Жанр: Любовные романы
Невинные обманы
...й головокружительной карьеры. Ей
нужен свой дом, своя семья. От мысли о сыновьях с черными волосами и озорной
улыбкой Уилла у нее закружилась голова. Но Уилл не годится в мужья, какие бы
серьезные намерения он ни высказывал! Нет, с Эдвардом в сады Моне она не
поедет ни за что!
— Мне кажется, в это время года там будет неуютно, — ответила она.
За город имеет смысл ездить попозже. Может, отправимся в Кан? Наверно, там
тоже есть что посмотреть — музеи, старые церкви...
— Пожалуй, ты права. — Похоже, Эдвард почувствовал облегчение. Она
догадывалась, что деревня не вызывает у него особой любви.
Они добрались до Кана и объездили весь город, который, как Эдвард прочитал в
путеводителе, был почти полностью разрушен во время высадки союзников в
Нормандии в 1944 году. Эдварду очень понравилось, как он восстановлен. Кейт,
конечно, тоже все одобрила, но про себя молилась, чтобы он прекратил на
каждом шагу читать выдержки из путеводителя. Она предложила поискать кафе и
выпить чаю. Это было ошибкой. Эдвард мягко напомнил ей, что во Франции чай
не является национальным напитком и что даже если им его подадут, то весьма
сомнительно, что этот чай будет приличного качества.
— Все равно, давай попробуем, — заупрямилась Кейт.
Когда им после долгого ожидания принесли чай, вкус его оставлял желать
лучшего, и Эдвард собирался вызвать хозяйку, но Кейт его отговорила. Одна
мысль о том, что Эдвард устроит сцену, привела ее в ужас. По-французски он
говорил немногим лучше самой Кейт.
Когда они вышли из кафе, часы пробили пять. Эдвард снова достал свой
путеводитель.
— Посмотрим, есть ли здесь приличные рестораны, где можно будет
пообедать, — пробормотал он.
Кейт плотнее запахнула свое белое пальто.
— Становится свежо. По-моему, мы уже нагулялись, — уронила она.
Давай-ка лучше вернемся в гостиницу и я что-нибудь приготовлю.
— Мы приедем как раз к обеду, — оживился Эдвард. — У меня
заранее текут слюнки! Тогда скорей в машину. Там стоит отличный
обогреватель, и тебе сразу станет теплее.
Они залезли в
ровер
, и Эдвард заботливо прикрыл пледом ноги Кейт.
— Вот! А теперь в путь!
Они ехали и ехали. Мили и мили полей. Поля и деревни. Еще поля. Коровы.
Эдвард пустился обсуждать молочное животноводство Нормандии. Очевидно, он
вызубрил путеводитель от корки до корки. Кейт время от времени вставляла в
его монолог реплики типа
очень интересно
, а сама думала о Бекки, об Уилле,
о разбившемся мальчике и снова об Уилле. Не имело смысла рассчитывать, что
Эдвард примет близко к сердцу ее тревоги. Попробуй она заговорить об этом,
он живо отделается от неприятных мыслей.
Начало смеркаться, и Эдвард увеличил скорость.
— Мы всего в пяти километрах от деревни Беврон-ан-Ож, которую считают
одной из красивейших во Франции. Тут можно вкусно пообедать.
Попытаемся?
Кейт было уже не до споров.
— Хорошо, Эдвард, — равнодушно согласилась она.
Он внимательно посмотрел на нее.
— В чем дело, Кэтрин? Во всем, подумала она.
— Я немного устала.
— Потерпи, скоро приедем.
Тон у него был немного раздраженный, но чуть позже, когда они подъехали к
постоялому двору, настроение у него улучшилось.
Он вошел внутрь, усадил Кейт у камина и попросил принести им чего-нибудь
выпить.
— Тебе, Кэтрин, раз ты устала и, замерзла, не повредит немного виски.
Кейт не стала говорить, что она ненавидит виски. Эдвард делал все, чтобы
показаться радушным хозяином. Он отлучился на минутку в поисках метрдотеля.
Ожидая его, Кейт сделала глоток и, как ни странно, почувствовала себя
немного, лучше.
Он вернулся и сказал, что обед сейчас подадут, хотя для Франции это немного
рановато. Подошедший официант провел их в совершенно пустую столовую.
Эдвард заглянул в меню.
— Ба, да их фирменное блюдо — рубец! — довольно воскликнул он.
