Жанр: Любовные романы
Опасное богатство
... Просто я так безмерно счастлива.
ГЛАВА XXIII
Если мисс Тэвернер ожидала, что брат возмутится тем, как с ним обошлись, то вскоре
выяснилось: она глубоко заблуждалась. По его словам, он провел время самым наилучшим
образом!
- Ничего похожего на это путешествие у меня никогда не было! - снова и снова
восхищался Перегрин. - У меня должна быть своя собственная яхта! И, если Ворт на это не
согласится, это будет с его стороны просто ужасно скверно! Я уверен, что Харриет такая
яхта понравится больше всего на свете. Мне бы очень хотелось, чтобы Ворт тоже был здесь
сегодня вечером; не понимаю, почему он не приехал. Эванс - это капитан на яхте Ворта - ну
просто первоклассный малый! Эванс говорит, что у меня большие способности. Я даже ни
разу не почувствовал никакой тошноты. А во вторник мы попали в штормовой вал, ты даже
себе представить не можешь, в какой! А мне - хоть бы что! Никогда в жизни так прекрасно
себя не чувствовал!
- Но, Перри, когда ты проснулся после того снотворного, ты нисколько не испугался?
- Конечно нет! А чего мне было пугаться? У меня чертовски болела голова, но очень
скоро боль прошла. А потом Эванс передал мне письмо Ворта.
- Представляю себе, что ты почувствовал, когда его прочитал! Он все тебе рассказал?
- Конечно, все! Я был просто ужасно потрясен! Но знаешь, с тех самых пор, как наш
кузен так дерзко вмешался тогда в это дело с дуэлью, я потерял к нему всякую симпатию.
- Но, Перри, в это дело тогда вмешался совсем не наш кузен! Именно он-то все сам и...
- Ах, так? Я уже позабыл. Но все одно к одному. Последние несколько месяцев я
считаю, что наш кузен вряд ли достоин большого уважения.
- А ту заботу, которую проявляет о нас лорд Ворт, мы с тобой воспринимаем не так,
как следовало бы! - слегка покраснев, сказала Джудит. - Если б только мы ему больше
доверяли, если бы были к нему добрее, тогда, возможно, ему и не пришлось бы тебя куда-то
прятать, или же...
- Господи, да что тут такого? - заявил Перегрин. - Лично я чрезвычайно рад, что он
поступил именно так, потому что до этого я за всю свою жизнь никогда в море не был. И ни
за что на свете такого удовольствия бы не пропустил! Сказать по правде, мне даже совсем и
не хотелось снова быть на берегу, если, конечно, не считать встречи с тобой и с Харриет. Во
всяком случае, я твердо решил приобрести свою собственную яхту. Конечно, она будет
стоить огромных денег, и разумеется, десять против одного, что Ворт об этом и слышать не
захочет.
- Мне бы хотелось, - несколько резко сказала Джудит, - чтобы ты направил свои
мысли немного в другое русло! Мы должны воздать должное лорду Ворту! Если бы он нам
не оказывал своего покровительства и не защищал нас, я очень склонна думать, что мы с
тобой все бы превратили в ужасные руины.
- Это абсолютно верно, клянусь честью! Уверяю тебя, я желаю ему только всего самого
доброго. А потом, ты ведь знаешь сама, лично я никогда не испытывал к нему такой
антипатии, как ты, хотя, честно говоря, очень часто он был чрезмерно строгим.
Щеки мисс Тэвернер стали еще более пунцовыми.
- Да, это правда, сначала он мне действительно не нравился. Обстоятельства, при
которых мы с ним...
- Боже! Никогда в жизни не забуду я тот день, когда мы поехали на Кэвендиш Сквер и
узнали там, кто же на самом деле наш опекун! Ты тогда чуть с ума не сошла и чертовски
распалилась!
- Этот случай нам надо забыть , - ответила мисс Тэвернер. - Манеры у лорда Ворта
не всегда... не всегда вызывают к нему симпатию... Однако мотивы его поведения никаких
сомнений в добрых намерениях не оставляют. Мы с тобой, Перри, обязаны выразить ему
нашу огромную признательность.
