Жанр: Любовные романы
Мертв как гвоздь
...о хочу предупредить.
Внезапно мне стало понятно, почему Тара настаивала на том, чтобы я не
бродила по дому — в одной из комнат спал вампир. Может, Франклин Мотт, а
может, Микки. Я же решила последовать совету Эрика и не связываться с новым
приятелем Тары. Лишь старые вампиры могли выйти из спячки до заката солнца,
но мне все равно не очень-то хотелось шататься по дому, в котором мирно
посапывал вампир.
— Ладно, я все поняла, — выпалила я. При одной мысли о том, что
мне придется остаться с Микки наедине, меня бросило в дрожь. Я сразу
сникла. — Туда и обратно. — Поскольку время поджимало, я прыгнула
в машину и поехала в город. Дом Тары располагался в обычном, ничем не
примечательном районе. Я не переставала удивляться, как подруге удалось
превратить хибару, где прошло ее детство, в уютное жилище.
Некоторым людям вообще стоит запретить заводить детей; а уж если случилось
такое несчастье, и ребенок все-таки появился на свет, его немедленно следует
забирать от нерадивых родителей. Но в нашей стране, как и в любой другой,
такого закона нет — и, слава богу. Но я не раз жалела, что родители Тары,
законченные алкоголики и омерзительные, создания, не умерли несколькими
годами раньше (когда я их вспоминаю, тут же забываю, что я добрая
католичка). Я помню, как Мирна Торнтон ворвалась к нам и стала искать Тару.
На бабушку она не обращала никакого внимания. В итоге бабуле пришлось
вызвать шерифа, который и выволок Мирну на улицу. Тара все это время
пряталась в лесу за нашим домом. Слава богу, она вовремя заметила свою мать
и успела выбежать через заднюю дверь. Нам с Тарой было тогда по тринадцать
лет.
Я до сих пор помню выражение лица бабушки во время разговора с шерифом.
Мирна Торнтон в наручниках сидела на заднем сидении патрульной машины и
орала благим матом.
— Я бы с удовольствием утопил ее в реке по пути в город, —
вздохнул полицейский. Его имени я не помню, но слова произвели на меня
огромное впечатление. Осознав значение сказанного, я поняла, что жителям
известно, как туго приходится Таре и ее братьям. Некоторые горожане обладали
властью. Если они все знали, то почему же бездействовали?
Теперь-то я понимаю, что все не так-то просто; но мне по-прежнему кажется —
детишки семейства Торнтон не возражали бы, если их папу и маму лишили
родительских прав.
По крайней мере, у Тары теперь есть маленький уютный домик с кучей
новомодной техники, шкаф, забитый дорогими тряпками, и богатенький ухажер. И
все же я испытывала беспокойство: Тара явно чего-то не договаривала. Но
подозревать ее в чем-то я пока не могла.
Помня о том, что она мне говорила, я прошла через до блеска вылизанную
кухню, повернула направо и, миновав гостиную, очутилась перед спальней.
Видимо, утром Тара кровать заправить не успела. Не удержавшись, я поправила
простыни. Может, я, таким образом, хоть как-то хотела отблагодарить подругу;
а вот Тара, наверное, истолкует мои действия превратно, но я просто не могла
взять и вновь устроить беспорядок.
Я открыла шкаф-купе. И сразу нашла то, что мне нужно. В центре на вешалке
висел вязаный костюм: черный пиджак с нежно-розовой оторочкой на лацканах и
плиссированная юбка. Под пиджак следовало надеть розовый топ, который лежал
в нижнем ящике шкафа. Юбку Тара немного укоротила. Квитанция из ателье была
прикреплена к пакету, в котором находился костюм. Приложив к себе юбку, я
посмотрелась в зеркало — у Тары оно просто огромное. Юбка спускалась чуть
ниже колена — ничего удивительного, ведь Тара выше меня на три дюйма. Рукава
пиджака, конечно, немного длинноваты, но это ничего. Никто и не заметит.
Дома у меня есть черные туфли-лодочки, черные колготки и даже черные
перчатки, которые я берегла с давних времен.
Я управилась за рекордно короткие сроки.
