Жанр: Любовные романы
Приди ко мне во сне
...ормить тебя завтраком. Ты всегда такая сварливая по
утрам?
— Я не хочу сейчас завтракать. Я хочу почистить зубы, — резко
ответила она, снова отбрасывая салфетку.
— Прекрасно.
Однако он не сдвинулся с места — стоял рядом и улыбался, а она продолжала
хмуро смотреть на него.
— Ну и что? — спросила она, потеряв терпение.
— Извини, любовь моя, ты хочешь, чтобы я отнес тебя?
— О Господи! Ты прекрасно знаешь, что я хочу остаться одна. Пошел
прочь, Рэмсон Габри.
— А, вспомнил: пункт второй?
Она молча смотрела, скрестив руки, Он поцеловал кончик ее носа:
— Ты прекрасна, даже когда сердишься. Я ухожу и позову Вэлком. Она
давно уже рвется сюда, говорит, что здесь осталась ее косметика. Экскурсия в
Ком-Омбо через час, если ты хочешь на нее попасть. А пока мы будем
отсутствовать, твои вещи перенесут в мою каюту.
Как только Рэм удалился, вошла Вэлком. Мери помахала подруге и побежала в
ванную в своей каюте.
Ну и человек, никаких нервов с ним не хватит. И никуда я переселяться не
буду. Ну провели мы одну ночь в постели, ну и что? После этого, что, меня
можно преследовать всю оставшуюся жизнь?
Мы еще посмотрим, как это все будет, мистер Самонадеянный Габри!
В ванной Мери обнаружила, что кулон с соколом снова у нее на шее. Когда это
случилось, она не могла вспомнить. А впрочем, был такой бедлам, что
немудрено и забыть.
Вытирая волосы, она вышла из ванной, одетая в кимоно. Вэлком выжидательно
посмотрела на нее, а затем с улыбкой кивнула в сторону смятой постели:
— Похоже на то, что ты провела бурную ночь, золотко. Держу пари, он
фантастический любовник.
Мери бросила мокрое полотенце на голову Вэлком:
— Без комментариев.
Вэлком засмеялась и отбросила полотенце в сторону.
— Но он круто взялся за дело. Смотрит на тебя, как коршун. Он не
позволил мне даже войти в каюту, чтобы взять одежду и косметику. Сказал, что
я могу тебя потревожить. Я была вынуждена одеться в твое, иначе не в чем
было выйти на завтрак. Зубную щетку купила в магазине сувениров.
— Вэлком, я хочу спросить...
Постучали в дверь. Это были Джордж и Жан-Жак. Они горели нетерпением
проведать Мери и наперебой предлагали свои смежные каюты в обмен на ее с
Вэлком. В конце концов они договорились обменяться каютами. Их беседу
прервала Ли Генри, которая привела с собой Брэдли. Он угрюмо разглядывал
Джорджа и Жан-Жака, пока те не удалились.
Ли глубоко вздохнула:
— Брэдли хочет вам кое-что сказать. — Она вытолкнула его вперед.
Брэдли смотрел в пол. Ли вновь подтолкнула его.
— Это моя кобра была в вашей каюте. Она убежала. Честно. Я
извиняюсь, — произнес он без особого энтузиазма. — Но все равно
она не могла вас ужалить. У нее даже нет зубов.
— Вы не можете себе представить, как ужасно я себя чувствую, —
сказала Ли. — Я очень извиняюсь за все, что случилось. Я понятия не
имела, что Брэдли обменял свои высокие кроссовки у заклинателя змей на вот
это... это ужасное существо. Но можете быть уверены: за эту выходку он будет
примерно наказан. Я разрешу ему выходить из каюты только для того, чтобы
поесть. Остальное время до конца поездки он будет под запором.
С этими словами Ли вытащила его из каюты. Но не успела за ними затвориться
дверь, как вошли Нонна и Эстер.
