Жанр: Любовные романы
Безбрежное чувство
...ла она. Не вполне остывшее желание
загорелось с новой силой. Непроизвольно она облизнула нижнюю губу.
— Поцелуй меня!
Когда и второе одеяло упало на пол, последний барьер между их телами исчез.
Джерри склонился к губам Рэй. Поначалу та просто благодарно принимала
поцелуй, но когда они теснее прижались друг к другу, обвила руками шею
Джерри и начала отвечать на движение его губ.
— Ты научишь меня, да? Научишь всему, что нужно знать, чтобы дарить
мужчине наслаждение?
Она качнула бедрами, инстинктивно ища положение, в котором их объятия стали
бы наиболее интимными.
— Я не против, — мягко ответил Джерри и подхватил ее на руки,
чтобы уложить на постель, — но кто знает... может быть, и ты чему-
нибудь научишь меня.
Рэй подумала: в самом деле, ей есть чему его научить — и поклялась, что так
и поступит. Она постарается доказать Джерри, что, кроме страсти, есть еще и
нежность, которую можно не только ощущать, но и выказывать. Она сумеет
убедить, что с ней его опасения беспочвенны: она никогда не оставит его по
доброй воле. Если когда-нибудь он окажется бессилен против призраков
прошлого, у нее хватит сил для них обоих и она без колебаний поделится с
ним.
Рэй склонилась над Джерри. Сначала она просто смотрела в его глаза, потом
коснулась щеки легким, как дуновение, поцелуем. Руки ее скользнули по его
телу вниз, по крепким ягодицам, по каменно-твердым мышцам ног. При этом она
легонько целовала его подбородок, шею, плечи и грудь.
Ласки приносили удовольствие, но также порождали в голове Джерри недобрые,
низкие мысли. Сочетание невинности и врожденных любовных навыков — кто она,
эта Рыжая, если не шлюха по призванию? Чтобы заглушить в сознании этот
подлый шепоток, Джерри последовал ее примеру. Он повторял против воли
маленькие знаки нежности, от которых, как ни странно, прежде шарахался. Он
поцеловал каждую веснушку на носу у Рыжей и все те, что разбежались по
щекам. Он погрузил пальцы в перепутанную массу влажных рыже-каштановых волос
и провел сверху вниз, как гребнем, разделяя их на пряди. Ответом был
ласковый щипок за ягодицу. Джерри, в свою очередь, прикусил кожу на шее у
Рыжей. Она начала было щекотаться, но замерла, когда он втянул в рот
напряженный сосок.
Это была та самая ласка, которой так жаждала Рэй вначале. У нее вырвался
возглас радости. Столь откровенное выражение удовольствия тронуло Джерри.
Маленькие груди девушки теперь налились и затвердели. Ему вспомнилось
объявление о розыске:
Упитанная, грудастая проститутка с развратными
манерами
. Что за ерунда! Это настоящая женщина: гибкая, стройная и к тому
же на редкость выносливая и отважная.
На этот раз Джерри и не думал ограничивать ее в движении. Ему хотелось
ответной пылкой реакции. И он не был разочарован.
— Скорее, Джерри! Люби меня!
Рэй зарылась обеими руками в светлые волосы любовника, в отчаянной
потребности еще большего сближения. Лица их были в дюйме друг от друга.
— Я хочу ощутить, как ты входишь в мое тело, как заполняешь меня. Но на
этот раз останься во мне!
Она вскрикнула, ощутив проникновение. Джерри замер, хотя это далось ему не
без труда.
— Я опять сделал тебе больно?
— Нет...
— Но ты закричала!
— Это от радости...
Чисто инстинктивно Рэй напрягла бедра. Пойманный в сладкую ловушку, Джерри
застонал.
— Что-нибудь не так?
— Наоборот!
Он начал двигаться. Сладкие тиски сжимались каждый раз, когда он
выскальзывал, и расслаблялись, снова давая ему доступ. Это было упоительно,
как никогда прежде. Казалось, эта женщина не хотела выпускать его и с
восторгом открывалась для каждого нового движения. Никто никогда не желал
его до такой степени.