Положив топ в пакет с костюмом, я вышла на улицу. В доме Тары я пробыла
меньше десяти минут. Мне еще предстояла встреча с детективами, поэтому я в
спешке стала приводить себя в порядок. При помощи бабушкиных заколок я
уложила волосы в пучок, а непослушные пряди заколола невидимками. К счастью,
у меня нашлась черная комбинация; розовые ногти очень даже подходили к топу
и кайме на лацканах пиджака. Когда в дверь постучали, мне осталось надеть
лишь туфли. Покончив с обувью, я отправилась встречать гостей.
Джек Лидс, увидев меня, открыл рот, а Лили удивленно приподняла брови.
— Заходите. Я собираюсь на похороны.
— Надеюсь, вы хороните не вашего друга, — заметил Джек Лидс. Лицо
его супруги казалось высеченным из мрамора. Неужели Лили не знает о
существовании солярия?
— Знакомого. Присядете? Хотите чего-нибудь? Кофе?
Нет, спасибо, — отказался Джек, улыбнувшись. Его лицо сразу же
преобразилось. Супруги расположились на диване, а я присела на краешек
Лей-зи-
Боя
. Как ни странно, мой новый образ придал мне уверенности.
— Поговорим о вечере, когда исчезла мисс Пелт, — начал
детектив. — Вы видели ее в Шривпорте?
Да, меня, как и ее, пригласили на одну вечеринку. Дома у Пэм. — Те, кто
выжил в Войне Ведьм — Эрик, Пэм, Кленси, трое викканов и несколько
оборотней, решили до конца придерживаться выдуманной версии. Мы сообщили
полиции, что Дэбби уехала с вечеринки, которую у себя дома устроила Пэм. На
самом же деле все мы собрались в полуразрушенном, заброшенном магазине, где
ведьмы устроили нам засаду. Соседи Пэм подтвердили наши показания. Спасибо
викканам: при помощи колдовства они затуманили воспоминания жильцов.
— Там был и полковник Флод, — добавила я. — Кстати, именно на
его похороны я и собираюсь.
В глазах Лили мелькнуло любопытство. Мне показалось, она вот-вот воскликнет:
Да ну тебя, ты верно шутишь!
— Полковник Флод погиб в автомобильной катастрофе два дня назад, —
сообщила я.
Супруги переглянулись.
— Значит, на вечеринке было людно? — осведомился Джек Лидс.
Уверена, у него имеется полный список тех, кто околачивался в гостиной Пэм —
эдакий военный сонет.
— О, да. Просто толпа народу. Я и половины из них не знала. Там, в
основном, находились жители Шривпорта. — В тот вечер я впервые
встретилась с викканами. Вервольфов я знала постольку — поскольку. А про
вампиров и говорить нечего.
— Но с Дэбби вы уже виделись?
— Да.
— Когда встречались с Элсидом Хервексом?
— Да, — кивнула я. — Когда встречалась с Элсидом. — На
моем лице не дрогнул ни один мускул. Я хорошо умела скрывать свои тайны.
— Вы провели с ним ночь в особняке его отца, в Джексоне, не так ли?
Меня так и подмывало возмутиться. Мне тогда выделили отдельную спальню. Но
вообще-то это совершенно не касалось детективов.
— Да, — не колеблясь, произнесла я.
— И вы вместе с Элсидом Хервексом встретили Дэбби Пелт в одном из
ночных клубов Джексона? По-моему, он назывался
У Джозефины
.
— Да. Дэбби отмечала помолвку с каким-то парнем по имени Клозен, —
сказала я.
— И между вами вспыхнула ссора?
— Да. — Интересно, с кем детективы уже разговаривали; кто-то
рассказал Лидсам то, чего они знать никак не могли. — Дэбби подошла к
нам и сказала несколько гадостей.
— Вы также навещали Элсида в конторе несколько недель назад? И стали
свидетелями преступления, которое произошло тем днем?
— Да, — ответила я.
— Полицейским вы сказали, что помолвлены?
Тайное всегда становится явным.
— По-моему, это сказал Элсид, — задумчиво произнесла я.
— Он сказал правду?
Джек Лидс, видимо, еще ни разу не встречал такую странную женщину, как я. Он
никак не мог взять в толк, как такая рассеянная особа умудряется справляться
с обязанностями официантки.
