Жанр: Любовные романы
Слишком много сюрпризов
...л их где-то.
У него было шесть часов с того момента, как он стрелял в вас, до того, как
радировал в управление.
— Послушайте, леди, — поморщился Монтгомери. — Если не
возражаете, профессионалы здесь все-таки мы.
Лилиан сверкнула глазами.
— Извините, что указываю на очевидный факт, но наркотики спрятаны в
таком месте, куда можно было съездить и вернуться за шесть часов.
— Потрясающее наблюдение. Где-то между Далласом и Уичитой или Форт-
Смитом, почти на всем пути до Амарилло. Это сужает круг поисков.
— Это больше, чем вы знали, когда пришли сюда.
— Женщины, — с отвращением произнес Монтгомери. — Терпеть не
могу, когда они оказываются правы.
— Извините, — Лилиан снова захлопала ресницами, — постараюсь,
чтобы это больше не повторилось.
Глаза Монтгомери расширились.
— Где ты нашел ее? — спросил он Трейса.
Тот рассказал своему напарнику обо всем, что случилось с того момента, как
он пришел в сознание.
Следующие полчаса они обсуждали детали. Монтгомери посвятил Трейса в ход
расследования и поисков. Допив кофе, Харп отставил кружку.
— Мне кажется, пока я веду поиски, мы должны спрятать тебя в безопасное
место.
— Что может быть безопаснее, — снова вмешалась Лилиан, —
места, которое уже обыскали. — Она готова была ударить себя по лбу за
то, что у нее вырвались эти слова. Виновен он или нет, Лилиан не хотела,
чтобы человек вроде Трейса Янгблада оставался в ее доме, насмехался над ее
жизнью, хватал и целовал ее, как только это приходило ему в голову,
заставлял испытывать чувства, которые она не хотела испытывать. Присутствие
Трейса угрожало ей на каком-то высшем уровне, не имевшем никакого отношения
к направленному ей в грудь пистолету. Скорее дело было в том, что Трейс
вызывал в ней желания, в которых Лилиан не хотела признаваться даже себе.
Трейс чуть не поперхнулся своим кофе.
— Вы предлагаете, чтобы я остался
здесь?
— Можете не сомневаться, — вспыхнула Лилиан, — я примерно в
таком же восторге от этой перспективы, как и вы. Но это самое логичное
решение. До тех пор, пока вы не высунете нос наружу или не ответите на
телефонный звонок, ни у кого нет никаких оснований искать вас здесь.
Харпер задумчиво смотрел на Лилиан.
— А знаешь, парень, — сказал он Трейсу, — она права. Вы
уверены, что все это не помешает вам, мисс Робертс?
— Я не говорила, что мне это не помешает. Просто это самое логичное
решение. — Она прищурилась и посмотрела на Трейса. — Но только
если он будет прилично себя вести.
— Спасибо за столь радушное приглашение, мисс Лилиан.
— Вы слышали когда-нибудь выражение:
Дареному коню в зубы не
смотрят
? — с очаровательной улыбкой спросила она.
— Да. Это чтобы не жаловаться потом на возраст коня, — ехидно
улыбнулся в ответ Трейс. — Не расстраивайтесь. Я уже сказал: меня не
волнует, что вы старше.
— Беру свои слова обратно, — сказала Лилиан Харперу. —
Заберите его отсюда.
Харп продолжал задумчиво смотреть на сидящую перед ним женщину.
— Думаю, она все-таки права, — произнес он. — Это самое
безопасное для тебя место. Если она еще согласна, оставайся тут.
Не то чтобы Трейс не был согласен со своим напарником, но ему очень не
хотелось соглашаться с Лилиан. Эта женщина может превратить его жизнь в ад,
стоит только позволить ей. Но все же Харп и Лилиан правы. Было бы безумием
покидать сейчас этот дом. Трейс неохотно кивнул.
— Хорошо. Останусь здесь, пока тебе не удастся что-нибудь раскопать.
Харп холодно улыбнулся.
— Все, что можно раскопать о Дэне Рэкли, я раскопаю, можешь не
сомневаться. Я, похоже, становлюсь лучшим из всех существовавших на земле
друзей. Кстати, начни составлять список всего, что хочешь о нем узнать. Я
сделаю то же самое. Ты не сможешь связаться со мной. Я буду звонить сам, но
звонки мои будут закодированы.