- Я это прекрасно понимаю. По сути дела, нас ввел в полное заблуждение наш кузен. И
то, что Ворт дал мне это снадобье и доставил на борт яхты - Господи, я ведь думал, что он
собирается меня убить, когда силой заставил меня эту гадость проглотить! Но ведь как чисто
он все это проделал! Я даже и представить себе не мог, что мне так понравится быть в море!
Эванс страшно смутился и боялся, что я буду на него злиться, но я ему сказал: "Боже
правый! И не думайте, что я брошусь в воду и поплыву к берегу! Здесь, на яхте, так
чертовски здорово - лучше и быть не может!"
Мисс Тэвернер вздохнула. Перегрин все рассказывал и рассказывал про свое морское
путешествие, а потом незаметно подошло время идти спать. Мисс Тэвернер могла только
обрадоваться, что, поскольку Перри твердо решил на следующий же день отправиться в
Вортинг, ей больше не надо будет выслушивать его бесконечные описания донных волн,
разведенных яхтой, шквальных ветров, отчаянной усталости, плавания в бейдевинде,
постановки рей, обходе рифов и тому подобного. Пусть теперь все выпадет на долю мисс
Фэйрфорд. И при этом Джудит с грустью подумала, что всего лишь накануне этого дня она
готова была бы поклясться, что никогда больше не вынесет отсутствия брата, если не будет
знать, где он, но теперь, проведя в его обществе всего три часа, она спокойно смирилась с его
завтрашним отъездом сразу же после завтрака. Ведь даже тогда, когда Перри не предавался
воспоминаниям о своем морском путешествии, во всех его разговорах все равно
присутствовало море. Он без умолку говорил, как направит все паруса на Вортинг, как
поймает в свой парус попутный ветер, как найдет для себя новых друзей, таких надежных,
как якорная цепь. Пустая бутылка из-под вина теперь превратилась у Перегрина в морского
офицера; сухопутные служаки, оказавшиеся на борту корабля, - не что иное, как живые
тупые бревна, а проходящий по улице незнакомец, - по его описанию, такой же круглый, как
ствол пятидесятимиллиметровой морской пушки. Перри во весь голос по всему дому
распевал, и притом весьма фальшиво, морские куплеты. В конце концов, потеряла терпение
даже смиренная миссис Скэттергуд. И когда в четверг утром в одиннадцать часов Перри
провожали в Вортинг, у обеих леди его отъезд вызвал лишь чувство облегчения.
После этого мисс Тэвернер села и стала ждать прихода своего опекуна. Ворт не
появился. В это утро к ним на Морской Парад зашел только капитан Аудлей. Стараясь
выглядеть как можно более безразличной, мисс Тэвернер спросила у него, находится ли Его
Светлость в Брайтоне. Капитан Аудлей просто сказал:
- Джулиан? О да, он здесь. Но, мне кажется, вы его сегодня не увидите. Вы, наверное,
знаете, что вчера в Брайтон приехал Йорк.
Поскольку мисс Тэвернер полагала, что ее собственные интересы ничуть не менее
важны, чем интересы герцога Йоркского, она холодно произнесла:
- Ах, так! - и сменила тему разговора.
В тот вечер Ворт не приехал на бал. Но когда мисс Тэвернер вернулась после бала
домой на Морской Парад, она застала на столе в холле от него письмо. Джудит сразу же
сорвала с письма печать и с нетерпением расправила перед собой лежавшую в нем
единственную страничку.
Старый Стейн, 25 июня 1812 года
Дорогая мисс Тэвернер! Я оказываю себе самому великую честь увидеть вас. Буду у вас
в полдень, если вам удобно, для того, чтобы переоформить на ваше имя документы,
касающиеся ваших дел, которыми я должен был заниматься, являясь вашим опекуном.
Искренне ваш, и т. д.
Ворт
Мисс Тэвернер прочла записку и почувствовала, что у нее упало сердце. Она медленно
сложила страничку. Мисс Скэттергуд, заметившая, как расстроилась Джудит, высказала
вслух свою надежду, что в письме не было никаких плохих вестей.