По мере того как нарастало наслаждение, нарастало и неистовство, а с ним —
неясное стремление, жажда чего-то иного, что — так подсказывал инстинкт —
станет венцом близости. Оно парило где-то очень близко, приближаясь и вновь
отступая. Рэй смутно припомнила день, когда она ловила ветку дерева, чтобы с
ее помощью перепрыгнуть овраг. Ветер наклонял ветку, почти вкладывал в руки,
но тут же отдергивал, и в стиснутом кулаке не оставалось ничего. Так было и
теперь: нечто прекрасное заглядывало в лицо, овевало своим сладостным
дыханием, но стоило потянуться к нему, как оно снова оказывалось за
пределами досягаемости. Тогда, у оврага, она так и не сумела поймать ветку,
но на этот раз напряглась всем телом и позволила очередному порыву ветра
подхватить ее и унести вслед за сладкой приманкой.
— Джерри... — выдохнула она, зависнув на миг между небом и землей.
Прекрасное нечто подхватило ее, обволокло, заставило содрогнуться и телом, и
душой. Это была упоительная дрожь.
— Джерри-и! — вне себя от счастья закричала Рэй.
И ощутила ответные толчки, частые и судорожные.
Джерри приподнялся на локте и посмотрел на Рыжую. Она лежала на спине, с
закрытыми глазами и улыбалась. Повинуясь неожиданной потребности, он
коснулся поцелуем ямочки на ее щеке. Улыбка девушки стала больше.
— Это именно то, что мечтает видеть каждый мужчина, когда объятия любви
разжимаются, — заметил Джерри, водя кончиком пальца по ее полуоткрытым
губам.
— Я должна научиться сдерживать свои чувства, — промурлыкала Рэй,
и в ее улыбке появилось детское простодушие.
— Не смей так улыбаться! Среди моих грехов не значится похищение
младенцев. — Он вдруг помрачнел. — До этой ночи я не делил постель
с невинной девушкой.
Рэй вздохнула и потянулась, чтобы разгладить двойную морщинку между его
бровей. Потом она взяла его лицо в ладони.
— Тебе ни к чему корить себя, милый. Если уж я ни о чем не жалею, то ты
тем более не должен. Каждан девушка рано или поздно становится женщиной, и
что может быть лучше, чем подарить свою невинность желанному мужчине?
Улыбнись! Ты же не хочешь омрачить мою радость.
— Нет, конечно. — Джерри взял ее за оба запястья и плотнее прижал
к своим щекам теплые ладони. — Это было чудесно. — Он убрал руки и
откинулся на спину, устремив взгляд в дощатый потолок. — Знаешь, меня
не слишком порадует, если ты будешь продолжать в том же духе, но уже с
другими. Предпочитаю, чтобы ты поселилась в доме у Маклелланов.
— Я так и сделаю.
— Так и сделаешь? Когда ты это решила?
— Как только узнала твой план. Видишь ли, мне тоже не очень хочется
делить постель с другими мужчинами.
— Да, но...
Джерри уселся, с минуту оставался в неподвижности, потом резко повернулся к
Рэй и схватил ее за плечи, вглядываясь в глаза.
— Тогда зачем было притворяться? Я поверил, что ты готова вернуться в
таверну!
— Ничего подобного! Я просто высказала кое-какие аргументы в споре.
Если бы я взывала к лучшей стороне твоей натуры, то никогда бы не
соблазнила! — Ошеломленное лицо Джерри заставило ее прыснуть. —
Теперь я знаю, что пойду на все, чтобы получить желаемое!
— Ну и ну! — буркнул он, качая головой. — Что ты за человек,
Рыжая! Другой такой нет, это точно.
— И другого такого.
— Тебе-то откуда знать? — поддразнил Джерри. — Насколько я
понял, других мужчин в твоей жизни не было.
— Может, как раз потому, что никто из них не был похож на тебя. Иначе я
не оказалась бы
У Вульфа
.
Ее простодушная откровенность стерла усмешку с губ Джерри. Он наклонился для
поцелуя, но, ощутив в ответном движении губ уже знакомое нетерпение,
отстранился и спрыгнул на пол.
— Не уходи!
— Это было в первый раз, Рыжая, — мягко объяснил Джерри. —
Если мы снова займемся любовью, будет далеко не так приятно. Надо
повременить.
Рэй хотела заверить, что с ней все в полном порядке, но это была бы ложь, и
она это знала. Боли она не чувствовала, но все внутри казалось неприятно
чувствительным. Запоздалая стыдливость вынудила ее прикрыться простыней.