— Десять к одному, что сопляк сделал это нарочно, — заметила
Вэлком.
— Не стану спорить. Это, наверное, месть за то, что Рэм и я тогда увели
его от факира на базаре.
— Что? Что? — хором воскликнули Нонна и Эстер.
На пороге появился доктор Стоктон.
— Объясни, пожалуйста, им ты, — сказала Мери Вэлком, скрываясь в
ванной. Надо же в конце концов переодеться. В этой каюте сейчас, как на
вокзале Гранд-Сентрал.
Она оделась в голубой джинсовый костюм, чуть-чуть подкрасила лицо и завязала
волосы сзади узлом. Дверь ванной она открыла как раз в тот момент, когда
вошли Рэм с горничной, которой он начал отдавать распоряжения насчет вещей
Мери, чтобы они были собраны и перенесены в его каюту.
— Одну минутку! — возмутилась Мери. — Позволь мне решать,
когда и куда переносить свои вещи. Вэлком и я обменялись каютами с Джорджем
и Жан-Жаком. И это не обсуждается. Ты меня слышишь?
— Тебя слышу не только я, но и все остальные, шакар. — Он отпустил
горничную и добавил:
— Хорошо, мы обсудим это позднее.
Мери повернулась кругом и принялась искать под шкафом свои туфли.
Хватит того, что мне приходится выносить от мамочки. А тут еще и этот. Нам с
Вэлком предстоит работа. Пусть будет потоп, землетрясение, но мы ее
выполним. Даже если придется вступить в борьбу с плейбоями, змеями и прочими
экзотическими существами. Работа и дела нашей фирмы должны быть на первом
месте. Сегодня надо будет сделать снимки, остальные — завтра после полудня,
когда мы в Луксоре сойдем с парохода. За два дня весь необходимый материал
должен быть отснят. А вот потом и будем разбираться с Рэмом и собственными
чувствами.
Но... надо быть честной до конца. Что кривить душой, я уже влюблена в этого
упрямого удивительного человека. Конечно, конечно... он воплощение фантазии
любой женщины. Но если я проведу с ним в постели еще хотя бы одну ночь, то
на работе придется ставить крест.
Пропади оно все пропадом! Где эти чертовы туфли?
— Посмотри, любовь моя, может быть, вот эти? — Рэм показал пару
голубых босоножек, которые извлек с верхней полки стенного шкафа.
Она нехотя кивнула.
— Садись, Золушка, я примерю их на тебя.
Пока они обменивались репликами, комната опустела. Мери устало вздохнула и
протянула ему ногу.
Не будем спорить по пустякам, побережем силы для главного.
Рэм прилип к ним, как липучка. Мери снимала Вэлком среди развалин Ком-Омбо,
а он все время крутился рядом. Большая часть группы тоже тащилась за ними,
они хотели слышать комментарии Рэма, а не гида с парохода. Джерри из
Джексона и канадец тоже были здесь. Даже Уолтер Раш, хотя он слонялся с
безучастным видом, не то что этот парень из Александрии, который исходил
слюной каждый раз, когда смотрел на Вэлком. Кажется, его звали Мухаммед,
правда, три четверти мужчин в Египте носят это имя, так что немудрено и
ошибиться.
Яркое палящее солнце совсем доконало Мери. Ей уже не хотелось в Собек, храм
речного бога. Где-то вдалеке прошумел в небе вертолет, ватага мальчишек с
криками плескалась в мутном пруду. Будет чудом, если эти дети не умрут от
дизентерии или чего-нибудь не менее ужасного. А может быть, у них иммунитет
от здешних бактерий?
Доктор Стоктон помог Эстер — она, кажется, с каждым днем раскрывает свой
кокон все шире и шире — преодолеть камни, чтобы пройти в сырую,
заплесневелую комнату, наполненную мумиями крокодилов. Нонну в это утро
сопровождал Джордж. Жан-Жак остался на пароходе, чтобы порепетировать перед
выступлением сегодня вечером. После обеда, кстати, должна репетировать вся
группа.