- О нет, совсем нет! - сказала мисс Тэвернер.
Завтрак на следующее утро прошел в более светлом настроении благодаря
присутствию Перегрина. Он специально вернулся из Вортинга так рано, чтобы поздравить
сестру с днем ее рождения. Перри считал, что он отличный брат, раз не позабыл о таком
важном семейном событии. И он наверняка купил бы Джудит подарок, если бы Харриет
напомнила ему об этой счастливой дате хоть чуточку пораньше. Во всяком случае, они с
Джу после завтрака поедут в город вместе, и она обязательно должна будет выбрать себе по
вкусу подарок; и в конце концов, так будет еще лучше. Перри с восторгом отозвался о
небольшом зонтике от солнца из стеганого шелка, который вручила Джудит миссис
Скэттергуд. Он с улыбкой сообщил, что нетрудно догадаться, кто прислал сестре огромный
букет красных роз, которые так красиво смотрелись на столе.
- Даю голову на отсечение, это подарок от Аудлея, - сказал он.
- Да, - согласилась Джудит, не проявив ни малейшего энтузиазма. - Я получила
письмо и от дядюшки. Если хочешь, можешь его прочитать. Письмо очень печальное;
дядюшку можно только пожалеть. По-видимому, он знал всего лишь малую долю того, что
замышлял наш кузен.
- О, не надо, не надо сейчас о нем думать, - сказал Перегрин. - Слава Богу, мы
благополучно избавились и от того, и от другого! Представляешь, Джу - Ворт все рассказал
сэру Джеффри, когда они на этой неделе встретились в городе. Сэр Джеффри считает, что у
Ворта поразительное терпение. - Перри налил себе чашечку кофе. - Ну, а чем бы ты хотела
сегодня заняться? Ты только скажи - я все для тебя сделаю, я целиком в твоем
распоряжении, Джу! Может быть, съездим в Льюис? Мне сказали, там есть замок, или еще
что-то в таком же духе, что вполне стоит посмотреть.
- Спасибо, Перри, - растроганно сказала Джудит. - Но сегодня утром ко мне приедет
лорд Ворт. Я думала, что тебе надо было бы побыть дома со мной. Тебе, наверное, захочется
поблагодарить его за все, что он сделал.
- О конечно, конечно! - сказал Перегрин. - Я буду очень рад с ним встретиться!
Знаешь, я бы хотел поговорить с ним о своей яхте.
Незадолго до полудня Перегрин, сидевший у окна гостиной, чем немало удивлял
прохожих, объявил о приближении лорда Ворта.
- Джу, дорогая моя! - воскликнул он голосом, преисполненным благоговения. - Ты
только посмотри, какой на нем фрак! Интересно, это, наверное, ему сшил сам Вестон? Ну,
пожалуйста, взгляни, как скроены у этого фрака верх и плечо!
Мисс Тэвернер отказалась высовываться из окна, чтобы разглядеть Его Светлость, и
попросила брата водворить голову назад в комнату. Но вместо этого Перегрин стал махать
Ворту рукой, чтобы привлечь его внимание. А когда граф поднял на Перри глаза, тот
мгновенно был сражен, увидев необычайно элегантный шейный платок Ворта. Перегрин
отвернулся от окна и выразил свое восхищение такими словами:
- Мне все равно, сколько бы он меня ни пилил, а вот как он завязывает свой галстук,
мне надо узнать обязательно!
К этому моменту граф уже дошел до двери и постучал, а через пару минут на лестнице
послышались его шаги. Перегрин прошел ему навстречу.
- Входите, сэр! Мы с Джу здесь! Как поживаете? Знаете, ведь вы поистине самая
надежная помощь! Ох, как у меня болела голова, когда я проснулся! И рот! Никогда я такой
боли не испытывал!
- Было так плохо? - спросил граф, медленно преодолевая три последние ступеньки.
- Даже словами не передать! Но я не собираюсь жаловаться; я отлично провел время!
Но проходите, пожалуйста, в гостиную. Джу там. Я же должен сказать вам одну очень
важную вещь, сэр! Джу, пришел лорд Ворт!