— Я бы хотела вымыться, — сказала она смущенно.
— Потерпи немного, и все тебе будет, — заверил Джерри с легкой
улыбкой.
Отмахнувшись от протестов, он вымылся сам и натянул брюки, заметив:
Против
всяческих соблазнов
. Потом снова наполнил тазик и принес его на постель.
Эта была третья водная процедура за время их знакомства, но несравненно
более интимная, чем две предыдущие. Когда все следы их близости исчезли,
Джерри помог Рыжей облачиться в импровизированную ночную рубашку и коснулся
губами ее опущенных век.
— Что с тобой? — спросил он, ощутив соленую влагу. — Ты
плачешь?
— Ничего подобного!
— Плакса, — со снисходительной нежностью констатировал он.
Вылив из тазика воду в реку, он вернулся в каюту, подобрал с пола одеяла,
задул свечу и прилег рядом с девушкой.
— Она, конечно же, никогда не плачет? — вдруг спросила Рыжая.
Джерри сразу понял, о ком идет речь. Плохо замаскированная ревность в ее
голосе неожиданно порадовала его.
— Понятия не имею, — ответил он. — Не забивай себе этим
голову. Если хочешь знать, ты ошибаешься насчет моего отношения к Эшли.
— Да? Как же ты на самом деле к ней относишься?
— Думаю, у Маклелланов тебе будет хорошо, — сказал Джерри,
пропустив вопрос мимо ушей. — Это прекрасные люди.
— Ты уже говорил с ними?
— Их не оказалось дома.
— Тогда почему ты так уверен, что они меня непременно наймут? Может, у
них хватает прислуги.
Рэй пожалела о том, что голос ее был полон надежды, но ничего не смогла с
этим поделать.
— У них свободна вакансия няньки, — усмехнулся Джерри. — Пару
лет назад за первым ребенком Эшли присматривала девушка по имени Мег. Она
была ярко-рыжая и темперамент имела под стать. — Он ощутил, как Рыжая
встрепенулась, и мог бы поклясться, что глаза у нее ревниво
потемнели. — С той самой минуты, когда она положила глаз на Шеннона,
лучшего друга хозяина дома, на нем можно было поставить крест. Очень скоро
она его заарканила и утащила к алтарю. Эшли так и не сумела подыскать ей
замену.
— Потому что не очень-то и хотела, — хмыкнула Рэй.
— Не спеши с выводами. Насколько мне известно, сейчас у Маклелланов
живет родная сестра Салема. Должно быть, она и помогает.
— Тогда зачем им я? Этой девице не понравится, что я отбиваю у нее
кусок хлеба, — едко заметила Рэй. — Она первая будет против.
— Если и будет, то совсем не поэтому. Понимаешь, Эшли давно старается
нас свести. Не знаю точно, в чем там дело... какая-то расторгнутая помолвка
или что-то в этом духе. Так вот, эта девушка держится недотрогой, хотя родня
из кожи вон лезет, чтобы как-то устроить ее личную жизнь.
Джерри подавил вздох, припомнив, как снова и снова отклонял приглашение в
дом Маклелланов. Ему не улыбалось портить отношения со своими лучшими
друзьями, а попытка поухаживать за Рахаб не привела бы ни к чему хорошему:
врачевать разбитые сердца — это было не его амплуа. Чтобы не отказывать
напрямую, он вечно искал отговорки. Эшли делала вид, что верит, но явно
полагала, что Джерри упускает хороший шанс.
— Если ты начнешь нянчить детей, у сестры Салема уже не будет причины
отсиживаться дома, — добавил он. — Интересно, как она к этому
отнесется?
— Не стоит и проверять.
— Отчего же? Может, она только и ждет, чтобы обстоятельства
переменились.
Рэй вздохнула, примиряясь с неизбежностью, и теснее прижалась к Джерри в
поисках тепла.
— А сколько у них детей?
— Двое. Кортни четыре, а Трентону нет еще и года.
— Как мило. — Она зевнула и обвила его руками. — Я никак не
смогу растлить таких крошек.
— Рыжая! — предостерег Джерри.
— Я просто шучу.
— Лучше спи.
— Спокойной ночи...
Джерри показалось, что он услышал еще и слово
любимый
, но чтобы уснуть,
вынужден был убедить себя, что ошибся. Впрочем, его сон и так оказался не
слишком спокойным.
