Жанр: Любовные романы
Невинная страсть
...вствуете себя обязанным защищать меня от
других джентльменов, но думаю, что в
этом нет необходимости.
- Я не... - начал было Пакстон, но моментально понял, что именно этим и
занимался - как вчера в отношении
Ричардса, так и сегодня в отношении Гарри. - Я не хотел бы, чтобы вам причиняли
боль, - сказал он наконец, глядя ей
прямо в глаза в доказательство своей искренности.
То, что она увидела в его глазах, заставило ее тихо охнуть. А Ноуэла вновь
охватило желание заключить ее в объятия и
показать с помощью своих губ и своего тела, насколько сильно его чувство к ней.
Но разумеется, в данной обстановке
сделать это было невозможно. Сейчас, например, к ним приближалась леди Маркус.
- Ровена! Ты-то мне и нужна. Именно ты можешь оценить юмор ситуации, в
которую я попала, и не станешь
смеяться. - Она замолчала, неуверенно глядя на Ноуэла.
Он сразу же понял намек.
- Пожалуй, до начала концерта я подойду к буфету. Вам, милые леди, чтонибудь
принести?
Они отказались, и он направился к буфету, на ходу окидывая взглядом
комнату. Как раз в этот момент в помещение
вошел Ричардс. Ноуэл решил не спускать с него глаз и понаблюдать, с кем он будет
разговаривать и как себя вести. Особенно
по отношению к Ровене.
А Ричардс уже направился к ней. В его глазах была какая-то решимость,
встревожившая Ноуэла. Взяв со стола канапе,
Пакстон подошел к столу и стал издали следить за своим объектом.
Ровена, оживленно разговаривавшая с леди Маркус, заметила Ричардса только
тогда, когда он заговорил - возможно,
потому, что снова была без очков. Хотя она улыбнулась очень милой улыбкой, Ноуэл
обрадовался тому, что девушка ничуть
не покраснела, как это было, когда она здоровалась с ним.
Немного приблизившись, Ноуэл мог слышать обрывки разговора.
-...моя подруга леди Маркус, - сказала Ровена.
- Рад познакомиться, миледи. - Ричардс поклонился. - Насколько я понял,
друзья мисс Риверстоун заслуживают
того, чтобы искать их дружбы.
Интересно, с какой целью этот человек втирается в доверие к Ровене? Если
он намерен выкачивать из ее брата
информацию, то, возможно, просто надеется отвести от себя подозрение, завязав
дружбу с его сестрой?
Как бы то ни было, а Ноуэл счел своим долгом вмешаться.
- Кажется, сейчас начнется концерт, - сказал он, подходя к ним. - Нам,
наверное, следовало бы пройти на галерею
и занять места.
Ричардс взглянул на Пакстона, почти не скрывая неприязни, которая, однако,
быстро сменилась холодной
вежливостью. Леди Маркус, извинившись, отправилась искать мужа, а остальные трое
прошли под арками на галерею, где,
согласно программкам, распространенным леди Хардвик, должна была проходить
первая часть музыкального вечера.
Не успели они сделать и нескольких шагов, как их остановила мисс Фанни
Маунтхит.
- Мисс Риверстоун, рада снова встретиться с вами, - сказала она с
притворной улыбкой. - И с вами тоже, мистер
Пакстон. Вы, я думаю, слышали новости? Бедная матушка.
- Да, я читала об этом в вечерних газетах, - ответила Ровена. - Верно ли,
что это дело рук Святого из СевенДайалса?
- Да, конечно. Ведь он оставил свою визитную карточку прямо в спальне моей
матушки! Уверяю вас, мне еще долго
будет страшно ложиться спать. Мистер Пакстон, может быть, вы зайдете к нам,
чтобы рассеять страхи матушки... и мои
тоже? - Она стрельнула глазами в сторону Ноуэла.
- Непременно, если вы считаете, что это поможет. - Он заставил себя
улыбнуться. - Не забудьте, однако, что
Святой, насколько мне известно, никогда никого не трогал. Так что какое-либо
физическое насилие вам не угрожает.
