чувство юмора, Сара разразилась смехом.
Джейк отпрянул, бросил на нее озадаченный взгляд, нахмурил брови:
— Чему ты смеешься?
Сара прикусила губу, попыталась качнуть головой.
— Ничему. Я... я... так, глупая мысль.
— Что за глупая мысль?
Внезапная разрядка, наступившая за чувственным напряжением последних минут,
вызвала новый приступ смеха.
— Я... я подумала, что... — запнулась Сара, стараясь справиться с
собой, — что ковер все-таки чистый.
Ошарашенный, Джейк секунду-другую молча смотрел на нее. Внезапно углы его
сжатого рта дрогнули, плечи распрямились.
— Да, ты умеешь опустить человека на грешную землю, — вымолвил он
не без укора, хотя и сам задыхался, с трудом удерживаясь от хохота, — и
поставить на колени, — добавил он с кислой улыбкой.
— О Джейк, прости. — И, полная раскаяния, Сара провела губами по
его гладко выбритой щеке, найдя бьющуюся на квадратном подбородке
жилку. — Я не хотела испортить...
Он снова улыбнулся, но уже другой, доверчиво-нежной улыбкой.
— Испортить? — Склонив голову, он поцеловал ее в печально
сомкнутый рот. — Ничего ты не испортила. — Он улыбнулся весело и
дерзко. — Ни вот столечко! — И, довольный, в подтверждение
сказанного притянул ее к себе.
От этого его движения чувства снова взыграли, Сара выгнула спину и еще
крепче ухватилась за его плечи. Все плыло у нее перед глазами, застлалось
горячим дурманом желания. Выпрямившись, она отыскала жадными губами его
улыбающийся рот.
— Еще? — выдохнул он, обрушивая на ее рот шквал быстрых мелких
поцелуев.
— Да, да! — молила Сара, вонзая ногти в шелковую ткань рубашки на
его плечах. — Мне все равно, какой ковер, пусть чистый, пусть грязный.
— Но мне не все равно, — отозвался Джейк, чуть отстраняясь. —
Не о ковре речь, — продолжал он, опускаясь рядом с ней. — О
тебе. — Одной рукой он обнял ее за плечи, другую подвел под колени.
Угадывая его намерения, Сара, почти не дыша, обвила его шею.
— Я, кажется, потерял голову, — признался он и с глубоким вздохом
поднялся сам и поднял Сару, прижимая ее к себе. Уже встав, Джейк секунду
помедлил: он тяжело дышал, грудь вздымалась.
Сара молча смотрела на него зачарованным взглядом; она уже успокоилась,
дыхание стало ровным.
— Я до безумия хочу тебя и, кажется, вот-вот взорвусь. Но мне не все
равно. На полу? Нет-нет, только не это. — Его синие глаза потемнели —
прямо два сапфира. — Только не это, — прошептал он, склоняя
голову, чтобы в которой раз провести ртом по ее раскрытым губам. — Я
хочу насладиться каждым мгновением нашей близости — от первой искры до
взрыва.
— О Джейк! — выдохнула она, целуя его в шею. — Я тоже.
Ее слова прибавили ему сил, и он понес ее через большую комнату в спальню.
Сара прильнула к нему и закрыла глаза. Какое наслаждение знать, что тебя,
замершую от томительного предвкушения скорого счастья, буквально несут на
руках, как героиню романа или фильма! Несет на руках твой герой!
Да, Джейк — герой, настоящий, думалось ей, пока он опускал ее на ноги у
постели. Ее герой! И неважно, считает он себя героем или нет. Улыбка тронула
ее губы; Сара подняла голову и, приоткрыв рот, ждала его поцелуя. Джейк не
обманул ожиданий. Шепча ее имя, он прильнул к ее губам, мгновенно погрузив в
мир волшебных ощущений.
Сара ответила ему тем же.
Ее оборонительные рубежи не только пали, но были напрочь разрушены. Ее тело
давно уже изнывало от желания, лишь вначале оно было пресным, как вода, не
то что вино, которое пьянило теперь ей кровь всякий раз, когда Джейк целовал
ее, касался ее.
Он гладил ее плечи, руки, спину, и от каждой новой ласки изнывала и
неистовствовала ее плоть. Сара тоже не оставалась в долгу, проводя ладонями
по его плечам и груди. В этом хорошо поставленном танце любви они двигались
на редкость слаженно, и, когда ее пальцы расстегивали пуговицы его рубашки,
его руки вытаскивали блузу из-под тесного пояса ее юбки.
Ни одного неумелого, ни одного лишнего движения. В промежутках между
жаркими, сладостными поцелуями, теплыми, нежными словами они дружно убирали
материальные барьеры, воздвигнутые в угоду условностям, когда они так
жаждали слиться в единое целое.
Последний прикрывавший тело лоскут был сброшен, и они упали на постель,
протянув друг к другу руки, дрожащие от нетерпения познавать, исследовать
трепещущую плоть.
Джейк кончиками пальцев провел по полушариям ее грудей.
— Какие мягкие! Какие чудные!
