Жанр: Любовные романы
Ослепление
..., где он прячет мальчишку.
- Хотелось бы, чтобы он проделал это более ловко, чем я, - нахмурилась Андреа, -
ведь я уже пыталась это выяснить. Ральф заметил мою слежку, и мне показалось, что он был
готов от злости придушить меня. Он предупредил меня никогда не пытаться следить за ним,
иначе за это поплатится Стиви.
Я надеюсь, ваш агент проявил предельную осторожность.
- Боюсь, он не был достаточно осторожен, Андреа, - со вздохом произнес Кен. -
Полиция обнаружила тело Корбина в тот же день после полудня. У него было перерезано
горло.
Трое друзей дружно охнули от ужасной новости.
- Ах, Боже милостивый! - тревожно воскликнула Андреа. - Неужели Ральф... неужели
он...
- В свете того, что мы пока знаем, мы не можем с уверенностью назвать Ральфа
убийцей, - закончил за нее Кен. - Вполне могло случиться и так, что Корбина убил кто-то
другой, ведь тот конец города кишмя кишит всякой подозрительной публикой.
- Мне ужасно жаль вашего агента, - заверил Брент. - Мы вовсе не хотели подвергать
опасности кого-то еще. Честно говоря, я до сегодняшнего дня не мог заставить себя
поверить, что спасение Стиви окажется таким непростым и опасным предприятием, хотя
Андреа неоднократно пыталась меня убедить в обратном.
- Бедняге по крайней мере удалось хоть что-то выяснить, прежде чем он погиб? -
нерешительно поинтересовалась Мэдди.
- Если и удалось, он не успел ничего сообщить мне.
Тихонько выругавшись, Брент заметил:
- Нам нужно немедленно что-то предпринять, пока Маттон не успел напакостить
ребенку.
- Если только он уже не сделал этого, - со страхом прошептала Андреа.
- Давайте молиться о лучшем, а готовиться к худшему, - мудро предложила Мэдди.
- По-моему, наиболее логичным шагом будет попытка Андреа связаться с Маттоном
обычным способом, через отель, - сказал Брент, возвращаясь к основной теме их совещания.
- Да, - поддержал его Кен и продолжил: - Вы напишете ему записку, Андреа, и
скажете, что собрали остальную часть выкупа, но опасаетесь оставлять такую кучу вещей
неизвестно кому в отеле. Напишите, что хотите увидеться с ним лично, где-нибудь в людном
месте, чтобы произвести обмен.
- Где же это? - встревоженно в один голос воскликнули Андреа и Брент.
- Предложите ему самому назначить место и время, только чтобы это не оказался
какой-то глухой переулок темной ночью, - посоветовал Кен. - Если этот малый
действительно повинен в гибели Корбина, он станет теперь чрезвычайно подозрительным.
- Особенно если ты попытаешься что-то требовать от него, - предупредил Брент. - Мы
должны по возможности дольше сохранять его в неведении об истинном положении дел и не
возбуждать его беспокойства.
- Если нам повезет, мы получим возможность окружить указанное им место
вооруженными агентами, которые будут одеты соответствующим образом и не станут
бросаться в глаза, - кивнул Кен.
- Ты полагаешь, это возможно? - ехидно осведомился Брент. - Тот же Дженкинс
никого не сумел обмануть своим видом в Филадельфии. Даже Мэдди мгновенно распознала
в нем детектива. И наверняка точно так же выглядел несчастный Корбин.
- Гораздо проще смешаться с уличной толпой, - упрямо настаивал на своем Кен. -
Нарядиться бизнесменом. Рабочим. Торговцем. Именно поэтому встреча среди уличной
суеты более приемлема.
- И гораздо более убедительно для суда присяжных, если в момент ареста при нем
обнаружат украденные вещи, - добавил Брент. - Тогда его наверняка обвинят в
совершенных кражах вместо Андреа.
- Да, тогда вся вина ляжет на него, - подтвердил Кен.
- Но ведь Ральф обязательно станет обвинять в кражах меня, - напомнила Андреа.