- Вам, конечно, лучше знать. - Девушка некрасиво надула губы. - Но я
надеюсь, что вы поймаете его в самое
ближайшее время. Ой, меня, кажется, зовет матушка. Приятного вам вечера.
Она ушла, а они отправились дальше в сторону галереи. Ровена, к великому
неудовольствию Ноуэла, взяла под руку не
его, а Ричардса.
- У меня, кажется, есть основание поблагодарить вас, - сказала она так
тихо, что Ноуэлу пришлось напрячься,
чтобы услышать. Он сделал вид, будто ничего не понимает и не интересуется, хотя
догадывался, что она имеет в виду.
Ричардс, помедлив мгновение, произнес:
- Я хотел лишь доставить вам удовольствие, мисс Риверстоун.
- И вам это удалось. Спасибо, - почти шепотом сказала она, явно не желая
говорить в присутствии Ноуэла больше.
На этот вечер длинная галерея, стены которой были увешаны множеством
портретов предков Хардвика, была
переоборудована в концертный зал с небольшим возвышением вместо сцены в одном ее
конце и креслами для гостей. Ровена
выбрала место поближе к сцене. Ричардс и Ноуэл уселись от нее по обе стороны.
Пакстон отлично понимал, что Ровене хочется поговорить с Ричардсом с глазу
на глаз, однако твердо решил не
допустить этого. Ясно, что она желает поговорить с ним о возвращении
драгоценностей своей матери - тех самых, которые
с большим риском добыл для нее он сам.
После разговора, состоявшегося утром, Ноуэл вдруг понял: она собирается
сообщить Ричардсу, что Ноуэл
подозревает, будто он и есть Святой из Севен-Дайалса.
Раздались звуки музыки. Играл самый знаменитый в Европе флейтист, но Ноуэл
его почти не слышал. Его ошеломила
парадоксальность ситуации, в которой он оказался. Он не только не мог
претендовать на благодарность за оказанную услугу,
но был вынужден молча наблюдать, как она осыпает благодарностями его врага.
Он понял, что теперь необходимо, как никогда ранее, не позволять Ровене и
Ричардсу оставаться наедине. Если это
допустить, она наверняка воспользуется возможностью, чтобы предостеречь
Ричардса.
В лучшем случае Ричардс мог бы сообщить ей, что на самом деле он и Святой
- разные люди. Хотя Ноуэлу не
хотелось давать Ровене лишний раз восхищаться этим человеком, ее предположение
обеспечивало ему дополнительную
защиту от ее проницательности. В худшем случае Ричардс мог догадаться о
подлинных намерениях Ноуэла, что могло иметь
самые катастрофические последствия.
Так что ему придется ни на шаг не отходить от Ровены Риверстоун,
прилипнуть к ней, как вторая кожа.
Картина, которую он при этом вообразил, отвлекла его внимание на всю
оставшуюся часть концерта.
- Что это вы затеяли? - прошипела сквозь зубы Ровена, идя в сопровождении
Ноуэла к буфетным столикам в
перерыве между отделениями концерта. - Я вполне способна сама наполнить
закусками свою тарелку.
Она понимала, что грубит, но ее все больше и больше беспокоило, что, если
Ноуэл будет все время стоять у нее над
душой, она упустит возможность сыграть столь необходимую ей партию в шахматы с
мистером Ричардсом.
- Я в этом не сомневаюсь, - сказал в ответ Пакстон, ничуть не обидевшись
на ее грубость. - Просто мне приятно
находиться в вашей компании, и я пользуюсь случаем быть вам полезным. Пирожки с
мясом и фруктовые пирожные
удивительно похожи друг на друга, и мне не хотелось бы, чтобы вы по ошибке
выбрали не то, что вам хочется.
Она понимала, что он довольно деликатно намекает на ее близорукость.
- Будь по-вашему, сэр, - неохотно улыбнулась Ровена. - Позволяю выбрать
для меня легкие закуски -
предпочтительнее фруктовые, чем мясные.