Сама Мери не была уверена, что доживет до обеда, а уж чтобы танцевать... Пот
заливал ее лицо, волосы стали влажными, блузка прилипла к спине. Кругом
древние изваяния речных богов. Когда она споткнулась в очередной раз, Рэм
пристально посмотрел на нее:
— Любовь моя, ты совсем позеленела. Может быть, нам вернуться на
пароход? Она устало опустила плечи:
— Вообще-то я об этом думала...
Они извинились перед спутниками и пошли к реке. Рэм показал на пролетающий над их головами вертолет.
— Вон полетели наши сапоги и шляпы. Неизвестно только, всем ли они
подойдут.
Больше, пока они шли, он не проронил ни слова. На палубе он нежно поцеловал
ее и посоветовал в первую очередь принять холодный душ, а потом отдохнуть до
обеда.
— Может быть, мне следует, шакар, сначала войти в каюту и проверить,
нет ли там змей?
— Я думаю, опасность уже миновала.
— Тогда постарайся немного отдохнуть. Я принесу твой кофр с аппаратурой
примерно через час.
— Рэм, я могу донести его сама. Я успешно проделываю это уже несколько
лет. — Она потянулась за кофром.
Не выпуская его из рук, он наклонился и легко поцеловал ее в лоб.
— Но теперь у тебя есть я, чтобы носить твои вещи. Зачем ты забиваешь
свою милую головку такой ерундой. Я принесу его позднее, а если хочешь, то
прямо сейчас доставлю в твою каюту.
— Черт побери, дай мне этот идиотский кофр.
Его брови слегка поднялись вверх, но, видимо, только от изумления.
— Слушаюсь, мэм.
Он протянул ей кофр. Она выхватила его и побежала к своей каюте, бормоча по
дороге что-то нечленораздельное о том, как ей надоела его опека в лошадиных
дозах.
Открыв дверь, Мери посмотрела на аккуратно заправленную постель, и ее всю
передернуло.
Нет, в этой постели мне отдохнуть не удастся. Надо собирать вещи и поскорее
сматываться отсюда.
Она полезла в стенной шкаф и вдруг услышала какой-то странный шум. Он
раздавался из ванной.
Мери на цыпочках подкралась к двери и прислонила ухо.
Сквозь шум воды было слышно, как в ванной кто-то довольно гнусаво пел. Она
даже могла различить слова — что-то о пироге, плывущей вниз по реке. Но,
конечно, это не был голос Вэлком.
Что за чертовщина? Она сжала в руках сумочку, повернулась и побежала в холл,
чтобы позвать на помощь.
В коридоре она столкнулась с Марком Маклеодом. Он в ужасе уставился на нее:
— О Боже мой. Вы вернулись. Рэм убьет меня! Я не ожидал вас так скоро.
О Боже, извините.
— Успокойтесь, Марк. Не убьет вас Рэм. В чем, собственно, дело?
— Я должен был предупредить вас, когда вы вернетесь, что ваши вещи и
вещи Вэлком перенесены в другую каюту. — Вконец расстроенный, молодой
человек достал из кармана ключ.
Она засмеялась:
— Значит, там в душе моется Жан-Жак? А я-то напугалась.
Лицо Марка еще больше помрачнело.
— Рэм убьет меня, когда узнает об этом. Я только отошел на минутку в
ванную.
— Но мы просто не будем ему говорить об этом, вот и все. Могу я взять
ключ?
Марк открыл каюту сам. Она была точной копией ее прежней каюты. Он взялся
было проверять все углы, но Мери его остановила:
— Все в порядке, Рэм ни о чем не узнает. А что, он всегда так сходит с
ума? Марк улыбнулся:
— Только когда это касается вас.
— Предоставьте мистера Габри мне. — Мери подмигнула ему и закрыла
дверь.