- Ну и пусть обвиняет себе на здоровье, - с лукавой улыбкой успокоил ее Брент. - Как
адвокат, могу сказать тебе со всей уверенностью, что, если он будет задержан с поличным,
следователи мало будут обращать внимания на его заявления.
- Во всяком случае, кое-какие вещицы из тех, что вы уже успели вернуть, пришлись бы
как нельзя кстати, чтобы всучить их Маттону, - заключил Кен. - Ведь, хотя деньги не
пахнут, у вас были легко опознаваемые драгоценности. Можете мне поверить, полиция будет
в восторге, если ей удастся списать целую серию преступлений на одного преступника: и
взломы, и кражи, и даже, возможно, убийство. Так что Ральфу Маттону не удастся выйти
из-за решетки до конца своих дней.
- Но ведь половину своих краж я совершила в Филадельфии, а Ральф все это время
оставался в Вашингтоне, - заметила Андреа. - К тому же, похищенное отправлено
владельцам. Если мы собираемся все приписать Ральфу, не покажется ли смешным то, что он
пытался добровольно расстаться с украденным?
- Ничего страшного! - отмел ее опасения Брент, уверенно взмахнув рукой. - Разве
кто-то заставляет нас обвинять его в обеих сериях краж сразу? Да тот же Кен подтвердит, что
в мире часто случаются странные совпадения, особенно в мире преступном. И я сам могу
назвать массу случаев, когда независимые друг от друга преступления казались на первый
взгляд связанными между собой и даже совершенными одним лицом. К тому же встречаются
и такие хитрецы, которые намеренно стараются повторить чей-то чужой почерк при
совершении преступлений, чтобы ввести в заблуждение полицию и не попасть в
подозреваемые.
- Многие сыщики говорят, что имитация чужого почерка - самая простая маскировка, -
добавила Мэдди. - Значит, вы с помощью этой теории хотите объяснить кражи, имевшие
место в Филадельфии?
- Я определенно смогу сделать именно так, - согласился Кен. - Хотя, к сожалению,
пока наши плацы построены на песке, ведь у нас нет на руках ни одной украденной вещи,
чтобы всучить ее Ральфу Маттону в качестве выкупа. Кстати, ты уже перевел свои деньги в
Вашингтон, Брент?
- Да, завтра утром я смогу снять их со счета в банке.
- У меня есть кое-какие вещицы, которые вы можете использовать для этой цели, -
великодушно предложила Мэдди. - К тому же, как однажды правильно заметил Брент, это
выглядит весьма странно: только Андреа и я из всех наших друзей не подверглись кражам.
Похоже, что пришло и мое время быть обокраденной. Да и Андреа могла бы что-то добавить
от себя, хотя это, конечно, очень неприятно.
- Я высоко ценю ваше великодушие, - покачал головой Кен, - но это не совсем то, что
я имел в виду. Такой поступок своим следствием в глазах посторонних будет лишь поводом
для того, чтобы теснее связать наши персоны с личностью Маттона, а это весьма
нежелательно.
- Да, - поддержал его Брент, - пожалуй, это не самый мудрый шаг, который мы могли
бы предпринять.
- Я долго колебался, прежде чем предложить вам свой план, - обратился Кен к
Андреа. - По чести говоря, мне самому не по душе возникшая у меня идея. Но нас бы
здорово выручило, если бы мы отважились похитить пару-тройку вещей у каких-нибудь
зазевавшихся простофиль в людном месте поблизости от того района, где ошивается Маттон.
Только таким путем у нас появятся опознаваемые вещи - кроме основной суммы выкупа, -
чтобы приписать их кражу Ральфу.
- Очнись, парень! - с возмущением набросился на старого друга Брент. - Ты что,
потерял последние остатки мозгов?! А если ее схватят?
- Я знаю, что это рискованный шаг, но в данный момент могу предложить лишь такой
выход из положения, Брент, дружище. Ведь, как только украденные вещи будут опознаны их
владельцами, наше дело окажется в шляпе. Одни деньги не сработают. Шантаж, выкуп не
пришьешь к делу в качестве улики, удостоверяющей участие Ральфа в кражах
драгоценностей.
