Жанр: Любовные романы
В твоем сердце
...чилась безошибочно определять, когда именно
кулак отца опускался в ярости на мать. Сегодня папочка не кричал. Он всегда
вел себя очень тихо, если в доме был постоялец. Роузи вздрогнула от звона
разбитого стекла. Она знала, что драка продолжалась уже целый вечер. Она
видела, как па напился, слышала, как он ругал маму. Она не знала точно, что
заставило отца распустить руки. Слава Богу, что ей удалось сбежать в свою
комнату, прежде чем страшный гнев успел бы обрушиться и на нее. Но сейчас ей
было стыдно, что она заботилась только о себе. Быть может, если бы она
сейчас была рядом с мамой, отец не стал бы избивать, а просто ушел из дома и
разряжался где-нибудь на стороне. Роузи закрыла голову подушкой.
Прекрати
же, па... — всхлипывала девочка. — Прекрати это!
Но ее тихие мольбы были напрасны. Даже если бы она сейчас была там и
прокричала ему в ухо, все равно все было бы напрасно. Если па уж затеял что,
то его так просто не остановишь. Он будет бить ее, пока не успокоится,
точнее, пока не завалится и не уснет мертвецким пьяным сном.
Я ТЕБЯ НЕНАВИЖУ. ЕСЛИ БЫ ТЫ УШЕЛ. О, ЕСЛИ БЫ ТЫ УМЕР...
Роузи попыталась отвлечься от ужасающих звуков. Она попробовала представить
себе завтрашний день. Занятий не будет, и все будут целую неделю отдыхать.
Завтра у мистера Райдэра и мисс Шервуд будет свадьба. Весь город соберется в
церкви посмотреть на то, как преподобный Пендрой будет венчать мисс Адди и
мистера Райдэра. Опять что-то сильно ударилось о стену спальни ее родителей.
СЧАСТЛИВАЯ ЖАВОРОНОК. КАК ЖЕ ЕЙ ПОВЕЗЛО...
Эмма любила вечерами посидеть у камина, когда уже все дети спали. Это было
единственным временем в течение дня, когда в доме Барберов становилось тихо.
И нельзя было сказать, что ей надоедала ежедневная суета. Она считала
каждого из своих детей божьей благодатью. Но порой бывали минуты, когда она
была готова все отдать за минуту тишины и покоя.
Эмма посмотрела на мужа, сидящего в противоположном углу комнаты. Стэнли
сидел с раскрытой книгой, однако голова его повисла на груди, он тихонько
похрапывал. Эмма покачала головой и улыбнулась. Ее Стэнли не мог и двух
страниц прочитать, чтобы не уснуть, причем независимо от того, сидел он или
лежал в кровати. Конечно, если она скажет ему об этом, он будет все
отрицать, приговаривая:
Зачем же перенапрягать глаза, просто я давал своему
зрению возможность отдохнуть!
Женщина многое узнавала о мужчине после того, как выходила за него замуж. Во
время ухаживания правила хорошего тона диктовали поведение большинства пар.
И даже если женщине и повезло полюбить жениха до свадьбы, ее еще поджидало
множество сюрпризов после свадьбы. Эмма думала о том, что же еще предстоит
узнать Адди об Уилле в последующие месяцы и годы совместной жизни. Чтобы ни
случилось, она была уверена, что они с честью выдержат испытания семейной
жизнью. Эмма редко ошибалась в людях, а об Уилле Райдэре и Адди Шервуд она
была самого высокого мнения. Они ведь так подходили друг другу. За их
счастье она могла бы поручиться.
Эмма вновь посмотрела на сидящего в кресле мужа. Ей повезло в жизни. Она с
восьми лет была знакома со Стэнли и любила его. И ни за кого, — кроме
Стэнли, не хотела выходить замуж. После свадьбы ее отношение к нему не
изменилось, просто она перестала его идеализировать. К сожалению, мужья —
это не галантные рыцари, а колоссы на глиняных ногах со всеми слабостями,
свойственными грешному роду человеческому. Но все равно, несмотря на все
недостатки, Эмма просто обожала своего мужа Стэнли.