Мистер Ричардс отошел к другому концу стола, так что заговорить с ним
сейчас о шахматном поединке было
невозможно. А вдруг он передумал? В конце концов, зачем ему идти на риск и
потерять все, что должен Нельсон, ради
возможности увеличить вдвое сумму, которую и без того Нельсон не в состоянии
уплатить? Возможно, он счел ее гарантии
выплаты ненадежными.
Ровена направилась к Ричардсу. Ноуэл неотступно следовал за ней, попутно
наполняя тарелки деликатесами. Она
повернулась и неожиданно заявила:
- Мне хотелось бы вон того... что на дальнем конце стола. - И указала на
что-то, чего не могла рассмотреть на таком
расстоянии.
- Кувшин сливок?
- Нет, то, что стоит за ним. - Она не заметила, что Пак-стон явно
забавлялся разговором.
- А-а, понял. Кусочки сахара.
- Вот именно. - Она сердито взглянула на него. - Кусочки сахара. Мне нужен
один.
Сдержав улыбку, он все-таки пошел выполнять ее просьбу. Ровена
воспользовалась этой возможностью и подошла к
Ричардсу.
- Мистер Ричардс, - тихо сказала она, - вы не передумали относительно
нашей партии, условия которой мы вчера
обсуждали?
- Разумеется, не передумал, мисс Риверстоун. - Он взглянул на нее с явным
удивлением. - Если, конечно, вам
удастся на часок избавиться от вашей тени, - сказал Лестер, взглянув на
приближающегося к ним Ноуэла.
Ровена хотела предупредить его о подозрениях Ноуэла, но было поздно.
- Вот ваша тарелка, мисс Риверстоун, и кусочек сахара, который вы
потребовали.
- Благодарю вас, мистер Пакстон, - сказала девушка, надеясь, что щеки у
нее не покраснели. - Мы с мистером
Ричардсом только что обсуждали возможность сыграть еще одну шахматную партию,
когда начнется второе отделение
концерта и здесь станет не так многолюдно.
Ну вот. Если он не отойдет от нее, ей придется осуществить то, что она
запланировала на этот вечер, в его
присутствии. Но о ставках он не должен знать.
- Великолепно! Я обожаю музыку, но еще больше я люблю наблюдать за игрой
опытных шахматистов. К тому же с
того места, где находится стол с шахматной доской, музыка нам будет слышна.
- Не будете ли вы любезны найти леди Хардвик и спросить, где и когда мы
сможем сыграть? - попросила Ровена,
подумав, что это даст ей возможность предупредить мистера Ричардса.
- В этом нет необходимости. Она идет к нам сама. - Даже если он знал о
намерении Ровены, то ловко это скрыл. -
Миледи, можно вас на минутку?
- Надеюсь, с закусками нет проблем? После утренних волнений насчет рыбы...
- Нет, нет, все превосходно, - заверил Ноуэл. - Ваши организаторские
способности и ваша щедрость достойны
восхищения. Мы просто надеялись, что вы окажете нам любезность.
- Мы с мистером Ричардсом собирались сыграть в шахматы, как только
закончится концерт, - вмешалась в
разговор Ровена. - Но не обидятся ли на нас остальные гости?
Перл нахмурила лобик:
- Мистер Ричардс, как вам известно, Ровена впервые приехала в Лондон. Ей
не следует изображать из себя
отшельницу, как она делала всю свою жизнь в деревне. Я хочу, чтобы подруга
наслаждалась всеми удовольствиями, которые
предлагает ей жизнь в обществе.
Ровена хотела было возразить, но не успела, так как заговорил мистер
Ричардс:
- Но разве нельзя ей наслаждаться и жизнью в обществе, и своими
излюбленными занятиями? Уверяю вас, я совсем
не хотел прятаться с ней в какой-нибудь пустой комнате. Мы могли бы сыграть гденибудь
в стороне, откуда можно слышать
и видеть все, что происходит вокруг.
Перл, все еще покачивая головой, улыбнулась:
- Ну конечно, этого я не запрещаю. Прикажу слуге принести шахматную доску.
Вон тот альков вам подойдет? - Она
жестом указала на небольшое помещение, отделенное аркой от бального зала.
- Спасибо, Перл. Это то, что нужно, - поблагодарила Ровена. Возможно,
поблагодарила она слишком горячо,
потому что подруга бросила на нее проницательный взгляд.