- Не надо так бояться, Брент, - успокаивающе похлопала мужа по руке Андреа. - Я, к
сожалению, сподобилась достичь немалого мастерства в похищении всяких побрякушек. И
смогу провернуть все наилучшим образом, так что комар носу не подточит. Ну подумай,
всего несколько безделушек там и сям - и все!
- Нет! Я запрещаю тебе!
- Но ведь здесь в основном обсуждается моя участь, Брент Синклер, - возразила
Андреа, милая улыбка которой стала почему-то больше напоминать оскал. - Я вовсе не
желаю прожить весь остаток жизни, трясясь от страха, что кто-то все же сумеет разоблачить
мои прошлые грехи. Нет, я хочу покончить с этим раз и навсегда, так или иначе. И если
похищение нескольких несчастных побрякушек поможет нам устроить ловушку для Маттона
и навсегда избавиться от его угроз в отношении Стиви - что ж, я пойду на это с радостью.
И она храбро посмотрела Бренту в глаза, тогда как их друзья, затаив дыхание, ждали,
чем закончится этот поединок взглядов. К удивлению Кена, Брент не выдержал первым.
- Ну что ж, моя милая воровка. Отправляйтесь в еще одну, но краткую эскападу. И
учтите, что я буду следить за каждым вашим шагом на этом пути. Вам не удастся
отправиться на промысел одной.
- Я не соглашусь на это, дорогой, - упорствовала Андреа, смягчая резкость ответа
обаятельной улыбкой. - Я ни за что не прощу себе, если ты из-за меня окажешься
замешанным в воровские делишки. Ведь у тебя нет должной подготовки: одна небольшая
ошибка - и нас обоих схватят. Представь, что случится после этого с твоей бедной
матушкой.
- Боже упаси! - вскричал Кен, вздрагивая от неподдельного испуга. - Я только что
представил, как многочисленное семейство Синклеров гонится за мной, угрожая расправой!
Благодарю вас за столь поучительную предусмотрительность, Андреа!
- А я-то думал, что риск Для тебя - привычное дело, - с мрачным юмором заметил
Брент.
- Риск - да, но вовсе не адские видения, - парировал Кен.
В соответствии с составленным мужчинами планом, Андреа оставила для Ральф
весточку у портье в "Гарден Отеле" на следующий же день. Во время небольшой прогулки
по городу она успешно собрала небольшую коллекцию чужих украшений, которые
"позаимствовала" с помощью кусачек у многочисленных прохожих на улице. Беспокоясь о
ее безопасности, Брент сопровождал ее во время всей экспедиции, наблюдая издали за ее
перемещениями. Как и в прошлый раз, он был неприятно удивлен и подавлен проявленной
ею при этом несомненной искусностью. Его единственным утешением было то, что все
похищенные Андреа предметы вскоре должны были вернуться к своим истинным
владельцам, ведь, как только Ральфа арестуют, в газете будет дано объявление о том, что
потерявшие свои вещи господа могут явиться для их опознания.
Теперь, когда первый шаг в игре был сделан, им оставалось только ждать реакции
Ральфа. Все чувствовали ужасное напряжение, и Брент снова начал было мотаться по
комнате, пока Андреа с Мэдди чуть ли не силой усадили его на стул. Именно во время своих
нервических метаний Брент наткнулся на бронзовую маленькую фигурку, стоявшую на
полке в старой комнате Андреа, которую они отныне занимали вдвоем.
Дамы в этот момент находились в главной гостиной, стараясь отвлечься от
беспокойных мыслей с помощью шитья, когда к ним со страшным шумом спустился Брент.
Ворвавшись в гостиную, он сунул фигурку Андреа под нос и грозно спросил, не сводя с не
подозрительного взгляда:
- Это, случайно, не твоя ли вещица, дорогая?
- Не совсем, - ответила Андреа с недовольной гримаской, неловко поежившись на
отчаянно заскрипевшем кресле.
- Значит, я могу предположить, что она принадлежит Мэдди, - не унимался он.
- Нет, - покачала головой Мэдди, - хотя она выглядит уж очень знакомой. Я уверена,
что видела этого уродца раньше.