Лили оценила чистоту моего дома (странно, да?). Ей казалось, что я вполне
могла убить Дэбби. Она встречала людей, совершивших самые ужасные
преступления. В данный момент у нас с ней было много общего. Перед моими
глазами поплыли жуткие картины; лучше бы я не читала ее мыслей.
— Да, — сказала я. — На тот момент Элсид говорил правду. Наша
с ним помолвка продлилась десять минут.
Хотите, называйте меня Бритни. — Ненавижу врать. Я, например, всегда
чувствовала, когда кто-нибудь мне лгал. Мне казалось, что у меня на лбу
крупными буквами написано:
ВРУНЬЯ
.
Джек скривился в усмешке, а вот Лили мое упоминание о скоротечном браке поп-
певицы, продлившемся всего пятьдесят четыре часа, оставило равнодушной.
— Мисс Пелт была против ваших отношений с Элсидом?
— Еще как. — Как хорошо, что я научилась скрывать свои
эмоции. — Элсид не хотел на ней жениться.
— Она злилась?
— Да, — кивнула я. Впрочем, детективам это и без меня
известно. — Вполне вероятно. Она оскорбляла меня. Вы, наверное,
наслышаны о том, что Дэбби никогда не сдерживала эмоций.
— Итак, когда вы видели ее в последний раз?
— Я видела ее... — (с размозженной головой с распластанными ногами
на полу в моей кухне) — Дайте подумать. На вечеринке. Она ушла ночью.
Одна. — Не из дома Пэм, конечно, а из обветшалого магазинчика, где
осталась гора трупов и пятна крови. — Я решила, что она отправилась в
Джексон. — Я пожала плечами.
— В Бон Темпс она не заезжала? Ваш городок располагается как раз по
пути в Джексон.
— А с чего ей сюда заезжать? Ко мне Дэбби не заходила. — Она
просто вломилась, выбив дверь.
— И после вечеринки вы ее не видели?
— Ни разу. — Чистая, правда.
— А с мистером Хервексом вы встречались?
— Да.
— Вы помолвлены?
Я не удержалась от улыбки.
— Насколько мне известно, нет.
Я ни капли не удивилась, когда Лили попросила разрешения воспользоваться
ванной комнатой. Я убрала ментальную защиту, дабы понять, подозревают ли
меня в убийстве. Супруга Джека Лидса просто хотела осмотреть дом. Я
проводила ее до ванной, расположенной в коридоре. Впрочем, в той, что
находилась в моей спальне, тоже не было ничего подозрительного.
— А как насчет машины Дэбби? — внезапно спросил Джек Лидс. Я
украдкой посмотрела на часы, стоявшие на каминной полке. Надеюсь, эта
парочка уберется прежде, чем приедет Элсид.
— Гм-м? — Я совершенно не понимала, куда он клонит.
— Машина Дэбби Пелт.
— А что с ней?
— Может, вы знаете, где она?
— Понятия не имею, — совершенно откровенно сказала я.
Тут в гостиной появилась Лили.
— Мисс Стакхаус, просто из любопытства, по-вашему, что случилось с
Дэбби Пелт? — спросил Джек Лидс.
Думаю, она получила то, что заслуживала
, — мелькнуло у меня в голове.
Я немного опешила от такой неожиданной мысли. Иногда я веду себя
отвратительно и, похоже, не собираюсь исправляться.
— Не знаю, мистер Лидс, — ответила я. — И если честно, меня
это совершенно не волнует. Конечно, мне жаль ее родителей. Мы с Дэбби не
выносили друг друга. Она специально прожгла дыру в моей шали, назвала меня
шлюхой. А с Элсидом Дэбби вообще обращалась как с полным ничтожеством; хотя
он уже взрослый мальчик и сам может за себя постоять. Ей нравилось унижать
людей. Нравилось заставлять их плясать под свою дудку. — Поток слов
слегка ошеломил Джека Лидса. — Поэтому, — подвела я итог, —
мне все равно.
Благодарю за откровенность, — изрек детектив. Его супруга сверлила меня
бледно-голубыми глазами. Если раньше у меня и оставались какие-то сомнения,
то теперь они полностью развеялись: Лили — лидер. Учитывая то, как меня
допрашивал Джек, главенствующее положение его супруги в семье — неоспоримый
факт.