Трейс кивнул.
— Пошли кого-нибудь следить за Рэкли. Проверь досье Ингрэма. Посмотри,
нет ли в прошлом связи между ним и Мендесом или между ним и Рэкли. И знаешь
что, парень, будь осторожен, — предупредил друга Трейс. — Мы имеем
дело с самым что ни на есть подлым негодяем.
— Я буду помнить об этом. А ты полежи на дне еще немного. Если
генеральный прокурор доберется до тебя сейчас, она съест на завтрак твою
задницу.
— Да, от прокурора Лавинг этого вполне можно ожидать, —
пробормотал Трейс.
— А мне она кажется вполне разумной женщиной, — вставила Лилиан.
Харпер посмотрел на нее неожиданно подозрительно.
— Вы знаете Сьюзан Лавинг?
Лилиан пожала плечами.
— Кто же ее не знает. Она — генеральный прокурор штата, к тому же в
прошлом году Сьюзан выступала на съезде учителей.
— Учительница? — одними губами произнес Харп.
Трейс едва не рассмеялся, взглянув на выражение его лица.
— Мисс Лилиан преподает в третьем классе.
— Боже правый! — воскликнул Харп.
— Почему вы произнесли это таким тоном? — разозлилась Лилиан на
Трейса.
— Каким тоном?
—
Мисс Лилиан преподает в третьем классе
, — она передразнила
Трейса. — С таким же выражением лица вы могли бы сказать:
У мисс
Лилиан две головы
.
— Смиритесь с этим, Лил, — улыбнулся Трейс. — Вы просто не в
моем вкусе.
Лилиан подняла одну бровь.
— Вы тоже не похожи на героя моих девичьих грез, но мы вынуждены
проводить время под одной крышей.
— Вы сами предложили мне остаться, — пожал плечами Трейс.
— Надо было держать рот на замке, — пробормотала Лилиан и
повернулась к Харперу. — Вы ведь собираетесь обыскать дом и машину
Рэкли, не так ли?
Харпер впал вдруг в бешенство.
— Она что, говорит все это всерьез?
— Нам остается только надеяться, что нет, — пробормотал Трейс.
Харпер покачал головой.
Выходя из дома Лилиан, он продолжал бормотать себе под нос что-то о женщинах
и дураках.
— Почему вы это сделали?
— Сделала что? — Сполоснув последнюю кружку, Лилиан поставила ее в
посудомоечную машину.
— Предложили мне остаться. Последние два дня вы готовы были мне голову
оторвать. Грозили выдать, постоянно нападали на меня, когда я попадался вам
на глаза. Сегодня у вас был прекрасный шанс избавиться от меня. А вместо
этого вы предлагаете мне остаться. Даже настаиваете. Я не могу понять
почему.
И я тоже, мистер полицейский. Лилиан последний раз
провела тряпкой по рабочему столику, затем повесила влажную тряпку на
перемычку между раковинами.
— Вы ведь видели мою мать, — сказала Лилиан Трейсу. — Нашей
семейкой управляет врожденный идиотизм.
Трейс улыбнулся.
— Знаете, мисс Лилиан, вы нравитесь мне все больше и больше.
— Да уж. Как собаке палка.
Глава 6
Когда Трейс встал на следующее утро, Лилиан в доме не было. На секунду он
испугался, что мисс Лили передумала и решила все-таки его выдать. Но тут же
покачал головой. После того, как Лилиан сама настояла вчера, чтобы он
остался, какой смысл выдавать его. Лилиан не производила впечатление
легкомысленной особы, способной ни с того ни с сего изменить свои планы. Она
была чертовски назойливой, но уж никак не легкомысленной.
Тогда Трейс начал волноваться. Сумочка Лилиан стояла в ее комнате, фургон в
гараже — значит, она не могла уехать. Трейс прошелся от окна к окну, гадая,
куда могла пойти Лилиан. Тонкая цепочка на двери, обеспечивавшая иллюзию
безопасности, была по-прежнему закрыта. Почему Лилиан не сказала ему, что
уходит? И почему он проспал чуть ли не до вечера?
Трейс знал ответ на последний вопрос. Он не ложился почти всю ночь,
записывал все, что знал о Рэкли, Ингрэме, Мендесе и о деле, расследованием
которого занималось сейчас его подразделение. Но сколько бы Трейс ни
перечитывал написанное, ему все время казалось: что-то не так. Он только зря
потерял время, а теперь, проспав целый день, к тому же не знал, куда
подевалась Лилиан. Он не слышал даже, как она принимала душ, а ведь ванная
была рядом с той комнатой, где он спал.