Глава 8
Джерри неожиданно проснулся, но еще какое-то время находился во власти
сновидения. Уже само по себе это было странно, потому что ему почти никогда
ничего не снилось. Но на этот раз сон был таким ярким и четким, что стоило
смежить веки, как перед глазами возникал большой, в рост человека, кусок
камня. Джерри смотрел на него всю эту ночь, и часы сна, казалось,
растянулись на десятилетия. Он видел, как сменяются времена года, он
замечал, что плоский обломок гранита не остается совершенно невосприимчивым
к силам природы. Его палила летняя жара, по нему хлестали весенние ливни,
осенью его облепляла мокрая палая листва, а в одни особенно жестокие зимние
морозы по скале пробежала тонкая, как волос, трещина.
Джерри лежал, размышляя над тем, чего ради ему привиделся такой странный
сон, и вдруг вспомнил, что не так давно завидовал неуязвимости камня. Он сел
в постели.
— Джерри? — В тихом оклике Рэй была тревога. — Что с тобой?
Сама она крепко спала, а проснулась оттого, что матрац сильно дрогнул.
— Со мной все в порядке, — сказал Джерри сквозь зубы.
Когда он свесил ноги с постели, то ощутил ласковое прикосновение к
обнаженной спине и едва не отскочил. Ему показалось, что нежная рука Рыжей
поставила на нем клеймо раба. Эта женщина успела многого добиться в своем
стремлении занять место в его жизни, а ведь еще совсем недавно он сам себе
казался хорошо защищенным от подобного вторжения.
— Я проголодался, — сказал он с таким видом, словно это было нечто
безотлагательное.
— Но сейчас ночь, — резонно заметила Рэй и прищурилась, стараясь
рассмотреть в темноте его лицо.
— Голод не тетка, — буркнул Джерри.
Зажигая свечу, он наткнулся взглядом на объявление о розыске. Оно совершенно
выпало у него из памяти. Развернув бумагу, он хмыкнул, заново отметив
нелепость перечисленных примет.
— Вот, держи. Кстати, не хочешь тоже чего-нибудь пожевать?
— Нет, спасибо, — рассеянно ответила девушка, вглядываясь в текст.
— Подожди минутку, я прочту, — бросил Джерри, роясь в
шкафу. — Думаю, это тебя позабавит.
Он с сожалением констатировал, что водки нет ни капли. Сейчас он больше
нуждался в выпивке, чем в еде. Тем не менее взял с полки сухарь и присел на
край постели, накинув на плечи куртку.
— Дай, я прочту. — Джерри протянул руку, чтобы взять бумагу у
девушки, изучавшей ее с изумленно поднятой бровью.
— Думаешь, я неграмотная? — Она отбросила его руку.
— Да? — Джерри скептически хмыкнул. — Тогда читай вслух.
Он с хрустом откусил от сухаря и начал жевать. Рыжая посмотрела на него так,
словно не могла взять в толк, что, собственно, происходит, потом она
опустила взгляд.
—
Объявляется розыск по делу об убийстве. Награда за поимку
преступницы — двадцать фунтов стерлингов. Приметы: упитанная, полногрудая, с
развратными манерами
. — Перестав читать, она устремила на Джерри
озадаченный взгляд. — Ты уверен, что это обо мне?
— Уверен. Дальше!
—
Этой особе вменяется в вину убийство английского подданного в
таверне У Вульфа
, двадцать восьмого марта сего года
. Знаешь, тут есть и
твои приметы, но они ничем не помогут властям, так же как и мои. Разве это
не славно? Ну, теперь ты убедился, что я умею читать?
— Убедился. — Джерри выхватил бумагу у нее из рук и не глядя
швырнул на стол. — Тем интереснее! Служанка из жалкой таверны,
предположительно старшая дочь в многодетной семье! Ты читаешь лучше любого
оратора! Почему?
У него чесались руки. Он хотел схватить девчонку за плечи и вытрясти из нее
ответ. Внезапно все разрозненные детали, все случайно подмеченные странности
сложились в цельную картину, и Джерри проклял себя за то, что был так слеп.
— Откуда мне знать, если я не помню даже собственного имени? —
испуганно произнесла Рэй, отползая к изголовью постели. — И потом, даже
служанка может быть грамотной, разве нет?