После холодного душа она почувствовала себя лучше и решила вместо отдыха
посетить магазин сувениров. Она оделась в белые брюки и тонкую голубую
футболку, завязала свои светлые волосы в длинный толстый хвост, который
перебросила через плечо, добавила немного косметики и надела белые
кроссовки.
Прежде чем выйти, она достала пленку, отснятую в Ком-Омбо, и, сделав надпись
на кассете, отправилась в каюту Вэлком, чтобы положить ее с остальными
пленками.
В стенном шкафу коробки с пленками не оказалось. Мери проверила в ящиках
стола, в чемоданах, в общем, везде, где только можно. Ничего. Куда же эта
коробка запропастилась?
Решив, что, когда переносили вещи, коробку с пленками поставили в ее каюте,
она вернулась к себе и стала искать там. Ничего.
Черт! Она вернулась к Вэлком.
Мери, выставив зад, ползала по полу у стенного шкафа, когда вошла Вэлком и
вяло опустилась на кровать.
— Господи, ну на фига мне сдались эти сушеные крокодилы! Неужели я не
могла обойтись без них? — простонала она. — Еще час на этой жаре,
и я бы умерла. — Она подняла голову и посмотрела на Мери:
— Золотко, а что ты там делаешь?
— Ищу коробку с пленками. Ты не знаешь, где она может быть?
— Разве ее здесь нет?
— Нет. Я обыскала обе комнаты, но так и не нашла. Господи, Вэлком, если
они пропали, ты понимаешь, что это значит?
— Да. Это значит, что мы в глубокой заднице.
Мери уткнула лоб в колени и обхватила руками голову:
— О Господи, пожалуйста, только не это!
— Может быть, ее забыли, когда переносили вещи? Дай-ка я позвоню.
Пока Вэлком говорила с Джорджем по телефону, Мери сидела на полу,
перекрестив пальцы, и молилась. Вэлком повесила трубку, и она посмотрела на
нее с надеждой.
— Там нет.
— О, будь оно все проклято-о-о, — заныла Мери, обхватив голову
руками.
— Золотко, мир на этом не кончается. Просто придется потратить еще
несколько дней и отснять все снова. Я думаю, мы это выдержим.
То, что Вэлком сказала, было правдой, но чем больше Мери думала об этом, тем
сильнее в ней закипала злость.
— Нет, черт бы его побрал! Я устала, я почти больна от этих злодеев,
которые портят мне жизнь. Сначала они перевернули вверх дном мою каюту,
украли мои личные пленки, затем этот маленький негодяй подсунул мне в
постель свою мерзкую змею, а теперь вот это. Но я найду этого подлеца. Если
пленки на пароходе, я найду их!
— Как ты собираешься это сделать?
Мери поднялась с пола:
— Я знаю, с чего начинать. С этого маленького проказника Брэдли. —
Она прошагала через комнату и направилась в холл.
Дверь в каюту Ли Генри на ее стук открыл Брэдли, который сидел наказанный
взаперти. Увидев Мери, он широко разинул рот и начал закрывать дверь перед
ее носом. Но она одолела его и вошла внутрь.
— Брэдли, нам надо поговорить.
— Мне нечего вам сказать.
— Ах, какой ты милый шустрый мальчик. Чересчур шустрый. А вот мне есть
что тебе сказать. Представь себе. — Он начал карабкаться на постель, но
она хлопнула его по спине, заставив оглянуться. — Во-первых, я знаю,
что кобра заползла в мою каюту совсем не случайно. Ты специально подбросил
змею в мою постель.
Он сел и исподлобья посмотрел на нее. Было заметно, как дрожит его
подбородок.
— Ну так как?
— Но у нее нет зубов. Она не могла вас ужалить.
— Зачем ты это сделал?
Он плотно сжал губы и опустил голову.
— Отвечай, черт бы тебя побрал!
— Потому что вы мне не нравитесь.