- Андреа, - глубоко вздохнув, начал Брент, - ты ведь не станешь отрицать, что именно
эта статуэтка числится украденной из Президентского дворца?
- Я не собиралась укрывать ее, чтобы оставить себе, Брент, - упрямо качнув головой,
возразила Андреа и прикусила от досады нижнюю губу, - это произошло случайно.
- Ну как, скажи на милость, у тебя до сих пор все выходит вот так - случайно?! -
нетерпеливо спросил он. - Да будь оно все проклято, Андреа! Всякий раз, как я начинаю
думать, что мы начинаем освобождаться от этой проклятой истории, что-то случается, и
снова все как было!
- Я виновата, прости. Я совершенно позабыла про эту богомерзкую статуэтку! Я была
внизу, в библиотеке Президентского дворца, и как раз разглядывала ее, держа в руке, как
вдруг неожиданно туда вошел один из гостей. Он так напугал меня, что я машинально
сунула фигурку в карман платья и вспомнила про нее лишь тогда, когда покинула дворец. А
потом, когда я попыталась всучить Ральфу среди других вещей, он вернул ее мне и
предупредил, чтобы я не подсовывала впредь подобных ерундовин. Не зная, что же еще с
нею делать, я оставила ее у себя и поставила на полку в моей комнате.
- Это действительно не такая уж ценная вещь, - сказал Брент, - но Кен несколько
недель назад сообщил мне, что одной из самых заметных пропаж стала какая-то статуэтка из
президентской коллекции, хранившейся во дворце десятилетиями.
Андреа застонала в отчаянии.
- Значит, это не принадлежит Лиссу и Джулии? - мило улыбнулась Мэдди. - Как
славно, что я не ошиблась в их вкусе.
- Нет. Считают, что коллекция была преподнесена в дар каким-то иностранным
посланником в честь какого-то праздника, хотя, похоже, никто не смог бы сказать в
точности, которому из наших президентов. А он великодушно оставил ее во дворце, когда
выезжал из него.
- Находчивый господин, - пробормотала Андреа.
- Это к делу не относится. Факт тот, что ты посягнула на достояние нации, и ее
необходимо вернуть. Мне кажется, лучше всего будет послать ее по почте анонимно, как ты
поступала прежде, и уповать на то, что статуэтка не затеряется в пути.
- Ах, ну к чему все эти ухищрения? - возразила Мэдди. - Просто я напишу Лиссу и
Джулии, что только что вернулась с выставки с массой впечатлений и что она просто обязана
пригласить меня на чай. Конечно, я как всегда возьму с собой Андреа, и она сама сможет
вернуть статуэтку на место. Вы, кстати, тоже можете присоединиться к нам, если пожелаете,
Брент.
- По-вашему, все выходит так просто! - покачал головой Брент. - Письмо,
приглашение, и вот вы уже пьете чай с супругой президента? Боже милостивый! Мне с
трудом в это верится!
- И напрасно, мой мальчик, - заверила Мэдди, небрежно взмахнув рукой. - Я дружу с
ними уже целую вечность. С трудом верится в то, что кто-то из них вдруг попытался бы
отказать мне. И именно поэтому я в свое время собиралась попросить Лисса вмешаться и
помочь Андреа. Однако теперь, в свете ее попытки обокрасть его резиденцию, будет
неразумно вмешивать его в это дело, и мою превосходную идею придется оставить.
В точности как и предсказала Мэдди, их всех пригласили на чай в Президентский
дворец на следующий же день. После того как Брент забраковал добрую дюжину галстуков и
теперь нервически пытался как следует завязать тот, что все-таки выбрал, Андреа решила,
что ее вообще-то невозмутимый супруг откровенно нервничает перед предстоящим визитом.
- Тебе совершенно не из-за чего так беспокоиться, Брент, - уверяла она. - Я абсолютно
уверена, что никто не заметит, как я буду ставить фигурку на место, а что до президента с
супругой - ты сам убедишься, что они ужасно милые люди.