— Само собой! Но она знает чтение ровно настолько, чтобы набросать
список дежурных блюд, а арифметику — чтобы сосчитать чаевые! Образованной
девушке и в голову не придет наняться в притон! Там ей рано или поздно
придется раздвинуть ноги! Это понимает и последняя дура!
— Какие гадкие вещи ты говоришь!
— Кто ты, Рыжая?!
— Я не помню.
Рэй отодвинулась так далеко, как позволяла длина койки, но все равно
казалось, что Джерри гневно дышит ей в самое лицо.
— Кто ты такая на самом деле?!
— Я не помню! Не помню, слышишь ты? Не помню! Что на тебя нашло?
Не слушая, Джерри продолжил допрос:
— Признавайся, ты и в самом деле убила того англичанина?
— Ты сам так сказал!
— Не важно, что я сказал. Говори, это было убийство или просто
спектакль?
— Я не знаю! — крикнула Рэй, пряча лицо в ладони. — Я ничего
не помню!
Джерри подошел вплотную, отбросил ее руки и грубо приподнял лицо за
подбородок, вынуждая смотреть ему в глаза.
— Вот что я думаю, цыпленочек. Ты не что иное, как красивая приманка в
умело расставленной английской ловушке.
Откровенное замешательство девушки только сильнее разъярило его. Он с
отвращением отошел подальше, боясь не справиться с собой и сомкнуть руки на
ее нежном горле.
— Ловушка? О чем ты говоришь?
— Не трудись, я уже понял, что ты мастерски играешь безыскусную юную
красотку. Просто ангел во плоти! — Губы его изогнулись в презрительной
усмешке. — Давно ты шпионишь для англичан или это первое задание?
Впрочем, я и сам знаю. Конечно, первое, иначе ты никак не могла бы оказаться
девственницей. Кому пришел в голову этот блестящий план — обольстить меня,
чтобы держать на виду? Тем, кто тебя послал, или тебе самой? Впрочем,
гораздо больше меня интересует, когда ты собираешься сдать меня англичанам.
Теперь-то ясно, куда тебя понесло вчера вот так, с бухты-барахты! Ты хотела
указать им, где меня искать!
— Да, но... я же вернулась...
— Потому что сбилась с дороги. Воображаю, как ты бесилась, когда
пришлось повернуть назад.
Джерри задохнулся от негодования и умолк, чтобы перевести дух. Это дало Рэй
возможность вставить слово.
— Но какой у англичан может быть интерес к человеку вроде тебя? Кто ты?
— Мне надоело смотреть, как ты играешь в простодушие. Комедиантка! Умей
проигрывать с достоинством. Должен признать, ты сумела обвести меня вокруг
пальца. Отдаю тебе должное, Рыжая. Шпионить под видом шлюхи — дело обычное,
но мало кто брался за эту роль еще до того, как расстался с невинностью.
Обычно они так носятся со своей добродетелью... но это не тот случай,
правда?
Рэй пришлось собрать все самообладание, чтобы не показать, какую боль причиняли ей эти оскорбления.
— Ты ошибаешься, Джерико. Я не помню о себе ничего, но знаю, что никак
не могу быть на стороне англичан. К тому же ведь на меня объявлен розыск!
— Конечно, объявлен! Когда устраивается такой убедительный спектакль с
убийством, розыск — это всего лишь маленькая добавочная деталь. Ваша драка
была задумана, чтобы привлечь внимание. Так уж вышло, что именно я оказался
в ту ночь в этой Богом проклятой таверне. Случись иначе, на моем месте был
бы сейчас другой.
— Даже если ты и прав, а это еще нужно доказать, твои слова не
проясняют мне память. Тебе ничего не грозит просто потому, что я не помню,
куда идти и к кому обращаться, чтобы на тебя донести.
— И потому я смело могу открыть тебе свое сердце?