Звучит соблазнительно. Ты ведь знаешь, я из северной Англии, а там едят
рубец каждый день. Хочешь попробовать?
— Ладно, — согласилась Кейт. — Я никогда не ела рубец.
— Тебе понравится, — заверил Эдвард. Нет, ей не понравилось. То,
что ей принесли, есть было невозможно. Казалось, эта прогулка завершилась
так, что хуже некуда. Но она ошиблась и тут. Худшее было впереди.
После обеда Эдвард выложил свою
бомбу
. Они пили кофе, сидя на уютном
диване у камина.
— Не правда ли, здесь очень мило? — оглянувшись по сторонам,
спросил Эдвард. — Наконец-то мы нашли местечко, где нам никто не
помешает. — Он откашлялся. — Есть две важных вещи, о которых я
должен сообщить тебе, Кэтрин. Я не упоминал о них раньше, потому что не
знал, как ты к этому отнесешься. Дело деликатное. При нашей первой встрече
ты сказала, что много лет не поддерживала с отцом никаких отношений и не
хочешь иметь с ним ничего общего. Ты не передумала?
Кейт сделала глоток обжигающе горячего кофе, со стуком поставила чашку и
спокойно сказала:
— Нет, Эдвард, я не передумала. Не пытайся уговорить меня встретиться с
ним. Я не хочу об этом слышать.
— Боюсь, дорогая, что это неизбежно, — мягко ответил он. —
Видишь ли, он приезжал ко мне. У нас был долгий разговор.
— Что? — вскрикнула Кейт.
— Tec! — Эдвард прикоснулся к ее руке, нервно оглянулся и быстро
продолжил:
— Конечно, он был извещен о смерти твоей матери.
У нее вырвался стон.
— Мне и в голову не приходило, что ваша фирма до сих пор поддерживает с
ним связь!
— Только в исключительных случаях. Я разбирал архив мистера Грейсона
главы нашей фирмы, который внезапно заболел. Надо признать, в последнее
время ему было не до архива, и после смерти твоей матери мне пришлось
изрядно порыться, пока я не отыскал адрес твоего отца. Я был вынужден
письменно сообщить ему скорбное известие.
— Зачем ты это сделал? Не думаю, что это было необходимо! —
вызывающе вздернула подбородок Кейт.
Эдвард проницательно посмотрел на нее.
— Но, Кэтрин, дорогая, тебе не из-за чего так расстраиваться. Да,
произошел развод. Когда два человека не могут продолжать совместную жизнь,
будет лучше, если они разойдутся. Мы, адвокаты, не видим в этом ничего
особенного.
— Вы? О да, конечно! — сказала Кейт. Он не обратил внимания на ее
саркастический тон и продолжил:
— Твой отец очень хочет видеть тебя, Кэтрин. Я говорил ему, что
придется получить твое согласие на... э-э... разглашение твоего
местопребывания, прежде чем мне удастся организовать вашу встречу. И я
решил, что будет лучше всего, если я поеду и предварительно сам встречусь с
тобой. Тем более, — со знакомым смешком добавил он, — что мне
этого и самому очень хотелось.
— Ну, если ты приехал, чтобы уговорить меня встретиться с ним, то
напрасно потратил время, — заявила Кейт. У нее задрожали колени. —
Я больше не желаю говорить на эту тему.
Но Эдвард не сдавался.
— Я думаю, что тебе все же следовало бы встретиться с отцом, Кэтрин.
Поговори с ним. Он произвел на меня очень хорошее впечатление. Кажется, он
весьма состоятельный человек.
Кейт сжала губы.
— Ты хочешь сказать, что мне не следует упускать шанс получить богатое
наследство? У Эдварда был пришибленный вид.
— Ты не должна понимать это так... прямо, Кэтрин...
— А я прямой человек, — гордо заявила она. — Не то, что ты.
Ты ведь хотел сказать не
прямо
, а
грубо
, верно?
Он потеребил лацкан.
— Тебе не к лицу такое упрямство, Кэтрин. Я не узнаю тебя!
Лицо Эдварда побелело. Она почти жалела его.
— Нет, — сказала она, — значит, ты толком никогда и не знал
меня, Эдвард.
Ну вот и все, подумала она. Конец чудесного романа. Только романа никакого
не было. Разве Эдвард мог бы сказать, что у нее глаза цвета морской волны?
Скорее всего, он вообще не интересовался, какого цвета у нее глаза.