Трейс побродил по квартире еще с полчаса. Теперь он беспокоился уже не на
шутку. За домом Лилиан был лес. Она могла зайти туда и провалиться куда-
нибудь или пораниться. За лесом виднелся пруд. Лилиан могла упасть в воду и
утонуть.
А на пастбище у соседей гулял довольно неприятного вида бык. Она могла
проползти под забором из колючей проволоки и...
Трейс вздрогнул, услышав, как хлопнула задняя дверь. Он успел придумать
целый вагон ужасов, которые могли бы произойти с Лилиан, а она стояла перед
ним — свежая и радостная, беззаботная и непривычно довольная собой, держа в
руках корзину свежесрезанных цветов.
— Доброе утро, — приветливо произнесла Лилиан.
— Где вы были, черт побери? — заорал в ответ Трейс.
Лилиан медленно опустила цветок, который как раз нюхала, и посмотрела на
Трейса.
— Простите?
— Я спросил, где вы...
— Вы ничего не спросили. — Глаза Лилиан сузились. — Вы
потребовали ответа так, словно имеете на это право, словно вас касается,
куда я хожу, хотя на самом деле это не так.
— Черт бы меня побрал, если это не так! Я не могу позволить, чтобы вы
разгуливали по округе и болтали с соседями, забыв о том, что на карту
поставлена моя жизнь.
Руки Лилиан задрожали от негодования. Если она немедленно не пристроит куда-
нибудь цветы, которые только что срезала, то наверняка сделает с ними что-то
неподобающее — например, запихнет ему в глотку. Лилиан достала из-под
раковины пластиковое ведерко и погрузила туда длинные стебли.
Потом Лилиан обернулась к мужчине, отравлявшему несколько последних дней ее
существование и даже угрожавшему ее рассудку. Трейс смотрел на нее в упор.
— Сейчас я все объясню вам, — сказала Лилиан, для убедительности
ткнув пальцем в грудь Трейса. — Очень медленно и подробно. Но сделаю
это только один раз.
— Ради Бога, не тыкайте в меня пальцем, как в провинившегося школьника.
Я, возможно, закончил школу не так давно, как вы, но все же закончил.
— Это мой дом. Я — взрослый человек... — Трейс пренебрежительно
фыркнул. — ... вполне способный жить нормальной жизнью. Я не глупа,
хотя, как вы знаете, иногда поступаю необдуманно, например, вчера вечером,
когда предложила вам остаться. Сегодня утром я делала то, чем занимаюсь
довольно часто — срезала цветы, часть из своего сада, часть — с поля за
прудом, чтобы украсить этими цветами свой дом. — Трейс подпер руками
бока и закатил глаза. — Понимаю, для вас эта мысль внове, но на свете
существуют люди, которым доставляют удовольствие ласкающие глаз мелочи, и
так случилось, что я принадлежу к их числу. И мне не понравилось, как вы
разговаривали со мной сейчас, я не заслужила этого. Если вы когда-нибудь
попробуете снова заговорить со мной таким тоном...
— Осторожно, Лилиан!
— ... я вышвырну вас отсюда с такой скоростью, что вы не успеете даже
понять, что произошло. Я не позволю ни вам, ни кому-либо другому указывать
мне, что я могу, а что не могу делать.
— Это мы еще посмотрим.
Дрожа всем телом, Лилиан выскочила из кухни и попыталась успокоиться, приняв душ. Но это не помогло.
— И зачем мне это понадобилось? — бормотала она, одеваясь.
Весь остаток дня Лилиан провела запершись в кабинете и бессмысленно глядя на
монитор, так как была слишком взбудоражена, чтобы что-то делать.
Следующий день прошел не лучше. После полудня Лилиан сдалась и решила
наконец, что сидеть в кабинете — не лучший выход. Пожалуй, надо пойти помыть
фургон. И если этот придурок, на которого она не собирается обращать
внимания, опять будет не доволен — его проблемы. Лилиан переоделась в
старенькие шорты и футболку и как раз шла босиком через кухню, когда
зазвонил телефон.