- Но я не хочу, чтобы слишком бурная деятельность утомляла тебя после
спокойной жизни в деревне, Ровена.
- Она меня не утомляет, Перл. Просто я хочу сыграть матч-реванш с мистером
Ричардсом после одержанной им
вчера победы, а сейчас для этого представился удобный случай.
Перл посмотрела ей в глаза, и Ровена поняла, что подруга напоминает ей о
том, что джентльмены не любят
проигрывать. Но на сей раз, извините, Ровена была обязана одержать победу. Ведь
на карту было поставлено будущее
Нельсона. Она стойко выдержала взгляд Перл, и та, в конце концов, отвела глаза,
едва заметно пожав плечами.
- Ладно, - сказала она. - Но поверь, что когда-нибудь твое стремление
побеждать до добра не доведет.
Перл ушла, чтобы дать указания слуге, а Ровена сосредоточила внимание на
доверху наполненной тарелке.
Ноуэл, однако, не пожелал оставить слова Перл без внимания.
- Я никогда не считал стремление одерживать победу недостатком. А вы,
мистер Ричардс?
- У мужчины, разумеется, не считаю. Но в характере женщины эта черта
встречается значительно реже, и она,
возможно, не столь полезна для той роли, которая обычно отводится женщине в
нашем обществе.
- Вы так думаете, сэр? - спросила Ровена. - За те несколько дней, что я
пребываю в обществе, я не раз замечала
стремление одержать победу у женщин, правда, они скорее боролись за внимание или
статус, чем стремились одержать
победу в играх или войне.
- Вы хотите сказать, что они стремятся заполучить мужей, которые обеспечат
им определенный статус,
защищенность и уважение общества. Но после замужества им больше не за что
бороться. Так и должно быть.
- Позвольте не согласиться с вами, - сказал Ноуэл, предупредив реакцию
Ровены на нападки на женщин. - Леди
Хардвик, например, по-прежнему работает для того, чтобы облегчить участь
бедняков и угнетенных. И не одна она. Моя
сестра...
- Это едва ли типичные примеры, - сказал мистер Ричардс. - Леди Хардвик
замужем за одним из самых богатых
людей Англии, а ваша сестра, леди Вандовер, скоро станет герцогиней Викбурнской.
От женщин, занимающих такое
положение, можно ожидать большего.
Ровена хотела было сказать о достижениях женщин не столь высокого
положения и даже простолюдинок, которые
открывали приюты и больницы, но слова мистера Ричардса ее остановили. Сестра
Ноуэла Пакстона скоро станет
герцогиней? Почему он никогда не говорил ей об этом?
Она с упреком взглянула на него. Пакстон печально улыбнулся и пожал
плечами, потом повернулся к Ричардсу и стал
приводить ему новые примеры того, как женщины достигали благородных целей
независимо от их положения в обществе.
Собравшись с мыслями, Ровена вновь прислушалась к разговору. Лестер
Ричардс во плоти оказался несколько иным,
чем она ожидала. Он явно считал женщин существами низшего порядка, к тому же
играл по крупному и вынуждал Нельсона
добыть информацию из министерства внутренних дел, что казалось если не
предательством, то весьма грязным делом.
Может быть, она ошиблась, считая его Святым из Севен-Дайалса? Но нет, он
почти, что признался в этом, когда она
поблагодарила его за возвращение драгоценностей.
А Ноуэл Пакстон? Он насмехайся над взглядами, которые она отстаивала, в
том числе и в своих очерках под
псевдонимом Мистер Р., и ставил своей целью положить конец благородной
деятельности Святого. Но сейчас он очень
убедительно подтверждал большой вклад женщин, к тому же не раз восхищался ее
собственными способностями. Не говоря
уже о его чисто физической привлекательности.
Неужели она так легкомысленна, что позволяет чувствам влиять на свое
представление об этих двух людях? Правда,
Ноуэл Пакстон по своим физическим качествам в большей степени соответствует
образу героя, чем мистер Ричардс, но ведь
не следует судить о человеке по внешним данным.