Адди лежала в своей кровати и смотрела в потолок. Ее сундуки уже были
упакованы и теперь ожидали отправки на ранчо Рокин'Ар. Ее лучшее платье было
отглажено и готово к самому главному на сегодня событию в Хоумстэде.
Подвенечный наряд ожидал ее в спальне Марии. Дорис Мак Леод испекла торт, а
Эмма Барбер приготовила пунш, который будет сразу же после церемонии. Все
было готово.
ЗАВТРА У МЕНЯ СВАДЬБА
, — думала Адди. И все ей казалось
лишь сном.
О, ЕСЛИ БЫ ТЫ БЫЛ СЕЙЧАС ЗДЕСЬ, ПАПА!
Подумав об отце, она
ощутила некоторое ожесточение, но постаралась сразу же погасить его. Ведь не
было смысла сердиться на отца. Прошлое уже невозможно было изменить. К тому
же оно и не было таким плохим, как казалось на первый взгляд. Ее жизнь с
Мэтью Шервудом имела много прекрасных сторон. Он был ей хорошим, любящим
отцом, и неужели можно было его ненавидеть лишь за то, что он боялся
остаться один, без помощи и элементарного человеческого внимания? Адди
хорошо понимала его. Разве ей самой не был знаком этот страх?
О, ЕСЛИ БЫ ТЫ
БЫЛ СЕЙЧАС ЗДЕСЬ, ПАПА, — подумала Адди, на этот раз
улыбнувшись. — ЕСЛИ БЫ ТЫ ПОЗНАКОМИЛСЯ С УИЛЛОМ... ОН БЫ ТЕБЕ
ПОНРАВИЛСЯ. ОН СДЕЛАЛ МЕНЯ СЧАСТЛИВОЙ... И Я ТАК ЛЮБЛЮ ЕГО. И ХОЧУ, ЧТОБЫ ОН
ТОЖЕ МЕНЯ ЛЮБИЛ
.
Адди закрыла глаза и представила себе, что отец сидит рядом, укладывает ее в
кроватку... Она представила, как он говорит:
Уилл полюбит тебя, дочка. Ты
ведь такая хорошая, Адди. Он не может не полюбить тебя!
И Адди крепко уснула, свято веря словам отца.
Глава 31
За прошедшие две недели Адди уже несколько раз видела свое отражение в одном
и том же зеркале, но в это утро она выглядела совершенно особенно. Может
быть, все дело было в тщательно уложенных в прическу волосах? Зачесанные
назад и скрепленные гребнями из слоновой кости, они ниспадали ей на спину,
сверху их украшало тонкое кружево белоснежной фаты. Конечно же, все дело
было в том, что Адди Шервуд стала настоящей невестой!
— Ты готова? — . тихо спросила Мария. Адди повернулась, еще раз
рассматривая себя в зеркале.
— Не знаю. Я не уверена... Я... волнуюсь. Молодая мама улыбнулась,
заметив:
— Вот так всегда со всеми невестами! — Мария взяла руку Адди в
свою и сказала: — Все будет хорошо... уже скоро.
Дом Мак Леодов безмолвствовал, когда две женщины спустились по ступенькам в
гостиную.
— Где же все? — спросила Адди уже на выходе.
— Мать Мак Леод уже повела Сару в церковь. Тому сегодня надо было
пораньше на лесопилку, но на ваше бракосочетание он обязательно придет. Он
сказал, что ни за что не пропустит зрелище, как Уилл Райдэр будет
жениться, — пояснила Мария, держась за живот.
Несмотря на волнение и заботы, Адди не могла не заметить, что Мария говорит
как-то тяжело, задыхается.
— Тебе плохо, Мария? — спросила Адди, приобняв женщину.
— Нет, ничего, пройдет... — Мария помассировала пальцами голову и
добавила: — Это ребеночек сегодня больно ножками бьет... Наверное, я
переволновалась... Это нервы... Ты не обращай внимания... Все обойдется.