— У вас воротничок загнулся, — тихо заметила Лили. — Давайте,
я поправлю. — Встав по стойке смирно, я ощутила ловкие и нежные
движения ее пальцев.
Поправив воротничок, Лили отошла в сторону. Как только их машина скрылась из
виду, я сняла пиджак и тщательно осмотрела его. Ничего подозрительного в
голове Лили я не прочитала, но вдруг она прицепила жучок? Лидсы вполне могли
занести меня в список главных подозреваемых. Ничего нет. Лили действительно
оказалась помешанной на порядке особой, мой приподнятый воротничок,
наверняка, выводил ее из себя. Но кое-какие сомнения у меня еще остались.
Поэтому я наведалась в ванную. Последний раз я заходила сюда неделю назад,
во время уборки. Так что она выглядела вполне прилично: настолько чистая и
блестящая, насколько, может выглядеть старая ванная комната в старом доме.
За исключением нескольких капель воды в раковине и влажного полотенца, все
здесь осталось по-прежнему. Ничего не пропало. Конечно, Лили могла осмотреть
содержимое ящичков, но меня это совершенно не волновало.
Линолеум в ванной местами поизносился, и каблук провалился в одну из
образовавшихся дырок. Я в сотый раз напомнила себе заменить покрытие. Ума не
приложу, как можно думать о прохудившемся линолеуме, когда тебя подозревают
в убийстве.
— Она плохая, — вслух произнесла я. — Плохая и жестокая. Она
желала мне смерти без особой на то причины.
Я почувствовала облегчение. Несколько месяцев я жила с ощущением вины, и
только сейчас скорлупа самобичевания треснула и развалилась. Я устала
переживать за того, кто, не моргнув и глазом, убил бы меня. Мне бы,
например, никогда не пришло в голову устроить Дэбби засаду. В мои планы ни
коим образом не входило осуществление желаний этой девицы.
К черту все. Найдут ее тело детективы или не найдут, мне незачем переживать.
Внезапно у меня с души, словно камень свалился.
Со стороны леса раздалось гудение мотора. Элсид как всегда пунктуален. К
моему удивлению, он приехал не на своем
додже
, а на темно-синем
линкольне
. Его от природы вьющиеся волосы были гладко зачесаны. По случаю
похорон Хервекс-младший надел темно-серый костюм и бордовый галстук. Я
украдкой наблюдала из-за шторы, как Элсид поднимается по ступенькам. Так бы
и съела. Я попыталась сдержать идиотский смех, когда представила, как буду
его поглощать.
Увидев меня, Элсид, казалось, испытал потрясение.
— Выглядишь сногсшибательно, — придя в себя, выдохнул он.
— Ты тоже, — смущенно пробормотала я.
— Нам пора.
— Да. Мы же не можем опоздать.
— Нам нужно приехать на десять минут пораньше, — заметил Элсид.
— А почему именно на десять? — Я взяла черную сумочку, убедилась,
посмотрев в зеркало, что помада не размазалась, и закрыла дверь. К счастью,
денек выдался довольно-таки теплым, так что мне не пришлось брать пальто.
Оно совершенно не подходило к остальному наряду.
— Это похороны вервольфа, — многозначительно заметил Элсид.
— А чем они отличаются от похорон людей?
— Мы провожаем в последний путь главу стаи, поэтому в церемонии есть...
определенные особенности.
Это я уже слышала вчера.
— А как вам удастся не вызвать у обычных людей подозрений?
— Увидишь.
У меня появилось дурное предчувствие.
— Ты уверен, что мне нужно присутствовать на похоронах?
— Благодаря покойному ты стала другом стаи.
Я не забыла. Но только сейчас слова
друг стаи
из уст Элсида прозвучали,
словно какой-то титул. Может, так оно и есть. Мне почему-то казалось, что о
похоронной церемонии Элсид рассказал не все. Обычно я располагала гораздо
большей информацией, чем хотелось бы. Я ведь телепат; но в Бон Темпс нет ни
одного вервольфа, а знакомые мне оборотни не столь организованы, как люди-
волки. Хотя прочитать мысли моего спутника было не так-то просто, мне все же
удалось узнать, что его очень сильно волнует предстоящая церемония и еще
больше — вервольф по имени Патрик.