— Мисс Робертс, — послышалось в телефонной трубке. — Это
Харпер Монтгомери из ОБР. Вы помните меня?
Лилиан застыла на месте.
— Да, — напряженно произнесла она. — Вы были здесь несколько
дней назад — искали этого сбежавшего убийцу.
Трейс, смотревший по телевизору новости, насторожился и встал с дивана.
— Чем я могу помочь вам, агент Монтгомери? — спросила Лилиан.
Немного уняв волнение, Трейс подошел к Лилиан, сделав ей знак, чтобы она
отвела трубку от уха, и он тоже мог слушать.
— Я просто вспомнил, что вы живете одна и вам наверняка не по себе,
когда по району бегает преступник. Так вот, я хотел сказать, что вы можете
расслабиться. Сегодня мы получили сообщение, что утром преступника видели в
Ардморе. Видимо, он направляется в Техас. Я подумал, вам интересно будет это
знать.
На руке, держащей телефон, Лилиан чувствовала горячее дыхание Трейса. Он
коснулся ее руки, и Лилиан почувствовала его дразнящий запах. Зачем он встал
так близко? Лилиан в упор посмотрела на него.
— Спасибо, — произнесла она при этом в телефонную трубку.
— Другой агент, который приходил к вам в тот день, Рэкли, поехал в
Ардмор, чтобы возглавить поиск. Я просто подумал, что моя информация поможет
вам заснуть спокойно.
— Благодарю вас. Спасибо, что позвонили.
Трейс взял из руки Лилиан трубку и опустил на рычаг, не сводя глаз с ее
лица. От нее так сладко пахло, а вид был очень сердитый. Конечно, вчера он
вел себя непозволительно.
— Лилиан, я... — начал Трейс.
— Что? — потребовала она.
— Ничего, — отвернувшись, он налил себе из стоявшего на столике
кувшина чаю со льдом.
У Лилиан возникло вдруг чувство, что только что чуть не произошло что-то
очень важное.
— Как вы думаете, зачем он звонил?
— Харпер устроил дымовую завесу, чтобы на несколько часов удалить Рэкли
из города. А сам пока обыщет его квартиру.
Напарник Трейса не терял времени, занимаясь поиском пропавших наркотиков.
Если он найдет их, Трейс будет свободен. При мысли о его уходе Лилиан должна
была бы испытать облегчение. Но вместо этого под ложечкой появилась вдруг
какая-то сосущая пустота.
Смущенная и рассерженная собственными эмоциями, она направилась к двери в
гараж.
— Куда вы идете? — крикнул Трейс.
Лилиан посмотрела на свой наряд.
— В таком виде? Разумеется, представиться английской королеве.
— Лилиан, — почти прорычал Трейс.
— Собираюсь вымыть фургон. Он стоит возле дома. Будет видно вам и всем,
кто еще захочет посмотреть. Если вы так волнуетесь, можете стоять у окна и
наблюдать за каждым моим движением. Только не надо разговаривать со мной,
мистер коп. Я устала от вас.
Трейс тоже устал. Когда Лилиан разговаривала по телефону, на какое-то
мгновение он испытал почти непреодолимое желание снова поцеловать ее.
Чертовски идиотское желание. Что же такого в этой женщине, что он никак не
может выкинуть ее из головы?
Даже сейчас, злясь на себя самого и на нее, он действительно встал там, где
сказала Лилиан, и стал наблюдать за каждым ее движением.
Трейс испытал несколько неприятных минут, глядя, как прилипала к телу Лилиан
футболка, когда она случайно окатывала себя из шланга, как поднимались на
бедрах шорты всякий раз, когда Лилиан наклонялась. Трейсу вдруг захотелось
стоять с ней рядом на солнышке, подставив лицо ветру. А еще больше
захотелось положить руки на эти обнаженные бедра и снова почувствовать вкус
ее обветренных губ. Распустить болтавшийся на ее затылке хвост и, хотя это
выглядело бы совсем уж по-дурацки, запустить пальцы в густые темные волосы
Лилиан.
Небо казалось низким из-за покрывавших его тяжелых серых облаков. А Трейсу
хотелось, чтобы вышло солнце и в волосах Лилиан заплясали золотые искорки.
Дурацкая идея. Не говоря уже о том, что Лилиан не желает иметь с ним ничего
общего, он не имеет права даже высунуть нос наружу. Подъезд к дому Лилиан
отделяло от соседнего дома только пастбище и два ряда колючей проволоки.