- Не сомневаюсь, что именно так оно и есть, - отвечал Брент, в десятый раз пытаясь
завязать ровный узел. - Однако, в отличие от вас с Мэдди, для меня это не совсем обычный
визит, и я не могу не волноваться. Конечно, как президент Улисс Грант потерпел, мягко
говоря, фиаско, а его команда превратилась в банду жулья, но как генерал этот человек был
выше всяческих похвал. Так что теперь ты должна понять, что, с одной стороны, я
преклоняюсь перед этим человеком, а с другой - не могу не видеть недостатков. О, если бы
ему удавалось так же жестко контролировать действия конгресса, как он когда-то
контролировал действия своих полков. Ну а кроме всего прочего, я вдруг понял, что не могу
придумать, о чем я смог бы беседовать с таким человеком, как он.
- Просто спроси его, так, между прочим, чем бы он хотел заниматься в ближайшем
будущем, - предложила она. - Ведь ни для кого не секрет, что лидером республиканцев стал
мистер Хейс, который и будет главным противником мистера Тильдена на следующих
выборах. Президенту Гранту в скором времени предстоит оставить свой пост, и, похоже, он
сделает это без сожаления. Джулия, наверное, уже начала потихоньку упаковывать их
личные вещи.
- Пожалуй, это мысль, - задумчиво ответил Брент. - К тому же, если она действительно
укладывается и во дворце царит суматоха, вряд ли кому-нибудь покажется странным, что
пропавшая статуэтка вдруг появится на своем месте через несколько недель.
Он отступил назад, чтобы получше разглядеть в зеркале завязанный им узел, и с
отвращением выругался. Андреа решила сжалиться над ним, и после нескольких ловких
движений узел получился идеально ровным.
- Вперед, на выход! - воскликнул он, легонько подтолкнув ее к двери.
- Улыбайся почаще! - попросила она, встав на цыпочки и целуя его в губы. - Тебе
совсем не идет эта твоя мрачная гримаса, а ведь тебе хочется произвести наилучшее
впечатление. Помня об этом, я не поленюсь пройти вперед, чтобы самой представить моего
неотразимого супруга сливкам вашингтонского общества. Все дамы позеленеют от зависти.
Прожив почти восемь лет в роли Первой леди огромной страны, Джулия Грант,
бесспорно, превратилась в идеальную хозяйку. Быстро взяв в свои руки беседу, она
непринужденно сумела перевести разговор из области политики в обсуждение чудес,
показанных на выставке, а потом к свадьбе Андреа.
На приеме оказалось довольно много гостей - и в их числе Люсиль и Харольд
Хаффман - и Фредди Ньютон. Андреа достаточно было бросить в их сторону всего один
взгляд, чтобы залиться краской. И Брент, увы, тут же заметил ее реакцию. На его
вопросительный взгляд она лишь покачала головой.
- Потом, - шепнула она, молясь про себя о том, чтобы он позабыл об этом случае.
Однако дела пошли еще хуже, так как Люсиль немедленно заинтересовалась Брентом.
Стоило Харо-льду на секунду отвернуться, и Люсиль с полным бесстыдством начинала
флиртовать с Брентом, посылая ему взоры один страстнее другого.
Уяснив, что по профессии он адвокат, она кокетливо приспустила ресницы и
промурлыкала:
- Ах, я просто обожаю адвокатов! Они такие остроумные! И такие находчивые! Ведь
вы тоже, наверное, проявляете искусство во всем, за что беретесь, мистер Синклер?
- Стараюсь, - коротко отвечал Брент, не намереваясь вдаваться в подробности. Андреа
замерла подле него в напряженном молчании.
- Я знаю, что это опасная неосторожность с моей стороны, - продолжала Люсиль
минутой или двумя позднее, - но я не могу не сказать о том, что ваши глаза завораживают
меня, Брент. Они такие золотые и такие... кошачьи! - и она жеманно передернула плечами,
что, по мнению сей дамы, должно было заинтриговать Брента.
- Остерегитесь, Люсиль, - сказала Андреа холодно. - Постарайтесь, если сможете,
вспомнить стишок про девицу, что каталась на львице. Ведь улыбка осталась на морде у
львицы!