Они доехали до гостиницы в полном молчании. Остановив машину, Эдвард взял ее
холодную руку.
— Прости, дорогая, что я так расстроил тебя. Мне не хотелось говорить
об этом, но я был обязан. Ты сердишься на меня?
Потерпи еще немного, уговаривала себя Кейт. Она больше не сердилась, просто
ей хотелось остаться одной.
— Конечно, я понимаю, — кивнула она — Это твоя работа. Как я могу
сердиться?
Наконец в нем проснулся темперамент.
— Так что ж, Кэтрин, неужели из-за этого я потерял тебя? Я так много
думал о тебе. Я надеялся, что мы могли бы...
— Пожалуйста! — Она вырвала руку. — Эдвард, я думаю, будет
лучше, если наши отношения будут построены на чисто деловой основе.
О небо, подумала она, я заговорила совсем как он!
Наступило долгое молчание. Потом Эдвард тяжело вздохнул.
— Что ж делать, — сказал он наконец. — Раз ты так хочешь...
Бедный Эдвард! Ей было жаль его гордость, жаль его самого. Но она не могла
позволить, себе...
— Спасибо, — сказала она. — В таких случаях говорят
расстанемся друзьями
, не правда ли?
Он вышел, открыл перед ней дверцу и даже не взглянул на зажигание своей
новой машины.
— Будем надеяться, — проронил он. В гостинице Эдвард проявил свой
обычный организаторский талант.
— Сейчас я поднимусь и соберу вещи. Мне надо будет выехать очень рано —
где-нибудь в начале шестого. Не беспокойся насчет завтрака: я поем на
пароме. Ну что, скажем друг другу аи revoir? Я свяжусь с тобой позже, когда
завершу дело с завещанием твоей матери.
Он протянул руку, и Кейт пожала ее.
— Au revoir, Эдвард, — тепло сказала она. — Спасибо за
помощь. — Она запнулась. — Знаешь, я действительно не хочу иметь
ничего общего с моим... моим отцом. Постарайся объяснить ему это — любым
способом, который тебе больше понравится.
Его губы тронула слабая улыбка.
— Желание клиента — для меня закон, — сказал он и стал подниматься
по лестнице. На полдороге он остановился и посмотрел вниз, как будто все еще
надеялся, что она передумает. Затем он медленно продолжил путь.
Она молча следила за ним. Возможно, у Эдварда все же было чувство юмора.
Да нет, он действительно хороший человек, напомнила она себе. Всего три дня
назад она была близка к тому, чтобы выбрать его в мужья...
Но за это время утекло много воды. Ох, много!
Она повернулась, чтобы идти на кухню, и вдруг увидела, что у двери в
столовую стоит Уилл. Он засунул руки в карманы, и очень странным было
выражение его лица.
Мир внезапно перевернулся вверх дном, остановился, перевернулся снова... Она
стояла, не отрывая от него глаз. Она застыла на месте, ощутив толчок
неведомого ей раньше чувства. Впервые в жизни она полюбила.
Она полюбила Уилла Рэйвена.
Глава 8
— Хелло, Кейт, — сказал Уилл, глядя вслед уходящему
Эдварду. — Думаю, мне не следует вмешиваться.
Чтобы не упасть, Кейт пришлось ухватиться за перила. Кажется, головокружение
проходило.
— Н-нет, — заикаясь, пролепетала она. Так вот чем прекрасна любовь
ощущением переполненности другим человеком! Все вокруг постепенно
возвращалось на свои места.
Теперь для нее не существовало никого, кроме Уилла, никого на всем белом
свете. Он был небрит, на подбородке пробивалась синева, волосы спутаны,
белая рубашка расстегнута чуть не до талии... И тем не менее он выглядел
потрясающе, безотчетно подумала она.
Он с любопытством посмотрел на нее, но не догадался заглянуть в глаза.
— Хорошо провела время?
— Э-э... да, спасибо.
— Ты правильно сделала, что уехала, — сообщил он. — Тут был
форменный шабаш. Сюда слетелись директор строительной компании, начальник
пожарной команды и полиция. Кейт поднесла руку ко рту.
— Ох, Уилл, тебе пришлось без меня разбираться с ними!
— Ничего, я справился, — отрывисто бросил он. — Ты все равно
мало чем могла бы помочь. Они были очень многословны.
Она пыталась не думать о том, как он сумел заставить их замолчать.