— Как можно открыть то, чего нет?! Надутый, самовлюбленный
болван! — Рэй вскочила с постели, забыв и обиду, и
замешательство. — Если я, как ты утверждаешь, отличная комедиантка, то
тебя не примут и в самый захудалый театр! Ты думаешь, что твое амплуа — герой-
любовник, а на деле из тебя выйдет разве что шут гороховый! — крикнула
она, подступая к Джерри. — Подумать только, и он воображает себя
настоящим мужчиной! Пока ты не протянул свой длинный язык, обвиняя меня во
всех смертных грехах, я понятия не имела, какой ты жалкий трус! Я имела
несчастье тебе понравиться, и теперь главное для тебя — найти предлог для
того, чтобы пинками вышибить меня из своей жизни! Все сгодится, все пойдет в
ход, даже то, что я умею читать! Господи Боже, мне и в голову не приходило,
что можно построить обвинение на такой мелочи! Образованием сыт не будешь, и
если умираешь с голоду, пойдешь не только в служанки, но и в проститутки! Да
что там говорить! Меня тошнит от тебя, Джерико Смит! Похоже, я потеряла не
только память, но и рассудок, иначе ни за что не связалась бы с таким
типом! — Рэй смерила его не менее презрительным взглядом, чем он ее
пару минут назад. — Наверняка ты думаешь, что в награду за твою поимку
мне предложили насладиться твоим телом. Но если теперь мне предложат еще
одну порцию того же, я предпочту двадцать фунтов!
Когда она умолкла, тяжело дыша, Джерри улыбнулся кривой улыбкой, больше
похожей на гримасу.
— Бурные аплодисменты! Я и прежде восхищался твоим умением идти в
атаку, но на этот раз ты превзошла сама себя. А как ловко выкручиваешься! Но
не надейся, меня не пронять ни лицемерием, ни словесными колючками. Когда ты
льнула ко мне этой ночью, ты ничуть не возражала против такой награды за
услугу англичанам. К тому же объятия нередко развязывают мужчине язык. Возня
в постели — наилучший способ выведать все, что нужно.
Если он ждал новых оправданий, то их не последовало. Рэй ощутила безмерную
усталость и села на постель. То, что она считала нежной и упоительной
близостью, только что было названо
возней в постели
. Нет, в оправданиях не
было смысла. Джерри заранее осудил ее и, как предвзятый судья, вынес
приговор, не особенно вдумываясь в суть дела. И все потому, что желал как
можно скорее разрубить соединяющие их узы, даже настолько кратковременные.
Однако жестокие слова посеяли в ее душе сомнения. Что, если слепые обвинения
Джерри несли в себе зерно истины? Могло статься, что она оказалась
У
Вульфа
именно для того, в чем он ее и обвинял. Возможно, она была послана
туда, чтобы завлечь в сети мелкую рыбешку из числа мятежников, а наткнулась
на добычу посолиднее, настоящую акулу.
Не сводя взгляда со скрещенных на груди рук и рассеянно покусывая нижнюю
губу, Рэй подвергала сомнению все: свою искренность, чистоту ее чувств к
Джерри и прочее — все, кроме того, что он жесток и безжалостен, как тот
хищник, с которым она его сравнила.
— Я ухожу, и немедленно, — сказала она наконец. — Какой смысл
оставаться, если само мое присутствие так тебя раздражает.
Она поднялась, но Джерри загородил ей дорогу.
— Ты, видно, держишь меня за дурака, — сказал он едко. —
Хорош бы я был, отпустив тебя.
Рэй хотела молча его обойти, но добилась лишь того, что он толкнул ее
обратно на постель.
— Позволь мне уйти! Я же сказала, что ничего не помню. Поэтому не
важно, кто я и что. Пойми наконец, тебе ничего не грозит!
— А почему я должен верить в твою потерю памяти? Сначала убеди меня.
— Как?
— Это не мое дело.
С этими словами Джерри внезапно отошел от кровати к скамье под окном,
откинул обитую бархатом крышку и начал рыться среди сваленных там предметов.
В его поведении отсутствовала всякая логика: только что он пригрозил, что не
отпустит Рэй, и тут же предоставил ей шанс ускользнуть. Так или иначе,
девушка не преминула этим воспользоваться.
Она бесшумно прокралась к двери и вылетела вон из каюты. Объемистая пижамная
рубашка билась в ногах, но не так шумно, чтобы нельзя было различить шаги
преследователя. За спиной все было тихо. Однако не успела девушка облегченно
вздохнуть, как что-то метнулось сбоку. Она ощутила подножку и рухнула на
четвереньки. Лодыжки оказались в тисках.
— Отпусти сейчас же!
Джерри не удостоил ее ответом, просто потащил назад в каюту за ноги, как
паук тащит муху в центр паутины. Когда
...Закладка в соц.сетях