- Ах, но я без ума от всех зверей, - продолжала заливаться соловьем Люсиль. - И чем
зверь более дикий, тем в больший восторг он меня приводит.
Хотя Брент, надо отдать ему должное, старался по мере сил игнорировать Люсиль,
насколько позволяли приличия, Андреа была в ярости. Фредди почувствовав, что им
пренебрегают, и в утешение развернул собственную кампанию по ухаживанию за Андреа.
Стараясь разрядить ситуацию и предупредить возможный скандал, Мэдди
безапелляционно заявила, что Брент желает осмотреть дворец, поскольку попал сюда
впервые. По достоинству оценив вмешательство подруги, Джулия с готовностью
согласилась, однако не решилась оставить без присмотра остальных гостей и попросила
Андреа выполнить за нее роль гида.
- Ведь вас не затруднит это, дорогая? Единственное, за что я умоляю меня извинить, -
это страшный беспорядок, ведь мы занимаемся укладкой вещей. И когда вы доберетесь до
кабинета Лисса, будьте так добры - напомните ему, чтобы он поспешил присоединиться к
нам, как только покончит со своими бесконечными обязанностями! Он обещал мне это.
Когда же Люсиль сунулась было сопровождать их, Джулия, искусно отвергла ее
предложение:
- Ах, но ведь я жду от тебя полный отчет о том, как ты изменила интерьер своего
чудесного дома. И вы, Фредди, должны помогать ей, ведь, насколько мне известно, именно
вас пригласили в качестве основного консультанта, учитывая ваш художественный вкус.
Андреа с Брентом поспешили удалиться, прямиком направившись в маленькую
библиотеку, расположенную как раз под залой, в которой происходило чаепитие. Войдя
внутрь, Андреа торопливо извлекла из кармана маленькую фигурку и поставила ее в темный
угол самой дальней книжной полки. Оба с облегчением перевели дух.
- Давай-ка поскорее уберемся отсюда, пока не явился кто-то еще, - сказала Андреа. - Я
совершенно не желаю, чтобы меня обнаружили где-то поблизости от этой злополучной
фигурки.
- Не так быстро, моя румяная прелесть, - возразил Брент, взяв ее за локоть и повернув
к себе лицом. - Прежде соизволь мне объяснить, что происходит между тобой и этим
имбецильным Фредди. Стоило тебе заметить его, и ты покраснела аж до корней волос.
- Между нами нет ничего, Брент. Совершенно ничего.
- Но если это так, то как объяснить твое волнение? Похоже, он имеет на тебя какое-то
влияние? - недоверчиво продолжал свой допрос Брент. - Сознавайся во всем, Андреа. Я хочу
услышать правду. Всю до конца.
- Я... ух... ух, да пропади ты пропадом! Если тебе непременно хочется об этом знать,
то я была вынуждена укрыться под кроватью там, наверху, в "покоях Джефферсона", пока
он и его ненаглядная Люсиль на той же кровати занимались любовью однажды вечером.
Поверь мне, это был один из самых ужасных моментов в моей жизни, и мне противно даже
вспоминать о нем! Мне остается лишь благодарить судьбу за то, что они не заметили меня.
- Не хочешь ли ты сказать, что пряталась там и все слышала? - изумленно воззрился на
нее Брент.
- И даже хуже того. Я случайно увидала их обоих - когда они были вместе!
- Святые угодники! - не выдержал Брент. - Так ты видела их... их...
- В чем мать родила? - неохотно закончила фразу она. - Да. И это был довольно
неожиданный опыт, между прочим! Я тогда впервые увидала голого взрослого мужчину.
Он так и не сводил с нее взгляда, совершенно ошеломленный. Наконец, снова обретя
дар речи, разразился гневной отповедью:
- Ну, моя милая, я даже не знаю, как мне реагировать на это. Мало того, что ты
огорошила меня, сообщив, что видела обнаженным постороннего мужчину, - ты еще
уверяешь, что тебе хватило наглости подглядывать, как он занимался любовью с другой
леди!