Мисс Тэвернер вдруг (по причине, известной ей одной) оказалась совершенно
погруженной в свое вышивание. При появлении графа она отложила в сторону пяльцы и
встала. Они с графом пожали друг другу руки, но не успела Джудит открыть рот, как снова
возник Перегрин.
- Мне бы, сэр, очень хотелось знать, как называется тот способ, которым вы
завязываете свой галстук! У вас это так чертовски здорово получается!
- Да этот метод никак особенно не называется, - ответил граф. - Я изобрел его сам. А
вы ничуть не изменились к худшему после своего приключения, мисс Тэвернер!
- А, так это ваш собственный способ! Это значит, что через неделю он станет
самым-самым модным для всех! А его освоить очень трудно?
- Да, очень, - сказал граф. - Именно эту чрезвычайно важную вещь вы и хотели мне
сообщить? Я весьма-весьма польщен.
- О нет! Я хотел сказать совсем про другое. Вы должны знать, что я очень привязался к
морю - ведь я раньше за всю свою жизнь ни единого раза на яхте не бывал и не имел ни
малейшего представления, что это такое. Столько комфорта на таком крохотном
пространстве! А потом, когда сам ведешь судно под парусом, это просто чудо! Эванс
считает, что у меня есть для этого природный дар. Мне было чертовски жалко, что надо было
так быстро возвращаться на берег, потому что мне еще много чего надо узнать про яхту.
По-видимому, все внимание графа было сосредоточено на мисс Тэвернер. Но при
последних словах Перегрина он повернулся в его сторону и с легкой улыбкой на губах
произнес:
- Узнать еще? Отлично! Я просто счастлив, что из-за того, что я поместил вас на яхту,
вы не собираетесь вызвать меня на дуэль (как сделали это когда-то).
- Вас - на дуэль? Боже правый! Да конечно же нет! Разумеется, я не хочу сказать, что
сам, по своей воле, отправился бы на яхту, если бы вы мне велели, потому что тогда я
ничегошеньки про море не знал. А теперь все по-другому, и я вам бесконечно благодарен.
- Лорд Ворт, - сумела хоть на миг прервать брата Джудит, - мы с Перри чувствуем, что
нам перед вами надо извиниться за то, что мы недостаточно вам доверяли, не так, как вы
того заслуживаете...
- Нет, только не я! - запротестовал Перегрин. - Я всегда графу доверял, Джу! А вот ты
- нет! Я только говррил, что он... Да какое это теперь имеет значение.
- Вы всегда обо мне говорили, что я - самый неприятный из всех ваших знакомых, -
сказал граф. Он щелчком открыл свою табакерку и протянул ее Перегрину.
Перегрин так удивился, будто не верил своим собственным глазам, и одним духом
выпалил:
- Этого вы никогда раньше не делали, сэр!
- А я сегодня в необычайно добром настроении, - пояснил граф.
Перегрин взял понюшку табаку и втянул ее в нос. Пользуясь тем, что брат на мгновенье
замолчал, слегка ошалев от оказанной ему чести отведать из табакерки графа, Джудит
произнесла:
- Я надеюсь, лорд Ворт знает, что уже прошло много месяцев с тех пор, как я так
по-глупому ему не доверяла.
- Лорд Ворт вам чрезвычайно за это обязан, - ответил граф.
Джудит в некотором замешательстве подняла на него глаза и увидела, что на лице его
все еще теплилась чуть насмешливая улыбка. Джудит произнесла:
- Если бы мы только больше вас слушались, то, возможно, вам не пришлось бы
прибегать к тем мерам, которые оказались столь необходимыми для безопасности
Перегрина. Я глубоко уверена, мы действительно должны попросить у вас прощения. И мы
оба бесконечно признательны вам за вашу заботу, верно, Перри?
- Конечно, конечно, - ответил Перегрин, стряхивая с рукава оставшиеся на нем
крупицы табака. - Мы безмерно вам благодарны, сэр, а я еще больше, чем Джу. Потому что,
если бы вы не упрятали меня так, как вы это сделали, мне бы самому никогда в жизни и в
голову не пришло отправиться в круиз. А об этой упущенной возможности мне сейчас даже
думать не хочется, потому что плавание на яхте, скажу я вам, куда лучше, чем рысистые
скачки, честное слово! Во всяком случае, мне это нравится гораздо больше!