— Все равно я чувствую себя преступницей. Я бросила тебя одного. Я бы
никогда этого не сделала, если бы... — От досады она ударила кулаком по
перилам.
— О'кей, я все понимаю. Это неважно. — Он говорил так, словно его
абсолютно не волнует, что она думает по этому поводу.
Она спросила:
— Ты слышал что-нибудь о мальчике? Мы хотели позвонить в больницу.
— Я звонил несколько минут назад. Он пришел в себя. Сказали, что ничего
особенно страшного у него нет, кроме двойного перелома ноги, ссадин и
синяков. Я ходил с этим парнем из строительной компании осматривать место
происшествия. Там под окном рос здоровенный куст, он смягчил падение, а
может, и спас парнишке жизнь. Чтобы узнать еще что-нибудь, придется
подождать до утра.
Она тихонько кивнула.
— Спасибо, Уилл. Ты просто чудо. Что бы я делала без тебя? Но я уже
говорила это, правда? — Она услышала собственный глупый смешок. Он
только пожал плечами и пошел в контору. Кейт не могла позволить ему уйти.
Она побежала за ним, споткнулась о край ковра, чуть не упала и угодила прямо
в его объятия. На какой-то блаженный миг она прижалась к нему и ощутила стук
его сердца. Потом он отстранил ее.
— Не падай, Кейт, — небрежно сказал он. — Хватит нам
несчастных случаев.
Он вернулся в контору и закрыл дверь, не сказав ни слова. Даже не пожелал ей
спокойной ночи.
Словно порыв ледяного ветра ударил Кейт в лицо. Она смотрела на закрытую
дверь, не находя в себе смелости открыть ее. Идти спать не было смысла — все
равно не уснуть, поэтому она сделала единственное, что ей оставалось: пошла
на кухню и поставила чайник. Когда он вскипел, Кейт с опаской поглядела на
любимый коричневый сервиз Бекки. Сердце ее отчаянно заколотилось. Рискнуть
или нет?
Она прошла по коридору и со скрипом открыла дверь конторы.
— Уилл...
— Да? — спросил он, обернувшись. Кейт не чувствовала смущения,
когда ей надо было обратиться к мужчине. На старой работе она делала это
каждый день. Но тут нашла коса на камень.
Она пролепетала:
— Я заварила чай и подумала, не захочешь ли ты чашечку? Это и для
работы полезно...
— Спасибо, не хочу. — Он продолжал всматриваться в экран дисплея.
— Ox, — только и вымолвила она, глядя ему в затылок.
— А почему ты не пьешь чай со своим
почти женихом
? — рассеянно
спросил он.
Она шагнула в комнату. Ее сердце затрепетало.
— Он не... — начала она и остановилась. Наверно, он ничего не
слышал. А что ей сказать? Что между ней и Эдвардом все кончено? Что она
свободна и, если он еще не передумал, всегда к его услугам? Нет, так низко
она еще не пала! Она не ответила на вопрос, прошептала
спокойной ночи
и
ушла, решив не мешать ему работать.
Вернувшись на кухню, она в одиночестве выпила чашку чаю и поплелась спать,
испытывая желание заплакать от унижения.
Кейт умылась холодной водой, вытерла нос и легла в постель. Надо во всем
разобраться, подумала она. Что случилось с холодной, умеющей держать себя в
руках деловой женщиной, которая приехала сюда всего несколько дней назад с
намерением обдумать предложение Эдварда? Не для того она рассталась с одним
мужчиной, чтобы тут же начать приставать к другому, который помешан на своей
работе. Нет, надо уснуть и не думать о них.
Сон, однако, и не думал приходить. Она лежала, погруженная в мечты об Уилле.
Мечты эти были настолько эротичными, что пришлось встать и походить по
комнате. Она слегка успокоилась, легла снова и в конце концов заснула так
крепко, что не слышала отъезда Эдварда.
Когда она проснулась, в окно смотрело утро. Она спустилась вниз. Уилла нигде
не было. Позавтракав на скорую руку, она собралась в деревню за покупками,
когда он откуда-то вывалился и рухнул в кресло. Выглядел он ужасно — куда
хуже, чем вечером. Он был изможден и измучен.
Решив, что в таком состоянии ему необходимо как следует подкрепиться, Кейт
поставила перед ним большую кружку кофе с молоком, Он сделал большой глоток
и поднял на девушку воспаленные глаза.