А может, следует?
- Начинается второе отделение концерта, - сказала она, обращаясь к
мужчинам, чтобы отвлечься от размышлений и
положить конец разгоревшемуся спору.
Певица и ее аккомпаниатор были настоящими виртуозами, и Ровене удалось на
некоторое время, забыв обо всем,
сосредоточиться на музыке. Как только выступление закончилось, она, извинившись,
направилась в комнату отдыха для
леди, чувствуя, что ей настоятельно требуется короткая передышка от общества
обоих джентльменов.
Леди в дамской комнате оживленно разговаривали о Святом из Севен-Дайалса и
его последнем дерзком подвиге.
-...прямо из спальни, когда она спала, представляете? - говорила мисс
Огаста Мелкc.
- Случись это в моей спальне, я бы пригласила его остаться, - хихикнув,
заявила мисс Стактон. - Не подумайте
чего-нибудь лишнего. Просто для того, чтобы узнать, кто же он, этот Святой, на
самом деле?
Ровена подумала, что уже никогда, видимо, не сможет носить драгоценности
своей матери, по крайней мере, на
публике. Ведь тем самым она рекламировала бы свою связь со Святым. Ах, как все
усложнилось!
Возвращаясь к паре своих добровольных сопровождающих, она заметила, что в
алькове уже разложили шахматную
доску. Мистер Ричардс тоже это заметил и, как только она появилась, жестом
указал в ту сторону.
- Да. Давайте играть, - сразу же согласилась она.
Она возлагала на эту игру большие надежды, но очень хотела, чтобы все
поскорее закончилось. Тогда, по крайней
мере, у нее будет одной проблемой меньше, и она сможет заняться распутыванием
сложного клубка собственных эмоций.
Глава 14
Лестер Ричардс, тщательно скрывая свое нетерпение, последовал за мисс
Риверстоун в альков. Он уже навел кое-какие
справки и убедился, что она действительно в состоянии уплатить сумму, вдвое
превышающую долг брата. Получить тысячу
фунтов ему было почти так же важно, как и информацию, которую он был намерен
вытянуть из сэра Нельсона.
С такими деньгами он сумеет подкупить в министерстве внутренних дел
чиновника рангом пониже, который с
большой готовностью будет снабжать его нужной информацией. Деньги позволят ему
также организовать должным образом
запланированное на следующую неделю собрание решающего характера, в результате
которого будет, наконец, приведен в
действие механизм свержения в Англии власти этой проклятой аристократии.
Ведь Лестер Ричардс был республиканцем в полном смысле этого слова. Еще
четырнадцатилетним парнишкой он с
энтузиазмом встретил Французскую революцию, впервые услышав о ней от своей
матери-француженки, которую аристократотец
сослал в суровый Камберленд. Он считал, что приемлемы любые, даже
чрезвычайные меры, лишь бы они привели к
свободе и равенству для всех.
Позднее он активно противился восшествию на трон короля Людовика XVIII.
Когда эта затея закончилась провалом,
то решился установить новый порядок здесь, в родной Англии. И в настоящее время
считал наилучшим средством
достижения этой цели движение спенсианских радикалов.
Поэтому он внедрился в их среду и стал кем-то вроде неофициального лидера,
одновременно уничтожая все улики и
свидетелей, которые могли бы помочь узнать в нем Черного Епископа, одного из
самых преданных и активных сторонников
Наполеона. Однако для обоих этих направлений деятельности ему были нужны
информация и деньги.
- Я снова играю белыми? - спросила мисс Риверстоун, подойдя к столу.
- Разумеется. - Ричардс подошел к той стороне доски, где были расставлены
черные фигуры.
Он не понимал, зачем эта глупая девчонка захотела сыграть с ним матчреванш,
да еще поставив на кон такую
крупную сумму. Она показалась ему довольно умной для женщины, так что должна
была понимать, что не имеет ни
малейших шансов выиграть. Может быть, она хотела таким образом внести свою лепту
в его дело, которое она, судя по
всему, поддерживает, не афишируя при этом своих симпатий?
Однако какими бы ни были ее побудительные мотивы, Ричардс был твердо
намерен заполучить ее деньги.