На дворе соседей жизнь била ключом. Возле одного из сараев склонился над
двигателем старого желтого трактора мужчина. Жена его на тракторе поменьше
косила лужайку. Из дома и обратно сновали дети. И все они — мужчина,
женщина, дети — приветственно помахали Лилиан.
Нет, Трейс никак не может выйти наружу. Здесь, похоже, все считают, что
должны приглядывать за учительницей. Как только они увидят рядом с ее домом
мужчину, то наверняка сбегутся изучать его. Фотографии Трейса напечатаны в
каждой газете, их показывают в каждом выпуске новостей, так что вероятность
быть узнанным достаточно велика. Он не только не может позволить себе
попасться, но и ни за что не допустит, чтобы у Лилиан были неприятности из-
за того, что она дала ему приют.
И все же так хотелось выйти. Ему вообще хотелось от мисс Лилиан очень
многого. А еще больше хотелось дать самому себе поддых за то, что он смел
что-то от нее хотеть. Черт возьми, да эта женщина просто сводит его с ума!
Отвернувшись от окна, Трейс в отчаянии взъерошил собственные волосы. Дом к
югу от жилища Лилиан был таким же оживленным, как и тот, что стоял севернее.
У Трейса появилось вдруг чувство, что он находится в ловушке. Но он поборол
его и снова посмотрел в окно, где Лилиан в последний раз окатывала из шланга
уже чистый фургон.
Она вернулась в дом, промокшая и чуть замерзшая, и хотела, не обращая
внимания на Трейса, пройти прямо в ванную, но тут снова зазвонил телефон.
Это оказался Харпер, который звонил сообщить, что не нашел ничего ни в доме,
ни в машине Рэкли. Ни красного термоса, ни белого порошка. Ничего похожего.
Повесив трубку, Лилиан снова попыталась дойти до ванной, но на этот раз ее
остановила приглушенная брань Трейса. Повернувшись, она увидела, что он, не
отрываясь, смотрит в телевизор. Лилиан тоже посмотрела на экран, ожидая
увидеть и услышать очередную историю о скрывающемся от правосудия убийце.
Но на этот раз история была не совсем о нем. Телерепортеры разыскали отца
Трейса.
Даррен Янгблад, прослуживший всю жизнь в полиции Форт-Уорта, с каменным
взглядом и стиснутыми челюстями стоял перед направленными на него софитами и
микрофонами.
— Нет, — послышался его мрачный голос. — Мой сын не
связывался со мной.
— А если бы связался, вы сообщили бы нам? — спросил какой-то
корреспондент из Оклахомы.
Офицер Янгблад оборвал его пронизывающим взглядом сузившихся глаз.
— Могли вы представить себе, что ваш сын совершит убийство?
— Никогда, — твердо ответил отец Трейса.
У Лилиан вдруг что-то больно сжалось в груди, и это несказанно удивило ее.
Взгляд старшего Янгблада был твердым, но в глубине глаз застыла такая боль,
что смотреть на это было просто невыносимо. И еще в глазах старика светилась
вера. Непоколебимая вера отца в своего сына.
— Я до сих пор не верю в это, — произнес Даррен, глядя прямо в
камеру. — Я знаю своего сына. Он — профессионал, честный и преданный
своему делу. Трейс — не вор, не убийца и не торговец наркотиками.
— Вы говорите, что считаете своего сына невиновным?
— Я
говорю, что он невиновен.
— Вам не кажется, что он направляется к вам, потому что вы —
единственный, кто остался у него из близких.
— Ну, это было бы очень глупо с его стороны, не так ли? Ведь вы ждете
его именно здесь.
Трейс смотрел на экран горящими глазами. Господи, что приходится переживать
его отцу! Но Трейс не осмелился бы связаться сейчас с Дарреном. Даже по
телефону.
Сначала надо покончить со всей этой чертовщиной. Очистить свое доброе имя.
Трейс устал от ожидания. Надо что-то делать. Он повернулся к Лилиан.
— Найдется у вас карта штата?
— В отделении для перчаток в фургоне, который стоит у гаража. А что? Вы
собираетесь куда-то?
— Браво, мисс учительница. Вот это здорово! Очень забавно. А ну, бегите и принесите мне карту.
— Не собираюсь никуда бежать, — огрызнулась Лилиан.