— Может, я сбегаю позову Тома? — взволнованно воскликнула
Адди. — Я все-таки позову его...
— Не говори глупостей, он через пару минут присоединится к нам в
церкви. А если мы сейчас не поторопимся, он наверняка нас опередит. —
Прикрыв фатой лицо Адди, Мария спросила: — Ты готова?
Адди кивнула. Сердце ее буквально выскакивало из груди. Мария тем временем
взяла роскошный, длинный шлейф невесты, стараясь держать повыше. Обе женщины
отправились в церковь. По дороге никто так и не заговорил. Взволнованная
Адди была не в состоянии сказать и слова, Мария, казалось, понимала ее
состояние и поддерживала тишину.
Точно так же, как и в первое воскресенье после приезда Адди в Хоумстэд,
церковь была окружена множеством телег и экипажей. Только на сей раз люди
приехали смотреть на то, как учительница выходит замуж. Еще два месяца назад
Адди никого здесь не знала. Теперь же многие из собравшихся стали ей
настоящими друзьями. ДВА МЕСЯЦА. ВСЕГО ДВА МЕСЯЦА. Адди почувствовала, как у
нее пересохло во рту. Ее в очередной раз стали мучить страхи и сомнения. Ну,
откуда она могла быть уверена в том, что действительно любит Уилла? Ведь ей
казалось, что она так хорошо знала Роберта, та. тем не менее то большое
чувство бесследно исчезло. А что если и очередная ее любовь продлится не
долго? Что, если она неисправимая старая дева? О, Господи, откуда ей было
знать, правильно ли она сейчас поступала?!
Том взглянул на свои карманные часы. Черт подери! Похоже, он опаздывал на
венчание. Мария ему ни за что этого не простит, если во время святой клятвы
Адди и Уилла он не будет стоял рядом. Он захлопнул бухгалтерскую книгу,
затем положил в сейф деньги. Как только он собрался закрыть сейф, сзади
раздался какой-то шум. Том хотел повернуться, но не успел... Чудовищной силы
удар в голову прямо-таки ослепил его. Словно яркая вспышка света, а затем и
абсолютная тьма.
МАРИЯ...
— сильная боль
Уилл стоял посреди церкви, стараясь по возможности не волноваться. Тугой,
накрахмаленный воротничок был ему хуже удавки. Ему хотелось поскорее
освободиться от строгого костюма, и, чтобы успокоиться, он то и дело
вытягивал шею. Когда хлопнула входная дверь, все присутствующие в церкви
мгновенно замерли. В храм вошла Мария. Уилл вопросительно посмотрел на нее.
Она улыбнулась в ответ, словно желая его приободрить, после чего отошла к
стоявшим у стены Хэнку и Дорис Мак Леодам. Уилл выжидающе смотрел на тяжелую
церковную дверь. Ему было не по себе, он даже задыхался от переполнявшего
его волнения.
Но вот ОНА бесшумно вошла в церковь. Подобная облаку шелка, кружев и
жемчужин, Адди вызвала у всех легкий возглас восхищения. Уилл и сам был
приятно удивлен и очарован. В жизни он не видел ничего более
восхитительного! Боже, как он любил ее! Наверное, не жил на земле человек,
который был бы счастливее его сейчас!
Адди знала, что взоры всех собравшихся обращены на нее, но она видела лишь
одного-единст-венного Уилла. Она вдруг поняла, что очень боялась, что он
вдруг не придет, передумает, и она о. яется одна стоять перед алтарем... Но
вот он здесь, невероятно красивый, в черном костюме, с зачесанными назад
волосами. Уилл слегка улыбнулся ей, и Адди поняла, что это был знак его
одобрения, подтверждение того, что он ее любит.
Эллен Пендрой заиграла на церковном органе. Эта мелодия показалась Адди
радостной песней ее собственного сердца. Она пошла к Уиллу. Казалось, она
шла к нему всю свою жизнь. Уилл взял ее под правую руку и они повернулись
лицом к священнику. Преподобный Пендрой выглядел подобающе торжественно.