— Какой ты весь соленый! — шептала Сара, водя кончиком языка по
округлости его плеча. По телу Джейка пробежала дрожь, и в ответ, освободив
плечо, он нагнулся над ней и языком нежно коснулся ее груди. Задохнувшись от
наслаждения, Сара в страстном порыве впилась в его податливую кожу зубами.
Приветствуя этот акт любовной агрессии, доставившей ему несказанное
наслаждение, Джейк вобрал в рот упругий сосок, и от прикосновения его губ
что-то дрогнуло в Саре, разлилось по всему телу ощущением томительного
счастья.
Напряжение возрастало по спирали, взмывая выше и выше. Дрожа, стеная, Сара
упоенно ласкала тело Джейка. Ее ладони вздрагивали, касаясь теплой, влажной
от вожделения кожи, сжимавшихся под ее пальцами мышц.
— Еще! Еще! — молил голос Джейка, звучащий сиплым прерывистым
стоном. — Ласкай меня, ласкай...
После мгновенного колебания она, тихо вскрикнув, повела ладони вниз по его
плоскому, твердому животу, все ниже, ниже...
Джейк вобрал в себя воздух и затих; он словно замер под ее мягкими ладонями
и только ждал, ждал от нее более интимных ласк.
Едва дыша, Сара дотронулась до самой заветной части его тела и робко обвила
ее пальцами.
Стон вырвался у Джейка, его влажное дыхание обдало ей грудь, омыло теплом,
побуждая на новые подвиги. Изумленная шелковистостью и упругостью его
крайней плоти, она водила по ней рукой.
— Сара, — стенал он, — о Сара! Как хорошо!
Отпав от ее груди, он скользнул по ее талии к бедру, к ее...
— Джейк!
Сара не узнала собственного голоса. В голове помутилось, чувства вышли из-
под контроля; она изогнулась, приподнялась, упиваясь лаской его дерзких, его
нежных, не знающих удержу пальцев.
— Джейк, Джейк, пожалуйста... — почти рыдала она, вздрагивая, извиваясь
под этими прикосновениями.
И, не зная, как лучше отблагодарить его за наслаждение, она наконец
решилась, и ее пальцы снова обвились вокруг его жадной горячей плоти.
— Сейчас, сейчас, — пробормотал он, крепко сжимая зубы, словно это
могло помочь ему сохранить самообладание. Он охватил ее бедра и, не спуская
глаз с ее рук, обвивших его трепещущую плоть, приподнял и снова опустил,
теперь уже у своих чресл.
— Да, Джейк. Да! — вскрикнула она.
— Сейчас, — шептал он, протягивая руку к квадратному пакету на
ночном столике. Дрожь в пальцах выдавала нетерпение его страсти, пока он
управлялся с предохраняющим средством. — Все. — Он придвинулся к
ней вплотную, помедлил, чтобы успокоить отчаянно бьющееся сердце, и вдруг
сильным движением заполнил алчущую его пустоту.
129 5-Напряженность достигла апогея, и Сара чувствовала себя на грани
безумия. Прижимаясь к нему, боясь оторваться от него, она двигалась в одном
с ним ритме. Он накрыл ее рот своим, и движения его языка следовали движению
его охваченной страстью плоти.
Пружина все сжималась, сжималась, сжималась — и вдруг лопнула, распавшись на
миллионы огненных частиц, пронзивших ее существо, отчего из ее высушенных
страстью губ вырвался стон:
— Джейк!
Но этот приглушенный стон лишь подхлестнул его. Он входил в нее все глубже,
затем судорога сотрясла его тело, он оторвался от ее рта, повторяя ее имя в
экстазе облегчения:
— Сара, Сара, Сара...
Холодный воздух прогнал сон. Еще не совсем пробудившись, но уже выйдя из
дремотного забытья, Джейк ощутил какое-то странное сочетание холода и тепла
и еще блаженную истому внутри. Он лежал на левом боку, и там ему было тепло,
зато правый бок, ничем не прикрытый, отчаянно мерз.
Неужели он ночью сбросил с себя одеяло? — с недоумением подумал Джейк,
зевая. И вызвало этот вопрос в его сонном мозгу какое-то движение слева.
Движение?
Вырываясь из вязкой дремы, Джейк наконец раскрыл глаза. И при виде того, на
что упал его изумленный взгляд, к нему сразу вернулась память, ясная и
взволнованная.
Ощущение тепла, как и чувство блаженства, исходило от женщины, приникшей к
его левому боку.
Сара.
Улыбка, мягкая и нежная, растянула Джейку губы, ощущавшие сладостный аромат
Сары. Джейк испустил глубокий приглушенный вздох — вздох полного
удовлетворения.
Никогда еще, никогда за все годы его шатаний и странствий, ни с одной из
девушек и женщин, которых он знал, ему не доводилось переживать ничего
подобного тому счастью, какое он испытал с Сарой.
Она что-то пробормотала, вздрогнула и теснее прижалась к нему, ей тоже явно
было холодно. Честя себя на чем свет стоит — заснуть, почти сразу заснуть
после того, как достиг того, что сам считал наивысшим, райским
блаженством! — Джейк протянул руку через Сару и, у
...Закладка в соц.сетях