— Да что ты говоришь? От такого признания я потеряю, наверное, сон. К
твоему сведению, это взаимно. Значит, вот почему ты перевернул у меня все
вверх дном и украл мои вещи.
Он вскинул голову:
— Я этого не делал.
— Не делал? Ты хочешь сказать, что не ты устроил кавардак в моей каюте?
— Нет.
— И ты не брал мои драгоценности и пленки?
— Нет. Я не вор! — Слезы хлынули у него из глаз, а подбородок
задрожал еще сильнее.
С минуту, не меньше, она пристально всматривалась в него.
— Хорошо, не плачь. Я сожалею, что обвинила тебя. Теперь вижу, что
ошиблась. Но после этой истории со змеей я... — Она пожала плечами. —
Извини меня.
— У змеи были удалены зубы. Она была абсолютно безопасна. Она никогда
бы не смогла вас ужалить. Даже если бы захотела. В этом ничего не было
страшного.
— Возможно, для тебя это и так, но дело в том, что я ужасно боюсь змей.
У меня что-то вроде змеефобии.
Глаза его расширились.
— У вас?
— Да. Я боюсь их до смерти.
— Ой, я не знал этого. Я очень и очень извиняюсь. На самом деле.
Мери улыбнулась:
— Ну вот видишь, мы извинились друг перед другом. Может, позднее станем
и друзьями.
Он приподнял голову:
— А что, может быть.
— Как ты думаешь, если я поговорю с твоей бабушкой, чтобы она смягчила наказание, это поможет?
Он просиял:
— Наверное.
Она улыбнулась, потрепала его по волосам и собиралась уже уходить, но...
вдруг спросила:
— Брэдли, а как тебе удалось попасть в мою каюту со змеей?
— О, я просто взял ключ в ячейке, в холле, когда никто не видел. —
Он выглядел смущенным. — Но я повесил его на место.
Выйдя в коридор, Мери увидела Марка. Он стоял в дальнем конце и беседовал с
кем-то из членов команды. В холле сейчас постоянно дежурил кто-нибудь из
команды. Она помахала ему рукой и скрылась в своей каюте. Там она нырнула в
одно из голубых кресел и забарабанила пальцами по столу.
Но если Брэдли здесь ни при чем, то кто же? И почему этот кто-то взял мои
пленки? Драгоценности понятно, но пленки? Это же просто бессмысленно. Однако
это факт, они пропали.
Мотивы непонятны. Ладно, оставим пока мотивы. Подумаем о способах. Как вор
попал в мою каюту в первый раз, это понятно — он просто взял ключи в ячейке,
точно так же, как Брэдли. Мог, конечно, открыть замок и каким-нибудь другим
способом. Но как можно было украсть коробку с пленками из каюты Вэлком? Ведь
в холле постоянно кто-то дежурит. Если бы вор входил в дверь, его бы
обязательно заметили.
Ей пришла в голову идея. Она побежала в каюту Вэлком. Та мылась в душе.
— Вэлком! — громко крикнула Мери.
— Что случилось, золотко? — Вэлком высунула свою мокрую голову из-
за занавески.
— Ты оставляла когда-нибудь окно своей каюты открытым?
— Нет.
— Ты уверена?
— Абсолютно. Я даже не знаю, как оно открывается. Ведь здесь постоянно
работает кондиционер. А почему ты спрашиваешь?
Кто-то открыл это окно. Это означает, что, когда вор лишился возможности
проникнуть через дверь, он проник через окно. Но как? Как ему это удалось?
Веревка.
— У меня есть одна идея. Я пошла. Увидимся позже.
Считая шаги, она прошла через холл к каюте 216, которую раньше занимала
Вэлком. Навстречу ей двигался Марк.
— У вас все в порядке?
— Все прекрасно. И пожалуйста, не сбивайте меня со счета. Я просто
решила прогуляться.
— Я пойду с вами.