— Братие, сегодня мы собрались здесь...
Мария никак не могла понять, почему задерживается Том. Это было так на него
не похоже. Он еще ни разу никого не подводил. Он обещал ей, что вся эта
бумажная работа на лесопилке не отнимет у него больше одного часа. Он обещал
встретиться с нею в церкви. Наверное, что-то случилось. Мария пыталась себя
успокоить, убеждая, что он просто забыл о времени.
Внезапно Мария почувствовала острую боль внизу живота и чуть не задохнулась.
Это было куда хуже утренних болей. Дорис внимательно посмотрела на невестку.
Мария была белой, как полотно, на лбу у нее выступили крупные капли пота.
Дорис не на шутку испугалась.
НЕТ. НЕТ. ТОЛЬКО НЕ ЭТО ОПЯТЬ... Не надо, чтобы это повторилось. Это не
может случиться еще раз. Это все потому, что Тома нет рядом. Это из-за него
Мария так разволновалась. И Дорис поклялась, что она поговорит с сыном, как
только он появится.
Роузи Таусенд старалась подняться повыше на носочки, чтобы разглядеть
церемонию венчания в церкви. Но прямо перед нею стояла миссис Поттер в своей
новой шляпе с широкими полями и длинными страусиными перьями, поэтому
девочке плохо было видно. Однако Роузи вся сияла, радостная улыбка придавала
ее личику свежесть и очарование. Она была на седьмом небе от счастья, потому
что их папочка ушел навсегда из дома. Когда сегодня Роузи спустилась в
гостиную, ма сказала, что отец упаковал свои вещи и ушел из дома. Он сказал,
что обратно не собирается возвращаться. Роузи не знала, что об этом думала
мама, но она лично была просто счастлива.
Вот если бы он еще с собой и
Марка прихватил...
— мечтала девочка. Но сейчас все ее внимание было
поглощено тем, как мистер Райдэр будет жениться на мисс Шервуд.
Роберт сидел на самой последней скамье, скрестив руки на груди. Да, похоже,
Уиллу Райдэру повезло. Роберту не хотелось уезжать из Хоумстэда дневным
экипажем. Встретившись здесь в очередной раз с Адди, он почувствовал, что он
каким-то образом ответственен за нее, и ему не хотелось так скоро ее
покидать. В конце концов, они чуть не стали мужем и женой. Если бы все
сложилось немного по-другому... Но — теперь это не имело никакого значения.
Главным теперь было счастье Адди. Роберт был абсолютно уверен, что она
обретет его только с Уиллом.
Эмма похлопала Стэнли по коленке, пытаясь удержать слезы радости. Господи,
боже мой, как же ей не хотелось, чтобы сейчас ее глаза были на мокром месте.
За всю свою жизнь она лишь несколько раз была настолько переполнена
радостью. В конце концов, ведь это именно благодаря ее стараниям в Хоумстэде
появилась учительница. Если бы не она, то Уилл и Адди никогда бы и не
встретились. Так что она имела полное право быть причастной к счастливому
событию, имевшему место утром в приходской церкви Хоумстэда.
— Берешь ли ты, Уилл Райдэр, Аделаиду Шервуд...
Этот миг навсегда останется в сердце Уилла. И не просто потому, что Адди
становилась его женою. А потому, что делал он это по своей воле и без
всякого сомнения. Все его прежние страхи улетучились. Озлобление, неверие,
ярость, ненависть словно навсегда покинули его сердце. Теперь вся его
прошлая жизнь, отношения с матерью, Жюстиной ничего для него не значили.
Только Адди! Она одна, и больше никто ему не был нужен!
— Да, беру, — сказал Райдэр.
— А ты, Аделаида, берешь в мужья Уилла...