- Надеюсь, это у вас и получается гораздо лучше, - заметил граф.
- Ну, я думаю, у меня это дело пойдет! - горячо сказал Перегрин, - И это как раз то
самое, про что я хотел у вас спросить. Ничто на свете не доставит мне теперь радости, пока у
меня не будет своей собственной яхты! Умоляю, не отказывайте мне! Боюсь, вы как раз это и
хотите сделать, но вы только подумайте! Если для этого вам потребуется давать мне больше
из моих денег, вы ведь не станете возражать, правда? А как раз эта яхта понравится Харриет!
Я ей уже, сказал, что она будет просто очарована, и она сразу же со мной согласилась. Но
только, сэр, вы должны ответить мне как можно скорее, будьте столь добры, потому что у
Эванса есть на примете такая яхта, которая, по его мнению, как раз то, что мне нужно: с
двумя мачтами, с косым парусным оснащением, а управляется, ну просто невообразимо
легко, как говорит Эванс! Яхта сейчас на якоре в Саутхемп-тонском заливе. Я позабыл, кому
она принадлежит, на продать ее надо в приватном порядке, без особого шума; как говорит
Эванс, будет лучше, если я куплю ее до того, как об этом узнает много людей. А у Эванса
есть кузен, который как раз тот самый человек, который сможет стать на ней прекрасным
капитаном. Эванс говорит...
- Перегрин, - прервал его граф, - вы знаете, где найти Эванса?
- Разумеется! Я думаю, он будет на борту "Чайки".
- Нет, не будет, - сказал граф. - В данный момент он где-то здесь, в городе. Возможно,
в таверне "Корона и якорь", а если не там, то значит, в "Борзой". Я уверен, если вы как
следует прочешете Брайтон, вы его обязательно сумеете найти. А когда вы его и впрямь
найдете, передайте ему от меня, что я буду ему безмерно обязан, если он снова вас похитит и
заберет с собою в долгий, долгий круиз.
- О, - улыбнулся Перегрин, - ему вовсе не придется меня похищать, уверяю вас!
Только можно мне купить яхту?
- Можете купить себе целую дюжину яхт, - ответил граф, - если только скроетесь с
глаз моих!
- Я не сомневался, что он согласится! - закричал сияющий Перегрин. - Я никак не мог
себе представить ни одной причины для отказа! А как вы думаете, кузен Эванса...
- Да, да, конечно же! - сразу догадался граф. - Совершенно уверен, что кузен Эванса
будет просто незаменимым для вас человеком. Вам лучше всего сейчас же отправиться к
Эвансу и все с ним обговорить, пока он еще в Брайтоне.
Перегрина такое предложение поразило, как гром среди ясного неба.
- Честное слово, это первоклассная идея! Я полагаю, мне надо это сделать немедленно,
если только вы не рассердитесь, что я уйду?
- Я это перенесу, - сказал граф. - Позвольте дать совет - не стоит терять ни минуты!
- Ну, тогда мне лучше всего сразу же откланяться, - произнес Перегрин. - А когда я
все обговорю с Эвансом, я вернусь и все вам расскажу.
- Заранее огромное вам спасибо, - хладнокровно сказал граф. - С нетерпением буду
ждать вашего возвращения, уверяю вас.
Мисс Тэвернер отвернулась, чтобы скрыть от брата невольную улыбку. Пообещав, что
непременно заглянет к графу домой попозже, Перегрин умчался в город.
Граф взглянул на Джудит, слегка приподняв брови.
- Как я полагаю, это вам, а не Перегрину, следует сердиться на меня за его
похищение, - сказал он. - Клянусь, я даже и не подозревал, что все это приведет к таким
беспокойным результатам. Мне чрезвычайно жаль, что так получилось.
Джудит рассмеялась:
- Мне кажется, жалеть надо только Харриет.
- Постараюсь не забыть и принесу ей свои извинения. Можно мне поздравить вас с
достижением совершеннолетия, мисс Тэвернер?