Похороны проходили в соборе
Епископская милость
, расположенном в старом,
фешенебельном районе Шривпорта. Церковь как церковь: стены из серого камня,
шпиль. У нас в Бон Темпс нет ни одного епископского собора, но я не
сомневаюсь, их службы ничем не отличаются от наших. По словам Элсида, его
отец тоже собирался на похороны. Значит, вот кто настоящий владелец темно-
синего
линкольна
.
— Отец решил, что моя развалюха не соответствует уровню
церемонии, — сказал Элсид. Уверена, он никогда не перечил своему
папаше.
— Ну, а на чем же тогда приедет твой отец? — поинтересовалась я.
— На другой машине, — рассеянно пробормотал Элсид, словно и не
слышал вовсе, о чем я его спросила.
Как-то странно, что у человека два автомобиля: все мои знакомые владели
максимум одной машиной и фургоном. Сюрпризы для меня только начались.
Достигнув двадцатого километра, мы свернули на западную дорогу. Мрачное
настроение Элсида, казалось, заполнило салон. Не знаю уж, что там у него
случилось, но в машине повисла гнетущая тишина.
— Сьюки, — внезапно изрек Элсид. Он с такой силой сжал руль, что
костяшки пальцев побелели.
— Да? — У Элсида на лбу было написано, что он собирается
поговорить со мной о чем-то не очень приятном.
— Я хочу задать тебе один вопрос.
— Какой? Это как-то связано с гибелью полковника Флода? Аварию
подстроили? —
И как это я раньше недогадалась?
—
мелькнуло в голове. Но ведь остальные оборотни стали жертвами стрелка.
Автомобильная катастрофа как-то не очень вязалась с предыдущими нападениями.
— Нет, — удивился Элсид. — Насколько мне известно, это была
простая авария. Другой водитель проехал на красный свет.
Я откинулась на спинку кожаного сидения.
— Так в чем же дело?
— Ты мне ничего не хочешь рассказать? Внутри меня все похолодело.
— Рассказать? О чем?
— О той ночи, когда произошла Война Ведьм. Годы, потраченные на то,
чтобы научится скрывать свои эмоции, не прошли даром.
— Да нечего тут рассказывать, — довольно спокойно ответила я,
сомкнув ладони в замок.
Элсид больше не проронил ни слова. Припарковавшись, он помог мне выйти из
машины. Необязательный, но очень милый жест с его стороны. Я оставила
сумочку в салоне — вряд ли она мне понадобится. Элсид закрыл
линкольн
. Мы
направились в церковь. К моему удивлению, Элсид взял меня за руку. Может, я
и являюсь другом стаи, но, как видно, у меня должны быть более близкие
отношения с одним из ее членов.
— Вон отец, — сказал Элсид, когда мы подошли к группе
плакальщиков. Джексон Хервекс ростом оказался чуть ниже Элсида. Волосы
стального цвета и вздернутый нос отличали отца от сына. Джексон стоял рядом
с бледной, хрупкой блондинкой, и оттого его оливковая кожа, такая же, как у
Элсида, выглядела особенно смуглой.
— Отец, — официально произнес Элсид, — это Сьюки Стакхаус.
— Приятно познакомиться, Сьюки, — кивнул Хервекс-старший. — А
это Кристин Ларраби. — Кристин, чей возраст колеблется в пределах от
пятидесяти семи до шестидесяти семи лет, словно сошла с художественного
полотнища, выполненного в пастельных тонах: блеклые голубые глаза, светлая
кожа с едва различим розовым оттенком, безукоризненно уложенные платиновые
волосы. На ней был бирюзовый костюм. Я бы лично не решилась надеть подобную
вещь зимой. И все же Кристин выглядела в нем сногсшибательно.
— Очень приятно, — проговорила я. Интересно, должна ли я
поклониться. Мы с отцом Элсида обменялись рукопожатиями, но Кристин руки не
подала, а просто кивнула и мило улыбнулась.
Наверное, боится
поранить меня своими бриллиантовыми перстнями
, — решила я,
покосившись на ее пальцы. Само собой разумеется, в ушах Кристин сверкали
такие же серьги. Меня перещеголяли.
К черту
, —
подумала я. Сегодня я не позволю мелким неприятностям испортить мне
настроение.
— Такое несчастье, — вздохнула пожилая леди.