Ее сердце билось так оглушительно, что она почти не слышала священника. Все
было словно во сне. И, как это бывает в самых прекрасных снах, она все время
боялась проснуться до его окончания. Адди очень хотелось, чтобы преподобный
Пендрой говорил побыстрее. Она не могла дождаться, когда же он дойдет до
того места, где их с Уиллом при всех объявят мужем и женой. Наверное, Адди
всю жизнь ждала именно этого момента.
— Да, беру...
— ...Итак, властью, данной мне Господом, я объявляю вас мужем и женой.
Что соединил Бог, да не расторгнет никто из мертвых.
Преподобный Пендрой улыбнулся стоящей перед ним паре.
— Уилл, теперь можешь поцеловать свою невесту, — сказал священник.
Уилл повернулся к Адди и осторожно поднял фату. Держа ее лицо в своих
ладонях, он заглянул в ее невероятно выразительные зеленые глаза, желая,
чтобы она поняла все, что он сейчас чувствует, но не может выразить словами.
Уилл склонился над Адди, их губы слились в нежном поцелуе. Когда он наконец
оторвался она посмотрела на мужа с удивлением. Казалось, в это мгновение
все присутствующие в церкви затаили дыхание.
В ту же секунду собравшиеся в храме встали. Кто-то закричал слова
поздравлений, кто-то похлопал Уилла по спине, и, прежде чем он успел что-
нибудь сообразить, его уже окружила толпа народа, оттеснив его от Адди. Он
пытался удержать ее за руку, но это было практически невозможно сделать в то
время, как толпа восторженных женщин Хоумстэда обрушилась с объятиями на
Адди.
— Никогда не предполагал, что мне придется такое увидеть, — сказал
Чэд, от души хлопнув Уилла по спине. — Слава богу, у тебя хватило ума
жениться на ней!
Уилл рассмеялся.
— Мне просто очень повезло, Чэд! — ответил молодой муж.
Чэд наклонился и заговорщицки прошептал Уиллу на ухо:
— Теперь я могу быть спокоен, что ты не приударишь за мисс Хендерсон...
Чэд метнул молниеносный взгляд в сторону Офелии. И, прежде чем отвернуться,
эта милая черноволосая девушка застенчиво ему улыбнулась. Принимая
поздравления, Уилл мечтал поскорее обнять Адди. Наконец-то он разглядел
сквозь толпу лицо своей любимой. Их взгляды встретились, и на какое-то
мгновение они вновь были вместе, будто, кроме них, никого больше не было в
целом мире.
Ну ладно, ПОРА И ЧЕСТЬ ЗНАТЬ
, — подумал Уилл. Активно работая
локтями, он стал пробираться сквозь толпу. Внезапно церковные двери
распахнулись настежь. В проеме показался запыхавшийся Альберт Барбер. —
Пожар! Лесопилка горит!
Языки пламени вырывались из густого облака черного дыма, и лесопилку
совершенно невозможно было разглядеть. Отдавая на ходу какие-то приказания,
к горящему строению бежали мужчины, женщины, дети.
Адди тоже хотела побежать, но ее остановил крик Марии. Она поспешила к
подруге, стараясь успокоить ее насчет Тома, но быстро поняла, что причина
была в другом. Мария вся содрогалась от нестерпимой боли. Рядом стояла
поддерживающая ее свекровь.
— Это ребенок, — сказала уверенно Дорис. — Адди, помоги мне
отвести ее домой. — Она посмотрела на Эмму. — Сара, как быть с
нею?
Эмма все поняла.
— Аннали присмотрит за девочкой. А вы идите. Сейчас я сбегаю за доктором, — сказала Эмма.
Адди взяла Марию под руку и, подобрав шлейф своего нарядного свадебного
платья, поспешила к дому Марии и Тома. Дорис поддерживала Марию с другой
стороны. Она старалась не смотреть на страшный пожар, уже полностью
уничтоживший Ричмондскую лесопилку. Пыталась не думать о том, почему Том так
и не появился в церкви.
Бросив взгляд на Марию, Дорис увидела в них невыразимый ужас.
— Нам лучше бы отвести ее в мой дом, — сказала она. — Если
ветер подует в ту сторону, дом Тома и Марии может тоже загореться, —
сказала женщина.