Мисс Риверстоун уселась на стул, который отодвинул для нее этот
возмутительный законник Пакстон. Он целый вечер
ходил за ними, как приклеенный, и Ричардсу казалось, что причина кроется не
только в его восхищении мисс Риверстоун.
Один из приспешников сообщил ему сегодня утром, что Пакстон что-то
вынюхивал в игровых домах и задавал о нем
какие-то вопросы. Судя по всему, он был знаком с Герейнтом, с которым Ричардс
разделался, когда тот стал проявлять
слишком большое любопытство. Придется, наверное, Пакстону последовать за своим
другом. Такая перспектива показалась
Ричардсу весьма заманчивой.
- Надеюсь, окружающая обстановка не будет так сильно отвлекать ваше
внимание, как в прошлый раз? - спросил
он, когда мисс Риверстоун сделала первый ход королевской пешкой.
- Уверена, что на сей раз мне удастся должным образом сосредоточиться на
игре.
Он заметил в выражении ее лица некоторую самоуверенность и вдруг
встревожился, вспомнив, что вчера они
оговорили условия игры без свидетелей. А что, если она, проиграв, будет
отрицать, что они сделали ставки? Именно поэтому,
наверное, она так спокойна.
- Может быть, нам еще раз повторить условия нашей игры? - спросил он,
прежде чем сделать первый ход. Пусть
даже Пакстон его враг, но он человек честный и уважаемый, поэтому вполне
подойдет для роли свидетеля.
- Условия? - Мисс Риверстоун явно испугалась и была недовольна.
- Двойная сумма долга вашего брата или полная аннуляция, - отчетливо
произнес Ричардс, с удовлетворением
заметив встревоженный взгляд, который девушка бросила на мистера Пакстона. -
Если вы выиграете, он мне ничего не
должен, но если проиграете, - долг увеличивается до тысячи фунтов.
Она сердито посмотрела на противника, а это, должно быть, означало, что он
был прав относительно ее намерений.
- Да, конечно, - сухо сказала Ровена. - Ваш ход, сэр.
Как он заметил, Пакстон, услышав о ставках, заинтересовался, но не
удивился. Его это даже позабавило. Ему,
несомненно, будет приятно наблюдать, как эту дурочку поставят на место.
Ричардс продвинул на две клетки свою королевскую пешку, и игра началась.
Через несколько ходов он подумал, что вчера, возможно, внимание мисс
Риверстоун действительно было чем-то
отвлечено. Сегодня она, несомненно, играла значительно лучше, а может быть,
сделанная ставка заставила ее
сосредоточиться? Но это, конечно, не имело никакого значения. Он взял слоном
одну из ее пешек.
Ровена нахмурила брови, потом, пробормотав "минутку", открыла свой
ридикюль, извлекла оттуда очки и водрузила
их на нос.
Ах-ха, значит, леди страдает близорукостью? Неудивительно, что раньше она
делала промахи. И все же это Ричардса
не встревожило. Возможно, очки придавали ей уверенности, но едва ли могли помочь
улучшить стратегию игры. Мисс
Риверстоун передвинула коня, поставив под угрозу его ферзя и слона. Настала его
очередь нахмурить лоб.
Десять минут спустя Ричардс, потрясенный, молча смотрел на доску. Она его
обыграла. Эта очкастая сучка обыграла
его менее чем за двадцать ходов!
- Мат! - сказала Ровена, хотя все было ясно без слов. - Мистер Пакстон, вы
были свидетелем нашего пари. Долг
моего брата аннулирован. Спасибо, мистер Ричардс.
Все еще не веря случившемуся, Ричардс взглянул на соперницу и увидел, что
она улыбается. У него появилось дикое
желание немедленно стереть с ее физиономии эту улыбку. Ему хотелось отказаться
от условий игры, но было поздно. Он сам
настоял на присутствии свидетеля.
- Разумеется, - буркнул Ричардс, вытаскивая из кармана долговые расписки
Нельсона. Он едва удержался, чтобы не
швырнуть их ей в лицо, но все же взял себя в руки и положил бумажки в центр
шахматной доски.