- Благодарю вас, - прошептала мисс Тэвернер. - Вероятно, это я должна была бы
поздравить вас, что вы наконец-то избавились от подопечной, с которой, я знаю, у вас было
столько хлопот.
- Что верно, то верно, - задумчиво произнес граф. - Я считаю, вы не упустили ни
одной возможности, чтобы оказать сопротивление моей власти.
Джудит прикусила губу.
- Если бы вы были со мною более вежливым, более терпеливым, я бы так себя не вела.
Это вы не упустили ни единого случая, чтобы меня позлить!
- Но я бы никогда этого не делал, если бы вы не подавали для этого повода! - отрезал
Ворт.
- Насколько мне известно,-очень холодно изрекла Джудит, - вы привезли с собой
какие-то документы, которые хотели мне передать.
- Да, они со мной, - ответил граф. - Но я еще раз подумал и решил - если вы,
разумеется, согласитесь - отослать их вашему адвокату.
- Я, конечно же, не знаю, кто теперь должен будет заботиться о моих делах, - сказала
мисс Тэвернер.
- Этим должен будет заниматься ваш супруг, - ответил граф.
- У меня нет супруга, - с раздражением сказала Джудит.
- Совершенно верно, но это можно будет очень скоро исправить. Теперь, когда вы уже
освободились от моих кандалов, ваши поклонники толпою хлынут к вам в дом.
- Вы чрезвычайно любезны, сэр, но у меня нет ни малейшего желания выходить замуж
ни за одного из них. Признаюсь, мне сначала очень не понравилось, что вы не давали
согласия на мое замужество, но потом я этому была просто рада. Это напомнило мне одну
вещь, лорд Ворт, о которой я хотела бы вам сказать. - Джудит глубоко вздохнула и
отважилась начать свою заранее подготовленную тираду. - Я не всегда выражала вам свою
признательность за ту заботу, которой вы окружали меня. Но теперь я понимаю, что она для
меня значила. Я безмерно благодарна вам за вашу доброту, за последние...
- За мое - что? - переспросил граф.
- За ваши бесчисленные добрые поступки, - упрямо повторила Джудит.
- А я-то думал, что я - самое противное, самое отвратительное, самое гадкое существо
на всем белом свете.
Джудит гневно посмотрела на графа.
- Да, это так и есть! Я из вежливости хотела хотя бы поблагодарить вас за те услуги,
которые вы мне оказали. Но если впредь их не будет, уверяю вас, мне все равно! Вы
поставили меня в самое ужасное положение, когда именно вы вдохновили моего кузена меня
увезти! Вам даже из простой любезности не пришло в голову навестить меня вчера и узнать,
как я себя чувствую, а вместо этого прислали мне это свое такое одиозное письмо. Я не
сомневаюсь, что, если бы ваш мистер Блэкедер не был в отъезде, вы бы велели ему написать
это письмо, чтобы только не утруждать самого себя. А теперь вы приходите ко мне, и у вас,
как обычно, скверное настроение! И вы всячески стараетесь вывести меня из равновесия!
Так вот - я сумею себя сдержать. Я только позволю себе сказать вам, милорд: как бы вы ни
радовались тому, что избавились от своей подопечной, ваша радость - ничто по сравнению с
моей: я просто счастлива, что буду избавлена от своего опекуна!
В глазах у графа засверкали искорки смеха.
- Мне очень жаль, что я поставил вас в ужасное положение, - серьезно сказал он. -
Вчера я к вам не пришел потому, что вы все еще были моей подопечной. Я не имел ни
малейшего намерения послать вам одиозное письмо (а мистер Блэкедер совсем не в
отъезде). И я сейчас отнюдь не в скверном настроении. Но я действительно очень рад, что
теперь свободен от своей подопечной.
- Это я знаю, - зло сказала мисс Тэвернер.
- Представляю себе, что вы это и впрямь можете знать. Но вы не знаете, почему это
так, Клоринда?
- Я не хочу, чтобы вы меня называли этим именем!
Граф взял обе руки Джудит в свои. Она попыталась, правда, не очень решительно,
высвободить их и отвернулась от графа.