Адди как-то об этом не подумала. Она еще не осознавала, что сейчас весь город находился в опасности.
Неожиданно Мария остановилась, она схватилась за живот. Секундой позже,
задыхаясь, она прошептала:
— Нет, что-то не так, мать Мак Леод. Со мною что-то неладно...
— И думать не смей! — возмутилась свекровь. — Все должно быть
хорошо...
Совместными усилиями Дорис и Адди довели Марию до дома Мак Леодов, уложили
ее в постель.
— Адди, ты бы сходила переоделась. У нас сегодня будет трудный денек, и
ты не сможешь мне помогать в таком наряде, — сказала Дорис.
— Конечно, — сказала Адди и выбежала из дома.
Зрелище, представшее перед ее глазами, просто ужасало. Все вокруг было в
копоти и черном дыму. Адди начала закашливаться, ее глаза стали слезиться.
Треск пламени был, казалось, посильнее грома, он не стихал ни на секунду. Ее
Уилл .был где-то там, рядом с этими безжалостными языками пламени, и пытался
затушить их водой. Она хотела найти мужа, но не могла. Сейчас Адди понимала,
что ей нужно спасать Марию.
Боже, сохрани его...
— шептала Адди, когда
бежала через дорогу к дому Мак Леода.
Глядя на то, как горит лесопилка, Роузи была просто в шоке. Внутренний голос
подсказывал девочке, что все это дело рук ее папочки.
ЭТО СДЕЛАЛ ПАПОЧКА.
ПАПОЧКА УСТРОИЛ ПОЖАР
. И она знала, что это так. Отец забрал деньги из
сейфа лесопилки, она же слышала, как он сам говорил об этом, основательно
напившись. Сперва Глен взял деньги, а затем поджег лесопилку. И Роузи должна
была об этом кому-нибудь рассказать. Должна была рассказать все шерифу. Но,
если она это сделает, ее папу арестуют. Они обязательно найдут его и
привезут в Хоумстэд. И если его не посадят в тюрьму, он снова вернется
домой. А Роузи очень этого не хотелось. Это будет невыносимо для нее и мамы.
Тем более, когда появилась надежда хоть на какое-то будущее. И поэтому Роузи
молча смотрела на то, как горит лесопилка.
— Он там! — закричал над всей этой преисподней Хэнк. — Том
должен быть там!
Шериф, закрыв рукой лицо, прошел в пылающую дверь. Уилл тут же схватил его,
и они оба покатились по земле, громко кашляя от раздирающего дыма.
— Бесполезно, Хэнк. Так ты туда не войдешь. Стой здесь. Я попробую
пробраться туда через черный ход, — сказал Райдэр.
Оставив шерифа, он бегом направился к запасному выходу лесопилки. По дороге
он схватил кем-то предложенное одеяло, пропитанное водой. Здесь пламя было
не столь жарким. Пока, по крайней мере, Уилл хотел заглянуть вовнутрь и
попытаться найти Тома. Быть может, его еще можно было спасти. Натянув на
голову мокрое одеяло, Уилл рванулся в охваченное огнем помещение. Страх
прежде был не знаком Уиллу, но такого, как сейчас, ему еще не доводилось
испытывать. Когда он бежал сквозь этот кромешный огненный ад, выкрикивая имя
мужчины, кровь его застывала в венах от окружавшего ужаса.
— Том, ты здесь? Том, это я, Уилл! Ты меня слышишь? — кричал Уилл.
И только рев пламени был ему ответом. Нет, здесь никто бы не смог выжить.
Никто... Что-то рухнуло слева от Уилла. Уилл на мгновение потерял
ориентацию, забыв, каким путем он сюда попал. Его окружали лишь красно-
оранжевые языки огня. Одеяло быстро прогорело. Уиллу казалось, что его кожа
вот-вот лопнет от жара. Вскоре он споткнулся, это, оказалось, было тело
Тома. Уилл сразу определил, что он мертв, и не ошибся... Уилл нашел Тома
слишком поздно, уже ничего нельзя было предпринять. Но бросить здесь Тома
Уилл не мог. Схватив Тома под руки, он поволок его туда, где, казалось,
должен был быть выход. Уилл слышал, как сверху что-то заскрипело и полетели
бревна. Земля загудела у него под ногами. Черный густой дым клубился вокруг.