- Мне не посчастливилось лицезреть сам акт, Брент, хотя слышала я действительно
более чем достаточно, - презрительно фыркнула Андреа. - И Люсиль вовсе не леди. В ее
словаре нет места славу верность. Учти, кстати, если она и дальше будет так пожирать тебя
взглядом, то боюсь, что не смогу подавить в себе желания вцепиться ей в волосы.
- Ну, на данный момент, узнав то, что ты только что сообщила мне, я бы не очень-то
доверял и Фредди, - хмуро возразил Брент.
- Если тебя это утешит, - отвечала Андреа, неожиданно улыбнувшись и лаская его
взглядом фиалковых глаз, - я могу со всей ответственностью заявить, что ты сложен во сто
крат лучше, чем Фредди. По сравнению с тобой этот бедняга просто пузатый хорек.
ГЛАВА 22
Вернувшись в тот вечер к Мэдди домой, Андреа извлекла из сумочки ожерелье из
сапфиров и бриллиантов и вызывающе помахала им перед носом у Брента.
- Тебе, случайно, не знакома эта вещица, дорогой? - издевательски передразнила его
она.
- Андреа! - ошеломленно пробормотал он. - Неужели ты...
- Ох, Андреа, - взвизгнула Мэдди, заламывая руки. - Люсиль обожает свое ожерелье!
Да она же устроит страшный скандал, когда обнаружит его пропажу!
- И это будет ей достойным воздаянием за то, что она посмела так нагло флиртовать с
Брентом! - заявила Андреа. - И к тому же, если все пойдет по плану, она вскоре получит его
назад. После того, как Ральфа арестуют с этой штучкой в кармане.
- Тогда изволь объяснить, как тебе удастся приписать эту кражу Маттону, коль скоро
миссис Хаффман с точностью до часа сможет назвать время пропажи. Я более чем уверен,
что ей хватит ума связать кражу ожерелья с визитом во дворец, а уж туда-то Ральф Маттон
вряд ли совал свой нос.
- Я позаботилась об этом, дорогой. Ведь, если быть точной, я сняла ожерелье в ту
самую минуту, когда Люсиль усаживалась в экипаж и настоятельно потребовала обнять нас
на прощанье - лишь с той целью, чтобы иметь возможность облапить моего мужа. А перед
этим я случайно услышала, что они с Харольдом и добрым старым Фредди намерены
прошвырнуться по магазинам, потом отправиться обедать, а потом поехать в театр. И когда
она заметит, что ожерелья нет у нее на шее, ей придется обшарить пол-Вашингтона в его
поисках, и уж наверняка она побывает и в тех местах, куда преспокойно мог заявиться и
Ральф.
- И все равно ты не имела права так рисковать, - возмущался Брент.
- Твой друг от Пинкертона сам посоветовал мне поднабрать побольше побрякушек, -
пожала она плечами с восхитительной безмятежностью. - И я не могла упустить такую
великолепную возможность, да к тому же наказать эту шлюху за то, что она вешалась на
тебя весь вечер. Если бы я не отвела душу, сняв у нее ожерелье, боюсь, что все же вцепилась
бы ей в физиономию - и ужасно скандализовала бы Джулию, а этого мне хотелось бы
меньше всего!
Наконец после ожидания, показавшегося им бесконечным, когда Андреа уже была
близка к истерике, они получили долгожданное известие. Ральф прислал его в четверг с
каким-то уличным бродяжкой, который уверял, что знать не знает того типа, что дал ему
записку.
Послание было кратким и содержательным, но при этом абсолютно непонятным
постороннему лицу - на случай, если попадет в чужие руки. Оно гласило:
"Суббота. Ровно двенадцать дня. Центральный рынок, что у парка. Придешь одна. С
добром. Не опоздай.
Р".
- Ах, Брент! - всхлипнула Андреа, прочтя записку. - Еще два дня ждать! За что он
мучает меня? И Стиви? Я ведь знаю, что ему не терпится сбыть поскорее мальчика с рук, так
почему же он тянет время? Неужели он почувствовал, что мы готовим ему ловушку? А что,
если он уже сотвор
...Закладка в соц.сетях