— Тогда летите. Делайте что хотите, только принесите мне карту. И
постарайтесь не наклоняться, если соседи еще там. В этих шортах вас могут
арестовать за непристойное поведение.
Лилиан не нашлась, что ответить. Этот мужчина был совершенно невыносим. Она
отправилась в фургон за картой, продолжая задавать себе единственный вопрос:
и почему это она не выдала его в первый раз, когда ей представилась такая
возможность. Лилиан попыталась вспомнить, какой мирной была ее жизнь, прежде
чем в нее ворвался Трейс Янгблад, но вспоминалось почему-то только
однообразие и одиночество. Лилиан напомнила себе, что Трейс скоро навсегда
покинет ее дом. Скорее бы, она не станет жалеть.
Она искала карту не торопясь. Пусть покипит. Солнце уже садилось, скоро
стемнеет. Лилиан загнала фургон в гараж и заперла дверь. Потом она прошла на
задний двор и сменила собакам воду, хотя и наливала им свежую около часа
назад. Наконец Лилиан вернулась в дом и вложила карту в протянутую руку
Трейса.
— Вы не торопились, — прокомментировал он, раскладывая карту на
кухонном столе и склоняясь над ней.
— Что вы делаете? — спросила Лилиан за секунду до того, как
вспомнила, что не собирается с ним разговаривать.
— Просто подумал, что, если посмотрю на карту, у меня возникнет какая-
нибудь идея относительно того, куда мог успеть смотаться Рэкли за те шесть
часов.
— Вы не надеетесь на то, что вашему партнеру удастся что-то выяснить?
Трейс покачал головой и засунул за ухо карандаш, не отрывая взгляда от
карты.
— Нет.
— Я тоже. Но вы смотрите не там, где надо.
Трейс пожал плечами.
— Я начал с места происшествия и двинулся в том направлении, в котором
бежал тогда. Это единственный вариант, поскольку я понятия не имею, куда он
мог поехать.
— Но...
— Я знаю, что делаю, ладно? — отрезал Трейс.
— Носите воду решетом, — пробормотала Лилиан.
Трейс медленно выпрямился.
— Что вы сказали?
— Ничего, — произнесла Лилиан, стараясь изобразить полное
равнодушие. — Продолжайте. Потратьте впустую еще несколько часов,
склонившись над картой и разглядывая совсем не те места. Все равно ведь вам
нечем больше заняться.
— Что вы там хотели сказать? Валяйте, Лил. Я не настроен сейчас играть
в ваши игры.
— Я должна сказать? Но почему? Я же всего-навсего бестолковая школьная
учительница, слишком глупая, чтобы разрешать мне уходить и возвращаться по
собственному усмотрению. А вы — грозный, могучий коп. У вас есть ответы на
все вопросы. Я не должна брать на себя...
— Что же вы остановились? Вы слишком много берете на себя с той минуты,
как мы встретились.
— Что вы имеете в виду? — потребовала ответа Лилиан.
— Забудьте о моих словах, — с отвращением произнес Трейс.
— Нет, не забуду. Что вы имели в виду? Что я беру на себя?
Трейс смачно выругался.
— Вы, как всегда, изъясняетесь крайне доходчиво, — съязвила
Лилиан.
Трейс еще громче повторил бранное слово.
— Вы беретесь учить меня, как выражаться.
Лилиан сложила руки на груди, глаза ее сузились.
— Вовсе нет. Вы преувеличиваете.
Медленно, как кошка, выслеживающая добычу, Трейс обошел вокруг стола и
приблизился к Лилиан. В свете лампы волосы его отливали синевой.
— Вы берете на себя смелость предполагать, что меня можно дразнить
безнаказанно. Неправда. Это очень опасно, мисс учительница, очень опасно.
— Да? Я так боюсь, мистер коп.
Глаза Трейса удивленно расширились.
— Вы вынуждаете меня... — Он достал из-за уха карандаш и указал им
на Лилиан. — Думаете, написав несколько книжек о копах, вы уже знаете,
что такое быть одним из них?
— Вовсе нет. Я готова признать, что понятия не имею, каково это — быть
копом.
— Но вы ведь обвинили меня, будто я прячусь за свою работу, чтобы не
жить реальной жизнью, как вы это называете.
— И я была права, мистер коп.
— И
...Закладка в соц.сетях