Жара была невыносимая. Времени оставалось немного. Он должен был поспешить.
Он должен вернуться к Адди. В очередной раз что-то затрещало, и это было так
близко, что он чуть не оглох. И затем что-то твердое и тяжелое ударило Уилла
по спине. Уилл вместе с Томом рухнули на землю.
— Давай, Мария, — кричала док Варни. — Я уже вижу головку
ребенка. Дело идет к концу. Ну давай же!
Мария изо всех сил вцепилась в руку Адди, однако пальцы ее с каждой минутой
слабели.
Адди с силой сжала руку подруги, пытаясь передать ей часть своей силы и
бесстрашия.
Адди прежде никогда не приходилось видеть, как женщина рожает. Но в данном
случае ей казалось, что происходит что-то не так, как нужно. Все произошло
гораздо быстрее, чем она думала. На лице доктора было написано явное
беспокойство. В глазах Дорис Мак Леод был ужас. Адди казалось, что вся
комната пропитана запахом тревоги. Мария застонала, теряя последние силы.
Адди склонилась над нею.
— Ну помоги же нам, Мария. Твой сын уже почти родился... Ну давай, еще
чуть-чуть, — умоляла Адди.
Мария опять сильно сжала руку Адди и застонала. Адди положила на лоб Марии
мокрое полотенце.
ГОСПОДИ, ПОМОГИ ЕЙ, — молила она. — ПОМОГИ
УИЛЛУ, ГДЕ БЫ ОН НИ БЫЛ, ПОМОГИ ЕМУ!
— Ну вот, я держу его! — закричал доктор. — Он уже выходит.
Ну поднатужься еще, Мария! В последний раз!
Выражение страшной боли исказило лицо Марии, когда, оторвав от подушки
голову, она изо всех сил напряглась, чтобы дать новую жизнь, которую она
вынашивала на протяжении семи месяцев.
— Это мальчик! — объявил док Варни. Секундой позже маленький
мальчик закричал.
— Дайте мне на него посмотреть, — прошептала обессиленная мать. — Покажите мне его...
Мария хотела поднять руки, но тут же потеряла сознание. Дорис приняла
младенца из рук доктора и поднесла крохотный комочек к невестке. Как только
рука матери прикоснулась к новорожденному, он сразу же перестал плакать.
— Доктор, он будет жить? — спросила Мария.
— Конечно же, он появился на свет рановато, но выглядит он вполне
здоровеньким, да еще такой горластый! Я считаю, он будет жить. Должен. Во
всяком случае, мы сделаем все, что от нас зависит, чтобы он выжил.
Адди смотрела на происходящее с благоговением и ужасом. Ведь это великое
таинство, чудо — рождение новой жизни! Она не заметила, как по щекам текли
слезы радости. Адди пыталась их скрыть, но это было ни к чему.
— Дорис! — сказал доктор Варни. — Мне срочно нужна твоя
помощь. — И совсем уже тихо продолжил: — Она истекает кровью...
Слезы радости сменились страхом за здоровье Марии. Адди подошла к кровати и,
положив ей руку на плечо, попыталась как-то ободрить, успокоить подругу.
Лежащая молодая женщина открыла глаза, казалось, она смотрит откуда-то
издалека.
— Тома больше нет... — прошептала Мария.
— Что ты? Я уверена, ты ошибаешься. Разве можно так говорить? Вот посмотришь, он сейчас придет.
Испуганная Адди перевела взгляд на доктора, который в этот момент отчаянно
махнул рукой. Бледная, как полотно, Дорис Мак Леод подошла к изголовью
кровати. Встав на колени, она взяла руку Марии в свою.
...Закладка в соц.сетях