— Где он? Где этот
почти жених
? — прорычал он.
Кейт положила в корзину кошелек и молочный бидон.
— Он уехал, — сказала она. Уилл устало посмотрел на нее.
— Что ты имеешь в виду?
— Уехал — это значит убыл. Вернулся в Лондон. Есть еще вопросы? —
Она пошла к двери. Он запустил руку в нечесаные волосы.
— Кейт, будь добра, не держи меня в неизвестности. Ты хочешь сказать,
что с ним все кончено?
— Да, — весело подтвердила она. — Я с ним порвала.
Выяснилось, что мы... как бы это сказать... а, не сошлись характерами.
На губах Уилла заиграла счастливая улыбка. Он вскочил, от его усталости не
осталось и следа. Он выхватил у нее корзинку и изо всех сил обнял девушку.
— Кейт, моя прекрасная, умная Кейт, это самый мудрый поступок в твоей
жизни! Поздравляю тебя! — Он звучно поцеловал Кейт, наколов ей щеки
своей щетиной.
— Перестань! Прекрати! — Она вырывалась и хохотала, чувствуя
внезапный прилив счастья. Все встало на свои места.
Он вернулся к столу и допил свой кофе стоя.
— Пойду приведу себя в порядок, а затем начнется новая глава. Так или
не так?
— Возможно, — осторожно ответила Кейт, но глаза ее
смеялись. — Может, лучше начать новую главу твоей книги?
— Кончено! — ликующе крикнул он. — Я добил ее в пять утра. Я
писал и писал, пока не дошел до самого конца. Мне вчера было так плохо, что
хуже некуда. Ты на весь день уехала с этим парнем, а потом он поднимался по
лестнице и так плотоядно смотрел на тебя, ожидая, что ты пойдешь за ним. Я
чуть... Да что теперь говорить! В общем, чувствовал я себя просто
убийственно.
— Это был не плотоядный взгляд, — сказала Кейт. — Скорее
укоризненный. Он думал, что я позову его обратно.
— И ты позвала?
— Еще чего! Я провела с ним немного времени, и хватит с него.
До Уилла доходило с трудом.
— Так что же... накануне вечером... ты сказала... ты не... — Он
запнулся и умолк, возвышаясь над ней, как башня.
Она покатилась со смеху:
— А ты, оказывается, ревнивый!
— Как черт, — мрачно подтвердил он. Она подтолкнула его к двери.
— Иди побрейся. Ты исколол меня своей щетиной. Совсем дикарь!
Он дико заулюлюкал, сгреб ее в охапку, поцеловал, выпустил и заглянул ей в
глаза:
— Ох, Кейт, милая, ты не представляешь, как мне полегчало. Еще одним
препятствием меньше. Начнем новую главу. Не уходи в деревню — я не могу
прожить без тебя ни минуты!
Когда он ушел, Кейт села и тяжело вздохнула. Новая глава? Похоже на то. Они
с Уиллом будут вместе. Надолго ли? Не имеет значения. Ничто не имеет
значения в этом волнующем новом мире, куда она вступала. Важно только одно:
они желают друг друга. Поднявшись наверх и начав убирать постель, она
оглядела комнату и подумала, что Эдвард спал здесь в первый и последний раз.
Он оставил номер в удивительном порядке.
Она спустилась вниз, снова сварила кофе и приготовила Уиллу завтрак. Бедный,
милый, он такой худой. Конечно, присмотреть-то за ним некому. Она подыщет
ему экономку или... Тут ее охватила тревога.
Одним препятствием меньше
.
Что он имел в виду? И сколько у него таких препятствий? Не замешана ли тут
другая женщина?
Она поспешно отбросила эту мысль. Со временем он ей обо всем расскажет. Как
бы то ни было, ничто не должно стоять между ними.
Когда Уилл вернулся, он выглядел совершенно преобразившимся: умытый,
побритый, на темных волосах сверкают капли воды. Он подошел и привлек ее к
себе.
— Вот теперь я могу как следует поцеловать тебя, — сказал он и
прижался к ее щеке чисто выбритым подбородком.
Какое блаженство быть в его объятиях, чувствовать на губах его поцелуи! Она
страстно ответила ему. Ее охватило желание, и она с головой окунулась в эту
волну.
Тело Уилла сотрясала дрожь.
— Милая, — прошептал он, не отнимая губ от ее рта, — ты не...