- Я буду называть вас именно так, как мне захочется, - улыбнулся Ворт. - Что, ваши
воспоминания, связанные с этим именем, до сих пор для вас так неприятны?
- Вы тогда вели себя со мною просто отвратительно! - очень тихо произнесла мисс
Тэвернер.
- Это абсолютно верно, - сказал граф. - Я действительно повел себя тогда просто
отвратительно. И с того самого дня все время жду, когда смогу снова поступить так же. А
теперь, мисс Тэвернер, вы уже больше мне не воспитанница, и я снова поступаю так же
отвратительно!
Джудит сознавала, что по всем правилам приличия она должна была выразить графу,
как возмущена его поведением. И она, вполне естественно, действительно залилась краской
до корней волос. Но вышло так, что, хотя руки ее были сжаты руками графа, она как-то
повторила движение его пальцев. Какой-то миг он держал ее руки в своих, глядя с высоты
своего роста вниз, на ее лицо, а потом выпустил ее руки и крепко сжал ее в своих объятиях.
Как раз в этот момент в комнату тихо вошла миссис Скэттергуд. Она так и замерла на
пороге, молча, в полнейшем недоумений уставившись на свою компаньонку в объятиях
лорда Ворта. Граф стоял к двери спиной, и миссис Скэттергуд, вовремя опомнившись от
изумления, выскользнула из комнаты до того, как ее заметили.
- Ну, теперь вы знаете, почему я был так рад избавиться от своей воспитанницы? -
спросил граф.
- О, я боялась, что вы хотите выдать меня замуж за своего брата, - совсем по-глупому
ответила Джудит.
- Правда? И этот ваш преднамеренный флирт, который вы так упорно
демонстрировали на моих глазах, это все делалось только для того, чтобы показать, какая вы
послушная? Неразумное вы дитя! Я все время хотел ему сказать, чтобы он брал с собою
моего Генри. Я влюбился в вас почти с того самого момента, когда увидел вас в первый раз!
- О, это ужасно! - вздрогнула от своих воспоминаний Джудит. - А я все это время вас
ненавидела! Граф поцеловал ее еще раз.
- Вы просто восхитительны! - сказал он.
- Нет, совсем нет! - произнесла Джудит, как только он дал ей заговорить. - Я такая же
противная, как и вы. Вам иногда хочется меня стукнуть. Один раз вы так мне и сказали, и я
увидела: вы бы это сделали!
- Если я это сказал только один раз, то поражаюсь собственной выдержке. Мне
хотелось стукнуть вас по крайней мере раз десять. А однажды, в Кокфильде, я действительно
готов был вас вот-вот стукнуть. И тем не менее я считаю, что вы просто восхитительны!
Дайте-ка мне свою руку.
Она протянула руку, и граф надел ей на средний палец кольцо.
- Видите, я и правда принес вам подарок на день рождения, Клоринда.
Мисс Тэвернер застенчиво дотронулась рукой до щеки графа. Он сжал эту руку и
поднес ее к губам. Джудит вспыхнула и тихо сказала:
- Я... после Кокфильда думала, что никогда не увижу вашего к себе расположения. И я
была такой несчастной! Уже Никто меня так терпеливо не опекал, не было больше такой
заботы, такого внимания. Все это для меня, против моего сознания, стало просто
необходимым!
- Да, чтобы я заставил вас испытывать боль хоть одну минуту! - ответил граф. - Но
только тогда, в Кок-фильде, вы сказали такие слова и таким тоном, что я был глубоко
убежден - ничто уже и никогда не погасит в вас той неприязни ко мне, которая возникла при
нашей первой встрече!
Джудит улыбнулась и подняла на него глаза.
- Вы наверняка отлично понимаете, что у меня нет ни малейшего почтения к
принципам, а потому я ничуть не стесняюсь и скажу, что уже много-много недель я все
время вспоминала ту нашу первую встречу и всегда очень хотела, чтобы вы снова повторили
этот свой ужасный поступок. Но после Кокфильда мне показалось, что все кончено! Я
нанесла обиду, простить которую прост
Закладка в соц.сетях