- Вот. Можете сообщить ему об этом сами. А я, прошу прощения, должен идти.
Он встал, раскланялся и быстро ушел, чтобы не выдать окружающим своего
состояния.
Как могло случиться, что девчонка обыграла его? Она его одурачила! Теперь
он понимал, что она умышленно
проиграла в прошлый раз. Он никогда бы не подумал, что женский умишко способен
вести игру такого уровня.
Очевидно, мисс Риверстоун была уродцем с мозгом мужчины и телом женщины.
Из-за нее он потерял не только
деньги, но и единственную возможность манипулировать ее братцем.
Раскланявшись с хозяевами, Ричардс взял свои шляпу и плащ и покинул
Хардвик-Холл. Нет, с этой мисс Риверстоун
надо что-то делать. Она слишком умна, и у нее, несомненно, доверительные
отношения с братом, а возможно, и с Пакстоном
тоже.
По-видимому, для того чтобы без помех осуществить свой план, придется
устранить не только Пакстона.
- Отличная работа! - заявил Ноуэл, как только Ричардс оказался за
пределами слышимости. - Только не говорите
мне, что вам не доставило удовольствия сбить спесь с этого типа и что вам всего
лишь нужно было вернуть деньги!
Ровена улыбнулась несколько глуповатой улыбкой:
- Признаюсь, что наглость этого человека позволила мне обыграть его без
малейших угрызений совести. Но... я не
хотела, чтобы кто-нибудь еще знал о безответственных поступках моего брата.
Значит, вот почему она явно расстроилась, когда Ричардс призвал Пакстона в
свидетели заключенного пари. Ноуэл, не
удержавшись, рассмеялся:
- Думаю, если бы Ричардс знал, как закончится партия, он предпочел бы
сохранить секрет сэра Нельсона.
- Неужели вы думаете, что он стал бы отрицать, будто были сделаны ставки?
- Она пристально взглянула на
Пакстона.
Ноуэл пожал плечами:
- Думаю, что он опасался, как бы этого не сделали вы. Только этим можно
объяснить то, что он повторил при
свидетеле условия игры.
- Какая мерзость! Но это всего лишь ваше предположение. Мы не можем знать
наверняка, что он действительно так
думал.
- Конечно же, не можем, - сказал Ноуэл, напомнив себе, что Ровена долгое
время была поклонницей Ричардса,
пусть даже ошибаясь в нем. Ее мнение не может измениться в мгновение ока. - Нет
желания сыграть еще одну партию?
- Я об этом не думала, но сыграю с удовольствием, если вы не возражаете.
- Не только не возражаю, но горю нетерпением, - заверил он, молча
расставил фигуры, развернув черные к себе. -
Так вам будет проще сравнивать мою игру с игрой Ричардса, - усмехнувшись,
пояснил он.
Ровена улыбнулась в ответ, по-видимому, полностью овладев собой.
- Не может быть никакого сравнения - и вы это знаете. Как бы я ни
восхищалась его взглядами, вы во сто крат
умнее его. - Она немного покраснела, и Ноуэл подумал, что интересно было бы
узнать, какие еще сравнения она делает.
Пряча улыбку, он сказал:
- Я очень рад, что вы так думаете. Она довольно долго с какой-то
неуверенностью смотрела на него, потом пошла
пешкой, открыв игру.
- С самого начала было ясно, что вы не жалуете мистера Ричардса, и теперь
я поняла, по какой причине.
- Вот как? - Пакстон тоже сделал ход пешкой. - Может быть, просветите
меня? Причин так много, что мне трудно
свести их к одной единственной.
Она взглянула ему прямо в глаза:
- Теперь, когда вы, несомненно, поняли, что мой брат не может быть Святым
из Севен-Дайалса, ваши подозрения
пали на мистера Ричардса. Уверяю вас, что и здесь вы ошибаетесь.
- Неужели? - спросил Ноуэл, даже не потрудившись скрыть, что разговор его
забавляет. - Почему вы так уверены?
- Он сказал мне, где был прошлой ночью, и это не имеет никак
...Закладка в соц.сетях