Я всегда готова поддержать беседу.
— Да, полковник Флод был замечательным человеком, — заметила я.
— О, а вы, милочка, знали его?
— Да, — ответила я. Уж если на то пошло, я даже видела его без
одежды, правда, при обстоятельствах, не имеющих никакого отношения к сексу.
Мой короткий ответ не дал Кристин никакого повода для дальнейших расспросов.
Однако я заметила, как в ее глазах мелькнуло неподдельное удивление. Элсид о
чем-то тихо беседовал с отцом. Их разговора я не слышала.
— Мы с вами здесь всего-навсего в качестве украшения, — обронила
моя новая знакомая.
— Значит, вы все-таки знаете больше, чем я.
— Надеюсь. Вы не двусущая?
— Нет. — Кристин, конечно же, принадлежит к оборотням. Она, как и
Хервексы, чистокровная вервольфиха. Трудно поверить, что такая элегантная
женщина перевоплощается в волчицу, особенно учитывая дурную репутацию
вервольфов. Но, получив определенный сигнал из ее мозга, ошибиться в своих
умозаключениях я не могла.
— После похорон главы стаи начнется предвыборная кампания, —
сказала Кристин. Она сообщила мне куда больше, чем Элсид за два часа,
проведенные в дороге, поэтому я тут же почувствовала симпатию к пожилой
леди.
— Ты, видно, какая-то особенная, коль скоро Элсид взял тебя с
собой, — заметила Кристин.
— Насчет
очень особенной не знаю, но что
особенная, это точно. У меня есть способности, которых нет у других.
— Вы ведьма? — предположила Кристин. — Фея? А может быть,
гоблинша?
О Боже. Я отрицательно покачала головой.
— Ни первое, ни второе, ни уж тем более третье. Так и кто намечается в
соборе?
— Пришлось добавить несколько скамеек. Все члены стаи соберутся в
соборе. Передние ряды займут супружеские пары и их дети. А самые последние —
Кандидаты.
— А как их выбирают?
— Они просто заявляют о своем желании стать лидером, — ответила
Кристин. — Каждый из них должен пройти испытание, ну а потом объявляют
победителя.
— А почему вы сопровождаете отца Элсида? Или я вмешиваюсь не в свое
дело?
— Мой муж занимал пост главы стаи до полковника Флода, — тихо
проговорила Кристин Ларраби. — У меня сеть определенные связи.
Я кивнула.
— А главой может быть только мужчина?
— Нет. Но все испытания рассчитаны на силу, и, конечно же, мужчины
опережают нас.
— А сколько всего кандидатов?
— Двое. Джексон и Патрик Фурнан. — Кристин слегка склонила
аристократическую голову на правый бок, и я увидела парочку, которая до
этого момента ускользала от моего внимания.
Патрик Фурнан оказался старше Элсида, но младше Джексона. Этому тучному
человеку со светло-русыми коротко подстриженными волосами и небольшой
бородкой смысловатой формы, было около тридцати с лишним лет. По случаю
похорон он надел коричневый костюм. Несколько пуговиц на пиджаке
расстегнуто. Рядом с ним стояла симпатичная женщина с огромным количеством
макияжа и украшений. Светло-русые волосы искусно уложены. Туфли на
трехдюймовом каблуке вызвали у меня неподдельный ужас. Я бы в таких
непременно сломала себе шею. С лица женщины не сходила улыбка; она мило
щебетала с любым, кто к ней приближался. Патрик Фурнан, наоборот, вел себя
сдержанно. Его узкие глаза оценивающе перемещались с одного оборотня на
другого.
— А вон та особа в стиле Тэмми Фэй его жена? — спросила я Кристин
заговорческим голосом.
Если бы со мной стоял кто-нибудь менее аристократичный, я бы сказала, что моя собеседница хихикнула.
— Она действительно перебарщивает с косметикой, — согласилась
Кристин. — Вообще-то ее зовут Либби. Вы совершенно правы, она жена
Патрика. Чистокровная вервольфиха. У них двое детей. Первый войдет в стаю.
Лишь старший ребенок в семье оборотней по достижению половой зрелости
становился вервольфом.
— А чем Патрик зарабатывает на жизнь? — поинтересовалась я.
— Он владеет магазином мот
...Закладка в соц.сетях