Вот черт! Зачем он мне нужен? Значит, он приставлен, чтобы докладывать о
каждом моем шаге своему боссу. А я не хочу, чтобы Рэм вмешивался, я сама
прекрасно способна справиться со своими делами.
— В этом нет необходимости, Марк. Я только пройдусь до прогулочной
палубы, хочу что-нибудь попить, а на обратном пути, может быть, загляну на
минутку в магазин сувениров.
Он стоял, просунув большие пальцы рук в свободные лямки пояса своих джинсов,
и улыбался.
— А я только что обменялся каютами с Рэмом. Теперь он снова будет рядом
с вами, и вы можете при необходимости просто постучать в стенку. Сейчас он
разговаривает с пилотом своего вертолета. Скажите, что вам нужно? Я
поухаживаю за вами. Кстати, я признался ему в своей оплошности.
— Он был очень сердит?
Марк понурил свою рыжую голову:
— Могло быть и хуже. Впрочем, я заслужил это. Рэм потрясающий парень,
он так много для меня сделал. Я ему по гроб благодарен и очень предан
ему. — Марк помолчал. — Если не возражаете, я побуду с вами, пока
он не вернется.
Конечно, возражаю. Еще как возражаю. Чертов Рэм и его суперзабота. На
следующем этапе он, видимо, просто закует меня в кандалы. Да не намерена я
выносить этот вздор, ни минуты.
Они поднялись наверх.
— Марк, принесите мне, пожалуйста, апельсинового сока из бара.
Как только он исчез в дальнем конце палубы, Мери отсчитала нужное количество
шагов от лестницы до места, под которым было окно каюты 216. Затем
внимательно осмотрела поручни.
Ничего.
Они были свежевыкрашены, и если бы здесь недавно привязывали веревку, то
обязательно бы остались следы.
Пока результаты нулевые.
Но погоди. Есть еще одна возможность. Ведь у парохода три палубы. Есть еще
средняя. А что, если...
Надо узнать, кто живет в 316-й каюте. Она собиралась уже подойти к телефону,
как появился Марк с соком.
Схватив бокал, она быстро осушила его.
— Что-то сегодня меня все время мучает жажда, никак не могу напиться.
Прошу вас, принесите, пожалуйста, еще. — Она протянула ему бокал.
Марк странно посмотрел на нее:
— Конечно.
Как только он скрылся из вида, она сбежала по лестнице и спряталась за
большую пальму, что стояла в кадке в холле внизу.
— Могу я вам чем-нибудь помочь? — раздался за ее спиной мягкий
голос.
Она повернулась и увидела стюарда в белом кителе. Робко улыбнувшись, Мери
начала лихорадочно соображать, как объяснить свое странное поведение.
— О, спасибо. Я... м-м... Я искала свою контактную линзу. — Она
широко улыбнулась и начала шарить по полу. — А, вот она. Я нашла
ее. — Она схватила воображаемую линзу с ковра и зажала в
пальцах. — Теперь я буду вас видеть.
Она поспешила вниз по лестнице к магазину сувениров, где был телефон.
Как только телефонист ответил, Мери спросила:
— Не могли бы вы сказать, кто живет в каюте 316?
— В этой каюте никто не зарегистрирован, мисс, — ответил телефонист после некоторой паузы.
Опять прокол. Значит, пустая каюта. Обожди-ка.
— А вы уверены?
— Совершенно. Там был неисправен водопровод и промок ковер. Каюту
закрыли до тех пор, пока не отремонтируют. Могу я быть вам полезен чем-
нибудь еще?
— Нет, спасибо. — Она быстро повесила трубку. Пустая, значит. Могу
поставить на кон свои последние чулки, что кто-то ею пользуется, мокрый там
ковер или нет.
Я должна посмотреть на нее. Надо использовать прием Брэдли и стащить ключ с
доски нижней палубы.