мы не?.. — Вдруг он отстранил ее и потряс головой. — Нет. Нет, я
не должен... Слишком рано.
У Кейт подкосились ноги, и она почти рухнула на ближайший стул. Уилл подошел
к окну, смотревшему на дорогу, и яростно выругался. В тот же миг послышался
шум подъехавшей машины.
— Наверняка черти несут эту проклятую сосиску! — прорычал
Уилл. — Ух, я его! Кейт глубоко вздохнула и присоединилась к Уиллу. Из
машины вылез толстенький, простоватый человечек, попрощался с шофером и
двинулся к гостинице.
— Похоже, ты прав, — тихонько хихикнула Кейт. — Вылитая
сосиска. Ну и что? Не целоваться же нам с ним...
Она побежала к двери, Уилл двинулся за ней.
— Пьер Будан, — представился человечек. — Бонжур,
мадемуазель. Я наконец прибыл и весь к вашим услугам. Извините, что так
поздно. Мне сказали, что вы не говорите по-французски, но, боюсь, мой
английский тоже не слишком хорош.
— О, не беспокойтесь, — улыбнулась Кейт. Человечек ей понравился.
Этот джентльмен — мистер Рэйвен, наш гость. Он все объяснит вам.
Она с мольбой посмотрела на Уилла.
— Я опять у тебя в руках.
— Хотелось бы, — ухмыльнулся он, со вздохом вышел вперед и
заговорил с французом.
После короткого обмена фразами Уилл и Пьер направились в контору, но Кейт
остановила их на полдороге.
— Я приготовлю вам номер, — сказала она Будэну, а Уилла вполголоса
предупредила:
— Мсье Будэна мы поселим в твоей комнате. Ты уже можешь подниматься по
лестнице?
— Конечно, — подмигнул Уилл. — Нельзя ли мне занять спальню
рядом с твоей?
Кейт залилась краской, от души надеясь, что новый управляющий не обратит
внимания на их отношения.
Она быстро освободила маленькую комнатку в конце коридора и отнесла вещи
Уилла наверх. После секундного замешательства она решила отвести ему номер
по соседству со своим. А почему бы и нет, спросила она себя, и сердце ее
учащенно забилось. Что случится, то и случится: она бессильна помешать
этому.
Спустя полчаса Кейт шла в деревню, и ноги ее едва касались земли. Кажется,
все идет на лад. Уилл позвонил в больницу и выяснил, что раненый мальчик по
имени Морис вне опасности и что при нем неотлучно находится мать. У нее
словно гора с плеч свалилась.
Облегчал ее совесть и окончательный разрыв с Эдвардом. Жаль только, что она
чересчур сильно обидела его.
Но самое главное — она любит и любима! В этом можно не сомневаться. Он сам
так сказал, и она верит ему. Он сказал, что хочет жениться на ней, этого
достаточно!
Было чудесное утро. Солнце сияло на ее рыжих волосах, ветер целовал щеки,
пахнущие весной и травами. Небо было голубее голубого, поля зеленей
зеленого, и даже черно-белые коровы, казалось, радуются весне, а не просто
сосредоточенно жуют свою жвачку. Она улыбалась каждому встречному, знакомому
и незнакомому, и размахивала корзинкой. Даже сердитой тетке с фермы она
приветливо сказала
бонжур, мадемуазель
, когда та наполняла ее бидон парным
молоком. Господи, как приятно носить молоко в бидоне, а не в этих картонных
пакетах, из которых все выливается, стоит только начать их открывать. Одно
плохо: бидон надо каждый раз ошпаривать кипятком...
Вернувшись в гостиницу, Кейт принялась готовить ленч на троих. Когда она
стелила на стол чистую белую скатерть, вошел Уилл.
— Все разобрано, — сказал он. — Наша сосисочка — просто клад.
Он справляется со всем одной левой. Теперь мы совершенно свободны и можем
заняться всем, что нам взбредет в голову. Разве это не счастье, любимая? Он
порывисто обнял ее. Зеленые глаза Кейт потемнели, но она все же нашла в себе
силы отстраниться.
— Не надо, Уилл. Что он подумает о нас? Ты ведь постоялец, а я хозяйка
гостиницы, верно?
— Ну, не совсем, — подмигнул Уилл. — Похоже, он прекрасно
понимает, в каких мы отношениях.
— Да неужели? Тогда мы забываем пр
...Закладка в соц.сетях