Высунув голову из магазина сувениров, чтобы посмотреть, чисто ли на
горизонте, Мери чуть не упала в обморок, когда увидела, кто идет по
коридору.
Опять египтянин с нависающими веками. Тот самый! Видел ли он меня?
Она быстро спряталась за полку с джеллабами.
Что он делает на пароходе? Плевать мне, что у него пятеро детей, от него у
меня мурашки бегут по коже.
Через несколько минут она покинула свое убежище. Он ушел.
А может быть, это опять разыгралось мое воображение, или он на самом деле
преследует меня?
Волосы на ее затылке поднялись дыбом.
А может, это он вломился в мою комнату?
Гадать об этом времени не было. Надо было добыть ключ. В коридоре было
пусто, и она поспешила на нижнюю палубу.
У конторки с ключами никого не было. Ну, а дальше все было похоже на детскую
игру. Неудивительно, что тот, кто хотел попасть в ее каюту, проделал это так
легко. Она быстро склонилась над конторкой, схватила ключ из ячейки и сунула
его в карман.
— Вам помочь, мисс? — раздался мягкий голос позади.
Мери обернулась. Опять тот же самый стюард в белом кителе.
— О, спасибо. Я... я проверяла свою ячейку, нет ли писем. Ничего
нет. — Она хихикнула. — Кажется, друзья совсем забыли обо мне.
Отделавшись от слишком услужливого стюарда, она двинулась к лестнице.
А может быть, следует все же довериться кому-нибудь, пока я не зашла слишком
далеко?
Нет, это глупо. Подумаешь, всего лишь пустая каюта. А кроме того, если Рэм
узнает, что я делаю, то можно себе представить, что тут начнется. Нет,
попытаюсь справиться сама.
Приняв решение, Мери поставила ногу на следующую ступеньку и застыла,
услышав шум в коридоре внизу. Кто-то громко разговаривал рядом с ее каютой.
Она начала осторожно подниматься по лестнице.
Добравшись до очередной площадки, она посмотрела вниз. О Господи, кто-то
идет. Приглядевшись, она узнала египтянина с нависшими веками. Опять он! С
ней чуть не случился разрыв сердца, пока она взбегала вверх по лестнице и,
вся дрожа, опять пряталась за пальму в кадке.
Зажмурив глаза, с бешено колотящимся сердцем, Мери сидела и ждала.
Кто-то прошел примерно в полутора метрах от ее убежища. Она подождала еще.
Ей показалось, что прошло уже две недели, прежде чем она решилась открыть
глаза и посмотреть сквозь густую листву. Она увидела, что Нависающие Веки
открывает дверь каюты в конце коридора.
Закрыв глаза, Мери прижалась спиной к стене, пытаясь успокоить сердце.
— Мисс...
Опять этот идиот в белом кителе.
— Мисс, что-нибудь не в порядке?
Она сделала попытку улыбнуться:
— Абсолютно ничего. Я... я медитирую. Если вы не возражаете, я
продолжу.
Он поклонился:
— Разумеется, мисс.
Как только он ушел, она быстро подкралась к лестнице и заглянула за угол.
Рэм и Марк стояли в холле рядом с ее каютой.
— Марк, ты дождешься, что я сломаю тебе шею! Тебе поручили простейшую
вещь: не спускать глаз с этой женщины. Всего несколько минут! Я же
предупреждал тебя: не позволяй ей никуда уходить. А ты что наделал, идиот!
Мери почувствовала укол совести, когда посмотрела на Марка. Он стоял понурив
голову, — плечи опущены, — и тихо бормотал:
— Извини, Рэм.
Ей хотелось помочь Марку, но нужно было обязательно посмотреть эту каюту.
Она сняла туфли и прокралась на следующую палубу.
Коридор был пуст. Мери приложила ухо к двери каюты 316. Все тихо. С туфлями
в руках она медленно повернула ключ и толкнула дверь.
В каюте было темно,
...Закладка в соц.сетях
